Пленница чудовища

Часть 1. Глава 1 + визуализация

Все тело адски болело.

Я лежала на холодном полу, не в силах пошевелиться, и мне казалось, что с меня содрали кожу и переломали кости. На минуту появилось ощущение, что я понятия не имею, кто я и где сейчас нахожусь, но по мере того, как странная тягостная дремота отступала, я понимала, что лишь половина из этого было правдой...

Я — Элизабет Гринберг. Некогда — девушка, избалованная судьбой, богатая наследница своих родителей, прима лучшей балетной труппы... Хотя... все это чушь, пожалуй. Правильнее будет: девушка, ненавидящая своё старомодное имя; дочь, ненавидящая своих деспотичных родителей; балерина, ненавидящая своё вынужденное призвание… А теперь, видимо, еще и человек, которому впору возненавидеть все своё существование.

Я предприняла попытку открыть глаза. Всё, что мне удалось, — лишь продрать заплывшие от безмолвных рыданий щелки.

Чертов ублюдок!

— Очнулась, наконец, — послышался мерзкий голос, словно из-под толщи воды.

Голова раскалывалась. И по мере возвращения воспоминаний нескольких прошедших дней, пришло осознание причины этой невыносимой боли во всем теле.

Этот урод...

— Ну что, моя куколка, ты готова показать своему хозяину всё, на что способна? — Голос был нарочито приторным.

Хотелось послать его к чертям или ещё куда подальше, но в мысли вклинилось воспоминание, что все это я уже говорила. И сверлившие голову слова так и застыли на языке. Судя по слипшимся от крови губам, именно из-за своего длинного языка я сейчас не могу даже открыть рот. Хотя так, наверно, будет лучше. Молчать. Не распалять его ещё больше. Ему даже нравилась эта моя «девичья строптивость», как он говорил своему другу... моему отцу.

— Ну же, Лизи?

Это мерзкое имя. Этот мерзкий голос, практически переходящий на фальцет, произносящий самую отвратительную из форм моего имени. С самого детства ненавижу...

— Будь умницей, малышка. Не заставляй меня снова воспитывать тебя...

Я непонимающе уставилась на своего мучителя. «Воспитывать» — очевидно, этим словом он обрисовал мои побои?

— Танцуй... — прошипел гад.

Что?!

— Танцуй же... пока я не отрезал тебе ноги за ненадобностью! — настойчиво продолжал шипеть он.

Я бы рассмеялась, если бы не осознала один факт, подтверждающий серьезность его намерений: на мне были чертовы пуанты и шопеновка... Вернее, то, что от неё осталось.

Больше нет мыслей...

Превозмогая боль, я танцевала.

Привычные движения давались с трудом. Что там, даже оторвать своё тело от холодного деревянного пола показалось пыткой.

Но если я остановлюсь, этот ублюдок больше не станет сдерживаться. И лучше бы он забил меня до смерти. Но нет... я знала, что он не позволит мне так просто избавиться от мучений.

Темное помещение кружилось помимо моей воли. Я не видела ничего. Наверно, это как-то связанно с очередной безмолвной истерикой.

Что происходит? Это будто какой-то сумасшедший сон! Слишком реально для сна... слишком реально саднит лицо и шею от струящихся соленых слез, слишком реален вкус крови во рту.

— Хватит! — глухим громом прогремел голос из темноты.

Если остановлюсь, буду наказана!

Эта мысль напомнила мои детские страхи. Я ненавидела это. Но знала: если остановлюсь — накажут!

— Остановись же, наконец!

Я уловила движение... Чёрная тень, отделившись от общей темноты помещения, двинулась на меня.

Надеюсь, это смерть...

Мое запястье было поймано огромной рукой, и я ощутила легкое покалывание. «Тень» встряхнула меня за плечи:

— Я сказал, хватит!!!

— Кэп, тебе не понравился мой подарок? — снова послышался мерзкий голос.

Кэп? Подарок? Значит, все это время в зале находился ещё кто-то? Кто-то, чьи сильные пальцы сейчас сжимали мои плечи; кто-то, из-за кого я не могу сдвинуться с места, в том числе и упасть; кто-то, кто молчаливо наблюдал за мной из кресла в темном углу; кто-то, кому меня, по всей видимости, подарили...

— Ненавижу балет. — Эта тень будто бы озвучила мои мысли.

— Действительно собираешься отказаться? — В голосе «дарителя» прослеживалась наигранная досада. — Что ж... оставлю ее себе. Всегда хотел перевоспитать эту избалованную девку! Она слишком дерзко смотрит на меня.

Только не это! Пусть уж лучше меня заберёт этот дьявол!

Я невольно повернулась, желая взглянуть в лицо «жнеца смерти». Тяжелый взгляд чёрных глаз поймал меня в капкан, и я ощутила, что просто физически не могу отвести глаза...

Мгновение замешательства.

Ну же! Оставь меня себе!

Чёрные глаза слегка расширились, будто в удивлении.

— Я не сказал, что отказываюсь, — медленно проговорил демон, обдавая меня запахом бурбона.

Глава 2

Прошло немало времени, прежде чем я наконец решилась выйти из душа и убедиться, что он оставил меня одну.

Что? Адекватный мужчина не захочет меня? И это сказал морской дьявол, чей внешний вид и место обитания олицетворяли собой антоним слова «адекватность»?

Немного придя в себя, я влезла в чистую майку, оставленную для меня на кровати хозяином каюты. Из-за разницы габаритов его футболка на мне походила на платье, притом весьма свободное.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. В приоткрывшемся проеме показалось женское лицо.

— Мисс, капитан велел принести вам еды. — Девушка со слегка раскосыми глазами говорила с ярко выраженным акцентом. — Меня зовут Анжела.

Я лишь молча кивнула. Моя новоявленная компаньонка поставила поднос на комод и собралась было уходить, но замешкалась.

— Мисс... не нужно бояться. — (Видимо, неосознанно забившись в угол, я вызывала жалость.) — Это место лучше, чем может показаться на первый взгляд. — Было заметно, что она боится сказать лишнее. — Но для вашей же безопасности, лучше оставайтесь в каюте капитана. Это, пожалуй, самое спокойное место на корабле...

Что это значит? Что с этим кораблем? Хотела бы я знать, но не нашла в себе смелости спросить.

Девушка едва заметно кивнула и вышла.

Хотелось бунтовать, бастовать. Хотелось объявить голодовку до тех пор, пока не умру от обезвоживания, но что-то подсказывало, что это не лучший выход. Да и есть тоже хотелось. Поэтому, отбросив на время бунтарские фантазии, я накинулась на еду и теперь с удовольствием поглощала креветочный суп вприкуску с огромным стейком, заедая уже третьим по счёту тостом.

Кажется, я счастлива! Если мне нужно было пройти через эти испытания и оказаться на этом чертовом корабле, чтобы наконец избавиться от ненавистного балета и вечных диет, разработанных по технологии концлагерей, то так тому и быть. На суше меня никто не ждёт. Слоун довольно доходчиво обрисовал мое «исчезновение». Все, кто меня когда-либо знал, уже побывали на моих похоронах.

Ещё родители.

Ну, тут-то не о чем волноваться. Они-то знают, что их дочь жива и... И все. Он лишь пообещал им, что я останусь жива. То, что я предпочла бы умереть, нежели терпеть издевательства ублюдка Слоуна, их не интересовало. Как всегда. Во всем. С самого рождения.

Их задачей было во что бы то ни стало рассчитаться с долгом, чтобы вернуть привычную для них жизнь.

Ради бокала вина вечером в джакузи, ради гаража, набитого неподвижным элитным транспортом, ради кубинских сигар, ради особняка недалёко от центра, ради одноразовой брендовой одежды, ради туфель, что съедает мерзкий карликовый пинчер... Черт! Ради всего этого они продали свою дочь!

К горлу подкатила тошнота. То ли от жалости к себе, то ли от нарушенного правила «не перекармливать голодавшего». Мысли о безвыходности моего положения навалились на меня, словно груда камней. Кислый привкус во рту напрочь смел удовольствие от еды, оставляя лишь отчаяние...

***

Пирс вошёл в каюту, и обнаружил свою гостью сладко спящей в его кровати.

«Завидная беспечность. Видимо, Слоун все-таки сказал правду...»

Девушка, свернувшись калачиком, тихо посапывала, прикрывшись уголком покрывала.

— В таком случае будет невежливо... не воспользоваться «подарком», — пробормотал он, подкуривая сигарету: — Эй, балерина! — грубо крикнул он. Язык слегка заплетался. — Клиент пришёл! С этими гостями я совсем сопьюсь, — пробормотал он невнятно.

***

Весь день он провёл с навязчивым Слоуном, который рассказал ему короткую историю «чудного подарка», заверяя, что девушка здесь по собственной воле.

— Ее отец задолжал мне кругленькую сумму. И-и-и, — протянул Слоун, — устроив семейный совет, они решили, что Лизи вполне подходит в качестве уплаты долга. — Он сделал большой глоток обжигающей жидкости. — Условие ее родителей: чтобы девушка осталась жива. Поэтому вариант продать ее на органы отпал сам собой. — Он говорил привычно, буднично. — Вот я и решил: раз уж мне перепал такой вариант уплаты долга, то лучшим его использованием будет подарок нашему капитану. Честно говоря, мне просто негде ее держать. Жена сдаст меня властям с потрохами, если узнает о моих... — он немного подумал, — слабостях. У этой женщины невообразимая чуйка на мое местонахождение, кажется, она способна достать меня даже из-под земли. — Он ехидно усмехнулся. — И единственное место, на которое не распространяется это чутьё, — это твой корабль. Это ещё один важный пункт твоей ценности для меня. Единственное место, где у меня нет ощущения, будто мне сверлят затылок пристальным взглядом, — продолжал он недовольно бормотать себе под нос. — Мое убежище, так сказать...

— Меня не интересуют твои семейные передряги, — равнодушно отозвался капитан. — Шлюхам будешь душу изливать. — Он поднялся из-за стола. — Ты рассказывал о девчонке. Уверен, что с ней не будет проблем?

— Расслабься. Ее точно никто не будет искать. Я организовал ей пышные похороны, об этом даже в газетах написали. Так что она в твоём полном распоряжении: теперь от тебя зависит, попала она в рай или ад.

— Ты чертов психопат. — Пирс с отвращением ухмыльнулся.

Глава 3

Золотистые локоны рассыпались по подушке. Девушка слегка хмурилась во сне.

Пирс затушил сигарету и, скинув куртку и изношенные ботинки, забрался на кровать, нависнув над своей жертвой. Осторожно убрав волосы с бледного лица, он изучающе осмотрел пленницу:

— Вроде ничего, — пробормотал он тихо.

Девушка тихо заплакала сквозь сон.

— Ч-ч-ч, спи, — успокаивающе шептал он, — я ещё немного посмотрю...

Костяшками пальцев он провёл по точеной скуле к едва приоткрытым губам. В его сознание уже начали врываться мысли о том, что он собирается делать с этим ротиком.

— Не сразу, — протянул он, — выглядит слишком уж невинно для шлюхи. Хочу насладиться этим образом...

Девушка перевернулась на спину, предоставляя его взгляду больший обзор. Рука скользнула по тонкой шее к груди. Он накрыл холмик и слегка сжал его. Девушка тихо застонала, то ли от боли, то ли от удовольствия.

— Это будет интересно. — Он склонился и коснулся губами ее шеи. — Сладкая... — протянул он и, приоткрыв рот, слегка прикусил нежную кожу, царапая густой бородой.

Ответом ему снова послужил сдавленный стон.

— Прекрасно, — его рука скользнула к ней под майку, и с силой сжала бедро, — будешь только моей...

Пирс вдруг ощутил, что ещё секунду назад мягкое податливое тело вдруг стало напрягаться.

— Проснулась, принцесса? — не поднимая головы от ее шеи, прошептал он.

Девушка попыталась высвободиться, скинуть с себя захватчика, но он невозмутимо продолжал удерживать ее. Она билась под мощным телом, лишь сильнее распаляя его желание своим тяжелым дыханием.

Капитан отстранился, положив тяжелую ладонь на ее шею.

— Предпочтешь стать моей или же отправишься обслуживать моих клиентов? — холодно спросил он.

В лазурных глазах мелькнул страх.

— Меня не интересуют все эти игры, я просто хочу секса. Надеюсь, ты ещё не настолько изношена, как мои девочки. Судя по рассказам Слоуна, ты должна быть чиста почти как девственница. Мне нравится.

***

Запах табака и алкоголя окончательно выветрил сон из моей головы.

Грубые руки сжимали мое тело. Горячий рот касался шеи, щекоча тонкую кожу.

— Проснулась, принцесса?

Этот голос... Густой, словно туман, с едва заметной хрипотцой.

Я наконец осознала, что происходит. Казалось, ему понравилось ещё больше, когда я стала вырываться. Нет смысла кричать и звать на помощь. Никто не спасет меня….

Сильная рука сжала мое горло, и захватчик устало выдохнул:

— Предпочтешь стать моей или же отправишься обслуживать моих клиентов? — Кажется, он серьезно предоставлял мне выбор, — Меня не интересуют все эти игры, я просто хочу секса. Надеюсь, ты ещё не настолько изношена, как мои девочки. Судя по рассказам Слоуна, ты должна быть чиста почти как девственница. Мне нравится.

Я хотела было ответить, но даже не знала что. Подходящих мне вариантов в его предложении не было. А слова «Не будете ли вы так любезны, чтобы отпустить меня» вряд ли изменили бы мою ситуацию.

Поэтому я прибегла к запасному варианту, припрятанному под подушкой. Вынув тупой сервировочный нож, направила лезвие на негодяя.

Он лишь слегка удивился и немного отстранился, освобождая меня от своих рук. И… рассмеялся в голос.

Должно быть, эта попытка и правда выглядела нелепо.

— Мои сегодняшние гости от души веселят меня.

Раскатистый смех продолжал вырываться из его груди, и от этого становилось как-то страшно.

Недолго думая я приставила лезвие к своей шее, туда, где по моим представлениям, должна пролегать сонная артерия.

Смех моментально стих. Мужчина гневно посмотрел на меня.

— Даже не думай, — отрезал он, будто я должна была подчиниться ему.

Нет уж! Я выбираю смерть, а не отвратительную участь грязной подстилки. Одно резкое движение... и бесполезный предмет уже в его руке.

— Вот черт! — Он разжал ладонь, которой поймал лезвие.

Кровь.

— Пожалуй, стоит вернуть тебя Слоуну. Пусть сам с тобой разбирается. Два психопата. Просил же не доставлять мне проблем, — пробормотал «пират», бесстрастно рассматривая на удивление глубокую рану.

Только не Слоун…

Капитан поднялся и выудил аптечку из верхнего ящика комода.

Нужно что-то сделать.

Ещё прежде, чем успела подумать, я вскочила на ноги и, выхватив из рук мужчины чемоданчик с медикаментами, взяла его ладонь в свою. Надо постараться. Может, однажды я смогу получить путевку на свободу?

— Не нужно, — холодно отозвался он где-то на две головы выше моей, — сам разберусь. — И, оттолкнув меня, присел на кровать.

Так не пойдёт. Я опустилась на колени и снова поймала его руку.

Глава 4

Утром Пирс стоял под прохладными струями воды.

«Что мне делать с этой головной болью? На кой черт она мне сдалась? Лучше было бы вернуть ее сразу… — Он смутно вспоминал вчерашние события. — Но, судя по поведению, девчонка готова сделать что угодно, лишь бы не возвращаться к этому психу».

В сознание вклинилась девушка, стоящая перед ним на коленях. Мягкие пальцы касаются его грубых ладоней, аккуратно обрабатывая рану…

— Черт! — Он ударил в переборку и поспешил закончить утренние процедуры, будто от этого зависело решение навалившихся на него проблем.

Ещё полчаса назад, свешивая ноги с кровати, он был все тем же беззаботным капитаном, страдающим от похмелья. Пока практически не споткнулся о скрутившуюся калачиком на полу девушку.

Теперь он толкнул дверь и ещё раз удостоверился, что ему не показалось. Его пленница обнимала себя за плечи, видимо, изрядно замёрзнув. В доказательство тому, пухлые губы мелко подрагивали.

«Утро выдалось на удивление холодное», — подумал Пирс.

Он продолжал смотреть, борясь с желанием немедленно упаковать спящую «гостью» на катер и вернуть отправителю.

Словно ангел в ареоле золотых волос, разметавшихся по полу...

«Ей здесь не место. — Он начал привычно злиться, похоже, это была единственная сохранившаяся эмоция. — Какого черта! Я практически сам уговорил ее остаться… — Он взялся за голову. — Пожалуй, надо меньше пить».

Капитан принялся одеваться, размышляя, как бы ему избавиться от неизбежных трудностей.

***

— Вы же сами вчера велели мне не сболтнуть лишнего?

— Анжела, если бы я хотел слушать препирания, я бы позвал старпома! — прогремел Пирс. — Вчера велел молчать. Сегодня я хочу, чтобы ты рассказала моей «гостье» самые интересные подробности обитания на нашем корабле. Завтра я могу попросить тебя ее трахнуть. И ты молча выполнишь. — Он грозно подался вперёд.

Все присутствующие на мостике притихли, желая слиться с бесшумными приборами, в надежде не оказаться замеченными капитаном.

— Я хотел стать отшельником, чтобы избежать лишних проблем, но какого-то хера проблемы липнут ко мне даже сквозь океан! Разгоню вас всех к чертям...

— Кэп, зачем пугаешь девчонку? — В дверях показался старпом и взглядом показал испуганной Анжеле спрятаться пока где-нибудь. — Она ведь ни в чем не виновата.

Мужчина в самом расцвете сил, тучный курчавый Казанова, как он сам себя называл, он примирительно улыбался во все тридцать два.

Повернувшись на пятках, Пирс злобно воззрился на друга.

— Правильно. Это ты виноват! — Он ткнул в старпома пальцем. — Ты притащил весь этот бардак! Как случилось, что мое отшельничество превратилось в... — Он в бешенстве развёл руками. — В это!

— Это тебя визит Слоуна так взбесил? Или похмелье? — Старпом, очевидно, пытался разбавить накалённую обстановку, но не догадывался, что зацепил истинную проблему.

— Твою мать, Айк! Ты хоть понял, на что эти психи способны со своей извращённой фантазией? — окончательно вышел из себя капитан.

Чувствуя надвигающуюся бурю, очевидцы поспешили оставить разгневанного капитана на старшего помощника.

— Он подарил мне девку! — почти истеричным шёпотом процедил Пирс. — За что мне это?

— Как по мне, отличный подарок! Ты заслужил. Симпатичная? Если не хочешь, я могу взять на себя эту ношу...

Капитан схватил первое, что попалось под руку, и швырнул в друга. Грузный старпом на удивление ловко увернулся от пролетевшего мимо его уха бинокля.

— Да я же шучу! — возмутился он. — Что собираешься делать? Отпускать ее нельзя. Но и оставлять опасно.

— Сам не знаю. — Пирс устало приложил руку ко лбу.

— Зачем тогда отправил к ней Анжелу?

— Не знаю, говорю же! Вчера был уверен, что убедить ее остаться — отличная мысль. Вроде как моя личная потаскуха. Подумал, так она нас точно никому не сдаст. Да и у Слоуна не возникнет лишних вопросов. — Он провёл ладонью по волосам и прикрыл глаза. — Но сегодня понял, что это скорее моя личная головная боль. Что-то мне подсказывает, что все не так радужно, как напел Слоун. Она не вписывается в это место.

— Баба и баба, как она может не вписываться в бордель? Отверстий, что ли, нет?

— Я не об этом... Неважно, — капитан махнул рукой, — я отправил Анжелу в надежде, что она достаточно напугает нашу «гостью».

***

— П-притон?

Анжела смотрела на меня невиннейшим взглядом, будто это не она сейчас огорошила меня столь шокирующей информацией.

— Наши клиенты — серьезные люди с довольно специфическими вкусами, — продолжала она, ее акцент сильно резал слух, — поэтому обычного борделя было бы недостаточно. Мы что-то вроде цирка… — Она задумалась на секунду. — Ну, или театра… «Сессии» проходят обычно пару раз в месяц. На несколько дней, в зависимости от запроса, на корабль высаживаются гости. Наша задача — выполнить все их желания. Без ограничений. С листом запросов нас ознакомляют заранее...

Глава 5

Человек — странное существо. Мы можем адаптироваться ко всему. Даже к каюте на корабле, предназначенном для удовлетворения чьих-то низменных желаний.

Прошло чуть больше недели с моего появления на этом проклятом корабле. Я так и не решилась сдаться Слоуну. Ни случайно, ни специально. Видимо, пока меня не коснулись все ужасы этого места, я так и не смогу принять решение. Ведь пока мое пребывание здесь казалось вполне сносным.

Капитан уходил рано утром, когда я ещё спала, а возвращался поздно вечером. К его приходу я всегда делала вид, что уже сплю, дабы не давать ему лишних поводов потребовать «возмещения долга». В течение дня я была предоставлена сама себе, что меня вполне устраивало.

Анжела приносила еду несколько раз в день. Кроме того, эта милейшая путана с невероятно выразительным акцентом принесла мне одеяло, на котором я теперь могла спать, немного одежды, белье и предметы первой необходимости:

— Это новое белье, его только что доставил катер, — успокаивающе пояснила она. — Катер привозит нам все по спискам пару раз в месяц. Для тебя тоже сделали заказ.

Как мило. Она говорит об этом так, будто я должна быть благодарна. Я бы и была. Если бы не была заложницей этих «доброжелателей».

Все свободное время я думала. Решала, что же мне все-таки выбрать. Я не могла просто так отдать свою жизнь этому работорговцу и этому месту. Но долгие раздумья привели меня к выводу, что у меня нет вариантов лучше. Однако чашечки весов все ещё колебались в моей голове. Это моя жизнь. И неизвестно, сколько потребуется времени, чтобы я наконец смогла покинуть это место.

И смогу ли я вообще когда-нибудь...

Нужно выйти. Может, хоть так я смогу определиться.

Я дернула ручку двери, и, к моему удивлению, она без сопротивления поддалась. В глаза ударило солнце, и я с удовольствием вдохнула свежий морской воздух.

Прекрасно...

Этот фактор определенно был в пользу корабля. Море, солнце, вкусная еда, дружелюбная подруга-путана. Но важнее прочего — отсутствие Слоуна.

Хотя он клиент этого притона, значит, возможно, мне придётся ещё не раз с ним встретиться. Во всяком случае, здесь я под сомнительной защитой этого пирата, который недвусмысленно намекнул, что делиться мною не намерен.

Это ужасно...

В своих мыслях я не заметила, как оказалась в противоположной части корабля. Здесь было довольно людно. Кто все эти люди? Экипаж или же «обслуживающий персонал»?

Я не решалась подходить близко, лишь наблюдала со стороны.

Будто в небольшом дворе собрались соседи, они шумно разговаривали и смеялись.

— И зачем было пугать меня рассказами об опасностях жизни вне каюты? — пробормотала я себе под нос.

— Не слушай его, — вдруг послышался рядом голос, и я вздрогнула. — Пирс любит утрировать масштабы проблемы.

Невысокий человек с круглым лицом и волосами-пружинками стоял прямо за моим плечом.

— Вы?..

— Прошу простить мою бестактность. Айзек Альенде. — Он поймал мою руку и едва коснулся губами. — Для вас можно просто Айк. Я старший помощник кэпа. Рад наконец познакомиться с девушкой нашего капитана. — Мужчина окинул меня оценивающим взглядом. — Вот почему он прятал вас в своей каюте. Вы же настоящее сокровище.

— Боюсь «девушка капитана» — не самый подходящий эпитет. «Пленница капитана» больше подходит! — саркастично выпалила я.

— Прелестное создание. — Мужчина захохотал, сложив ладони, а затем кивнул в сторону скопления местной «цивилизации». — В свободное от сессий время мы обычные люди. Ну, преимущественно шлюхи и моряки, но все же… — Он пожал плечами.

— А во время сессий? — подтолкнула его я.

— Это их работа. Все равно как балерина или старший помощник капитана, — сказал он, будто это что-то объясняло.

Анжела, конечно, рассказала мне о представлениях, организуемых для гостей, но пока суть этой информации плохо укладывалась в моей голове. Максимум, который я могла себе представить, — это секс в присутствии зрителей. И Айк не внёс ровным счетом никакой ясности в мои мысли.

Он сопроводил меня обратно в каюту капитана, попутно рассказывая мне о здешней жизни. Из его слов я сделала вывод, что, хотя они все и люди, но лучше с местными обитателями лишний раз не сталкиваться.

— Они могут быть недружелюбными, грубыми или даже агрессивными...

***

После ужина в кают-компании Пирс возвращался к себе раньше обычного.

— Ну и что же? — привлекло его тихое бормотание. — Манишь меня, будто знаешь ответы на мои вопросы.

Девушка, слегка переклонившись через леер, казалось, говорила с морем. Капитан бы и не заметил стройный силуэт, если бы не это бормотание.

Пирс оглядел свою пленницу: из-под безразмерной толстовки виднелось короткое лимонное платье, видимо, привезённое катером. Как и светлые кеды, сидящие на миниатюрных ножках. Светлые волосы лежали идеально, будто после салона.

«Похоже она уже в полном порядке...»

Глава 6

По крайней мере, в тот вечер я своего добилась. Капитан снова отступил и на какое-то время охладел ко мне, не проявляя ровным счётом никаких эмоций. Абсолютно ничего. Будто меня и не было вовсе на полу в его каюте.

Мне показалось, что я скорее надоела ему в тот вечер, нежели разозлила. Он молча ушёл в душ, а, вернувшись и обнаружив меня, завёрнутую в одеяло на полу, просто лёг спать.

Всегда мне так везти не может...

Я стала выходить на палубу по несколько раз в день, однако воспользовалась советом капитана и не отходила от каюты дальше, чем до ближайшего леера.

Эта часть корабля была максимально безлюдной, видимо, по приказу самого капитана. За все время я видела здесь только его, Анжелу и единожды Айка, который забрёл лишь в поисках кэпа.

Анжела приносила местные сплетни. Кроме прочего я узнала о проведении сессии: на корабль высадилось четыре гостя из «криминальных», и по их «райдеру» работало семь девушек, четыре парня и ещё несколько человек обслуги. Сама Анжела в этот раз не участвовала в «представлении».

Меня передергивало от одной мысли о том, что может происходить в нескольких метрах от меня.

Сегодня я вышла после ужина подышать свежим воздухом. Солнце уже скрылось за горизонтом, и корабль погружался во тьму, наверное, поэтому я не сразу заметила их...

— Ши-и-икарно! — протянул неподалёку незнакомый голос, — я хочу ее...

Я повернулась и, кажется, даже слегка вскрикнула от неожиданно представшей мне картины: мужчина грузного телосложения, с проплешиной на голове, стоял в нескольких шагах от меня. Перед ним на коленях стояла девушка, которую я совершенно определённо уже встречала на корабле. Она с упоением обсасывала небольшой член мужчины, издавая при этом мерзкие чавкающие звуки.

— Коллина, я хочу ее! — Плешивый явно указывал пальцем на меня.

В голове пронеслись все предостережения, которые я слышала за этот месяц. Вот и пришла расплата за мою беспечность.

Толстяк потянул девушку за волосы:

— Её! — завизжал он, отвлекая, наконец, внимание от своих чресл.

Я попала! До возвращения капитана оставалась по меньшей мере пара часов, за это время я успею выполнить весь их «райдер». Нужно бежать. Каюта, в которой я могла бы закрыться по совету капитана, была отрезана от меня этими «голубками». Но если бежать в другую сторону, то могу напороться на ещё большие неприятности.

Я судорожно соображала, как попасть на капитанский мостик, не вляпавшись при этом в ещё худшую передрягу. Девушка же уже поднялась с колен и лениво надвигалась на меня. Она был обнажена и перевязана какими-то ремнями.

— Новенькая? — слащаво улыбнулась она, вытирая уголки рта. — Ты по какой части, бэбидолл? Может, покажешь нашему гостю, на что способна?

Нет, пожалуйста... Я оцепенела от ужаса. И, показалось, девушка вдруг тоже, глядя куда-то позади меня.

Большая ладонь неожиданно легла на мои глаза. А спину согрело тепло чужого тела. Я дёрнулась в страхе.

— Ч-ч-ч, стой. — Голос, словно туман, проникал в мое сознание, отчаянно желавшее меня покинуть.

Я ненавижу его. Он сам дьявол во плоти. Но сейчас, услышав этот голос, почувствовала себя так спокойно, что захотелось посильнее прижаться к своему спасителю. Я едва заметно откинула голову и с облегчением уперлась затылком в твёрдое плечо.

— Коллина, ты получишь наказание за нарушение, — холодно сказал капитан. — Теренс, тебе тоже штраф. На ближайшую сессию ты не допущен.

— Пирс, что за...

— Я устанавливаю правила не для того, чтобы их игнорировали, — перебил капитан. — Здесь мой дом. Я желаю спать после трудового дня, а не слушать мерзкие звуки ваших прелюдий. Ещё одно нарушение — и нам придётся попрощаться навсегда.

С недовольным ворчанием они все же удалились, не рискуя злить категоричного капитана ещё больше.

Рука на моем лице не шевелилась, хотя, судя по звукам, мы остались одни. Я чувствовала себя так, словно упала в пропасть, и когда уже была уверена, что разобьюсь, вдруг обнаружила, что ко мне привязан трос. Только не к ногам... а, скорее, к шее.

Прошло уже пару минут, а он все ещё не пошевелился. Но я физически ощущала на себе его плотоядный взгляд. В доказательство тому я чувствовала, как его неровное дыхание касается моего уха.

— С-спасибо, — прошептала я, нарушая тишину.

— Ты здесь ни при чём, — через некоторое время наконец ответил он. Голос прозвучал хрипло, и, слегка откашлявшись, он продолжил: — Я уже говорил: я защищаю свою собственность. — Казалось, он снова злится. — Зачем мне испорченный товар, который я ещё сам не успел попробовать? — Его губы коснулись моего уха. — В следующий раз я вмешиваться не буду, — прошептал капитан, отпустил меня и зашагал в ту же сторону, откуда так своевременно появился.

***

Он уже и не мог вспомнить, зачем шёл в каюту. Непонятная ярость затмевала сознание, пока он широким шагом возвращался на мостик.

— Айк! — рявкнул капитан.

— Он в трюме, — отозвался Стив. — Сказал, нужно проконтролировать представление.

Глава 7

Пирс проснулся от чьего-то кашля.

Голова гудела, будто над кораблем завис вертолёт, создавая болезненные звуки своими лопастями.

— Черт, — промычал капитан, — я опять перебрал с бурбоном.

Вспоминая вчерашнюю настойчивую официантку, он осмотрелся. На груди покоилась хрупкая ладонь. Лениво пробежав взглядом по руке, он обнаружил наконец девушку, мирно сопящую в его предплечье.

Без лишних церемоний откинул ее руку и отправился в душ. Облегчившись и встав под горячие струи, отбивавшиеся паром о его кожу, кэп протяжно выдохнул. Размытые обрывки прошедшей ночи начали прокручиваться в сознании, заставляя снова возбуждаться.

«Мне понравилось? — с некоторым сомнением подумал он, не в силах вспомнить конкретных подробностей, однако ощущая себя отчего-то весьма удовлетворённым. — Надо хотя бы узнать ее имя. Вдруг соберусь попробовать ещё раз...»

Когда через четверть часа капитан наконец открыл дверь в каюту, девушки на кровати уже не было.

Он окинул взглядом комнату и обнаружил свёрток со своей пленницей на привычном месте.

«Она все это время была здесь? — удивлённо подумал Пирс. — Совсем забыл...»

***

— Анжела, куда ты меня тащишь? — попыталась протестовать я.

— Сессия закончилась, гости уехали, пришло время собрания. — Кажется, я уже начала привыкать к ее акценту. — Мистер Альенде велел привести тебя.

«Только не это! — В голову забрались страшные подозрения. — Он все же решил сдать меня в цирк из-за того, что я не выполняю свою часть сделки?»

— Вот и она! — торжественно протянул Айк, как только я переступила порог трюма. — Вы все должны запомнить это милое создание.

Несколько десятков лиц повернулись в мою сторону и изучающе заскользили по мне взглядами, от которых захотелось прикрыться. Девушки с нескрываемой враждебностью, мужчины — с похотливым любопытством.

— Она, так сказать, собственность нашего капитана, хранительница его покоев. Если вы окажетесь слишком близко к каюте капитана и тем более встретите эту барышню, лучше бегите, дабы вас не постигла участь Коллины.

Я стала вглядываться в лица и наконец поняла, что той девушки нет среди этой толпы.

— Это несправедливо, — выступила одна путана, — мы всегда были на равных. И даже если кто-то по ошибке нарушал границы кэпа, это заканчивалось лишь небольшой взбучкой. А теперь из-за этой...

— Кэрри! — предостерёг ее старпом.

— Айк, она была хорошей, — снова сказал кто-то из толпы. — Неужели было необходимо прибегать к крайней мере...

— Хватит! — повысил голос Айзек, — иначе мне придётся привлечь к нашему собранию капитана.

Гомон моментально стих. Сейчас я наблюдала другую сторону обычно беззаботного добродушного старпома. Было очевидно: они боятся его. Или, скорее, появления капитана?

Как такое возможно?

Несколько десятков человек против одного. Какой же рычаг давления на них используют, что они до сих пор не подняли бунт и не сбежали?

В висках начала пульсировать боль, когда я попыталась представить, что сделали с Коллиной. Фактически по моей вине. Теперь понятно, почему я ловлю взгляды, полные желания расправы.

Крайняя мера... Крайняя мера...

Чьё это решение? Может, ещё можно что-то исправить? Нужно поговорить с капитаном.

От одной мысли о том, что мне придётся привлечь его внимание, по моей спине пробежали мурашки...

***

Весь день я не находила себе места, но не решилась подняться на капитанский мостик.

С наступлением ночи я уже отчаялась дождаться его появления и по обыкновению легла на пол, завернувшись в одеяло.

Дверь щелкнула. Он тихо вошёл и, даже не глянув на меня, отправился в душ.

В голове отчаянно бился инстинкт самосохранения, заставлявший продолжать лежать неподвижно. Поэтому когда капитан наконец вернулся из душа, я постаралась не подавать признаков жизни.

Он принялся вытирать голову полотенцем, и я невольно уставилась на его обнаженную спину. Татуировка покрывала кожу от шеи и до самого полотенца, обёрнутого вокруг бёдер. Теперь, когда я знала, что скрывает этот бесформенный узор, я могла видеть очертания шрамов, усеивающих всю его спину.

Любопытство до добра не доводит. Нужно перестать пялиться.

— Сегодня не притворяешься?

Я вздрогнула. Успела забыть, что разглядываю одушевленный предмет.

— Хочешь что-то спросить?

От этого голоса я теряла дар речи. Мужчина стянул полотенце с головы и повернулся ко мне.

Как я могла посчитать его безобидным? Он же сам дьявол в обличье зверя.

— К-коллина, — выдавила я.

Он нахмурился, будто бы не понимая, о чем я.

— Что вы сделали с той девушкой?

Глава 8

— Мне передали, что вы искали меня на днях? — начала Мэнди, обнаружив кэпа одного в кают-компании.

— Ты кто? — даже не поднимая глаз от еды, равнодушно бросил он.

— Я? — Казалось, девушка растерялась, — Мэнди.

Он наконец обернулся и с едва заметной заинтересованностью оглядел гостью: миниатюрная блондинка в чересчур откровенном для повседневного платье. Шлюха как шлюха. Вроде ничего особенного.

Он снова принялся за еду.

— Это ты обслуживала меня на последней сессии? — не в силах воспроизвести лицо в своих воспоминаниях, перестраховался он.

— Да, — прошептала она уже над его ухом. — Желаете продолжить, мой капитан?

— Попробуй. — Он откинулся в кресле, отложив вилку.

Девушка, не заставляя себя ждать, опустилась на колени и принялась возиться с его ширинкой.

— Напомни мне, какая у тебя спецификация? — спросил он, не чувствуя ровным счётом ничего нового, когда девушка принялась сосать его член.

— Люблю животных. — Она недвусмысленно приподняла тонкую бровку. — В частности — огромных догов. — И продолжила свою работу.

— Фу, — брезгливо протянул кэп.

«Тем утром я чувствовал себя таким... так... хорошо. Будто пришло наконец какое-то облегчение. Черт, надо было меньше пить».

Он разочарованно вздохнул, снова не ощущая желаемого наслаждения. Девушка посчитала это знаком к действию и принялась с удвоенным усердием насаживать свою голову на твёрдый стержень.

— Что ты делала в прошлый раз? — все ещё пытался найти разгадку Пирс.

Девушка чуть сбавила скорость, видимо обдумывая ответ, затем остановилась. И вытерла уголки рта.

— Вы разве не помните? Ничего. — Она смотала светлые волосы в жгут. — Вы же выставили меня за дверь, как только эта... новенькая подала признаки жизни. — Мэнди снова продолжила сосать, используя все известные ей техники, желая понравиться капитану.

— Разве утром тебя не было в моей кровати? — на всякий случай переспросил кэп.

Девушка отрицательно помотала головой, даже не отвлекаясь от дела.

***

Последние дни Анжела приходила с двумя порциями еды, чтобы обедать вместе. Я была благодарна ей за это. Как-никак, даже в аду хотелось бы надеяться на живое общение.

Она рассказывала, что корабль готовится к приему новой партии гостей, и что в этот раз она будет принимать участие в сессии.

— Почему вы не пытались сбежать? — не выдержала я, слушая ее рассказы.

Ее глаза расширились от удивления.

— Куда? — Она продолжила жевать, непонимающе глядя на меня.

— Чертов океан! — Я забыла, что нахожусь на корабле. — Но вас же много. Почему же вы боитесь его?

— Ну, — протянула она, продолжая поглощать пищу, и буднично ответила: — Он же хозяин.

Я была в недоумении.

— Невероятно! Неужели вы привыкли быть рабами?

— Рабами? — повторила она, будто смакуя слово. — О, раб... Да, работники. Конечно, мы привыкли к своей работе.

Кажется, у нас возникли трудности перевода.

— Я не об этом...

Дверь щелкнула. Увидев капитана, Анжела как по команде вскочила на ноги и, молниеносно собрав посуду, вылетела из каюты.

Он изучающе посмотрел на меня.

— Может, ты поможешь прояснить мои воспоминания?

— Что? — пискнула я.

Мои связки каждый раз будто сдавливала невидимая рука в его присутствии.

Мужчина со скучающим видом стал медленно приближаться.

Нет. Только не подходи близко.

Капитан обогнул меня и потянулся к своей подушке.

— Не подскажешь, чьё это? — Он выудил из-за матраса кружевной лоскут.

Черт! Вот почему я не нашла их.

— Ты же была здесь в ту ночь, значит, должна знать, кому они принадлежат. — Его голос звучал лениво, казалось, его не интересует ответ, потому что он уже сделал выводы.

Я была уверена, что он ничего не помнит. Почему сейчас?

— Отвечай! — потребовал капитан, куда более настойчиво. — Та блондинка утром… это ведь была ты.

***

В то ранее утро мой и без того беспокойный сон нарушил щелчок двери, двое ввалились в каюту. Капитан неуверенно держался на ногах, а на нем висела девушка, смахивающая на резиновую куклу.

К горлу подкатил очередной приступ кашля, и сейчас я могла думать только о том, как не выдать себя, несмотря на неловкость ситуации.

Капитан стал неторопливо раздеваться, но обессиленно опустился на кровать. Девушка принялась услужливо стягивать с него джинсы, когда он откинулся на подушки. Она запустила руку себе под фартук, и в темноте каюты послышался звук расстёгивающейся молнии.