Пленница жестокого дракона

Пролог

В лесу было темно, словно уже близился вечер. Я даже удивилась, как быстро спустились сумерки и только потом разглядела огромную тучу, нависшую над головой. Темную, сизую, набухшую дождем, но пока не пролившую влагу.

Пора было возвращаться, а я еще не нашла три из десятка травок, зарисованных для меня целительницей, которая обучала меня своему умению. Хоть Эдиль и говорил, что мне не придется ни в чем знать нужды, когда мы поженимся, я все-таки хотела приносить пользу. К тому же это было интересно и увлекало меня.

И позволяло гулять по лесу без присмотра, в отличие от прочих девиц в замке. Мама, хоть и ругалась, но признавала, что профессия лишней не будет.

Взглянув тревожно на тучу, я решила, что забегу на еще одну полянку. Я там видела незнакомые травы, возможно, найдутся и нужные мне. Но стоило мне выбежать на опушку, как я замерла в тревоге. На поляне я была не одна. Там же, у подножия невысокого холма, сидел на земле молодой парень. При виде меня он испугался не меньше и попытался скрыться, но смог лишь отползти немного в сторону. Увидев, как неловко он дергается, я наоборот сделала шаг вперед. И заметила, что его ноги выглядят неестественно.

Он умудрился их сломать! Обе!

Мое начинающее целительское сердце не выдержало такого зрелища и я бросилась к нему.

- Эй! - Возмутился парень, когда я присела на корточки и принялась бесцеремонно ощупывать его голень. - Ты что дела… АААААААА!

Видимо, я задела больное место. Но я уже поняла, как и где были переломы и покачала головой.

- Как ты умудрился? - Спросила я, откинув волосы с глаз и глядя прямо на него. - Да еще тут? Залез на дерево повыше и спрыгнул? Я бы поняла, если бы ты упал со скалы!

- Не твое дело! - Ощерился он и попытался подтащить к себе поближе ноги. - Иди куда шла.

- Я-то пойду. - Кивнула я. - А вот тебя сейчас затопит дождем, а ночью съедят волки.

Он задрал голову, глядя на тучу прозрачными, как летнее небо, глазами и вдруг сказал странным тоном:

- Не затопит.

- По волкам возражений нет? - Не полезла за словом в карман я.

- Нет, по волкам нет, - согласился он. - Послушай, девица, помоги мне, а?

- Сначала грубишь, а потом я тебе и помоги?

- Примерно так, - кивнул он. - Как тебя зовут?

- Ларишия, - сказала я, копаясь в своей кожаной сумке в поисках болеутоляющего эликсира. Я же видела, как он морщился и как выступили на лбу капли пота, явно от боли. - А тебя?

- Дар… Даррин.

Мне показалось, что он соврал, но я решила не лезть человеку в душу.

Если б мне знать тогда, что он не человек!

- Потерпи, Даррин, - сказала я. - Сейчас найду эликсир и станет легче. Ты откуда такой? И где все твои родные? Может быть, позвать их, чтобы тебе помогли?

Он тяжело вздохнул и переместился так, чтобы опираться на руки. Все равно поморщился.

Трава вокруг него была помята, словно он уже довольно давно так сидит. А вот следов видно не было. Откуда же он сюда попал уже со сломанными ногами?

- Мои родные очень далеко, - признался он. - А эликсир мне не нужен, мне нужно кое-что другое.

- Что же? - Мне стало так любопытно, что я перестала рыться в сумке.

- Амулет, - признался он. - Я его потерял и мне важно его найти.

- Настолько важно, что важнее сломанных ног?

- Да, - твердо ответил Дарриин и я от удивления снова взглянула ему в глаза. Мне показалось, что они стали темнее. То ли играло шутки освещение, ведь темная туча все еще нависала над нами, то ли ему становилось все хуже и боль туманила взгляд.

- Где же ты его потерял?

- В деревне, - к моему удивлению ответил он. - Наверное, где-то у дома кузнеца, там я пробыл дольше всего. Но может быть и на площади.

- На площади ярмарка, - сказала я. - Там воры. Его не могли украсть?

- Воры? - Нахмурился Даррин. - Люди, которые…

- Берут чужие вещи тайком, - со смехом подсказала я. - Откуда же ты, что не знаешь, кто такие воры?

- Издалека, - вновь туманно отозвался тот. - Я понял. Нет, вряд ли. Это было бы очень-очень плохо.

- Что ж хорошего, - я наконец нашла маленький пузырек зеленого стекла и протянула его Даррину. - Вот, выпей. Станет легче.

- Ты поищешь мой амулет? - Требовательно спросил он, схватив меня за руку и глядя в глаза. Эликсир его будто вовсе не интересовал.

- Поищу, поищу! Но это долго, а тебе больно сейчас. И мне уже пора домой. Но я не могу тебя оставить здесь…

Я задумалась.

Даррин пока исследовал пузырек, тщась прочитать надпись на нем. Но это было бесполезно, почерк нашей целительницы еще никто не мог разобрать. Наконец он принял разумное решение все-таки откупорить емкость и с опаской понюхать содержимое.

- Ты пей, а не смотри на него, - посоветовала я. - А потом надо будет дождаться, пока подействует. Наверное, я сбегаю в замок, попрошу конюхов перенести тебя туда.

- Не надо! - Он закричал так громко, что спугнул из кустов стаю птиц и выронил пузырек. Но так быстро подхватил его, что я только рот открыла. Руки его двигались молниеносно, с недоступной человеку скоростью.

- Ну как не надо? - Удивилась я. - Как ты тут ночь проведешь? Я пойду искать твой амулет только завтра. А здесь правда водятся волки.

- Неужели нельзя как-то иначе? Мне нельзя к людям, - уже спокойней объяснил он. - Просто поверь.

- Ты убийца или душегуб? - Настороженно спросила я.

- Нет же! - Он помотал головой. - Просто поверь! Если нельзя иначе, прошу, разожги мне огонь и уходи до утра.

- Вот что, - решила я. - Тут недалеко заимка есть. Она давно стала ненужной, с тех пор как из замка тайный ход выкопали, так что там точно никого нет. Давай ты выпьешь эликсир, а потом я помогу тебе туда доползти? Вдруг поиски затянутся?

- Не хотелось бы…

Но он все же выпил содержимое бутылочки. Я оставалась рядом и видела, как он скривился, почувствовав резкий вкус, как дернулся кадык, когда он сделал глоток и как воцарилось задумчивое выражение на его худом и немного хищном лице, когда он прислушивался к ощущениям.

Спустя пять лет

Спустя пять лет


Сегодня я нашла настоящий клад. В дальней части леса, куда мы давно не ходили из-за того, что ураганом повалило несколько старых деревьев, обнаружилась дикая яблонька. Мелкие кислые яблочки с нее давно опали и уже наполовину сгнили, но годных осталось еще так много, что я скинула нижнюю юбку, сделала из нее мешок и набила его целиком. Насилу дотащила в замок, несколько раз присаживалась отдохнуть. Очень стала уставать в последнее время и задыхаться.

На кухне моему подарку обрадовались невероятно! Сразу яблочки пошли в дело. Пригодилась и сладкая трава, запасенная с лета, и остатки муки, перемешанные с измельченной корой. Завтра у нас будет праздник - яблочные пироги.

Я поспешила в спальню к леди, чтобы обрадовать ее. Но она спала. Она вообще в последнее время много спала, и я боялась, что однажды она так и не проснется. И не сможет встретить Эдиля, когда он вернется домой с победой.

Хотя о победе приходилось только мечтать. Прикрыв иссохшие руки леди одеялом, чтобы она не мерзла во сне, я поднялась на смотровую площадку башни и посмотрела на горизонт. Так, как делала это последние пять лет. Там, где небо становилось багряным и алым, где клубились темные тучи и иногда было видно отсветы огня, шла кровопролитная война. Уже пять лет, как туда уходили наши мужчины, один за другим. Сначала лучшие, дружина во главе с лордом. Потом молодые, надежда и опора, и вел их мой жених Эдиль.

Потом уходили те, кто был силен, но воевать не хотел, а следом те, кто силен не был… И так до тех пор, пока война не повымела даже стариков и мальчишек. В нашем замке мужчин осталось всего двое. Старый дряхлый хранитель ключей, которому и есть уже не надо было - только спать в тепле у очага. Да парнишка десятилетний колченогий. Он и до соседнего поля по половине дня добирается, куда ему еще на войну.

Холодный ноябрьский ветер задувал под мою шаль, пора было уходить в тепло, но я стояла на площадке, напрягая глаза, смотрела на темные тучи и не хотела вновь погружаться в наш тяжелый быт одиноких женщин. Эдиль первое время писал письма. Мне и матери. Потом только мне. Но уже давно от него не было ни одной весточки.

Он обещал, что мы поженимся, когда они победят драконов. «Будет самый радостный праздник, Риш, и наша свадьба сделает его еще радостней».

Напоследок он поцеловал меня и махнул, не оборачиваясь. Пять лет назад то было, он уехал и больше не вернулся.

А нам осталось только хранить очаг, выживать и надеяться.

И еще - бояться.

Потому что новости с войны приходили самые неутешительные. Говорили, что среди драконов есть один - самый жестокий. Молодой черный дракон, до того люто ненавидящий людей, что он никогда не берет пленных. Всех, кто сдался сам, он сжигает своим пламенем. Захватывает замок за замком и разрушает их до основания. А женщин забирает себе.

Самые красивые отправляются в его гарем.

У него мог бы быть самый большой гарем в мире, но ни одна пленница до сих пор не пережила ночи с ним. Все они погибают и наутро их растерзанные тела хоронят родные и близкие.

Каждую ночь я молюсь небесам, чтобы нас миновала эта участь! Пусть другие драконы захватят наш замок. Пусть заберут нас в плен, заставят работать на себя, даже угонят в свои края. Но пока мы живы - остается надежда!

Сегодня мне кажется, что темные тучи, подсвеченные алым, приблизились к нашему замку. И это пугает меня до ужаса. Надо спускаться на кухню, помочь с уборкой, успокоить всех в замке. Ведь пока больна старая леди, а Эдиль не вернулся, я тут за старшую.

Невеста молодого хозяина. Официальную помолвку мы так и не успели заключить, но все знают, что я его невеста и слушаются меня. Кроме того, некому больше этим заниматься. Все мамки-няньки и прочая прислуга не решатся на такую дерзость, а строгая управительница, на которой держалось хозяйство замка все эти годы, слегла сразу, как лорд ушел на войну. Да и скончалась через год, как раз, как письма от него перестали приходить.

Поговаривали, что она была его любовницей, но теперь уж много будут болтать, всех не заткнешь.

Хотя старая леди после ее смерти тоже изрядно сдала.

- Мертв мой муж, я сердцем чувствую, - говорила она. - Да и мне пора.

Если честно, я с ней была согласна. Даже замок словно ссутулился, потемнел. Стало в нем грязнее и мрачнее, хоть мы и старались убираться изо всех сил.

Закрыли парадную часть и левое крыло, оставили только правое, куда вела лестница из кухни. Самую лучшую спальню занимала леди, а я жила в одной из гостевых комнат. Только холл на первом этаже и мраморную лестницу мы отмывали так упорно, словно со дня на день ждали победителей…

А считай, что и ждали. И дождались. Только не тех.

Явление драконов

Это был чудесный вечер.

Наши поварихи так обрадовались моим кислым яблочкам, что превзошли самих себя. Откуда-то достали крохи сиропа и топленого масла, наскребли по ящичкам специй и не пожалели заварить настоящего чаю. Такого пира у нас не было давно!

С тех пор как всех мужчин забрали на войну, некому стало распахивать поля, некому охотиться на дичь, некому заготавливать сено. Женщины старались поддерживать хозяйство как могли, но им было не под силу заниматься всеми мужскими делами. Чинить телеги, изготавливать инструменты, да еще и заниматься самой тяжелой работой в полях. Так что хлеба и овощей у нас было мало, а мяса - и того меньше. Сохранилось небольшое стадо коров, но они были худющими и молока давали мало. Кормить их все-таки надо было чем-то, а выпускать пастись мы могли их только летом. Зимой же потихоньку резали. Так убывало и мясо, и молоко.

Голодали мы. Очень сильно голодали и понимали, что лучше не станет. Даже если наши победят драконов, вернется так мало мужчин, что сразу хозяйство не наладится, а значит впереди много голодных лет. Это убивало в нас надежду, поселяло в сердце апатию.

Но не в этот вечер!

Это был настоящий праздник! Пироги с яблоками, такими ароматными, такими кисло-сладкими, словно я принесла не гнилую дичку из чащи леса, а уговорила плодоносить нашу самую красивую яблоню из замкового сада, которая с началом войны начала сохнуть и отказалась давать яблоки.

- Эх! Надо было сидра сварить! - Поделилась кухарка Стася, уминая свой кусок пирога. - Напились бы…

- Хотите… - предложила я шепотом. - Я из подвалов принесу старого вина?

- Хотим, хотим! - Зашумели девицы, разомлевшие от тепла и радости еды.

Мы поделили душистые пироги на всех поровну! Кто хочет - пусть празднует с нами, радуется, танцует, запивает пышный пирог с румяной корочкой самым ароматным чаем и блаженно прикрывает глаза, притворяясь, что вокруг все по-прежнему. Все любимые рядом, мирные годы будут длиться еще долго и беда не придет в наши края.

Вино я выбрала не самое старое, конечно. Никто тут все равно не оценил бы. Но легкое белое порадовало всех не меньше пирогов. Кухонные девицы вместе с горничными раскраснелись, стали хихикать и травить байки. Я даже смутилась немного, вспоминая далекие времена, когда стеснялась забежать на кухню, потому что там постоянно обсуждали парней и свидания с ними на сеновалах.

- Эх, хорошо! - Откинулась на груду мешков с шерстью одна из дворовых девок, которую звали Катой. - Сыто, пьяно, еще бы сладенького…

- Так пироги же… - попыталась сказать я, но девки взорвались хохотом.

- Невестушку нашу лордов сынок так и не оприходовал, - залилась Ката. - Не знает, каково это - со сладеньким!

Я смутилась и покраснела, но Стася шикнула на девок и велела им вести себя прилично. Ведь яблочки-то я принесла и на всех разделила.

Я отнесла кусочек и старой леди, но она качнула головой и снова смежила веки. Она уже принадлежала другому миру, не нашему.

Мне же хотелось почувствовать себя живой. И я с удовольствием съела целый огромный кусок! И чаю выпила! И потанцевала! И даже спела пару песен на радость языкастым служанкам, которые не уставали меня поддевать, смеясь над тем как я фальшивлю.

Мама не успела научить меня петь.

Вспомнив о маме, я скисла. Взяла еще один кусок пирога, завернула его в тряпицу и пошла прямо посреди ночи на наше кладбище. Ее могила была одной из первых после начала войны. Она не успела познать голод и унижения, не успела почувствовать отчаяние, и я была этому рада. Я скучала по ней ужасно, но не хотела бы, чтобы она увидела, во что превратился наш замок.

Я подстелила плед на стылую землю и села на колени. Зажгла маленькую свечку, развернула тряпицу.

- Я соскучилась, мам, - сказала я грустно. - Я так соскучилась. Ты не представляешь, как тут все изменилось за это время…

Когда мама умерла, мне было шестнадцать. Я была уже взрослой девушкой, готовой к замужеству, но мой жених решил иначе, уйдя на войну.

Сейчас мне двадцать, и в былые времена я считалась бы засидевшейся в девках. Нынче же мне вряд ли грозило замужество вообще. Если только не вернется Эдиль.

Мужчин осталось слишком мало. Не за драконов же идти.

Возвращаясь в замок, я остановилась на возвышении, откуда было видно далеко-далеко в поля, поверх замковой стены.

Ночь была темной, но еще темнее ночи были тучи, подсвеченные снизу алым, которые надвигались на наш замок. Слышно было раскаты грома, да слишком долгие для грома. И казалось мне, что в тучах там и тут мелькают огненные искры.

Вино и вкусная еда сыграли со мной злую шутку. Я заснула, едва голова коснулась подушку, и хоть спала тревожно, слыша сквозь сон раскаты грома, но крепко, так и не проснувшись до самого утра.

А утром…

- Госпожа Ларишия, госпожа Ларишия! - Услышала я заполошный крик, и вскочила с кровати, накидывая домашнее платье, а на него плотную теплую шаль. Так быстро я не одевалась давно, спасибо, что спала в нижних юбках.

Распахнув дверь, побежала на крики и выскочила прямо на двор у ворот. Ворота были заперты, мост на цепях поднят, но когда над головой показались черные тени драконов, я поняла, что это были глупые предосторожности. Что им до поднятого моста, если они могут приземлиться прямо у парадной двери?

Драконы не спешили приземляться. Они кружили над двором, поднимая ветер, который рвал волосы, платки и юбки, и все больше женщин выбегали из дверей, чтобы поднять голову и смотреть на тех, кто пришел их завоевать. Один из драконов, самый огромный и черный, спустился ниже всех и пролетел, едва не задев головы крылом.

На мгновение мне показалось, что сейчас он распахнет свою огромную пасть, выдохнет огонь и на этом все закончится. Мы просто превратимся в пепел.

Но вместо этого все драконы разом, как по команде, ринулись вниз. Но вместо того, чтобы разбиться о камни двора, в последнее мгновение обернулись людьми.

Приказ дракона

Он обвел двор мрачным взглядом и в воцарившейся тишине спросил:

- Кто хозяйка этого замка?

Я нагнула голову и сделала шаг назад, скрываясь за спинами служанок. Это не было трусостью. В конце концов, я даже не невеста, я вообще никто. Это было разумным поведением. В моей голове сейчас вертелись тысячи мыслей и самой явной была одна. Он не будет насиловать пожилую больную леди. Ну, а если убьет… Что ж, это ждет всех нас, рано или поздно. Зато сразу будет понятно, успеем ли мы побороться за жизнь или самым разумным будет подняться на самую высокую башню замка и попрощаться с этим миром, который так и не стал для меня юдолью счастья.

Тихонько отступив еще дальше, я подтолкнула вперед самую толстую из дворовых девок, за которой было удобно прятаться. Кажется, ее звали Ирмой. Ей было уже за сорок, она давно просилась на работу попроще, но у нас не было сейчас простой работы. Я сомневалась, что на нее покусится кто-то из жестоких драконов.

Еле слышно прошептала ей в спину:

- Отведи к госпоже! Всех их отведи!

- Не могу!

- Можешь! - Я подтолкнула ее в спину и поспешно отступила еще на шаг, потому что мне показалось, что взгляд молодого черноволосого дракона шарит по лицам разыскивая… меня?

Вряд ли. Просто эти дикие извращенные варвары искали себе развлечение, в этом я не сомневалась.

Ирма склонила голову и забормотала, семеня к захватчику:

- Пойдемте, господин, пойдемте! Отведу к хозяйке вас! Познакомитесь!

Он удивленно посмотрел на Ирму, скривился, снова обвел взглядом двор, всматриваясь в лица девушек, но вдруг кивнул.

- Веди.

Она поспешила вперед, неуклюже поскальзываясь на камнях двора и не держась на ногах от страха, он за ней, а я постаралась незаметно последовать за ними, чтобы подслушать, о чем они будут говорить с госпожой.

За моей спиной уже раздавались шепотки девиц и переговоры низкими голосами. Без своего предводителя остальные драконы расслабились и стали посматривать на наше бабье царство. Но я уже скрылась в замке, неслышной тенью возносясь по лестница вслед за стуком каблуков главного дракона.

Тяжелая дверь спальни матери моего жениха открылась, пропуская туда сначала Ирму, потом дракона. Я услышала тихий голос, но слов было не разобрать. Вероятно, госпожа спрашивала, кто это такой, потому что мужчина громко сказал:

- Даррак Черный, также прозванный Безжалостным. К вашим услугам.

А потом дверь громко хлопнула и больше ни звука нельзя было расслышать. Я помаялась у дверей еще некоторое время, не зная, что делать. Подождала минут пятнадцать, но оттуда никто не выходил. И решила, что от меня будет больше пользы внизу. Там я смогу хоть что-то проконтролировать.

Все наши женщины сбились в кучку в одном углу двора, захватчики же гуляли как у себя дома, пиная носками сапогов худые мешки с сеном и постукивая кулаками по каменной кладке стен. Проверяли на прочность? Думали, как долго стояли бы у наших ворот, если бы не их крылья? Мы бы им спуску не дали! Иногда перед сном я строила планы, что бы мы могли сделать, если бы драконы пришли к нашему замку как честные завоеватели. Если бы они пытались снести тараном наши ворота и забраться по лестницам на стены.

У нас был бы кипяток, горящая смола, ядовитый дым и другие секреты.

Но они просто прилетели к нам, не дав нам и шанса сопротивляться!

Ярость закипала во мне, заставляя метаться по холлу, ожидая, пока Даррак Безжалостный спустится во двор, договорив с хозяйкой. Я разрывалась между желанием сразу бежать к ней, чтобы расспросить и остаться, чтобы выяснить, что он будет делать.

Наконец на верху лестницы послышались тяжелые шаги. Я скрылась в тени за баллюстрадой, надеясь, что он меня не заметит. Высокий и статный, мужчина прошел мимо меня, высоко подняв голову. Я оказалась в какой-то момент очень близко от него и заметила, как играют желваки на его челюсти. Чем-то он оказался раздосадован. Он не стал выходить во двор, остановился в проеме высоких дверей, откуда было видно и горстку наших женщин, и его бойцов. Только меня не было видно, я скрывалась за его спиной.

Но мне было отлично слышно его зычный низкий голос, прокатившийся громовыми раскатами в воцарившейся при его появлении тишине.

- На закате в главном зале я жду всех женщин, достигших совершеннолетия, но не старше тридцати. Попытка сбежать будет караться смертью.

Меня как пыльным мешком по голове ударили, голова закружилась, ноги ослабели. Это вот оно и есть? Гарем… Гарем?!

Сбежать… Что страшнее - погибнуть в первую ночь с этим чудовищем или быть убитой при попытке к бегству?

- Я поселюсь в покоях хозяев замка. Подготовьте их к закату, - продолжил Даррак. - Также на закате будет ужин. Необходимые продукты повара получат в ближайшее время. Дежурства - по плану. Все свободны. Ворота не открывать.

И он развернулся, чудом не застав меня врасплох.

Я стояла и пыталась смириться с тем, что наша жизнь уже никогда не будет прежней. А еще, что я больше не увижу ни Стасю, ни Нору, ни Тэну, потому что их заберут в гарем дракона.

Вовремя отступив в темный угол, я едва не попалась ему в руки. Даррак прошел мимо, и я заметила, как ползет капля пота по его виску, так близко он был.

Мне надо спрятаться! Но где?

Выбор дракона

Хоть я сама была не из особо знатного рода, но мой статус невесты молодого хозяина, даже неофициальной, все равно отделял меня от прочих женщин в этом замке.

Поэтому я хорошо понимаю, что если им посулят небольшую награду или наказание, они выдадут меня в мгновение ока. И оттого не надеюсь ни на кого из них. Тайком пробираюсь в свою комнату, чтобы взять с постели большую вязаную шаль, которая принадлежала моей маме. Все, что от нее осталось.

Заворачиваюсь поверх самого простого платья, завязываю концы вокруг пояса и старательно горблюсь перед зеркалом. Ну что, похожа? Похожа на пожилую ключницу или няньку, взятую на дожитие? Никто не примет меня за молодую девку из тех, что интересуют захватчиков?

Живот подводит от голода, но мне не впервой ничего не есть сутками. Правда, по замку разносятся аппетитные запахи ужина, который готовят для драконов и я даже могу узнать по ним, какие блюда будут нам представлены. Зажаренное мясо с картошкой, рыба в травах, свежий хлеб, похлебка из овощей.

Сглатываю, пробираясь по дальним коридорам замка и пытаясь убедить свой живот, что буквально вчера он был накормлен вкусными пирогами с яблоками и не должен так громко урчать. Увы, разум из нас двоих есть только у меня. К счастью, в пустых заброшенных коридорах мне никто не встречается, и я добираюсь до самого высокого этажа замка незамеченной.

Я знаю секрет. Если не испугаться и пройти по балкам, держащим все здание, то можно спрятаться под самым потолком главного зала, куда Даррак велел привести девиц.

Долго там не просидишь - слишком холодно даже в связанной из шерсти горных коз толстой шали, но мне много и не надо. Только узнать о судьбе женщин, а потом…

Толком что делать потом, я не понимала. Сбежать из замка было невозможно, ведь ворота так и оставались закрытыми, а мост поднятым. Жить в заброшенных комнатах, ночами воруя с кухни еду? Долго ли я так продержусь?

Меня колотит от отчаяния.

И в таком состоянии я слышу хлопанье крыльев. Они словно прямо у меня над головой. Может быть, в самом деле. Когти драконов царапают крышу, под которой я прячусь. Если бы они умели разговаривать по-человечески, я бы услышала, о чем они ведут речь. Но они общаются страшным шипением и короткими взрыками.

А потом в зал, на который я смотрю сквозь узкую щель, начинают заносить свечи. Вижу, что среди слуг, накрывающих столы, остались только пожилые и грузные женщины. Молодых нет.

Когда они заканчивают выносить многочисленные блюда и расставляют их на длинном столе у камина, в зал заходят мужчины.

Множество мужчин, одетых в черную кожу с блестящими застежками на ней.

А вслед за ними - он.

Даррак Безжалостный.

Он высокий, хоть и не выше всех. Но он статный, и глаза его горят жестоким огнем.

Он проходит к противоположной от камина стороне зала, где для него стоит высокое кресло, садится в него и тянется к столу, забирая оттуда крепкое красное яблоко.

- Начнем, - негромко говорит он, и разговоры стихают. - Я велел собрать всех молодых женщин замка. Пусть зайдут.

В абсолютной тишине, нарушаемой только шелестом одежды, через парадные двери в зал заходит десятка три девушек. У нас раньше было много слуг, но с началом войны никто больше не хотел идти работать в замок. Поэтому совсем молодых мало. Нора, Тэна и Агна самые юные, им едва исполнилось восемнадцать. И я. Мне двадцать. Но меня нет внизу.

Остальные старше. И выглядят от голода не очень хорошо, но дракону, похоже, на это плевать.

Он наклоняется, опираясь на колено, жадно вглядывается в стройный ряд женщин, стоящих перед ним и командует:

- Повернитесь задом.

Они вразброд отворачиваются, но с явным облегчением. Даже мне не по себе от его черного взгляда, сверлящего их, а я далеко.

- А теперь задерите юбки и нагнитесь.

Кто-то громко, в голос ахает.

Остальные начинают шуметь, а молодые драконы, столпившиеся у трона Даррака - смеяться грубыми голосами.

Отбор гарема

Я сама еле удерживаю возмущенный возглас, ошеломленная таким предложением. Там, внизу, среди прислуги есть и благородные дамы, оставшиеся жить в замке, когда их мужья ушли с лордом на войну. Не привыкшие к бедной жизни, они все пять лет стараются держать голову прямо и не забывать, что главное в леди - гордость.

А тут такое!

Суюсь к смотровой щели поближе, горю гневом, от которого даже температура повышается и мне не так холодно здесь, под потолком.

Вижу, что часть молодых девушек пытается отойти к дверям, но им навстречу идут мужчины, затянутые в черную кожу и с наглыми ухмылками. Они приближаются, расставив руки, и чтобы не попасться им, приходится отступать все дальше, собираясь в толпу в центре зала, как раз напротив Даррака, который сидит, оперевшись на локоть и смотрит на это все черными страшными глазами.

У меня от ужаса сильнее бьется сердце, когда я его вижу.

Но сейчас он смотрит не на меня. Он смотрит на нестройный ряд девушек, которые стоят в центре зала под плотоядными взглядами десятков мужчин и растерянно оглядываются. Они ищут, кто их защитит. Но, увы, все наши защитники отправились на войну. Чтобы эти черные драконы никогда не пришли в наш дом и не унизили нас.

Если они все-таки пришли, надо признать, что пора перестать надеяться.

Все наши мужчины мертвы.

И мы вслед за ними выпьем чашу унижения и боли. Только нашу, женскую. Особенную.

Вот ее уже подносят тем, кто толпится внизу: драконы в черном по жесту Даррака разворачивают всех спиной к нему и деловито, словно давно и не раз это делали, заставляют наклониться. А потом задирают юбки им на голову.

Даже отсюда я слышу громкие всхлипы.

Слышу и возмущенные крики, а потом щелчок короткого хлыста, с которым выходит один из драконов - этого я тоже начинаю отличать от остальных.

Он выглядит старше всех, и уродливый шрам пересекает его голову, словно ему пытались раскроить череп. Одна половина волос по одну сторону шрама у него черная как смоль, другая - совершенно седа. Когда он скалит ослепительно белые зубы, мне становится страшно. Я не вижу его глаз отсюда и не стремлюсь.

В руках у него хлыст, который он все чаще пускает в ход, убеждая стеснительных девушек присоединиться к тем, кто покорно позволяет их унижать.

Мне не видно то, что они показывают Дарраку, я вижу только заплаканные лица, закрытые юбками головы, униженных женщин. И сама кусаю губы, понимая, что только чудом спаслась от того, что там происходит. Пока спаслась.

Единственное, что я понимаю - пощады не будет и я должна бежать. Хоть в лес. Только отсюда. Лучше замерзнуть зимой в землянке, чем остаться рабыней, которую рассматривают как скот на рынке.

Подтверждая мое впечатление, Даррак легко соскакивает со своего трона и придерживает дракона с плетью за локоть, не позволяя ему слишком уж разойтись. Тот склоняет голову и отступает. Но продолжает скалить зубы и пялиться на ряд… на ряды…

На тех, кто стоит перед ним.

Ему явно нравится то, что он видит, потому что он поправляет свои кожаные штаны между ног.

А Даррак идет медленно вдоль рядов задних частей тела женщин. Придирчиво рассматривает, словно кобыл на рынке. Цокает языком. Кого-то даже похлопывает. Я не вижу кого - лицо этой женщины накрыто длинной юбкой. Мне становится еще жарче.

Он останавливается возле Ирмы. Он девушка красивая, и зад у нее действительно пухлый, круглый, так что можно даже поставить рюмку и она не упадет. Вот и дракон… оценил.

Потому что он стоит и его ладонь поглаживает Ирму по задней части. Я вижу ее лицо - пунцовое, словно она вот-вот взорвется. Губы закушены, глаза заплаканы.

А он все стоит. Я не вижу, что он делает, зато вижу выражение шока, которым сменяется гримаска у Ирмы на лице. Она становится еще краснее, хотя дальше невозможно и вдруг громко охает.

Все мужчины в зале разом грохают хохотом, будто это какая-то шутка.

Ирма пытается вырваться и куда-то рвануться, но Даррак удерживает ее без труда, взяв за бедра.

- Эта, - говорит он.

Двое из драконов отводят Ирму в сторону, разрешая опустить юбку. Она ошеломлена и лицо ее меняет выражения раз в секунду. Ее уводят к дальней стене.

Дальше Даррак идет быстрее. Иногда он с размаху шлепает кого-то по заду, так что звон разносится по всему залу. Иногда гладит медленно и даже как-то нежно. Некоторых девушек велит отвести к Ирме. И снова идет.

Возле одной из наших самых разбитных кухарок, уже на грани того возраста, который он взял за максимум, он останавливается и начинает смеяться в голос. Потом жестом подзывает своего черно-седого друга с плетью и громко говорит, указывая на женщину:

- Ты глянь, Гром, одна из этих сучек потекла! Аж блестит вся, так хочется ей, чтобы в ее пухлые булки кто-нибудь сунул что-нибудь горячее. Бери ее себе!

- С твоего позволения, Дарр, я воздержусь, - отвечает тот, хотя я явно видела, что он с похотью смотрел на этот унизительный экзамен.

- Я сказал - бери! - Рявкает Даррак. - Это моя милость.

- В этом случае, конечно, возьму.

Я прикрываю ладонью рот, когда Гром уводит с собой кухарку. Она еле передвигает ноги, и он толкает ее в спину, чтобы быстрее шла.

Не знаю, куда он ее ведет, но я ей не завидую.

Оставшихся девушек Даррак минует со скучающим видом.

- Эту, - бросает он взгляд на последнюю. Это совсем юная дочь одной из укрывшихся в замке леди. Она совсем недавно стала совершеннолетней, и у меня сжимается сердце, когда я думаю, какая участь ее ждет.

Ее тоже отводят к стене.

- Остальные - свободны на сегодня, - командует Даррак. - Мой гарем ужинает со мной.

И остальные мужчины, не высказывая желания тоже обзавестись гаремом, начинают устраиваться за накрытыми столами. Самый роскошный стол накрыт рядом с троном, у него много мест и туда черный дракон усаживает шестерых отобранных им женщин.

Последнюю, юную, он манит к себе и похлопывает по своему колену. А когда она робко присаживается к нему, одним движением рвет платье у нее на груди, открывая маленькую грудь.

Попытка побега

Ужин длится бесконечно. Я замерзшая сижу под потолком, цепляясь за балки окаменевшими пальцами и слушаю, как урчит мой живот, завязываясь узлом от восхитительных запахов еды, доносящихся снизу. Там пируют драконы. Исходящее паром мясо поливают кровавыми соусами, расчленяют белоснежную рыбу, вгрызаются в сочные фрукты и овощи и подбирают подливу мягким ноздреватым хлебом. Я только сглатываю, глядя на это.

А потом отворачиваюсь, потому что помимо торжества желудка, там происходит другое торжество плоти. Те девушки, которых отобрал Даррак, сидят за его столом и спокойно едят. Кроме той, что у него на коленях. Она испуганно сжимается каждый раз, когда он шевелится и норовит прикрыться, но он с рыком убирает ее руки, заставляя сидеть с обнаженной грудью. Его огромная темная ладонь сжимает ее бедро, когда другой рукой он обгрызает зажаренные ребра или откусывает какой-нибудь сочный фрукт. Больше он с ней ничего не делает.

В отличие от его друзей.

Другие драконы больше времени уделяли не еде, а оставшимся в зале девушкам. Некоторые из них ушли, когда Даррак отпустил, но других слишком привлек горячий ужин. Мы так давно не видели хорошего мяса, вкусного хлеба, свежих овощей, что я их понимаю. Они многим рискуют, оставаясь тут, но удержаться нет никакой возможности. Не уверена, что я сама ушла бы, если бы могла дотянуться до виноградной кисти, пылающей фиолетовым и розовым, что манила меня на краю стола Даррака даже больше, чем мясо.

И пока девушки быстро, обжигаясь, ели, засовывая в рот огромные куски темного мяса, к ним медленно подбирались хищники. Мужчины в черной коже сжимали кольцо, нависали над ними и захватывали в плен. Стоило кому-нибудь зазеваться - она уже оказывалась на коленях какого-нибудь здоровяка с темными волосами и страшными глазами. Он усаживался на лавку и пока девушка продолжала поглощать вкусную еду, его ладони уже шарили у нее под юбкой.

Кто бы пять лет назад сказал нам, что красавица Эдна, стройная и статная леди, чей муж храбрец и красавец погиб одним из первых, мы даже успели об этом услышать, будет позволять чужому мужчине расшнуровывать свой корсет?

Но она была слишком гордой. Никогда не позволяла себе лишней еды, не отнимала ее у слуг, не бегала в лес за ягодами. Она слишком мало ела, так что ее красота даже потускнела. Наверное, она не очень хотела жить после смерти супруга. Но не успела умереть.

И теперь задиристый дракон с копной медных волос скалит ослепительно белые зубы, выуживая ее грудь из низкого декольте. Пока она обгладывает куриную ножку, он впивается губами в ее яркие соски.

Кажется, она не обращает внимания. Инстинкты выживания сильнее гордости. Наверное.

Я никогда бы не оказалась на ее месте, как мне кажется. Потому что это унизительно.

Но я и не была на ее месте.

И когда белозубый дракон задирает ее пышные юбки, я могу только зажмуриться, чтобы не видеть падения леди Эдны ради куриной ножки.

Тут и там в зале слышатся уже вскрики и вздохи. Я могу не смотреть, могу заткнуть уши, но они все равно пробиваются сквозь нехитрую защиту. Там внизу происходит свальный грех среди остатков пиршества. Прямо на лавках, прямо на столах среди разлитого вина и давленого винограда захватчики берут свою добычу.

Даррак смотрит на это с потрясающим равнодушием. Девушка на его коленях нервно ерзает, но он даже не трогает ее обнаженную грудь. Наверное, он видел это зрелище не раз.

Его время придет позже и тогда…

Я содрогаюсь. Если все остальное правда, то слухи о том, что после ночи с ним наложницы не выживают тоже может оказаться правдой. А значит все, кто сидит сейчас с ним за столом и ест, избавленные от внимания других драконов - обречены.

Сжимаюсь в маленький комочек, понимая, что впереди только неизвестность, опасность и смерть. Никакого избавления от страха. Я уже не дождусь своего Эдиля с войны, потому что вместо него пришли эти жестокие твари. Нелюди. Потому что только нелюди могут вот так брать женщин, пользуясь их голодом и страхом.

Плана побега у меня нет, я только знаю, что мне нужно раздобыть теплых одеял и одежды и украсть еды. Чтобы выжить в лесу хотя бы первое время, пока я пойму, что делать.

Мне удалось немного подремать, хотя резь в желудке от голода и отвращение от звуков, доносящихся снизу не помогали. Но в следующий раз мне может вообще не придется ночевать даже в таком относительном тепле.

К счастью, Даррак сам устал от этой оргии и просто поднялся, не спуская с колен свою добычу. Он перекинул девушку через плечо и махнул другим.

Его воины не обратили внимания на то, что их предводитель уходит, а он прошествовал к дверям и направился, должно быть, в свои покои. Не знаю, где он собирается держать свой гарем в нашем замке, потому что у него всего три комнаты. Но это не мое дело.

Постепенно вслед за ним стали расходиться и другие драконы, некоторые из которых забирали своих наложниц с собой. А кое-кто так и бросал в зале.

Я видела, как кто-то из девчонок рыдал в уголке, но их тоже подбирали рано или поздно. Постепенно тухли свечи и когда темнота сгустилась в зале, я решилась выбраться. Мой план был таков - я прокрадываюсь в зал, собираю в узелок мясо и хлеб, поднимаюсь в свою комнату и беру там одеяла.

А потом спускаюсь в подвал замка, откуда идет подземный ход. Никто, кроме мужчин, не знал о его существовании. Только я нашла его когда-то в детстве и перед началом войны таскала через него еду дракону со сломанными ногами.

Я очень смутно помнила эту историю, потому что очень быстро пришла война, а сразу после того, как он улетел, я тяжело заболела и месяц лежала в лихорадке.

Иногда мне казалось, что все это мне привиделось в бреду.

Может, так и было.

Но вряд ли кому-то из драконов известно о подземном ходе и землянке, которая находится недалеко от него. Это все равно небезопасно, но чтобы выбраться и одну ночь переночевать сойдет.

Я с трудом разогнулась и размяла сведенные ноги, сделала несколько упражнений, чтобы не споткнуться от судороги.

Попалась

Я все еще была в своих обносках и старой шали. В темноте коридора нельзя было рассмотреть моего лица. Надо было сгорбиться, чтобы страшный захватчик точно не признал во мне молодую девушку. Все эти мысли пришли мне в голову уже потом, когда я смогда думать. А в ту секунду, встретившись взглядом с его кошмарно черными глазами, я почувствовала, как меня затягивает в их бездонную глубину. Словно самые темные страхи и самые глубокие пещеры позвали меня из черноты его зрачков.

Даррак перехватил мою руку и больно, до синяков, сжал запястье. Не вырваться. Даже не выжить. Он застыл на месте, не двигаясь. И если было понятно, почему стою, как примороженная я, очень уж страшно, то почему это делает он

Тем временем захватчик-дракон медленно потянул меня за руку к себе, так что пришлось сделать несколько шагов и оказаться вплотную к нему. Он поднял мое запястье к лицу и глубоко вдохнул его запах. А потом… дотронулся губами до нежной кожи на внутренней стороне.

- Кто это у нас тут? - Голос дракона был низкий и нотками хрипотцы. - Ты выглядишь, как старуха, но пахнешь… совсем иначе. И у старух не бывает такой кожи!

Он дернул с меня шаль, бесцеремонно и нагло, отбросил ее в сторону и в неверном свете редких светильников в коридоре придирчиво всмотрелся в лицо.

- Сколько тебе лет?

Жесткая рука вновь перехватила мое запястье и подтащила меня ближе к нему. Я чувствовала запах кожи и гари, исходящий от него. А еще - железа и чего-то пряного и острого, словно его собственного. И трав. Горьковатых летних трав, разомлевших на солнце ближе к вечеру.

Короче, поймала себя на мысли, что и я нюхаю его не менее нагло, чем он меня.

Дракон же не стал церемониться, а просто нагло крутнул меня вокруг своей оси, сжал ладонью грудь и на лице его отразилось удивление.

- И не девчонка! - Сказал он обвиняюще. - Совсем не девчонка! Но тебя точно не было сегодня вечером в зале! Кто ты такая? А?

Я отступила в тень, но это не помогло.

Он стал надвигаться на меня, пока мои лопатки не уперлись в стену позади. А руки Даррака легли по обеим сторонам от моей головы и он качнулся вперед, приближая свое лицо к моему. Он провел носом по моей щеке, вдыхая мой запах, а потом одно из рук легла на мое бедро, шустро подсобирая юбку, чтобы обнажить бедро.

- Я просто… девушка, господин, - я придала своему голосу как можно более детские интонации. - А вы звали женщин взрослых!

- Врешь! - Сказал он уверенно. - Я чувствую твой запах, и он не детский. А здесь…

Его рука скользнула по моему голому бедру прямо под нижнюю юбку, туда, где нельзя было трогать до сих пор никому. Но уверенные и наглые пальцы Даррака накрыли мое междуножие, а один раздвинул там лепестки плоти и погрузился во влагу.

Я тихо ахнула, а он сразу напрягся всем телом.

- И здесь ты совсем не ребенок… - сиплым полушепотом сказал он.

- Господин, не надо! - Распластанная по стене, я зажмурилась и изо всех сил только терпела его прикосновения, хотя хотелось рыдать.

Как же я так попалась! Хоть не у всех на глазах.

- Как тебя зовут?

- Маленка, господин! Я просто выгляжу старшей, а так я несовершеннолетняя!

- Хватит вррррррать! - Рявкнул он.

Даже в полутьме я видела, как раздуваются его ноздри и каким темным огнем разгораются глаза.

Как же сбежать от него? Как же, как же, как же...

- Отпустите, пожалуйста, мне еще на кухне посуду мыть! - Попробовала я последнее средство.

- Обойдутся без тебя на кухне. Ты сегодня остаешься в моей спальне.

- Нет!

- Хочешь, чтобы я взял тебя прямо тут? - Рыкнул он.

Ох…

Нет, надо использовать все шансы на побег.

- Хорошо, - опустила я глаза. - Как скажет господин.

- Все бы захваченные бабы были такие как ты, послушные… - кривая ухмылка изуродовала его лицо до неузнаваемости. - И придумай хорошую причину, по которой я не видел тебя сегодня в общем зале. Иначе я тебя накажу за неповиновение. Дарис!

Это уже было не мне. В соседнем коридоре мелькнул свет и оттуда высунулся один из темноволосых драконов.

- Отведи эту девку в мою спальню. А ту, что там - к остальным. Хочу сегодня трахнуть эту!

В спальню

Как быстро и бесславно закончилась моя попытка к бегству!

Я едва перебираю ногами, но тому, кто тащит меня за локоть с равнодушным видом, абсолютно все равно. Он даже не оглядывается на меня. Его жеские пальцы до боли сдавливают мою кожу, и он точно знает, куда он идет. Я тоже знаю. Этот замок - мой дом. И сейчас в этом доме я не хозяйка, а пленница.

Пленница жестокого генерала драконов.

Не так уж быстро идет этот Дарис, чтобы я за ним не поспевала. Шаль спадает с плеч, юбки путаются в ногах, но я все равно могу идти вровень с ним. Просто у меня подгибаются колени. Мне всего двадцать лет. Каких-то двадцать лет, четверть из которых идет война.

Лучшую четверть моей жизни я терплю голод и живу в страхе.

Те годы, которые должна веселиться, любить и заигрывать с парнями. Еще вчера мне это казалось ужасной несправедливостью.

Тогда я еще не знала, что эта несправедливость - большое счастье. Потому что сейчас меня ведут на казнь.

Все, что я слышала о Дарраке Черном, Дарраке Безжалостном, самом молодом и сильном генерале драконов уже оказалось правдой.

Значит окажется правдой и то, что ночь с ним не пережила пока ни одна девушка.

Каждая ступенька вверх по лестнице, в башню, по коридору, снова по лестнице, в лучшую спальню замках, переделанную для захватчиков - это шаги на эшафот.

В коридоре, который вел к последней маленькой лесенке перед входом в хозяйскую спальню, я решила, что терять мне нечего.

Замедлила, насколько сумела, шаг и начала грузно оседать на пол, делая вид, что теряю сознание. Сначала дракон, который меня волок, не понял, что происходит, но спустя несколько шагов, когда ему пришлось волочь мое безжизненное тело, он остановился.

Задумался. И не нашел иного решения, кроме как подхватить меня на руки.

Вот тут я на него и набросилась!

Вцепилась ногтями в широкие кожаные ремни на плечах, укусила в щеку, стиснув зубы изо всех сил!

Хотела откусить нос, но он не очень вовремя повернулся.

Он взвыл! Завертелся на месте, пытаясь меня сбросить с себя. Этого мне и нужно было. Я расслабила руки, и он откинул меня так далеко, что я кубарем полетела вниз по лестнице.

Еще немного - и свобода! Вниз, в подвалы, а там подземный ход! Переживу без одежды и еды, мне бы только на свободу! Лучше умереть от холода, чем в постели проклятого дракона!

Но я жестоко переоценила свои силы и недооценила одного из драконов.

Не успела я даже сделать и шагу вниз по лестнице, как меня подхватили под живот с холодным жестоким смешком. Вывернувшись в огромных сильных руках, я увидела, что Дарис смотрит на меня с упреком, а верчусь я в руках у Даррака.

- Почему-то так и думал, что ты не справишься с этой хитрой бестией, - посетовал генерал драконов. - Иди уж, занимайся своими делами. Сам разберусь.

И черный дракон просто перекинул меня через плечо.

До хозяйской спальни он дошел буквально за несколько секунд. Отпер дверь, распахнул ее и крикнул внутрь:

- Эй, ты, девка! Свободна! Можешь бежать!

Я приподняла голову, все еще продолжая висеть у него на плече и увидела стоящую на коленях у кровати девушку в длинной ночной рубашке. Ее волосы были собраны в две длинные косы и увиты лентами. Постель была расстелена и манила белизной простыней. Все это походило не на насилие над пленницей, а на первую брачную ночь лорда и леди.

Растерянность на лице у девушки тоже меня удивила. Она будто бы ждала дракона, а не боялась его. Но на предостерегающий рык, отдавшийся вибрацией во всем теле того, кто держал меня на плече, подскочила и опрометью бросилась прочь.

Даррак тяжело прошел по мягким коврам, устилавшим гранитные полы спальни и остановился у постели. Словно бы в сомнениях. Хотя я его понимала - пока я ждала на балках под потолком, я изрядно измазалась в пыли, и сейчас безжалостно испачкала бы простыни.

- Ладно, - сказал генерал драконов и развернулся в противоположную сторону. - Сначала вымоешься. А я пока закончу свои дела.

Он большими шагами прошел к нише, в которой располагалась медная ванна, от которой исходил пар. Видимо, ее приготовили для захватчика. Я собиралась упереться и остаться в своей одежде, но он не дал мне ни малейшего шанса, просто сбросив меня в эту ванну прямо так, как я была! Намочив и платье, и шаль!

Его хохот все еще звучал у меня в ушах вслед за грохотом захлопнувшейся двери.

И запереть он ее тоже не забыл.

Знакомство

Пять лет хозяйская спальня пустовала, покрываясь пылью. С тех пор, как лорд собрал свою дружину и ушел на войну, леди, мать моего жениха Эдиля переселилась в отдельную спальню.

Я не знаю, насколько это было необходимостью, потому что ту спальню было легче отапливать. А насколько - ее болью от его отсутствия в супружеской постели.

Но до появления в нашем замке захватчиков-драконов никто в эту комнату не заходил.

Однако когда Даррак потребовал, ключи быстро нашлись. И за время, что прошло до ужина, из спальни добропорядочных супругов сделали покои для настоящего тирана и захватчика. Роскошные покои для дракона.

Я всего лишь несколько раз была в этой комнате, обычно все-таки в такие места не пускали посторонних, а я была всего лишь невестой Эдиля, даже не женой. Но мне запомнилось это место, как очень стильное, очень спокойное и умиротворенное.

Кровать под балдахином, резные столбики, мягкие кушетки в ногах и по бокам, скамейка у окна, глубокая ванная в нише, которую легко наполнять горячей водой, если использовать специальный подъемник, скрытый за ставнями в той же нише. Зеркало для госпожи, хотя в ее собственной спальне оно было больше, и туалетный столик богаче, она все равно больше любила это.

Мягкие ковры, в которых ноги утопали по щиколотку, теплые деревянные полы и занавеси из тяжелой ткани. Все цвета сдержанные, даже скучноватые, зато вышивка на ткани на редкость богатая и подробная. За внешней скромностью тут скрывалось настоящее богатство. Потому что узоры и сценки, вышитые на занавесях, гобеленах, покрывалась и балдахине ни разу не повторялись. Мастерицы не один год сидели над украшением этой ткани.

Но все осталось в прошлом. Всю ткань, собравшую пыль многих лет войны, просто сняли.

Тяжелые занавеси, закрывавшие вход на балкон, сдернули и вместо них повесили легкий тюль, сквозь который было видно прозрачные стекла - а за ними багровые тучи над горами.

Балдахинов тоже больше не было, как и ковров, и вышитых покрывал.

Из всего убранства осталась только медная ванна да кровать с резными столбиками. Кровать была застелена белоснежными простынями, а вместо покрывал в ногах были свалены горы выделанного меха. Эти драконы - настоящие варвары!

Небольшой стол, раньше накрытый скатерью, теперь сиял выскобленным до белизны деревом, а на полу не было ничего, должно быть, драконы не чувствительны к холоду.

Из-за этого я ощущала прохладу и свежий воздух, хотя балкон был закрыт.

Я прошла к ванне, коснулась воды рукой и отдернула. Вода была практически кипятком. Наверное, ее заменили после того, как искупалась первоначальная наложница Даррака. Или драконы вообще любят кипящую лаву вместо воды.

Я прошлась по комнате, нервно ломая пальцы и думая, что же мне делать.

По всему выходило, что близится мой последний час.

Только поэтому я решилась скинуть с себя теплую шаль и изрядно грязное платье.

Подумав, что если умирать, то хотя бы чистой.

В воду я заходила с опаской, постепенно, едва касаясь ее сначала кончиками пальцев, потом всем остальным. Наконец погрузившись в горячую ванну, я блаженно выдохнула. Изрядно я намерзлась под крышей зала.

Но потом очнулась и принялась соскребать с себя грязь и кожный жир, промывать волосы и обливаться теплой водой. Так хотелось почувствовать тепло!

Когда я закончила, я вдруг поняла, что забыла одну важную вещь.

Переодеться мне было не во что.

В панике я оглянулась по сторонам, ища хоть одно покрывало. Но вокруг не было ничего подходящего. Не медвежьей же шкурой оборачиваться? Они хоть и были хорошо выделаны, но звериный дух от них все еще шел.

Я стояла босиком на холодном полу и понимала, что единственный вариант, который мне оставил жестокий дракон - это нырнуть в постель на чистые простыни, под одеяла, подать ему себя готовую к его извращенным утехам. Я не могла с этим смириться!

Подбежав к балкону, я рванула полупрозрачную красноватую занавесь, что повесили там вместо штор и закуталась в нее с ног до головы. Это было странновато, но кому теперь надо мной смеяться? Буду делать так, как делала всегда - не оглядываться на то, что подумают люди. С кровати я взяла медвежье покрывало и бросило его на пол у стола. Села, выпрямив спину и погрузив ступни в теплый мех.

Вот так я чувствовала себя сильной и независимой. И почти перестала бояться.

Пока не услышала шаги за дверью и скрип ключа в замке.

Двери медленно распахнулись, и в спальню вошел Даррак.

Темноволосый и высокий. Статный, страшный, стройный.

Его взгляд быстро обежал комнату, отмечая все мелочи в виде остывшей ванны, груды моей грязной одежды на полу, пустой постели и отсутствия занавесок.

И наконец остановился на мне. Мрачный черный огонь пылал в его глазницах, когда он оглядывал меня, завернутую в легкую полупрозрачную ткань.

Он запер дверь спальни за собой и сделал несколько медленных тяжелых шагов.

Я удержалась на месте, хотя очень хотелось вскочить и с визгом броситься прятаться.

Просто я знала, что это бесполезно. С запоздалым сожалением я подумала только о балконе, выходящем на скалы. Может быть, пора?

Даррак подошел еще ближе, навис надо мной, а я дерзко задрала голову, встречая его взгляд. Он расплавлял меня, превращая в кипящую жижу, но я стойко продолжала смотреть в черноту его глаз.

- Ты знаешь, что сквозь ткань твое тело видно, как на ладони? - Спросил он низким хриплым голосом и потянулся к моему плечу, на котором была завязана занавеска, чтобы лучше держалась. - Встань.

Дрожь охватила все мое тело, но все такие я поднялась.

Даррак дернул узел на плече, и полупрозрачный тюль скользнул по моему телу к ногам, оставляя меня обнаженной.

- Как тебя зовут? - Спросил он, глядя мне в глаза, словно не замечая обнаженности. Я мелко дрожала от холода и страха.

Но задрала голову еще выше и проговорила:

Ужин

Это был самый смелый поступок в моей жизни. Самый глупый. И самый гордый.

В эту секунду мое сердце рухнуло в бездонную пропасть.

Даррак вздрогнул.

Его взгляд едва уловимо изменился.

- Риш, значит… - сказал он медленно, стирая ладонью плевок с щеки, а я зажмурилась, готовая к немедленной смерти. Лучше уж так, чем в его постели. Но дракон не торопился меня убивать. - Очень приятно, Риш. Можешь звать меня Дарр.

- Ну что вы, господин Даррак Темнокрылый, как я могу проявлять такое неуважение! - Усмехнулась я в его лицо, все еще надеясь, что он накажет меня смертью.

- Я разрешаю, - щедрым жестом он пригласил меня к столу. - Не хочешь сладостей?

Обернувшись, я поняла, что на нервах просто не заметила, что он был накрыт.

Стоял кувшин со сливками. Говорят, драконы почему-то очень любят молоко и сливки. Словно большие коты. И на серебряном блюде были выложены пирожные. Тонкие трубочки, начиненные сливочным кремом, полоски песочного теста с розочками из шоколадного крема и корзиночки с кусочками фруктов и россыпью безе.

Сглотнув, я отвела глаза.

Приступ голода скрутил мои внутренности в такой болезненный узел, что я даже на минуту забыла, что стою перед захватчиком совсем обнаженная. Выживание важнее стыда. Для моего тела, но не для моего разума.

Даррак тем временем отодвинул стул, сел и щедро налил себе сливок в высокий бокал для вина. Я удивилась, что вина-то как раз на столе не было. Припомнила и то, что в общем зале, где шло пиршество предводитель драконов тоже не пил.

Присев я подняла остатки тюля, чтобы прикрыться хоть как-то, но тут черный дракон протянул руку и перехватил мое запястье.

- Сядь со мной! - Жестко сказал он. - Я так хочу. Риш.

Он дернул меня к себе и в одно мгновение я оказалась у него на коленях. Как та юная дурочка в зале. Моей кожи коснулась грубая кожа его одеяний. Она жестко царапала мои бедра, а жилет и перевязи давили железными вставками. Даррак вынул у меня из рук ворох тюля и отбросил подальше. Широко расставил ноги, устраивая меня поудобнее.

Издалека он выглядел более стройным, а вблизи оказалось, что Даррак - очень высокий и мощный мужчина. Широкоплечий, с большими руками, так что я у него на колене смотрелась как игрушечная. Одна его рука с легкостью обвивала мою талию и держала железно, не сдвинуться.

Он отпил из бокала глоток сливок и потянулся за пирожным.

- Открывай рот.

Я замотала головой.

- Не хочу! - Ответила вопреки всем желаниям своего тела.

- Я не спрашивал, хочешь ты или нет, - сказал он жестко. - Угощайся. Это приказ.

- Я привыкла есть пирожные вилкой, - сказала я.

Он кивнул и потянувшись передал мне двузубую золотую вилку из нашего лучшего столового набора, который хранили для визитов венценосных особ. Надо же, для захватчиков на кухне и этого не пожалели.

Взяв ее в руку, я потянулась к пирожному на тарелочке, осторожно отломила кусочек, поднесла ко рту. Медленно, как можно медленнее, чтобы не наброситься на еду. Но напряжение в моем теле копилось нечеловеческое. Я вся дрожала от предвкушения.

Первый кусочек растворился у меня во рту, всосавшись раньше, чем попал в желудок. Мое тело завопило от голода еще громче и потребовало больше!

- Тебе холодно? - Озабоченно вдруг спросил дракон.

Он распахнул свою кожаную куртку и прижал меня к себе, закутав, как котенка.

Я почувствовала горячую грудь и мощный мужской запах его тела. Не противный, только сильный. И моментально согрелась. Потому что и правда замерзла. Но дрожать не перестала.

Потянулась за следующим кусочком, поправ собственную гордость, которая требовала дождаться приказа есть. И, видимо, не выдержала собственного решения есть как можно медленнее. Потому что отломить и донести до губ кусочек еще вышло, а вот дальше я заглотила его совсем не так, как положено по этикету.

Жадно. Голодно. Трясясь от вожделения.

- Эээээ… - Даррак заметил. - Ты голодная, что ли? Вот я дурак! Тебя же не было на ужине!

Воспользовавшись моим замешательством, мое тело загребло немного крема с тарелки, и я облизала вилку.

- Нет, погоди, - сказал дракон, ссаживая меня с коленей.

Он встал, оставив меня у стола в своей куртке и пошел отпереть дверь. Открыв ее, он крикнул:

- Принесите еды! Мяса, овощей, бульон! Нормальной еды. Шустро!

Вернувшись, он отодвинул от меня блюдо с пирожными и я чуть не застонала.

- Не ешь, - сказал он. - Это вредно. Сейчас накормлю тебя нормально, Риш.

За столом

К счастью, нормальную еду принесли очень и очень скоро. Над блюдом с мясом и подливкой не вился дымок, миска с картофелем была наполовину пуста, другие овощи выглядели немного помятыми, а хлеб больше не источал умопомрачительный аромат, но мне этого всего и не нужно было.

Это была еда! Вкусная, теплая еда, которой я так давно не пробовала!

Даррак забрал поднос и тщательно запер дверь за своей спиной. Это было лишним. В тот момент я не хотела оказаться больше нигде, кроме этой комнаты. Даже не уверена, что согласилась бы, предложи мне кто-нибудь немедленно отправиться в безопасное место. Я умирала от голода и готова была отдать что угодно ради этой еды.

Почти что угодно.

Даррак вновь усадил меня себе на колени, укутав в куртку. Совершенно голую. Но даже стыд отступал перед зовом плоти, желающей выжить.

Но стоило мне потянуться к вилке, как Даррак оттолкнул ее и засмеялся, когда я обернулась к нему в недоумении.

- Ты не слишком голодна, если тебе нужны приборы, Риш, - в его голосе было гораздо меньше хрипотцы, чем бархата. Тон был низкий, заигрывающий. Он собирался поиграть со мной, как большой кот с мышью.

Но стоило мне потянуться к блюду руками, как Даррак ловко перехватил оба моих запястья своей большой ладонью и задрал их над головой.

- Не спеши, Риш… - он усмехнулся. - Куда тебе торопиться?

На тот свет! Лучше сытой, чем голодной.

Я тяжело дышала от возмущения и обиды, и дракон обратил внимание на мою грудь, которая резко вздымалась от этого. Мои соски дерзко смотрели прямо на него. От холода они затвердели и были похожи на маленькие болотные ягодки.

Возможно, ему в голову пришло то же самое сравнение, потому что Даррак вдруг задумчиво сказал:

- Интересно, они на вкус кислые или сладкие?

И его рот накрыл вершину моей груди.

Я вздрогнула от контраста температур. В зале было еще холодно, я вся дрожала, а его рот был горячий, как и его язык, которым он дотронулся до моих сосков.

Это было… странно. И необычно. Я даже отвлеклась от сосущего чувства голода, чтобы озадаченно осознать, что происходит. Потому что ощущения рождались не снаружи, а внутри. Словно кто-то сладко пощекотал меня изнутри. И не только в груди, но и ниже. Намного ниже. Гладкие прикосновения языка Даррака отозвались у меня между ног тянущим ощущением.

Я негромко ахнула, не удержавшись от необычного чувства.

Даррак поднял на меня помутившийся взор и очнулся:

- Ах, да. Еда. Ты хочешь есть.

Одна его рука все еще держала мои запястья высоко над головой,вынуждая выгибаться и мою грудь смотреть вверх. А другой он взял кусок мяса прямо из блюда, пачкая пальцы густой подливкой и поднес к моим губам.

Я замотала головой. Это было унизительно - есть у него из рук!

- Я не собачка, я человек! - Резко сказала я.

Но он только засмеялся и поднес кусочек мяса к моему носу, заставив аромат жареной корочки защекотать обоняние. А потом он ткнул этот кусочек в мои губы… И клянусь, это произошло само собой!

Я просто обхватила этот кусок мяса зубами и рванула его из руки Даррака, словно была действительно зверем.

Он снова засмеялся, а потом облизал свои пальцы, покрытые мясной подливкой. Но мне было все равно - я жевала мяса и стонала одновременно. Никогда в жизни я не пробовала ничего более вкусного! Но как я ни старалась его растянуть, мясо кончилось, а мой аппетит только распалился.

- Какая голодная детка… - проговорил Даррак с ласковой насмешкой и потянулся к миске с картофельными клубнями. Он позволил мне взять кусок картошки у него из руки, не играя со мной, но я проглотила его слишком быстро. Тогда он отломил мякоть хлеба и позволил мне заесть им мясо с картошкой.

Он взял со стола бокал с налитыми густыми сливками и поднес к моим губам. А потом замер.

- Может быть… - сказал он медленно. - Ты предпочтешь вино? И не из бокала, а из моих уст?

Снова ужин

Я возмущенно мотнула головой, а он снова засмеялся.

Смех его был одновременно обидным - если смотреть в целом и каким-то очень ласковым. Особенно учитывая, что я ела из его рук и с каждым кусочком мяса или овощей становилась все сильнее. Жизнь вливалась в мои вены.

Даррак поднес к моим губам сливки, но мне не удалось отпить из бокала, не пролив. Белая густая струйка потекла по моей груди, защекотала живот. Даррак вздрогнул всем телом, и я увидела, как его зрачки в темных глазах расшились при виде этого.

- Что же ты делаешь… - в голосе снова была хрипотца.

Он откашлялся и вдруг отпустил мои руки.

Но стоило мне потянуться к мясу, как я получила по пальцам.

- Нет! - Сказал он строго. - Кормить тебя буду я.

И он взял еще один кусочек, истекающий подливкой и соком и протянул мне. Я забрала его губами из руки, но дракон вдруг скомандовал:

- Оближи мои пальцы. Слижи с них все.

Я посмотрела ему в глаза с недоверием, но он только поднял одну бровь. Темную страшную бровь. В одной руке он держал мясо, а другая…

Другая легла мне на бедро и слегка отвела его в сторону.

- Ну же, - подбодрил меня Даррак. - Или мне съесть все это самому?

Мой раздразненный, но еще не насытившийся организм ответил таким мучительным стоном, что он даже не засмеялся.

Я потянулась к его пальцам и осторожно обняла их губами, посасывая и проводя языком, чтобы забрать побольше соуса за один раз.

В этот самый момент рука дракона развела мои бедра еще шире и скользнула между моих ног. Я замерла и Даррак замер тоже. Я слизнула каплю соуса - и пальцы погладили меня по внутренней стороне бедра. Близко, слишком близко к тому месту, прикосновений к которому я боялась.

- Давай. Еще, - хрипло сказал Даррак. - И получишь еще хлеба и мяса.

Я обсосала его палец целиком, обнимая его губами, и услышала низкий гулкий стон, который исторг из себя дракон. Его пальцы коснулись меня между ног и тут же отдернулись.

Я выпустила его изо рта, и Даррак, глядя на меня неотрывно, облизал свои пальцы после меня.

- Тут еще остался соус, - сказал он медленно.

А потом потянулся к следующему кусочку мяса.

На этот раз он не выпустил его из руки. Он заставлял меня откусывать по маленьком кусочку, высасывать соус из мяса, пока его пальцы медленно двигались у меня между ног, лаская внутреннюю сторону бедра.

Следующим он подхватил сочную помидорку, маленькую и сладкую. Она брызнула соком у меня на губах и в тот же самый момент Даррак коснулся меня между ног снова. И уже не убрал руку.

Он еще немного повернул руку ладонью ребром, вынуждая меня развести ноги шире и раскрыться еще. А дальше он просто скармливал мне кусочек за кусочком овощи, мясо, хлеб, картофель, пока его пальцы скользили вверх-вниз по моей щели.

Это было снова довольно странно. Таких ощущений я еще не испытывала.

Наконец я почувствовала, что жгучий голод отступил и замотала головой на предложенный очередной кусочек. Даррак пожал плечами и закинул его себе в рот.

А потом развернул меня к себе и прошелся языком по моему животу и груди, слизывая потекшие сливки.

- Наелась? - Спросил он меня.

Я кивнула.

- Десерт?

Я замотала головой. Расплачиваться за десерт? Я не так уж люблю сладкое.

- Что ж, - Даррак вытер руки влажным полотенцем, которое лежало на подносе. - Значит пора пришла укладываться в постель.

Я закаменела. Как будто забыла, что ужин был всего лишь предисловием к тому, что должно произойти дальше.