Соль и ржавчина. Вот какой на вкус оказалась моя смерть.
Я лежала на боку, прижимаясь щекой к гнилым доскам, и считала удары.
Раз. Корабль стонал, как подыхающее животное с перебитым хребтом.
Два. Вода плескалась где-то в трюме, жадно облизывая переборки.
Три. Очередной удар волны швырнул меня о стену так, что из легких вышибло воздух. Цепи на запястьях звякнули.
Темнота оказалась пропитанной смрадом немытых тел, страха и старой крови.
— Лиара… — шепот сорвался с губ сам собой. Сухой, царапающий горло.
Глупо звать сестру, когда сама вот-вот пойдешь на корм рыбам. Я ведь даже не знаю, жива ли она. Три месяца… Три проклятых месяца я гналась за призраками, позволяла унижать себя. Терпела взгляды, от которых хотелось содрать кожу. И ради чего? Чтобы сдохнуть в трюме пиратского корыта, так и не добравшись до Мертвых Рифов?!
На шее ледяной удавкой сжимался ошейник. Блокиратор магии. Гномья работа, будь она неладна. Тяжелый и холодный металл, высасывающий силу по капле.
Я чувствовала океан — он бушевал совсем рядом, за тонкой деревянной скорлупой борта. Моя стихия. Моя жизнь. Вот только я не могла дозваться его. Ошейник сделал меня слабой.
Справа кто-то заскулил. Кажется, тот старик, которого бросили сюда последним.
— Заткнись! — визгливо рявкнул охранник сверху.
Эти твари тоже боялись. Шторм не разбирает, кто пленник, а кто тюремщик. Он просто пожирает всех с одинаковым удовольствием.
Корабль снова тряхнуло. На этот раз так сильно, что доски подо мной вздыбились. Раздался жуткий треск дерева, и ледяная вода хлынула откуда-то сбоку. Она ударила в лицо, и я закашлялась, захлебнувшись.
Это конец.
Я попыталась сесть, подтянуть ноги, но цепи не пускали. Вода прибывала. Сначала по щиколотку, потом по колени.
— Дура, — прошептала в темноту. — Какая же ты дура, Кайра.
Я думала, что самая умная, что смогу переиграть их. «Позволю себя поймать, проникну в логово пиратов и найду сестру».
Отличный план, Ваше Высочество. Просто гениальный!
И вот итог. Я в трюме какого-то корыта, идущего ко дну посреди шторма. Без магии, в цепях. И если корабль утонет, я захлебнусь. Какая ирония.
Рожденная дышать под водой наследница морского престола захлебнется и сдохнет, как обычная человеческая девка с железным ошейником на шее.
Мать бы даже не плакала. Она бы просто поджала губы и сказала: «Недостойна. Слаба. Импульсивна». Да, это все про меня.
Сверху раздался такой грохот, будто небеса рухнули на палубу. Крики. Топот ног. Что-то тяжелое покатилось над головой, глухо ударяясь о переборки.
Снова удар волны. Трюм накренился. Вода плеснула выше, обжигая живот холодом. Крысы запищали и бросились спасаться на балках. Умные твари. Знают, что дело дрянь.
Внезапно потолок надо мной треснул. Доски разлетелись в щепки, и в трюм вместе с потоком дождевой воды рухнуло тело. Оно с глухим стуком врезалось в мокрый настил, прокатилось и замерло в паре метров от меня.
Я инстинктивно вжалась в стену, насколько позволяли цепи.
Охранник? Нет, не похож.
Человек пошевелился и застонал. Звук получился каким-то низким и утробным, больше похожим на рык раненого зверя. Резкая вспышка молнии на секунду выхватила детали.
Широкая спина, бугрящиеся мышцы под разодранной в клочья рубахой. Темные спутанные волосы и кровь. Много крови. Она хлестала из рваной раны на боку, смешиваясь с соленой водой на полу.
Он попытался встать, поскользнулся, грязно выругался, поминая демонов Бездны и чью-то распутную мамашу. Янтарные глаза полыхнули в темноте диким огнем.
— Твою ж…, — хрипло выдохнул он.
Смуглая кожа в сетке старых шрамов. Сквозь прорехи в рубахе виднелось рваное месиво из мяса и костей. Кажется, вдобавок к разорванному боку мой ночной гость сломал пару ребер.
И все же мужчина стоял на ногах. Нет, не мужчина. Оборотень. Я видела их раньше только на картинках в королевской библиотеке. Дети Долины Туманов. Изгои и убийцы, потерявшие свою родину.
Пришелец повернул голову, и наши взгляды встретились.
На секунду мне показалось, что он сейчас добьет меня, чтобы не мучилась, но тот вдруг криво усмехнулся.
— Ну и ночка, — прохрипел он, сплевывая красную пену в воду. — Сначала меня пытаются выпотрошить, потом эта лоханка идет ко дну, а теперь… — он сощурился, вглядываясь в меня. — Русалка? В цепях?
Я молчала, глядя на его бок. Рана выглядела скверно. Рваная, с черными краями, она так фонила темной магией, что не оставалось сомнений — ее нанесли проклятым оружием. Обычно на оборотнях все быстро заживает, но эта… Эта будет гнить, пока не убьет его. Причем быстро.
— Ты сдохнешь, — сказала я спокойно, просто констатируя факт.
— Какая наблюдательная, — он привалился спиной к уцелевшей балке, зажимая рану рукой. — Но я хотя бы не прикован к тонущему кораблю, рыбка.
Вода дошла мне до щиколоток. Холод сковывал движения. Если так пойдет и дальше, через десять минут здесь будет нечем дышать.
— Так помоги мне, пока можешь!
Гордость? К черту гордость. Я принцесса, пока жива. Мертвые титулов не носят.