Пляжный сезон на двоих

Глава 1. Селебрити в отчаянии.

Аня никогда бы не подумала, что готовить еду — дело весьма тяжёлое. Чтобы приготовить яичницу, нужно как минимум разбить пару яиц, а из‑за того, что она довольно брезгливая натура, нужно их ещё и перед этим аккуратненько помыть.

Первый день без горничной оказался не таким уж и простым. Помимо того, что Ане пришлось самой делать завтрак, ей пришлось будить своих племянников в школу. Любой контакт с племянниками для каждого рано или поздно оказывается психологической травмой, ведь они те ещё занозы в причинном месте.

— Аня! — крикнул Мартин, младший сын старшей сестры Ани.

— Ничего не хочу слышать от тебя. Ты плохо себя ведёшь, поэтому будь добр, не закапывай себя ещё глубже.

— Ты видишь в моих руках лопату?

— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, Мартин Форсберг.

— Почему ты называешь меня по фамилии?

— Чтобы не забывать, в кого ты такой упрямый.

— В кого же?

— В папашу.

Ева Форсберг, или же в прошлом Ева Андреева, вышла замуж несколько лет назад за популярного актёра. Они познакомились в Швеции — на его родине, — когда Ева находилась на рекламной съёмке. Ева никогда не была обделена вниманием: вокруг неё порхали бабочки славы с самого первого дня её рождения.

Аня же росла в тени до тех пор, пока их отец не решил создать шоу не только из своей актёрской карьеры, но и из своей жизни. День ото дня Андреевых снимали на камеры, прямо как популярную семейку Кардашьян, только в рамках России. Когда отец умер, съёмки тут же прекратились. Уже прошло пять лет со смерти отца, но Андреевы всё равно набирают популярность благодаря родственникам. Хотя для многих в этом вовсе нет ничего хорошего, особенно для Ани.

Мартин достал из кармана новенький телефон с пятью камерами и принялся снимать блог.

— Только попробуй меня снять! — закричала Аня.

Мартин лишь довольно засмеялся, глядя ей вслед.

Аня скрылась от камер и лишних глаз в своей комнате, которая только и делала, что давила своей шириной. Девушка недовольно подошла к зеркалу, взглянув на себя папиными карими глазами. Она уже давно забыла свой естественный цвет волос, ведь уже сотню раз перекрашивалась в разные оттенки, пока не пришла к оттенку тёмного шоколада. Надоедливые веснушки разрисовывались на её пухлых щёчках, перепрыгивая на аккуратненький носик. Главная беда женской линии Андреевых — ресницы. Их будто заранее выщипывают так, что их будто бы и вовсе не остаётся.

Аня раздражённо похлопала наращёнными ресницами в сторону экрана телефона. Около тысячи уведомлений от фанатов, жаждущих внимания селебрити. Среди тонны сообщений Аня нашла уведомление посольства:

«Ваша виза одобрена».

Глаза чуть не выпали из орбит от радости. Наконец‑то она сможет начать новую жизнь в новой стране, где её никто не знает.

Раздался стук в дверь. Без приглашения в комнату вошла Ева — сорокалетняя женщина с татуировками по всему телу, с точно такой же внешностью, как у младшей сестры. Ева слегка полновата, но это никак не мешает ей покорять экраны и зрительские сердца.

— Этот козел не хочет говорить с сыновьями, — ни с того ни с сего начала Ева. — Представляешь! Что я скажу Марку и Миосу?

— Скажи им, что пора задумываться над новыми именами. Нормальными. Русскими.

— Аня!

— Вот, отличное же имя.

— Прекрати язвить. Я с тобой пришла поговорить как с сестрой, а не как с очередным диванным критиком моей жизни.

— Тогда вот сестринский совет: забей уже на своего бывшего мужа и расслабься.

Ева с грустным лицом села на широкую и мягкую кровать.

— Ты правда хочешь уехать?

— Да, Ева, правда. Ты знаешь, как я устала. С самого моего детства вокруг лишь камеры. Я вообще не помню, когда последний раз выходила на улицу как обычный человек.

— И куда же решила ехать?

— Не скажу. Иначе приедешь, а за тобой папарацци.

— Ладно, сестра, как скажешь. Только не забывай хотя бы писать. Я без тебя как без руки.

— Ой, да ладно тебе.

— Лучший день в моей жизни — это моё шестнадцатилетие, когда ты родилась на свет.

— Ева, — закатила глаза Аня, — я знаю, зачем ты это говоришь. Чтобы я не оставляла тебя одну, а особенно твоих детей.

Ева надула губы. Хоть в словах младшей сестры была правда, но Ева всегда любила свою младшую сестрёнку несмотря ни на что.

— Тогда я подготовлю всё, чтобы безопасно довести тебя до аэропорта.