По осколкам чувств

Бонусная часть

Руена очаровательна в своем проявлении. В этих узких улочках и широких проспектах, по которым проходят караваны верблюдов, груженные разноцветными торбами и темными сундуками. «Они идут с самого юга от бескрайней пустыни Охари» - пояснил мне Джаред, когда мы с Ливаной остановились посреди улицы, пораженные странно мычащими и хрюкающими созданиями в цвет песков Адарии.

Тут действительно был словно другой мир. К тому же, я никогда еще не была так далеко от дома. И эта смена декораций давала иллюзию, что все по-другому. Что я не раскрошила сердце любящего мужчины на тысячу осколков, и не делала всего того, что заставило меня пойти на предательство. Ведь по сути своей это было так. Мне было плохо, горько и до зубового скрежета больно. В тот момент мне казалось, что жизнь дальше просто не возможна. Как быть с всем этим и знанием, что из-за меня пострадал человек, которого люблю? Или что я делала гадкие мне вещи - обсуждала любимого мужчину с его родственником. Мне было тошно от самой себя! Пожалуй, если бы не крепкий алкоголь и друзья, можно было бы натворить еще больших глупостей. Хотя куда уж больше? Так, идя по жарким улицам Руены, я крутила в головной мясорубке вороха собственных чувств, которые разъедали, мучали и выворачивали меня на изнанку. Собственно, все было кончено. Рейдар уехал, расторгнув союз. Пожалуй, хуже чем тогда в храме, когда он даже не хотел смотреть на меня, мне не было. Тот вечер с его отцом и Даллом вогнал нож глубоко в сердце, а холод в глазах Рейдара перед венчальной чашей — словно кинжал провернули дважды.

Вам знакомо это чувство, когда человек избегает встречи с вашими глазами? Это ужасно, а когда ты чувствуешь себя виноватой в этот момент — это вдвое хуже. Единственный раз когда он взглянул на меня был после церемонии расторжения союза. Тогда он сказал, чтобы я никогда не появлялась в его жизни. Это был конец. В тот миг мне казалось, что дальше жизнь просто невозможна. Все бессмысленно и пусто. Но время действительно делает свое дело и ты потихоньку отходишь даже от самых болезненных моментов своей жизни. И мир не треснул, а жизнь идет своим чередом. Даже Далл от меня отстал. И зимние каникулы неожиданно сменились жарким летом благодаря Джареду. Но мне все еще было тошно. А в голове крутился вопрос: как так получается, что человек не подвластен своей воле? Позже Ноэль ответила мне, что в мире царствуют три гуны – истины, страсти и невежества. Перемешиваясь, они толкают людей на поступки, которые могут идти в разрез с разумом. И сила потенциала тебе тут не помощник, а жаль.

Я бы сказала, что предложение Толлгарта было своеобразным спасательным плотом для меня. Но как оказалось, не каждый плот спасательный, как думают наивные истанские ведьмы. Но обо всем по порядку.

Дирижабль целые сутки вез нас по империи к другим берегам материка, и как бы я ни хотела избежать мук совести, то заглушить их странствием оказалось зыбкой идеей, которая рассеялась тут же как мираж в пустыне Охари. Ведь голос совести не заглушить мимолетным ядом, разве только посмертно. Сидя в салоне дирижабля, я упивалась собственной бесчеловечностью и поняла, что дала маху, отправляясь в Адарию. Хотя, наверное, останься я в академии, то свихнулась бы через пару часов. Другая страна давала шанс переключиться и не закапывать себя заживо. Пожалуй, на данный момент я бы даже не смогла расплакаться. Слишком много эмоций ушло, слишком много воды пролито. Я ощущала себя что-то вроде выжатого адарийского лимона правда теперь на экскурсии.

Родина Джареда — Руена, делилась на Верхний и Нижний город рекой Лим. И если первая часть принадлежала россарийцам, то вторая относилась уже к народам юга – царству Аскар, чья кожа была темна как горький шоколад, а нравы суровыми и даже жестокими. Там можно легко нарваться на крупные неприятности, если не знаешь порядков, и ненароком нарушишь завет того или иного племени. Подробности расправы с иноземной глупостью звучали действительно жутковато, но слепящее солнце и новая картинка заставляли удивляться и расслабляться по мимо воли, не принимая в расчет реальные опасности. Ведь мы не собирались пересекать границу.

Джаред водил нас по самым разным уголкам его родного города, который являлся по совместительству портом и одним из крупных центров торговли Южного моря. Руена Многоликая, так ее называли. И я понимала почему. Она то виделась старухой в разваливающихся, ветхих одеждах - не благополучные районы так или иначе, были во всех крупных городах. То представала молодой девушкой в ярких тонких шелках, что шатрами покрывали улицы, дабы достопочтимые россы не получили солнечный удар. Здесь были и новомодные имперские салоны, и кондитерские на столичный лад с южным акцентом, где пахло кардамоном, кофе и тмином. И если старый город дышал историей и пылью, то новый город дышал свежестью фонтанов и новыми веяниями архитектуры: много плавных, округлых форм, стекла. В волосах Руены прорастали сады с уже спелыми гранатами, что брызгали красноватым соком, когда ножичком вскрываешь кожуру, мягкими спелыми финиками, сочными апельсинами и крупным с кулак инжиром. Джаред угощал нас прямо с ярко зеленых деревьев, и мы удивлялись, как в такой жаре растет столько чудесных плодов. Оказывается, центральная часть города оснащена магической системой орошения земель. Маги буквально пустили реки словно артерии по телу Руены. «Какие же здесь маги воды!» - поражалась я затратам энергосил!

А в исторической части города находился храм Стихий, Солнца и Луны, Площадь Огня и поместье Толлгартов, представляющее из себя комплекс с зеленым парком, экзотическими садами и диковинными вездесущими птицами, что радужными веерами распускали огромные хвосты. Все это великолепие смотрелось удивительно и… пусто. Потому что если ты предал, то, если у тебя есть душа, вряд ли ты беззаботно сможешь вкушать радости жизни. Даже если попытаешься. Ливана радовалась, как маленький ребенок такому далекому путешествию. Она всегда хотела съездить в эти края и даже странно, что она этого не сделала до сих пор. Джаред звал меня не однократно, неужели эртонка пропустила подобное приглашение? И он действительно приглашал лишь меня? Не верю. Хотя у Джареда всегда было специфичное отношение к Лив. Нет, мы все хорошо ладили, но как будто она была больше моя подруга, чем его. Однако несмотря на все перипетии и разногласия, мы как дружно ходили по горячему камню и пили прохладный апельсиновый сок с мятой.