По велению зверя

Глава 1: Незваный гость

Зимний лес был наполнен гулом от нахлынувшей погоды. По всей его просторности то здесь, то там вспыхивали мелкие снежные вихри, заглушая обычную картину окружающего мира. Стояли целые сугробы – ни единая живая душа не выходила в разбушевавшуюся стихию, будь то мелкий зверь или человек. И всё же отсутствие живности компенсировалось небольшим деревянным домиком, в котором горел тусклый свет настольной лампы. В углу за дубовым столом сидела восемнадцатилетняя девушка со светлыми натуральными волосами, обхватив колени. Она всё сильнее сжимала себя в комок, испытывая тревогу перед чем-то неизвестным. Её стройное тело обволакивал серый вязаный свитер, достающий до бедер, который подарила бабушка. Ноги были в тепле домашних тёмных штанов и белых шерстяных носков. Небесно-голубого оттенка глаза с изящным разрезом пристально всматривались в конспекты раскрытых тетрадей, среднего размера губы проговаривали философские учения, дабы завтрашний ответ на зачёте был блестящим. Аккуратным носом периодически пошмыгивала. Она нисколько не обращала внимания на заметаемый метелью лесной вид из окна, находившегося прямо перед столом. В этот момент из снежной мглы выглянула огромная волчья морда. В несколько раз больше размеров обычной собаки, он встряхнул головой и мощным телом, раскрывая роскошную шерсть чёрного, как ночное небо, оттенка. Яркие жёлтые глаза сосредоточенно уставились только на одну точку – дом Арии, которого хоть и не было видно для животного, но, быть может, по инстинкту или опыту, он уже знал, что там есть тепло и жизнь. Вальяжно потянувшись, волк двинулся по заметаемой территории. Хозяину леса было всё равно, какая погода на дворе – будь то дождь, снег или ураган – он всё равно достигнет своей цели, если того захочет. И сейчас, пока находился один, его детское любопытство побудило подойти ближе к немного ветхому зданию.

Ария уже тараторила некоторые билеты, чуть ли не наизусть зная ответы на все вопросы. Нет, отличницей она не была, но что-то движило учиться в меру своих сил и, если у неё есть возможность и присутствует желание сдать предмет на хорошую оценку, то почему нет? Хотелось ведь, чтобы бабушка и мама гордились её достижениями, пускай такими незначительными. Роман о Руслане – мужчине, что преследовал свою возлюбленную – и Людмиле – девушке, которая жила обычной жизнью – она всё равно продолжить писать пока не могла. Всё время Арии что-то, да мешало – то вдохновения не было, то завальная домашняя работа от назойливых преподавателей. Уж больно любил её вуз первокурсников. И всем было всё равно, что вообще-то кругом новогоднее настроение – разноцветные гирлянды во всех уголках города, ледяные статуи в виде деда мороза и снегурочки, слепленные всюду радостными ребятишками снеговики, украшенных кто во что горазд. Ей ведь тоже хотелось этого – свободно гулять по паркам, делая праздничные фотографии с подругами, покупать ребяческие вещи в виде оленьих рожек или свитеров с надписью «С Новым годом!», кататься на коньках по большому городскому катку. Но всё это так тщетно стирается конспектами, раскрытыми перед ней, и целой стопкой других тетрадей, что дожидались своего часа. Шумно вздохнув, она запрокинула голову на спинку скрипучего стула. Взяла в руки старенький смартфон, над которым посмеивались её подруги и Ария вместе с ними, ведь он каждый раз выкидывали что-то новое – то приложение будет открывать по несколько минут, то сам решит позвонить в службу спасения – на что только фантазии не хватало у этого телефона.

Второй час ночи подходил к концу, надпись на вспыхнувшем дисплее гласила: «01:57». Ниже располагались уведомления из общей беседы – Саша, подруга, учившаяся вместе с Арией в одной группе, уже была готова к завтрашнему испытанию. А Вика начала смотреть какой-то турецкий сериал, название которого блондинка не могла найти на экране блокировки в плашках уведомлений. Введя пароль, она зашла в мессенджер, чтобы написать:

«Я тоже готовлюсь к зачёту», - быстро набрала девушка и, пригладив выбившиеся пряди не сильно длинных волос цвета ржи, написала еще одно сообщение. – «Вернее, уже готова. Лишь бы Пахомов был в хорошем настроении»

«Да ладно, всё будет ок», - мгновенно ответила Вика. Она всегда была такой – очень уверенной в себе. Вот и сейчас вместо того, чтобы готовиться к собственным зачётам (они учились на разных специальностях), уверенная девушка с полным именем Викторина, обладательница имени победительницы, расслаблено смотрела то, что хотела. Порой Арии этого не хватало, хотя и назваться слабой тоже не могла. – «Главное, не переживай – ты красивая. А красивых и молодых он любит))».

В конце сообщения скобочки подруги явно говорили о пошлом намёке. Ария закатила глаза и ответила:

«Иди ты. Я ушла повторять дальше».

На дальнейшие уведомления девушка не реагировала – выключила раздражающую вибрацию и звук. В тишине, нарушаемой лишь воющим бураном, она взглянула в окно, выходившее на дорогу, служившую последним напоминанием о цивилизации. Погода совсем испортилась, почти ничего не было видно из-за мощного потока снега. Ария вздохнула, пусто глядя в зимнюю тьму, раздумывая, какой ещё вопрос повторить. Она очень боялась завалить свой первый же зачёт, от волнения даже чуть не начала грызть ноготь. Встряхнув головой, девушка решила повторить понятие личности в философии, ведь именно об этом дотошно болтал преподаватель на самой нудной лекции, что Ария поняла – без дополнительного вопроса по этой теме никто не уйдёт.

Глаза девушки чуть расширились, когда она увидела на снегу огромные следы лап. Её дом был на небольшой высоте. Но даже так она заметила звериный знак – животное прошло мимо окна, пока Ария занималась делами.

– Неужели медведь… – подумала вслух девушка. До этого она никогда не замечала здесь косолапых представителей.

Во входную дверь настойчиво постучали. Её глаза распахнулись ещё больше. Никакой приём гостей сегодня в планах не был. А значит, остаётся одно – незваный посетитель. Близкие строго наказали Арии не открывать дверь всем неизвестным. Да и сама девушка это понимала – уже не маленькая.

Глава 2: Незнакомец и отдых

Сердце девушки было готово выпрыгнуть из груди. Ария понятия не имела, что делать. Прямо сейчас в её дом ворвался огромный мужчина, а она – хрупкая и беззащитная, из самообороны знала только, что можно набрать номер службы спасения.

– К-кто вы такой?! – воскликнула девушка, вскакивая на ноги и отбегая на несколько шагов от двери прихожей. – Стойте, где стоите! Я вызываю полицию.

Лица высокого мужчины видно не было – только его устрашающе большой силуэт. Он примирительно поднял руки.

– Послушай… – мужской голос с хрипотцой заставил девушку нервничать больше. Его бас вызывал по всему юному телу мурашки то-ли от страха, то-ли от любопытства – сейчас понять она этого не могла. – Не хотел тебя напугать, думал здесь никого нет. Но я постарался аккуратно.

Он посмотрел на слетевший крючок, беспечно лежавший на полу. С открытой двери в комнату проникал мороз. Девушка дрожала, не зная, что и делать. Пускать незнакомца, да и тем более такого амбала, который уложит её за пару секунд, она не хотела.

– Ч-что Вы здесь делаете? – заикалась бедная от страха. Её голос по сравнению с мужским был пением ангела – тоненький и мелодичный. – В такую погоду нормальные по домам сидят! Хотя что это я, Вы же и ворвались ко мне в дом!

В ней кружился целый ураган эмоций. В руках – канцелярский нож и телефон с набранным номером специальных служб. Если незваный гость двинется хоть на миллиметр без её позволения – она мысленно клялась – он точно пожалеет о содеянном.

– Слушай, давай успокоимся. Я понимаю, ты напугана, но там чёртов мороз и метель! Мне нужно где-то погреться, хотя бы пару минут, - мужчина продолжал держать руки. – Давай я закрою дверь, а с твоего позволения я пережду погоду прямо тут, в прихожей.

– Это крыльцо. И нет, переждать нельзя. Проваливай туда, откуда пришёл.

Мужчина недовольно вздохнул. Ему не нравилось, что всё идёт не так, как ему хочется. Девчонка оказалась негостеприимной – неумело держит в руке нож, да ещё и фонарик включила, чтобы слепить его. Ну, или рассматривать – тут уж как посмотреть.

– Слушай, хорошо, - он недовольно потёр переносицу одной рукой. Поток света упал на его лицо. – Давай я починю обратно дверь, а ты всё же разрешишь мне погреться пару минут. Идёт?

Не дожидаясь её разрешения, мужчина повернулся и начал возиться с крючком. Ария была поражена его самонадеянности, как и очень широкой спиной с проступившими мышцами. Казалось, одного этого мужчины хватит, чтобы укрыть несколько десятков таких, как она.

– Эй, а ну повернись! Думаешь, я не нажму на кнопку вызова служб? Я тебе говорю! – отбросила любование Ария и крикнула снова.

Но мужчина быстро закрыл прихожую дверь и леденящий кости холод прекратился. Он медленно повернулся обратно и снова устало хрипнул:

– Теперь-то можно?

Девушка с прищуром посмотрела на него. Она снова засветила прямо в лицо и разглядывала, а он морщился. Брутальная щетина, жмурящиеся карие глазами цвета шоколада, некрупный мужской нос и узкие губы. Острых скул у него не было, и хорошо - тогда бы Ария точно запала на этого сумасшедшего.

– Хорошо, раз тебе нужно всего лишь пару минут, то я подожду, когда ты уйдешь, – нагловато проговорила девушка, но мужчина тону не удивился.

– Без проблем.

Он сел на голый пол, сложил руки, упёрся спиной об деревянную стену и прикрыл глаза. В противоположной стороне поток телефонного света всё ещё падал на мужественное лицо, не давая покоя.

– Может ты прекратишь тыкать своим фонариком? Я хочу отдохнуть, – оскалился мужчина.

– Ага, чтобы ты потом ко мне полез? Да ни за что! – кричала на эмоциях Ария, от чего мужчина недовольно кривил губы и прикрывал уши.

– Можешь не кричать так! Аж уши закладывает.

– Ого, может мне ещё одеялко тебе принести, чай в постель или ночной перекус? У меня тут не ресторан и не гостиная. Вломился - значит сиди и терпи меня. Я не самовар, чтоб всем нравиться. Будет ещё тут в моём доме командовать, – позабыв, какой опасный тип сидит перед ней, она все продолжала читать нотации. И плевать ей хотелось, что он привлекателен в каждом миллиметре своего накаченного тела. – Какой вообще нормальный человек окажется в метель полуголым! Ладно хоть, спасибо, что в штанах.

– Посидишь в тишине – может и догадаешься, – сказал мужчина, пытаясь принять более-менее удобную позу для головы. Ему жизненно требовался отдых – каждая мышца в теле изнывалась от боли.

Девушка действительно задумалась над собственными словами. Что должно было произойти, чтобы человек оказался в таком виде почти в глуши и сильной метели? Она начала опасаться, что перед ней сидит какой-нибудь бандит или маньяк, разыскивающий новую жертву. Но тогда зачем он починил дверь? И пытается расслабиться?

Ария медленно осела на пол по другую сторону от незнакомца. Страх никуда не делся, но сейчас он подсластился любопытством. Видимо, она стала сходить с ума, раз ей интересен тот, кто чуть не разнёс её дверь. На долю секунды она оперлась головой, чтобы было легче наблюдать за тихо посапывающим гостем. И не заметила, как провалилась в глубокий сон, таким долгожданным в эту беспокойную ночь.

На утро девушка резко раскрыла глаза – лежала она в своей кровати с постельным бельем в виде тропиков. На старенькой тумбочке лежал телефон, который она тут же включила и ужаснулась – «07:40». А это значит, что студентка филфака очень сильно опаздывала на зачёт по философии, который начинался ровно в 8:00.

– Неужели всё это было не по-настоящему?

Глава 3: Беспокойство

В глубокой чаще зимнего леса всё ещё стояла ночная мгла. Снежные вихри путали, не давали видеть дальше носа. Сугробы были готовы пленить человека собственной глубиной. Ступишь – сразу же утонешь. А ветер всё завывал леденящую душу мелодию.

Посреди лесного простора находился огромный трёхэтажный особняк, возвышавшийся на холме, словно белый парусник, бросивший свой якорь в заснеженное море с вековыми дубами. Строгий и монументальный, дом дышал уверенностью и роскошью. Стены были из светлого, почти молочного камня, а чёткие геометрические линии современной архитектуры смягчались элегантными арками и колоннами, простиравшимися на все этажи. Перед центральным входом в первый уровень здания с огромной дверью из тёмного, полированного до зеркального блеска дерева, располагался аккуратный и ухоженный сад с высокими елями, увешанными цветными гирляндами, задающих праздничную атмосферу. По бокам второго уровня симметрично спускались белые лестницы, здесь, в самом сердце строения, также был вход – если кому-то хотелось сразу с улицы попасть не на первый этаж. На третьем, как и во всём особняке, находились чёрной отделки панорамные окна.

Высокие ворота из кованой стали возвещали о неприкосновенности. И даже они были сделаны со вкусом – все пруты и завитки стилизовались в виноградные лозы и переплетались с абстрактными геометрическими мотивами из полированной нержавеющей стали, сверкающей холодным блеском. Но красота здесь сочеталась с недвусмысленной силой: верх забора венчали не просто пики, а острые, как стилеты, навершия, расположенные очень близко друг к другу, из того же сверкающего металла. Через кованые завитки просматривалась лишь смутная картина внутреннего сада. Главные ворота были шедевром – массивные створки с тем же сложным узором, усиленные мощными стальными рамами. Именно они распахнулись без единого скрипа перед огромных размеров волком с шерстью ночи, впуская его в праздничную новогоднюю атмосферу, несмотря на разбушевавшуюся погоду. Он шёл неспешно, грациозно переставляя каждую лапу, всё приближаясь к зданию, где почти в каждой комнате был потушен свет. Волк шумно выдохнул, когда взобрался по уличной лестнице на второй этаж. Внимательные жёлтые глаза обвели открывавшийся вид – туманная метель, которая еле позволяла увидеть светящиеся гирлянды. Внезапно громоздкий зверь резко дёрнулся, повёл головой из стороны в сторону и из, казалось, несмышлённой огромной собаки превратился в устрашающего мужчину с холодным взглядом морского оттенка глаз. Массивными руками с проступившей нитью нескончаемых вен он упёрся в перила. Каждая мышца стального тела была чётка заметна: крепкая и не малых размеров грудь чуть вздымалась при дыхании, пресс был напряжён, выдавая завидные кубики, приличные ягодицы с накаченными ногами. На его лице не было точёных скул, но от этого он не становился менее притягательно опасным. Шатен с короткими прядями и ухоженной щетиной не раз видел сотни обращённых взглядов, сходящих с ума, и ухмылялся в ответ, показывая ровный ряд зубов и идеальной формы клыки, способные перегрызть неугодным глотку без особо напряжения.

Мороз был ему ни по чём – куда интереснее собственные мысли. Снег нещадно бил по титаническому телу, но ответа не получал. Мужчине было любопытно что-то другое. В конечном счёте он привычно ухмыльнулся одним уголком губ, обнажая острый клык.

– Кто же ты, зайчонок? – в жестоких глазах промелькнуло пламя.

***

Ария.

Как я могла быть такой дурой и не поставить будильник? Это просто кошмар! Запудрили мне голову своими идиотскими сообщениями, что самое простейшее забыла!

Мечусь по всему дому, сношу всё, что стоит хоть сколько-то хило. В жизни бы себе никогда такого не представила! Опоздать на первый зачёт, да ещё и к Пахомову! Он-то точно с меня три шкуры спустит, да ещё и съесть заставит. Нет, я не могу так опозориться – доберусь до вуза за пару минут, во что бы то ни стало!

Наскоро делаю лёгкий, скорее натуральный, макияж, чтобы не раздражать придирчивого преподавателя, который часто любил косо смотреть на девушек с «вызывающим видом». Чтобы несколько снизить вероятность его издевательских вопросов, я надеваю строгий официальный костюм из белой рубашки, чёрного пиджака и таких же брюк. Надеюсь, не замёрзну, учитывая погоду на улице, где уже всё, вроде как, стихло. Беру небольшую сумочку, куда быстро закинула тетрадь и ручки, обуваю меховые сапоги, накидываю чёрную куртку длиной чуть выше колена, нацепляю чёрную шапку и вылетаю из дома, наспех закрывая дверь.

Класс! Я чуть ли не тону своим каждым шагом в сугробах! Уже всем сердцем ненавижу этот день. Адреналин кипит в моей крови и заставляет каким-то чудом задирать ноги и делать огромные шаги, что я меньше, чем за пять минут, уже добираюсь до единственной автобусной остановки, по которой проезжал всего один общественный транспорт. Мысленно молюсь, чтобы через пару секунд сюда приехало моё спасение. Подпрыгиваю от счастья, надеясь, что не трачу всю свою удачу, ведь оно действительно едет! И плевать мне хотелось на самое сложное впереди.

Автобус останавливается совсем близко ко мне, чуть тяжеловато распахивается дверца, а мои быстрые ножки вмиг залетают в салон. Почти пустой! Одна бабушка на задних рядах и какой-то спящий парень, сидевший в углу, с капюшоном. Нет, здесь точно что-то не так… Лучше б мне так повезло с билетом и настроением преподавателя!

От нервозности всю дорогу тихонько вздрагиваю, в надежде, что этого никто не замечает. Нисколько не обращаю внимания на возмущения некоторых пассажиров, которые ругаются между собой и водителем; на злостных старушек, кричащих о том, что каждый здесь должен ехать стоя, а они одни сидя; на тёмные городские виды, покрытые кучами снега и новогодними украшениями. Мне до заслуженного праздника ещё пахать и пахать, так что баловать себя даже мимолётной радостью не буду. Когда замечаю знакомые дома и магазины, располагающиеся рядом с моим учебным заведением, передаю карту водителю, чтобы оплатить проезд. Я, быть может, и наглая, но не до такой степени – совесть замучает меня, что потом со слезами на глазах оплачу всем проезд в автобусе, даже продолжающим ворчать бабушкам, которым несколько остановок назад уже уступили место.

Глава 4: Первый зачёт

Ария.

Захожу вслед за Кирой и тут же чувствую на себе давящий взгляд Пахомова. Не сказать, что я была глупой на его парах или давала для этого какой-то повод. Напротив, на лекциях он часто задавал вопросы и нередко слышал мои ответы. Пускай они и не были остроумными, но я видела хотя бы его удовлетворительный кивок, на остальных же мужчина чуть ли не срывал со злости голос. Он вообще по умолчанию всех считал «недостойными высшего образования», как мне пересказывали слухи Вика с Сашей. Отчислял всех направо и налево, поэтому тряслась вся группа, а не только я.

Подхожу к преподавательскому столу, стоявшему в углу аудитории, с перевёрнутыми билетами. Чувствую, как в нос ударяет неприятный резкий запах парфюма, похожий замшелую кожу. Ну и духи у него, конечно. Подходят под его зловещую ауру и давящий взгляд вылупленных из очков глаз. Молча отдаю ему зачётку, которую он тут же куда-то девает – меня уже мало это волнует.

– Тяните билет, - хрипит мужчина и шумно прокашливается. – И говорите номер.

Я смотрю на него несколько обеспокоенным взглядом. На мгновение, но мне захотелось помочь ему. Принести воды, например. И хорошо, что это был всего лишь момент. О других буду думать потом, как сдам этот чёртов зачёт, а уж его помнить точно не хочется. Моя рука зависает над билетами на несколько секунд, сама не зная что желая почувствовать. Когда улавливаю тепло от исходящей бумаги, тут же схватываю. Сердце колотится, как бешеное.

– Тринадцатый, – сипло сказала я.

Отлично, Ария, лучше билета достать не могла. Погодите, это же… Самые первые вопросы! Быть не может! Да-да, это они! Структура мировоззрения и философия как его особый тип! Поверить не могу. Кажется, моя улыбка сейчас треснет. Беру подписанный Павлом Владимировичем листок в клетку и бегу к свободному месту. Аудитория была похожей на школьный кабинет, только совсем небольших размеров – умещалось всего по три парты в три ряда. И задние, конечно же, уже были заняты – все надеялись списать. Села я перед Кирой, занявшей самый угол аудитории в виде последнего стола третьего ряда.

Да, насчёт списывания можно было и не мечтать. Такое ощущение, что препод обладал способностью видеть сквозь предметы, ибо не знаю, как он палил даже самых искусных в этом деле. Лучше уж завалить ему сессию, ничего не зная, но не пытаться достать телефон или шпаргалку. После того, как Пахомов замечал расхрабрившихся людей, он тут же выметал их из кабинета и лишал всякой возможности пересдачи. Скажите, что это противозаконно или неправильно? Да ему плевать хотелось. Видимо, у мужика были свои связи, позволяющие так вести себя.

Но сейчас мне всё равно на списывание. Я быстро помечаю некоторые пункты, но делаю это, скорее, ради приличия, чтобы не сдавать пустой лист. На самом деле мне не требовались никакие пометки – всё могла ответить наизусть. Кто бы мог подумать, что так повезёт на первом же зачёте? Уж не знать первые вопросы, которые видели почти все, только открыв вордовский файл, было бы странно. Ну, я имею в виду не знать, что сказать при ответе на них, а не заучивать по лекциям. Таким мазохизмом занималась, наверное, я да Костя с Кириллом, всё черкающих что-то в листках. Заметила это боковым зрением, когда повернула немного голову на Павла Владимировича. Увидела его хмурый взгляд с опущенными бровями и мигом отвернулась.

Как же долго тянулось время. Спустя несколько минут бешено колотящееся сердце успокоилось. Потела я несильно, так что с этим не было проблем. Руки едва дрожали, из-за чего почерк у меня вышел немного прыгающим по клеткам, но ничего – самое главное, что всё помню наизусть и полностью готова.

Наконец, Пахомов скрипучим голосом говорит:

– Петров, время вышло. Жду Вас.

Костя со вздохом поднялся с места и прошёл мимо меня. Наши взгляды встретились. Он качнул головой и шевельнул губами, складывая их в безмолвное нецензурное слово. Я утешающе улыбнулась. Пускай одногруппник меня не привлекал, но хорошим человеком был – часто помогал, когда просила о помощи. Даже готовые домашки скидывал. Побольше бы таких.

– Начинайте, – Павел Владимирович положил перед собой какую-то бумагу и приготовил ручку.

Парень начал не очень уверенно, что преподаватель не любил. Это мгновенно отразилось на лице Пахомова. Я запереживала, не зная, что думать. На моих глазах Костя опускался в морское дно завальных вопросов, хотя умело плавал за счёт знаний. Но чем дольше продолжалась их ругань, тем быстрее поняла – спокойно отсюда мне не выйти.

Начинаю снова дрожать. В итоге Костя ушёл с, как выразился Пахомов, «весьма слабо омерзительной» четвёркой, Кирилл – «не подающей надежд» тройкой. Передо мной осталась только Кира, уже всхлипывающая от натиска жестокого преподавателя. Нет, ну надо же! Довести девушку до слёз и продолжать измываться над ней! У него есть хоть какая-то толика мужской чести? Я так просто ему не сдамся. Даже не думай об этом, демон во плоти человека.

– Вишневская, прошу, - отпустил с оценкой «удовлетворительно» Киру препод и позвал меня.

В аудитории уже сидели другие одногруппники. В их числе была и Сашка, сидевшая сбоку от меня. Мы быстро переглянулись, я уверенно кивнула. Сажусь на стул рядом с Пахомовым, руки ложу на колени, чтобы не было видно дрожи.

– Начинайте. Что есть мировоззрение? Без воды, пожалуйста, её я могу выпить и вне аудитории.

– Мировоззрение – термин, обозначающий систему взглядов на мир и место человека в нём…

– Достаточно обще. Структура? Из каких компонентов констатируется эта система? – перебивает меня он.

– В структуре мировоззрения выделяют несколько взаимосвязанных компонентов. Во-первых, онтологический компонент – это представления о фундаментальной структуре бытия, о том, что первично: материя или сознание, о формах существования материи, о законах мироздания...

– "Представления" – это слишком расплывчато. В философском мировоззрении это онтологические концепты, обоснованные рационально. Продолжайте.

Глава 5: Его желание

Девушка тихо спала. Она укуталась в шерстяной свитер пепельного оттенка и сидела на холодном полу. На согнутых ногах были домашние штаны чёрного цвета, на стопах – вязаные тёплые носки из белой пряжи. Упираясь в стену спиной, голова Арии чуть накренилась в бок, некоторые пряди светлых волос упали на её нежное овальное лицо. Даже через сновидения она пыталась поджимать к себе колени, а ослабшие руки с канцелярским ножом и телефоном, у которого всё ещё был включен фонарик, лежали возле живота.

По другую сторону вальяжно восседал массивный мужчина на том же покрашенном полу, откинувшись широкой спиной на прохладную стену, вальяжно раскинув ноги. По его крупной груди скользил тусклый свет фонарика девушки, отливаясь холодным металлом там, где кожа натягивалась туго, и погружался в глубокую ложбину, словно пропасть, разделяющая две горные гряды. Тёмные и отчётливые соски покоились на каменном теле, как единственная точка мягкости на поверхности неумолимой силы. С каждым глубоким, ленивым вдохом монолит груди медленно поднимался, обнажая межрёберные мышцы, играющие тенями, и опускался с ощутимой тяжестью. Ниже, где расстегнутые чёрные джинсы едва прикрывали начало мощного паха, его пресс являл собой скульптурный шедевр напряжения и контроля, даже в расслаблении. Прямые мышцы живота, толстые, как переплетенные стальные канаты, образовывали четкие, глубоко вырезанные кубики. Они не были напряжены до дрожи, но и не расплывались – скорее, покоились, как стиснутые кулаки под кожей, готовые в любой миг превратиться в бронированный щит. Линия широкой талии, резко очерченная косыми мышцами, так и заставляла уводить взгляд в запретную зону. Уверенная вертикальная ложбина между рядами кубиков словно вырезана точным ножом. Казалось, кожа слишком натянута и вот-вот лопнет, обнажив стальную суть мужского тела. Смотреть на него было все равно что созерцать спящего зверя – красота опасная, первобытная, заставляющая затаить дыхание и замирать сердцем.

Он пробудился от короткого сна. Первое, что понял мужчина – метель стихла. Но это ли ему было важно, когда перед взглядом холодных глаз возникла беззащитная незнакомка с пылким характером? Заметил мирно лежащее остриё около девушки – губа сложилась в ухмылку. «Думала, сможешь меня поранить?» – насмешливо подумал незваный гость. А сам пытался рассмотреть девичье лицо без меркнувших красоту изъянов. Мощные руки мужчины, сложенные перед грудью, напрягались, являя всё сильнее набухавшие вены и уверенные бицепсы, и он отвёл взгляд от девушки, почувствовав, как в паховой области стало нарастать напряжение. «Даже не думай об этом, животное, даже не думай» – как мантра проговаривалось в рационально мыслящей голове. Но звериное нутро всё равно тянулось к ней, требовало коснуться хоть пальцем. Он знал, что дьявол искушает его вкусить запретный плод. Незаметно один клык гостя обнажился, впиваясь в собственную кожу губ. Появилась капля тёплой крови. Полно вдохнув широкой грудью, он поднялся на могучие ноги. С высока своего двухметрового роста мужчина видел только светлую макушку мирно спящей хозяйки дома. Стараясь игнорировать тянущее чувство ниже огранённого пресса, он подошёл к девушке, ощущая, как в нос проникает запах чего-то по-детски невинного, смешанного в меру сладкой ванилью, и осторожно поднял её. Она не весила для него ровным счётом ничего – Дюймовочка во всемогущих руках греческого бога. Мужчина, способный сделать всё, что ему вздумается, осторожно понёс её вглубь дома, взяв телефон, а нож положил куда-то на тумбу. В темноте он ориентировался прекрасно, поэтому кромешная тьма не была препятствием. Делая медленные шаги, незнакомцу приходилось очень заставлять себя не обращать внимание, что держит хрупкую фигуру, способную рассыпаться, надави он чуть сильнее. Голова ничего не подозревающей девушки, продолжающей блуждать в мире сновидений, бережно лежала на его стальных и надёжных руках. Такие не дрогнут перед опасностью, не струсят лишить неугодного жизни.

Скрипнула дверь скромной спальной комнаты. Мужчина немного огляделся – увидел стол с раскрытыми тетрадями, некоторые из них упали на пол, не торопясь добрался до кровати, стоявшей у деревянной стены, и аккуратно положил хозяйку. Переодевать её не стал – подумает ещё себе всякого, а огонь, горящий в её груди, всё равно найдёт, чем остаться недовольным ночным гостем, если только она не воспримет это как галлюцинацию или свои фантазии. Могучее тело нависло над девушкой, рука замерла у непослушной копны светлых волос, всё так и спадающей на женское лицо. Несколько секунд слушая тихое дыхание, он аккуратно поправил пряди, выпрямился, возвышаясь неприступной горой, и не сдержался взглянуть на неё снова, беззащитно спящую, спокойную, ту, что лежала на его напряжённых руках, боявшихся сильнее сжать нежное тело и оставить следы. Понравилась ли ему девушка, или мужчина просто проявил уважение к той, кто, хоть и с криками, но приютила его – он не знал.

– До встречи, зайчонок, – хрипло шепнул на прощание незнакомец и пошёл на выход – в беспощадную зиму.

– Владислав! Ты в каких облаках витаешь? – раздался тихий голос рядом.

Приятное воспоминание перед глазами мужчины расплылось. Он почувствовал, как по всему телу под официальным костюмом чёрного цвета и белой рубашкой бегают мурашки до самого низа живота. На него хмуро смотрела брюнетка с короткими волосами. Чуть в стороне от подбородка располагалась родинка на грубоватом женском лике.

– Просто как-то странно, не думаешь? Мы обсуждаем нашу будущую свадьбу, а ты словно не здесь, – недовольно фыркнула она, осторожничая, чтобы этого не услышали близкие, одетые в деловом стиле.

Влад недовольно сощурился на девушку, от чего та потеряла злые черты, боязливо поджала губы и отвернулась от него, тут же нацепляя маску счастья с лучезарной улыбкой. Пока в просторном кабинете, имевшем роскошную атмосферу и живописный вид на город с огромной высоты, обсуждалось будущее, с которым пару дней назад Владислав был согласен, мысли мужчины снова посетила спящая Ария с шёлковыми волосами.