Поцелованная Бременем

Пролог

Никогда не задавались вопросом, на что вы готовы пойти ради безопасности? Не только своей. Хотя... осуждать мне не свойственно. У каждого свои границы и взгляды. У меня свои тоже. Были. Получилось ли хоть как-то воссоздать мечту из них? Трудно сказать. В детстве всё казалось намного проще: мир делился на правильное и неправильное, на свет и тьму; на тех, кто защищает, и тех, кого защищают.

Тогда я искренне верила, что граница между ними чёткая. Что её нельзя переступить случайно — только осознанно. Но ошибалась. Время умеет стирать не только воспоминания — оно размывает убеждения. Сначала незаметно, а позже не остаётся ничего, за что можно зацепиться. Только решения и последствия. Иногда — чужие. Но чаще всего — мои.

Я долго пыталась понять, в какой момент всё изменилось. Был ли это один выбор? Один шаг? Или цепочка событий, в которой всё казалось неизбежным? Ответ не важен — итог всё равно один.

Сейчас смотрю на своё прошлое как на чужое. Как на историю, которую мне рассказали, но не дали возможности переписать. И чем дальше отстраняюсь от неё, тем яснее понимаю: я не наблюдатель, а её часть. И, возможно, самая опасная. Здесь нет места иллюзиям и надежде, которая раньше выглядела естественной. Её вытеснили более острые и честные чувства: осторожность, холодный расчёт и тишина, в которой мысли звучат слишком громко.

Иногда кажется, что если долго слушать эту тишину, можно услышать ответы. Или... оправдания. Но их я перестала искать уже давно. Потому что каждый раз, когда позволяла себе думать, что у меня нет выбора... он всё равно был. Просто не всегда выглядел так, как хотелось. Однако, благодаря ему, я научилась многому: не отворачиваться и не дрожать, когда страшно; смотреть прямо, без стеснения и сомнений. Даже тогда, когда внутри уже всё рушилось.

Раньше часто задумывалась, как бы выглядела жизнь, если б я остановилась. Если бы пошла по другому пути и попыталась сохранить то, что тогда можно было спасти. Но это уже не имеет значения. Потому что некоторые линии пересекаются лишь раз. После же ничто не остаётся прежним — ни люди, ни чувства.

Ни я.

Помню тот момент чётко и ясно, будто он произошёл вчера. Тогда ещё был вариант — отступление. Но поступила я иначе и назвать это ошибкой не могу. Это решение. И, возможно, самое честное из всех, что когда-либо приходилось принимать. Тогда я не боялась. Страх пришёл позднее, когда оставалось только жить с содеянным. И живу я до сих пор.

Да, пыталась найти в себе ту часть, которая смогла бы хоть как-то оправдаться. Но нашла лишь правду. Она по сей день остаётся точкой, после которой не существует "до".

Именно поэтому больше не задаюсь вопросом, кто я. Ведь ответ до жути прост.

Всё началась с момента, когда мне едва исполнилось 10... Я убила своего отца.