Поцелуй на краю ночи

Глава 1. Знакомство

Лютер притормозил перед дорожным знаком, и косые стрелы дождя полетели сквозь желтый свет фар, метя в название города. «Добро пожаловать в Танорок» — гласила выцветшая от времени надпись. Чуть дальше вдоль дороги стоял розовый пикап, а справа, на крутой насыпи, девушка сажала цветы.

Лютер любил загадки. Это было одной из редких радостей в его жизни — находить ответы на неожиданные вопросы, складывать головоломки и узнавать тщательно скрываемые ото всех секреты. Поэтому он заглушил мотор и, выйдя из машины, прислонился к капоту, наблюдая за незнакомкой.

В другой ситуации он бы проехал мимо не задумываясь, но девушка, высаживающая клумбу в три часа ночи, — это как минимум интересно.

Она заметила свет фар и обернулась. Выпрямилась и взмахнула руками, едва не съехав вниз по мокрой траве. Красивая брюнетка, лет двадцать с небольшим, неужели у нее не нашлось занятий лучше, чем сажать календулу под покровом ночи, да еще в дождь?

— Буква «у» кривовата, — заметил Лютер. — Сделай хвостик длиннее.

Ночная фея высаживала цветы не хаотично, а по выверенной схеме, которая в итоге складывалась в слово «мудак». Днем будет видно издалека. Лютер обернулся и глянул на дом, расположенный напротив насыпи.

— Кто там живет? — спросил он. — Твой бывший? Что он сделал?

Девушка отряхнула руки от земли и, неспешно спустившись, остановилась напротив. В свете фар ее смуглая кожа казалась золотистой, а светло-карие глаза вспыхнули янтарем.

— А тебе какое дело? — нахально поинтересовалась она, стаскивая перчатки. — Езжай куда ехал.

— Я не в силах проехать мимо явного нарушения общественного порядка, — соврал Лютер.

В силах, и еще как. Но хамские цветы интриговали.

— Я занимаюсь озеленением города, — возразила девчонка. — Что тут плохого?

— Слово носит негативную окраску.

— Правда часто оскорбительна.

— Его могут прочитать дети.

— Твои нотации никому тут не интересны, — отрезала она. — Как ты вообще умудрился разглядеть что-то в темноте?

— У меня отличное зрение, — похвастался Лютер.

— Рада за тебя. Но ты явно не коп, так что…

Лютер достал из внутреннего кармана плаща удостоверение и не без удовольствия ткнул его под нос девушке.

— Специальный агент Лютер Фосберг, — мрачно прочитала она.

— Очень крутой коп, — заявил он, возвращая удостоверение в карман. — И мне нужны ответы. Для начала, как тебя зовут?

Он достал из кармана плитку горького шоколада, развернул и откусил, надеясь заглушить проснувшийся голод.

— Рокси, — с неохотой представилась девушка.

Потянувшись, отломила кусочек и демонстративно положила в рот, но, прожевав, поморщилась. Да, шоколад изготовлен по особому рецепту, который не всем по вкусу.

— Итак, что мы имеем, Рокси? — решил подытожить Лютер. — Оскорбление бывшего парня клумбой — просто очаровательно, — он аккуратно загнул фольгу и спрятал остатки шоколада в карман плаща. — Долго встречались?

— Пару месяцев. Слушай, ты что, собираешься посадить меня за цветы? Сперва докажи. Может, они сами тут выросли.

— Угу. Выросли, посмотрели на твоего бывшего и собрались в слово «мудак».

— Ты его не знаешь, а то бы не удивлялся.

— А ты просто случайно проходила мимо с тяпкой и в садовых перчатках.

— Совпадение, — вызывающе задрав подбородок, ответила Рокси.

— Значит, вы были вместе всего пару месяцев. И ты на него злишься. Выходит, инициатором разрыва был он?

— Какая разница, — она раздраженно швырнула перчатки в кузов пикапа.

— Ты очень хороша собой, Рокси, — заметил Лютер, окидывая взглядом ее фигуру.

Стройная, длинноногая, с густыми темными волосами, безжалостно стянутыми в хвост. Нежный рот, аккуратный носик и потрясающие глаза — точно маленькие солнышки.

— Очевидно, что ты с придурью, — невозмутимо продолжил он, — но на начальном этапе отношений все закидоны кажутся милыми. Особенно если девушка так привлекательна.

Рокси пожала плечами и закинула пустые поддоны от цветов в машину.

— Спасибо за комплимент, специальный агент Лютер Фосберг. Не особо рада знакомству, и мне пора.

— Что ты сделала, Рокси? Почему он бросил тебя? Вряд ли изменила своему мудаку. В таком случае ты не злилась бы на него и чувствовала свою вину. Если же он тебе изменил, то не стала бы марать руки. Нет, тут что-то сложнее. Я заинтригован.

— Это уже твои проблемы, — фыркнула она. — Считай это своим личным висяком. Или как там называют нераскрытые дела…

— Я ведь и правда могу арестовать тебя, Рокси, — напомнил он.

— Думаешь, шериф впаяет мне срок за клумбу? — разумно засомневалась она.

— Нет, разумеется. Но он заинтересован в сотрудничестве со мной, так что будет рад угодить. Уверен, я смогу продавить его на общественно-полезные работы.

Рокси закатила глаза и повернулась к пикапу, явно намереваясь уйти, но потом вновь обернулась к Лютеру.

— Ты приехал из-за того, что произошло в парке, так? — спросила она совсем другим тоном: цепким и требовательным. Янтарные глаза вопросительно смотрели на него, ожидая ответа, и Лютер кивнул.

Рокси быстро облизнула розовые губки, глянула на насыпь, явно о чем-то напряженно размышляя.

— Знаешь, а ты прав, — протянула она.

— В чем именно?

— Я не должна была это делать, — она вздохнула и кивнула на клумбу. — Возмутительно. Попрание морали и все такое.

— Да не так уж плохо, — возразил Лютер. — Вносит некоторую изюминку в унылый пейзаж.

— Дети могут увидеть.

— Они могут увидеть вещи и похуже.

— Я должна понести справедливое наказание.

Рокси шагнула совсем близко к нему, взмахнула ресницами, покусала губки. Какой напористый флирт. Что же ей надо?

— Хочешь, чтобы я наказал тебя прямо здесь? — уточнил он на всякий случай.

— Вот еще! — возмутилась она, но тут же виновато улыбнулась, и на ее щеках появились милые ямочки.

Каким бы мудаком ни был ее бывший, он бы не бросил ее без веской причины.

Глава 2. Напарники

Открыв дверь полицейского участка, Лютер сходу окунулся в свежий скандал.

— Вы должны приструнить ее, шеф! — требовала тощая женщина, указывая ярко-розовым ногтем на Рокси, которая расслабленно покачивалась на стуле. — Она перешла все границы!

— И вот из-за этого, Джей, я должна была тащиться в участок? — с брезгливой высокомерностью вопрошала другая дама, в элегантном костюме цвета сирени. — Подумаешь — клумба. Это не повод мокнуть под дождем. В моем возрасте в такую погоду лучше сидеть дома.

В Танороке снова моросило, но Лютер был этому рад.

— Ты ведь знаешь мою внучку с рождения, — продолжила дама и, положив руки на спинку стула, слегка нажала, так что Рокси перестала качаться. — Она хорошая девочка.

Лютер мог бы с этим поспорить, но, конечно, не стал. Прислонившись к стене, обшитой деревянными панелями, он решил остаться молчаливым наблюдателем.

— Хорошие девочки не пишут дурные слова! — возразила первая. — Пусть даже и цветами!

Видимо, это мать мудака. А дама в сиреневом — бабушка Рокси, та самая Сесилия Медоу, которую сперва нашла в базе Джессика. Грузный мужик, что с печальным лицом слушает их вопли, определенно шеф полиции, что подтверждают три верных признака: значок, форма и густые седые усы, излучающие спокойствие. Был еще мелкий рыжий коп, которому в отличие от Лютера не хватило ума держаться подальше от спора.

— Вообще-то надо сперва доказать, что клумбу посадила Рокси, — заявил он.

— А кто ж еще! — взвизгнула тощая женщина, брызжа слюной. — Она домогается моего мальчика! Звонит и дышит в трубку…

— Помехи на линии, — предположил рыжий, вытирая щеку.

— Преследует его!

— Танорок — маленький город, — степенно напомнила Сесилия Медоу, смахивая несуществующую пылинку с сиреневого пиджака. — Я бы могла заявить, что меня все тут преследуют.

— А теперь эти гнусные цветы! — женщина бессильно упала на свободный стул и прикрыла глаза рукой с истошно розовыми ногтями.

— А мне понравилось, — пробормотал рыжий. — Нет, не слово, но в целом. Надо добавить красок в наш город. Цветы гармонизируют пространство.

— Так, — шеф полиции хлопнул раскрытой ладонью по столу. — Давайте к сути.

— Давайте, — всхлипнула тощая. — Посадите ее за решетку. Или в психическое отделение для буйных. Она опасна для окружающих.

— Если к сути, то мы пойдем, — спокойно ответила дама в сиреневом. — Никакой закон не нарушен. Рокси, милая…

— Сидеть! — рявкнул шеф, и Рокси, вздрогнув, выпрямилась на стуле, а Лютер быстро прошел вперед, сам удивляясь иррациональной потребности защитить эту девушку.

Быть может, ему просто не хотелось отдавать лакомство, которое он даже не успел попробовать?

— Лютер! — обрадовалась Рокси и обернулась к даме. — Бабуль, я тебе рассказывала, это специальный агент Лютер Фосберг.

Шеф бросил на него хмурый взгляд из-под бровей.

— Мы уже обо всем договорились, — торопливо заявила ему Рокси. — В качестве наказания я буду работать на благо города. С агентом. Ему ведь понадобится помощник.

— Я бы мог… — неуверенно начал рыжий.

— К сути, — повторил шеф полиции. — Я правильно понимаю, что ты, Рокси, вчера, посреди ночи, отправилась одна на край города и посадила там цветы в форме слова, унижающего честь и достоинство Кристиана Прайса?

— Я раскаялась, — сказала она без малейших признаков сожаления в голосе.

— Одна, — веско произнес шеф. — Ночью. На безлюдной окраине. И это всего через неделю после того, как погибла Луиза?

Тон его голоса все повышался, и к концу фразы шеф рычал на весь участок.

— Ты сдурела, Рокси? — рявкнул он, и она вжалась в стул. — А ты, Сесилия? — он поднял взгляд на даму, которая вцепилась в спинку стула обеими руками. — Где твои мозги? Отпускаешь свою единственную внучку посреди ночи! И это после всего…

— Я не знала, что она затеяла… — пробормотала миссис Медоу. — Джей, я бы ни за что…

— Плевать мне на клумбу, — сказал шеф спокойнее, повернувшись к тощей женщине. — Если Крису не нравятся те цветы — пусть идет да вырвет. Можно подумать, мне больше заняться нечем.

— Ну, знаете, — оскорбилась та.

— А ты, Рокси, — шеф прикрыл глаза и устало потер виски, — просто заноза в заднице…

— Следи за языком, Джей, — строго приказала миссис Медоу.

— Я за ней присмотрю, — неожиданно для самого себя пообещал Лютер и протянул свое удостоверение шефу.

Конечно, помощница из Рокси никакая. Похоже, ее максимум — это не мешать. Но когда из бюро придет разрешение, лучше бы она была рядом. Он чувствовал жар ее тела так остро, словно после долгой и затяжной зимы оказался на берегу южного моря. Солнце, горячий песок и тропические коктейли — так он ощущал Рокси Медоу, и оставалось только удивляться, как остальные не замечают, что ею одной можно отапливать целый город. Хмурый день как будто стал ярче, когда она посмотрела на него своими теплыми глазами.

— Спасибо, — произнесла Рокси одними губами.

Не за что. Он даст ей то, что она хочет, а взамен получит ее горячую кровь. Зря Джессика волновалась. Он не станет пить Рокси до дна. Распробует, не торопясь.

Шеф тщательно рассмотрел его удостоверение, а после нехотя приподнялся со стула и протянул руку.

— Джей о’Коннел, — представился он, и его рукопожатие было предсказуемо твердым. — Пустая трата времени, агент Фосберг. Обычный несчастный случай.

— Я предпочту убедиться в этом самостоятельно, — сказал Лютер.

— Разумеется, — холодно бросил шеф. — Но зачем вам Рокси? Чем она поможет?

Рокси вскочила со стула и встала рядом с Лютером, как будто они уже одна команда. Ее сердце забилось чаще, и он слышал его разгоняющийся стук: та-дам, та-дам, та-дам, как будто поезд, набирающий ход.

— Покажет город, — обманчиво равнодушно произнес Лютер. — Сделает кофе. Заполнит формы отчетов. Они у нас довольно простые.

— Я могу, — с готовностью подтвердила она.

— Так-то у меня еще парочка заявлений на тебя, Рокси, — вздохнул о’Коннел, перебирая бумаги, лежащие на столе. — То, первое от Криса. И миссис Фишер жалуется, что ты каждую субботу стрижешь газон в непотребном виде.

Глава 3. Место преступления

Рокси сидела на пассажирском сиденье, искоса поглядывая на Лютера. Он согласился взять ее в напарницы, и теперь Рокси грызли сомнения. Ясно, что помощь ему не нужна — вон как уверенно ведет машину, как будто всю ночь напролет изучал карту города. Да и кофе она варить толком не умеет. А что касается отчетов, то с ними куда лучше бы справился Перси, который смотрел на специального агента со щенячьим обожанием.

Вывод напрашивался очевидный — агент Фосберг положил на нее глаз. Однако помимо немного старомодной галантности он пока что не позволял себе ничего такого. Тем лучше для него! Потому что она не какая-нибудь доступная девка.

Рокси от волнения прикусила ноготь и отвернулась к стеклу, за которым проплывали улицы родного города. Двухэтажные дома, аккуратные участки, некоторые даже с бассейнами. Бог знает зачем — тут постоянно идет дождь.

Но если она откажет агенту Фосбергу, то он может передумать и отправить ее мести улицы, и она так и не узнает, что случилось с Луизой, а значит, и с мамой.

Вчерашний план держать его на поводке трещал по швам. Очевидно, что агент Фосберг, в отличие от Криса, — зрелый мужчина и захочет куда большего, чем поцелуи. Но вдруг не захочет?! Крутит себе руль, а в ее сторону и не смотрит. Как же все сложно!

Рокси раздраженно мотнула головой, отбрасывая с лица отросшую челку, которую в дурацком порыве обрезала после расставания с Крисом. Это тоже его вина.

— Хочу заметить, что клумба получилась огонь, — немного смущаясь, произнес Перси.

— Спасибо, — буркнула она. — Хочешь, тебе такую же сделаю?

— Нет. То есть да, но… Ты смеешься, — понял он.

— Расскажи лучше, что там в твоей алой тетрадке, — попросила Рокси.

Мало ли, вдруг Перси наткнулся на ответы. Он-то все выложит как на духу и без поцелуев.

Перси и правда колебался недолго.

— Вы знаете, что в Танороке статистика по несчастным случаям почти в два раза хуже, чем в соседнем Уиллоушире? — спросил он, обращаясь скорее к Лютеру. — Шеф говорит, это потому, что у нас лесопилка, а у них ткацкая фабрика, но диких животных, аварии и падения с лестниц — прости, Рокси — не отнесешь на вредное производство.

— Ты падала с лестницы? — тут же спросил Лютер, нахмурившись и бросив на нее озабоченный взгляд.

— Нет. Не я. Бабуля, — ответила Рокси, сама не понимая, отчего ее так взволновал простой вопрос.

Быть может, потому, что в голосе агента Фосберга прозвучало искреннее беспокойство&

— Рокси бросила колледж и вернулась в Танорок, чтобы ухаживать за миссис Медоу, — добавил Перси с такой гордостью, как будто его это как-то касалось. — Все думали, Сесилия останется в инвалидном кресле, но Рокси буквально поставила ее на ноги.

— Может, вернешься к делу? — предложила она. — Мы ведь собрались не для того, чтобы обсуждать мою жизнь.

— Где ты училась? — спросил Лютер.

— В колледже искусств. Хоть это и неважно.

— Рисование?

— Танцы. Давайте поговорим о Луизе. Может, дадите взглянуть на материалы дела? Вдруг я свежим глазом увижу какую-то деталь, несоответствие, что-то такое, что остальные упустили…

— Она ведь ходила к тебе в группу, правда? — наморщил лоб Перси. — Я видел ее у спортивного центра в таких розовых облегающих штанишках. Кажется, она здорово похудела.

— Ты работаешь тренером? — догадался Лютер.

— Она ведет группу пилатеса, — тут же влез Перси. — Я ходил пару раз в том году. Очень хорошо для спины, и потом легкость во всем теле, но шеф мне запретил...

— Луиза и правда ходила ко мне на занятия, — подтвердила она. — И показала очень хороший прогресс.

— Вы дружили? — спросил Лютер.

— Я бы не сказала, — ответила Рокси и вновь отвернулась, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции.

Ей нравилась Луиза Паркер. Полноватая хохотушка, добрая, отзывчивая и совершенно неконфликтная. В женских группах характер виден сразу: кто-то готов чуть ли не драться за любимое место в зале, кто-то бегает жаловаться администратору на сквозняк или духоту, кто-то просто ходит с таким лицом, что сразу видно — пэмээс. А Луизу все устраивало. Она приходила в зал в хорошем настроении, старалась выполнять упражнения и не расстраивалась, если что-то не получалось. Она помогала убирать спортивные снаряды, если другие девушки забывали или не хотели этого делать. Она здоровалась и прощалась с неизменной улыбкой, и даже оставила на сайте теплый благодарственный отзыв, который Рокси перечитала несколько раз.

— Она изменилась, — сказала Рокси, повернувшись к Лютеру. — Что-то произошло перед ее гибелью. Она похудела, это так, а еще стала резче, жестче и научилась давать отпор.

— Была какая-то ссора? — уловил он.

— Ерунда, в общем, — немного смутилась она. — Луиза не захотела меняться ковриками с Сидни.

— Сидни Моллес? — уточнил Перси.

— Если бы та попросила другим тоном, Луиза бы скорее всего уступила, — сказала Рокси. — Но ты же знаешь Сидни… Луиза отказала ей не моргнув глазом.

— Вряд ли ее убили из-за гимнастического коврика, — заметил Лютер.

— А это все же было убийство? — уцепилась за его слова Рокси.

Он глянул на нее, а потом вынул из кармана плаща початую шоколадку и откусил.

— Мы точно не знаем, — ответил вместо него Перси.

***

Лютер остановил машину у входа в парк, и Рокси отстегнула ремень безопасности.

— Подождете меня здесь, — сказал он тоном, не терпящим возражений.

— Но, агент Фосберг, — лицо Персиваля обиженно вытянулось, — я… мог бы сориентировать вас на местности.

— Не надо, — отказался тот.

— Я бы хотел, если позволите, взглянуть на ваши методы работы…

Лютер едва заметно усмехнулся и покачал головой.

— Ждите меня здесь, — повторил он и, выйдя из машины, направился в глубь парка.

Подождав, пока он скроется под тенью деревьев, Рокси решительно открыла дверцу машины.

— Ты же не собираешься идти за ним следом? — громким шепотом ужаснулся Персиваль.

Глава 4. Маски

Серое озеро, серое небо, серые глаза агента Фосберга… Рокси шла через парк, продираясь сквозь заросли, и думала о том, чтобы и правда купить себе красную шапку. В Танороке отчаянно не хватало красок, но она это исправит.

Лютер придержал ветку, чтобы Рокси было удобнее пройти, и она благодарно ему улыбнулась.

Со стороны, наверное, их стихийная команда выглядит просто и понятно: агент Фосберг — рыцарь в сверкающих доспехах, она — прекрасная дама, Перси… пусть будет конь, гнедой масти. А быть может, недотепа-маг, в алой тетради которого хранится древнее и страшное заклинание — надо бы выяснить, что он там накарябал. Им троим предстоит сразиться со злом и победить. Потому что в сказках не бывает иначе.

Но есть нюанс: она вовсе не нежная принцесса. Именно ей предстоит победить злодея. А иначе зачем это все? Зачем однажды она поняла, что ее способности далеко превосходят человеческие? Она получила дар, который теперь просто обязана использовать во благо. Колючая ветка ткнулась ей в руку и упруго отскочила, не причинив вреда. Но даже если бы оцарапала, то через пару минут от ранки не осталось бы и следа — Рокси это точно знала.

Нет, главный герой здесь она, Лютер — ее помощник, а Перси…

Он шмякнул ботинком ей на пятку, и Рокси сердито шикнула.

— Не наступай мне на ноги, — буркнула она, обернувшись.

— Прости, — пробормотал он, шмыгая носом.

Перси — просто комический персонаж. В кино такие нужны чтобы разбавлять гнетущую атмосферу.

Рокси нравились фильмы про супергероев, и теперь она задумалась о том, что ей необходимо геройское имя и, может, костюм. Правда, что ли, купить красную шапку? А может, назвать себя Цветочницей?

Вслух она насмехалась над вампирскими идеями Перси, но по правде сказать, готова была поверить во что угодно. Раз уж есть добро в ее лице, то где-то есть и зло. Бояться она не станет. Лучший способ победить страх — посмотреть ему в прямо в глаза.

Лютер остановился перед старым особняком, и Рокси едва успела затормозить, чуть не уткнувшись в широкую спину.

Когда-то дом был великолепен: широкое крыльцо, стройные колонны, плавный изгиб фасада словно повторял берег озера. Но зияющие пустотой окна, сломанные перила и выщербленные ступени, усыпанные окурками и стеклом, превращали его в мертвеца, и белые стены казались старым скелетом: время жадной птицей склевало его глаза, ветер и дикие звери сожрали плоть, а ливни смыли густую кровь.

— Боишься? — спросил агент Фосберг, и Рокси мотнула головой.

Герои не боятся. Ну, разве чуть-чуть.

Он задержался у дверного проема, и ветер, что гулял в верхушках деревьев, осторожно коснулся светлых волос. Если распустить их, будет шикарная грива. Быть может, назначить его принцессой? Блондинистые локоны уже есть.

— Ждите меня здесь, — приказал он, и Рокси, едва не зарычав от раздражения, снова пошла следом.

Пусть агент Фосберг и не догадывается о распределении ролей в их команде, но она заставит его с ней считаться.

Лютер стоял в зале, на старом исцарапанном паркете, и словно принюхивался к чему-то. Его глаза в полумраке блестели, и тень заострила черты, сделав их нечеловечески точными.

— Наверное, надо спуститься в подвал, — предположил Персиваль, который так и жался у входа, не решаясь войти. — Поискать гробы. Вообще нужны осиновые колья, как считаете, агент Фосберг? Или серебряные пули?

— А как определить вампира? — поинтересовалась Рокси. — Так-то от кола в сердце любой помрет.

— Если человек лежит в гробу в подвале заброшенного дома, то это вызывает некоторые подозрения, — назидательно произнес Перси, и ей захотелось стукнуть его тетрадкой по рыжей башке. — Однако есть и более верные способы.

— Какие же? — заинтересовался Лютер, сворачивая к лестнице, ведущей в подвал.

— Вообще-то стандартные признаки, широко растиражированные в фильмах и литературе, не более чем миф, — важно ответил рыжий. — Чеснок, красные глаза, кружевные жабо — все это вранье.

— Вот как, — пробормотал агент Фосберг, уверенно спускаясь по ступенькам.

Рокси задержалась на верху лестницы, привыкая ко мраку. Ладно, вампиры… Но ведь там могут быть мыши! Выдохнув, она пошла за Лютером следом.

— Вампиры не любят солнца, — бубнил сзади Персиваль, — это истинная правда. Их не охватывает пламя, и они не рассыпаются в пепел, как хотелось бы. Но долгое пребывание под прямыми солнечными лучами и правда может их убить. Затем зеркала. Если даже вампир приятной наружности, то в зеркале все равно отразится чудовище.

Лютер обернулся и подал Рокси руку.

— Здесь осторожнее, — сказал он. — Ступенька сломана.

— Вижу, — ляпнула Рокси, проигнорировав его помощь, и прикусила язык.

Она видела в темноте как кошка, но лучше Лютеру об этом не знать. Все супергерои хранят свои способности в тайне.

Позади щелкнул фонарик, и узкий луч света нырнул во тьму.

— А еще вампирская тень, — сказал Перси.

— А с ней что не так? — поинтересовался Лютер.

— Ее нет? — предположила Рокси. — Я в какой-то книжке читала…

— Она гуще, чем человеческая, — перебил ее коп. — Потому что вампиры — суть мрак.

— Очень впечатляет, — фыркнула она, оглядываясь по сторонам. — Вот только откуда ты взял весь этот бредовый поток сознания?

— Моя бабушка ведьма, — ответил Персиваль. — Она рассказала. Между прочим, мне передался ее дар. Я чую потустороннее.

Он выразительно постучал кончиком указательного пальца по носу.

— Это несомненно очень нам пригодится, — сказал агент Фосберг, и Рокси не могла понять — шутит он или всерьез.

Кружок света обшарил углы, скользнул по останкам стула, задержался на жирной многоножке, распластавшейся на серой стене, и прыгнул к Лютеру. Тот поморщился, и Перси повернул фонарь на себя. Свет окрасил его кожу в желтый, а тени легли снизу-вверх, превращая его лицо в пугающую восковую маску.

— Но очевидно, что вампиров тут нет, — вздохнул он.

Глава 5. Ужин

Рыжего копа он высадил возле участка, а Рокси доставил до самого дома. Он бы и сам догадался, что она живет здесь: за веселой изумрудной изгородью, среди буйства роз и клематисов, в вытянутом вверх домишке, по синим стенам которого карабкался плющ.

На острой крыше торчал флюгер в форме дракона, и Лютер про себя усмехнулся. Конечно, принцесса должна жить в башне, охраняемой драконом. Вот только на помощь красавице явится не принц на белом коне, а чудовище на серебристом седане.

— Завтра встречаемся в участке? — уточнила Рокси, когда он открыл ей дверцу, и насмешливо предложила: — Или сразу заточим колья и пойдем по пустым домам?

— Сориентируемся по обстоятельствам, — ответил он. — Посмотрим, что выудит Персиваль из больничных карт.

Отпускать ее не хотелось, но телефон упрямо молчал.

— Давай тогда обменяемся номерами, — деловито предложила она.

Лютер продиктовал свой, наблюдая, как она набирает цифры тонким пальчиком. Когда в кармане плаща послышалась трель, Рокси нажала отбой. Затем он провел ее через маленький участок, где трава была зеленой и густой как на заливном лугу, и поднялся следом по ступенькам.

— Спасибо, — сказала Рокси, разворачиваясь к нему и сдувая с лица непослушную прядь. — За то, что позволил мне принять участие в расследовании.

— Ты меня вынудила, — усмехнулся он.

— Но ты мог отказаться, — возразила она.

Не мог. Чем дольше он был рядом с Рокси, тем яснее понимал — он не может от нее отказаться. Не помогут ни медитации, ни отвлекающие уловки, ни даже официальный отказ бюро. Может, сделать это прямо сейчас? Оттянуть высокий ворот, коснуться теплой шеи, почувствовать губами вкус ее медовой кожи и ускоряющийся ток крови…

— Я думаю, случай Луизы может быть связан с моей матерью, — выпалила Рокси. — Знаю, ты скажешь, что прошло пятнадцать лет…

Для человека — долгий срок, для вампира же — миг. Но за пятнадцать лет вполне можно научиться пить кровь аккуратнее, а не проливать ее на землю ведрами. Надо бы поднять дело из архива.

— Мы проверим, — легко пообещал он, и Рокси тут же просияла от благодарности, а ее солнечные глаза окатили Лютера незаслуженным теплом.

Оставалось проверить еще кое-что. В их первую встречу Рокси положила ладонь ему на грудь. Тогда ему померещилось невероятное, но вдруг…

Он взял ее ладонь и прижал к груди, за которой его сердце спало вечным сном. Рокси облизнула губы, тряхнула головой, так что темные волосы рассыпались по плечам. Вопросительно посмотрела на него, как будто ожидая чего-то. Но дверь внезапно распахнулась, и на них сердито уставилась миссис Медоу.

Попятившись, Рокси высвободила руку.

— Бабушка, — произнесла она, и ее скулы зарозовели. — А мы тут с агентом Фосбергом…

— Вижу, — сурово произнесла та и перевела взгляд на Лютера.

Если у Рокси в глазах было солнце, то у Сесилии — арктический лед. Она испытующе рассматривала его, словно мысленно составляя досье, и Лютер понимал, что его только что взвесили, измерили, изучили и сочли неблагонадежным.

— Я приглашаю вас на ужин, молодой человек, — процедила миссис Медоу.

Ее тон не оставлял никаких сомнений в том, что это не вежливая просьба, а приказ.

— Я в вашем распоряжении в любое время, — слегка склонил он голову. — Рад знакомству, миссис Медоу.

— Сесилия, — сказала она. — Зовите меня по имени. Ужин будет сейчас. Я не позволю моей внучке шататься неизвестно где неизвестно с кем.

— Бабуля, — укоризненно прошептала Рокси, но Сесилия не обратила на нее внимания и лишь посторонилась, давая им пройти.

Обычно время безжалостно к людям, но для миссис Медоу оно было союзником: посеребрило волосы, огранило черты, и ее легко можно было представить на троне — с такой же прямой спиной, но, разве что, без передника.

— Я намереваюсь узнать все ваши секреты, агент Фосберг, — предупредила она.

Рокси прошмыгнула в дом, откуда доносились ароматы запеченного мяса и лимонного пирога, и вопросительно посмотрела на него.

— Я правильно понимаю, что вы приглашаете меня войти? — уточнил Лютер.

Сесилия выразительно закатила светло-голубые глаза, которые вовсе не казались выцветшими. В них были и ум, и характер, и взгляд миссис Медоу был цепким, словно бульдожьи челюсти. Лютер даже мельком подумал, что разумнее уклониться от приглашения.

— Как вам только удалось стать специальным агентом с такими-то выдающимися аналитическими способностями? — насмешливо произнесла Сесилия. — Я настаиваю, агент Фосберг. Входите же.

А с другой стороны — как он может отказаться от возможности получить доступ к Рокси в любое время, когда ему заблагорассудится?

— Зовите меня Лютер, — сказал он и неспешно перешагнул порог дома.

Лаконичные шторы серебристого цвета, ковер с геометрическим рисунком, на белых стенах черно-белые фотографии. На диване были набросаны разномастные цветные подушки, и Лютер отчего-то не сомневался, что это дело рук Рокси.

Сесилия ринулась в атаку, как только он уселся за стол.

— Вы слишком молоды для агента, — неодобрительно сообщила она.

Лютер безропотно полез во внутренний карман пиджака и протянул ей удостоверение.

— Вас что, приняли в бюро еще подростком? — она ткнула пальцем в дату, и Лютер сдержанно кивнул, мысленно отметив, что пора бы обновить удостоверение. — Это как? — въедливо спросила Сесилия, прищурив ледяные глаза.

— Особая программа для сирот, — соврал он.

— Мне жаль, что вы росли без родителей, — произнесла Сесилия без всякого сочувствия в голосе. — Однако я не представляю, чтобы в бюро брали детей без всякой подготовки. Вы врете, агент Фосберг.

Лютер откинулся на спинку стула, глянул на Рокси, которая сидела напротив с самым несчастным видом. Разумеется, он врал, но лишь отчасти.

— Вообще-то это тайна, — заявил он. — Однако я готов ее раскрыть.

— Так легко выдаете государственные тайны? — фыркнула Сесилия. — Чем дальше, тем интереснее…

Глава 6. Вечеринка

Агент Фосберг хотел поцеловать ее. Теперь Рокси точно знала. Если бы не появилась бабушка, он бы попытался. Это наполняло ее смущением и острым предвкушением, и она все не могла решить — стоит ли ей ответить на поцелуй, который все никак не случится.

За ужином Лютер был очень любезен и отвечал на расспросы бабули, даже когда она спрашивала о личном. Рокси толкала ее под столом коленом, но Сесилию Медоу не так-то просто сбить на пути к цели, которой на этот раз стал агент Фосберг.

— Весьма вежливый молодой человек, — вынесла вердикт бабушка, когда он ушел. — И приятный. Скажи честно, ты поэтому набилась к нему в напарники? Он тебе понравился?

— Да, — соврала Рокси и слегка покраснела под пристальным взглядом бабули.

Однако та удовлетворенно хмыкнула и погладила ее по плечу.

— Так бы сразу и сказала, — проворчала она, собирая тарелки. — Я бы предположила, что агент Фосберг не захочет серьезных отношений, но, дорогая, он так смотрел на тебя… Думаю, ты можешь крутить им как хочешь.

Спрятавшись за шторой, Рокси подглядывала за Лютером, когда он весьма небрежно швырнул лимонный пирог в багажник, когда зачем-то отправился переговорить с Корделией, и даже когда долго сидел в машине, разговаривая с кем-то по видеозвонку. Наверняка с женщиной. Но какая ей разница? Она ведь просто использует его, чтобы получить информацию о расследовании.

Когда он уехал, Рокси прошлась туда-сюда по комнате, толком не зная, что делать дальше. Открыв ноутбук, вбила в поиск «вампиры» и поморщилась от обилия ссылок. Скорее всего, Лютер подшучивал над доверчивым Перси, но вдруг нет?

Рокси потрогала языком дальний зуб. Еще один секрет, о котором она никому не сказала. Пломба выпала, но когда Рокси пришла к стоматологу, тот решил, что она насмехается над ним, потому что «ваши зубы можно демонстрировать как идеальный образец здоровой челюсти. Скажите прямо, зачем вы пришли, мисс Медоу? Если хотели увидеться, то сегодня вечером я свободен…»

Она не хотела встречаться с лысеющим стоматологом и ушла, заплатив за консультацию. Но теперь задумалась. А что если… Рокси мотнула головой, вскочила и вновь принялась мерить шагами комнату. У нее отличное ночное зрение, она быстрая, сильная и ловкая, и у нее крепкие зубы. Вдруг… она сама вампир?

Что-то легкое стукнуло в окно, потом снова, и, подбежав ближе, Рокси увидела припаркованный внизу красный кабриолет, за рулем которого сидела ее давняя подруга.

— Вечеринка! — выкрикнула София, когда Рокси приоткрыла окно. — Собирайся и мигом сюда!

Подумав мгновение, Рокси кивнула и закрыла окно.

Луизу Паркер многие знали. Убийство сейчас у всех на слуху, и, конечно, эта тема всплывет. Вдруг удастся узнать что-то такое, что ускользнуло из внимания полиции.

Окинув себя взглядом, Рокси быстро стянула и строгие брюки, и водолазку, и выцепила из шкафа легкомысленное шифоновое платье. Надев его, взбила волосы руками, подкрасила губы алой помадой и покрутилась перед зеркалом. Какая только ерунда в голову не придет? Вот она в отражении, такая же как в жизни: ни клыков, ни острых белых скул, ни волосатых ушей… Или это уже не вампиры? Ее кожа смуглая от загара, несмотря на то, что солнце — редкий гость в Танороке. Но если уж оно выглядывает из-за туч, то Рокси не теряет возможности понежиться под лучами. И никаких вампирских ожогов.

Сбежав по лестнице, она накинула кожанку и сунула ноги в ботинки.

— Я с Софи! — выкрикнула она и, схватив сумочку, побежала прочь, пока бабуля не стала донимать ее советами.

Подруга уже нетерпеливо барабанила ногтями по рулю, и как только Рокси запрыгнула внутрь, нажала на газ, и машина, взвизгнув, помчалась по ночной дороге.

— Сегодня тусим у Нины, — сообщила Софи, жуя жвачку. — Они собираются переезжать всей семьей, так что это вроде прощальной вечеринки. Я не буду скучать по Нине, если честно, она та еще зануда. Но почему бы не повеселиться на халяву?

Рокси согласно кивнула. Она тоже не слишком хорошо знала эту девушку, хоть они часто сталкивались в общих компаниях.

— Значит, будет полно народа? — спросила Рокси, прикидывая, как бы лучше закинуть удочки насчет недавней трагедии.

— Да, — подтвердила София и, надув из жвачки пузырь, лопнула его и собрала языком с карамельных губ. — Скорее всего, и Крис придет. Может, поставишь уже точку во всей этой истории.

***

Лютер был в отеле, когда Рокси ему позвонила.

— Да? — вопросительно произнес он, глянув на время.

Три часа ночи — пора бы спать, если ты, конечно, не вампир. На заднем фоне слышался шум: басы музыки и крики.

— Рокси? — позвал Лютер, отложив в сторону папку с материалами по Луизе Паркер.

С ее делом что-то было не так. Но если бы не мнительность Персиваля Грина, никто не заподозрил бы участия нелюдей и прочих упырей — в бюро не отличались особой тактичностью, хотя по бумагам Лютер проходил как альтернативный человек. Зачем терять столько крови? Зачем убивать, если не ради нее?

— Рокси, ты там? — спросил Лютер, бросив пустую жестянку точно в мусорное ведро.

Может, случайно нажала вызов? В трубке тихо всхлипнули.

— Рокси, ты в порядке? — с возрастающей тревогой спросил он, поднимаясь с кровати.

Она снова всхлипнула, и Лютер выбежал на балкон, вглядываясь в ночную тьму.

— Забери меня отсюда, — прошептала Рокси.

Послышался грохот, низкий смех, чье-то тяжелое дыхание в трубке, и вызов оборвался.

Если бы его сердце могло биться, то сейчас оно бы выпрыгнуло из груди.

Лютер стремительно вышел на балкон, вглядываясь в ночь. Город спал, но кое-где горели окна. Прикрыв глаза, он вслушался и безошибочно уловил далекие басы музыки, которая играла в телефоне Рокси.

Он долетит туда за минуту, но вряд ли хозяева дома впустят посреди ночи голого незнакомца. Придется действовать проверенными методами…

Лютер припарковался возле дома, где гремела вечеринка, через пять минут. Набрал номер Рокси, но тот по-прежнему не отвечал. Можно бы показать удостоверение, но потом куча бумажной мороки… Выйдя из машины, он обогнул ее и, открыв багажник, достал яркий худи. Натянув его поверх рубашки, растрепал волосы и, сплюнув на ладони, пригладил пряди, чтобы выглядели слегка засаленными. Из реквизита выбрал беспроигрышный вариант для вечеринок.