Поцелуй во Флоренций

Глава 1.

Флоренция дышала летом. Солнце раскаляло мостовые, и воздух дрожал от жары, пропитанный ароматами свежесваренного эспрессо, жасмина и тёплого камня. Узкие улочки кишели туристами, которые тянулись к галереям Уффици, фотографировали собор Санта-Мария-дель-Фьоре или просто терялись в толпе на пьяцце Синьории.Эмилии, шестнадцатилетней школьнице из Атланты, всё это казалось сном. Она приехала во Флоренцию по программе для одарённых подростков — её эссе об итальянском Ренессансе неожиданно выиграло конкурс. Впервые в жизни она путешествовала без родителей, и это пугало её так же сильно, как вдохновляло. В группе из десяти подростков она держалась особняком. Её одногруппники хвастались селфи и спорили о лучших пиццериях, а Эмилия могла часами разглядывать облупившуюся краску на старых стенах или витрины антикварных книжных лавок. Она чувствовала себя чужой — и в группе, и в этом слишком красивом городе.В тот день их экскурсия по пьяцце Синьории была в самом разгаре. Куратор, энергичная синьора Мария, тараторила о статуе Давида, пока группа спешила к Уффици. Эмилия отстала, засмотревшись на уличную художницу. Та, с растрёпанными седыми волосами, рисовала акварелью мост Понте-Веккьо, и её движения были такими лёгкими, будто она танцевала. Эмилия шагнула назад, чтобы лучше рассмотреть картину, и вдруг врезалась в кого-то.
— Осторожно, — сказал низкий голос. Чья-то рука мягко, но крепко поймала её за локоть.
— Ещё шаг, и ты бы искупалась в фонтане.Эмилия обернулась, чувствуя, как щёки вспыхнули. Перед ней стоял парень — высокий, с тёмными растрёпанными волосами и лёгкой щетиной. Лет девятнадцать, не больше. Его чёрная футболка и потёртые джинсы контрастировали с яркими толпами туристов. Глаза, глубокие, почти синие, смотрели на неё с лёгкой насмешкой.
— Прости, — пробормотала она, поправляя рюкзак.
— Я не нарочно.
— Ничего страшного. Ты спешишь, как будто Флоренция завтра исчезнет, — он улыбнулся, и его акцент — американский, но с мягкими итальянскими интонациями — заставил её замереть.
— Туристка?
— Да. Из США. А ты?
— Тоже американец. Андре. — Он протянул руку, и она нерешительно пожала её. Его ладонь была тёплой, чуть шершавой.
— Приехал сюда... скажем, за вдохновением.Он отпустил её и ушёл, растворившись в толпе. Эмилия смотрела ему вслед, пока синьора Мария не окликнула её: «Эмилия, поторопись, мы опаздываем!»К вечеру группу отпустили до ужина. Эмилия, устав от болтовни одногруппников, сбежала гулять одна. Она бродила по площади Санта-Кроче, где уличные музыканты играли мелодию, похожую на старый итальянский романс. Гитара и скрипка сплетались в тёплом воздухе, и люди вокруг смеялись, танцевали, потягивали вино из пластиковых стаканчиков. Эмилия остановилась, заворожённая. Её мысли путались: она скучала по дому, но здесь, среди музыки и света, впервые за долгое время чувствовала себя живой.
— Снова ты? — знакомый голос выдернул её из раздумий.Андре сидел у стены базилики, с блокнотом на коленях и бутылкой лимонада в руке. Увидев её, он чуть наклонил голову, будто они были старыми знакомыми.— Узнала меня? — спросил он с лёгкой улыбкой.
— Конечно, — Эмилия почувствовала, как уголки её губ невольно приподнялись.
— Ты же спас меня от фонтана.— Точно. Садись, героиня.
— Он похлопал по каменной ступеньке рядом.Она села, стараясь не смотреть на него слишком долго. Музыка лилась, как река, и Эмилия вдруг поняла, что ей уютно. Впервые за весь день.
— Попробуй. — Он протянул ей лимонад.
— Мятный, по-флорентийски. Говорят, помогает от всего.Она отпила. Напиток был прохладным, с лёгкой горчинкой, и почему-то напомнил ей о доме — о летних вечерах, когда она сидела на крыльце с мамой. Эмилия тряхнула головой, отгоняя воспоминания.
— Ты из США? — спросил Андре, глядя на площадь.
— Атланта. А ты?
— Сиэтл. Приехал сюда на стажировку. Учусь на историка искусств, но, честно, просто сбежал от рутины. Флоренция... она другая. — Он замолчал, будто хотел сказать больше, но передумал.
— Я тоже сбежала, — неожиданно для себя сказала Эмилия.
— Ну, не совсем. У меня дома... всё сложно. Хотела доказать, что могу сама.Он посмотрел на неё внимательнее, и в его взгляде мелькнуло что-то тёплое. Не жалость — понимание.
— Доказать — это хорошо. Но не торопись. Флоренция учит жить медленно.Они проговорили до заката. Андре рассказывал о местных легендах — о призраке на Понте-Веккьо, о тайных проходах в Палаццо Веккьо. Эмилия слушала, забыв о времени, пока не заметила, что площадь опустела. Её телефон завибрировал — сообщение от синьоры Марии: «Где ты? Ужин через 20 минут!»
— Мне пора, — вздохнула она.
— Я тебя провожу, — сказал Андре, вставая.
— Где твоя гостиница?— Недалеко, у Арно.Он повёл её через узкие улочки, и Эмилия вдруг почувствовала себя героиней старого фильма. Они остановились у моста, где река отражала оранжевый закат. Андре замедлил шаг.
— Знаешь, — начала Эмилия, теребя ремешок рюкзака, — у нас в школе есть парень. Стефан. Он мне нравится, но я... я никогда не целовалась. И боюсь, что буду выглядеть глупо, если... ну, ты понял.Она покраснела, жалея, что вообще заговорила. Андре остановился, глядя на неё с лёгким удивлением.
— Ты серьёзна? — спросил он, и в его голосе не было насмешки, только любопытство.
— Да, — выдохнула она.
— Просто... можешь показать, как это? Чтобы я знала.Он долго смотрел на неё, будто взвешивая. Потом покачал головой, но улыбнулся.
— Ты слишком юная для таких экспериментов, Эмилия. Но... один раз, только чтобы ты не боялась, ладно?Она кивнула, чувствуя, как сердце бьётся где-то в горле. Андре шагнул ближе, и его пальцы коснулись её щеки — легко, словно он боялся её спугнуть. Его губы мягко прижались к её, всего на секунду. Это было тепло, невесомо, как бриз. Эмилия замерла, ощущая, как всё внутри перевернулось.
— Вот так, — сказал он, отстраняясь. Его голос был чуть хриплым.
— Теперь Стефан точно не устоит.Она засмеялась, но смех вышел нервным. Андре проводил её до гостиницы, и у входа остановился.
— Эмилия, — сказал он, когда она уже повернулась, чтобы уйти.
— Флоренция запоминает таких, как ты. Может, ещё встретимся.Он улыбнулся — той улыбкой, которая обещала что-то большее, чем один вечер. А потом ушёл, оставив её с бешено стучащим сердцем и вкусом мятного лимонада на губах.

Глава 3.

Совещание закончилось так же внезапно, как и началось. Сотрудники, потрясённые новостью о смене владельца, медленно потянулись к своим рабочим местам. Новый генеральный директор, Андре Моретти, с невозмутимым видом заверил всех, что массовых увольнений не будет, что компания продолжит работу в прежнем темпе. "Мы знаем, что «Либерти Холдингс» стоит на пороге банкротства, но не волнуйтесь, мы решим все проблемы", — его голос звучал твёрдо и уверенно, словно он говорил о досадной мелочи, а не о крахе чьей-то многолетней империи. Эмилия сидела за своим столом, пытаясь переварить услышанное. Андре. Владелец. Её мир перевернулся с ног на голову. Тот мальчишка с глазами цвета морской волны, который десять лет назад научил её, как целоваться, теперь стоял перед ней в роли безжалостного хищника, поглотившего бизнес её брата. Сердце сжималось от странной смеси шока, разочарования и, что было ещё страшнее, едва уловимого волнения от этой невероятной встречи.
Рабочий день тянулся бесконечно. Каждый взгляд, каждый шаг Андре по коридору казались Эмилии направленными лично на неё. Она старалась не поднимать глаз, сосредоточившись на бумагах, но мысли постоянно возвращались к Флоренции, к тому вечеру на площади Санта-Кроче, к его лёгкой улыбке и мятному лимонаду.
Как только стрелки часов приблизились к пяти вечера, Эмилия поспешила покинуть офис. Она почти бежала к лифту, словно стараясь сбежать не только от рабочего дня, но и от нахлынувших воспоминаний и новой, пугающей реальности.
Едва она успела дойти до своей машины, как телефон завибрировал. Артур. Эмилия колебалась мгновение, потом взяла трубку.
— Эмилия, привет. Есть время встретиться? Мне нужно поговорить с тобой. Срочно. Его голос звучал глухо, устало. Совсем не так, как голос властного директора.
— Да, конечно. Где? — ответила она, чувствуя, как напряжение в теле только нарастает.
— Знаешь кафе "Набережная" у воды? Через двадцать минут.
Эмилия приехала первой. Кафе было почти пустым, лишь несколько столиков были заняты. Она выбрала столик у окна с видом на залив, пытаясь успокоиться. Вскоре появился Артур. Он выглядел потрёпанным, его обычно безупречный костюм сидел на нём так, словно он провёл в нём несколько дней. Он рухнул на стул напротив неё.
— Спасибо, что пришла, — пробормотал он, заказывая эспрессо. — Это... сложный разговор. Эмилия молчала, ожидая.
— Ты видела его сегодня, да? Моретти, — Артур поморщился, словно это имя причиняло ему физическую боль.
— Он пришёл.
— Да. И объявил себя новым владельцем, — сухо заметила Эмилия. Артур отпил кофе, его глаза смотрели сквозь неё, в пустоту.
— Они планировали это уже давно, Эмилия. Ещё когда отец был жив. Этот Андре Моретти... Он не просто бизнесмен. Он – рейдер. Его специализация — поглощение успешных компаний, их разорение и продажа по частям. Он всегда так делал. Мой отец... он не хотел продавать своё детище. «Либерти Холдингс» была для него больше, чем бизнес. Это была его жизнь. И они... они намеренно обанкротили компанию, чтобы купить её за бесценок. Они методично уничтожали нас изнутри, пока отец не сломался. Он умер... из-за них. Эмилия слушала, чувствуя, как холод ползёт по коже. Парень, в которого она влюбилась десять лет назад, парень с такими глубокими, синими глазами, мог быть таким чудовищем? Это казалось невозможным, это не вязалось с образом того Андре, которого она помнила.
— Я... я не могу в это поверить, — прошептала она.
— И что теперь?
— Теперь... теперь он владелец, — Артур горько усмехнулся.
— Тогда и я уволюсь, — решительно сказала Эмилия.
— Я не могу работать на такого человека. Артур поднял на неё взгляд, в его глазах появилась искра надежды.
— Нет, Эмилия. Ты не будешь увольняться. У меня есть план. Я верну фирму. Но мне нужен надёжный человек внутри. Кто-то, кому я могу доверять.
— Я не буду шпионить, — твёрдо ответила она.
— Я не буду докладывать тебе о компании. Если ты этого ждёшь, я сразу же уволюсь, Артур. Я не предатель.
— Нет, нет, не нужно шпионить, — поспешно заверил он.
— Просто... мне нужно, чтобы ты там работала. Ты моя единственная связь. Твои навыки, твои языки... ты незаменима. И давай будем реалистами, Эмилия. У тебя здесь никого нет, кроме меня, по сути. Тебе нужны деньги, чтобы платить ипотеку за квартиру. Найти такую работу, которая будет так хорошо оплачиваться, нелегко.
Эмилия молчала. Слова Артура были жестокой правдой. Работа в «Либерти Холдингс» дала ей финансовую стабильность, о которой она раньше только мечтала. А что дальше? Возвращаться в Атланту, в университетскую библиотеку?
Эмилия пришла домой, её голова раскалывалась от мыслей. Всё смешалось: шок от Андре, обида за Артура, собственное нежелание быть марионеткой в чужой игре. Она скинула туфли и тяжело опустилась на диван, глядя в окно, где огни Сиэтла начинали разгораться.
В этот момент раздался звонок в дверь. Эмилия вздрогнула. Кто бы это мог быть? Она осторожно подошла к двери и посмотрела в глазок. На пороге стояла Мишель, её лицо расплылось в широкой улыбке, а в руках она держала бутылку вина и пакет с чем-то аппетитным.
— Моя дорогая подруга! Как ты? Я так скучала по тебе! — воскликнула Мишель, едва Эмилия открыла дверь. Она шагнула внутрь, источая аромат дорогих духов.
— Принесла вино! Давай закажем пиццу и будем сплетничать!
Эмилия невольно улыбнулась. Присутствие Мишель было как глоток свежего воздуха. Она обняла подругу, чувствуя, как часть напряжения отпускает.
Они сидели в гостиной, окруженные запахом пиццы и звуками болтовни Мишель. Мишель, которая работала моделью и чья мать была известной дизайнершей, с упоением рассказывала о последних показах, о невероятной коллекции в Милане и о нелепых инцидентах за кулисами. Она говорила быстро, жестикулируя, и Эмилия слушала её, впервые за день расслабившись.
Внезапно Мишель замолчала, её взгляд стал серьёзным.
— Но знаешь, что, дорогая? Ты сегодня какая-то странная. Не такая, как обычно. Даже вино тебя не расслабляет. Эмилия глубоко вдохнула. Наверное, сейчас или никогда. Она рассказала всё. О банкротстве компании, о подноготной Артура, о возвращении Андре в роли нового владельца. Она говорила долго, сбивчиво, пытаясь передать весь калейдоскоп своих чувств.
Мишель слушала внимательно, её глаза расширялись с каждым словом. Когда Эмилия закончила, повисла тишина.
— Так вот оно что! — воскликнула Мишель, хлопнув себя по колену.
— Эта встреча! Твоя первая любовь! И как он? Повзрослел? Похорошел? Эмилия недоумённо уставилась на неё. — Мишель! Ты слышала только это?! Я говорю, он жестокий! Он отобрал бизнес у Артура, он разрушил жизнь моему брату! Мишель пожала плечами.
— Твой Артур... такой мутный тип, если честно. Я ему не очень-то верю. И, дорогая, он, наверное, знал, на что идёт в этом большом бизнесе. Но ты! Ты не смей увольняться! Это же отличная работа, с прекрасной зарплатой, и… рядом любовь всей твоей жизни! Может быть, что-нибудь ещё произойдёт между вами? Ну, ты же понимаешь. И, пожалуйста, отправь мне его фото, хорошо? Я должна увидеть этого «злодея»!
Эмилия рассмеялась, несмотря на всю серьёзность ситуации, и покачала головой. Мишель всегда умела найти светлую сторону даже в самой тёмной туче. Возможно, она была права. Возможно, это ещё не конец.

Глава 2.

Туманное утро Сиэтла редко напоминало о знойном лете во Флоренции. Десять лет назад Эмилия бы, наверное, сочла его унылым, но сейчас привычный вид на дождливые крыши и вечнозелёные деревья за окном её небольшой квартиры на Куин-Энн казался почти уютным. Из окна Эмилия видела, как вдали, сквозь пелену облаков, проступал силуэт Спейс-Нидл – футуристический шпиль, ставший символом города. Он резко контрастировал с её собственным миром, где каждая вещь хранила отголоски прошлого. На прикроватном столике рядом с раскрытой книгой по искусству Ренессанса лежали карандаши и небольшой блокнот с набросками. Листы были исписаны линиями древних фресок, которые она когда-то видела лишь в учебниках, а теперь узнавала по памяти.
Чашка крепкого кофе с пенкой — обязательный ритуал — согревала ладони, пока Эмилия просматривала утренние новости на планшете. Вот уже три месяца она просыпалась так, и каждый новый день подтверждал слова Мишель: "Тебе понравится, Эмилия. Это твой шанс начать всё заново, далеко от старых теней". Мишель, её подруга со школьных времён в Атланте, была единственной, кто знал о всех её страхах и сомнениях. Это она почти силком вытолкнула Эмилию из спокойной, предсказуемой университетской жизни, где Эмилия работала в библиотеке, окруженная тишиной и запахом старой бумаги. И, к её собственному удивлению, Мишель оказалась права. Эмилия работала в компании «Либерти Холдингс», название которой ещё недавно казалось ей чем-то из мира Уолл-стрит, а не из её уютной университетской обители. И ей это нравилось.
Звонкий гул небоскрёба «Либерти Холдингс» стал привычной музыкой для Эмилии. Современный, сверкающий офис с панорамными окнами, открывающими вид на залив и горы, казался инопланетным кораблём по сравнению с уютной, но пыльной атмосферой университетских коридоров. Сегодняшнее утро началось со сложного перевода финансового отчёта с китайского, который должен был стать основой для крупной международной сделки. Эмилия чувствовала себя как рыба в воде, жонглируя сложными экономическими терминами и сохраняя нюансы восточной вежливости. Её кабинет, небольшой, но с потрясающим видом на залив, был заставлен стопками книг: не только специализированные словари, но и тома по истории искусства, несколько редких изданий французской поэзии. Её коллеги, в большинстве своём молодые, энергичные профессионалы, были отзывчивы и приветливы, что тоже стало приятным сюрпризом. Эмилия, которая привыкла держаться особняком, здесь чувствовала себя частью команды.
Подавая папку с готовым переводом своему непосредственному начальнику, мистеру Харрису, она поймала его заинтересованный взгляд.
— Отличная работа, Эмилия. Директор будет доволен. Он сам просил именно вас для этого проекта. Эмилия кивнула, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица. Ей, полиглоту, свободно владеющей итальянским, французским, немецким, арабским и китайским, работа переводчика в крупной инвестиционной компании открывала беспрецедентные возможности. И хотя в её жизни не было места для романтики — она жила одна, сосредоточенная на карьере и своём хобби — она не чувствовала себя одинокой. Вечера она часто проводила за чтением или у мольберта, перенося на холст образы старой Европы, которые навсегда засели в её памяти. Её последняя картина, которую она начала на прошлых выходных, была абстрактной интерпретацией флорентийских крыш, увиденных сквозь призму дождевого стекла.
Ближе к обеду Эмилию вызвали в кабинет директора. Её сердце слегка ёкнуло. Хоть она и работала здесь три месяца, напрямую с высшим руководством ей общаться не доводилось. Она знала, что Артур Блэквуд, нынешний владелец «Либерти Холдингс» и её сводный брат, был человеком требовательным и редко снисходил до личного общения с новыми сотрудниками.
Войдя в просторный, минималистичный кабинет, она увидела Артура, стоящего у огромного окна, откуда открывался потрясающий вид на город. Он был высоким, с тёмными волосами, аккуратно уложенными назад, и строгим костюмом, который сидел на нём идеально. В его движениях чувствовалась уверенность и власть. Артур обернулся, и его глаза, того же глубокого синего оттенка, что и у Эмилии, но с холодным, проницательным блеском, задержались на ней. Никакой фамильярности, только профессиональное любопытство.
— Эмилия, здравствуй? — его голос был ровным, безэмоциональным.
— Да, мистер Блэквуд. Вы просили меня зайти.
— Да. Присаживайтесь.
— Он указал на кожаное кресло напротив массивного стола из тёмного дерева.
— Я получил отчёт по китайскому проекту. Впечатляющая работа, Смит. Очень редкий уровень понимания как языка, так и контекста.
— Спасибо, сэр. Я старалась. — Эмилия почувствовала, как щёки слегка порозовели от неожиданной похвалы. Было странно получать её от человека, с которым они делили одного отца, но который относился к ней как к рядовому сотруднику. Именно так они и договорились: никаких поблажек, никаких раскрытий их семейных связей на работе. Артур настоял на этом, и Эмилия понимала почему. Репутация компании и его собственное положение были для него превыше всего.
— Старались? Вы справились лучше, чем многие штатные специалисты с десятилетним стажем, — Артур прошёлся по кабинету, его взгляд скользнул по монитору на столе, где высвечивались графики. — Ваши рекомендации по формулировкам помогли избежать потенциальных юридических проблем.
— Мой опыт работы с восточными языками обширен, — ответила Эмилия, стараясь говорить максимально профессионально. — Я знаю не только грамматику, но и культурные особенности, которые влияют на деловую переписку.
— Именно это мне и нужно. — Артур остановился напротив неё, скрестив руки на груди. Его взгляд стал чуть менее официальным, почти задумчивым. — Я знаю, что вы здесь недавно, Смит, но у меня есть к вам предложение. Очень деликатный проект. Он требует не только безупречного владения языками, но и... абсолютной конфиденциальности. А также готовности к частым командировкам. Эмилия почувствовала прилив адреналина. Это был шанс, о котором она даже не смела мечтать. Это была возможность не только доказать себе, но и доказать Артуру, что она не просто чья-то незаконнорожденная дочь, а ценный, незаменимый сотрудник.
— Я готова, сэр. К любым задачам. Артур кивнул, и на его губах мелькнула едва заметная, но весьма выразительная улыбка.
— Хорошо. Тогда начнём с подготовки к поездке в Италию. У нас там есть кое-что... очень старое. И очень ценное. Мне нужно, чтобы вы перевели все связанные с этим проектом документы. Причем, не только с итальянского, но и с французского. И сделайте это как можно скорее. Мне нужны эти переводы буквально через две недели. Это крайне срочно.
Следующие две недели превратились для Эмилии в сплошной марафон. Дни и ночи слились в бесконечную череду итальянских и французских юридических терминов, витиеватых контрактов и запутанных исторических справок. Бумаги прибывали пачками, её рабочий стол превратился в крепость из документов. Она почти не спала, перебиваясь кофе и протеиновыми батончиками, но справлялась. Её языковые навыки были на пике, а мозг работал с невероятной скоростью. Иногда, поздно ночью, когда офис пустел, она чувствовала странное предчувствие, будто что-то висело в воздухе, что-то большее, чем просто обычная сделка. Казалось, Артур, подталкивая её к такой интенсивной работе, что-то скрывал, но Эмилия отгоняла эти мысли, сосредоточившись на задаче.
Две недели пролетели незаметно. Эмилия закончила последний перевод утром в пятницу, чувствуя невероятную усталость, но и глубокое удовлетворение. Она отправила документы Артуру, надеясь, что он наконец-то оценит её по достоинству.
Однако, когда она пришла в офис в понедельник, атмосфера была иной. Необычно тихой, напряжённой. Коллеги перешёптывались, их лица были бледны. Эмилия почувствовала холодок. Она подошла к столу секретаря Артура.
— Доброе утро, Мэри. Мистер Блэквуд уже здесь? Мне нужно кое-что уточнить по проекту. Мэри, обычно весёлая и болтливая, выглядела растерянной. — Ох, Эмилия… Мистера Блэквуда сегодня не будет. И… его телефон отключён.
— Как это? — Эмилия нахмурилась. Артур никогда не отключал телефон, особенно когда речь шла о таком важном проекте. Прежде чем Мэри успела ответить, по громкой связи раздался голос: "Внимание, всем сотрудникам. Просим пройти в конференц-зал на 25-м этаже для важного объявления. Немедленно."
Сердце Эмилии забилось быстрее. Она увидела, как коллеги, как по команде, потянулись к лифтам. Среди них были и те, кто работал здесь годами, их лица выражали смесь тревоги и недоумения. Она пошла за ними, чувствуя, как волна беспокойства нарастает. Что происходит? Неужели это связано с итальянской сделкой?
Когда она вошла в огромный конференц-зал, там уже собралось большинство сотрудников. Атмосфера была наэлектризована. В центре зала, у панорамного окна, стояла группа людей, несколько незнакомых лиц. Но один из них… один из них заставил воздух замереть в лёгких Эмилии.
Высокий, с тёмными, слегка растрёпанными волосами, одетый в идеально сидящий дорогой костюм. В его глазах читалась смесь серьёзности и чего-то неуловимо знакомого. Он был старше, черты лица стали более резкими, но это был он. Тот самый парень из Флоренции, который когда-то поймал её за локоть у фонтана и подарил первый, невесомый поцелуй.
Он шагнул вперёд, его голос прозвучал уверенно и властно, разносясь по залу.
— Добрый день, дамы и господа. Меня зовут Андре Моретти. И с сегодняшнего дня, компания «Либерти Холдингс» принадлежит мне.
Эмилия стояла как вкопанная, чувствуя, как мир вокруг неё вращается. Неужели это просто совпадение? Или Флоренция, десять лет спустя, наконец, настигла её?