(от лица Валентины Россо)
“Когда умирает король, на трон садится тот, у кого хватит смелости не опустить глаза.”
— Из дневника отца
Пахнет ладаном и порохом. Первый должен был отогнать зло, второй — остался в воздухе от тех, кто пришёл с оружием за пазухой. На похоронах отца было всё: цветы, скорбь, шепот предательства и мои каблуки по мрамору. Красное шелковое платье облегало меня, как броня. Пусть все видят, чья я дочь. Пусть запомнят — я не пришла плакать. Я пришла заявить, что семья Россо ещё жива. И я её дыхание.
Мужчины в дорогих костюмах, женщины в чёрных вуалях. Каждый взгляд — как удар ножа в спину. Молчат, но мысленно уже делят моё наследство. Думают, что девчонка в красном не выдержит. Сломается. Уедет в Милан, как велел бы любой нормальный адвокат. Только я — не нормальная. И отец был не обычным человеком.
— Мадонна Валентина, — дядя Клаудио, один из старших советников отца, наклонился ко мне, словно хотел поцеловать руку. Но я отдёрнула её — пусть знает: я уже не девочка.
— Мы все скорбим, — продолжил он, глядя мне в глаза. — Возможно, будет лучше, если…
— Я знаю, что будет лучше, — перебила я. — Похоронить его с честью. А потом — продолжить дело. Его дело. Мое дело.
Кто-то кашлянул, кто-то отвёл взгляд. А кто-то, как старик Микеле, кивнул одобрительно. Я заметила всё. В этот момент я поняла: игра началась. И я уже в ней.
Позже, когда гроб опустили в землю, и первые капли дождя смешались с чёрной вуалью, я стояла одна у могилы. Все разошлись — одни к машинам, другие на собрание Совета. Но я не могла уйти, не сказав ему ничего.
— Папа… — голос сорвался. — Ты оставил мне это всё. Или… тебя забрали. Я не знаю, кого винить. Пока не знаю. Но найду. И когда найду — заставлю пожалеть, что дышал тем же воздухом, что и ты.
Ветер подхватил край моего платья. Я отвернулась и пошла к машине.
Особняк в Сохо встретил меня тишиной. Только часы в холле, которые ты всегда заводил вручную, продолжали отмерять время. Я прошла в кабинет — теперь мой кабинет — и села в отцовское кресло. Отсюда он управлял всем. Подписывал контракты, выносил приговоры, шептал угрозы, от которых замирало сердце даже у тех, кто вырос на улицах Неаполя.
На столе — пепельница. Папа никогда не курил, но держал её для гостей. Теперь — пустая. Я провела пальцем по крышке сейфа. Код я знала с шести лет. День рождения мамы.
Набрала: 1408.
Щелчок.
Внутри — документы, фотографии, флешка и красный кожаный блокнот. Я открыла его. Первая страница — список имён. Жирным подчёркнуто одно: Э.Б.
Никаких других пометок.
— Кто ты, Э.Б.? — прошептала я.
Я не знала, что уже через несколько часов судьба сама приведёт меня к нему. Но сначала — нужно было выпустить пар. И я знала только одно место, где это можно сделать.
Спортзал в полночь — мой ритуал. Место, где не нужно быть дочерью мафиози. Где кровь приливает не к рукам от ненависти, а к мышцам от нагрузки. Где я управляю телом, а не чужими поступками. Где я просто женщина в кожаном спортивном костюме и с хвостом на затылке, сжимая грушу, будто это чья-то челюсть.
Звук ударов заглушал мысли. Один за другого. Левый. Правый. Память отзывалась болью — отцовская рука, что когда-то учила меня бить, теперь мёртва. Удар. Холод на затылке. Ярость в груди.
— Ты слишком жёстко наказываешь мешок, — послышался голос.
Незнакомый. Мужской. Хрипловатый. Чуть насмешливый.
Я обернулась. В дверях стоял мужчина — высокий, широкоплечий. Чёрная футболка обтягивала его торс, на бедре висела спортивная сумка. Его лицо частично скрывала тень, но взгляд… зелёные глаза, прищуренные, внимательные. Опасные.
— А ты кто? — спросила я, не сбрасывая напряжения.
— Новенький тренер. Элиас, — он протянул руку. — Влад сказал, ты частая гостья. Я решил проверить, кто тут гремит залом, будто тут драка началась.
Я смотрела на него. Его хватка была крепкой, но не грубой. А голос… был в нём нечто странное. Словно он привык говорить правду — и скрывать её одновременно.
— Валентина, — кивнула я, отпуская его руку. — Обычно мне не мешают.
— Я и не мешаю. Только предлагаю — если хочешь, могу поработать с тобой в паре. Я умею принимать удары.
Ухмылка. Уверенность. Он играл свою роль идеально. Слишком идеально.
— Думаешь, потянешь? — прищурилась я.
— С такими, как ты, не тянут. Танцуют.
Вот теперь — он меня зацепил. Я сбросила перчатки, подошла к татами.
— Только без жалоб, тренер. Я сегодня… злая.
— Именно это я и заметил, — произнёс он и стал напротив.
Мы двигались, как в боевом танце. Он был быстрым, я — резкой. Я била, он парировал. Я бежала в атаку — он ловил, но не жал. Он поддавался чуть-чуть, будто давал мне почувствовать победу. Но я — не дура. Я видела: он силён. Он мог бы прижать меня к полу за секунду, но играл. Зачем?
— Ты держишь себя, — заметила я. — Почему?
— А ты хочешь, чтобы я сломал тебе ребро? — ухмыльнулся он.
— Я хочу знать, на что ты способен.
Он сделал выпад, я уклонилась. Потом его рука оказалась на моей талии — слишком близко. Наши тела встретились. Я не отстранилась. Он тоже.
— И ты? — спросил он. — На что способна ты?
В этот момент между нами повисла тишина. Горячая. Давящая. Я чувствовала его дыхание. Сердце сжалось. Это была опасность. Это было притяжение.
Я оттолкнула его — резко, как будто он обжёг. Он отступил и кивнул.
— Хорошо дерёшься. Если тебе надо выпустить пар — ты по адресу.
— Я запомню, — сказала я, схватив полотенце. — Спасибо, тренер.
— Зови меня просто Элиас.
Я кивнула и ушла в душ.
Когда я вышла, он уже ушёл. Но я знала: это не была случайная встреча. Слишком вовремя. Слишком странно. И слишком… волнующе.
Я села в машину, и в голове уже крутилась мысль: «Кто ты, Э.Б.?»
А потом меня словно током ударило.
Элиас Блэйк.Э.Б.
(от лица Элиаса)
Я вошла в спортзал чуть позже обычного. На мне были обтягивающие тёмные леггинсы, укороченный топ и куртка, которую я сняла сразу у входа. Я знала, как выгляжу.
И знала, как он посмотрит.Так и было.Элиас стоял у груши и бинтовал кисти. На секунду он замер, когда увидел меня, и его взгляд скользнул по мне снизу вверх, чуть задержавшись на ключице.
— Снова вы, мисс Россо, — сказал он с лёгкой ухмылкой, не останавливая движения. — Начинаю думать, что это не случайность.
Я улыбнулась так, как будто мне действительно было неловко.
— Может, и нет.
— Правда? — Он вскинул бровь.
— После вчерашнего тренинга я подумала… может, вы сможете показать мне ещё пару приёмов. Вчера я явно проигрывала.
— Это было не соревнование.
— Ну конечно, — я склонила голову. — Но мне понравилось.
Он шагнул ближе, держа руки за спиной.
— Я в вашем распоряжении, — сказал он и слабо усмехнулся. — Но сначала — разминка.И снова мы вошли в ритм.Только теперь я вела игру.
Я допускала ошибки. Падала, позволяла ему поддержать меня за талию. Смеялась чуть громче, чем нужно. Взгляд — долгий, будто невинный, но с намёком. Я прикасалась к его рукам, «случайно» задерживала пальцы на его запястье.
Он клевал.Улыбался.Наблюдал, будто проверял границы.
А я строила свою сеть.Нить за нитью.Когда тренировка закончилась, я взяла полотенце, бросила его на плечо и подошла к нему ближе.
— Элиас… — Я специально сказала его имя, мягко, почти шепотом. — А вы всегда такой… сдержанный?
— Я? — Он усмехнулся. — Я просто делаю свою работу.
— А если кто-то хочет узнать вас вне работы?
— Кто-то?
Я шагнула ближе. Мы почти соприкасались телами. Мои пальцы скользнули по его футболке, остановившись у груди.
— Да. Например… я.
Он на мгновение напрягся. Почти незаметно. Но я это почувствовала.
— И что вы хотите узнать?
— Всё, — сказала я, глядя в глаза. — Кем вы были до того, как стали тренером? Что вас привело сюда?
Он усмехнулся. На миг — холодно. Но потом взял себя в руки.
— Это длинная история. Не уверен, что вы захотите её слушать.
— Я люблю длинные истории. Особенно за бокалом вина. В уютном месте.
Я не оставляла ему шансов. Он должен был согласиться. Отказ — подозрителен. Согласие — опасно для него. И он это знал.Он кивнул после паузы.
— Хорошо. Где и когда?
— Сегодня. В девять. Я пришлю адрес.
— Уверены, что я этого заслужил?
Я рассмеялась. Губы — мягкая улыбка. Внутри — холод, как лёд.
— Пока — нет. Но у вас будет шанс.
Я взяла сумку, накинула куртку и вышла, не оборачиваясь.На лице — тёплая улыбка.
В мыслях — ледяной расчёт.Сегодня вечером ты попадёшь в моё логово, Элиас Блэйк. А я буду смотреть, как ты ведёшь себя на чужом поле. На моём поле.
Ресторан был не просто роскошным — он дышал властью. Не той, что демонстрируется напоказ, а той, что прячется за приглушённым светом, тяжёлыми шторами и мужчинами в чёрных костюмах у дальних столиков.
Я сразу понял: это её территория.Официант знал её имя.Гостей встречал человек, который ей кивнул с уважением.И даже стул ей пододвинули без лишних слов — будто она здесь королева.Я сделал вид, что не заметил. Улыбнулся.
— Не думал, что ты выберешь… такое место.
— Почему? — Она смотрела на меня, слегка приподняв бровь. — Оно тебе не нравится?
— Напротив. Но выглядит как место, где обсуждают крупные сделки.
— Ты не поверишь, но иногда я здесь просто ем.
Она заказала вино. Без лишних уточнений. Красное, итальянское. Вино с характером — как и она.
Я заказал то же.
— Итак, — она поставила локти на стол, сцепила пальцы. — Расскажи мне. Откуда ты, Элиас? Кто ты до всего этого?Я усмехнулся.
— Я мог бы сказать: обычный парень, уставший от большого города. Но это звучит как сценарий дешёвого романа.
— А на самом деле?
Она смотрела прямо, пристально. Глаза — как лезвия.
— Был военным. Потом ушёл. Слишком много грязи.
— И теперь — тренер?
— Людям нужно выпускать пар. Особенно в таких городах. Особенно… таким, как ты.
Она улыбнулась, но глаза оставались холодными.
— А ты умеешь читать людей?
— Я стараюсь. Ты, например… не такая, как кажешься.
Она чуть наклонилась вперёд.
— А какая, по-твоему, я?Вот он, момент. Пауза. Скользкая дорожка.
—Ты опасная.
— В каком смысле?
— Ты умеешь быть мягкой. Но в тебе — сталь. Ты привыкла давать приказы. А ещё… — я сделал глоток. — Ты не доверяешь никому.
Она не ответила сразу. Только смотрела. Словно проверяла, вижу ли я больше, чем должен.Потом улыбнулась.
— Ты тоже не из простых. Ты не просто тренер, Элиас.Вот так. Мяч снова на моей стороне.
— Почему ты так решила?
— Потому что ты слушаешь слишком внимательно. Смотришь как человек, который всегда ждёт подвоха.
— Старые привычки.
Мы молчали. Вино закончилось. Она жестом подозвала официанта, не отрывая от меня взгляда.
— Скажи, — начала она мягко, — ты когда-нибудь нарушал правила?
— Каждый день.
— А закон?
— Иногда закон — это то, что мешает справедливости.
— Вот это мне нравится, — прошептала она. — Ты говоришь, как человек, который знает, что такое месть.
Наши взгляды встретились. И в эту секунду я увидел в её глазах не флирт, не игру — предупреждение.
Как будто она говорила: я всё знаю, но пока позволяю тебе играть.Я улыбнулся.
Но внутри уже звучал сигнал тревоги.Она не та, за кого себя выдаёт. И, чёрт возьми, она, похоже, знает и про меня.Но уйти было уже поздно.Я зашёл слишком далеко.И либо я дожму её — либо она меня.