Подари мне жизнь!

Глава 1

— Ты больна… Этим всё сказано. — муж стоит у окна спиной ко мне.

На нем серого цвета костюм, голубая рубашка, начищенные до блеска черные ботинки. Плечи широкие, фигура спортивная. Каштановые волосы зачесаны назад, твердый подбородок гладко выбрит. Вадим терпеть не может бородатых, впрочем, как и тех, кто уступает ему хоть в чем-то. Здоровый, красивый, не то, что я…

— Ты меня сейчас обвиняешь или говоришь мне известный факт?

Я сижу в кресле напротив его рабочего стола и нервно тереблю золотой браслет на тонкой руке. Я так похудела за последние месяцы, что браслет мне уже мешает, но снять не решаюсь. Это подарок моего отца на шестнадцать лет. Память о нем.

— Инга… — муж поворачивается от окна и смотрит на меня строго, с осуждением. — Ты же не думала, что я буду жить монахом все это время?

— Теперь не думаю, — кривлю губы в улыбке, которой у меня уже давно нет.

Кажется, что я разучилась улыбаться за время моего лечения.

— Врач сказал, что анализы пришли хорошие, но период ремиссии может быть любым. Я не хочу рисковать, Инга.

— И поэтому завел любовницу, очень даже предусмотрительно. Молодая, красивая, здоровая!

Последнее слово выделяю голосом, что чуть дрожит. Я на грани истерики, но стараюсь это скрыть. Для кого? Для Вадима? Ему давно все равно. Нет, я хочу для себя, чтобы не унижаться еще больше. Не умолять мужа остаться со мной, поддержать в трудную минуту. Он сделал всё, что мог. Точнее, оплатил все мои больничные счета. Этого, по его мнению, достаточно. На этом всё. Далее развод. У него другая счастливая жизнь, а я к черту на кулички, доживать сколько мне осталось.

— Не начинай, — морщится Вадим и подходит к своему столу, садится в кожаное кресло. — Завтра у нас встреча с юристом. Подпишем все бумаги, и развод вступит в полную силу. Надеюсь, я достаточно тебе помог, дальше сама.

— Помог? — удивляюсь я. — Ты изменял мне все это время. Жил полной и счастливой жизнью, пока я боролась с болезнью. И что теперь? Выкидываешь меня как ненужную вещь?

— Ты слишком много хочешь, Инга, — начинает сердиться муж. — Любой другой на моем месте…

— Что? Ну что сделал? Бросил меня подыхать в каком-нибудь захудалом хосписе?!

— Да.

И это его «да» режет, давит, убивает.

Замолкаю, не в силах произнести больше ни слова. Слова Вадима звучат как приговор, и ощущаю, как в горле подступает ком, а сердце стучит в ритме отчаяния. Я, кажется, навсегда потеряла ту Ингу, которая могла бы сохранить в себе надежду, а теперь передо мной лишь тень, прозрачная и уязвимая.

— Ты не понимаешь, Вадим, — наконец отвечаю, стараясь говорить спокойно, но голос дрожит. — Я боролась не только с болезнью. Я боролась за нас, за нашу семью. А ты… ты просто предпочел сбежать.

Он зловеще ухмыляется, и в его глазах я вижу не просто равнодушие — я вижу презрение. Презрение к слабости, к болезням, к тому, что он не может контролировать. По его мнению, я сама виновата — жизнь рассудила по-своему, и он не желает быть затянутым в это болото.

— Семьи уже давно нет, но я забочусь о тебе, Инга, — говорит он, словно это смягчит удар. — Не каждый на моем месте поступил бы так же. Я предлагаю тебе деньги, ты сможешь продолжить лечение, но для меня наш брак закончен.

«Продолжить?» — Эта мысль вызывает во мне лишь горькую усмешку. Сколько времени я потратила, пытаясь сохранить отношения, и вот результат: я одна, брошенная на произвол судьбы, а он строит свою жизнь заново, словно никогда не было ничего. Заметно, что его терпение на исходе, а моя борьба стала ему только бременем.

— Вадим, — произношу я, чувствуя, как меня накрывает волна безграничной усталости. — Ты уходишь, когда мне как никогда нужна твоя поддержка. Да, возможно, я и не тот идеал, который ты желал, но ты мог бы хотя бы попытаться понять…

— Я не могу, — прерывает меня Вадим с выражением лица, полным решимости. — Я не могу мучиться из-за твоей болезни. Это не жизнь. Я не планировал становиться твоей нянькой. И сидеть смиренно ждать твоего конца…

Слезы катятся по моим щекам, не в силах сдержаться, я чувствую себя беспомощной, как будто стала заложницей своего состояния и его эгоизма. Но, может, он прав. Это я больна, моя жизнь летит с откоса в пропасть. Почему должен страдать вместе со мной и он?

— Что ж, — произношу я, стараясь собрать все кусочки себя. — Если ты действительно думаешь, что это правильный выбор, делай так. Я отпускаю тебя.

— Ты меня? — натянуто смеется Вадим. — Еще раз повторю, я тебе ничего не должен. И всё, что сделал — это только ради прожитых совместно лет. Они были счастливыми, но ты заболела. Я не хочу больше в этом участвовать. И еще, Инга… Дочь останется со мной. Тут без вариантов.

Глава 2. До этого…

Все произошло чуть меньше месяца назад, когда я удрала в очередной раз из больницы после химиотерапии. Вдруг в один момент почувствовала, что эти стены меня убивают. На улице во всю цвела весна, а здесь пахло смертью. Современная дорогая больница, отдельная палата, хорошие врачи, но мне казалось, что здесь нечем дышать. Я буквально задыхалась, пока быстро переодевалась. Сняла спортивный голубой костюм, натянула джинсы, серую водолазку. Сверху накинула курточку и сбежала, вызвав такси.

А дома все как в кино. Любовница на моей кухне, муж в домашнем халате у телевизора в гостиной. Мир да любовь. Только вот это был мой муж, мой дом, моя семья…

Я остановилась на пороге своей кухни, не веря своим глазам. Она стояла там, окруженная уютом, который я создавала годами. Юная, здоровая, с легкой улыбкой на губах, она наливала себе кофе, как будто совсем не замечала, что вторглась в чужую жизнь.

— Инга! — воскликнул Вадим, поднимаясь с дивана. — Ты почему здесь?!

Его голос звучал так обыденно, как если бы он просто ждал меня с работы. Я не могла найти слов, чтобы ответить. Глаза мои метались от Вадима к этой девушке, а сердце наполняла непонятная злость.

— Кто это? — еле выговорила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Это… — запнувшись, начал он, но она его перебила, шагнув ближе.

— Привет, Инга! Я Маша, — произнесла она, словно представляясь в театре, протягивая руку для приветствия. — Секретарь твоего мужа.

Я смотрела на ее манеры, на то, как легко она движется, и мне стало плохо. Это была моя кухня, моя жизнь, мои воспоминания. Она казалась неуместной в этом моем мире, но и себя я чувствовала уже чужой.

— Что ты делаешь здесь? — спросила, чувствуя, как к горлу подступает горечь.

— Вадим пригласил меня. Ему плохо одному, — честно ответила она, и в ее голосе не было ни капли смущения.

Подняла взгляд на мужа, отмечая, как он словно напрягся, но не собирался оправдываться передо мной. Он просто стоял, опустив руки и ожидая, когда и как все это кончится.

— Ты же не серьезно? — простонала я, пытаясь понять, как такое вообще могло произойти. — Ты привел любовницу в наш дом?

— Инга, это не то, чем кажется, — начал оправдываться Вадим, а мне стало смешно. Но истерический смешок застрял где-то в груди. — Я просто…

— Просто что? — перебила его, не в силах больше сдерживаться. — Просто ты заранее обзавелся любовницей и решил поразвлекаться, пока меня нет? Пока я там борюсь с болезнью, совсем одна?

— Я не хотел тебе говорить, пока ты не поправишься, — обрел уверенность муж, и на этот раз его голос прозвучал твердо, даже сердито. Словно я пришла незваной и устраиваю тут скандал, в их уютной семейной идиллии.

— Когда ты решил, что твоя новая жизнь важнее, чем та, которая была у нас? — Я не могла остановиться, мои слова рвались наружу. Пыталась избавиться от боли, что накрывала, хотя бы таким способом. — Ты даже не оставил мне шанса.

Маша смотрела на нас с легким удивлением, не зная, что делать. В ее взгляде не было злости, лишь безразличие. Она была свободной, а я — заточенной в клетке, которую сам же Вадим и построил.

— Инга, давай успокоимся. — Вадим протянул руку, но я только отстранилась.

— Успокоимся? У тебя все хорошо, а я вот только что боролась за свою жизнь, — проговорила я, задрожав от эмоций. — Я не могу поверить, что ты так легко предал меня.

В то мгновение я поняла, что человек, которого когда-то любила, стал чужим. В этот момент вся моя крепость рухнула, оставив меня одну среди руин.

— Хорошо, ты все узнала, так проще, — начинает успокаиваться Вадим. — Теперь нет смысла притворяться и искать оправдания. Что произошло, то произошло. Маша — часть моего будущего, а ты, к сожалению, прошлое. И не тебе меня винить, я сделал все, что мог.