Подари мне счастье

От автора

Перезалив! Учитывая, что это моя первая книга, я немного напортачила, когда ее выкладывала. Сейчас же, пользуясь тем, что она дописана, хочу сделать перезалив, а заодно немного причесать и вычитать.

Также, пользуясь случаем, хочу сказать огромное спасибо тем, кто был рядом, ставил лайки и комментариями побуждал муза работать активнее. Большущее спасибо Anatli за первый комментарий, огромная благодарность Людмиле Луцкевич. Каюсь, Вам я так и не ответила в комментариях - когда заметила, прошло слишком много времени и мне было неловко отвечать. Спасибо Шики Акихиме, которая отозвалась о главе про капитана. Я тогда ОЧЕНЬ сомневалась, стоит ли писать от его лица. И, конечно же, огромнейшее спасибо Стаси Крас. Мне было очень приятно увидеть рассуждения о том, почему же так происходит, как и вопросы о сюжете. Это дало просто невероятные крылья музу, спасибо Вам всем огромное за вашу поддержку!

Глава 1

Я открыла глаза и постаралась понять, где я. Но кроме звенящей пустоты, в голове ничего не было. Справа от меня раздался громкий смех, стон и вскрик. Я повернула голову и увидела, как какой-то грязный мужик трахал молодую девушку, в то время как его дружки хохотали и, судя по их возбуждению, ждали своей очереди.

Я поморщилась, скоты. Увиденная картина не вызвала ничего кроме отвращения и капли жалости к той девчонке. Перевела взгляд на свои руки, они оказались прикованы к стене, я лежала на соломенной подстилке, которая провоняла всем, чем только можно, а ноги так же были прикованы, но уже к полу.

- О, смотрите, наша принцесска пришла в себя, - гоготнул рядом с камерой, в которой я была, какой-то немытый и небритый мужлан.

В первый момент я даже и не поняла, что это про меня, а потом скривилась, осознавая, что сейчас, кажется, меня ждет то же, что и ту девчонку на столе. Хотя это меня сейчас заботило меньше, чем звенящая пустота в голове. В ней не было ни единого воспоминания или ассоциации. Чистый лист.

- Чет она сегодня какая-то тихая. Обычно буйная, того и гляди член откусит, - гоготнул этот боров.

Я рефлекторно сглотнула, осознавая, на что он намекает и меня чуть не вывернуло. Это было… противно.

- Как скривилась, - оскалился этот урод, - может, повторим? – сказал и потянулся к висящей за решеткой перекладине каким-то ремешкам.

«Кляп», - в голове промелькнуло узнавание и меня накрыло отвращение. К счастью, где-то из глубины этого отвратительного здания раздался шум и боров кинул эти ремешки обратно, развернулся и вместе с дружками вышел в дверь, по пути вытягивая кто мечи, что ножи, кто топоры.

Девицу вернули в одну из камер, по ее щекам катились слезы, а с ног… Впрочем, лучше не уточнять. Я попыталась встать, но звон цепей привлек внимание нашего охранника, который тут же осклабился и двинулся в мою сторону.

Правда, дойти он не успел, по крайней мере полностью. А вот голова докатилась аккурат к моей камере. На его лице так и застыла предвкушающая похотливая улыбка.

На этом моменте, мой и так не понимающий ничего мозг решил, что с него хватит и наступила темнота.

Глава 2

- Ну привет, красотка, - над ухом раздался жутко самодовольный голос и ухо обожгло горячим дыханием склонившегося надо мной мужчины.

А пахнет он ничего так, приятно. Дорогой одеколон ощущался, но не так, словно он им был залит с головы до ног, что весьма популярно среди молодых пижонов. Я приоткрыла глаза и посмотрела на говорившего.

- Так и будешь молчать? – он плотоядно улыбнулся и оглядел меня с ног до головы.

Сначала меня словно жаром окатило, а потом я резко успокоилась. Если он думает этим меня запугать, то зря. Он явно посимпатичнее тех ублюдков, что планировались на сегодня. В голове по-прежнему звенела пустота, но давешние события я помнила четко.

- Эй, говори, когда капитан спрашивает, - какой-то верзила, стоящий за мужчиной, резко дернулся ко мне.

В глазах читалось желание встряхнуть меня, не иначе. Я же спокойно наблюдала за этим цирком. Капитану, теперь это очевидно, как день, хватило одного взгляда, чтобы усмирить этого… орка? Я поморщилась, знание словно кольнуло, но теперь да, я была уверено, что этот темпераментный малый - орк.

- Неплохо. Спокойное хладнокровие, плюс устойчивость к ментальной магии и привороту, - моего подбородка коснулись прохладные пальцы капитана, он повернул мою голову в одну сторону, потом в другую, осматривая, словно скаковую лошадь перед покупкой. Я встряхнула головой, чтобы перестать ощущать прохладу его пальцев.

- Темпераментная, - довольно прищурился мужчина, - Ну что, может устроить команде сегодня праздник? А, Дарел? – он повернулся к орку, - Хотите, пустим эту недотрогу по кругу? Может хоть тогда заговорит? – я посмотрела на оскал орка, и он мне, надо сказать, не понравился.

- Чего ты хочешь? – я смотрела в глаза капитану и не могла понять, чего он хочет.

- Пойдешь моей шлюшкой на корабль? – он оскалился не хуже орка.

- У тебя уже есть, - я посмотрела на орка с ног до головы, намекая на него, серокожий не подкачал, начал доставать свой немаленький… меч, - а у тебя большой, - нагло протянула я, - и кто кого? Судя по тому, что ваш капитан надушился как девица, явно ты его. Эй, капитан, - я перевела веселый взгляд на мужчину, - задница не бо…- договорить я не успела.

Мою провокационную речь прервал лязг мечей, и я зажмурилась в ожидании конца. Правда, ничего не случилось. А жаль.

- Дарел, выйди, - от балагура не осталось и следа, жаль, он так легко не поведется на провокацию, как орк, - Неплохо. Решила сдохнуть? – я ничего не ответила, - Что ж, у меня для тебя плохие новости, ты теперь моя собственность. Весь этот цирк был всего лишь вежливостью и попыткой нормально поговорить, - он отвернулся и достал бутылку с чем-то крепким.

- Ты предложил мне стать портовой шлюхой.

- Ну, допустим, не портовой, но да. Мордашка у тебя что надо. Подумай до завтра. У тебя нет выбора. Ты либо станешь обслуживать только меня, либо я повешу на тебя рабское клеймо, и ты будешь обслуживать всю команду.

- Пошел к черту, - я дернулась, а этот мудак взял и вылил на меня содержимое бутылки я аж задохнулась от неожиданности.

- Выбирай слова. Мне больше нравится «милый» и «господин». Дарел, - он крикнул в дверь, и та тут же открылась. – Эту киньте в трюм к клеткам, пусть составит компанию.

Верзила ощерился и, перекинув меня через шею, понес как тюк в сторону выхода. Я пикнуть не успела, как меня кинули рядом с клетками, в которых пищали, рычали, выли и еще непонятно что делали, пристегнули кандалы к полу и ушли.

Все это были цветочки, пока я не заметила загоны. В них стояли чернильно-черные виверны, с их клыков стекал яд, они шипели словно змею, кожистые крылья были стянуты за спиной, а тело было гибкое, словно помесь ламы и змеи. Желтые зрачки не давали оторваться, я не удержалась.

Одна виверна просто пленила мой взгляд, и я пошла в сторону этого чудного создания. Я не могла и не хотела сопротивляться, я коснулась ее лба, пропуская похожие на перья чешуйки между пальцев и услышала, как она мурлычет словно большой кот.

Я услышала шаги и не придумала ничего лучше, чем дернуть путы с крыльев виверны и открыть загон. Виверна присела, намекая на то, что неплохо бы затащить мою задницу на нее и я послушала. Не знаю, что это было: помутнение рассудка и большая удача, но одно из самых опасных животных этого мире не только меня не сожрало, но и явно намекало на то, что вытащит мою задницу.

После этого был хаос, мы вывалились на палубу, по пути сбив с ног давешнего орка, и эта бестия понеслась к краю корабля. Я уже была готова прощаться с жизнью, как поняла, что мы парим, парим над кораблем, над городом, над облаками. Оставляя весь ужас за плечами и только глаза капитана внимательно смотрели мне в спину.

Глава 3

- Итак, Жемчужинка, что будем делать? – обратилась я к иссиня-черной виверне, когда мы приземлились. Что странно, я даже не упала.

Виверна фыркнула на такое обращение и сделала вид, что не понимает меня. Но я уже раскусила эту хитрую бестию. Хм…

- Ну хочешь, будешь Бестией, тебе подходит, - сказала в заинтересованный глаз.

Она боднула меня в плечо, подставляя свою шипастую голову под руку, намекая, чтобы ее погладили. Ну прям большой кот.

Я огляделась, поглаживая виверну, от чего та чуть ли не мурчала, и пыталась понять, где я и что делать дальше. В животе раздалось урчание, и я почувствовала просто жутчайшее чувство голода. И что делать?

Я еще раз посмотрела вперед – там были лес, бескрайнее поле и какой-то городок за высокими стенами. От поля точно проку нет. Вопрос, идти в лес или поближе к цивилизации? В лесу можно было бы попытаться поймать зайца или кого покрупнее. Но у меня ни ножа, ни огнива.

Значит, остается город. Только что там делать бежавшей не то рабыне, не то пленной, тот еще вопрос. С пола-то цепи выдрались с кусками дерева, благодаря Бестии. Она тогда просто зубами в них вцепилась и выдрала.

Но они так и остались на руках и ногах. Как и кандалы. Так что, как бы мне ни хотелось к людям, еде, воде и цивилизации, я свернула в лес. Там хотя бы был шанс отыскать каменюку побольше и перебить цепи. Хоть это от них и не избавит, но двигаться станет легче.

Думала я так и даже пару шагов сделала, как Бестия зашипела и прикрыла меня своими крыльями. А с той стороны, куда она смотрела, раздался свист.

- Эй, красавица, - бородатый мужик, который так смело шел ко мне с Бестией, даже не подумал притормозить, - утихомирь свою ящерку, поговорим.

Я недоверчиво посмотрела на него – в потрепанной одежде с топором за поясом он не внушал доверия. Но если не начать общение с людьми сейчас, то когда?

- Чего тебе? – дружелюбия в моем голосе не было ни грамма, а сама я так и пряталась за виверной.

- Пошли со мной, красавица. Помогу с твоими цацками, - тут он указал на мои кандалы, и я прижалась сильнее. В бескорыстную помощь не верилось от слова совсем.

- Зачем тебе это?

- Ну как же, оставлять такую прелесть и закованную в цепи… Я же не конченный извращенец, - тут он сделал шаг вперед и щелкнул пальцами.

Мы ничего сделать не успели, как оказались в сети, которую на нас накинули. Бестия запуталась и боялась двигаться, чтобы не причинить мне боль, а я не могла выпутаться, так как оказалась на земле.

- Никаких цепей, - бородач оказался надо мной, и я зашипела не хуже виверны, - только рабская вязь, - он оскалился, - и полное подчинение. Тащите ее в лагерь, виверну сковать, девчонку вымыть, а то от нее душком тянет. Такую и трахать не хочется, - окружившие нас разбойники загоготали и принялись исполнять поручение.

В общем, нас потащили в лес. И чего мне так не везет?

Я пила горячий чай из большой кружки и нервно косилась в угол комнаты. Она оказалась достаточно уютной для разбойников. Кроме того, эти работники ножа и топора на столько прочно обосновались в этом лесу, что имели достаточно комфортные землянки.

А вот в углу комнаты достаточно комфортно расселся давешний шутник. Хотя, о чем-то он все-таки не шутил. Меня помыли, ну как, водой полили – сама помылась, вытерли, да сдали какому-то щербатому мужику.

Дядька оказался добрый, даром что страшный как моя жизнь. Мало того, что ничего не помню, так еще и события так и сыпятся на голову как из рога изобилия.

Так вот, Щербатый, а его, как оказалось, так и звал разбойничий люд, был кузнецов. На кривую дорожку его свело отчаянье. Когда молодой барин ехал мимо их деревушки, ему приглянулась дочь кузнеца, а дальше…

В общем, девушка больше не встала, а кузнец пошел сводить счеты, то ли с бароном, то ли с жизнью весьма специфическим образом. Во второе верилось больше. Да вот, пока шел, его разбойники поймали, пожалели, да в лес с собой забрали.

Да, кстати, разбойники оказались специфическими, мне в голову приходило только «Робин Гуды», только я не совсем понимала почему. Кто это, я тоже не могла сказать. Грабили наши разбойнички только богатых, держали в городе ночлежку с бесплатной столовой и хоть так помогали нищим.

Грабили, кстати, не здесь, обычно возле соседних городов, иногда заезжали подальше. Так что ловили из уже долго и, надо сказать, безуспешно.

В этот момент, Щербатый уже закончил снимать кандалы с ног, а с рук он снял еще раньше. И застывший в углу юморист, двинулся в мою сторону.

- Ну что, выбирай. Лишние рты нам, извини, но не нужны, - начал он серьезно, - кандалы мы тебе сняли, клеймо тебе поставить не успели, а с остальным тебе твоя Бестия поможет.

- Да ты че… - взвился кузнец, но его резко заткнули, так что он просто громко сопел и смотрел исподлобья.

- Она женщина. Красивая женщина. Ты посмотри, как она держится, точно не крестьянка заблудшая. За такой будут охотиться, а нам таких проблем не надо. Так что допивай взвар, поднимай задницу, бери свою ящерицу и вали из нашего леса, - сложив руки на груди он упрямо смотрел мне в глаза. Надо подумать, я просила оставить меня здесь, сама справ…

Глава 4

Всю ночь я металась на соломенной подстилке. Мне снились глаза капитана, холодные, цвета ртути. Они смотрели словно в душу, заставляя цепенеть. А горячие губы топили лед его глаз. Они были везде, касались легкими поцелуями, впивались в кожу и заставляли кровь быстрее бежать по венам.

Его прохладные пальцы словно оставляли ожоги на моем теле, а запах кружил голову и пленил разум. Я металась как в агонии, а его губы продолжали сводить с ума. Когда я уже была готова кричать, я резко проснулась.

Все тело горело и жаждало прикосновений, я попыталась встряхнуться и выкинуть это из головы. Приснится же. И вообще, надо покормить виверну, да, виверну.

Я встала, оделась и вышла на утреннюю прохладу, которая быстро остужала как тело, так и разум, вытесняя все мысли о глазах капитана. И если во сне я желала его касаний, то сейчас я желала только его труп, желательно тепленький, чтобы сразу скормить его Бестии.

Вообще, мне вчера сказали, что кормить виверну не намерены. И раз я ее хозяйка, то мне за ней и смотреть. А у них тут людей кормить нечем, не то что животину аристократскую. Поэтому я вывела Бестию из импровизированного загона и пошла с ней в утренний лес.

Когда отошли достаточно далеко, залезла верхом и прошептала:

- Полетели, девочка, поищем тебе кого-нибудь в соседнем лесу, - а то не очень хотелось гадить там, где нас приютили.

В общем, до соседнего леса мы добрались успешно. И даже никому не попались. Но потом мы попытались кого-нибудь найти… Надо сказать охотники, что из меня, что из Бестии, оказались аховые. Мы несколько часов бродили по лесу и ни души.

- Мууу…. – мы моментально вскинулись.

Я-то понимала, что корова в лесу может быть только заблудшая, но слюна, капающая изо рта Бестии красноречиво намекала, что ей нужнее. Я вздохнула, и мы пошли на звук. Вскоре мы вышли к оврагу, в который, судя по всему, упала скотинка, а на краю оврага капали слюной волки.

Завидев конкурентов, Бестия зарычала, волки вскинулись и сначала оскалились, а потом до них дошло, на кого они рычат. В итоге, инстинкт самосохранения перевесил голод, и они отошли, хотя и не ушли насовсем.

Сначала я не хотела смотреть на то, как Бестия завтракает, но когда прошло уже около часа, я решила повернуться и посмотреть, что происходит. А происходило следующее: гордое и могучее животное, потом великих драконов и василисков, не знало как подступиться к домашнему рогатому скоту. Бестия подходила к корове, та наклоняла голову и бодала, Бестия переходила на другой бок и все повторялось снова и снова.

Я тоже не знала, как подступиться и что делать. Волки уже просто лежали вразвалочку, кто где. В итоге я приняла единственно верное решение:

- Беся, иди сюда, - позвала я виверну, на что та обиженно посмотрела взглядом «И ты, Брут?!» - Бесь, ну не мучайся. У них лучше получится, - о том, что вернуть животное речи не было или Бестия меня съест, но вот уступить начало волкам… - Бестия, иди сюда, заодно посмотришь, как жто нормальные хищники делают.

Виверна фыркнула и пошла в сторону одного из волков. Вожак, что ли? После чего я все-таки отвернулась, а волки и виверна приговорили-таки бедное животное. После этого мы вернулись в лагерь и за меня принялся Хар, который был магом. И я, судя по словам друида тоже, но пока еще до конца не окрепшим.

А Бестия… Бестия начала пропадать, как потом оказалось, с теми самыми волками, хотя это обнаружилось совершенно случайно, когда ее морда появилась на листовках с заданием на убийство в местной гильдии наемников. Мне вот однажды ее принес Рыжик и просто положил. И так стыдно мне стало, словами не передать. За Бестию. Что попалась.

Я сидела в кустах и сосредоточенно сопела. Прямо передо мной, на поляне был лагерь какого-то баронишки, который ехал в город агитировать народ на восстание. Город, который был под опекой Рыжика, так что в наши планы не входило долгое здравие барона. На ночь он выбрал удобное место, открытое. Большая часть лагеря уже храпела, кто-то сидел у костра, кто-то шелестел соседними кустами и отнюдь не в одиночку, а кто-то стоял в дозоре.

Я пригнулась еще ниже, положила руки на землю, как учил старик Хар. Попыталась дотянуться до лагеря, как бы окутать его тонкими нитями, светлыми и счастливыми.

Как говорил старик, люди быстро замечают негативное воздействие, но редко – позитивное. Вот и изворачивалась, накладывая целебный сон на весь лагерь. Когда пришел отклик, что все живые существа уснули крепким сном, я тихо, стараясь не шуметь, вышла из кустов и начала медленно двигаться к лагерю. Все ближе и ближе.

Когда поняла, что все и правда уснули, потянулась мысленно к облачку тьмы на краю сознания. Бестия среагировала моментально и присоединилась к моей прогулке.

За эти месяцы из нежной девочки она стала настоящим хищником. Темной тенью она пронеслась по лагерю, заставляя уснуть всех уже навечно. Она лучше меня чуяла живых и я могла сказать точно – живых после нас не осталось, как и чего-то ценного.

- Рыжик, слушай, - протянула я задумчиво, когда мы сдали барахло, - Я хочу сходить в город.

- На кой черт тебе? – поинтересовался босс.

- Даже не знаю, сколько я тут с вами уже? А в городе не была ни разу.

- Кай, успокойся, тебе туда не нужно, - отмахнулся тот от меня как от занозы в заднице. – Ну что ты там увидишь? Там из интересного только фонтан да невольничий рынок.

Глава 5

Весь следующий день я решала вопросы с организацией ночной вылазки. К тому же, поговорила с Рыжиком о моем уходе. Не насовсем, я буду заходить, но решила перебраться в дом на отшибе. Там недавно умерла старуха, которую все звали ведьмой. Город обещал отдать этот дом той, которая согласиться занять ее место.

Лечить за гроши да еду, а взамен такие апартаменты. И нет соседей, а значит и глаз лишних нет. Прелесть же? А самая большая прелесть, что город-то портовой. И отшиб тоже, специфический. В общем, я и так подумывала перебраться туда, даже через дядьку Митро договорилась, он и узнал все для меня. Обещал даже посодействовать чуть что. Вот я сегодня и попросила. В общем мой день выглядел так:

- Дядь Митро, помогите с домишкой, - все это с очаровательной улыбкой, дядька мне и правда нравился.

- Хорошо, егоза, помогу, - умильно смотрел на меня кузнец и чуть ли слезу не смахивал.

Потом немного пробежаться и…

- Учитель Хар, - с самой широкой улыбкой, - я в ведьмы хочу податься, научите, а?

Бедный старик от таких заявлений чуть не поперхнулся похлебкой, которую пытался сейчас съесть и не обжечься. Снова перестарался с маной?

- А я-то тут при чем, девонька? – а глаза круглые-круглые.

- Ну вы же в травах разбираетесь, да болезнях? – пояснила я, - да и магия исцеления вам подвластна. А меня вы только самому простому научили.

- А, вона ты про что. Ну тогда да, садись, расскажу, только за один день ничего и не выйдет. Надобно с годик заниматься, чтобы все знания тебе передать.

- Давай сегодня начнем, а потом я практиковаться буду, да и приходить стану.

- А ты, стало быть, куда-то собралась, девонька? – глаза старика даже как-то погрустнели сразу.

- Да тут недалеко. Заменю почившую лекарку, заодно поживу на отшибе немного, - я продолжала улыбаться, излучая уверенность.

- Тогда ладно, беги уж. Приходи ко мне как всех обежишь.

- Скоро буду, учитель, - прокричала уже на выходе.

Следующий разговор был с Рыжиком.

- Я сегодня отлучусь ненадолго. Как рабскую печать на себя перекинуть? – продолжала я давить лыбу, а скулы уже сводило, главное, чтобы не просекли как я нервничаю.

- Прекращай, я же не слепой, вижу все. Да и слышу. Уже все говорят.

- Дядька Митро?

- Ну а кто ж. О тебе, дурехе заботится. А я-то знаю, зачем все это. Так ли он тебе нужен?

- Не знаю пока, но хочу это узнать. У меня уже крыша подтекает от этих мыслей. Вот вытащу его, клеймо перекину на себя и подумаю. Правда выбор я ему-таки дам, он же мне дал, - тут я уже улыбнулась, но улыбка была далеко не мирной, Рыжик хмыкнул.

- Ладно уж, знал, что зайдешь. Держи вот, капни его кровь, свою кровь, влей немного маны, пока светиться не начнет и заставь его проглотить, - с этими словами Рыжик протянул мне небольшой камушек. Совсем маленький, такой не трудно проглотить, - Теперь иди, я до вечера узнаю, где его держат, а ты… Лучше тебе с ним здесь уже не появляться, - сказал и отвернулся.

Я погладила Пафнутия по плечу и вышла. Предстояло сделать еще многое.

И вот я пробираюсь по ночному городу вместе с Бестией. Мы прошмыгнули через стену, как через небольшой забор, нас никто не заметил и не поднял тревогу, но сердце колотилось как бешеное.

Невольников держали возле рынка. У каждого распорядителя был свой дом, либо шатер, либо неприступная крепость. Это уже зависело от состоятельности и паранойи. Рабов, как правило, не воровали, слишком уж специфически их можно присвоить себе. А стоимость того камушка, который дал мне Пафнутий, просто зашкаливает мыслимые пределы. Мне вот даже узнавать, откуда у разбойника такие вещи, не хочется.

Как и обещал, Рыжик узнал, где держат капитана, но учитывая, что в городе я была во второй раз в жизни (по крайней мере в той, которую я помню), первый из которых был вчера, а второй – сейчас, то… Добрый дядька Митро нарисовал карту города и много-много раз объяснял где, что и как. Правда, он думал, что мне это нужно, потому что я не хочу попасться на глаза своим бывшим владельцам, которых я даже не помню… Что? Когда бы я смогла? Ну вот когда в город на рынок иду, например. Или какой болезный сам явиться не может, но платит щедро за то, чтобы я сама свою задницу подняла и притащила. В общем, не уверена, что дядька поверил, но объяснил на совесть. И сейчас я чувствовала себя как рыба в воде.

Добралась я до нужного дома достаточно быстро. Охраны не то, чтобы было много, но она была. Хотя, скорее они больше следили за тем, чтобы рабы не сбежали, а не наоборот. Но опять же, не так чтобы сильно. Хозяин всегда может найти раба по метке. Это мне все Рыжик объяснял в очень шустром и сжатом темпе перед вылазкой. Я ведь об этом даже не подумала, дуреха.

Да и вообще, прав был Панфутий, веду себя как влюбленная дура. И ради кого? Ради этого мужлана, надушившегося как девица и облившего меня не пойми чем, а потом бросившего к загонам животных, словно я тоже животное?!

Это все я прокручивала в голове, пока медленно и по капле насылала усыпляющие чары на всех в доме. С кого надо я их потом сниму, а вот пробраться незаметно и без рек крови так проще всего. Я выждала еще минут десять для надежности и двинула в сторону дома. Все-таки мне сильно повезло и с домом, и с магией. С домом, потому что никто особо не верил, что им что-то грозит. Опять же, за те деньги, что стоит камушек, можно трех рабов купить. Сбежать они тоже не смогут. Побегают, а потом их выловят и вернут обратно. Повесят запрет на мысли о побеге и самом побеге, и они не смогут об даже подумать. Так и зачем тогда напрягаться?

Глава 6

Икар де Луа

Я проснулся в какой-то лачужке, на полу, на набитом сеном матрасе. Я попытался найти ее и заметил темную макушку, выглядывающую из-под одеяла. Я улыбнулся, и зачем только пришла?

Воспоминания нахлынули сами собой, хотя их никто и не просил и я вспоминал. Вспоминал не то, что было до, а то, что было после. Мы ворвались на базу ублюдков, торгующих девушками и жиреющими на их несчастье. Она тоже была там, я даже не поверил своим глазам, я слишком долго ее искал. А потом… Потом вспомнил, что…

Я привел ее на свой корабль, хотя это была не самая лучшая идея, но там была возможность осуществить то, что я хотел. И пусть меня бы после этого убили. Я залечил ее раны, проверил на привороты и проклятья, облил ее защитным зельем. Ей бы никто не смог причинить вреда в ближайший час, даже она сама.

Спровоцировал и разозлил ее тоже я. Я был обязан ее напугать, чтобы все, чего она хотела – это бежать. А она поступила проще – попыталась спровоцировать Дарела, тот, конечно, замахнулся и ударил… В стену. Но он на столько неумело пытался прикрыть смех за злобой, а он вообще-то добрый парень, что мне пришлось его выставить. Уверен, этот конь ушел подальше и хорошенько проржался.

А потом… Потом я ее отпустил. Я с тоской смотрел ей вслед, улетающей на подаренной ей виверне и отклонял все стрелы, что летели им вслед. Парни тоже старались, но сердце сжималось, когда я представлял, что стрела случайно заденет виверну и они обе упадут в бурлящие воды. А ведь она не умеет плавать…

После этого я думал, что больше ее не увижу, что это к лучшему, ведь она здесь не для того, чтобы я ошивался рядом. А потом на нас напали те ребята, которым жутко не понравилось, что мы весь последний месяц громили притоны и рабовладельческие нычки. Половину команды вырезали, половину оставили в живых, чтобы мучились. Дарел, который пытался прорваться ко мне, на моих глаз был наколот на меч, словно плоть была мягкой, будто масло. Его выбросили за борт.

Мой друг умер на моих глазах и его тело было отдано морю, а меня заклеймили рабом и нанесли рабскую вязь. Правда, не учли господа-работорговцы, что паинькой я не был. И ни дыба, ни пытки, ни палящий зной не смогли изменить этого. И тогда они изменили тактику. Они выставили меня как товар, связанного путами и приказами. И разрешили перед покупкой опробовать, даже не прося залог.

По факту они меня выставили на рынок, полный извращенных ублюдков, с табличкой: «Этого можно оттрахать бесплатно». И их не смущала ни площадь, ни люди. Они шли и трахали у всех на глазах. И вот тогда что-то надломилось во мне.

Гордый воин империи, сын… Теперь стал подстилкой. Какая ирония, я ведь предлагал ей стать шлюшкой, не всерьез, но предлагал. Видимо, сильно она на меня за это обиделась. Я улыбнулся.

Только ее образ не давал сойти с ума и стать безвольным куском мяса. Только с мыслями о ней я старался бороться дальше. Она стала моим наваждением и когда увидел ее на рынке, я думал все. Пришла горячка. Но она стояла и смотрела на меня, а рядом с ней ошивался рыжий проныра. Я бы вырвался, если бы мог. Я бы забрал ее у этого коротышки, если бы только мог пошевелить хоть пальцем. Но все, что я мог, это смотреть ей вслед, считать шаги и мечтать, чтобы она обернулась.

Как и говорил, пошевелиться я не мог. И не потому, что не хотел или боль сковывала тело, нет. Просто таков был приказ. И рабская вязь не позволяла его ослушаться. Поэтому, когда торгаш заметил, что я не смотрю в пол, как было велено, он пришел в бешенство.

Я лежал в беспамятстве и метался в бреду, тело горело и разрывалось на части. Не знаю, сколько я пролежал – день, два, месяц? Но потом тело окутала прохлада. Такая нежная, успокаивающая, умиротворяющая. В ней хотелось раствориться. А потом…

- Лия, - спросил, еще не разделяя, где сон, а где реальность и почувствовал вымораживающий холод где-то внутри. Он отрезвил моментально.

- Ты зачем сюда пришла? – спросил, боясь услышать ответ или же того, что это сон?

- Предложить тебе выбор, - она хмыкнула и посмотрела на меня, как смотрят маленькие дети, когда выигрывают.

Она всегда была такой. Потом она прищурилась и начала осматривать мою ауру. Я не мешал

- Могу тебя подлатать и вытащить отсюда. Дальше, можешь идти на все четыре стороны, - спустя пару долгих минут произнесла она. – А второй – ты станешь моей шлюшкой, - она ухмыльнулась.

Я чуть не рассмеялся, она и правда злиться за тот раз, и не забыла же.

- И это все, зачем ты пришла? – я все же спросил, не веря тому, что услышал, - могла бы просто убить, милосерднее было бы, - ведь это так не выносимо – быть так близко и так далеко одновременно.

- Ладно, - я прикрыл глаза и отвернулся, чтобы она не видела улыбки, что сама по себе наплывала на лицо - Я согласен, - сказал шепотом, чтобы она не смогла понять, что я улыбаюсь, - Я не ты, и участь побыть твоей шлюшкой, - меня ничуть не пугает, - сказал, специально напоминая про тот раз.

- Тогда поворачивайся, - усмехнулась она, - у нас осталось минут двадцать и действие заклинания закончится, - тогда и правда нужно поторопиться

- Ты кого-то привела с собой? – я обернулся и спросил то, что меня волновало до чертиков.

- Угу, привела, - сказала она и мечтательно улыбнулась, неужели...

Глава 7

- Доброе утро, - пробурчала я, выходя из дома.

Там во всю кто-то шебуршал, словно тащил волоком по земле. Когда я увидела что и кто, сон слетел моментально. Бестия тащила дикого кабана куда-то за угол. При этом делала это так сосредоточенно, что меня даже не заметила. А ведь раньше встречала меня, как только я встану, стоило мне оказаться где-то рядом, как я занимала все ее внимание, будто не было в ее жизни ничего важнее. Мое сердце кольнула ревность, и я двинула вслед за ней.

А за углом меня ждала увлекательная картина: насвистывая веселую песенку, капитан разделывал тушку кабана, рядом высилась горка дров, а возле его ног мурчала виверна. Вот чесслово, как большой кошак. А я и не знала, что она так умеет.

Чувство ревности сменилось спокойствием, словно все происходит так, как надо, правильно. Сначала я хотела понаблюдать за выверенными движениями мужчины, но он сам меня заметил.

- Доброе утро, красавица, - и снова его эта улыбочка.

- Как ты там говорил? – сделала вид, что задумалась, - Называй меня «госпожа», - и тоже улыбнулась, ехидненько так.

На миг в глазах мужчины что-то промелькнуло, показалось, что его настроение как-то изменилось. И что-то не совсем радужное пришло в голову. Так расстраивается, что теперь мой раб? Я собиралась потом отпустить его, но говорить не собиралась, пусть помучается.

- Я еще предлагал вариант называть меня «милый», - браво припомнил мужчина, а спустя миг весь как-то ссутулился и добавил, - госпожа, - а мне стало как-то грустно.

- Как тебя зовут? – постаралась замять тему, но он как-то помрачнел еще сильнее.

- Икар, госпожа, - бесцветно ответил тот и мне это как-то не очень понравилось.

- А ну отставить уныние, - мужчина удивленно поднял брови, мол, какое уныние, ты чего? – И я пошутила на счет госпожи, - смущенно добавила я, я ведь и правда хотела просто отыграться за тот раз, - А меня зовут Кая.

- Кая? – сказал, словно попытался привыкнуть, - Кая… - и как-то прозвучало это так, что… сердце забилось чаще.

От неловкой паузы меня спас старушечий голос, а потом и нарастающий гул, который приближался. Первой мыслью было: «Все, хана котенку. Ща прикопают». Мне показалось, что это вчерашние работорговцы. Второй мыслью стало:

- А ну брысь с глаз долой, зашкерились и не отсвечивайте, быстро, - сказала, вложив в последнее слово силу, как обычно приказывала Бестии, потому что так просто оставлять хозяйку, особенно, когда та может быть в опасности, она отказывалась на отрез.

Но вот чего я не ожидала, что Икара это тоже заденет. Он побледнел в попытке сопротивляться, но был вынужден выполнить приказ. Даже такой, с которым он явно был в корне несогласен. Кажется, теперь у них с виверной и повод объединиться появился, мда.

Убедившись, что эти двое спрятались в сарае под обломками, так что их даже я не сразу замечала, кивнула своим мыслям и сказала:

- Прячьтесь, пока я не вернусь. В случае если вас заметят – бегите отсюда, - и влила немного силы.

Совсем каплю, чтобы и ослушаться не могли, но столько, чтобы это не ломало их собственную волю, и ушла.

Я ожидала увидеть работорговцев или городских служак, поэтому выбралась из сарая и, подтянувшись, залезла на крышу. Осторожно подползла к углу и выглянула.

- О, госпожа ведьма! – воскликнул какой-то мальчишка, подобравшийся сзади. С перепугу я икнула и чуть не упала с крыши, - ой, а что это, - произнес, указывая точнехонько в место, где лежали мужчина и виверна, - Аааа! Чудище! – закричал малый, а из сарая вылетел черный вихрь, на котором восседал мужчина, - Вы видели, какое чудовище?! – с горящими глазами повернулся малец, - Пойду нашим расскажу, - ринулся в сторону галдящий толпы, что уже подходила к дому, но я быстро слетела с крыши, больно обдирая локти и перехватила малого, пока тот не сдал нас с потрохами, - Эй, ты чего, госпожа ведьма?! – обиженно протянул мелкий.

- Давай это будет нашим секретом, а? – мило спросила я, с самой доброй улыбкой, лихорадочно рассуждая, чем подкупить юнца.

- Секрет, говоришь?.. – в глазах юнца разгорался блеск понимания, - Ну, а что мне за это будет? – и скривил самую незаинтересованную рожу.

- Ты сначала ответь, зачем ты здесь? – спросила я, а мелкий как-то сразу потух, словно свечка, вот он только что горел, а вот остался лишь огарок расплавленного воска.

- Моя сестренка… Она умирает… И целитель нам не по карману. Помоги ей, госпожа ведьма и я буду молчать до тех пор, пока бьется мое сердце, - абсолютно серьезно произнес десятилетний малец и от этого мне стало как-то жутко.

Я посмотрела в сторону толпы, что уже подошла к дому и осознала, что там старики, дети на руках родителей, воины на носилках… Они ищут помощи, а не нашей смерти.

- Сделаю все, что в моих силах, - серьезно кивнула я и пошла на встречу страждущим.

Малышка лежала на моей соломенной кровати, ведь положить ее было некуда. Что-то делать, когда рядом раздавались всхлипы, я не могла, так что пришлось выдворить мать за двери. Жестоко, она и не хотела уходить. Правда, слова о том, что я могу накосячить из-за ее всхлипов ибо отвлекают, помогли женщине принять единственное верное решение и выйти.

За ней же отправился и ее муж, ибо нефиг мне спину взглядом сверлить, дырку проплавит. И вообще, мой дом, мои правила. И да, со вчерашнего дня – это абсолютно точно МОЙ дом. Остался только тот пацан. Но он на столько тихо себя вел и вообще старался не отсвечивать, что выгонять его у меня рука не поднялась.

Глава 8

Со временем я стала привыкать к такому ритму жизни. Даже с жителями мы договорились, в какой части дня они могут приходить. И пусть они бы хотели меня на все двадцать четыре часа семь дней в неделю, с требованием пришлось смириться. Что я им, рабыня пахать от зари до заката? А табличку в городе о том, что разыскивается виверна, сняли, да. И моего капитана никто не искал.

С Икаром… было сложно. Давить и приказывать ему не хотелось. Иногда он вел себя вполне обычно и нормально, но иногда, казалось, с какого-то пустого слова или вопроса, мог замкнуться в себе. И самое главное, наотрез отказывался говорить на некоторые темы.

Хотя надавить в одном вопросе все-таки пришлось, это случилось через день после того, как он свалился с Беси, фактически мертвым.

- Почему ты был пуст и в таком состоянии? – в тысячный раз спросила я.

- Это не важно, - в тысячный раз услышала ответ.

И такая злость накатила, что я ощутила как что-то темное поднимается из глубины души. Готовое вырваться из-под кончиков пальцев липким ужасом и леденящим душу страхом. Я взяла свою силу под контроль и вливая силу, сказала:

- Отвечай, - мужчина дернулся как от пощечины и мне показалось, что его взгляд потух.

- Я пытался нарушить приказ и силой прорваться, госпожа, - бесцветно сказал он.

А я? Я просто офигела. Он что? Но…

- Зачем? – спросила шепотом, это же тоже самое, что каленым железом в открытой ране возить.

- Ты могла быть в опасности, - дернул плечом и добавил, - госпожа.

- Хватит! Я же пошутила тогда, - это его госпожа было столь отстраненным, что хотелось выть.

- Так прикажи, - бесцветно ответил, - госпожа.

Я тогда просто сбежала. Будто мне нравилось ему приказывать! Он же иначе молчал как на допросе! Хотя, мне ведь нравилось. Стоило признаться хотя бы самой себе. Мне нравилось, что я могла приказать и он бы выполнил все. Мне нравилась эта безграничная власть над этим мужчиной и от этого мне стало противно. Противно от самой себя.

Когда я окончательно доконала себя угрызениями совести, глядя, каким потухшим бесцветным стал взгляд, я пошла к Рыжику.

- Привет, - сказала, робко заходя в его жилище.

- Ну привет, - хмыкнул он весело и подмигнул, - наслышан-наслышан. Ну заходи, госпожа ведьма, владелица страшенного чудища, которое крадет скот тех, кто творит зло и с прекраснейшим мужчиной-защитником, от которого пищат все девицы на выданье.

Вот так вот одним приветствием Рыжик и высказал мне все, о чем судачил люд. Им явно нечем заняться, если есть время о таком перешептываться. Я почувствовала себя каким-то шутом и от этого стало неприятно.

- Как снять рабскую вязь? – сказала резче, чем хотела, не желая развивать тему людских домыслов.

- Никак, - развел руками Рыжик.

- В смысле? – не поняла я.

- Это печать вечного рабства, Кая, ее нельзя снять или отменить. Он станет свободным, только после твоей смерти, - сказал Рыжик абсолютно серьезно.

Ой-ёй… Что же я натворила?!

Я сидела в лачужке, прислонившись к стене. Икара я старалась не трогать и даже лишний раз на глаза не попадаться. Я все прокручивала наш разговор, когда я ему протянула тот треклятый камень. Он ведь знал, сразу все понял. Тогда зачем согласился?!

Я устало прикрыла глаза. Я не понимаю этого мужчину. Его слова холодные и отстраненные. Но его действия… Мне стало интересно, что он тогда на корабле делал со мной и почему не остановил. Он же сильный маг, а я тогда не очень понимала что-либо.

Меня же скрутить было – раз плюнуть. И чем больше я думал над этим, тем больше понимала – мне позволили сбежать. Даже нет, меня упорно к этому подталкивали! Захотелось пойти и расспросить. Я подскочила на ноги и хотела двинуться в сторону Икара, ориентируясь на его ману, но… Что-то меня потянуло в совершенно другую сторону. В сторону дороги, выходящей из леса. А потом дальше и дальше, глубже в лес. Чувство тревоги нарастало, я чувствовала, что мне надо спешить.

Вышла я на поляну, где стая волков окружила мужчину. Он надсадно дышал, истекая кровью. Я смело вышла и рыкнула:

- А ну пошли вон! – сначала эти песики-переростки рычать начали, а потом учуяли запах и отошли от меня подальше.

То-то же. Меня теперь вся живность шарахалась из-за близкого соседства с виверной. Я подошла к мужчине, чей взор был затуманен, под скулеж волчьей стаи.

Я зло посмотрела в их сторону и выпустила немного магии, волков как ветром сдуло. А я спокойно принялась за осмотр раненого. А он был красив. Пока магией я осматривала его изнутри, глазами любовалась на этого красавчика. Светлые локоны завивались, словно кукольные кудри, лицо правильное, глаза голубые, сейчас наполненные болью. Эдакий весь из себя рыцарь в сияющих доспехах, правда, без доспехов. Старая рваная одежда на нем смотрелась также чуждо, как и корона на бедняке.

Я подлатала мужчину и отошла.

- И как тебя звать? – спросила, глядя, как он недоверчиво ощупывает себя.

- Я Дорн, а вы?.. – спросил, недоверчиво поглядывая на меня.