Подарок для (с)нежного Зверя

= 1

В новогоднюю ночь, разбитая предательством мужчины, Алевтина оказывается в заснеженном лесу на краю гибели. Здесь она привлекает внимание Мерта. Сильного, замкнутого, дикого.

Он - Альфа этой территории, и он не оставляет раненых на своей земле. Его мир полон опасностей, законов крови и силы. И Аля, хрупкая человеческая девушка, становится центром этого мира.

Под его суровым взглядом Аля понемногу оттаивает, а в её разбитом сердце просыпается странное доверие к этому нелюдимому великану.

Иногда настоящее счастье приходит под вой метели, в объятиях того, кто кажется монстром, но в чьём сердце бьётся самая верная и страстная любовь.

1=

- Проклятье! - тихо выругался Мерт, грубо проводя рукой по своим плечам, смахивая снег, который этим поздним вечером не просто падал, он обрушивался на землю белой, яростной стеной.

Метель покрывала белым ковром всё: лес и деревья, стирала тропы, дороги, завалила овраги. Но в этой какофонии воя ветра и снега Мерт прекрасно ориентировался.

Он с легкостью шёл сквозь пургу, не ощущая её ярости. Эта стихия была частью его природы, диким отголоском в его горячей крови.

Несмотря на то, что он был относительно легко одет, Мерт не чувствовал холода. Его мощное тело излучало жар. Он был Альфой этой территории. Двуликий, все чувства которого обострены до предела.

Дела стаи всегда забирали у Мерта очень много времени. Но в эту новогоднюю ночь ему захотелось побыть одному. В своём небольшом, но уютном убежище. Отгородиться от всех и не думать о проблемах.

Выйдя в лес за дичью, Мерт внезапно остановился. Замер, прислушиваясь. В такую непогоду все разумные существа: и люди, и звери предпочитают оставаться в убежищах. Но острый слух Мерта уловил посторонние звуки недалеко от дороги. И они явно не принадлежали зверю.

Альфу вело вперёд смутное, но острое беспокойство. Это не пришельцы-оборотни с соседних земель, не раненый зверь. Что-то иное.

Пройдя несколько метров, Мерт увидел красный огонек задних фар, едва различимый в снежной буре. Потом показались контуры небольшой городской машины, беспомощно зарывшейся колесами в сугроб на обочине лесной дороги, которая уже вся исчезла под толстым слоем снега.

Дверь со стороны водителя была распахнута, и на фоне белого хаоса, прислонившись лбом к холодному капоту, стояла хрупкая фигурка.

Девушка.

1.1

Мерт остановился в тени огромной ели. Замер, наблюдая. Девушка была одета явно не по погоде: легкое пальто, из-под полы которого виднелось что-то тёмное и тонкое, похожее на платье, капроновые колготки. На ногах какие-то изящные тонкие ботинки, уже полностью скрытые снегом. Ни шапки, ни варежек.

Хрупкие девичьи плечи сотрясались от рыданий, но звук терялся в рёве метели. Она отчаянно била кулаком по металлу. Но удары получались очень слабыми.

А потом девушка снова замерла, прижавшись лбом к машине, будто ища у неё спасения, которого не было. Она не пыталась толкать машину, не звонила, ведь здесь всё равно не было сети. Девушка просто плакала, уткнувшись в железо, будто надеялась раствориться в этом холоде, стать его частью. Словно сдалась на волю стихии.

Мерт почувствовал эмоции девушки. Она не просто плакала. Не от физической боли.

Это была агония человеческой души: раздавленной, преданной, одинокой.

Мерт с силой втянул в себя воздух, принюхиваясь. Его золотые, почти волчьи глаза сузились в темноте.

Он почуял человеческое горе. Здесь, в самой глубине его леса, в ночь, когда даже волки благоразумно жались к своим логовам, эта дурочка решила поиграть с судьбой.

Инстинкт Альфы был глубже и древнее простого любопытства. Именно он приказывал ему понять источник страдания девушки, оценить угрозу, пройти мимо или… помочь.

Мерт не был сентиментален. Мир людей с их мелкими драмами его редко касался. Но эта боль, исходящая от юного создания, была слишком чистой, невозможно беззащитной. Она резала по его собственным, давно похороненным, воспоминаниям о боли.

Мерт сделал шаг вперёд, и снег хрустнул под его тяжёлым ботинком.

Девушка резко обернулась. Свет фар выхватил из тьмы её лицо: бледное, искажённое страданием, залитое слезами, которые тут же замерзали на щеках сосульками.

Её большие, темные глаза были полны такого животного ужаса и горя, что у Мерта на мгновение перехватило дыхание. Девчонка была такой юной. Очень. Красивая. И совершенно разбитая.

На вид ей лет двадцать. И в этих её глазах читалось не просто расстройство. В них светилось желание исчезнуть. Раствориться в метели. Она страдала.

Мерт почувствовал от неё запах мужчины. Она была близка с мужчиной. Однозначно. Он чуял на ней мужские следы.

Может быть, её обидел мужчина? Силой взял или…

Заметив здоровяка, большие глаза девушки стали ещё огромнее. Мужчина был огромен. На обнажённый торс надета лишь военная жилетка, в карманах которой виднелись рукояти кинжалов. Взгляд такой пристальный и опасный. Почти огненный. Его янтарные глаза сверкали в сгущающихся сумерках.

Маньяк. Точно. Или убийца. Беглый преступник. И её убьёт!

- Не подходи! - крикнула она. Девушка съежилась, как загнанный зверек, готовая к бегству, но бежать ей было некуда. Только в белую, безжалостную лесную глушь.

Мерт поднял руки ладонями вверх, медленно, демонстрируя ей отсутствие угрозы с его стороны, но ему явно не удалось убедить её.

Он не говорил «не бойся». Это было бы глупо. Она итак была в панике.

- Твоя машина не поедет, - сказал он низким, но твёрдым голосом.

- Оставьте меня, - прошептала она. Её голос был сорванным, сиплым, едва слышным. Но Мерт услышал бы даже шёпот, - пожалуйста, просто уйдите.

- Ты замерзнёшь насмерть тут за час.

= 2 =

Его голос был слегка хрипловатым, но уверенным. И девушка знала, что незнакомец - прав.

- Идите куда шли! - выдохнула она. В её голосе слышались истерические нотки, – просто… уйдите!

Мерт уже чувствовал, как холод цепкими когтями впивается в её хрупкое тело. Дрожь, которая её била, была не только от рыданий. Она замерзала.

Инстинкт снова заставил его сделать шаг вперёд. Решение созрело мгновенно.

Мерт не мог оставить незнакомку здесь. Не из-за какой-то возвышенной человечности. Он следовал неоспоримому закону своей стаи: сильный защищает слабого. А девчонка была хрупкой, как нежный бутон, который уже начала ломаться.

- Не могу уйти, - честно сказал Мерт, делая ещё шаг вперёд.

Мужчина двигался медленно. Словно приближался к раненому зверю, чтобы не спугнуть.

- Я живу недалеко. Мой дом - там, - он кивнул в глубь леса. Туда, где не было видно ни зги.

Она безумно покачала головой, отступая к машине. Да этот мужлан несёт блеф. Какой может быть дом в лесу? В этой жути, что окружала её. Он точно лжёт.

- Нет. Я никуда не поеду. Я никуда не пойду. С вами так особенно.

- И что ты намерена делать? Умрёшь здесь, превратившись в сосульку?

- Просто уйди! - выдавила из себя, едва шевеля замерзшими губами.

Последние слова сорвались с рыданием. Девушка снова уронила голову на руки, и её тело содрогнулось.

- Мой дом и правда близко, - сказал он, делая ещё один осторожный шаг, - тепло, уют и еда. Ты сможешь согреться и переждать метель. Утром я вытащу твою машину.

Она смотрела на него с диким недоверием, смешанным с отчаянием. Её разум, затуманенный болью и холодом, боролся со страхом перед незнакомцем в глухом лесу против страха перед неминуемой смертью в снегу, если отвергнет его помощь.

Девушка и не заметила, в какое мгновение Мерт был уже рядом с ней.

Мужчина чувствовал исходящий от неё холод. Не только потому, что она замёрзла. Холод шёл из её души. В её сердце пустота, вымораживающая саму душу.

Его рука в толстой перчатке осторожно, но неотвратимо обхватила её ледяную ладонь. Он не спрашивал разрешения, просто действовал так, как должен был поступать в этих обстоятельствах.

Девушка попыталась вырваться, но её силы были на исходе. Её сопротивление было жалким, чисто символическим.

Мерт снял с себя свой тяжёлый, пропитанный запахом дыма и леса жилет и накинул его ей на плечи, поверх тонкого пальто.

Тепло его тела, оставшееся в жилете, обволокло девушку, и она невольно всхлипнула, то ли от неожиданности, то ли от этого внезапного, забытого ощущения тепла.

Её глаза ошалело уставились на обнажённый мужской торс. Он сам остался лишь в брюках. Как так? В голове не укладывалось. И мощь его тела поражала. Всюду лишь бугрящиеся мускулы. Мужчина явно очень силён.

Он же замёрзнет. На нём нет и футболки!

- Я - Мерт. А тебя как зовут? - спросил он мягко, словно не замечал, как снег падал на его торс и тут же таял.

Последовала небольшая пауза.

- Алевтина… Аля, - выдавила она.

- Алевтина, - повторил он. Его грубый голос придал этому имени какую-то неожиданную твёрдость, - смотреть, как ты умираешь здесь, я не буду. Даже если ты хочешь погибнуть от холода, я не позволю. Пойдём. Я заберу тебя отсюда.

- Мои вещи… в машине…

- Потом заберёшь, когда метель утихнет. Сейчас бери только самое необходимое.

Видя, что девушка вся окоченела и не в состоянии ничего искать в машине. Мерт сам заглянул в салон, вытащил маленькую дамскую сумочку, нащупал в бардачке какую-то шоколадку и документы.

- Идти далеко? - спросила безропотно. В её голосе слышалась покорность обреченного. Алевтина бросила взгляд на свои лёгкие туфли. Ноги не слушаются. Окоченели.

- Придётся пройти какое-то расстояние. Не волнуйся. Я помогу тебе, - Мерт понимал её сложности, с лёгкостью подхватил девушку на руки. Да так, словно она была ничего не весящей пушинкой.

От его тепла, от запаха кожи, леса и чего-то дикого, первобытного, у Алевтины перехватило дыхание.

Этот мужик был невероятно сильным. Горячим словно печка. Нечеловечески мощным. Он словно не замечал ни высоких сугробов, ни пригорок. Не сбавлял темп. Передвигался быстро.

Непонятно, как он ориентировался на местности. Ведь в такую метель дальше носа вообще ничего не видно. А они в лесу. Практически ночью. Уже стемнело.

2.1

Девушка закрыла глаза, пытаясь остановить слёзы. Но они всё равно текли по её щекам. Мысли путались: ледяная пустота от предательства Эрнеста, ярость на саму себя, страх перед незнакомцем… и странное, зыбкое чувство безопасности, исходящее от этого молчаливого великана с янтарными, горящими глазами цвета полыхающего пламени.

Её спаситель был огромен. Широкие плечи, казалось, могли бы сдержать падающее дерево.

Поражали его движения: плавные, грациозные, невероятно эффективные. Словно у хищного зверя. Ни одного лишнего жеста.

Мерт шел и не оборачивался, не проверял, идёт ли кто за ним. Он просто шагал к цели.

Алевтина всхлипнула, снова подумав об Эрнесте. Она его полюбила. Этого проклятого мажора, а он…

Мерзавец так смеялся над ней. Его холодный, издевательский смех навсегда проник в её сердце.

В мыслях прокручивала снова и снова похабные слова его друга: «Ну что, взял на слабо? Говорил же, заучки могут быть податливы».

Алевтине хотелось умереть от стыда, вспоминая, как два урода снимали её на видео в тот момент, когда Эрнест…

- Что с тобой? - Мерт почувствовал её душевную боль. Настолько яркую, что казалось, ещё немного и девушка задохнётся собственными слезами.

- Ничего, - выдавила из себя, едва сдерживая всхлипы, чувствуя, как ткань тонкого платья промокла насквозь и прилипла к телу.

Как же она ненавидела платье, что было на ней сейчас. Шёлковое, тёмно-синее, которое она надевала с трепетом, думая, что это наряд для особенного случая. Идиотка наивная!

Алевтина и не заметила, как они вышли на небольшую поляну. Метель здесь бушевала чуть меньше, потому что поляна оказалась защищённая со всех сторон плотной стеной леса. И в центре поляны, как будто вырастая из самого сугроба, стоял дом.

Это был не изящный коттедж, а скорее крепкое, основательное строение из тёмного бруса, с высокой, крутой крышей, на которой снег лежал пушистой шапкой. Из каменной трубы вился ровный дымок, который ветер сразу же рвал в клочья.

Окна светились тусклым, золотистым светом. Это свет не от ламп, а, как показалось Але, свет от огня в камине.

Никаких признаков цивилизации: ни проводов, ни антенн. Только дом, лес, метель, она и Мерт.

Мерт подошёл к тяжелой дубовой двери, откинул щеколду и толкнул её. Никаких замков.

На пороге Алю встретил тёплый, густой воздух, пахнущий древесиной, кожей, дымом и чем-то вкусным, ароматным. Девушка заметила масляную лампу справу.

Алевтина заколебалась у порога. Что ей делать?

Шагнуть из одного мира, где она была несчастной, обманутой дурочкой, в другой - тёплый, тёмный и совершенно неизвестный?

Девушка перевела взгляд на Мерта.

Мужчина смотрел на неё, ожидая. Не торопил. Словно тонко чувствовал её и понимал, что девушке нужно собраться с мыслями и оценить возможные риски. Она перепугана. Потеряна и убита каким-то горем.

В свете, падающем изнутри, его глаза уже не казались просто золотыми. Они светились тихим, внутренним огнём, как у хищника в темноте.

Но в этих омутах не было угрозы. В них отражалось лишь терпеливое наблюдение. Он пытался её понять. Прочувствовать.

= 3 =

Девушка переступила порог, машинально стряхивая с себя снег. Тело мгновенно покрылось мурашками, оказавшись в тепле.

Аля прошла в просторное главное помещение, которое совмещало в себе прихожую, гостиную и кухню. Дом внутри оказался просторнее, чем снаружи. Посередине стоял огромный камин из дикого камня, в котором горел огонь. Мужчина сразу же докинул туда дров, чтобы разжечь его поярче.

Мебель была грубоватой, деревянной, явно ручной работы, но не лишённой своеобразной эстетики. Большой стол. Шкуры животных на полу и на стенах. Книги на полках.

Оружие: лук, несколько ножей в ножнах. Всё это висело на стене в строгом порядке. Всё было чисто, прочно и говорило о мужском, одиноком быте. А ещё поражала чистота, почти стерильная, несмотря на охотничью тематику.

- Туфли мокрые сними, - сказал Мерт, уже скидывая свои собственные сапоги, - и пальто. Оно мокрое.

Аля покорно расстегнула его жилетку, чувствуя себя не в своей тарелке. Затем своё пальто, которое она специально купила для того самого вечера, как и кружевное нижнее бельё, которого сейчас на ней просто не было. Она не успела его надеть, так спешила сбежать от позора.

Дура!

Девушка задрожала мелкой дрожью, которую теперь не могла сдержать. Шок понемногу проходил, и тело начинало требовать своё, напоминая о переохлаждении.

Под тонким платьем Алевтина почувствовала, как по коже побежали мурашки. Она стояла в гостиной чужого дома в одном промокшем платье, босая, без нижнего белья. И неизвестно, чего можно ждать от незнакомца.

- Снимай платье. Оно тоже мокрое, промёрзло насквозь. Я поставлю чай, чтобы ты лучше согрелась.

- При тебе платье снимать? Я… в чём же я тогда останусь?

Мерт, не глядя на Алевтину, взял её пальто и свой жилет. Развесил на вешалке у печки. Почувствовал от неё запах крови. Она ранена?

Придётся как-то деликатно разузнать.

Мерт спешно скрылся в соседнем помещении и вернулся с большим, сложенным полотенцем, шерстяными носками и чем-то вроде толстой тёплой рубахи из мягкой ткани.

- Ванная - там, - он кивнул на дверь в углу, - Горячая вода есть в бочке. Пойди согрейся. Я пока приготовлю поесть.

Мерт встал у массивной столешнице, принявшись греметь посудой, создавая для Али некую иллюзию приватности.

Алевтина, сгорая от стыда, побежала в ванную комнату. Быстро стянула с себя холодное, мокрое платье и натянула рубаху на обнажённое тело.

Рубашка была огромной, пахла лесом и дымом, свисала с неё почти до колен. Ей жизненно необходимо помыться и смыть с себя все следы ублюдка, которого любила, которому верила. И которого теперь всей душой ненавидела, презирала.

Поняв, что забыла полотенце, девушка вернулась в гостиную и едва ли не налетела на Мерта, который как раз приблизился к полотенцу. Видимо, чтобы подать его ей.

Взгляд Мерта приковался к обнажённым бёдрам девушки, которые виднелись из-под рубахи. На них были заметны кровавые разводы.

Мужчина мгновенно нахмурился, а Алевтина проследила за его взглядом и поняла, что так его заинтересовало.

3.1

Девушка смутилась, выхватила полотенце из рук Мерта и поспешила вернуться в ванную. Почему-то думала, что он окликнет, задержит. Но он молчал. Позволил ей уйти.

Ванная комната оказалась маленькой, но аккуратной. Здесь была небольшая деревянная лохань, напоминающая корыто. Примитивная колонка.

Механизм был прост, и Алевтина, выросшая в деревне у бабушки, быстро разобралась как с ней обращаться.

Когда горячая вода стала наполнять лохань, а пар затуманил зеркало, Аля наконец позволила себе опуститься в лохань и снова заплакать, даже не подозревая, что каждый её тихий всхлип слышит мужчина.

Но теперь это были не истеричные рыдания отчаяния, а тихие, горькие слёзы стыда и боли. Аля видела в зеркале своё отражение: распухшие глаза, бледное лицо, следы от пальцев Эрнеста на запястье, которые она пыталась скрыть длинными рукавами.

Гад смеялся после того, как украл её невинность. Обозвал наивной дурочкой и добил словами, сказав, что у него есть невеста. А на заучку он просто поспорил.

Девушка сжала зубы, заглушая новый приступ рыданий. Нет. Она не позволит себе сломаться окончательно. Она выжила в метели. Её нашёл Мерт… странный человек. Он спас её от верной смерти, даже не зная её.

Минимальная благодарность требовала взять себя в руки. Только бы он оказался адекватным, нормальным и не причинил ей зла.

Аля быстро вымылась, с наслаждением ощущая, как тепло проникает в закоченевшие кости. Девушка вытерлась, вновь надела рубашку Мерта. Она была огромной на ней. Приятно пахла.

Выйдя из ванной, Алевтина надела носки и завернулась в плед, чтобы было теплее. Бросила взгляд на Мерта. Поразительно, но мужчина был в одних брюках, его мощный торс был обнажён. И он явно не мёрз.

Мерт поставил на стол две простых глиняных кружки, жестяной чайник и тарелку с чем-то, похожим на лепёшки. Потом подошёл к буфету, достал бутылку без этикетки и налил в одну из кружек немного тёмно-янтарной жидкости.

- Выпей, - сказал он, подавая ей эту кружку, - это настойка на травах и ягодах. Согреет изнутри. А после поешь суп. У меня остался.

- Спасибо тебе, - Алевтина взяла кружку дрожащими руками. Приятный запах ударил в нос: терпкий, хвойный, с горьковатой ноткой.

Девушка сделала маленький глоток. Огонь прошёл по горлу, разливаясь теплом по груди и желудку. Она кашлянула, но почти сразу почувствовала, как ледяная скованность внутри начинает понемногу отступать.

Мерт сел в кресло по другую сторону камина, следил за пламенем. Он не задавал вопросов. Не спрашивал, что Аля делала в лесу в метель в таком виде. Знал, что девушке нужно время, чтобы собраться с мыслями.

Благодаря острому слуху, он слышал, как Аля плакала в ванной комнате. И сейчас её сердцебиение зашкаливает. Мерт чувствовал её страх.

С такой страшно заговорить, чтобы не напугать ещё сильнее. Пусть немного согреется, присмотрится к нему.

Мерт чуял на девушке кровь утраты её невинности. И семя мужчины. В ней. Судя по её состоянию - не было насилия. Иначе Аля не так бы себя вела. Но между ней и мужчиной явно случилась ссора. И серьёзная.

- Слушай, - произнёс тихо он, - ты слишком громко думаешь. Я вижу, что ты боишься меня. Это ясно. Ведь совсем не знаешь меня. Но я не причиню тебя вреда. Не трону. Не обижу. Поэтому успокойся и не смотри на меня таким безумным взглядом, словно ожидаешь нападения каждую секунду.

- Прости. Я так благодарна тебе за помощь, за заботу, за одежду. Да ты спас меня. И даже на руках принёс в хижину. Но я и правда боюсь тебя.

- Я такой страшный?

- Нет. Но ты странный.

- Чем же? - Мерт едва заметно улыбнулся. Ему удалось отвлечь её. Уже хорошо.

- Ты ходишь в такую стужу полуобнажённый и не мерзнёшь, как я погляжу. А ещё ты огромный, очень сильный, словно никогда не покидаешь тренажёрные залы.

- И эти факты делают меня опасным в твоих глазах?

- Я не… не знаю.

- Думаю, я менее опасен, чем тот козёл, который обидел тебя, Алевтина.

- Откуда ты знаешь, что…

- Мне не пять лет. Я умею думать, анализировать и складывать пазл в общую картинку. Расскажешь, что стряслось? Я умею слушать.

Алевтина встретила взгляд его янтарных глаз. И ей вдруг дико захотелось заговорить. Выплеснуть яд, разъедающий её изнутри.

- Я… я такая дура, - вырвалось у неё тихо, почти шёпотом. Аля больше не смотрела на Мерта, а уставилась в огонь.

===========
Приглашаю вмою новинку
https://litnet.com/shrt/MeVm

= 4 =

Мерт медленно перевёл на неё взгляд. Ждал. Она делала небольшие глотки настойки из чашки. Не спешила отвечать.

- Если ты не готова говорить, я не буду настаивать. Вижу, что ты очень расстроена. Слушай, у меня здесь есть ёлка. Она за углом. Сразу же за ванной комнатой. Хочешь посмотреть?

- Ёлка? Здесь?

- Да, - он усмехнулся, - сегодня ведь новогодняя ночь, Алевтина. Так что, - он небрежно провёл пальцами по небольшой бороде на подбородке, - этот новый год мы с тобой будем встречать вместе.

Девушка крепко зажмурилась, после всхлипнула.

- А я думала, что буду встречать новый год с Эрнестом.

- С тем козлом, который обидел тебя?

- Он не просто обидел. Уничтожил. Опозорил. Да я теперь не знаю, как и в глаза знакомым смотреть.

- Он силой тебя взял?

- Я и Эрнест…, - она сглотнула, - мы с ним вместе учимся. В одном универе, имею в виду. На четвёртом курсе. Он мне нравился всегда. Эрнест видный, хорош собой, мажор. За ним половина универа бегает. А я никогда не проявляла инициативу. Не в моём характере первой намекать на что-то парням. А три месяца назад Эрнест вдруг стал ухаживать за мной. Дарил цветы, приглашал в рестораны и на прогулки, да и не только это. Я сначала отказывалась. Не верила, что такой видный парень может заинтересоваться заучкой. А после мы с ним сблизились. Я думала, что он любит меня. Ведь даже о свадьбе говорил.

Алевтина снова всхлипнула. По её щекам потекли слёзы, которые она даже не пыталась остановить. Просто не могла. И Мерт это понимал. Уж слишком больно ей было.

Мерт молча её слушал. Боялася перебить. Иначе она собьётся с мысли, а он так и не узнает правду. А девушка не обманывает. Говорит правду. Он чувствует.

- Эрнест пригласил меня к себе. Мы вдвоём должны были встретить новый год. Я так готовилась. Выбрала самое красивое платье, сделала причёску. Мы встретились в его доме. Я его так сильно любила. Не смогла найти в себе силы, чтобы противостоять его мужскому напору. Я ведь до него никогда ни с кем не встречалась. Наивная дура! Решила, что встретила ту самую большую, настоящую любовь. А он…,- Алевтина смахнула пальцами слёзы с щёк, - буквально набросился на меня. Я даже возразить ничего не успела.

- Изнасиловал тебя?

- Я не могу сказать, что это было насилие. Ведь сама дала ему повод и, скажем так, распалила его. Но я не смогла бы сказать ему "Нет", потому что он заткнул мне рот ладонью и обиздвижил, - Алевтина покачала головой, - он скрутил меня, а после согнул у комода. Я не ожидала от него такой грубости. Пока пыталась прийти в себя, освободиться от его хватки и понять, что он… Он взял меня. В общем, - пролепетала, - прямо у комода. Согнул, словно шлюху и поимел. Мне было больно, а он лишь сказал, чтобы терпела. Потому что всегда больно в первый раз. А после я услышала за спиной мужские голоса.

- Что? - Мерт нахмурился, - он не один был с тобой?

- Я пыталась вырваться, - но Эрнест крепко держал меня и продолжал… делать это со мной. А за спиной я слышала голоса парней. Я их узнала. Это были его друзья. И они снимали на видео, как Эрнест развлекался со мной. Представляешь, они притаились в одной из комнат и ждали того самого момента, чтобы появиться и заснять всё это… Заранее продумали. А я повелась… И Эрнест не случайно так накинулся на меня. Опасался, что я дам задний ход. Поэтому применил силу, завуалированную под моё согласие.

Мерт сжал губы, слушая её. Вспомнил, что на девушке был запах одного мужчины. Значит, остальные её не тронули.

- Закончив издеваться, Эрнест отпустил меня. Я сразу же отскочила от комода и увидела его друзей. Их было двое. Они всё сняли на видео. И так дико смеялись. А Эрнест сказал, что поспорил на меня с ними на двести тысяч. И если бы до нового года не поимел меня, то проиграл бы спор. Сказал, что у него есть уже невеста. И это не я. А всё, что было у нас с ним - лишь игра.

============

Новинка литмоба от Киры Стрельневой

"Новый год с Альфой. Пленники непогоды"

https://litnet.com/shrt/7GBt

Предали в канун нового года? Не беда! Гораздо страшнее, когда ты, отрезанная от мира метелью, остаешься наедине с незнакомым альфой, чей взгляд заставляет кровь закипать в венах. Готова ли я ему довериться, или моё сердце снова будет разбито?

4.1

Алевтина продолжала всхлипывать и говорить, давясь слезами. Мерт понимал, что его настойка развязала ей язык. Хотелось утешить девушку. Обнять. Но… нельзя. Любое прикосновение заставит её словно очнуться от этих воспоминаний. И он не услышит больше ничего.

- Эти двое мерзавцев, снимающих кино, сказали, что они покажут видео в универе, если я им не заплачу и не обслужу каждого из них в койке. Они решили шантажировать меня. Лицо Эрнеста на видео спрячут, а меня засветят.

- Поверить не могу, что можно быть такими подонками, - тихо произнёс Мерт.

- Я едва ли соображала в тот момент. Кое-как поправила платье, схватила пальто, туфли и выскочила на улицу. Села в машину, оделась и поехала на дачу. Я не смогла вернуться домой к родителям. А дача за городом. В ста километрах.

- И ты решила срезать путь по лесной дороге, - констатировал Мерт, понимая эмоции девушки. Да как она только за рулём не убилась, в таком-то состоянии!

- Д-да.

- Ночью. В метель. В мороз. Без тёплой одежды, - произнёс, качая головой, - это был плохой план, Алевтина.

- Я не думала, что дорогу засыпет аж настолько. Да и была не в том состоянии, чтобы думать.

И вдруг, неожиданно для самой себя, Аля фыркнула. Смешок получился сдавленным, хриплым, больше похожим на новый приступ рыданий, но это был смешок. Потому что сказанное Мертом было правдой. Ужасной, до идиотизма, правдой.

- Да, - прошептала она, - ты прав. Тупой план. Впрочем, планом это назвать сложно. Мерт, как подумаю о том, что эти двое покажут видео всем, в том числе и моим родителям, так умереть хочется. Они просят заплатить им миллион. По половине ляма на тушу. Но я не верю, что после они удалят видео. Да и спать с ними я не буду. Я не знаю, что мне делать! - голос девушки сорвался. Она сжала кружку так сильно, что пальцы побелели, - я отдала подонку Эрнесту всё. А он потом просто рассмеялся. Так подставил. За что? Что я им сделала? Просто за то, что я не такая как другие? Что у меня иные понятия о жизни?

Её слова лились теперь горьким потоком. Алевтина говорила и плакала. Тихо, без рыданий. Слёзы текли сами по себе, оставляя солёные дорожки на щеках.

Мерт слушал. Не перебивая. Не осуждая. Не утешая пустыми словами.

Его лицо в свете пламени было подобно резной маске: суровое, с жёсткими чертами, но Алевтина уловила в его глазах нечто большее, чем просто нейтральность. Что-то вроде… понимания. Но не человеческого, сочувственного. А как будто Мерт видел саму суть произошедшего: слабость, предательство, боль. Чувствовал и принимал это как часть естественного порядка вещей, где есть и жертвы, и хищники.

Когда Аля замолчала, в доме снова воцарилась тишина, нарушаемая только потрескиванием поленьев.

- Он - трус. Ублюдок. Как и его товарищи, - произнёс тихо Мерт с такой простой, безоговорочной убеждённостью, словно констатировал факт, - охотиться на того, кто не может дать отпор, и хвастаться добычей, Алевтина, - это удел шакалов, а не волков, не высших хищников.

Мерт встал, подошёл к камину, подбросил полено. Его огромная тень заплясала на стенах, привлекая внимание Али. Он приблизился к кастрюле у печи и после набрал из неё какую-то жидкость в тарелку.

- Сегодня новый год, Алевтина. Давай встретим его. А после будем решать проблемы. Тебе сейчас нужно согреться, поесть и отдохнуть, - сказал он, кивнув в сторону стола. На столе уже стояла дымящаяся миска. Пахло луком, мясом, травами, - суп, - коротко пояснил Мерт - Садись. Ешь.

Алевтина кивнула. Странно, но рядом с этим мужчиной ей было комфортно. А ведь она его почти не знает. Но он и правда оказался хорошим слушателем. Не каждый бы выдержал весь её словесный поток боли и девичьих страданий.

А Мерт слушал. И он не предлагал ей утешения. Не осуждал, не упрекал. Не называл наивной дурой. Не говорил, что всё наладится. Он просто рассуждал.

И в этой простоте и ясности было какое-то странное успокоение.

В этом тёплом доме, в компании Мерта боль Алевтины казалась какой-то отдалённой. Не менее реальной, но как будто приглушалась толстыми стенами из бруса и рёвом метели снаружи. Ей и правда стало морально легче.

==========

Новинка Литмоба от Алисы Булановой и Элис Кармы. "Босс-альфа для помощницы с тайной" https://litnet.com/shrt/Vn_x

Я оборотень-омега, но притворяюсь человеком и ненавижу альф. Виной всему - болезненное прошлое. Я думала, что справилась с ним. Жила одинокую, но счастливую жизнь. Всё изменилось, когда бывший нашёл меня и захотел вернуть вместе с дочкой. Мне не у кого было искать защиты. Однако мой босс-альфа вдруг пришёл на помощь...

= 5 =

Алевтина допила настойку. После принялась за суп. Лишь сейчас поняла, как проголодалась. Ведь весь день ничего не ела.

Суп был простым, наваристым, ей казался невероятно вкусным. Первая ложка обожгла рот, но согрела изнутри.

Аля ела молча, чувствуя, как жизнь по каплям возвращается в её тело.

Мерт сидел напротив, отпивая из кружки что-то горячее. Он не пялился на девушку, но она чувствовала его внимание. Взгляд мужчины всё время был пристальным, изучающим, но не враждебным.

В этом домике было хорошо. Аля подошла к столу и взяла лепёшку. Она была грубоватой, но вкусной, невероятно сытной, с мёдом и лесными орехами.

Девушка ела, стоя у камина, и смотрела, как Мерт проверяет запоры на окнах. Невольно залюбовалась мужчиной. Он словно с глянца. Красивый. Мускулистый. Эрнест по сравнению с Мертом просто тощий глист.

Движения Мерта были такими точными. Он не делал ни одного лишнего шага. Этот здоровяк был загадкой. Суровый отшельник в лесу, который спас её, накормил, выслушал и назвал её обидчика шакалом.

Алевтина даже улыбнулась, почувствовав, что наелась досыта. Впервые за этот бесконечный, кошмарный день, в её разбитом сердце, рядом с ледяной пустотой, возникла крошечная, едва теплящаяся искра надежды на то, что всё образуется. Что даже из самого безвыходного положения можно найти выход.

Кто такой Мерт?

- Спасибо тебе, - наконец выговорила Аля, запивая ужин горьковатым чаем, - за всё. Я… я не знаю, что бы со мной было, если бы не ты.

Мерт кивнул, как будто принял благодарность как должное, но не как нечто значимое.

- Дом твой всегда так… одиноко стоит? - спросила она, - взгляд Али скользнул по шкурам животных, оружию, книгам в старых переплётах.

- Да, - коротко ответил он, - я здесь иногда живу. Охочусь. Иногда в поселок спускаюсь.

- Хочешь сказать, что ты отшельник? - тихо поинтересовалась. Но что-то в его спокойной, уверенной в себе силе не давало Але причислить его к полным чудакам или беглецам от мира. Он выглядел не как человек, сбежавший от чего-то, а как тот, кто нашел своё место и твёрдо его занял.

- Нет. Я не отшельник. В городе у меня есть большой дом. Но там так шумно. Всегда много народа.

- У тебя большая семья? Дети? Жена?

- Я не женат, - выдохнул, но семья… Да. Большая, - Мерт не собирался сейчас рассказывать девушке о стайных законах. Да и не поняла бы она его.

- Здесь хорошо. Тепло. Уютно. Я даже не подозревала, что в лесных домиках может быть вот так.

- Сегодня встречаем новый год, Алевтина, - перевёл тему, - я планировал встретить его один. Но мать Луна решила преподнести мне подарок. В виде тебя, - он улыбнулся, - идём. К ёлке.

Мерт протянул ей руку, Аля её приняла без колебаний.

Взгляд девушки упал за угол ванной комнаты. Там у стены, стояла ёлка. Небольшая, пушистая ель, украшенная самыми простыми игрушками: деревянными фигурками зверей, шишками, покрашенными в серебро, гирляндами из сушёных ягод и лентами из грубого льна. На верхушке - не звезда, а резная деревянная луна.

Аля невольно застыла, уставившись на это произведение искусства. Новогодняя ёлка. Здесь, в этой лесной глуши, у этого сурового человека.

- Нравится? - спросил.

- Да. Очень. Никак не думала, что здесь увижу ёлку. Настоящий праздник.

- Конечно, - сказал он, - традиция. Лес даёт всё. И праздник тоже. Думал, в этом году подарка под ней не будет, - его низкий голос прозвучал с непривычной интонацией. Почти задумчиво, - а оказалось, будет. Только нашёл я его не под ёлкой, а в сугробе. На дороге.

Мерт посмотрел в лицо Але. Золотые глаза мужчины в свете камина и тусклой лампы, висевшей над столом, казались тёплыми, как мёд.

- Не самый плохой подарок, - добавил он, - хотя и сильно промокший.

============

Новинка Литмоба от А. Пырченковой и Салиевой А. "Новый год с оборотнем" https://litnet.com/shrt/q_VY

Приехала в Норвегию отпраздновать Новый год и Рождество, а попала в плен к самому настоящему оборотню. А может я просто сильно ударилась головой при падении с лыж? Но этот наглый красавчик слишком уж реалистично пристаёт.

6

Алевтина почувствовала, как по её щекам разливается жар. Она была подарком? Нет, это была шутка. Странная, неуклюжая, но шутка. И в его словах не было намёка на флирт или двусмысленность. Была лишь констатация факта.

- Уже не промокший и не голодный. Благодаря тебе, - произнесла, - хоть и не очень празднично выгляжу, - пробормотала она, опуская взгляд на огромные рукава рубахи.

- Выглядишь живой, - поправил он просто, - этого достаточно для праздника. Чай ещё?

Мерт налил ей, не дожидаясь ответа. Девушка скромничает. Поэтому нужно поухаживать за гостьей, проявляя во всём инициативу.

Алевтина не отказалась от чая. Чай здесь особенный. Вкусный, сладкий, с привкусом трав и лесных ягод.

Тепло, свет, сытость и присутствие этого молчаливого гиганта создавали странный, защитный кокон, в котором душевная боль девушки притупилась.

После еды Мерт убрал со стола, и Аля попыталась помочь ему, но он лишь покачал головой.

- Отдыхай, Алевтина. Ты мой гость. Я позабочусь о твоём комфорте, - он снова бросил на неё взгляд, стараясь не замечать обнажённых женских голеней.

У него уже давно не было женщины. Зверь внутри рычал, требуя взять самку и удовлетворить самые примитивные желания. Но человек резко его осекал.

Алевтина красивая девушка. Даже странно, что тот придурок Эрнест не решился завести с ней серьёзных отношений. Впрочем, ответ на этот вопрос прост. Эрнест сам не серьёзен. И не сможет быть рядом с Алей. Не потянет он такую девушку. А вот свою невесту… какую-нибудь легкодоступную шалаву… Да. Это его уровень.

Мерт предложил девушке присесть на деревянную лавку, а сам отправился куда-то за угол. Принёс из кладовки ещё дров, подбросил в камин, проверил, не дует ли из щелей в окнах.

Аля села не на скамью, а в кресло у огня, укутавшись в полотенце поверх его рубахи, и наблюдала за Мертом. Она чувствовала себя незваной гостьей в его доме, но, странным образом, не лишней.

Мерт не суетился вокруг неё, не пытался развлекать. Он просто ловко и ненавязчиво заботился, предугадывая все её потребности. Словно чувствовал её мысли. Как такое возможно?

Когда все вечерние дела были закончены, Мерт снова сел напротив девушки и уставился на огонь.

- Не думай о нём. О том мерзавце, - сказал Мерт, не меняя позы. Голос мужчины был тихим, но весомым, - он того не стоит.

Аля вздрогнула. Как он узнал, что она подумала об Эрнесте?

Словно мысли читать умеет. Поразительно.

- Легко сказать, - выдохнула она, - не могу не думать. Он сломал мне жизнь.

- Глупости какие. Ты так молода. Вся жизнь у тебя ещё впереди. А сломал он твоё представление о нём, - поправил Мерт, - и это хорошо. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Правда делает сильнее, отрезвляет. Ложь лишь отупляет.

Мерт пристально посмотрел в глаза Алевтине.

- Ублюдка… Ублюдков, - поправился, - нужно наказать. Такое нельзя прощать и оставлять безнаказанным, - его слова прозвучали твёрдо. Уверенно.

Мерт изучал её лицо, словно ища ответ на заданный вопрос.

- У тебя есть кто-то? Мужчины, которые могут за тебя постоять? Отец? Братья?

Аля сжалась. Мысль об строгом, старомодном отце, обожающем её, вызвала новую волну стыда.

- Отец есть, - тихо сказала она, - но я ему никогда… ни за что не расскажу. Он бы не понял. Он бы…, - Аля замолчала, представляя, как горит от ярости и унижения лицо отца, - нет. Исключено. Я не признаюсь папе в таком. Да и что он сделает? Папа - простой человек. А Эрнест… Да его родители слишком влиятельны, чтобы моя семья могла с ними тягаться. Я не подставлю так родных.

Мерт молча кивнул, как будто её ответ лишь подтвердил его предположения.

- Вот видишь, - сказал он, - Эрнест выбрал беззащитную жертву. Ту, которая не сможет ответить ему. А это самый простой и грязный способ самоутверждения у подонков.

6.1

Алевтина кивнула, но на губах девушки застыла горькая улыбка.

- Я знаю. Если бы мои родители были ровня его родным, Эрнест бы побоялся прикасаться ко мне. А так…, - развела руками, - знает, что останется безнаказанным. Я ничего не смогу противопоставить такому мерзавцу. Знаешь, Мерт, - Алевтина бросила взгляд в глаза мужчины, - я даже не знаю, почему с тобой так разоткровенничалась.

- И почему же? - спросил тихо он.

Аля задумалась. Действительно, почему? Она всегда была очень замкнутой. Привыкла держать всё в себе «заучка». А тут выложила самую горькую, унизительную правду о себе первому встречному.

- Не знаю, - честно призналась она, - наверное, потому что я тебя не знаю. Мне кажется, что ты не будешь об этом всем рассказывать. Да и была я на эмоциях. Вы… ты не осудил меня. Я высказалась, поделилась болью и мне стало легче. Здесь… в этом домике в лесу… я словно в другом измерении. Ты и сам как будто из другого мира. И то, что для меня является катастрофа всей жизни, здесь…, – она запнулась, подбирая верное слово, - становится не таким значимым, что ли. Мне хорошо в этом доме, Мерт. С тобой. Это тепло и твоё участие - всё это дарит иллюзию, что завтра я проснусь и не будет никаких проблем. Но чувство это ведь обманчиво.

Мерт долго смотрел на неё, и в его глазах что-то менялось. Становясь глубже, серьёзнее.

- Твоя боль настоящая, Алевтина, - сказал он наконец, - её нельзя обесценить. Но можно пережить. И можно стать после неё не слабее, а сильнее. Если выбрать правильную тактику поведения. Правильное место в жизни.

- Сейчас я не могу об этом думать, - произнесла.

Девушка прикрыла глаза. Не думать о произошедшем сложно. Особенно тогда, когда боль между ног усиленно напоминала о том, что с ней сделал подонок.

Мерт встал, его массивная тень снова заколыхалась на стене.

- Поздно уже. Новый год мы встретили. А теперь иди спать. Завтра утром метель, возможно, кончится, - он указал в сторону небольшой ещё одной комнаты, - иди. Кровать с постельным бельём зелёного цвета. Это для тебя. Там постелено.

Аля поднялась, прошла мимо мужчины. У порога комнаты обернулась.

- Мерт?

- Да?

- А в комнате две кровати?

- Две. И? Тебя смущает, что я буду спать в одной комнате с тобой? - усмехнулся, - прости, миленькая, но это не дворец. Комнат здесь не так и много. А кровати две. Я займу свою. А ты - кровать для гостей. Не переживай, я не трону тебя.

Алевтина моргнула, после кивнула, успокаиваясь. Ей важно было услышать от него эти слова ещё раз.

- Мерт, спасибо. Не только за кров и еду. Но и за… за то, что выслушал. Ты спас меня.

Он снова кивнул, коротко, и повернулся к камину, демонстрируя, что разговор окончен.

- Спи, Аля. С Новым годом.

Алевтина прошла в указанном направлении. Осталась одна в комнате с единственным окном, занесённым снегом.

Кровать была узкой, но с толстым тюфяком и грубым, чистым шерстяным одеялом. На стуле лежала сложенная тёплая фланелевая рубашка - ещё одна, поменьше, видимо, для неё.

Аля переоделась, забралась под одеяло и погасила керосиновую лампу на тумбочке. В темноте было тихо, только слышался скрип деревьев и завывание ветра. В комнате так приятно пахло: хвоей, лесом, какой-то дикостью.

Девушка лежала и смотрела в потолок. Старалась не думать о том, что произошло с ней днём. Но теперь, когда осталась одна, снова не смогла справиться с эмоциями. Повернулась лицом к подушке и зарыдала.

В сердце не просто рана, там - дыра. Алевтина поймала себя на мысли, что ей не хочется, чтобы наступало утро. Потому что утро означало возвращение в реальный мир. А здесь, в этой лесной избушке с ёлкой за углом, с её спасителем-отшельником, было хоть и странно, но… безопасно. Почти как дома.

Действуют скидки на многие мои книги

https://litnet.com/shrt/Vw6q

7

Метель бушевала всю ночь. Аля спала беспокойно. Часто просыпалась, разбуженная порывами ветра, бьющими в ставни, и каждый раз, очнувшись в незнакомой темноте, сперва цепенела от страха, но потом вспоминала, где она и с кем. Уснуть смогла лишь ближе к утру.

Утром ветер стих. Лязг засова на входной двери заставил её вздрогнуть. Девушка укуталась в одно из одеял и выглянула из комнаты. Главное помещение было залито холодным, слепящим светом, отражающимся от снежного покрова за окнами.

Мерта не было. На плите грелся чайник, на столе лежал ломоть хлеба, сыр, кусок жареного мяса.

Аля медленно подошла к окну. Мир вокруг словно преобразился. Всё было укрыто толстым слоем белого снежного одеяла. Сосны гнулись под тяжёлыми шапками снега. Вокруг было так тихо.

От крыльца в лес уходила чёткая цепочка крупных отпечатков. Не от сапог. Это волчьи следы. И они были очень большими. Неестественно огромными.

Алевтина усмехнулась. Бред какой-то. Таких крупных волков не бывает. Может быть, в этом лесу оборотни водятся?

В её мире книг и университетских библиотек, оборотни были персонажами романов. Но здесь, в этом древнем, заснеженном лесу, это предположение казалось не просто возможным, а естественным. Частью порядка вещей.

Аля понимала, что думает о глупостях. Но ей не было страшно. Испуг был вчера, когда весь её мир рухнул. Сейчас девушка чувствовала лишь осторожное любопытство.

Куда же подевался Мерт? Ушёл в лес. Только бы с ним ничего не случилось.

Он спас её. Накормил. Дал кров. Не причинил вреда. Мерт обязательно поможет ей вернуться домой. Сама ведь она не доберётся.

Услышав шум на улице, Аля отскочила от окна, встав в центре комнаты. Дверь открылась, впустив в помещение клубящийся морозный воздух и Мерта. На мужчине была та же рабочая одежда, что и вчера. А на плече красовалась туша свежезабитого зайца.

Мерт видел Алевтину у окна. Он остановился, чтобы понаблюдать за ней. Его острый острый взгляд мгновенно принялся оценивать эмоциональное состояние гостьи.

- Ты не спишь. Как себя чувствуешь?

- Лучше. Спасибо. Я… увидела следы, - она кивнула в окно, - странные. Вроде бы волчьи, но… нет.

Мерт замер. В его позе появилась легкая напряжённость.

- И?

- Они не похожи на следы обычного зверя. Здесь всё такое странное. И ты странный. Не похож на обычного человека, Мерт. В метель ходишь с обнажённым торсом и не мёрзнешь.

Он медленно опустил добычу на пол у двери, выпрямился.

- И что это значит для тебя?

- Пока что ничего. Ты тот, кто спас меня. извини меня за мнительность.

Мерт смотрел на Алевтину долгим, пристальным взглядом, словно пытался прочитать её мысли. Потом кивнул, как бы принимая её ответ.

- Я уберу это на кухню, - показал на тушу зайца, - чай заварен. Завтракай.

Алевтина кивнула, отмечая очередную странность в поведении мужчины. Он не стал ничего отрицать или подтверждать. Не начал спорить или что-то доказывать. Её слова вообще не удивили его. В этом доме и в этом лесу явно творится нечто странное. И Аля понятия не имеет, что именно.

=============

Новинка литмоба от Светланы Ворон "Альфа с прицепом" https://litnet.com/shrt/QQ7d

Она вытащила из меня пулю, и теперь я должен её убить, потому что она видела меня в шкуре волка. Но как это сделать, если мой собственный сын встал на её защиту?! Глупая человечка не станет твоей новой мамой, пацан! А мне – женой. Я должен от неё избавиться, пока она не разболтала о нас всему миру. Ведь тогда у меня отнимут сына навсегда.

8

За завтраком Мерт и Аля не говорили много. Аля спрашивала его про лес, про зверей. Мерт отвечал скупо, но точно. Он знал каждую тропу, каждую семью животных, погодные приметы. Его знания были явно не из книг, а из жизненного опыта.

- А каковы твои правила, Мерт? - спросила она.

- Защищать то, что моё. Уважать жизнь, которую забираю для пропитания. Не лгать своим. И никогда не причинять боли тем, кто доверился тебе.

В его словах была простая, железная правда. После сладкой лжи Эрнеста эта суровая честность была как глоток ключевой воды.

Мерт быстро поел, после разделал зайца. Видно, что он привык разделывать дичь. Его движения были настолько чёткими и экономичными, что казались отточенными до автоматизма.

- Мерт… Моя машина, - решилась спросить Алевтина, - я могу… мы можем до неё дойти? Там остались вещи в багажнике. И запасной телефон. И… наверное, надо посмотреть, можно ли её вытащить.

Мужчина поднял на Алю хищный взгляд, от которого по её телу пошли мурашки. Умеет же он вот так смотреть… бр-рр.

- Снега намело больше метра. Дорогу замело полностью. Дойти можно. Но машину сейчас не вытащить. Пока снег не осядет или пока не придет снегоход из посёлка.

Аля кивнула, её сердце упало. Застрять здесь ещё на неопределённый срок… ужасно.

Но с другой стороны, куда ей торопиться?

В университет, где все её знают как ту самую «заучку Алю», над которой теперь смеются?

Или домой, к отцу, которому придётся лгать или признаваться в своём унижении?

И что сделают мерзавцы, которые сняли на свои телефоны пошлое кино с её участием?

- Мне хотя бы вещи забрать, Мерт, - тихо настаивала Аля, - и запасной телефон проверить.

Мерт откинулся на спинку стула, скрестив мощные руки на груди.

- Одежду я тебе дам. Что ещё нужно?

- В машине находятся мои документы. Сумка с книгами и конспектами. И… просто мои вещи. В багажнике. Чемодан с запасными вещами, - Аля чувствовала себя неловко, настаивая на этом. Но ей были необходимы личные вещи. Там ведь зубная щётка и запасное нижнее бельё. Ехала к мерзавцу Эрнесту ведь не на один день.

Мерт помолчал, его взгляд скользнул по её лицу, читая не только слова, но и потребность, стоящую за ними. Для девушки это важно. Он уже понял.

- Хорошо, - согласился он, - сейчас схожу. И принесу тебе абсолютно всё, что есть в машине.

- Я с тобой пойду, Мерт, - быстро сказала Аля, вставая.

- Дорога трудная. Снег по пояс. Ты не выдержишь.

- Я не хочу сидеть здесь одна, - призналась Алевтина. В её голосе прозвучала мольба. Этот дом не закрывался на замок. Какая-то жалкая щеколда внутри, которую даже она способна выбить. Так страшно быть тут одной. Мало ли, вдруг кто-то придёт. Тот зверь, следы которого она увидела на снегу утром.

Мерт снова изучающе посмотрел на неё. Вчера она была сломленной, плачущей девчонкой. Сегодня в её глазах, помимо боли, появилась упрямая решимость. Ещё хрупкая, но настоящая. Мерт решил не ломать её запал. Он ведь будет рядом с ней. Поэтому девушка справится. И её никто не посмеет обидеть.

А в доме и правда её лучше не оставлять. Ещё его бета явится и до чёртиков перепугает девчонку. Хватит с неё потрясений.

- Одевайся тепло, Аля. То, что я дал, и сверху мой тулуп. На ноги - вот это надень, - он указал на грубые, меховые унты, стоявшие у печки. Они выглядели старыми, но добротными.

=============

Новинка литмоба от Киры Кан "Новогоднее полнолуние" https://litnet.com/shrt/n94p

Она сбежала от власти отца. Он скрывается от закона стаи. Их встреча в заснеженном лесу становится взрывом страсти и безумия. Но может ли одна новогодняя ночь, пусть и полная всего нового, изменить две жизни, загнанные в угол?

9

Пока Аля переодевалась в предоставленные ей Метом штаны и свитер из плотной шерсти, мужчина сосредоточенно собирался. Он надел свой тулуп, взял длинный, крепкий посох с заостренным концом, лопату и перекинул через плечо свёрнутую верёвку.

Одежда висела на Алевтине мешком. Но была такой тёплой и приятной. Девушка не заставила себя долго ждать.

- Я готова, Мерт. Можем идти, - заявила с нетерпением.

- Отлично, - он бросил на неё оценивающий взгляд, - хорошо смотришься в моих вещах, - усмехнулся.

- Да. Я так точно не замёрзну.

- Точно, Аля. Я тебе не позволю, - серьёзно произнёс.

- Мне бы как-то сообщить родителям, что я жива. Иначе меня полиция будет искать.

- Сообщишь. Но не теперь. Связи здесь нет. А дороги в город заблокированы.

Алевтина не стала спорить. Сейчас ей очень хотелось попасть к машине.

Когда они вышли на крыльцо, Алю буквально ослепило. Мир не просто белый. Он ослепительно-хрустальный, великолепный. Воздух морозный, колкий. Тишина вокруг стояла такая глубокая, что звенело в ушах.

Взгляд девушки снова приковался к следам на снегу. Те самые огромные волчьи отметины, которые она видела из окна. Они вели от крыльца вглубь леса.

Девушка присела на корточки, прикладывая руку к следу. Он был размером, превышающим её ладонь.

Аля задержала на них потрясённый взгляд, потом посмотрела на Мерта. Мужчина стоял, вглядываясь в лес. Словно делал вид, что не замечает, как она поражена своей находкой.

- Мерт, какому зверю принадлежат эти огромные следы? - тихо спросила, - ты ведь точно знаешь.

- Волкам, - коротко ответил.

- Н-но, разве волки бывают такими огромными?

- Если волк является оборотнем, то вполне…, - пожал плечами, - бывает.

- Что? Что ты несёшь? - его слова встревожили Алевтину. Он так просто об этом сказал, - оборотней не бывает.

- Как скажешь. Не бери в голову. Мало ли, какие достопримечательности хранит в себе этот лес. Иди за мной. Не будем терять время. Наступай в мои следы, - сказал Мерт и, не дожидаясь ответа, шагнул с крыльца.

Путь к машине не был лёгким. Даже ступая в его глубокие отпечатки, Аля проваливалась по колено. Дышалось тяжело, морозный воздух обжигал лёгкие. Но девушка упорно шла, сосредоточившись на широкой спине впереди, на ритме мужских шагов.

Мерт двигался не спеша, но невероятно уверенно, легко, как будто знал под снегом каждую кочку, каждый корень. Он держался очень уверенно.

Аля понимала, что если бы она не увязалась за Мертом, он двигался бы гораздо быстрее. Но вынужден ждать её.

Примерно через полчаса они вышли к дороге. Вернее, к тому, что от неё осталось: едва угадывающемуся белому полотну между стенами заснеженных деревьев.

И посреди всего этого снежного плена, как застрявший в липкой жиже жук, виднелась её машина. Она была почти полностью занесена. По самую крышу. Над авто возвышалась огромная снежная дюна.

Подойдя ближе, Аля с грустью увидела, что ситуация хуже, чем она думала. Машина буквально похоронена под снегом. Вытащить её без серьёзной техники невозможно.

- Какой ужас, - произнесла она, осматриваясь, - мы не сможем достать мои вещи, да?

- Нет проблем, Аля. Я достану, - уверенность в его голосе добавила Але оптимизма.

Девушка отошла в сторону, чтобы не мешать Мерту откапывать авто.

============

Приглашаю в новину литмоба от Тори Озолс "Это совсем не сказка, Серый Волк" https://litnet.com/shrt/CsbO

Детей часто пугают: не ходите в лес, там живут волки. Но я сама заявилась в логово зверя в поисках мести за сестру. Я уверена, она погибла по вине оборотней. Теперь моя цель — не бабушкин домик, а закрытая территория стаи и тот, кто виновен понесет наказание. В этот раз Красная Шапочка сама пришла к волку. И обещаю, это будет совсем не сказка, Серый Волк.

10

Мерт без лишних слов начал разгребать снег у водительской двери специальной лопатой. Алевтина изумлялась, как быстро он работал. Будто машина, которой нет необходимости переводить дыхание или отдыхать.

Когда дверь со скрипом открылась, Аля полезла внутрь. В салоне было холодно, как в морозильнике. Она достала свою сумку, маленькую косметичку, нащупала под сиденьем запасной телефон.

Надежда теплилась, когда она нажала кнопку питания. Экран вспыхнул, показав половину заряда батареи и… полное отсутствие сети. Даже экстренные вызовы не проходили.

Через заднее сиденье Аля смогла достать из багажника сумку с вещами.

Мерт собрал все эти её вещи в кучу. Быстро скрутил их верёвкой.

- Нет сети, Мерт, - выдохнула Аля, выбираясь наружу.

- Я в курсе. Говорил же тебе, - в этих местах связь не ловит. Только на вышке у посёлка, в десяти километрах отсюда.

Десять километров по такому снегу. В этих унтах, без специального снаряжения… это был путь на грани возможного. Аля прислонилась к холодному боку машины, глядя на бескрайнюю, сияющую белую пустоту и деревья вокруг.

Её будут искать. Отец и мать, наверное, уже бьются в панике. Но как они найдут её здесь, в глухой лесной чаще, куда она заехала наугад, сама не зная зачем?

Чувство изоляции, полного отрезания от цивилизованного мира, накатило на Алю с новой силой. Хотелось плакать. Но рядом стоял Мерт.

Алевтина его почти не знала, но при этом видела в нём настоящего мужчину. Добытчика. Защитника. С таким ничего не страшно. Он и обогреет, и накормит, и спать уложит.

Только вот… неудобно перед ним. Неловко. Мужчина столько всего для неё сделал.

- Что же теперь делать? - спросила Аля, не в силах скрыть растерянность.

- Теперь нужно возвращаться обратно в лесной дом, - сказал он просто, - будем греться. Машина никуда не денется. Когда будет возможность, я отведу тебя к вышке связи. Или в посёлок.

Он взял её сумки, перекинул через своё плечо. Мерт чувствовал потерянность Али, её настороженность. Девушке стало страшно. Но боялась она не его, а того, что может окружать её в этом лесу.

- Мерт, а почему у тебя дом не закрывается на замок?

- Достаточно щеколды.

- А если в дом кто-то войдёт пока нас нет, а?

- Ты боишься?

- Мало ли, кто там придёт. Вдруг нам причинят вред?

- Я смогу защитить тебя ото всех. Не волнуйся.

- Даже от той зверины? Вдруг тот гигантский волк…

- Не думай о нём, Алевтина. Всё будет хорошо, - Мерт едва сдержался, чтобы не сказать девушке, что она сейчас разговаривает с одним из таких зверей. Даже страшно представить, как сильно она испугается, если он покажет ей свою вторую суть.

- Хорошо. Прости меня за мои страхи. Просто я никогда прежде не попадала в такие сложные ситуации.

- Охотно верю. Но знаешь что, - он нежно дотронулся до её руки, - любые испытания закаляют и делает только сильнее. Как ты? Готова идти обратно? Сильно устала?

- Устала. Немного замёрзла. Но я готова. Пошли.

- Тогда ступай за мной.

Обратный путь показался короче. Может быть, потому что Аля уже привыкла к следам Мерта. А, может, потому что в голове начало выстраиваться какое-то подобие плана. Выжить. Переждать. Потом решать проблемы по мере их поступления.

Вернувшись в дом, Мерт сразу же занялся печкой, чтобы прогнать холод, принесённый снаружи. Нужно её растопить и поддерживать тепло.

Аля, сбросив верхнюю одежду и унты, села к столу и вытащила телефон. Она ещё раз попыталась сделать вызов. Ничего. Девушка открыла мессенджеры. Последние сообщения были вчерашними. Оба её телефона здесь превратились в мусор.

Аля отложила телефон в сторону, как бесполезный кусок пластика, и уставилась в стол. Её пальцы невольно сжались в кулаки.

Мерт, закончив с печкой, подошёл к Але и сел напротив. Он видел её печальное лицо, понимал тревоги и бросил взгляд на отложенный телефон.

- Нужно просто переждать, - сказал он, - завтра, если погода будет получше, мы попробуем выйти к границе леса. Оттуда, возможно, сигнал поймаешь. Или я могу сходить в город один.

- Что? Как это? Ты можешь добраться в город? Далеко же.

- В посёлке, который в десятке километрах отсюда, у меня тоже есть дом. Там и машина имеется. Я могу добраться до посёлка пешком и после съезжу в город на авто. Сообщу твои родным, что ты жива и здорова.

- Как здорово, Мерт. Так давай отправимся в этот посёлок. Вместе. И ты отвезёшь меня в город, - оживилась Аля.

- Десять километров, Алевтина, по непроходимой дороге. Ты не дойдёшь. Снег очень глубокий, - Мерт поймал себя на мысли, что мог бы придумать, как именно доставить девушку в посёлок. Да он бы и на руках её легко донёс.

Но… почему-то не хотелось так быстро с ней расставаться. Было в девушке нечто такое, что привлекало его. Алевтина красивая, нежная, наивная, добрая, простая и открытая. Он уже и забыл, что такие женщины бывают.

11

День тянулся долго и был наполнен непривычным для Али покоем. После сытного обеда, Аля немного поспала. Мясо зайца, которое Мерт приготовил в печи с лесными кореньями и ягодами, показалось Алевтина божественно вкусным и нежным.

А ближе к вечеру Мерт показал ей свои книги. Не только том с легендами, но и другие. Трактаты по старой ботанике, карты звёздного неба, потрёпанные сборники стихов.

Он с интересом рассказывал о той или иной книге, а Аля ловила каждое его слово, наблюдая за сильными руками, которые перелистывали страницы с неожиданной нежностью.

Мерт же в это время ловил себя на мысли, что не желает прерывать этот тесный контакт с девчонкой. Зверь внутри него яростно бушевал.

Каждое движение Али, неосознанный наклон её головы или невольный вздох - всё это тяжёлым молотом било Мерта по его самоконтролю.

Алевтина сидела в кресле Мерта, укутавшись в шерстяной плед, и свет от камина играл в её светлых волосах, превращая их в жидкое золото. Они были распущены, мягкой волной спадали на плечи и спину.

От этой красоты у Мерта перехватывало дыхание. Он стоял у полки, делая вид, что ищет следующую книгу, а на самом деле втягивал в себя её запах.

Богиня Луна! Этот запах! Невероятный!

Под тонкими нотками соснового мыла, которое Алевтина использовала утром, сквозь запах шерсти пледа и дыма печки пробивался и её собственный, уникальный аромат. Этот запах сводил Мерта с ума. Он будил в нём древние, звериные чувства: инстинкт охотника, нашедшего самую редкую, самую желанную добычу. И инстинкт самца, почуявшего идеальную, созвучную ему пару.

Аромат девушки работал неким спусковым крючком, превращаясь в настойчивый зов, отзывающийся в каждой клетке его двуликого существа.

Мерт чувствовал, как шерсть под кожей встаёт дыбом, как когти жаждут выпуститься наружу, чтобы притянуть Алю к себе, пометить, сделать своей.

Особенно невыносимо смотреть на её губы. Пухлые, розовые. Они казались невероятно мягкими, когда Алевтина задумчиво покусывала нижнюю губу, читая, или когда улыбалась в ответ на его редкие реплики.

Мерт чувствовал, как по его жилам разливается огонь. Ему хотелось закрыть её рот своим. Запечатать нежным поцелуем, а после жарко овладеть ею.

Ему до одури хотелось узнать вкус её губ. Зверь рычал внутри, требуя права коснуться, обонять, вкусить.

Но альфа сжимал челюсти до боли. Его пальцы, державшие книгу, белели от напряжения. Мерт отворачивался к окну, делая вид, что следит за погодой, а на самом деле давал возможность угаснуть звериному блеску, вспыхивающему в его глазах.

Алевтина была красивой и хрупкой. Слишком раненой. Доверие, которое она ему оказала, рассказав о своей боли, стало неким хрустальным мостом над пропастью. Один неверный шаг с его стороны - и мост рухнет.

.

Алевтина чувствовала на себе его взгляд. Ощущала его кожей, словно физическое прикосновение. Сначала это заставляло её внутренне съёживаться, вспоминая оценивающие взгляды Эрнеста и его друзей.

Но взгляд Мерта был иным. В нём не было насмешки, похабности или желания унизить. В нём светилось голодное восхищение. Почти благоговейное. И дикая, едва сдерживаемая сила, которая скорее пугала, но и манила. Как огонь, которым можно обжечься, но который способен и согреть.

Алевтина делала вид, что увлечена чтением, а сама ловила краем глаза, как напряжены мужские плечи. Как Мерт иногда замирает, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. Она видела, как его глаза, обычно спокойно-золотые, в определённые моменты темнели, становясь почти янтарными, и в них едва ли не вспыхивало пламя.

Але было любопытно и страшно одновременно. Она чувствовала себя желанной. По-настоящему. Не как объект для пари, а как женщина. Это пугало. Тем более, что она успела заметить, как вздулась ширинка его брюк. Аля была наивной, но не до такой же степени, чтобы не понять, что мужчина возбуждён.

==========

Приглашаю в новинку литмоба от А. Неяровой "Моя Чужая. Осколки чувств" https://litnet.com/shrt/JDG7

– Я действительно умерла в тот день. В автокатастрофе, – роняет глухо. Пронзает холодным, презрительным взглядом, будто лезвием вспарывает. – Когда ты отказался от нас…
***
Она ненавидит меня, считает предателем. Я думал, что истинная погибла… Ну нет, девочка, будешь моей. Больше не отпущу, исправлю свою ошибку.

12

Мерт подошёл к входной двери. Эмоции девушки читал как раскрытую книгу. И ему известно, что она заметила, как сильно привлекает его, как он желает её. Надеялся, что она не испугается и всё же доверяет ему.

- Хватит на сегодня чтения, - сказал Мерт. Его голос прозвучал немного хриплее обычного, - глаза устанут.

Мерт подошёл к буфету, достал ту же бутылку с настойкой, что и вчера, и два небольших деревянных кубка.

- Сейчас волшебное время, девочка, - тихо произнёс он, наливая ароматную жидкость в кубки, - первые дни января. Грани между мирами истончаются. Старое уходит, новое ещё не вполне родилось.

Мерт протянул ей кубок. Их пальцы едва соприкоснулись, и Аля почувствовала, как от его прикосновения по её руке пробежала электрическая искра.

Он тоже это почувствовал. Мужские пальцы на мгновение задержались. В его глазах промелькнула вспышка чего-то дикого, прежде чем Мерт отвёл руку.

- За что мы можем выпить, Мерт? - тихо спросила Аля, поднимая кубок.

- За то, что ты здесь. Живая. В моём доме в это время. А вообще, разве нам с тобой нужна причина? Мне не нужен повод, когда рядом красивая женщина.

Алевтина слегка покраснела от его комплимента. Едва заметно улыбнулась.
Мерт сделал глоток. Аля последовала его примеру. Настойка слегка обожгла, а потом разлилась тёплой волной, расслабляя мышцы, притупляя тревогу.

- Я не чувствую себя одинокой, - призналась она, - Здесь. С тобой. Это странно, да?

- Ничего странного, - ответил Мерт. Его взгляд снова вернулся к Але, и в нём уже не было прежней яростной борьбы с самим собой, - знаешь, в эти дни может исполниться самое сокровенное желание, если оно идёт от самого сердца, а не от мелкой жадности или злобы. И… можно встретить того, кого ждал всю жизнь, даже не зная, что ждёшь.

Голос Мерта был низким, гипнотическим. Аля слушала, словно заворожённая.

- А ты веришь в это? - шепотом спросила Алевтина.

Мерт посмотрел на неё. В его взгляде было что-то такое, от чего у Али перехватило дыхание.

- А ты, Алевтина? Готова ли ты поверить… в чудеса?

Девушка заметно растерялась. Не знала, что и ответить. Её рациональный ум сопротивлялся антинаучным фактам. Но её раненое, но не сломленное сердце отзывалось на его слова тихим, согласным стуком.

Разве сам Мерт не был чудом? Этот странный, сильный, необъяснимо притягательный мужчина, нашедший её в метели?

- Я, наверное, уже верю, - прошептала она, неотрывно смотря в его глаза.

Уголки его губ дрогнули улыбкой.

- Вот за это и выпьем, - Мерт опустошил свой кубок.
Аля тоже допила всё до капли. Тепло разлилось по её жилам, делая тело послушным, а голову слишком лёгкой. Она чувствовала себя в полной безопасности. Защищённой. И желанной. Это сочетание было опьяняющим.

Мерт встал, взял её пустой кубок. Его пальцы снова коснулись её руки, и на этот раз Мерт не отдёрнул их сразу. Его большой, шершавый палец провёл по её костяшкам быстро, почти невесомо.

- Пора спать, - сказал Мерт бархатным, обволакивающим голосом.

Алевтина согласно кивнула. Прошла к своей кровати, чувствуя, как её ноги слегка ватны от напитка и усталости.

- Спокойной ночи, Мерт, - сказала она, замечая, что мужчина намеревается выйти из комнаты, - куда ты? - обеспокоилась. Ночью в хижине ей совсем не хотелось остаться одной.

- Буду спать в основной гостиной.

- Но там же нет кровати? - Аля покосилась на пустующую вторую кровать, на которой Мерт спал прошлой ночью.

- Я в курсе. Не волнуйся.

- Но здесь же есть…

Мерт хмыкнул, качнул головой. Нет. Спать сегодня в одной комнате с ней он не будет. Нужно успокоить зверя внутри себя, который требует Алевтину себе.

Впервые Мерт испугался, что его звериная суть победит человеческий разум. Лучше не провоцировать себя.

- Я буду охранять вход в дом, чтобы никто не вошёл, - придумал какую-то глупость, после закрыл двери с обратной стороны.

13

Ночь стала для Мерта настоящей пыткой. Он, привыкший к суровой дисциплине и железному контролю, чувствовал, как почва уходит из-под ног. Вернее, из-под когтей. Зверь внутри, обычно покорный голосу Альфы, восстал.

Едва затихли шаги Алевтины в комнате, как его мир сузился до одного: её запаха.

Сладкий девичий аромат висел в воздухе, проникая в каждую клетку его естества.

Запах её кожи, её волос, едва уловимый аромат женского тела под грубой тканью его рубашки… это сводил Мерта с ума.

Аромат был не просто привлекательным. Он был зовущим, примитивным, древним зовом, который бил прямо в подкорку, минуя разум, обращаясь к самой сути его звериной природы.

Внутренний монстр ревел, бросался на невидимые решётки. Зверю было плевать на душевные раны Алевтины, на хрупкое доверия, установившееся между ею и Мертом.

Он видел самку. Молодую, здоровую, красивую и до одури желанную. Она на его территории. Его находка. И он может присвоить её себе.

Зверь требовал заявить права на девушку. Просил открыть дверь в чёртову комнату. Вдохнуть её аромат полной грудью, прикоснуться к волосам на её голове, провести ладонью по изгибам тела, ощутив тепло и податливость.

Услышать её тихий вздох, а потом и не только вздох… Зверь рисовал откровенные, жаркие картины.

Мерта подташнивало от силы этого желания. Кости ныли, требуя трансформации, хотя полная смена облика без нужды сейчас совсем не нужна.

Когти выдвигались сами, впиваясь в кожу ладоней, оставляя на них полумесяцы красных отметин.

Мерт сидел в своём кресле у горящего камина, сжавшись в комок из напряжённых мышц, и боролся. Молча. Стиснув зубы до хруста.

Каждая клетка его тела кричала, требуя действия, обладания, удовлетворения плотского голода, который оказался сильнее любого физического.

А ещё он слышал её. Его острый слух улавливал каждый шорох. Скольжение простынь. Её тихое, неровное дыхание во сне. Она ворочалась. Ей тоже, видимо, снились не самые приятные сны.

Потом услышал скрип кровати. Тихие шаги по деревянному полу.

Он замер, весь превратившись в слух. Аля подошла к двери своей комнаты. Остановилась. Он почти чувствовал, как её рука ложится на ручку. Потом раздался едва слышный щелчок. Дверь приоткрылась на сантиметр.

Мерт видел узкую полоску темноты и чувствовал, как её тёплый и настороженный взгляд ищет его в полумраке.

Мерт знал, что она желает убедиться в том, что не осталась одна в хижине. Боится, что он мог куда-то уйти и не сказать ей. Не доверяет?

Эта мысль обожгла его. Аля нуждается в его защите. Зверь на мгновение смолк, ощущая чувство ответственности и острой, щемящей нежностью.

Мерт сидел неподвижно, боясь спугнуть её, но позволил себе тихий, почти неслышный выдох, как знак того, что он здесь. Никуда не ушёл.

Убедившись, что он здесь. Дверь так же тихо закрылась. Он услышал шаги. Снова скрип кровати. Долгий вздох. И постепенно её дыхание выровнялось, стало глубже. Аля снова заснула. На этот раз, кажется, спокойнее.

А он остался сидеть, разрываемый на части. Зверь, получив подтверждение, что самка ищет его присутствия, взревел с новой силой, требуя пойти, отозваться, явиться, завершить этот немой диалог, слившись с ней телами в одно целое.

Мерт, измученный, но непоколебимый, сжимал желания зверя в стальные тиски воли.

«Нет. Она морально вся изранена. Она не для этого здесь. Не сейчас. Ты её напугаешь. Сломаешь. Потеряешь».

Битва длилась до рассвета. Когда за окном посветлело, окрасив снег в пепельно-синие тона, Мерт был похож на выжатый лимон.

Его тело ныло от невыносимого напряжения, глаза горели сухим жаром. Но он выстоял.

Зверь, не добившись своего, угрюмо затих в глубине, зализывая мнимые раны, но не сдаваясь. Было ясно, что так долго продолжаться не может.

Мерт встал, размял одеревеневшие мышцы, растёр лицо ладонями. Нужно действовать.

Он разжёг небольшую печь, вскипятил на ней воду, заварил крепкий горький чай из лесных трав, подкинул дров в камин и сел с кружкой в то же кресло, уставившись в пустоту. Именно в этот момент снова скрипнула дверь.

Алевтина вышла из комнаты. Она была уже одета: в те же выданные им штаны и свитер, волосы аккуратно собраны в небрежный хвост. Увидев его, сидящего в кресле с чашкой в руках, она остановилась перед ним.

- Ты… всю ночь так просидел? – спросила Аля, её голос был слегка хриплым от сна, - Почему? Неужели удобно? Ведь было свободно спальное место.

Её взгляд скользнул по нему, и Мерт понял, что забыл надеть рубашку после ночных мучений. Он сидел, откинувшись на спинку кресла, и его торс был обнажён.

Он видел, как её глаза, широко раскрывшись, медленно исследуют его тело.

И он позволил ей смотреть. Пусть видит. Пусть понимает, с кем имеет дело.

Аля и правда замерла, рассматривая его. Видела его таким не впервые. Но прежде боялась так нагло рассматривать его. Сейчас же не могла отвести взгляд.

Его тело было творением дикой природы и сурового быта. Широкие, мощные плечи, покрытые сетью бледных шрамов: следы от когтей и зубов.

14

Собираясь, Алевтина чувствовала себя странно опустошённой. Утренняя сцена до сих пор стояла перед глазами: его обнажённый торс, потом властное прикосновение и его резкое решение - словно выбили почву из-под ног.

Вчерашнее тепло, тихое понимание её проблем, волшебство нового года - всё это развеялось как дым.

Теперь Мерт смотрел на неё как на обузу, которую нужно срочно сбросить. Алевтина не сомневалась, что надоела ему. Мерт хочет вернуться к своей одинокой, простой жизни. Без слёз глупых девушек, застрявших в сугробах.

Аля ощутил неприятный укол стыда. Почему в её жизни всё вот так? Ведь всегда мечтала о любимом и единственном мужчине в своей жизни. И думала, что встретила такого в лице Эрнеста.

Ошиблась. Обожглась. Подарила мерзавцу то, что берегла для особенного мужчины. А теперь, познакомившись с Мертом, поняла, что её к нему тянет. Не хочется просто так расставаться. Они ведь, наверное, больше никогда не увидятся.

Аля ничего не знала о Мерте. Ни номера телефона, ни адреса…

Да и захочет ли он общаться с той, которую поматросили и бросили?

Она - глупая. И Мерт это понял.

Алевтине было горько и стыдно. Но и чувство благодарности никуда не делось. Он спас её. Дал кров. Выслушал. Теперь вот лично доставит в посёлок. Большего нельзя требовать от незнакомца, пусть и такого необычного.

Выйдя из комнаты, она увидела, что Мерт уже готов. На нём был не тулуп, а прочный тёмно-зелёный жилет с множеством карманов и стяжек, действительно напоминающий армейское снаряжение. В открытых клапанах карманов виднелись рукояти ножей, свёртки верёвки, карабины, плоская металлическая фляга и другие предметы, назначение которых она не знала.

Мужчина выглядел как боец, отправляющийся на задание. Суровым, сосредоточенным и абсолютно чужим.

Не говоря ни слова, он взял её сумки, достал из одного из карманов прочный шнур и ловкими, быстрыми движениями обвязал и стянул её вещи в компактный тюк, прикрепив к нему петли.

Потом Мерт закинул его себе за спину, как рюкзак, закрепив дополнительными застёжками на жилете. Действия его были отточенными, лишёнными любого намёка на нежность, с которой он накидывал на неё такой же тулуп в первую ночь знакомства.

- Готово, - произнёс он, не оборачиваясь.

- Да, - тихо ответила Аля, - ловко ты, - она выдавила из себя улыбку, сглотнув ком в горле. Странно, но вместо радости от того, что выбирается из этой глуши, она чувствует расстройство. Мерт какой-то странный. И это очень напрягает.

- Тогда… пошли, - Мерт кивнул и вышел из дома. Алевтина последовала за ним.

.

Первые пару километров она шла сама, стараясь попадать в мужские следы. Снег был не просто глубоким, он был коварным. Сверху был настил, а под ним рыхлая масса, в которую нога проваливалась по колено, а то и по бедро.

Каждый шаг давался с огромным трудом, требовал напряжения всех мышц. Дышалось тяжело, морозный воздух обжигал лёгкие, вырывая изо рта клубы пара.

Мерт шёл впереди, не оборачиваясь, но и не ускоряясь, будто зная предел её сил. Мужчина уже несколько раз предлагал Але “поехать” на нём. Но она возражала, не желая его нагружать ещё и собой. Неловко перед ним.

Аля молча боролась с усталостью, с обидой, с желанием крикнуть ему, чтобы он шёл один, что она как-нибудь сама. Но это было бы глупо и неблагодарно. Девушка стиснула зубы и шла.

Но силы её были на исходе. После особенно глубокого сугроба, где Аля увязла почти по пояс, она остановилась, тяжело дыша, с туманом перед глазами. Девушка даже не заметила, как Мерт развернулся и подошёл к ней.

- Всё, - коротко сказал он, - дальше сама не пройдёшь. Я понесу тебя. Возражения больше не принимаются. Не пойму, чего ты упрямишься? Хватит!

Прежде чем Аля успела что-то возразить, Мерт одним ловким движением снял с себя тюк с её вещами, перекинул его на грудь, развернулся к ней спиной и… просто поднял её.

Не на руки, как принц из сказки, а взвалил к себе на спину, как ещё один рюкзак. Его руки, обхватившие её бёдра под коленями, были твёрдыми и надёжными.

- Держись за плечи, - скомандовал он, - не за шею.

Ошеломлённая, Аля машинально обвила его шею руками, но, вспомнив его просьбу, перехватила за мощные мышцы. Он понёс её.

Мужчина был таким тёплым, даже горячим. О него можно греться, как о печку. Девушка прижималась к нему максимально плотно, едва ли не утыкаясь носом в затылок, чувствуя его особенный, мужской запах

Поразительно, но Мерт двигался легко. То, что для неё было непреодолимым препятствием, для него, казалось, не представляло никакой сложности. Он не проваливался в снег. Его ноги, обутые в высокие, меховые боты, будто чувствовали под снегом твёрдую опору.

Он не просто шёл, а двигался плавно и мощно, выбирая невидимые ей тропы, сокращая путь по едва заметным возвышениям, огибая самые глубокие места. Он нёс её, её вещи и, по сути, самого себя без видимых усилий. Его дыхание оставалось ровным, а его спина под ней была непоколебимо твёрдой.

Аля прижалась щекой к его жилету, даже под тканью чувствуя жар его тела, мощную работу мышц. Её обида и догадки о том, что она ему надоела, начали таять. Так не носят надоевшую обузу. Так… несут что-то ценное. Что-то, что нужно доставить в целости и сохранности, несмотря на все трудности.

15

Когда Мерт наконец остановился и аккуратно опустил Алевтину на ноги, Аля с удивлением увидела, что уже вечереет. Они стояли на окраине посёлка. Дорога заняла около шести часов, как он и предрекал, но ей казалось, что прошло гораздо меньше.

Посёлок был небольшим, уютным. Вокруг самые разные дома. Некоторые - старые, резные, некоторые - простые брусовые. А были и современные. Несколько двухэтажных зданий, видимо, советской постройки. Дымок из труб, заснеженные крыши, огни в окнах. Магазины и даже автобусная остановка возле аптеки.

После бескрайнего, безмолвного леса эта картина казалась невероятно живой и тёплой.

- Сеть… здесь ловит? - первое, что спросила Аля, с трудом переводя дух после долгого пути и от нового впечатления.

- Да, - ответил Мерт, поправляя жилет, - видишь? Вон там, - он кивнул в сторону мачты с антеннами на холме.

- А где можно… зарядить телефон? - она достала свой бесполезный аппарат, - у меня два телефона. Но оба разрядились. Мне нужно позвонить родителям.

Мерт посмотрел на неё с нежностью. В его глазах мелькнула тень былой утренней суровости, смешанная теперь с усталостью.

- Сейчас покажу, - лукаво улыбнулся, намереваясь подхватить девушку на руки. Но Аля отпрыгнула от него.

- Нет. Не надо меня по посёлку тащить. Ты устал. А здесь снег расчистили. Я пройдусь. Да и ноги разомну.

- Хорошо. Но если устанешь, я всегда готов помочь.

- Я знаю. Спасибо тебе. Я так благодарна.

Мерт перевёл дыхание. Снова взвалил её вещи на спину и двинулся вперёд, но уже не в лес, а по одной из расчищенных, но заснеженных улиц посёлка. Аля еле поспевала за его широким шагом.

- Куда мы? - спросила она, оглядываясь. Они миновали пару магазинчиков, почту.

- Ко мне, - коротко бросил он через плечо.

Аля остановилась как вкопанная.

- К тебе? Ты же живёшь в лесу…

- Там - охотничий дом, - пояснил он, не оборачиваясь, - Здесь - ещё один мой дом. Я тебе уже о нём говорил. Ты, кажется, забыла, да? В лесном домике я бываю. Здесь - живу. Когда нужно.

- Когда нужно? А если не нужно?

- Тогда уезжаю в город.

- В городе у тебя тоже дом?

- Да.

- И сколько же у тебя домов?

- Три, - хмыкнул, - он сказал это так просто, как будто иметь столько недвижимости - это самое обычное дело. Аля, сбитая с толку, едва поспевала за ним.

- А что… что за дом у тебя здесь… в этом посёлке? Он такой же, как и лесной домик? Или больше?
Мерт наконец обернулся, и на его усталом лице промелькнула быстрая, едва уловимая усмешка. Та самая, что не так давно была у ёлки.

- Сама скоро всё увидишь. Терпение, дорогая.

Через пару минут Мерт свернул на тихую, занесённую снегом улочку, где стояли более крупные, отдельные дома с большими участками. Он остановился у одного из них.

Это была не избушка, а настоящий, крепкий двухэтажный дом из тёмного кирпича и дерева, с большой застеклённой верандой и покатой крышей. В окнах горел свет. Он выглядел солидно, даже богато по меркам посёлка, но без вычурности. Как и всё, что было связано с Мертом: прочно, основательно, с намёком на скрытую силу.

- О-оо! - вырвалось у Али.

Мерт распахнул ворота. Аля увидела двух мужчин, которые шатались по территории домовладения.

- Это мои… м-мм…, - запнулся, словно подбирая верное слово, - рабочие. Следят за территорией и домом. В доме тоже есть двое. Ведут хозяйство.

Аля пока никак не стала комментировать его слова. Удивилась тем, как ухожена территория двора. Да и сам дом был великолепен.

Мужчина поднялся на крыльцо, достал ключ из кармана и открыл тяжёлую дубовую дверь. Послал резкий, строгий взгляд мужчинам во дворе, которые мгновенно поотводили взгляды от Алевтины.

- Заходи, - сказал Мерт, пропуская девушку вперёд.

Аля переступила порог и замерла. Внутри было так хорошо. Тёпло, светло. Электрический свет! Наконец-то. Чисто. В прихожей была добротная деревянная мебель, вешалка, полки для обуви.

В нос ударил запах древесины, воска, чего-то нейтрально-чистого. Ничего общего с аскетичным охотничьим домиком. Это был дом цивилизованного человека, который ценит комфорт и порядок, но без излишеств.

Мерт сбросил жилет, повесил его на крюк, поставил на пол её сумку.

- Зарядки где? - спросил он - давай подключим твои телефоны.

- В… в сумке, - пролепетала Аля, всё ещё оглядываясь вокруг. Этот дом не мог принадлежать простому человеку. Подобное мог себе позволить лишь зажиточный. Интересно, а где и кем работает Мерт?

Мерт достал зарядное устройство, подключил шнур телефона к розетке. Чудо цивилизации! Зарядка пошла.

Алевтина подошла к комоду, на котором теперь лежали её телефоны и услышала женские голоса.

- Мерт! а мы тебя не ждали, - в прихожей появились две молодые женщины. На вид им лет по двадцать пять. Красивые. Брюнетки. И чем-то похожи друг на друга.

= 13 =

После долгого, изматывающего пути Аля чувствовала себя уставшей. Она стояла посреди гостиной, ощущая под ногами мягкий ковёр, а не скрипучую деревянную доску лесной хижины. Разница была разительной. Здесь был порядок, тепло, хорошая мебель, цивилизация и… шикарный мужчина.

- Проголодалась? - спросил Мерт, снимая с себя жилет и вешая его на массивную вешалку из оленьего рога.

- Да, - призналась Алевтина. Шесть часов пути по снегу и эмоциональное напряжение сделали своё дело. Желудок напоминал о себе тихим, но настойчивым урчанием.

- Пойдём на кухню. Приготовлю что-нибудь.

- Ты и здесь будешь готовить сам?

- Да.

- А те девушки, которые были здесь. Они кто? - Аля не хотела, чтобы Мерт посчитал её слишком любопытной. Но ей и правда было интересно.

- Они присматривают за домом. Я же сказал тебе.

- Прости, просто они как-то не похожи на домашних работниц.

- Аль, не обращай внимания, - Мерт взял её за руку. Повёл по короткому коридору в просторную, светлую кухню.

Алевтина осмотрелась вокруг. Кухня была обставлена добротно: деревянные шкафы, столешница из тёмного камня, современная, но не кричащая техника. Большое окно выходило во двор, уже погружённый в зимние сумерки. Мерт включил свет, и мягкое желтоватое освещение заполнило пространство.

- Садись, отдыхай, - сказал он, открывая холодильник, - я справлюсь.

- Здесь тоже будет заяц? - усмехнулась.

- Если ты хочешь зайца - не проблема его достать, - он обернулся на девушку, после вновь переключился на холодильник, - но я бы лучше приготовил курицу и овощи. Как ты?

- Уверена, что мне понравится, - Аля не сводила взгляда с Мерта. Странный мужчина. Очень. Он состоятелен, судя по всему. Но при этом рукастый. Умеет делать всё сам. Даже готовит отменно. А ещё услужливый. В нём нет ханжества или высокомерия, которые постоянно проскальзывали в поведении Эрнеста. Впрочем, даже глупо сравнивать ублюдка Эрнеста с Мертом.

Аля хотела было предложить помощь на кухне, но увидев сосредоточенный, отстранённый взгляд Мерта, поняла, что он не позволит. Сделает всё сам. Девушка молча опустилась на стул у обеденного стола, сложив руки на коленях.

Наблюдать за ним, когда он готовил, было интересно. В лесу его движения были тихими и осторожными, как у хищника. Здесь, на своей кухне, они были такими же выверенными и точными, но обрели некую… домашнюю грацию.

Мерт достал из холодильника куриную грудку, овощи, пакет с макаронами. Всё делал быстро, без суеты: нарезал лук ровными кубиками, морковь - тонкой соломкой. Его большие, испещренные мелкими шрамами руки управлялись с ножом с такой же уверенностью, как и с верёвкой в лесу. Мускулы на предплечьях плавно играли под кожей.

Мерт поставил на плиту сковороду, масло зашипело, и в воздухе появился аромат жареного лука, а затем и мяса. Аля закрыла глаза, вдыхая этот простой и вкусный запах. Как же здесь хорошо. Спокойно. Встреча с Мертом смогла сгладить её эмоциональную боль после гадкого, подлого поступка Эрнеста и его приятелей. Казалось, что она находится сейчас на иной планете. И не хочет возвращаться.

Пока Мерт готовил, её взгляд упал на телефон, лежавший на столе. Девушка не могла больше откладывать звонок. Собравшись с духом, она взяла аппарат. Заряд был около двадцати пяти процентов, но для звонка хватило бы. Да и шнур подключён. Аля быстро нашла в контактах номер мамы.

Мерт, стоя спиной к ней у плиты, на мгновение замер, будто уловив колебания девушки.

- Звони, Аля. Успокой свою семью, - подбадривал её Мерт.

- Да, - выдохнула и нажала кнопку вызова.

Мерту было приятно, что девушка никуда не вышла, чтобы поговорить с родными. А это значит, что ей нечего скрывать. Иначе не решилась бы общаться при нём.

Впрочем, его острый слух позволил бы ему услышать этот телефонный разговор в любой точке дома. А сейчас он свободно будет слышать и Алю, и её собеседника.

- Алё? Алечка?! - голос матери, обычно такой ровный и спокойный, сейчас был пронзительным, сорванным от волнения. В нём слышались слёзы, бессонные ночи и леденящий душу страх, - доченька, это ты? Ты жива? Где ты?!

- Мам, я… я здорова. Жива. Всё в порядке, - начала Аля, и её собственный голос дрогнул. Слёзы подступили к глазам. Она отвернулась к окну, чтобы Мерт не видел её лица. Стеснялась слёз. Мерт точно решит, что познакомился с плаксой. Ведь всё время плачет.

- Где ты? Что случилось? Мы с отцом с ума сходим! Полицию всю ночь держали в напряжении! Почему ты не звонила? Мы думали самое страшное! Опрашивали Эрнеста, - поток вопросов и упрёков выливался из трубки фонтаном, но в каждом слове сквозила такая бездонная любовь и облегчение, что Аля едва ли не захлебнулась от чувства вины. Так сильно заставила переживать родителей.

А ведь папа был против её отношений с Эрнестом. Поэтому Аля позвонила маме, а не отцу. А папе даже в глаза стыдно взглянуть. Папа же ей как на кофейной гуще погадал будущее с Эрнестом.

Сейчас в голове Али набатом звучал её недавний разговор с отцом:

- Аля, он поиграет тобой и бросит. Пыль в глаза пускает.

Книги из серии

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

История Алексис и Рандольфа (друга Видара)

"Истинная для Альфы"

https://litnet.com/shrt/0IvP

🐺Она - вынуждена сбежать из собственной стаи, чтобы избежать ненавистного замужества со сводным братом вожака, который уничтожил её родителей.
Он - властный Альфа, который спас её. С лёгкостью избавил от нежеланного брака, а потом решил присвоить себе, поставив условие, которое она была вынуждена принять.
Сделав её полностью своей, он распознал в ней истинную, только она не чувствует в нём свою пару.
Но кто же знал, что всё пойдёт совсем не так, как должно было...

В тексте: Истинная пара. Беременная героиня. Властный альфа.

https://litnet.com/shrt/uE_8

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

История Видара (друга Рандольфа) и Амелии

"Пленница чёрного Волка"

https://litnet.com/shrt/JyUT

🐺Она – дочь его врага, которую Альфа Видар похитил в день её свадьбы, помешав объединению двух могущественных кланов, став для неё наказанием и благословением одновременно.
Противостояние кланов, непримиримая борьба за власть и земли между стаями, и на фоне этого неожиданно вспыхнувшая любовь, безропотно подчиняющая и обезоруживающая, которая становится сильнее власти, интересов стаи и коварной расчётливости.
***
Видар нежно прикоснулся к лицу Амелии.
Какая же его девочка красавица!
Она – его искушение в чистом виде.
Его пара, его любимая, его истинная, его душа, его любовь.
Она – его всё.
📜В тексте:# Сверхспособности_ Магия. # Героиня с тайной происхождения. # Зарождение чувств.
# Любовь, страсть, секс.# Невинная героиня. СТРОГО 18 +. Откровенные сцены. Принуждение.

https://litnet.com/shrt/C4V6

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

История Алекса и Яры

(история самостоятельная)

"Рикошет. Выбор Зверя."

https://litnet.com/shrt/3yJg

🐺💚 - Ты выйдешь за меня, Яра. Так или иначе. Твоего согласия не требуется. Будешь принадлежать мне. На моих условиях, - холодно процедил двуликий зверь.
Я не знаю кто он такой.
Почему мои родители меня ему отдали?
Поверить не могу, что через три дня этот жуткий оборотень заберёт меня к себе, словно домашнюю зверушку. А ведь у меня есть любимый мужчина! Как я объясню Алексу, что меня продали чудовищу?
💌
- Я пришёл сюда за своей женщиной, Марк.
- Ничего твоего здесь нет, Алекс.
- Есть, - огрызнулся мой любимый, - Яра моя. Своё я себе верну.
И я знаю, Алекс заберёт меня.
Он – совершенное, неуязвимое существо. Он – Рикошет. Его нельзя победить.
📗В тексте: # Сверхспособности. # Ведьма и оборотень. # Магия _ Мистика
# Невинная героиня. Сильные чувства. Истинная пара.

https://litnet.com/shrt/5rk2

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

Начало истории Корга

"Избранная❆"

https://litnet.com/shrt/Zjvz

🐺-Кто ты?
-Наполовину ведьмак, наполовину демон, Алиса,-заявил незнакомец.
Алиса замотала головой. ЧТО ОН НЕСЁТ?
-Ты тоже не из мира людей. Ты – могущественная ведьма. Иначе ты не увидела бы всё то, что увидела, включая и меня.
-Это бред!
-Правда. И чем быстрее ты её примешь, тем скорее сможешь овладеть силой, сидящей внутри тебя и защититься от тех, кто попытается избавиться от тебя.
-Избавиться от меня?
-Да, Алиса.
-Я.Тебе.Не.Верю.
-Можешь не верить.Но ты и твоя семья отныне в опасности.Рэй - могущественный демон, и мы его не можем остановить, - мужчина осёкся и бросил выразительный взгляд на Алису, - мы -нет, а ты -сможешь. Ведь ты - Избранная. Ты – существо запредельной силы. Силы, которая сохраняет равновесие между добром и злом. Поэтому они желают уничтожить тебя и добраться до ключа!

В тексте есть:демоны, ведьма, сверхспособности

https://litnet.com/shrt/cQKz

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

История Корга и Эллы

"К О Р Г. Метка Зверя."

https://litnet.com/shrt/Tuyx

🐺💙 - Или будешь принадлежать мне или им, - альфа Корг кивнул в сторону четвёрки крепких бет, которые окружили её, отрезая все пути к отступлению.
Янтарные глаза Эллы устремились к опасному, мощному, полуобнажённому хищнику.
- Зачем тебе я?
- Мне нужен наследник. От тебя, Омега. И одной ночи хватит, чтобы ты зачала.
***
Спустя годы Корг вернулся, чтобы забрать своё и отомстить тем, которые лишили его всего. И пощады не будет… никому.
В тексте: # Остросюжетно. # Эмоционально. # Мир оборотней. # Сверхспособности_магия. Истинная пара. Невинная героиня. Откровенные сцены 18+.

https://litnet.com/shrt/kWtn

⭐✨❣️❄️☀️☘️⭐❤️❗⚡☄️⭐✨

История Кристы (сестры Айлин) и альфы Сеффа

= 14 =

Аля взяла ложку. Попробовала еду. Горячая. Тёплая и вкусная. Рядом с Мертом хочется жить и дышать полной грудью. Так хорошо. Она улыбнулась. Мерт дотронулся до её руки своей, чувствуя, что у девушки поднялось настроение.

- Тебе нравится суп?

- Мерт, мне всё нравится. Спасибо тебе.

- Ты ещё не устала меня благодарить?

- Нет. Уверена, ты даже понятия не имеешь о том, как сильно помог мне. И дело даже не в том, что ты спас мою жизнь. Ты душу мою смог спасти. Мне хотелось умереть после того, как гадко со мной поступил Эрнест. А теперь, находясь рядом с тобой, я не думаю о нём.

- Рад, Аля. Мне приятно, что ты так говоришь. Меньше всего мне бы хотелось, чтобы, пребывая рядом со мной, ты думала о мерзавце. Этот новый год был лучшим в моей жизни. Мне приятна твоя компания.

- Неужели? Вижу, ты можешь позволить себе проводить праздники самым разным и особенным образом. Ты ведь не беден.

- Иногда самое бесценное кроется в самых простых вещах: искренности, понимании, свободе, - тут же ответил.

Алевтина не совсем поняла, что значат такие слова Мерта. Но уточнять постеснялась.

- А ты не женат ведь, да?

- Нет.

- И никогда не был женат?

- Не был.

Алевтина не понимала, как так вышло, что настолько совершенный мужчина всё ещё не создал семью. Ведь он такой хозяйственный и самодостаточный. Да любая была бы рада быть рядом с ним. Но в душу лезть не рискнула. Чувствовала, что это уж слишком личная территория, на которой Мерт никого не станет терпеть.

- Родители приедут, наверное, к полуночи, – сказала она, не глядя на него.

- Успеют, - кивнул Мерт, - основную дорогу расчистили. Ехать будут быстро. Главное, чтобы в лес не свернули, - в его голосе послышались весёлые нотки.

Мерь и Аля доели ужин. Алевтина настояла на том, чтобы убрать со стола и помыть посуду.

- Покажу тебе дом, - сказал он, - если хочешь.

Аля кивнула. Ей хотелось отвлечься. Да и любопытно посмотреть мир Мерта здесь, в посёлке. Увидеть, каким он бывает, когда не скрывается в лесной глуши.

Мерт провёл её из кухни обратно в прихожую, а затем - вглубь первого этажа. Дом оказался просторным и очень… мужским. Но не в грубом, аскетичном смысле. Здесь чувствовался вкус и забота. Чисто и аккуратно. Понятно, что в его доме убирают.

Мерт показал девушке кабинет. В глаза бросился массивный письменный стол из тёмного дерева. А ещё шкаф с книгами.

- Ты много читаешь, да? - прошептала Аля, проводя пальцами по корешкам.

- Знания - сила, - просто ответил Мерт, стоя в дверях, - иногда на вызовы нужно отвечать умом, а не грубой силой.

Мерт взял Алю за руку, повёл дальше. Он показал ей просторную, но почти пустую комнату для занятий спортом: только несколько тренажёров, гантели, маты на полу. Потом отвёл в кладовую, забитую провизией, инструментами, запасами на случай непогоды. Всё было идеально организовано.

На втором этаже были спальни. Его личная комната оказалась такой большой, с огромной кроватью под тёмным деревянным балдахином. Самая необходимая мебель. Ничего лишнего.

- Здесь ты спишь? - спросила Аля, хотя уже знала ответ.

- Да. Когда живу в этом доме.

Мерт повёл Алю дальше. Показал ей современную ванную комнату с большой угловой ванной и душем. И, наконец, гостевую комнату. Она была уютной, с кроватью под светлым покрывалом, небольшим письменным столом у окна и креслом для чтения.

- Здесь очень красиво, Мерт, - сказала Аля, остановившись на пороге гостиной, окидывая взглядом всё пространство. Её голос звучал искренне, с лёгким изумлением, - такой тёплый, ухоженный дом… Я не ожидала. Думала, ты… ну, живешь только в том домике в лесу.

- Я не отшельник, - хмыкнул, встав совсем рядом с ней. Его плечо почти касалось её плеча. Он смотрел только на девушку. На её профиль, освещённый мягким светом торшера, на ясные, открытые глаза, в которых отражалось восхищение.

- Охотничий дом - для одной части меня, - тихо сказал он, - этот - для другой. Но оба они - мои.

- А в городе?

- Я там работаю.

- Кем?

- У меня своя фирма. Сейчас не хочу о работе. Если интересно, расскажу. Но позже.

Они спустились обратно в гостиную. Камин потух, но в комнате было тепло от центрального отопления. Мерт подошёл к столику, где стояла бутылка с тем же янтарным напитком, и налил в два бокала.

- За твоё возвращение в цивилизацию, - сказал он, протягивая ей один.

Аля приняла бокал. Они выпили. Напиток согрел, расслабил. Аля присела на край дивана, чувствуя усталость, накатывающую после еды, дороги и эмоциональной встряски.

Мерт остался стоять, опираясь о каминную полку, и смотрел на неё. Его взгляд был тяжёлым, задумчивым. Эта девушка его влекла. Да его едва ли не штормило. От неё. Алевтина рядом. И Мерт не может думать о других особях женского пола. С ней хорошо. Она так открыто смотрит на него. Без подтекста и желания стать самкой вожака. Она не преследует скрытых мотивов.

= 15 =

Когда его большая, горячая ладонь полностью накрыла её небольшую, упругую грудь, Аля вскрикнула в его рот. Не от боли, а от ошеломляющего, обжигающего шока. Что позволила ему всё это. Забылась. Впрочем, этот мужчина настолько великолепен, что рядом с ним и себя забыть можно.

Это его прикосновение было слишком интимным, слишком внезапным. Оно пронзило Алю насквозь, смешав все чувства в коктейль из стыда, пробуждённого желания и паники.

Её тело напряглось. Руки девушки, лежащие на его груди, из мягких ладоней превратились в упругие опоры. Она упёрлась ими в него и попыталась оттолкнуть. Слабо, неуверенно, но её намерение было ясно. Впрочем, сдвинуть Мерта с места нереально. Он так силён. Его сила даже пугала.

Это её движение и слабый толчок, пробился сквозь туман мужского желания, окутавший сознание Мерта. Словно ушат холодной воды на голову. Что он делает?

Мерт резко оторвался от её губ. Его руки разжались. Мужчина отступил на шаг, выпустив девушку из крепких, даже мощных объятий так внезапно, что Аля пошатнулась и чуть не упала. Но он успел подхватить. Удержать. Убедившись, что она крепко стоит на ногах, сделал от неё шаг назад.

Она стояла перед ним, прерывисто дышала. Её губы распухли, покраснели от его поцелуя. Глаза девушки были широко раскрыты и полны смятения.

Мерт смотрел на неё с раскаянием. Выражение его лица было пропитано чувством вины. На нём читались стыд, ярость на самого себя, растерянность.

Мерт провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть с себя следы своего поступка.

Вот какого чёрта он полез к ней с поцелуями?

Девочка пережила потрясение, предательство мужчины. Вся разбита. Да её практически изнасиловали. В её душе дыра из боли. А тут он… со своими похотливыми замашками.

- Прости, - выдохнул он. Его голос был хриплым, надтреснутым, - я… я не сдержался. Прости, Алевтина. Ты такая красивая. Это просто… Сложно держать себя в руках, когда рядом такая красивая, молодая девушка.

Он отвернулся, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Его плечи были напряжены до предела, будто Мерт сдерживал порыв ударить самого себя или броситься вон из дома.

Аля стояла, прижимая ладонь к губам. Они горели от его поцелуев. Да у неё словно тело горело. Внутри всё переворачивалось.

Аля в этот момент не понимала саму себя. По идее, она должна была бы чувствовать оскорбление, испуг. Но… она чувствовала только странное, щемящее волнение. И жалость к Мерту. Потому что в его извинении, в его отступлении, было столько боли, что Аля чувствовала её едва ли не физически.

- Ты… ты сказал, я красивая, - тихо проговорила она, не в силах вынести его мучительное молчание, - правда?

Он обернулся. Его глаза, обычно такие ясные, теперь были затемнены, полны самоосуждения.

- Правда, - ответил он с какой-то горькой прямотой, - ты самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. И самая… хрупкая. И я чуть не сломал тебя. Прости.

Его такое простое и искреннее признание обезоружило Эвелину. Эрнест тоже говорил ей комплименты, но они были сладкими, пустыми, частью игры.

Слова Мерта были не столь изысканными, но в них чувствовалась искренность.

- Ты не сломал, - прошептала она, опуская руку от губ, - ты… взбудоражил.

Он кивнул, как бы принимая это слово в виде упрёка, как должное.

- Я знаю. Больше этого не повторится. Клянусь тебе, - он произнёс это с такой твёрдостью, будто давал клятву не перед ней, а перед каким-то высшим, внутренним существом, - твои родители скоро приедут. Тебе нужно отдохнуть. Иди наверх. Я буду здесь.

- Мерт, я не хочу, чтобы ты чувствовал чувство вины. И не хочу, чтобы давал такие клятвы. Мне хорошо с тобой, - Алевтина подошла к нему. Сама протянула руку и прикоснулась к его плечу.

Девушка понимала ход его мыслей. Ведь после всех тех откровений, которые она обрушила на его голову, Мерт считает, что любые мужские прикосновения к ней сейчас неуместны.

- Кроме того, тебе не за что извиняться. Я и сама этого хотела. Иначе не позволила бы тебе.

Мерт посмотрел на неё и слегка усмехнулся. Девушка наивна. Разве не понимает, что при желании у него хватило бы опыта соблазнить её. И она не смогла бы сказать “нет”?

- Я не хотел навязываться или испугать тебя, - Мерт сжал её руку. А второй рукой приобнял за талию.

- Я знаю. Мне спокойно с тобой. И я не боюсь тебя. Меня так никогда никто не целовал.

- А тебя многие целовали? - тихо спросил.

- У меня был только Эрнест, - произнесла с отвращением это имя, - но то, что я чувствую рядом с тобой - не идёт ни в какое сравнение, что я…, - она осеклась, понимая, что не стоит говорить мужчине, что она сравнивает его с кем-то.

- Я рад. Не хочу, чтобы ты боялась меня, Алевтина, - Мерт слегка опустил голову, устремляя взгляд на её губы, - ты мне и правда очень нравишься. Такая красивая, добрая и… понятливая, что ли. Мне легко с тобой, - Мерт сделал вид, что не заметил её сравнение. Хотя ему и было неприятно. Но былого не изменить. В жизни этой девушки был мерзавец, к сожалению.

- А мне с тобой. Я рада, что мы познакомились. Мне даже грустно становится от того, что я уеду, и после мы с тобой никогда не увидимся.

= 16 =

Ровно через два часа после того, как Аля и Мерт уселись на диване, чтобы посмотреть кино, на тихой заснеженной улице раздался рёв двигателя и скрип тормозов. Мерт тут же встал, отрываясь от девушки. Алевтина уже хотела спать. Но ждала родителей, тревожилась. Ведь дороги сейчас плохие.

Мерт вышел во двор, а Аля застыла у окна, наблюдая. Мерт подошёл к своим парням на улице, те распахнули ворота. Во двор въехал знакомый внедорожник отца. Машина была покрыта слоем дорожной грязи и снега. Автомобиль остановился так резко, что его занесло на полметра вбок.

Мерт чувствовал, что Алевтина наблюдает. Обернулся к окну. Махнул ей рукой, посылая улыбку. После подошёл к авто. На всякий случай - осмотрелся вокруг. Оборотницы, покинувшие его дом, не посмеют вернуться без его зова. Здесь в посёлке есть ещё несколько домов, которые принадлежат стае. Девушки остановятся у бет.

Мерт знал, что появление Алевтины вызовет много вопросов у двуликих. Но, живя среди людей, они уже привыкли к контактам подобного рода.

Первой из машины буквально выпрыгнула женщина: подтянутая и стройная. На вид ей около сорока лет, с красивыми, но заострившимися от волнения чертами лица. Её светлые волосы, собранные в небрежный пучок, выбивались из-под шапки.

Следом вышел мужчина: высокий, стройный, сильный, немного старше женщины, с военной выправкой, несмотря на гражданскую одежду. Его лицо казалось бледным, губы сжаты, между бровей пролегла глубокая складка.

Эти двое выглядели довольно молодо. И Мерт чувствовал, что они не просто волновались. Они прошли через ад неизвестности, и это читалось в каждом их движении.

Морозный воздух ударил им в лицо, но они его словно не почувствовали.

Дверь дома открылась, и на пороге появилась Аля. Она уже переоделась в свою собственную одежду: простые джинсы и свитер с пуховиком. Волосы были аккуратно убраны, на лице горела смесь волнения и облегчения.

- Мама! Папа! - крикнула Алевтина.

Женщина вскрикнула, бросилась вперёд, обняла дочь так, будто боялась, что её снова отнимут. Мужчина пошёл следом за женой, его объятие было более сдержанным, но не менее крепким. Он прижал Алю к себе, закрыл глаза и тяжело вздохнул, как человек, с которого свалили непосильную ношу.

Мерт стоял в стороне, давая им возможность побыть втроём. Он видел, как дрожат плечи женщины. Заметил, как мужчина гладит дочь по голове, шепча что-то.

Звериное чутье Мерта почуяло, как из родителей Али уходит напряжение, замещаясь огромным, всепоглощающим облегчением. Запах страха сменился запахом слёз, а затем и тёплым, семейным ароматом любви и заботы.

Отец Али перевёл взгляд на Мерта. Поражало, что Мерт был практически раздет. На нём была лишь тонкая футболка. Отец Алевтины внимательно уставился на высокого, широкоплечего, зрелого мужчину, оценивая.

Видел перед собой не городского жителя, это было ясно, а человека, чья сила и уверенность исходили не из дорогого костюма, а из самой его сути.

Их взгляды скрестились. Отец Али кивнул, коротко, по-мужски, в его глазах читалась благодарность, смешанная с настороженностью.

Мужчина сделал шаг к Мерту, протягивая руку.

- Леонид Борисович, - представился он, - отец Алевтины. А это - кивнул на женщину, - моя жена. Мария Васильевна. Вы - Мерт? Дочка по телефону вас так назвала. Словами не передать нашей благодарности. Аля сказала, вы спасли ей жизнь.

Его рукопожатие было крепким, искренним. В нём не было попытки помериться силой, лишь искреннее уважение и признательность. Мерт это сразу же понял.

- Вы правы. Я - Мерт, - коротко представился он, пожав протянутую руку, - рад, что всё обошлось. Проходите в дом, пожалуйста. Грейтесь.

- Просто Мерт? - уточнил Леонид Борисович.

- Просто Мерт, - подтвердил, улыбаясь краешками губ.

- Спасибо вам большое за нашу Алечку, Мерт, - произнесла Мария Васильевна, подойдя к нему, - мы ваши должники.

- Я рад помочь, - ответил Мерт пропуская гостей в прихожую. Он отметил про себя, как хорошо и молодо родители Али смотрелись вместе. Была в них какая-то гармония, слаженность движений людей, проживших бок о бок много лет и всё ещё любящих друг друга.

Красивая пара. Сильная. Это объясняло многое и в Але: её внутренний стержень, её способность любить так беззаветно, её боль от предательства. Она выросла в любви. И это сделало её уязвимой, но и потенциально невероятно сильной.

- Леонид Борисович…

- Просто Леонид, - перебил Мерта мужчина, - давайте вместе не будем усложнять, если уж так, - он тоже улыбнулся уголками губ.

- Прекрасно, - согласился Мерт, проводя их в гостиную.

Войдя в дом, Леонид на мгновение остановился, окидывая взглядом просторную, добротную прихожую, аккуратные полки, общую атмосферу порядка и спокойной силы. Его взгляд скользнул по жилету Мерта на вешалке, по массивной дубовой двери. В его глазах промелькнуло одобрение. Здесь жил человек дела, а не городской щёголь. И этим Мерт сразу же вызвал уважение.

- Всё в порядке с вашей машиной? – спросил Мерт, помогая Марии снять пальто, - не застряли по дороге?

- Нет, слава Богу, - ответил Леонид, - дорогу расчистили. Я… ехал быстро. Хотел убедиться, что с дочкой всё в порядке.

= 17 =

Пока Аля вела маму, Леонид на мгновение задержался у окна в гостиной. Во дворе, освещённом фонарём, он увидел двух мужчин, которые что-то переносили из сарая в гараж. Они были раздеты до пояса. И это странно. Ведь на улице мороз. И двигались с той же лёгкой, грациозной уверенностью, что и Мерт.

Леонид, отставной военный, уловил в них знакомую выправку и сплочённость. Кто такие? Друзья Мерта?

.

На кухне пахло свежим супом. Мерт, войдя, снял с плиты большую кастрюлю.

- Прошу прощения за простоту, - сказал он, расставляя на столе глубокие миски, - суп куриный с овощами. После дороги согреет.

- Вы не должны были…, - начала Мария, но Аля перебила её с лёгкой улыбкой.

- Мам, Мерт сам готовил. Он отлично готовит.

Родители переглянулись. Их дочь сидела за столом с тихой, светлой улыбкой. Да и ведёт себя с Мертом так, словно они давние знакомые. И это так непохоже на их необщительную дочь.

За ужином, Аля начала рассказывать. Не всё, конечно. Она опустила историю с Эрнестом, сказав лишь, что сильно поссорилась с парнем, не подумала и уехала ночью в расстроенных чувствах. Ошиблась с дорогой, машина застряла в сугробе в глухом лесу. Она описала метель, страх, отчаяние. И то, как появился Мерт.

- Он просто вышел из леса, в метель, - говорила Аля, даже не замечая, как сияют сейчас её глаза, - помог мне добраться до его дома, обогрел, накормил. А сегодня… Мерт нёс меня на себе через снега, чтобы я могла позвонить вам. У Мерта есть машина. Он планировал отвезти меня в город.

Леонид слушал, не перебивая. Его взгляд скользил с дочери на Мерта и обратно. Он видел не только благодарность в глазах Али. Видел что-то ещё. Нечто мягкое, доверчивое, полное восхищения.

- Вы один живёте в том лесном доме? - спросил Леонид у Мерта.

- Да, - ответил тот, - охотничий домик. Бываю там часто. Но основное жильё даже не здесь, а в городе.

- И как вы… нашли Алевтину? Ночью, в такую пургу? Ничего ведь не видно.
Мерт встретил взгляд собеседника. Его янтарные глаза были спокойны и чисты.

- Я знаю каждый уголок того леса. Услышал шум машины, потом… почувствовал, что кто-то в беде. Проверить - дело чести.

«Почувствовал». Леонид не стал уточнять как и почему. У каждого, кто живёт в глуши или служил в горячих точках, есть своё шестое чувство.

- Мы вам обязаны, - сказал Леонид снова, и в его голосе звучала уже не просто формальная благодарность, а глубокое уважение, - если бы не вы… Я даже думать не хочу, что было бы с моей дочерью.

- Она сильная, - неожиданно сказал Мерт, глядя на Алю, - просто попала в ситуацию, которая сломила бы многих. Но она бы выстояла. Я точно знаю. И это ваша заслуга, - Мерт перевёл взгляд на родителей девушки, - вы воспитали дочь с сильным характером, даже если она сама ещё об этом не догадывается.

Эти слова тронули Леонида до глубины души. Он кивнул, сжав губы, чтобы скрыть внезапно нахлынувшие эмоции.

- Спасибо, - выдохнула Мария, её глаза снова наполнились слезами, но теперь уже от облегчения. Наконец-то её дочь рядом. И можно спокойно дышать, а не рисовать в мыслях картины, одну страшнее другой.

.

После ужина Мерт показал родителям Али, где они могут расположиться. Провёл их в ещё одну небольшую гостевую комнату на первом этаже. Пока Мария помогала Але устраиваться наверху, Леонид задержался в гостиной с Мертом.
Они сидели в тишине несколько минут, каждый со своими мыслями.

- Алевтина не всё рассказала, - наконец сказал Леонид, - мне кажется, вы что-то скрываете. В каком состоянии вы нашли мою дочь? Я вам благодарен. Правда. Очень. Но вижу, что Аля что-то скрывает. Дочка никогда не была безрассудной. Не села бы вот так в машину в ночь.

- Вы же слышали. Она поссорилась со своим парнем.

- Я так понимаю, дело было не просто в ссоре. Уверен. Она вам что-то сказала? Может быть, когда вы нашли её, она была побита или ранена?

- Почему вы о таком спрашиваете меня?

- Потому что Аля не скажет. А я видел парня, с которым она встречалась. Ублюдок. Такой мог обидеть Алевтину. И сильно.

Мерт смотрел на огонь в камине, который он наконец разжёг для уюта, после перевёл взгляд на отца девушки.

- Не мне вам говорить, - ответил он нейтрально, - Алевтина сама решит, что и когда вам рассказать. Но да, дело было не в простой ссоре. Её предали. Жестоко и подло.

Леонид сжал кулаки. Его челюсть напряглась.

- Я так и думал. Спасибо, что не дали ей замкнуться в себе.

- Она не из таких, - сказал Мерт, - Аля выплывет. Просто нужно время. И… правильное окружение.

Леонид внимательно посмотрел на него.

- А вы… вы часть этого «правильного окружения»?

Мерт помолчал, его лицо в свете пламени казалось строгим, решительным.

- Я буду тем, кем она позволит мне быть, - ответил он наконец, - мы с вашей дочерью подружились. Скажем так. Она замечательная. И я сделаю всё, чтобы оградить Алю от новой боли. Это всё, что я могу пообещать.

= 18 =

Дом, наполненный непривычным для Мерта дыханием чужих людей, наконец погрузился в сон. Свет в гостевых комнатах погас, и только свет в окне его спальни на первом этаже продолжал гореть.

Мерт лежал на спине, уставившись в потолок, слушая ночные шорохи: тихое посапывание Марии Валентиновны за стеной, скрип половиц наверху, где ворочалась Аля. Алевтина не спит. Он точно знал.

Мерту не хотелось думать о том, что завтра девушка уезжает. Придётся проводить в город машину Леонида. Надо лично убедиться, что эта семья доедет без приключений. А иначе он не будет знать покоя.

Тело Мерта, уставшее от дневного перехода и эмоциональной бури, требовало отдыха. Но разум и дикая сущность внутри него пребывали в смятении.

Мерт чуял сладкий, тревожный, манящий запах желанной девушки, пропитавший весь второй этаж. Зверь поднимал голову, прислушиваясь к каждому её движению, жадно вдыхая воздух, доносящийся из щели под дверью. Его дикая сущность стремилась к Алевтине.

Это было невыносимо. Мерт встал, натянул штаны и вышел из комнаты босиком, стараясь не скрипеть половицами. Прошёл через тёмную гостиную, где ещё тлели угли в камине, и тихо открыл дверь на веранду.

Морозный, январский воздух ударил в лицо, но он вдохнул его полной грудью, пытаясь очистить лёгкие от её пьянящего аромата.

Во дворе, под скупым светом фонаря, было тихо. Снег хрустел под ногами охранников: двух его волков, двуликих братьев по крови, которые патрулировали территорию.

Они кивнули ему - своему альфе, с дальнего конца двора, давая понять, что всё спокойно. Мерт присел на ступеньку крыльца, ощущая холод дерева под кожей, и закрыл глаза.

Странно, но он настолько был поглощён мыслями об Алевтине, что даже не заметил, как из тени сарая вышла фигура: женская, гибкая, движущаяся с кошачьей грацией даже в унтах и плотной куртке.

Это была Полина. Одна из немногих женщин-оборотней в их негласной, разбросанной по области стае. Её тёмные волосы были заплетены в тугую косу, глаза, даже в человеческом облике, светились хищным, жёлтым отсветом.

- Не спится, Альфа? - её голос был низким, немного хрипловатым, с едва уловимой насмешкой, - а я так ждала твоего возвращения. Ты ведь сказал, что придёшь ко мне сразу же, как вернёшься!

- Тебе какое дело, Полина? - отозвался Мерт, не открывая глаз. Да. Девушка права. Он и правда такое говорил. И совсем позабыл, - у меня изменились планы.

- Вот мне интересно, Альфа, а что за диковинную птицу ты принёс в своё гнездо? Чувствую её запах. Человечий. Но какой-то… особенный. Встревоженный.

Мерт открыл глаза и холодно посмотрел на оборотницу.

- Она моя гостья. И под моей защитой. Не твоя забота.

- Защитой? Поэтому ты так встревожен, возбуждён и неудовлетворён? - Полина подошла ближе, села на ступеньку рядом, но на почтительном расстоянии. Её плечо почти касалось его. Она чувствовала желание зверя Мерта. И Мерт это знал, - от тебя, Альфа, пахнет плотским голодом. Даже на внушительном расстоянии. Знаешь, я всегда рядом. И не такая уж я хрупкая, как та твоя пташка. Не сломаюсь от буйного натиска.

Девушка положила руку ему на плечо. Её пальцы были сильными, уверенными. Полина была охотницей, воительницей, равной ему по силе в своём зверином облике. И она давно давала понять, что не прочь стать его парой. Это было бы логично, удобно, по законам их мира.

Мерт почувствовал, как по его коже под её пальцами пробегает тихая волна. Но не отвращения, а… сопротивления. Её прикосновение было правильным, но теперь казалось чужим. Его зверь даже не шелохнулся, оставаясь равнодушным к её очевидному предложению. Он плотски голоден, но стремится к другой самке. Не эта ему нужна. Другая.

- Убери руку, Полина, - сказал он тихо, но так, что она мгновенно одёрнула ладонь, будто обожглась, - я не в настроении на эти игры.

- Для неё ты в настроении? - в её голосе двуликой прозвучала ревнивая нотка, - для человеческой девчонки, которая даже не знает, кто ты такой на самом деле?

- Это не твоё дело.

- Мерт, она никогда не поймёт твою природу и суть. Не будет с тобой. Да она убежит от тебя, как только увидит твоего зверя. А я… Мерт, я же люблю тебя. Давно хотела сказать, но не решалась.

Мерт резко поднялся на ноги. Его крупная тень накрыла Полину.

- Прекрати. Довольно по ушам мне ездить. Если хочешь остаться в моей стае - уважай мои решения и моих гостей. Понятно?

В его голосе зазвучали стальные нотки Альфы, и Полина опустила голову, демонстрируя покорность, но в её глазах тлела обида.

- Понятно, Альфа. Но я всего лишь сказала, что люблю тебя. И готова для тебя на всё.

- Хорошо, что тебе понятно, Поля, - выдохнул Мерт, - я не могу просить тебя стать моей женщиной, Полина. Поэтому что не хочу этого. А девка для утех мне не нужна, да и унижать тебя подобным предложением я не стану.

- Мерт, я готова стать для тебя любой. Какой ты пожелаешь!

- Но я не готов, Поля. В общем так… Хорошо. Утром я уезжаю в город. На неопределённое время. Ты и братья остаётесь здесь. Следите за домом. И за границами. Чтобы не было никаких проблем. И тех двоих девушек, которые были в моём доме… их нужно будет завернуть обратно.

= 19 =

- Не спится, - ответил Мерт. Его голос прозвучал глубже обычного, - а ты? Неудобная кровать?

- Нет, кровать прекрасная, - Аля сделала шаг к мужчине, - просто… мысли. Они не дают покоя. Я переживаю. И ещё… я услышала, как ты ходишь. Решила проверить.

Девушка стояла в нескольких шагах от него. И её запах, смешанный теперь с запахом его халата, ударил в него с новой силой. Мерт крепко сжал пальцы на гранитной столешнице.

- Не беспокойся, - сказал он, - всё в порядке. Просто… привычка проверять периметр. Особенно когда в доме гости.

Алевтина кивнула, обняв себя за плечи в широких рукавах халата. Потом её взгляд упал на блокнот, лежащий на столе. Тот самый, с которого он с утра отрывал листок с адресом.

- Спасибо, что принял моих родителей, - сказала она, - они впечатлены. Папа даже сказал, что ты настоящий мужчина. Ты ему так понравился, Мерт. А моему папе редко кто вот так нравится в первый же день знакомства.

Мерт усмехнулся уголком губ.

- Твой отец сам таковым является. Это видно. Он - мужик. Я это сразу понял.

- Вы и правда с ним друг друга поняли, - улыбнулась девушка.

Мерт потянулся к блокноту, оторвал чистый листок и взял ручку. Медленно, тщательно вывел несколько строк.

- Вот, - сказал он, протягивая листок Алевтине.

Аля подошла ближе, взяла его. Её пальцы коснулись его, и оба вздрогнули от этого мимолётного контакта.

Она опустила глаза на бумагу. Там было написано несколько телефонных номеров с пометками: «Личный», «Для срочных дел», «Домашний (городская квартира)». И два адреса: домашний, здесь, в посёлке, и адрес в городе. И подпись: «Мерт».

- Что это? - спросила она, поднимая на него глаза.

- На всякий случай, - ответил он, глядя куда-то мимо неё в тёмное окно, - если вдруг понадоблюсь. Или если тебе будет нужно место, где можно спрятаться. Или просто… если захочешь позвонить. Здесь все мои номера, в том числе и рабочие. Адрес домов, квартиры и фирмы, которая принадлежит мне.

Девушка едва слышала его. Смотрела на листок, и её губы задрожали. Она аккуратно сложила бумагу в несколько раз и засунула в карман халата, прямо у сердца.

- Спасибо, - прошептала она, - я сохраню.

Теперь Алевтина стояла так близко, что Мерт чувствовал её дыхание, слышал частый стук девичьего сердца. Его собственное сердце колотилось в груди, как дикий зверь в клетке.

Мерт видел её опущенные ресницы, тень от них на щеках, пухлый изгиб её губ, которые он так яростно целовал всего несколько часов назад. Зверь взревел внутри, требуя, умоляя, приказывая.

И Мерт… сдался.

Он не понял, как это случилось. Одно движение - и он уже обнимал Алю. Не как днём, не властно и страстно, а просто притягивая к себе, обвивая руками её хрупкие плечи под толстой тканью халата.

Аля вскрикнула от неожиданности, но не сопротивлялась. Её руки, зажатые между их тел, медленно разжались, и её ладони легли ему на грудь. Она сама потянулась к Мерту.

Мужчина наклонил голову, его лоб коснулся её лба. Мужчина смотрел в её глаза, такие большие, тёмные, полные доверия и какого-то немого вопроса.

- Аля,- прошептал он её имя.

Алевтина приоткрыла губы, понимая, что хочет ещё раз почувствовать его поцелуй. И Мерт чётко почувствовал это её желание.

И он исполнил его. Поцеловал, обрушивая свои губы на её рот. На этот раз целовал не со звериной яростью, а с такой невыразимой нежностью и жаждой, что у неё перехватило дыхание.

Его губы коснулись её губ легко, но уверенно. Потом прикосновение стало увереннее, но оставалось нежным, изучающим. Его руки не блуждали по её телу, а просто держали, прижимая к себе, пытаясь вобрать в себя всё её тепло, всю её хрупкость.

Аля замерла на мгновение, потом её губы дрогнули и ответили. Сначала неуверенно, робко, а потом всё смелее. Её руки поднялись, обвили его шею, её пальцы впутались в его короткие, жёсткие волосы.

Девушка приподнялась на цыпочках, чтобы быть ближе, и издала тихий, сдавленный стон, когда его язык коснулся её губ, прося разрешения. Она открылась ему.

Это был поцелуй, который смывал всё: боль, стыд, страх, неловкость. Это было как некое признание. Без слов.

В нём была вся ярость его сдержанного желания, превращённая в поток нежности, и вся её ответная, пробуждающаяся жажда, доверия, близости.

Когда они наконец разъединились, оба прерывисто дышали. Глаза Мерта были тёмными, почти чёрными от желания продолжать, но в них больше не бушевала буря. В его омутах светилось глубокое, потрясённое спокойствие.

Аля смотрела на губы мужчины, ощущая, что её собственные губы были влажными, распухшими, а щёки пылали.

- Почему? - прошептала она. Её голос заметно дрожал.

- Потому что не могу иначе, - честно ответил он, - потому что ты здесь. И потому что я хочу, чтобы ты знала… что бы ни случилось, у тебя есть я. Всегда.

Мерт не сказал «люблю».

Во-первых, она бы ему не поверила. Да и не тот момент, чтобы делать такие признания.

= 20 =

Утро пришло как-то слишком быстро. Аля совсем не хотела так скоро уезжать от Мерта. Но… она должна.

В воздухе пахло кофе, который варил Леонид Борисович, и яичницей с беконом. Мерт стоял у плиты, ловко орудуя лопаткой в сковороде. Обыденность, наступившая после вчерашней бури чувств, казалась почти сюрреалистичной.

Алевтина не понимала Мерта. Она ведь нравится ему как женщина. Но он держит строгую дистанцию. То целует, словно одержимый. А после делает вид, что между ними ничего не произошло.

Умом понимала, что Мерт прав. Ведь сама не готова к продолжению. Но при этом её душа требовала чего-то ещё.

Алевтина спустилась вниз, села за кухонный стол, сжимая в руках кружку с чаем. Она наблюдала, как её родители легко вписались в этот ритм. Словно давно здесь живут. И всё благодаря гостеприимству Мерта.

Папа болтал с Мертом о качестве снегоходных трасс, мама накрывала на стол, время от времени бросая на дочь внимательный, изучающий взгляд.

Аля чувствовала себя раздвоенной. Одна её часть жаждала покоя и простоты родительского дома, другая - та самая, что всё ещё помнила жар ночного поцелуя, отчаянно цеплялась за каждую секунду, проведённую в этом светлом, тёплом и таком уютном доме.

После завтрака, который прошёл в лёгкой, почти семейной атмосфере, начались сборы. Леонид вынес вещи дочки в машину, проверил резину и бензобак.

Аля медленно поднялась в свою комнату, чтобы сложить немногие личные вещи. Собирать было особенно нечего. Поэтому скоро её здесь не будет.

Когда девушка спустилась в прихожую, Мерт и её отец стояли у открытой двери, глядя на двор.

- …Так что, - услышала обрывок фразы, - если будете в этих краях снова, я всегда рад, - говорил Мерт. В его голосе не было формальной вежливости, звучало искреннее уважение.

- Обязательно, - ответил Леонид, пожимая ему руку. Его благодарность была спокойной, глубокой, мужской, - вы поступили как настоящий мужчина. Дай вам Бог здоровья.

В этот момент Мария, поправив пальто, подошла к Мерту. В её руках был конверт.

- Мерт, мы, конечно, никогда не сможем отблагодарить вас по-настоящему, но… пожалуйста, примите это. Хоть на бензин, на содержание дома…, - она протянула ему конверт.

И в этот момент наступила тишина. Аля застыла на ступеньке лестницы. Мерт медленно перевёл взгляд с конверта на лицо Марии. Его выражение не изменилось, но в золотых глазах что-то застыло, стало холодным.

- Мария Валентиновна, - произнёс он ровным голосом, - вы, видимо, хотите меня обидеть.

Мария вспыхнула.

- Нет, что вы! Я просто…

- Я не оказываю подобных услуг за деньги, - перебил он, мягко, но не допуская возражений, - я поступал так, как должно. Как поступил бы любой на моём месте, будь у него совесть и сила. Предлагать за такое деньги - это равносильно оскорблению. Для меня.

Он не взял конверт. Его руки остались скрещёнными на груди. Мария, смущённая и в то же время впечатлённая, опустила руку. Поняла, что сделала глупость.

- Простите, я… я не подумала. Я просто привыкла…

- Ничего, - кивнул Мерт, а лёд в его глазах растаял, сменившись на лёгкую, почти невидимую улыбку, - понимаю. Но не надо так впредь поступать. Лучше потом позвоните и сообщите, что доехали благополучно. Это будет лучшей благодарностью.

Леонид одобрительно кивнул, кладя руку жене на плечо. Ситуация была исчерпана с достоинством с обеих сторон.

Аля, наблюдая за этой сценой, чувствовала, как в груди у неё расплывается тёпло. Мерт именно такой: непродажный, честным до мозга костей, гордый. И это делало его ещё более привлекательным в его глазах.

Пока Леонид делал последние приготовления к отъезду, Мария поймала Алю за руку и отвела в сторону, под предлогом проверить, не забыла ли она чего.

- Доченька, - начала мать тихо, её взгляд был серьёзным и проницательным, - мы с папой, конечно, рады, что всё обошлось. И этот Мерт… он, кажется, хорошим человеком. Но я не могу отделаться от мысли. Что случилось между тобой и Эрнестом?

Аля отвела взгляд, ковыряя ногтём узор на деревянной стене.

- Мы поссорились, мам. Сильно. И расстались. Всё.

- «Сильно» - это не объяснение, Алечка, - настаивала Мария, беря её за подбородок и мягко заставляя встретиться взглядом, - ты уехала от него в новогоднюю ночь, в метель, одна. Ты, которая всегда была такая рассудительная. Это не просто ссора. Мы его расспрашивали, когда искали тебя. Он был… странный. Виноватый. Говорил что-то невнятное про то, что ты всё неправильно поняла. Так что же он сделал?

В глазах матери читалось не просто любопытство, а материнская тревога, потребность понять глубину раны своего ребёнка, чтобы знать, как лечить.

Аля чувствовала, как подступают слёзы. Но не от моральной или физической боли, а от этого пронзительного, безусловного участия родного человека.

- Мам, я не могу сказать.

- Почему? Что он тебе сделал?

- Мама, давай приедем домой. Тогда поговорим. Хорошо?

- Он изнасиловал тебя? - повысила голос, хватая дочь за плечи, понимая, что, пожалуй, это единственное, о чём не смогла бы просто так рассказать её дочь.