Подчинись мне!

Глава 1. Иллюзия контроля

Запах сосновой смолы, влажной весенней земли и чужой, неконтролируемой агрессии тяжелым шлейфом оседал на рецепторах.

Я стояла на краю тренировочной площадки Западного Предела, скрестив руки на груди, и с нарастающим раздражением наблюдала за сцепкой двух молодых волков. Они кружили по утоптанной в камень грязи, скалясь, роняя слюну и взрывая землю мощными когтями. Рыжий, более крупный и массивный, явно пытался задавить серого одной лишь грубой силой, но делал это грязно, бездумно поддаваясь самым примитивным инстинктам.

Когда клыки рыжего опасно лязгнули в миллиметре от сонной артерии противника, моя внутренняя волчица недовольно дернула ушами.

Достаточно.

Эти игры в доминантность начинали меня утомлять.

— Стоять, — мой голос прозвучал негромко, почти лениво, но он был до краев пропитан давящей силой Альфы.

Оба волка замерли, тяжело и хрипло дыша. Секунду рыжий еще боролся с собой, его глаза были затуманены адреналином и кровью, но стоило мне сделать один-единственный шаг вперед, как воздух вокруг нас потяжелел, словно перед надвигающейся бурей.

Я позволила своему внутреннему зверю скользнуть ближе к поверхности, не выпуская его полностью, но давая почувствовать его присутствие. Мои радужки вспыхнули расплавленным золотом, а феромоны непререкаемого доминирования невидимой, но осязаемой волной ударили по дерущимся.

Рыжий глухо заскулил. Его массивное тело инстинктивно сжалось, он прижал уши и тяжело опустился на одно колено, склоняя голову в знаке безоговорочного подчинения. Серый тут же последовал его примеру, даже не смея поднять на меня взгляд.

— Вы деретесь как безродные бродячие псы из-за куска падали, а не как воины элитной охраны стаи Западного Предела, — чеканя каждое слово, произнесла я, подходя ближе.

Мои каблуки безупречно чистых сапог бесшумно ступали по грязи.

— Сила без контроля — это слабость. Еще раз увижу, что вы теряете разум на тренировке, поддаваясь животной ярости, — будете месяц патрулировать северную границу в человеческой ипостаси, в самый холод. Понятно?

Волки опустили головы в знак подчинения.

— А теперь прочь с моих глаз!

Они спешно ретировались, поджав хвосты, а я медленно выдохнула, загоняя разбушевавшуюся волчицу обратно в глубину сознания.

Контроль. Это то, чему я училась всю свою сознательную жизнь. Будучи единственной дочерью Деклана, сурового вожака Западного Предела, и сестрой троих гиперопекающих братьев, я с самого раннего детства усвоила один закон: чтобы со мной считались в этом жестоком мужском мире, я должна быть безупречной.

Я — Альфа-самка. Редчайшая генетическая мутация, щедрый дар природы и, одновременно, ее изощренное проклятие.

Большинство женщин-оборотней от природы намного мягче, они подсознательно ищут сильного партнера, чтобы укрыться за его широкой спиной, стать хранительницей очага и позволить самцу диктовать правила. Моя же волчица требовала власти. Она жаждала подавлять, диктовать свои условия, владеть территориями и вести за собой.

Именно поэтому я выбрала себе в пару бету Кайла.

— Снова втаптываешь в грязь самолюбие молодняка, Рэйвен?

Я обернулась. Мой отец, Деклан, стоял на крыльце главного особняка стаи, величественного здания из темного дерева и дикого камня, опираясь могучим плечом о балку.

Он был внушительный мужчиной: глубокие шрамы на жестком лице, серебристая седина в густых черных волосах и взгляд хищника, от которого у большинства врагов леденела кровь. Но я смотрела на него прямо, гордо вздернув подбородок. Я была его главной гордостью. И его самой большой головной болью.

— Кто-то же должен напоминать им о дисциплине, пока ты занят политикой, — пожала я плечами, грациозно поднимаясь по ступеням.

Отец хмыкнул, но в его темных глазах не было ни капли веселья.

— Твой жених прибыл. Ждет в гостиной.

То, как отец произнес слово «жених» — с едва уловимой снисходительностью и с той брезгливой ноткой, которую мог уловить только оборотень, — заставило меня внутренне подобраться и выпустить предупреждающие феромоны.

— Папа, мы это уже обсуждали тысячу раз.

— Обсуждали, — Деклан оттолкнулся от балки и преградил мне путь к массивным дверям.

Запах его власти слегка кольнул мои легкие, но я даже не поморщилась, отвечая ему своей аурой.

— Ты едешь на территорию Северной Крови, Рэйвен. В логово Аластара. Это не увеселительная поездка в столицу. И меня до сих пор буквально выворачивает от мысли, что мою дочь, мою чистокровную Альфу, будет сопровождать какой-то бета.

— Кайл — сын вожака, того самого Аластара, — спокойно и надменно парировала я, хотя эта тема давно набила мне оскомину. — Этот союз идеален. Он выгоден обеим стаям. Мы закрепим мирные границы на поколения вперед, объединим капиталы и влияние.

— К черту политику! — рыкнул Деклан, подаваясь вперед; его глаза блеснули опасным огнем. — Ты выбираешь себе пару, опираясь на графики, договоры и холодный расчет. Ты берешь слабого самца только потому, что до одури боишься потерять свою гребаную независимость!

Глава 2. Территория Зверя

Черный внедорожник плавно пожирал километры шоссе, уводя нас все дальше от вылизанных дорог Западного Предела вглубь вековых лесов Северной Крови. Пейзаж за окном стремительно менялся: яркая зелень на густые, почти черные хвойные массивы, а небо затягивало тяжелыми, свинцовыми тучами. Казалось, сама природа здесь была пропитана какой-то первобытной мощью, которая не терпела слабаков.

Я сидела, закинув ногу на ногу, и лениво наблюдала за тем, как капли начинающегося дождя разбиваются о тонированное стекло. Тишина в салоне была почти осязаемой, нарушаемой лишь тихим рокотом мощного двигателя. Кайл вел машину сосредоточенно, но я видела, как меняется его поза. Чем ближе мы подбирались к границе земель его отца, тем сильнее напрягались его плечи, а пальцы крепче сжимали кожаный руль.

Внезапно воздух в машине изменился. Это было похоже на резкий скачок давления перед грозой. Я почувствовала, как по коже пробежал едва уловимый электрический разряд, а волоски на затылке встали дыбом. Мы пересекли невидимую черту — границу влияния Аластара.

— Мы приехали, — тихо произнес Кайл.

В его голосе проскользнула нотка облегчения, смешанная с чем-то, что мне очень не понравилось.

Я повернула голову и окинула его коротким, пренебрежительным взглядом. Кайл инстинктивно чуть втянул голову в плечи, его спина слегка сгорбилась — типичная поза подчинения, которую бета принимает, оказываясь на территории своего Альфы. Мои губы искривились в надменной усмешке.

— Это точно твой дом? — мой голос прозвучал как удар хлыста. — Ты выглядишь так, будто ждешь порки от папочки, Кайл. Выпрямись. Ты сопровождаешь Альфу Западного Предела, а не плетешься за хозяином в конуру.

Кайл вздрогнул, бросил на меня виноватый взгляд и попытался расправить плечи, но аура этого места уже давила на него, подавляя волю. Для него Аластар был неоспоримым вожаком. Для меня же он был просто очередным препятствием на пути к власти.

— Ты не понимаешь, Рэйвен, — глухо отозвался он. — Мой отец... он не просто Альфа. Ты почувствуешь это, когда увидишь его.

— Я уже чувствую, — отрезала я, отворачиваясь к окну. — Чувствую запах старого кобеля, который слишком долго метил свою территорию. Пора бы кому-то напомнить ему, что времена меняются.

Я лукавила. Моя волчица внутри уже не спала. Она стояла в полный рост, принюхиваясь к воздуху, который просачивался через систему вентиляции. Что-то в этой земле заставляло ее нервно подергивать хвостом. Это не был страх — Альфы не знают страха. Это было странное, беспокойное предвкушение, которое начало зарождаться где-то глубоко внизу живота, отзываясь легким, едва заметным покалыванием.

Внедорожник свернул с шоссе на частную дорогу, выложенную идеально ровным темным камнем. Через несколько минут лес расступился, открывая вид на поместье Северной Крови.

Если мой родной дом был воплощением сурового величия, то поместье Аластара было гимном темной роскоши и безграничной власти. Огромный особняк из черного гранита и панорамного стекла возвышался над идеально подстриженными газонами, словно неприступная крепость. Никаких лишних деталей — только строгие линии, холодный блеск металла и аура богатства, которое не выставляют напоказ, а используют как оружие.

На подъезде нас уже ждали. Несколько крепких парней в безупречно сидящих черных костюмах стояли у входа.

Ага, это значит охрана. Судя по их движениям и тяжелым взглядам — элитные бойцы стаи. Когда машина остановилась, один из них шагнул вперед, чтобы открыть мою дверь.

Я не спешила выходить. Я дождалась, пока он застынет в ожидании, и только потом грациозно выплыла из салона, обдавая его волной своих властных феромонов. Охранник на секунду замер, его зрачки расширились, когда он уловил мой запах — запах сильной, опасной и невероятно желанной самки. Я мазнула по нему ледяным взглядом, заставляя его инстинктивно опустить глаза.

— Чемоданы в мою спальню, — бросила я небрежно, не удостаивая его даже кивком. — И проследите, чтобы их не поцарапали. Там вещи, которые стоят больше, чем вся твоя годовая зарплата.

Я чувствовала на себе взгляды остальных волков. Они были ошарашены моей наглостью. В их стае женщины, вероятно, знали свое место. Что ж, им предстоял тяжелый урок.

Кайл подошел ко мне, пытаясь взять за руку, но я демонстративно поправила волосы, избегая контакта. Сейчас, на этой территории, его близость начала меня раздражать. Его запах беты казался здесь слишком слабым, почти прозрачным.

— Рэйвен, это Маркус, правая рука моего отца, — Кайл указал на высокого мужчину со шрамом через всю бровь, который вышел из дома нам навстречу.

— Добро пожаловать в Северную Кровь, — произнес Маркус.

Его голос был сухим и жестким. Он смотрел на меня без тени почтения, оценивающе, как на племенную кобылицу, которую привели в загон.

— Вожак задерживается на северных границах. Он просил передать, что присоединится к вам за ужином.

— Какая досада, — я приподняла бровь, демонстрируя легкую скуку. — Надеюсь, за ужином он будет более пунктуален. Я не привыкла ждать самцов, какими бы вожаками они себя ни мнили.

Маркус сузил глаза, и в воздухе на мгновение вспыхнуло напряжение. Он явно хотел что-то ответить, но статус гостьи и невесты сына вожака удерживал его от грубости.

Глава 3. Первое столкновение

Я сидела на краю огромной кровати, впившись удлинившимися когтями в дорогой шелк покрывала, и судорожно хватала ртом воздух. Глухой стук закрывшейся входной двери эхом отдавались в моей голове, заглушая шум ливня за окном.

Вожак вернулся.

Мое тело, предав все годы железной дисциплины, реагировало на его близость с пугающей, неконтролируемой животной откровенностью. Низ живота сводило от пульсирующей боли, которая требовала только одного — немедленного наполнения. Горячая влага обильно скапливалась между бедер, пропитывая тонкое кружево белья. Моя внутренняя волчица, почувствовав на своей территории первобытного самца, билась о прутья моей воли, скуля от вожделения и инстинктивной потребности подставить шею под укус.

— Заткнись, — злобно прошипела я сквозь стиснутые зубы, обращаясь к собственному зверю. — Я — Альфа. Я никому не подчиняюсь.

С нечеловеческим усилием воли я заставила себя подняться. Колени дрожали, но я выпрямила спину, силой загоняя животную панику глубоко внутрь. Если Аластар думает, что я потеку и упаду перед ним на спину, как безродная омега, от одного только его запаха, он фатально ошибается.

Я подошла к раскрытому чемодану. Сейчас мне нужно было выглядеть достойно. Никаких пастельных тонов, никаких скромных нарядов милой невестки, приехавшей на знакомство с «папочкой». Я выбрала облегающее платье глубокого, кроваво-винного оттенка. Дорогая, плотная ткань идеально подчеркивала хищные изгибы моего тела, а разрез на бедре и открытая спина кричали о вызове.

Встав перед зеркалом, я методично нанесла макияж. Темно-бордовая помада легла на припухшие от возбуждения губы, делая их похожими на свежую рану. Черные стрелки удлинили разрез глаз, придав моему лицу надменное, ледяное и откровенно опасное выражение.

Я выглядела как стерва, обладающая абсолютной властью, как богиня разрушения в декорациях темного люкса. Я вздернула подбородок, глядя на свое отражение. Золото в радужках уже погасло, сменившись непроницаемой карей тьмой, но я знала, что зверь готов вырваться в любую секунду.

Высокие шпильки черных туфель впились в ворс ковра, когда я вышла из комнаты.

Особняк Северной Крови казался живым организмом. Мрачные стены из темного дерева, тяжелые хрустальные люстры, отбрасывающие тусклые блики на глянцевый мрамор полов — все здесь было пропитано агрессией хозяина.

Запах Аластара витал везде: смертоносный и острый, горький сандал и дурманящий мускус. С каждым вдохом мои легкие обжигало. С каждым шагом вниз по массивной лестнице влага между бедер становилась все обильнее, заставляя мышцы матки сладко и мучительно сокращаться.

В просторной гостиной у камина стоял Кайл. Увидев меня, он замер. В его глазах мгновенно вспыхнуло обожание, смешанное с откровенной похотью.

— Рэйвен... Ты выглядишь просто... — он запнулся, сглатывая, и сделал шаг навстречу. — Невероятно.

Он потянулся к моей талии, но я плавно, словно в танце, ускользнула от его рук, останавливаясь у барной стойки. Его запах беты — такой понятный, такой спокойный — сейчас казался мне пресным и раздражающим.

Как я могла довольствоваться этим?

Рядом с густой, подавляющей аурой, которой был пропитан сам воздух в этом доме, энергетика Кайла казалась просто бледной тенью.

— Налей мне бурбона. Чистого, — приказала я, даже не глядя на него.

Кайл послушно кивнул, беря хрустальный стакан. Но стоило ему плеснуть на дно янтарную жидкость, как тяжелые двустворчатые двери гостиной распахнулись.

Удар.

Так это ощущалось на физическом уровне. Воздух в комнате мгновенно исчез, выкачанный вакуумом чужой, колоссальной силы.

На пороге стоял Вожак.

Мое сердце сбилось с ритма, делая судорожный кульбит. Аластар был монументален. Широкие плечи едва помещались в дверном проеме. Темный, идеально скроенный костюм облегал горы литых мышц, которые двигались с смертоносной грацией. Жесткие, хищные черты лица, легкая небритость, старые шрамы, пересекающие мощную шею — все в нем кричало о насилии, власти и первобытном доминировании.

Но хуже всего были его глаза. Темный, жидкий янтарь. Глаза монстра, который тысячелетиями брал то, что хотел, никого не спрашивая.

Как только он вошел, Кайл рядом со мной инстинктивно вжал голову в плечи. Спина моего жениха сгорбилась, он опустил взгляд в пол, принимая безоговорочную позу подчинения перед сильнейшим. Эта демонстрация слабости вызвала во мне острый приступ презрения.

Я же не пошевелилась. Лишь расправила плечи, высокомерно вздернула подбородок и уставилась прямо в лицо Вожака. Прямой зрительный контакт — это вызов. Это объявление войны для доминантного самца. И я бросила его без малейшего колебания.

Аластар замер на полпути. Его янтарь скрестился с моим взглядом. В комнате повисла звенящая, мертвая тишина, прерываемая лишь треском дров в камине. Он медленно, с наслаждением садиста, втянул носом воздух. Я увидела, как расширились его ноздри, как напряглась челюсть. Он почувствовал меня. Разобрал мой запах на атомы. Учуял и мою агрессию Альфы, и текущую по моим бедрам сладкую влагу внеплановой овуляции.

Зверь внутри него одобрительно, утробно зарычал. Этот звук не был слышен ухом, но он вибрацией отдался в моих костях.

Глава 4. Право Сильнейшего

Аластар

Дождь хлестал по лобовому стеклу бронированного внедорожника, пока я возвращался с объезда северных границ. Мой внутренний зверь глухо ворчал, раздраженный слякотью, рутиной и тем бесконечным одиночеством на вершине пищевой цепи, к которому я давно привык.

Я откинул голову на кожаный подголовник и прикрыл глаза, мысленно возвращаясь к предстоящему вечеру. Сегодня в моем доме появится гостья.

Рэйвен. Дочь Деклана, вожака Западного Предела. И моего вечного конкурента.

Когда Кайл впервые сообщил мне, что добился согласия на политический брак с чистокровной Альфа-самкой, я не поверил своим ушам.

Мой сын? Мой мягкотелый, дипломатичный бета, в котором человеческого всегда было больше, чем волчьего, сумел провернуть сделку века. Я искренне гордился им в тот момент. Наконец-то он сделал что-то по-настоящему достойное для стаи. Союз с Западным Пределом укрепил бы наши позиции на континенте так, как не снилось ни одному из моих предков.

Но за этой гордостью скрывалась и другая, темная, как стоячая вода, эмоция.

Глухая, черная зависть к Деклану.

Старому ублюдку повезло. Природа щедро наградила его, подарив дочь-Альфу — редчайший бриллиант в нашем мире. А мне природа отомстила. Много лет назад, будучи молодым и глупым вожаком, я пошел на поводу у человеческих чувств и выбрал мать Кайла не по зову крови, не потому, что она была моей истинной парой или сильной самкой в стае.

Я просто влюбился в ее нежность и хрупкость. И жестоко за это поплатился. Стая получила наследника-бету. Слабого самца, не способного удержать власть в своих руках без моей постоянной поддержки.

Я смирился с этим ударом судьбы. Закрыл свое сердце после смерти возлюбленной, превратившись в машину для управления стаей. Обычные, покорные самки, с радостью раздвигающие передо мной ноги, вызывали лишь скуку. Мой зверь не реагировал на них.

До сегодняшнего дня.

Едва я переступил порог своего особняка, как реальность дала трещину.

Удар по обонянию был такой мощи, что я на долю секунды застыл в холле, как зеленый юнец, потерявший ориентацию в пространстве. Воздух в моем собственном доме изменился. Он пропитался чужим, дерзким, вибрирующим от силы ароматом. Запахом Альфы. Но это был не запах угрозы, не вонь чужого самца, пришедшего оспорить мою территорию.

Это был запах самки. Молодой, невероятно сильной и... текущей.

Мой зверь, спавший в холодной пещере моего разума, мгновенно взвился на дыбы с оглушительным, яростным ревом. Кровь ударила в голову, а затем кипящей волной ухнула вниз, прямо в пах.

Она была здесь. Прямо в моем логове.

Я двинулся на запах, ведомый самым древним, самым темным инстинктом, который только существует в природе. Мои шаги по мрамору были бесшумными, походка стала стелющейся. Я шел к дверям гостиной, и с каждым вдохом этот дурманящий коктейль из запаха доминирования и созревшей яйцеклетки сводил меня с ума. Мои легкие горели. Ткань брюк натянулась до предела, скрывая каменную, почти болезненную эрекцию.

Я распахнул тяжелые двери.

В нос ударил дым от камина, дорогого бурбона и... страха. Запах страха конечно исходил от моего сына. Кайл стоял посреди комнаты, жалкий и растерянный. Но я даже не посмотрел на него. Для меня в этой комнате существовала только она.

Рэйвен. Вот какая она.

Чертов суккуб во плоти.

Она стояла у барной стойки, и от одного взгляда на нее мой зверь радостно оскалился. Я ожидал увидеть сильную, но все же вышколенную девчонку, которая таки проявит покорность перед Вожаком чужой территории.

Но эта сука... она была великолепна в своей наглости.

Кроваво-винное платье облегало ее тело как вторая кожа, подчеркивая каждый изгиб. Женственные бедра, узкая талия, полная грудь. Природа создала ее идеальным сосудом. Мой внутренний самец мгновенно, с пугающей точностью оценил ее анатомию. Она была невероятно плодовита. Ширина ее таза, ее энергетика, сам запах овуляции, который она тщетно пыталась скрыть за маской холодного высокомерия — все это кричало о том, какое потрясающе сильное потомство она может выносить.

Моих щенков. Истинных Альф, которые будут править моей территорией с достоинством.

Она не опустила голову, когда я вошел. Ни один мускул на ее красивом, надменном лице не дрогнул. Ее глаза, темные и бездонные, встретили мой взгляд в лобовом столкновении. В нашем мире так не поступал никто. Даже самые отбитые вожаки других стай опускали глаза, не выдерживая моего давления.

Но она лишь гордо, вызывающе вздернула свой точеный подбородок.

От этого крошечного, дерзкого движения у меня внутри сорвало все тормоза. Кровь с такой силой прилила к паху, что я едва не зарычал вслух. Желание схватить ее за серебристые волосы, поставить на колени и грубо, по-животному вбить в нее свою силу, стало почти невыносимым.

— Отец... Это Рэйвен. Моя невеста, — проблеял Кайл где-то на периферии моего сознания.

Его невеста?

Я едва не рассмеялся, но удержал таки маску. Медленно я двинулся к ней, игнорируя сына. Кайл отступил. Мой мальчик были слишком слаб для такой самки. Он бы никогда не смог ее удержать. Она бы сломала его, выпила до дна и выплюнула через пару лет, превратив в своего послушного цепного пса. Я видел зачатки того, что он уже им становился.

Глава 5. Ужин с хищником

Двери за Аластаром закрылись с глухим стуком, который прозвучал в моих ушах как удар судейского молотка. Вынесение приговора.

Я стояла посреди роскошной гостиной, сжимая в руке хрустальный бокал, и чувствовала, как по моим ногам, прямо под дорогой тканью винного платья, стекает предательская влага. Мое тело, мое безупречно натренированное тело Альфы, капитулировало перед этим самцом за какие-то жалкие три минуты. Одно прикосновение его грубых пальцев к моей шее — и моя волчица взорвалась скулящим экстазом.

— Рэйвен... — голос Кайла прозвучал жалко. Он попытался дотронуться до моего плеча.

— Убери. От меня. Руки, — прорычала я, резко разворачиваясь.

Мой взгляд был настолько тяжелым и безумным, что Кайл инстинктивно отшатнулся, вскинув ладони в защитном жесте. В его глазах плескалась смесь паники и горького осознания. Конечно, он же видел, как я, его надменная невеста, только что едва не растеклась лужицей у ног его отца.

— Мне нужно в уборную, — бросила я ледяным тоном, ставя бокал на барную стойку. Хрусталь жалобно звякнул о мрамор. — Жди меня здесь. И ради всех богов, Кайл, постарайся за ужином не выглядеть как побитая шавка. Меня тошнит от твоего запаха страха.

Я не стала дожидаться его ответа. Развернувшись на каблуках, быстрым шагом покинула гостиную, направляясь в ближайшую туалетную комнату на первом этаже. Захлопнув за собой массивную дверь, я щелкнула замком и прислонилась лбом к прохладному темному дереву.

Меня трясло. Крупная, неконтролируемая дрожь колотила меня изнутри. Я зажмурилась, пытаясь выровнять сбившееся дыхание, но воздух здесь был все еще пропитан им. Терпкий запах мускуса, кровь и чистая власть.

Я подошла к раковине из черного оникса и оперлась руками о края. В зеркале отражалась волчица на грани срыва. Мои глаза лихорадочно блестели, щеки пылали неестественным румянцем, а грудь тяжело вздымалась. Губы, которые я так тщательно красила бордовой помадой, припухли, словно Аластар уже безжалостно целовал их, кусая до крови.

— Соберись, — прошептала я своему отражению, сжимая челюсти. — Ты — наследница Западного Предела. Ты сама устанавливаешь правила.

Я включила ледяную воду и плеснула себе на шею, туда, где все еще горел фантомный ожог от его прикосновения. Затем я стянула через бедра кружевные трусики. Они были насквозь мокрыми от моей собственной смазки, тяжелой и вязкой от феромонов овуляции. Я с омерзением скомкала кружево и швырнула его в мусорное ведро. Пришлось потратить несколько минут, чтобы с помощью бумажных полотенец и холодной воды хоть немного привести себя в порядок.

Я осталась без белья. Ткань платья теперь скользила прямо по обнаженной, гиперчувствительной коже, и каждое движение отдавалось в клиторе тупой, пульсирующей искрой напряжения. Это было сродни изощренной пытке, но у меня не было выбора. Я не могла позволить себе опоздать и показать слабость перед этим наглым вожаком.

Глубоко вздохнув, я поправила идеальные черные стрелки, расправила плечи и вышла из уборной.

Кайл ждал меня у входа в большую столовую. Он попытался ободряюще улыбнуться, но улыбка вышла кривой и натянутой. Я молча взяла его под руку, впиваясь ногтями в ткань его пиджака чуть сильнее, чем требовала вежливость, и мы шагнули внутрь.

Столовая Северной Крови выглядела как идеальная декорация для темного, кинематографичного ритуала. Освещение было выстроено так, словно мы находились на съемках обложки дорогого глянца: свет массивной хрустальной люстры был приглушен, оставляя углы огромного помещения в глубоких, драматичных тенях. Длинный стол из красного дерева был сервирован тяжелым старинным серебром и тончайшим фарфором. В центре мерцали десятки высоких черных свечей, отбрасывая хищные блики на лица присутствующих.

Аластар уже сидел во главе стола.

Он сменил пиджак на черную рубашку, расстегнутую на две верхние пуговицы, обнажая часть мощной шеи и ключиц. В полумраке он казался еще крупнее, еще опаснее. Настоящий первобытный бог разрушения, восседающий на своем троне.

Его янтарные глаза мгновенно впились в меня, как только я переступила порог. Я почувствовала этот взгляд физически — тяжелый, сканирующий, проникающий под ткань моего платья, скользящий по обнаженным бедрам. Его ноздри едва заметно расширились, и я поняла: он знает. Он унюхал, что под этим шелком на мне больше ничего нет. В его глазах вспыхнуло собственническое удовлетворение.

— Присаживайтесь, — его голос, низкий и рокочущий, разрезал тишину столовой.

Кайл отодвинул для меня стул по правую руку от отца, а сам сел рядом. Это была тактическая ошибка моего жениха. Оказавшись так близко к эпицентру силы Аластара, я оказалась в зоне прямого поражения его аурой.

Слуги — безмолвные беты, отводящие глаза при виде своего Вожака — начали подавать блюда. Мясо. Много мяса, с которого капал красноватый сок. Дичь, приготовленная почти с кровью, как и подобает истинным хищникам.

Я взяла в руку тяжелый серебряный нож. Металл холодил пальцы, давая хоть какую-то иллюзию заземления.

— Западный Предел славится своими строгими нравами, — внезапно заговорил Аластар, отрезая кусок стейка. Его движения были неспешными, завораживающими своей хищной грацией. — Деклан всегда держал свою территорию в ежовых рукавицах. Я удивлен, что он позволил своей единственной Альфа-наследнице покинуть дом в компании... — он бросил уничижительный взгляд на Кайла, — недостаточной охраны.