Подонок. Пепел между нами

Глава-1. Проект.

Телефон завибрировал на стеклянной столешнице.

– Да, мама. Ты уже уложила Лили?

– Да, не переживай. Спит она. Свернулась калачиком, Персика к себе прижала. Я ей сказку прочитала, и она выключилась.

– Это хорошо. Я тебе потом позвоню, хорошо? У меня сейчас совещание.

– Хорошо. Иди.

Я нажала отбой, поднялась из-за стола и поправила жакет. Короткий взгляд в зеркало. Собранные в низкий пучок волосы, острые скулы, холодные глаза. Эстер Райт, ведущий архитектор «Vallois & Partners». Та, кто не ошибается.

Я вышла в коридор.

Сотрудники кивали мне в знак приветствия. Я кивала в ответ – сухо, вежливо, не сбавляя шага. Жюли улыбнулась с секретарской стойки.

– Мисс Райт, мистер Уокер ждет вас.

Я открыла дверь конференц-зала и вошла.

Кристиан Уокер сидел во главе длинного овального стола. Тридцать лет, идеальный костюм, взгляд человека, который привык управлять. За три года он превратил «Vallois & Partners» из скромной французской фирмы в имя, которое знают по всей Европе. И он знал, что я стою каждого потраченного на меня времени.

– Доброе утро, – сказала я, закрывая дверь.

– Эстер, присаживайтесь.

Я прошла к своему месту – третьему справа. Села, положила планшет перед собой.

– У меня для вас есть проект, – Кристиан смотрел на меня в упор. – Масштабный. И я хочу, чтобы вы его вели. Я доверяю это дело только вам.

Его слова повисли в воздухе. Я выдержала паузу ровно на секунду.

– Мне приятно это слышать, мистер Уокер.

Он кивнул, принимая ответ как должное. Потому что мы оба знали: я лучшая. И не потому что я так думаю. Потому что цифры говорят сами за себя. Ни одного сорванного срока. Ни одного превышения бюджета. Каждый проект, который я брала, приносил компании прибыль, о которой другие архитекторы могли только мечтать.

– Проект международный, – продолжил он. – Строительство многофункционального комплекса. Место – Лос-Анджелес.

Я замерла.

Лос-Анджелес.

Город, где я научилась не доверять. Где мое сердце разбили на осколки, которые до сих пор не собраны до конца.

Внутри что-то сжалось. Пальцы сами собой вцепились в край кресла, костяшки побелели.

Один вдох. Второй.

Я подняла глаза на Кристиана. Мое лицо ничего не выражало. Три года практики – и я научилась этому лучше, чем чертить фасады.

– Хорошо, – сказала я. Голос ровный, спокойный. Как будто он только что не предложил мне вернуться в ад, из которого я выползла по кусочкам.

Кристиан кивнул, довольный моей реакцией.

– Мы будем сотрудничать с одной крупной компанией из Штатов. Совместный проект. С вашей стороны – полная ответственность за архитектурную часть. Я хочу, чтобы вы лично курировали все этапы.

Я кивнула, делая пометку в планшете.

– Когда начинаем?

– Через две недели. Первая встреча с партнерами в Лос-Анджелесе. Я пришлю вам все документы до конца дня.

– Хорошо.

Он поднялся, давая понять, что совещание закончено. Я встала следом.

– Эстер, – он остановил меня у двери. – Я знаю, что это не самый простой проект. Но я выбрал вас не случайно.

– Я справлюсь, – ответила я.

Он кивнул и вышел.

Я осталась одна в пустом конференц-зале. Сделала глубокий вдох. Потом еще один.

Успокойся.

Лос-Анджелес. Это просто город. Проект, работа, сроки.

Что может там случиться?

Я сжала планшет так сильно, что экран едва не треснул.

Ничего.

Я больше не та девочка, которая смотрела на кого-то с надеждой. Я – Эстер Райт. И я не проигрываю.

Я вышла в коридор, и каблуки зацокали по мраморному полу. Сотрудники расступались передо мной. Я шла быстро, не глядя по сторонам.

В голове уже выстраивался план. Две недели. У меня есть две недели, чтобы подготовиться.

Я достала телефон и набрала маму.

– Мам, я освободилась. Как Лили?

– Спит. Что-то случилось, милая? У тебя голос странный.

– Нет, – сказала я, входя в лифт. – Все хорошо. Я просто скоро уеду в командировку. Ненадолго.

– Куда?

Я посмотрела на свое отражение в зеркальной стене лифта. Холодные глаза. Собранные волосы.

– В Лос-Анджелес.

Тишина на том конце провода длилась секунду. Мама ничего не сказала.

– Я скоро буду дома, – добавила я и нажала отбой.

Лифт поехал вниз.

Я смотрела на цифры, которые меняли этаж за этажом, и чувствовала, как внутри, под слоями льда и стали, что-то пытается ожить. Что-то темное и тяжелое.

Я задушила это еще до того, как двери лифта открылись.

Серебристый Audi ждал на своем месте. Я села за руль и выехала к дому.

Дорога заняла сорок минут. Дождь моросил, дворники мерно скрипели по стеклу. Я не думала ни о чем, кроме маршрута и переключения передач.

Когда я заехала во двор, уже стемнело. Маленький дом с кованой решеткой на окнах светился теплым желтым светом.

Я зашла, повесила ключи на крючок. Мама вышла из кухни, вытирая руки полотенцем.

– Ты рано.

– Совещание закончилось быстрее.

Мы прошли на кухню. Мама села напротив, положила руки на стол. Я налила себе воды из графина.

– Какой проект? – спросила она.

– Международный. В Лос-Анджелесе.

Мама помолчала. Я видела, как ее пальцы сжались на полотенце.

– Почему именно Лос-Анджелес?

– Мистер Уокер так решил, – я пожала плечами. – Я лишь выполняю приказы.

Она посмотрела на меня внимательно. В ее глазах была тревога, которую она пыталась скрыть.

– А там точно будет всё в порядке?

Я поставила стакан на стол.

– А что же может быть? Это всего лишь работа. Приеду, сделаю, что нужно, и вернусь.

Мама кивнула, но напряжение не ушло с ее лица.

– Хорошо, – сказала она тихо. – Если ты уверена.

Я встала, подошла к ней, коснулась ее плеча.

– Все будет хорошо. Я справлюсь.

Она слабо улыбнулась и снова взялась за чашки.