Похитительница снов наследного принца

Пролог

Пролог

Я торопливо бегу по длинным коридорам академии, чувствуя, что меня преследуют. По спине скатываются ледяные капли пота. А меня всю трясёт от ужаса. Он приближается. С каждым новым мгновением он всё ближе.

И он неминуемо быстро настигает меня. Хватает за плечи и рывком разворачивает к себе лицом.

Грубо. Настойчиво. Больно.

Сильные пальцы, привыкшие держать опасно острый кинжал и метать боевые снаряды, оставляют синяки на моих плечах.

Распахиваю глаза, стоит только столкнуться взглядом с чёрными, непроницаемыми глазами, на дне которых клубится самая настоящая тьма.

Казалось, что бояться ещё больше просто невозможно. Но я заблуждалась.

Ноги предательски подгибаются в коленках, и я готова рухнуть на грязный пол к его ногам. Превратиться в грязь у его ботинок, которую он способен растереть, не моргнув глазом.

Рион толкает меня к стене. За статую великого мага Валериуса. Подальше от чужих глаз.

Здесь, в тёмном закутке, нас не видно.

Я дёргаюсь. Хочется позвать на помощь, но голос просто сел. Пропал от ужаса. Накрывшего с головой страха.

Да и кто способен мне помочь? Кто рискнёт пойти против самого Риона? Наследного принца? Тёмного мага, способного одним своим взглядом заставить человека ползать перед ним на коленях. Корчиться от боли и молить о пощаде.

Я окидываю беспомощным узкое пространство, в котором оказалась наедине с Рионом и вжимаю голову в плечи.

Парень толкает меня к стене. Бьюсь лопатками и затылком о холодную поверхность. Воздух со свистом покидает лёгкие. Я вскидываю руки и прижимаю обе ладони к груди, глупо надеясь, что смогу спастись от бешенства наследника.

— Хочешь что-то мне сказать? — обе ладони Риона ложатся на стену у моих плеч, заключая меня в ловушку из его тела и рук.

Запах морозного леса и костра в то же мгновение заполняет лёгкие под завязку. Перед глазами всё плывёт, и я делаю судорожный вдох. Я пытаюсь сохранить остатки разума и не выглядеть совсем уж жалкой перед ним.

— Это была чудовищная ошибка, — я всё же размыкаю губы и говорю дрожащим шёпотом. — Я не знаю, как такое могло произойти. Я… Я просто выполняла заказ, но что-то пошло не так.

— Заказ? — Рион склоняет голову на бок, рассматривает моё белое от испуга лицо с интересом.

Кажется, он смотрит сейчас на мишень на поле боя, которую в следующее мгновение разнесёт в щепки. И я даже не сомневаюсь, что через пять минут от меня не останется и мокрого следа. И никто даже искать меня не станет. Кому будет интересна сирота обедневшего рода?

— Да. Так не должно было получиться. Это вышло совершенно случайно. Я заснула и оказалась в Вашем сне! Этого не должно было произойти. Сон предназначался не Вам.

— Мне нужны подробности, девчонка, — сильные шершавые пальцы обхватывают мой дрожащий подбородок и с силой сжимают, причиняя боль. Чёрные глаза наследника смотрят в моё лицо с презрением. Насмешкой. И чем-то ещё. Пугающим. Тёмным. Одержимым. Так он смотрел на меня во сне. И я не смогла от него сбежать тогда. Способно ли хоть что-то помочь мне сейчас?

— Ты расскажешь мне всё прямо сейчас, девочка. Какую магию ты применила? Почему я видел тебя в своём сне? И почему я никак не могу перестать о тебе думать? Что за магию ты применила? — повторяет свой вопрос, щуря чёрные глаза, в которые страшно смотреть.

Страшно. Но вопреки доводам разума отвести взгляда я не могу. Я заворожена серебристыми искрами, сверкающими в их глубине. Восхищена. Они могут вспыхивать, когда молодой человек возбуждён. Жарко. Порочно.

— Это мой дар. Очень слабый, — шепчу онемевшими губами. — Я делаю свечи, которые пока не догорят навевают сны.

— И ты решила поймать рыбёшку покрупнее и прыгнуть ко мне в постель во сне? — опасно улыбаясь, Рион заправляет прядь волос мне за ухо.

Жест нарочито нежный, но в нём таится угроза. Одно движения пальцами, и они сомкнуться на моей шее, лишая жизни.

— Нет… Всё совсем не так. Люция сказала, что хочет сделать подарок своему любимому. Я не знала, кому предназначалась свеча! Клянусь Богами!

— Ты подсмотрела чужой сон, выходит? — пальцы молодого человека смыкаются на задней поверхности моей шеи и ощутимо сжимают.

Рион заставляет меня смотреть прямо в страшные чёрные глаза. Заставляют вспоминать детали сна. Порочного. Постыдного. И вопреки всему сладкого. Каждый момент проносится перед глазами, заставляя краснеть и часто дышать. И взгляд парня опускается на мою часто поднимающуюся и опадающую грудь, обтянутую тканью форменной блузки. Я вижу, как и без того чёрные глаза становятся ещё темнее.

— Во сне ты была куда смелее, — большим пальцем левой руки проводит по подбородку, цепляет нижнюю губу и оттягивает. — Гораздо смелее.

Голос принца становится ниже. В нём появляются хриплые нотки, от которых по коже во все стороны рассыпаются мурашки.

— Это была не я… Это всё сон. Я заработалась. Я случайно… — лепечу, пытаясь оправдаться.

Я совершила самую большую ошибку в своей жизни. И никто не способен мне помочь. Никто не спасёт меня от гнева наследника. Только чудо.

— Случайно, — усмехается и качает головой, не веря ни единому моему слову. — Как же часто я это слышу. Случайно. Ненарочно. Это совпадение. Неужели ты думаешь, что я поверю в такое совпадение? До этого ты тоже совершенно случайно возникла на моём пути.

— Клянусь! — выкрикиваю, сжимая кулаки. — Я поверила влюблённой в Вас девушке. Она…

Рион запрокидывает голову и хрипло смеётся. И от этого смеха мне становится не по себе.

— Знаешь, мне плевать — была это случайность или нет. Мы воплотим сон в жизнь. Прямо сейчас.

Глава 1

Глава 1

Эллара

— Мне сказали, что ты умеешь создавать сновидения, — дорогу мне преграждает высокая блондинка в излишне короткой юбке, совершенно не подходящей под устав Академии Магии.

Я отрываю взгляд от учебника, в который была погружена с головой, и вскидываю глаза на девушку. За её спиной замечаю стайку её подружек, смотрящих на меня с пренебрежением и насмешкой. Я сирота, учащаяся на артефактора. Слабый маг, способный создавать артефакты, усиливающие чужую магию. Ни больше.

Единственное, что помогает мне выживать — мой дар сновидений, который я открыла совершенно случайно. Способность создавать свечи и вплетать в них сны. Я создаю их исключительно для помощи. Чтобы помогать тем, кому не хватает счастья. Тем, кто страдает от бессонницы. Или кошмаров.

В лекарском крыле мои свечи пользуются спросом. А я невероятно счастлива от того, что могут быть полезна.

— Да. Так и есть, — глухо отвечаю я, глядя на Люцию Болман снизу вверх. — Чем я могу помочь?

— Я хочу увидеть один сон на двоих с моим любимым.

— Но я… Я этим не занимаюсь. Я плету сны, которые помогают…

— Вот и поможешь мне, — не терпящим возражений тоном говорит Люция. — Пойдём, расскажу тебе, что именно от тебя требуется.

Несмотря на моё слабое сопротивление, девушка подхватывает меня под локоть и тянет из академии на улицу. Стайка её подруг остаётся за спиной, а Люция ведёт меня вглубь парка к беседке, увитой цветами.

— У моего жениха завтра день рождения, — опустившись на скамью, девушка складывает руки на коленях в жесте невинности. — И я хочу подарить ему подарок. Весьма необычный.

— Я должна сплести для него сон? — осторожно уточняю я, смутно догадываясь, к чему она клонит.

Мне хочется развернуться и уйти, но я не могу себе этого позволить. Семья Болман одна из самых влиятельных и богатых в нашей королевстве. Отец Люции советник короля. Я знаю, что если я попробую отказать девушке, то уже завтра я покину академию. Одного слова её отца будет достаточно для того, чтобы у меня забрали то, что у меня есть.

— Да. Я должна беречь свою невинность до свадьбы. Но мой любимый очень сильно хочет, чтобы мы попробовали всё до свадьбы. И я боюсь, что он может посмотреть на другую. Такую, как ты, — она морщится. — Ты понимаешь, что в жизни я не могу сделать ему такой подарок? Но во сне… — Люция пальцами поправляет идеальные локоны и закидывает ногу на ногу, начав покачивать туфельку на пальцах правой ноги.

Всё в ней кричит об идеальности. Каждый локон. Каждый взмах длинных ресниц. Всё безупречно. Всё до скрипа зубов идеально, как не пытайся придраться.

— Я никогда раньше не занималась этим, — говорю тихо. — Я плету абстрактные сны, не впутывая в них конкретных людей. Это скорее лечебные сны.

— Не лги мне. Я прекрасно знаю, что людей ты тоже можешь вовлекать в чужие сны. До меня доходили слухи, что благодаря твоей свече, мать нашла своего сына, которого потеряла пять лет назад.

— Да… но…

— И женщина смогла узнать, что её муж не погиб на фронте, а лежит в госпитале. Я знаю, что ты это умеешь, — Люция рассматривает свои ногти.

Мне в лицо она не смотрит. Кажется, что девушке неприятна одна только мысль, что нам с ней приходится находиться наедине.

— Но этот дар я использую исключительно для помощи.

— Мне ты помогать не хочешь? — вскидывает на меня ледяной взгляд и сощуривает глаза.

Я гулко сглатываю. Сжимаю пальцами подол юбки. Взгляд Люции обещает мне большие неприятности.

— Я не обещаю, что у меня получится. Но я попробую, — со вздохом сдаюсь я. — Что именно от меня требуется?

— Я хочу подарить любимому сон о страсти и любви. Одержимости мной. Я хочу, чтобы, увидев сон, где мы с ним проводим ночь вместе, он не мог больше проходить мимо. Я желаю, чтобы он не мог смотреть ни на кого, кроме меня.

— Люция, я не плету приворотные сны, — я качаю головой.

— Так он любит меня, — уверенно говорит девушка. — Ты в этом сомневаешься? — выгибает бровь и зло улыбается, отчего её лицо становится отталкивающим. — Всё, чего я хочу, чтобы он осознал, что лучше меня нет никого. Нищенки вроде тебя не должны блюсти свою честь. Вас не проверяют перед всеми гостями на невинность в день свадьбы. Вы можете узнать, как это лежать с мужчиной на ложе до свадьбы. Сравнить. А потом выбрать, кто лучше. Я должна показать любимому, что я способна удовлетворить все его желания.

Я кусаю губу. Страсть, любовь, одержимость… и всё это в одном сне, сплетённом специально для её жениха. Приворот, как ни крути.

— Я хорошо заплачу. Три тысячи. Мне нужна твоя помощь. Нужно больше? Ты скажи! Я на всё ради него готова, — Люция подаётся вперёд и взглядом впивается в моё лицо.

Я вижу в её глазах решимость идти до конца. Выбить из меня согласие. Я готова была сделать заказ бесплатно, потому что понимала, что шанса отказаться у меня просто нет. Но такие деньги… Таких денег я в жизни не видела. И в руках не держала. На такую сумму я смогу открыть свою лавку, где буду продавать свечи. Это… Это мой шанс, которым я не могу не воспользоваться. Это возможность жить, не думая о том, что я буду есть завтра. Не штопать старые платья десятки раз.

К тому же, Люция действительно готова пойти на всё ради своего жениха.

— Хорошо, — медленно киваю головой. — Я попробую тебе помочь, Люция. Но я не уверена, что смогу создать именно то, что ты хочешь. Мои сны… — я немного мнусь, — они имеют другой характер. Они исцеляют и дарят покой, но не могут привязать никого насильно. Всё же мой дар слабый.

— Твоё дело выполнить свою работу, — Люция отмахивается от меня, как от назойливой мухи. — Вот твой аванс, — девушка протягивает мне увесистый кошелёк, в котором звенят монеты. — Остальное ты получишь, когда работа будет сделана. И помни, Эллара, я хочу, чтобы он был одержим мной! Чтобы после сна видел и желал только меня.

Я бережно беру кошелёк и прижимаю к груди. Стараюсь не трястись от радости и жадности.

Глава 2

Глава 2

Эллара

Я возвращаюсь в свою скромную комнату, которую делю с девушкой с факультета целителей.

В нашей комнате стоит запах воска и трав. Я зажигаю магические светильники, раскладываю на столе все необходимые вещи для создания свечей. Новые фитиля, чистый растопленный воск, ароматные масла, которые должны усилить эмоциональную составляющую сна и травы, каждая отвечающая за свою эмоцию. Но самое главное — тонкая золотистая нить, которую я заговариваю и в которую вкладываю основную канву сна. Она как каёмка, ограждение, которое не даёт выйти за пределы.

Выдыхаю. Оставляю все лишние эмоции за пределами этой комнаты. Любая лишняя эмоция может нарушить вектор сна.

Из сумки я извлекаю кристалл Люции, ощущая его прохладу и легкую пульсацию. Разворачиваю платок с её жениха. Смотрю на короткие волоски русого цвета. Провожу по ним пальцами с каким-то трепетом и благоговением. Перед глазами в то же мгновение предстаёт образ Риона. Закусываю губу, когда вспоминаю внимательный чёрный взгляд, направленный на меня. Нечаянная встреча с молодым человеком слишком взбудоражила меня. Знаю, что он забыл о моём существовании сразу же. Но для меня встреча с наследным принцем стала самым настоящим потрясением.

Я смотрю на волосы и размышляю о том, что Люция может считать своим женихом Риона Свериского. Люция Болман самая завидная невесте королевства Оронгар. Кто, как не она, самая подходящая жена для наследного принца.

В груди что-то неприятно колет.

— Соберись! — мотаю головой, понимая, что вновь допускаю ненужные эмоции. — Вспомни, кто ты, Эллара. Твоего отца считали изменником. Прийди в себя.

Пробегаюсь языком по губам и пытаюсь унять неуместные чувства. Я быстро поднимаюсь, наливаю себе успокаивающий чай. Залпом выпиваю, чувствуя неприятный привкус во рту.

Возвращаюсь к столу и сосредотачиваюсь на работе. Ярко представляю себе образы, которые могли бы сплестись во сне. Страсть. Жадность прикосновений. Обжигающая, испепеляющая свой силой любовь. Одержимость, поглощающая без остатка. И нежность, способная смягчить любое сердце. Я вкладываю в сон все те чувства, которые каждый раз возникают в груди, стоит мне увидеть плечистую фигуру в коридорах или на боевом поле.

Я осознаю, что сон, который я собираюсь создать — это тонкая грань между помощью и манипуляцией.

С тяжелым вздохом я приступаю к работе. Начинаю с канвы, с общих настроений, постепенно вплетая в узор детали, которые, как мне казалось, могли бы помочь Люции добиться желаемого. Я не знаю, получится ли у меня создать именно то, о чем она просила, но я точно знаю, что сделаю все, что в моих силах. Мне незнакомы чувства, о которых она просит. Я никогда не ходила на свидания. И не оказывалась на ложе с мужчиной. Всё, что я знаю, я случайно где-то видела, читала или слышала. Всё только теория.

Когда я мешаю воск с маслами, добавляя волос жениха Люции, мои мысли перескакивают на Риона. Я вспоминают неожиданную встречу. Свои чувства, вспыхнувшие в груди. Я никогда не видела его так близко. Ещё никогда я не чувствовала запаха его тела. Не понимала, насколько он мощный. Насколько сильная исходит от него энергия.

Всякие раз, когда я замечаю его в толпе, я забываю, как мне правильно дышать.

И сейчас я вкладываю эти чувства в сон. Свою страсть. Своё восхищение. Свою дрожь желания. Теперь же, собирая этот сон, я направляю всю эту невысказанную страсть, всё это тайное обожание в работу. Пусть это будет отражением моей собственной тоски, моей собственной жажды.

Я вожусь со свечой до самой ночи. Оставляю её застывать на подоконнике в специальной форме. Соседняя кровать сегодня пустует. Соседка по комнате вновь убежала на свидание. Уверенная в том, что она уже не вернётся до утра, без сил падаю на подушку, едва добравшись до кровати и не сняв с себя платье.

Я проваливаюсь в темноту, которая постепенно рассеивается. Я просыпаюсь. Растерянно оглядываюсь по сторонам. Не сразу осознаю, где я нахожусь. Комната мне совершенно незнакома. Огромная. Богато обставленная. В таких мне не приходилось бывать никогда раньше. В середине комнаты стоит огромная кровать, застеленная красным шёлковым бельём. В камине трещит огонь. Он заливает комнату приятным золотистым светом. На окнах тяжёлые тёмно-бардовые шторы. В углу стоит низкий стол, заставленный едой и питьём. Видно, что кто-то не закончил свой ужин. Я делаю шаг вперёд и замечаю зеркало в золотой оправе.

Подхожу ближе и ловлю своё отражение в зеркале. Вздрагиваю, не веря собственным глазам. Мои русые волосы с золотистым оттенком рассыпаны по плечам аккуратными локонами. Блестят. Переливаются в золотистом свете камина. Голубые глаза подведены чёрными стрелками. Ресницы тронуты тушью. Ещё никогда мои глаза не были такими выразительными. Немного вытянутыми. Глубокими. Губы накрашены красной помадой. Но больше всего поражает то, что на мне надет пеньюар. Кружевной. Чёрный. Короткий. Он резко контрастирует с моей белой кожей. Ткань подчёркивает каждый изгиб тела. Не скрывая интимного треугольника между бёдер. И небольшой груди.

— Кто ты? Что ты здесь делаешь? — слышу за спиной низкий хриплый голос, от которого меня прошивает насквозь ударом молнии.

Я резко оборачиваюсь и застываю статуей, не веря тому, что вижу. Передо мной стоит настоящее божество. Дыхание останавливается. Мне кажется, что кто-то сжал невидимой рукой моё горло.

Рион только вышел из ванной. И кроме полотенца на бёдрах, на его теле нет ни единого клочка одежды.

С русых волос на плечи и на торс падают прозрачные капли воды. Они стекают по коже вниз. Медленно. Завораживающе красиво. Блестя в ярком свете камина. Как маленькие драгоценные камушки. Я прослеживаю их путь по идеально вылепленным грудным мышцам. Прессу. Тёмной дорожке волос.

Капли впитываются в ткань полотенца. Когда мой взгляд замирает на внушительной выпуклости в области паха Риона, я заливаюсь густой краской смущения. Но в то же время странное волнение охватывает моё тело. Дрожь нетерпения. Жар желания.