Похождения Цзиньлуна. Становление одного реинкарнатора

Пролог

Багряные и золотые всполохи зари украшали небосвод, будто сама природа решила раскошелиться на спецэффекты для великой сцены, где два героя собираются спасти мир.

Я стоял на берегу озера Дунтин, напоминая себе, что герои тоже люди и у них есть право бояться. Мой брат, напротив, не знал такого слова как «страх».

Только «вперёд!» и «давай попробуем это взорвать!».

– Лунь, ты чувствуешь это? – Тянь смотрел на водную гладь с таким воодушевлением, будто там плавала не гидра, а золотистый карп кои, готовый прыгнуть ему в руки и подарить удачу на всю жизнь.

– Чувствую, – вздохнул я, поправляя свои магические свитки за поясом. – Это чувство называется «зачем я согласился на это безумие?»

Мой брат усмехнулся. Улыбка у него была, как у профессионального искателя приключений: широкая, беззаботная и немного пугающая.

– Потому что ты не мог отказать своему старшему брату, гениальному магу и будущей легенде!

– Ага, легенде. Ты, конечно, в историю войдёшь, Тянь, только вот вопрос – в какой раздел: «герои» или «курьёзы»?

Он фыркнул, но не обиделся. Тянь был не просто моим братом, но и человеком, который любое событие превращал в захватывающее приключение.

Даже если оно начиналось так: «Ты принёс магический амулет? А меч? Ну хоть перекус взял?»

Мы с ним выросли у подножия горы Трёх духов, в деревне, где даже петухи были ленивыми, а главной новостью дня могло стать исчезновение очередного кота.

Наш приёмный отец, великий алхимик, воспитывал нас в строгости, но относился с пониманием к нашим проказам.

Если Тянь разрушил половину мастерской – значит, день удался, ведь вторая половина осталась целой.

Когда из озера начали пропадать люди, старейшины сразу позвали меня. Лунь, говорили они, ты же умный, ты же маг, ты же можешь что-то сделать.

Но умный Лунь прекрасно знал, что без старшего брата в это дело лучше не ввязываться.

Вот только как уговорить Тяня вести себя спокойно?

Это было сложнее, чем победить чудовище.

– Ты готов? – спросил он, собирая магическую энергию. Листья вокруг закружились в танце, а воздух заискрился. Типичный Тянь – никакой осторожности, сразу световое шоу.

– Готов к чему? К твоей очередной попытке взорвать всё вокруг? – я поднял руки, пытаясь хоть как-то удержать равновесие. – Тянь, ты хотя бы план придумал?

– Конечно! План простой: я громлю гидру, а ты страхуешь! – его голос звучал уверенно, как у человека, который в жизни не проигрывал. Ну, кроме той партии в шахматы с нашим отцом. Тогда он чуть не поджёг доску от досады.

– Страхую чем? Аплодисментами? – я покачал головой. – Может, хотя бы на разведку сходим?

Но ответа я не дождался, потому что гидра наконец появилась. Огромная, зловещая, с девятью головами и взглядом, который говорил: «Вы в своём уме сюда явиться?»

Она вынырнула из воды, разбрызгивая её в стороны. Одна из голов слегка прищурилась, будто оценивая, насколько мы пригодны в качестве обеда.

– Ты видел это? – прошептал я. – Кажется, ей это не нравится. И, честно говоря, я с ней согласен.

– Брось! – воскликнул Тянь. – Мы же команда! Ты мозг, я мускулы. Что может пойти не так?

Я хотел сказать: «абсолютно всё», но промолчал.

Вместо этого я просто наблюдал, как мой брат встал в позу настоящего героя, подняв руки к небу и начав читать заклинание, которое звучало слишком длинно для чего-то безобидного.

– Я призываю силы стихий! Ветер, вода, огонь, земля – станьте частью моей мощи! – кричал он, а я лишь молился, чтобы его «сила» не разнесла полдеревни.

Гидра явно была не в восторге. Она издала рык, от которого земля дрогнула, а я невольно сделал шаг назад.

Но Тянь стоял, как гора, и энергия вокруг него продолжала нарастать.

– Тянь, может, хватит? – выкрикнул я, когда его глаза начали светиться так, что стало не по себе. – Ты переборщишь!

– Переборщу? – переспросил он, повернув голову ко мне. – Лунь, ты меня недооцениваешь. Я – величайший маг всех времён! Я – повелитель судьбы! Я – бог!!!

А я стоял рядом и думал: «Вот бы этот бог сначала послушал, а потом колдовал».

Тянь, конечно, никогда не был из тех, кто долго думает, прежде чем начать бросать молнии и огненные шары направо и налево.

Но сейчас он превзошёл даже самого себя. Его заклинание разорвалось на берегу, заставляя воду озера вскипеть и зашипеть, как суп, в который нечаянно добавили слишком много специй.

Гидра, выбравшись из воды с величием великана на утренней прогулке, явно не ожидала, что её утро испортят два энергичных энтузиаста.

Девять голов синхронно повернулись к Тяню, будто говоря: «Ты серьёзно?»

– Умри! – рявкнул Тянь так, что я невольно дёрнулся. Сила в его голосе была такая, что даже кусты рядом решили не связываться.

Поток магической энергии полетел прямо в гидру, пронзая её тело молниями. Она зашипела, затряслась и принялась извиваться, словно ядовитая кобра, готовая ужалить обидчика на месте.

Глава 1. Рёв дракона

Память о прошлой жизни Хуань Луня медленно, но верно возвращалась ко мне, подобно разрозненным картинкам не самого талантливого бродячего художника.

Она переплеталась с новой реальностью, где я – Цзиньлун, старший сын клана Го.

Временами я ощущал себя, как гость в чужом доме: всё вроде знакомо, но стоит протянуть руку – и сталкиваешься с чем-то неожиданным.

Но я понимал: что-то в этом новом облике работает не так.

В одну минуту я был спокоен и уверен, почти как мудрый мастер боевых искусств, а в другую – напоминал испуганного кролика, запертого в клетке судьбы.

Это было странно, как утренний чай с привкусом вчерашнего супа. Так продолжалось до судьбоносного дня.

В то утро я направлялся к отцу. Незадолго до этого я посещал одну деревеньку неподалеку по делам торговли, а теперь неспешно возвращался домой.

Процессия была небольшая – несколько носильщиков и охрана, да и я сам без спутников, но зато в приятном одиночестве внутри паланкина.

Свежий воздух, аромат весенних цветов и никаких мыслей о предательстве, магии или гигантских чудовищах.

Персиковые деревья вдоль дороги тянулись к небу, будто пытаясь стать ещё розовее, чем были.

Пейзаж навевал на меня мысли о великом, вроде «кто вообще придумывает цвета для этих шёлковых занавесок в паланкинах?».

Но моё безмятежное размышление прервалось. Приближающийся топот коней, вскрики, звон мечей, треск ломаемых деревьев – пугающая какофония звуков.

Носильщики, не сговариваясь, в унисон завизжали и словно забыли, что держали меня на своих плечах.

Паланкин моментально качнулся, словно лодка на волнах, а я, рухнув вместе с ним же наземь, понял, что вот она, судьба, – не даёт человеку даже минуты покоя.

Приподнявшись, я осторожно выглянул наружу.

– Хозяин, на нас напали! – с дрожью в голосе один из носильщиков сообщил мне самое очевидное. Выглядел он при этом так, будто уже подумывал сменить профессию на менее опасную, например, садовника.

Я потянулся к нефритовому амулету, который, конечно, не спасёт от удара мечом, но, по крайней мере, с ним спокойнее.

Выглянув из-за занавески, я заметил с десяток нападавших. Все как один – в чёрных одеяниях и масках с рогами и клыками, которые в тёмное время суток, должно быть, выглядели устрашающе.

Днём же это напоминало карнавал, только невесёлый.

– Демоны в масках? Они издеваются? – пробормотал я, осознавая, что чувство юмора – единственное, что меня не покинуло.

Мои охранники, словно молодые и голодные тигры, сражались с нападающими.

Искры летели, кровь текла, а я сидел внутри рухнувшего на землю и покосившегося паланкина, как самое бесполезное произведение искусства.

«Смышлёные ребята, в отличие от этих тюфяков-носильщиков. Но сомневаюсь, что их сил хватит», – подумал я, потому что враги бросались заклинаниями направо и налево.

В воздухе пахло гарью и магией, а мои шёлковые занавески едва спасали от этого едкого запаха.

– Я должен что-то сделать, – прошептал я, вглядываясь в свой дорожный ларец с травами. Там были корни, листья, немного странных порошков – и надежда, что всё это взорвётся в нужный момент.

Мои пальцы метались по травам. Я вспоминал уроки алхимии, но каждый раз ловил себя на мысли, что от недостатка опыта в этой жизни на одних лишь знаниях из прошлой не уедешь.

Попытка – не пытка, но как бы мне случайно не сделать захудалый фейерверк вместо боевой смеси.

– Держитесь, братья, – шептал я, хотя это вряд ли помогало тем, кто отбивался от магических молний. Мастер меча продолжал яростно рубить врагов, пока я колдовал с травами. В голове всплыл урок: «Добавь корень шафрана, и смесь получится дымовой». Вот только шафрана у меня не было. Придётся импровизировать.

Когда смесь была готова, я осторожно выглянул из паланкина. Один из нападавших, заметив меня, направился прямо ко мне, словно запах моей нервозности манил его.

Времени сомневаться не осталось. Я бросил зелье ему под ноги.

Взрыв прозвучал так, словно кто-то сильно разозлил дракона. Нападавший упал, кашляя и размахивая руками.

Дым заполонил всё вокруг. Моим охранникам это дало нужную передышку, чтобы перегруппироваться.

– Отличный ход, хозяин! – прокричал мастер меча, хотя, вероятно, он просто пытался не дать мне почувствовать себя бесполезным.

Но пока я наслаждался минутным успехом, один из противников метнул заклинание прямо рядом с паланкином.

Я старался подавить панику; в последний момент я схватил заветный ларец с травами – и едва успел отпрыгнуть и увернуться от второго заклинания.

Оно ударило прямо в древесину стенки, оставив там чёрную дымящуюся дыру. Вот так выйдешь раз в кои-то веки на прогулку, а попадаешь на поле боя.

«Ну что ж, Лунь, ты ведь когда-то был и вправду неплохим алхимиком. И дать отпор всяким прохиндеям был тоже горазд. Пора вспомнить, каково это было», – подумал я, поправляя одежду, как будто собирался на званый ужин, а не в бой.

Глава 2. Алхимия судьбы

Несколько лет назад

…Когда-то моя жизнь в клане Го была полна идиллического уюта.

В доме царил гармоничный порядок: каждый знал своё место, и никто не спорил о том, кто лучше играет на лютне или кто первым добежит до библиотеки за новым свитком.

Я, конечно, по жизни никуда не спешил. Да и как старший сын, я знал, что любой свиток будет моим — если не сегодня, то завтра.

Отец, пусть в целом очень надменный, всё же гордился моими успехами, братья уважали, а сестры даже изредка предлагали мне свою долю сладостей.

Если это не идеальная жизнь, то что тогда?

Но однажды привычная гладь треснула. И трещины начали заполняться… сновидениями. Они пришли внезапно, словно ветер, принёсший непогоду в ясный солнечный день.

В этих снах я был кем-то другим. Не Цзиньлуном, наследником клана Го, а Хуань Лунем — учеником алхимика, носившим халаты, испачканные травами и копотью.

А с ними являлись чудовища, демоны, магия — всё смешалось в один вихрь. Голоса людей, которых я никогда не видел, но которым почему-то доверял.

Они будто кричали ради меня. В такие моменты я думал: «Хуже всего — даже не монстры. Хуже то, что они все как-то связаны со мной».

Просыпался я с ощущением, будто во сне терял нечто важное. Эти образы, такие живые и болезненные, стали частью меня.

Вначале я пытался отмахнуться от видений. Медитировал, искал разгадку в древних свитках, даже пил отвар от бессонницы — настойка вышла не ахти, но хотя бы спал крепко.

Вот только порой мне доводилось прикорнуть днем или просто размечтаться, и тогда видения становились ещё ярче, требовательнее.

Но хуже всего было осознание: эти картины не выдумка. Это часть моей другой жизни. Может, что-то было из моих воспоминаний, а что-то – из той жизни, которой я мог бы жить.

Какое-то время я искал виновного. Может, отец подмешал мне что-то в чай? Или старейшины решили, что я идеально подхожу для экспериментов?

Но, взглянув на их лица за семейным ужином, я понял: эти люди не умеют врать. Их умы увлекала лишь еда и новый урожай.

Осознание пришло внезапно. Возможно, я пришёл в этот мир не только как наследник. Возможно, судьба решила: «Лунь, с тебя хватит одной спокойной жизни. Пора что-то делать».

Тяжело это принять. Чувствовать, что твоя жизнь — это лишь одна из глав в круге перерождений. Что ты что-то кому-то должен не только в материальном мире, но и в мире духов.

Но это знание наполняло меня силой. И тогда видения перестали пугать меня. Они стали путеводной звездой, как свет от далёкого, но влекущего меня, костра.

Каждую свободную минуту я проводил, думая о великих триграммах. Не даром о них говорили, что они могут предсказывать будущее.

Даже мой наставник всегда твердил: «Не задавай вопрос, если боишься ответа». Триграммы содержали не просто ответы, в них была сокрыта суть мироздания.

Но получить верный ответ можно было лишь с чистым разумом – иначе сочетание триграмм ни за что не растолковать верным образом.

И я хотел верить, что пойму, куда они укажут мне дорогу. Что они подскажут, как победить тех, кто хотел уничтожить меня.

И, возможно, не только меня или весь клан Го…

***

Наши дни

Мне потребовались несколько недель, чтобы поправиться. Когда я наконец встал на ноги, я изъявил немедленное желание вновь вернуться к месту, где все произошло.

Отец и другие члены клана пытались меня отговорить – мол, злодеи всегда возвращаются на место преступления.

Моя отвага и несколько перевешивала здравый смысл, но чутьё подсказывало, что лучше бы мне знать, с чем мы можем столкнуться — кто знает, на кого конкретно ополчились люди Белого Феникса? На весь клан Го? Ну не может же он знать о моей, скажем так особенности, – разве что он мог посягать на мою жизнь, как старшего наследника клана, чтобы посеять в нашей семье вражду?

Так или иначе, я не стал торопиться с выводами. Взяв с собой с дюжину охранников посильнее, я незамедлительно отправился к месту.

Пепелище, где ещё недавно разгорелось пламя битвы, казалось, смотрело на меня глазами тех, кто здесь погиб – нескольких моих людей.

«Как глупо, – подумал я, глядя на эту сцену. – Выбор был моим, а жертву принесли они». Горький привкус этой мысли был хуже любого зелья, которое когда-либо варил мой брат.

Я присел, невольно представив себе тело одного из стражников, павшего здесь.

«Прости», – прошептал я, не зная, услышит ли кто-то в этом мой упрёк самому себе или обещание, что такое больше не повторится.

Не повторится ли?

Кровь пропитала землю так, будто сама природа решила сыграть в драму, и я был зрителем, который пришёл без приглашения, но остался до конца.

Ветер рассеивал пепел, унося его в сторону деревьев. В каждой такой мелочи чувствовалась чья-то задумка.

Но чья?

– Да будут прокляты те, кто это устроил, – пробормотал я, поднимаясь и стирая с рук грязь. «Кто стоит за этим?» Вопрос бился в голове, как птица в клетке, без шансов найти выход. Никаких следов, никаких улик. Лица мелькали в памяти одно за другим. Завистливые братья? Соперники из гильдии? Или кто-то из прошлого, кто не забыл моих подвигов? Тень сомнения была везде, но ответы… они, как обычно, опаздывали.