Пока смерть не разлучит нас

Пролог

Беллатриса Блэк знала — главное в жизни найти тех, кто будет смотреть на мир так же, как и она сама. А когда мир на грани войны — это становится необходимостью. Всю жизнь семья внушала ей: «Грязнокровки подвергают нас опасности. Они не понимают, какой великий дар им достался и не умеют с ним обращаться, а это рано или поздно приведет к тому, что магглы прознают про нас. Эти трусливые слабаки вновь начнут на нас охоту, как когда-то во времена Святой Инквизиции. Мало они убили волшебников прошлого? Нет. Даже среди наших предков есть пострадавшие от маггловской жестокости».

Беллатриса мысленно представила портрет далекой родственницы — Кассиопеи. Эту женщину сожгли на костре, когда она пыталась лечить неблагодарных магглов. Что-то холодное и тяжелое опустилось ей под ребра. В ней закипала ярость, а ладони сжимались в кулаки, оставляя на ладонях полумесяцы от ногтей.

Лишь одна мысль могла ее успокоить. Он даст им шанс защитить себя и возможность жить. Только с Волан-де-Мортом у волшебников есть будущее.

Сегодня важное событие для юных волшебников, которые решили вступить в ряды Пожирателей Смерти. В огромном бальном зале Малфой Мэнора собрались лучшие представители из списка Священных двадцати восьми чистокровных семей Магической Британии. Беллатриса Блэк, Люциус Малфой и Родольфус Лестрейндж выстроились в центре зала, готовые принять Метку.

Двери отворились, свечи потухли и зажглись вновь, зелёным пламенем. На стенах появились тени, которые ползли, сливаясь в единую змею, к проступившему на стене черепу — символу армии Тёмного Лорда.

Тишину разрезал шелест платьев — сотни гостей, затаив дыхание развернулись к дверям. Беллатриса ощутила, как мурашки побежали по спине, не от холода, а от предвкушения.

Наконец, появился и сам Волан-де-Морт. Высокий, статный мужчина, который, казалось, мог одним взглядом обратить в прах любого, кто встал на его пути. Звук его шагов будто отсчитывал последние секунды старого мира. Все присутствующие опустились на одно колено.

Зал замер, ожидая его слов. Она знала — это верный путь. Сомнений нет. Но осознание, что с этого дня она — часть нового великого будущего, заставляет ее дрожать. Не от страха. Нет. Лишь от волнения.

Подойдя к новобранцам, Тёмный Лорд произнёс:

— Добрый вечер, почетные гости. Сегодня мы собрались здесь, чтобы принять в наши ряды — Беллатрису Блэк. Девушку, чьи способности в боевой магии не уступают опытным волшебникам. Люциуса Малфоя, настоящего сына своего отца, чьи хитрость и обаяние смогут открыть перед нами двери в Министерство. Родольфуса Лестрейнджа, чьи познания в зельеварении уже внушают восхищение.

Он повернулся к Беллатрисе.

— Дай мне свою руку, — произнёс Волан-де-Морт.

Он не просит. Он не приказывает. Но в его взгляде вызов. Девушка смотрела на него не в силах отвести глаз. Последствия выбора настигнут ее. Но – позже. Сейчас Беллатриса преклоняет колено. Теперь только вперед. Протягивает руку.

Нестерпимая боль, будто что-то раскалывало ей череп, пронзила ее голову. Волан-де-Морт изучал ее мысли. Но скрывать нечего. Беллатриса крепко сжимала свободной рукой платье, сминая идеальный шелк. Только он мог подарить ей светлое будущее. Она впитывала эту боль. Именно он не позволит предателям крови вроде ее сестры уничтожить их. Это была плата за вход в его мир, и она платила с восторгом.

Наконец, боль начала затихать. На лице Тёмного Лорда появилась улыбка, а в глазах — одобрение. Волан-де-Морт наклонился к ней и почти шепотом произнёс:

— Мортмордре.

В этот момент все тело девушки покрылось мурашками. Единственное, что для нее важно — это он, который всем своим видом демонстрирует непреклонность, несгибаемость, величие и власть.

В следующее мгновение руку будто проткнуло несколько десятков иголок одновременно. Она не закричала, лишь впилась в ладонь ногтями, где уже красовались следы ее гнева. Боль начала затихать, а на месте, где руки касалась палочка Темного Лорда, появилась Черная Метка. Змея приятно скользит по предплечью. Защита. Символ, который был с ней всю жизнь. Череп все еще жжёт кожу. Угроза. Символ, который будет последним, что увидит прежний прогнивший мир.

Тёмный Лорд продолжает неотрывно смотреть на нее. С восхищением в глазах. Он почувствовал исходящую от нее невероятную энергию и ярость. Но, ему нужно было продолжать церемонию.

Следующими были Люциус и Родольфус. Юноши вели себя гораздо менее сдержанно. На глаза юного Малфоя едва заметно накатили слезы, а Родольфус так крепко сжал зубы, что казалось, они сломаются. Беллатриса наблюдала за ними, уверенная, что не выглядела такой слабой. Слезы? Стиснутые зубы? — мысленно усмехнулась она. Как они собираются служить Темному Лорду, если даже вступление в его армию причиняет им такую боль?

После того, как на руке Лестрейнджа проступил череп со змеей, Волан-де-Морт повернулся к гостям:

— Наши ряды стали сильны как никогда прежде. Сейчас перед нами открыты все двери. За наши идеи готовы сражаться лучшие юные волшебники своего поколения. Они наше настоящее и будущее, они наши силы и величие. Наконец, мы можем вернуть Магической Британии былое могущество. Последний враг истребится — смерть.

Весь зал хором повторил девиз Пожирателей Смерти. Тёмный Лорд покинул зал, а троица принимала поздравления.

Глава 1

Беллатриса глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями. Бал в честь новых приспешников — их первое появление в статусе Пожирателей Смерти. Семьи новобранцев гордились, гости жадно наблюдали, а воздух был густ от запаха воска, духов и чего-то металлического — будто даже стены пропитались ожиданием перемен.

Все внимание было приковано к юной Блэк. Ее осыпали комплиментами и поздравлениями, но вместо радости в груди клокотала ярость. Губы искривила усмешка: «Льстецы. У самих смелости не хватило вступить в ряды борцов за будущее магии. Держатся за свои должности в Министерстве и боятся, что о них подумает общество. Вот только с таким лидером наши слова очень скоро станут истиной. Они еще пожалеют, что не преклонили колено, когда была возможность» — пронеслось в ее голове яростным потоком. Но пока нужно вести себя учтиво. Благо, рядом стояла Цисси — единственная, чьё присутствие не требовало масок.

Беллатриса почувствовала пристальный взгляд, направленный в их сторону. Люциус приближался с той же неспешной легкостью, с какой его отец заключал сделки.

— Мой дорогой друг, поздравляю тебя, — он мягко улыбнулся в ответ.

— Белла, взаимно. Позволь украсть твою сестру на танец, — фраза прозвучала как формальность — решение давно принято без нее.

Нарцисса была влюблена в него годами, и её пальцы уже непроизвольно потянулись к его рукаву.

Невозможно не признать: вместе юный Малфой и младшая Блэк смотрелись великолепно. Их гармония чувствовалась во всем: от нарядов, будто они заранее сговорились, в чем идти, до легких, но при этом грациозных движений. Возможно, их будущий брак будет идеален. Редко можно встретить, когда двое с таким восхищением смотрят друг на друга.

— Не помешал? — Голос прозвучал так близко, что мурашки побежали по спине. Она обернулась — и зал перестал существовать.

— Конечно, нет. Я лишь наблюдаю за сестрой, — ответила Беллатриса, слишком поздно осознав, что он всё равно прочтёт ее мысли.

— Тогда позвольте пригласить Вас. Его пальцы сомкнулись на её ладони. Холодные. Сухие. Без единого изъяна — будто выточены из слоновой кости.

Музыка зазвучала.

Она сделала реверанс — безупречный, как учила мать. Но мать не учила её, как дышать, когда Темный Лорд кладет тебе руку на талию.

Первый шаг — его колено коснулось её ноги.

Второй шаг — его дыхание обожгло висок.

Скользящий шаг — рука на талии впилась сильнее — не направляя, а заявляя право.

Поворот.

— Вы танцуете с такой самоотдачей, которую я ожидаю от Вас во всем — прошептал он. — Без компромиссов.

Шаг — Беллатриса не ответила. Слова застряли в горле, превратившись в ком липкого восторга.

Шаг — он так сильно сжал ее талию.

Шаг — она невольно прижалась к нему еще ближе.

Поворот — все взгляды — к ним.

Музыка оборвалась. Он отпустил её руку, и на запястье остались четыре бледных полумесяца — будто еще одна метка. Кровь пульсировала в этих крошечных ранах, словно намекая, что ему теперь принадлежит вся Беллатриса Блэк. Без остатка.

Реверанс. Последнее, что она увидела перед тем, как он растворился в толпе — искру в его глазах. Не одобрение. Не интерес. Вызов. Точно такой же, как следы на её коже: «Выдержишь ли ты то, что последует за этим?»

* * *

Беллатриса отступила в тень колонн, чувствуя, как взгляды гостей прилипают к её спине. Восхищение сменилось любопытством, любопытство — шепотом. Разрозненные обрывки фраз: «...ведь она же Блэк...», «...слишком молода для...» — но собрать их воедино не хватало сил.

Она схватила первый попавшийся бокал — хрусталь своим холодом приятно остужал руки, но этого было мало. Нарциссу она не нашла — лишь мельком заметила её с Люциусом в дальнем углу. «Пусть присмотрит», — пронеслось в голове, прежде чем она рванула к выходу, сжав юбку так, что шёлк затрещал по швам.

Балкон тонул в синеватых сумерках. Лунный свет скользил по мраморным перилам, но не смел зайти дальше — будто и он боялся нарушить её уединение. Холодный ветер остужал кожу, а запах ночных цветов из сада Малфоев обволакивал, как успокоительное зелье. Она вдохнула полной грудью. Впервые за вечер — без аромата духов и жженой кожи. Только она и тишина...

— У меня есть к Вам предложение. — Бокал выскользнул из пальцев, разбившись со звоном о плитку.

Темный Лорд вышел из тьмы, как тогда в зале — внезапно. Его мантия не шелестела, тени не было видно. Даже луна не осмелилась осветить его полностью, будто свет боялся его тронуть.

«Если он хочет моей смерти, пусть использует «Аваду», а не терзает моё сердце», — подумала Беллатриса, чувствуя, как пульс снова бешено колотится в висках.

— Я с добрыми намерениями, — сказал он, и его голос просочился в сознание, как дым. Шагнул ближе.

— Хочу предложить вам тренировки в боевой магии. Под моим руководством.

Получить такое предложение от самого Тёмного Лорда... Она должна была ликовать. Но вместо этого холод пробежал по спине — не от страха, а от осознания: это не подарок. Это испытание.

Глава 2

Беллатриса металась по своим покоям, будто пойманная в клетку хищница. Три дня. Три бесконечных дня с момента, когда Чёрная Метка появилась на её коже, а его пальцы сжали её талию в том роковом танце.

Девушка вспоминала, как ее родной дядя — Эван Розье занимался ее обучением на всех летних каникулах, и когда она закончила обучение в Хогвартсе — он предложил ей стать одной из них.

Он лично рекомендовал племянницу самому Волан-де-Морту. Ее счастью не было предела. Мечты будто оживали, но стены родового поместья, прежде такие родные, теперь душили. Даже изумрудные обои — гордость дома Блэков — казались ей слишком мрачными.

«Он обещал... Но когда?»

Метка молчала. Ни боли, ни зова — лишь чёрная змея, замершая под кожей. Беллатриса впилась ногтями в предплечье, пытаясь вызвать хотя бы намёк на связь.

«А если он чувствовал то же? Мог ли он испытать, что-то большее, чем просто интерес к родственнице Розье?»

Громкий стук в окно заставил её вздрогнуть. Чёрный филин с глазами, как расплавленное золото, бил крылом по стеклу.

Письмо.

«Добрый день, Беллатриса...»

Сухие строчки. Ни намёка на эмоции. Но её пальцы дрожали, когда она перечитывала их в пятый раз:

«Завтра. Час дня. Малфой-мэнор».

— Эли!— её крик прозвучал как щелчок кнута. Домовик, дрожащий и жалкий, уже стоял перед ней. — Тренировочный костюм. Чёрный. Корсет, чтобы не мешал двигаться. Сапоги — чтобы не скользили. И... — она замолчала, обдумывая свой образ. — Мне нужна Нарцисса, — прошептала себе под нос.

Нарцисса встретила её с сияющими глазами:

— Твой танец с Тёмным Лордом... — начала сестра, но Беллатриса резко перебила.

— Как Люциус?

Глаза Нарциссы вспыхнули, а пальцы вцепились в её руку:

— Через месяц он сделает предложение! Только никому...

— Конечно, — Беллатриса заставила себя улыбнуться.

«Она счастлива. Будет ли и в моей жизни такая любовь? Способна ли я на это?».

Перед сном она достала кинжал. Гоблинская сталь. Лезвие вечно остается острым.

— Завтра, — пообещала она своему отражению.

Метка вдруг дёрнулась, будто услышала.