Пока ты веришь

Глава 1

Бар «Север» жил своей обычной вечерней жизнью — полумрак, янтарный свет ламп, музыка, которая не мешает разговаривать, но не даёт тишине стать неловкой. Здесь не кричали и не знакомились с ходу. Сюда приходили переждать вечер.

Артём сидел за высоким столом ближе к окну. Куртка перекинута на спинку стула, рука лениво обхватывает стакан с виски. Напротив — Кирилл и Денис, привычный пятничный набор.

— Я тебе говорю, — Денис наклонился ближе, — если клиент снова начнёт юлить, я просто встану и уйду.

— Ты так каждый раз говоришь, — усмехнулся Кирилл. — И каждый раз остаёшься.

Артём слушал вполуха. Он смотрел в отражение окна, где огни улицы смешивались с внутренним светом бара, и думал о том, что вечер слишком ровный. Слишком спокойный. Такие вечера обычно ничего не обещают.

Дверь бара открылась, впустив внутрь порцию холодного воздуха и чьё-то присутствие, которое Артём ощутил раньше, чем увидел.

Он повернул голову машинально — и замер.

Она вошла уверенно, но без показной резкости. Тёмное пальто, аккуратно застёгнутое, волосы собраны небрежно, будто на это ушло ровно столько времени, сколько было нужно. В руках — папка и телефон. Не гостья. Не случайная.

— Ты завис, — заметил Кирилл и проследил за взглядом Артёма. — А, ясно.

Артём не ответил.

Женщина окинула взглядом зал, быстро, профессионально. На секунду её взгляд зацепился за их столик — и встретился с его.

Не улыбнулась. Не отвела глаза. Просто посмотрела. Внимательно.

И этого оказалось достаточно.

Она подошла к барной стойке, что-то сказала бармену, показала телефон. Артём поймал себя на том, что уже несколько секунд следит за каждым её движением.

— Знакомая? — спросил Денис.

— Нет, — коротко ответил Артём. — Но сейчас будет.

Он не знал, почему встал. Просто встал — и через пару шагов оказался рядом с ней, когда она уже собиралась развернуться.

— Простите, — сказал он спокойно. — Вы сейчас искали кого-то конкретного или просто решили проверить, все ли тут на месте?

Она посмотрела на него снизу вверх. В глазах — холодная ясность и лёгкое раздражение.

— А вы всегда так знакомитесь? Или это особый вечер?

— Зависит от человека, — Артём слегка улыбнулся. — Сегодня, кажется, особый.

Она усмехнулась, но не отступила.

— Тогда мне повезло, — сказала она. — Я по работе. И если вы не тот, с кем у меня назначена встреча, лучше не тратьте ни моё, ни своё время.

— Ева, — донеслось со стороны барной стойки. — Ваш столик готов.

Она кивнула бармену и снова посмотрела на Артёма.

— Вот видите, — сказала она. — Работа зовёт.

— Артём, — представился он. — На случай, если вы всё же решите потратить пару минут.

— Не обещаю, Артём, — ответила она и направилась к дальнему столику.

Он смотрел ей вслед, ощущая странное, почти забытое напряжение — не интерес, не влечение, а ощущение столкновения. Как будто что-то только что сдвинулось с места.

— Ты влип, — констатировал Кирилл, когда Артём вернулся.

— Пока нет, — сказал Артём и снова взял стакан. — Но вечер перестал быть скучным.

А в дальнем углу зала Ева раскрывала папку, чувствуя, как почему-то сбивается привычный рабочий ритм. Она не обернулась. Но знала — он смотрит.

Ева не любила бары.

Точнее, она не любила работать в барах — слишком много случайных взглядов, слишком мало дистанции. Но «Север» был выбран не ею. Источник настаивал: шум, люди, анонимность.

Она вошла и сразу почувствовала — что-то пойдёт не по плану.

Внутри было тепло, приглушённо и слишком уютно для деловых разговоров. Свет ламп отражался в бокалах, создавая иллюзию спокойствия. Ева бегло осмотрела зал, фиксируя лица, привычки, движения. Работа научила смотреть быстро.

И именно поэтому она сразу заметила его.

Он не пялился. Не делал ничего вызывающего. Просто смотрел — так, будто уже знает о ней больше, чем должен. Ева на секунду задержала взгляд, позволяя себе проверить реакцию.

Не отвёл глаза.

Отлично, — подумала она. — Ещё один самоуверенный.

У барной стойки она уточнила столик, проверила телефон. Встреча задерживалась. Это раздражало.

— Простите.

Голос сбоку прозвучал слишком спокойно. Ева повернулась — и тут же мысленно выругалась. Он был ближе, чем следовало, и пах не алкоголем, а чем-то свежим, дорогим, уверенным.

— Вы сейчас искали кого-то конкретного или просто решили проверить, все ли тут на месте?

Серьёзно?

Она приподняла бровь.

— А вы всегда так знакомитесь? Или это особый вечер?

Она ожидала стандартного ответа. Заученной улыбки. Попытки быть остроумным. Вместо этого он улыбнулся чуть заметно, как человек, который не спешит.

— Зависит от человека. Сегодня, кажется, особый.

Ева едва заметно сжала пальцы. Ей не понравилось, что фраза задела. Не понравилось, что она это заметила.

— Тогда мне повезло, — сказала она ровно. — Я по работе. И если вы не тот, с кем у меня назначена встреча, лучше не тратьте ни моё, ни своё время.

Она уже собиралась уйти, когда бармен окликнул её по имени.

Ева мысленно выдохнула. Контроль возвращался.

Она обернулась к нему ещё раз — исключительно из вежливости.

— Вот видите. Работа зовёт.

— Артём, — сказал он, не делая шага ближе. — На случай, если вы всё же решите потратить пару минут.

Имя ей ничего не дало.

Пока.

— Не обещаю, Артём.

Она ушла, не оборачиваясь. Села за столик, раскрыла папку, достала диктофон. Всё как всегда. Почти.

Но сосредоточиться сразу не получилось.

Ева чувствовала взгляд между лопаток — не навязчивый, не тяжёлый. Осознанный. Это злило. И почему-то бодрило.

Глупости, — одёрнула она себя. — Работа.

Телефон завибрировал. Сообщение от источника:

«Опаздываю. Минут десять.»

Ева медленно убрала телефон экраном вниз.

Десять минут — это много. Особенно когда в баре есть человек, который уже нарушил её привычный порядок, не сделав для этого ничего.

Глава 2

Артём не собирался оставаться надолго.

План был простой: выпить, дождаться Никиту, обсудить пару дел — и домой. Но планы редко выживают после первого бокала.

— Ты завис, — заметил Никита, лениво покручивая стакан. — Это на тебя не похоже.

Артём не ответил сразу. Он смотрел вглубь зала — туда, где она сидела за столиком, слегка наклонив голову, будто слушала собеседника, но на самом деле держала дистанцию. Спокойная. Собранная. Слишком настоящая для этого места.

— Она не из твоих, — добавил кто-то из компании. — Не та публика.

Артём усмехнулся.

— А ты уже решил?

— Я вижу, — пожал плечами Никита. — Она здесь не для того, чтобы знакомиться.

— Именно.

Он сказал это слишком спокойно. Никита уловил интонацию и усмехнулся в ответ — тем самым выражением лица, которое всегда означало неприятности.

— Подожди… — Никита подался ближе. — Только не говори, что тебе интересно.

Артём сделал глоток. Алкоголь приятно обжёг горло.

— Мне скучно.

— Это опаснее.

Они замолчали на секунду. Музыка стала громче, смех за соседним столом — резче. Мир сузился до одного стола в углу зала.

— Сколько времени? — спросил Никита.

— Не знаю. А что?

Никита наклонился к нему и понизил голос:

— Спорим?

Артём повернулся к нему медленно.

— На что?

— Ты всегда говорил, что можешь влюбить любую.

— Я такого не говорил.

— Ты всегда это демонстрировал.

Артём усмехнулся.

— И?

— И мне интересно, — Никита чуть прищурился, — сколько тебе понадобится времени, чтобы она перестала смотреть на тебя так, будто ты — ошибка.

Ева снова прошла мимо их столика. В этот раз — медленнее. Она говорила по телефону, коротко, деловым тоном, и Артём уловил в её голосе напряжение, которое не имело ничего общего с барной суетой.

— Ты видел? — Никита наклонился к нему, почти не двигая губами. — Она вообще не отсюда.

— Именно, — ответил Артём, не отводя взгляда.

Они говорили не о внешности. Таких женщин он видел сотни. Дело было в другом — в осанке, в том, как она держалась, как смотрела, будто заранее знала, где заканчивается её территория.

— С такой не получится просто так, — продолжил Никита. — Слишком собранная. Слишком… закрытая.

Артём усмехнулся.

— Закрытых не бывает. Бывают те, кто не встречал нужный интерес.

— Или нужного игрока, — хмыкнул кто-то из ребят.

Никита фыркнул.

— Ты шутишь.

— Нет.

— Хорошо, — Никита сделал глоток. — Условия?

Артём повернулся к нему уже с другим выражением лица — собранным, холодным.

— Без давления. Без лжи о себе. Только игра.

— А чувства?

— Настоящие или нет — не имеет значения. Она должна поверить.

Никита улыбнулся шире.

— Влюбить, значит.

— Да.

— И если нет?

— Я закрываю твой проект. Полностью.

За столом повисла тишина. Даже те, кто не слушал, почувствовали её.

— Ты уверен? — Никита смотрел внимательно.

Артём кивнул.

— А если да?

Никита наклонился и почти прошептал:

— Тогда я признаю, что ты всё ещё король.

Артём рассмеялся коротко.

— Детский спор.

— Самые опасные — всегда такие, — Никита поднял бокал. — За веселье?

Артём не сразу ответил. Он снова посмотрел на неё — и впервые за вечер почувствовал не азарт, а странное, тянущее сопротивление внутри.

— За игру, — сказал он наконец.

Они чокнулись.

Ева почувствовала это почти сразу.

Не взгляд — намерение.

Как будто кто-то принял решение, и воздух стал плотнее.

Она подняла глаза и поймала его взгляд. На этот раз он не был случайным. Слишком спокойный. Слишком уверенный. Он улыбнулся — не открыто, не вызывающе. Почти вежливо.

Ева нахмурилась.

Что-то не так.

Она видела таких мужчин. Не раз. Те, кто привык побеждать, даже когда не играет. Обычно она умела держаться подальше.

Но почему-то сегодня это было сложнее.

Она отвела взгляд первой — и сразу пожалела.

Потому что внутри уже щёлкнуло.

Дорогие читатели приглашаю вас в новую историю нашего литмоба

https://litnet.com/shrt/YftC

Глава 3

Ева узнала его имя раньше, чем снова увидела лицо.

— Артём Романов? — сказала администратор, не поднимая глаз от планшета. — Он подтвердил участие. Будет здесь через десять минут.

Ева кивнула, делая пометку в блокноте.

Имя ничего не меняло. Разве что теперь у её раздражения появилось обозначение.

Проект был простым и неудобным одновременно: серия интервью с молодыми предпринимателями, «новые лица, новые деньги, новые правила». Редакция настояла именно на нём — мол, «типаж», «харизма», «читателю зайдёт».

Ева ненавидела формулировку «типаж».

Она предпочитала факты.

Когда Артём вошёл в переговорную, она сразу это почувствовала — как меняется воздух. Он двигался уверенно, без суеты, словно знал: пространство уже на его стороне.

— Ева, — сказал он первым, будто они были знакомы. — Рад встрече. Надеюсь, сегодня без барных сюрпризов.

Она подняла глаза медленно.

— Я тоже на это надеюсь. Мы здесь работать, не вспоминать вечеринки.

Уголок его губ дрогнул.

— Работа — это тоже удовольствие. Если уметь.

Вот оно, — подумала Ева.

Началось.

Интервью шло ровно первые пятнадцать минут. Артём отвечал чётко, красиво, почти слишком. Он не уходил от вопросов, но умело скользил по грани, оставляя ощущение недосказанности — как будто каждую фразу можно было продолжить, если задать «правильный» вопрос.

И он это знал.

— Вы часто используете слово «риск», — заметила Ева, не отрываясь от заметок. — Для вас это стратегия или стиль жизни?

— Зависит от того, кто рядом, — ответил он без паузы. — С правильным человеком риск превращается в игру.

Она подняла взгляд.

— А с неправильным?

— Тогда проигрывают оба.

Это было слишком личное для деловой встречи.

Ева отметила это — и внутренне напряглась.

Он начал сокращать дистанцию постепенно: лёгкий наклон вперёд, взгляд чуть дольше положенного, фразы с двойным дном. Флирт был аккуратным, почти интеллигентным — таким, который всегда можно списать на харизму.

— Вы всегда так внимательно слушаете? — спросил он, когда она замолчала дольше обычного.

— Только когда собеседник старается произвести впечатление, — спокойно ответила Ева.

Артём усмехнулся.

— И как? Получается?

Она не ответила сразу.

Именно это стало его первой ошибкой.

Он ждал реакции — улыбки, колкости, игры.

А получил паузу.

— Мы закончили на сегодня, — сказала Ева, закрывая блокнот. — Остальное я отправлю вам на согласование.

— Может, продолжим за кофе? — предложил он легко, уже поднимаясь. — Так будет… живее.

Вот он — момент.

Тот самый шаг, после которого всё обычно шло по его сценарию.

Ева посмотрела на него внимательно.

Без улыбки.

Без кокетства.

— Нет, — сказала она просто. — Я предпочитаю держать работу и личное отдельно.

В его взгляде мелькнуло удивление. Быстро — но достаточно, чтобы она это заметила.

— Вы так уверены, что это было приглашение к личному? — мягко уточнил он.

— А вы так уверены, что я не заметила попытку? — парировала она.

Тишина между ними стала плотной.

— Тогда до связи, — сказал он, первым отступая. — Было… интересно.

— Сомневаюсь, — ответила Ева. — Но профессионально — да.

Когда дверь за ним закрылась, она выдохнула.

Только тогда.

Он был опасен. Не грубый, не навязчивый — наоборот. Слишком уверенный. Слишком привыкший к тому, что женщины либо играют, либо уступают.

А он играет, — подумала она.

И я не собираюсь быть его партией.

Ева убрала блокнот в сумку и приняла решение — чёткое, холодное, почти спасительное:

держаться подальше.

Не вовлекаться.

Не отвечать.

Не верить.

Потому что такие мужчины не влюбляются.

Они выигрывают.

Артём же, выходя из здания, поймал себя на неожиданном ощущении.

Не раздражении.

Не злости.

Интересе, смешанном с первым, непривычным вкусом — провала.

И это цепляло куда сильнее, чем лёгкая победа.

Уважаемый читатель приглашаю вас в новую историю нашего литмоба

"ЦЕЛЬ У МАЖОРА Я"

https://litnet.com/shrt/1wIx

Визуалы героев

Ева Соколовa

25 лет, работает в медиа-компании, независимая, умная, с характером

Не верит мужчинам после прошлых разочарований

Скептически относится к романтическим отношениям

Слабость: доверчивость к тем, кто внушает ей уверенность.

Артём Романов

27 лет, наследник крупного бизнеса, мажор, циничный, харизматичный

Любит играть, рисковать, контролировать людей

Спорит ради азарта, не думает о последствиях

Имеет обаяние, которое легко манипулирует другими

Слабость: впервые в жизни сталкивается с искренними чувствами, которые не поддаются его логике

Никита. 30 лет. Друг Артема.

Катализатор конфликта, скрытый антагонист

Типаж: манипулятор, стратег

Глава 4

Артём ненавидел это чувство.

Не отказ — с отказами он умел жить.

А момент, когда всё сделал правильно… и всё равно проиграл.

— Ты серьёзно? — Никита откинулся на спинку дивана, покручивая стакан.

— Она не ушла, — сказал Артём. — Это я вышел. А она осталась по ту сторону двери.

— Какая разница?

Большая, — подумал он, но вслух не сказал.

Бар был другой, не тот, где они встретились впервые. Тише, строже, почти без музыки. Место, где обычно говорили о делах — или о том, что пошло не так.

— Ты же сам говорил, — продолжил Никита, — что это вопрос подхода.

— Подход был, — сказал Артём и сделал глоток. — Не сработал.

Он не добавил, что просчитал всё: интонации, дистанцию, момент.

Не добавил, что отказ был не резким — а осознанным.

Таким, который не оставляет лазеек.

Она не защищалась, — понял он тогда.

Она просто не пустила.

— Ну и что? — хмыкнул кто-то из ребят. — Значит, интереснее.

И вот тут он кивнул.

Да, именно так.

Сложнее — значит, глубже.

Опаснее — значит, азартнее.

Но внутри что-то неприятно царапало.

Первая попытка провалилась. Чисто. Без оправданий.

Он не привык проигрывать.

И тем более — не привык ошибаться.

— Ты начинаешь втягиваться, — заметил Никита, прищурившись. — Осторожно, Романов.

Артём усмехнулся, но усмешка вышла кривой.

— Я просто не люблю незакрытые партии.

Партии, — повторил он про себя.

И впервые это слово показалось неуместным.

Потому что дело было уже не в том, чтобы «влюбить».

И даже не в том, чтобы доказать.

Он хотел понять — почему она его отрезала.

Почему не купилась.

Почему смотрела так, будто видела его насквозь.

Игра менялась.

Медленно, почти незаметно — но правила смещались.

В это же время Ева сидела у себя на кухне, перед ноутбуком, с чашкой давно остывшего кофе.

Она перечитывала рабочую переписку.

Сухие письма. Вежливые формулировки. Никаких эмоций.

Всё под контролем, — убеждала она себя.

Я просто держу дистанцию.

Но пальцы задержались на клавиатуре дольше, чем нужно.

Она открыла календарь. Посмотрела на ближайшие встречи.

И, после короткой паузы, добавила ещё одну — деловую, формально оправданную, абсолютно безопасную на первый взгляд.

Ничего личного, — сказала она себе.

Просто работа.

Ева нажала «сохранить» — и не заметила, как тем самым сделала первый ход в игре, в которую собиралась не вступать.

Артём в этот момент поднял глаза от стакана и неожиданно понял:

он уже не уверен, кто из них начал эту партию.

И это было по-настоящему опасно.

Бар был забит. Музыка била в грудь, свет резал глаза, смех звучал слишком громко — так, как всегда нравилось Артёму.

Его мир. Его территория.

Он стоял у стойки, спиной к залу, и бармен уже наливал, не задавая вопросов. Рядом смеялись девушки — две, кажется, или три, Артём не всматривался. Одна положила ладонь ему на плечо, наклонилась слишком близко, что-то сказала на ухо.

Он улыбнулся — автоматически.

Привычка.

— Ты сегодня какой-то не здесь, — заметил Никита, перекрикивая музыку.

— Здесь, — ответил Артём и сделал глоток. — Просто шумно.

На самом деле было тихо. Слишком.

Девушки рядом были красивыми, лёгкими, удобными. Они знали правила: не задавать вопросов, смеяться вовремя, смотреть снизу вверх. Одна из них потянула его за рукав, предлагая выйти на танцпол.

— Может, позже, — сказал он.

Она разочарованно надула губы, но тут же переключилась — как будто ничего не произошло.

И именно это внезапно кольнуло.

Слишком просто.

Он ловил на себе взгляды — привычные, оценивающие, обещающие. Раньше это заводило. Сейчас вызывало странное раздражение, будто ему подсовывали дешёвую копию того, что он не мог получить.

Артём вдруг ясно понял:

если бы Ева была здесь, она бы не смотрела.

Не ждала бы.

Не подходила первой.

И эта мысль выбила его из равновесия сильнее, чем алкоголь.

— Ты думаешь о ней, — хмыкнул Никита. — Я же вижу.

Артём резко повернулся.

— Не неси чушь.

— Угу. Обычно ты не отказываешься от такого внимания.

Он посмотрел на девушку рядом — она улыбалась, ожидая сигнала.

И впервые за долгое время Артём понял: ему нечего предложить в ответ.

— Мне надо выйти, — бросил он и отставил стакан.

На улице было прохладно. Город шумел, но уже иначе — без навязчивой музыки. Артём закурил, сделал глубокую затяжку и попытался разобраться, что именно его злит.

Не она.

Не отказ.

И даже не провал.

А то, что игра больше не приносила удовольствия.

Он впервые задумался:

а если он выиграет — что именно он получит?

И почему мысль о том, что она может проиграть, вдруг перестала радовать?

Артём усмехнулся сам себе.

Чепуха.

Он затушил сигарету и вернулся внутрь — туда, где всё было просто. Где правила понятны. Где он всегда был своим.

Но что-то внутри уже не отпускало.

И он это знал.

Дорогие читатели!

Приглашаю вас в другую захватывающую историю в рамках нашего литмоба

https://litnet.com/shrt/XdTh - Мажор для Маргаритки. Пари на счастье

Глава 5

Утро началось с привычного раздражения. Артём проснулся не потому, что было плохо, а потому что мысли пришли слишком рано и требовали внимания. Телефон лежал рядом, экран оставался тёмным, и это его полностью устраивало. Он не ждал сообщений, не проверял уведомления и не прокручивал вчерашний вечер в голове.
Вчера осталось во вчерашнем дне и не требовало анализа. Душ, кофе и зеркало вернули ощущение контроля и собранности. Отражение смотрело уверенно, так, как и должно смотреть на него каждое утро. Артём Романов не относился к тем, кто теряет равновесие из-за одного неудачного хода.
Если что-то не получилось, значит, был выбран неправильный способ. Он пролистал почту и среди писем заметил деловое сообщение без эмоций. Письмо было от неё, с предложением встречи и обсуждением деталей в рабочем тоне. Ни намёка на личное, ни попытки выйти за рамки профессионального общения.
Артём усмехнулся и признал, что так даже проще. Он ответил коротко, корректно и без попыток сближения, сохранив вежливость и дистанцию. Если она решила придерживаться профессионализма, он был готов поддержать эту линию. Контроль над ситуацией оставался за ним.
В офисе его встречали как обычно, без изменений и лишних вопросов. Люди здоровались, улыбались и интересовались планами на день. Его слушали внимательно и прислушивались к его словам, ожидая решений. Это был его мир, в котором он ориентировался безошибочно и уверенно.
Совещание прошло быстро, а решения принимались легко и почти машинально. Артём чувствовал привычное удовольствие от власти над процессом, где цифры, договорённости и подписи складывались в понятную систему. Эмоции не вмешивались, а сомнения не находили повода появиться. Всё происходило в пределах ожидаемого.
К вечеру он снова оказался в компании, но уже в другой обстановке и на другом уровне. Частный зал, тихая музыка и знакомые лица создавали ощущение привычного сценария. Девушка слева смеялась над его шутками, а девушка справа ловила его взгляд, ожидая внимания. Всё происходило так, как происходило всегда, без сюрпризов и отклонений.
– Ты в форме, – заметил Никита, наблюдая за происходящим со стороны.
– А с чего мне быть не в форме? – спокойно ответил Артём.
Он не вспоминал Еву, хотя точнее было бы сказать, что не позволял себе называть это воспоминанием. Она оставалась задачей, интересной и необычной, но всё ещё задачей, которую можно решить. Артём поднял бокал и сделал глоток, не позволяя мыслям выходить за пределы контроля. Он не собирался терять голову, менять правила или влюбляться.
Игра продолжалась, но теперь он собирался вести её по собственным правилам.
Ева любила утро за ясность и предсказуемость происходящего. Кофе, ноутбук и тишина помогали расставить всё по местам без лишних эмоций. В это время существовали только задачи и сроки, а всё остальное отступало на второй план. Артёма Романова среди этих задач не было.
Она открыла рабочий файл с интервью и быстро пробежалась по тексту. Материал получался сильным, с фактами, цифрами и аккуратно выстроенной логикой. Это было именно то, что требовалось, без лишнего блеска и без личных оттенков. Так и должно быть, отметила она про себя.
Ева давно научилась разделять сферы жизни и не смешивать их между собой. Работа оставалась работой, а мужчины относились к совершенно другой категории. Она не собиралась позволять этим мирам пересекаться. Контроль над границами был её принципом.
Она ответила на его письмо так же сухо, как он ответил ей. В тексте не было ни одной лишней интонации и ни одного повода для двусмысленности. Если он рассчитывал на продолжение личного общения, он его не получит. Правила взаимодействия были определены заранее.
План на ближайшие недели был расписан чётко и без пробелов. Встречи, дедлайны и командировка занимали своё место в расписании. В этом плане не было времени на мажоров с красивыми улыбками и слишком уверенными взглядами. Приоритеты были расставлены без колебаний.
В обед она встретилась с коллегой и обсудила текущий проект. Разговор несколько раз скользил в сторону интересного героя, но Ева каждый раз возвращала его в рабочее русло. Её не интересовали личные характеристики, если они не служили материалу.
– Он харизматичный, – заметила коллега.
– Он функциональный, – спокойно поправила Ева. – Для материала.
Вечером она задержалась в офисе дольше обычного, хотя срочной необходимости в этом не было. Ей хотелось закончить день на своих условиях и без спешки. Когда она вышла на улицу, город уже жил другой жизнью, полной шума и света. Смех из баров, поток машин и витрины создавали атмосферу, к которой она не стремилась.
Она прошла мимо, не замедляя шага и не позволяя себе вовлекаться. Это не было её миром, и она не пыталась сделать его своим. Она знала таких, как Артём, уверенных и привыкших к вниманию. Они приходили без обязательств и уходили без объяснений.
Она не собиралась становиться чьей-то паузой между вечеринками и случайными встречами. Дома Ева снова открыла ноутбук, чтобы проверить почту, но ничего нового не обнаружила. Это отсутствие новостей казалось правильным и ожидаемым. Она закрыла крышку, выключила свет и легла спать с чувством спокойствия.
Всё оставалось под контролем, а планы не менялись. В них не было места человеку, который привык играть по своим правилам. По крайней мере, именно так она думала, засыпая в уверенности собственной правоты.

Дорогой читатель приглашаю вас перейти в другую историю нашего литмоба

Мажоры. Она в игре - https://litnet.com/shrt/CQLj

Глава 6

Ева не любила менять маршруты.

Привычные дороги экономили время и силы — а главное, не оставляли места для случайностей. В этот вечер она вышла из метро на две остановки раньше: свежий воздух, тишина, возможность проветрить голову после длинного дня.

Телефон завибрировал — рабочий чат. Она ответила на ходу, не поднимая глаз, и только у входа в круглосуточный магазин остановилась, чтобы убрать его в сумку.

— Не думал, что вы заходите в такие места.

Голос был знакомый. Спокойный. С оттенком насмешки.

Ева подняла глаза.

Артём стоял у стеклянной витрины с кофе навынос, в тёмном пальто, без привычного вечернего лоска. Без компании. Без шума вокруг. И это неожиданно делало его более настоящим — что ей сразу не понравилось.

— Я здесь покупаю воду, — ответила она. — Это не запрещено контрактом.

— Жаль, — он кивнул бариста. — Было бы проще.

— Вам всегда нужно, чтобы было проще?

— Нет, — сказал он. — Просто я ценю ясные правила.

Она взяла бутылку воды, расплатилась и направилась к выходу. Он вышел следом, но не пытался идти рядом. Просто оказался на том же тротуаре.

Город вокруг жил своей жизнью: машины, свет фар, редкие прохожие. Слишком обычный вечер для чего-то значимого.

— Вы часто гуляете в одиночестве? — спросил он, когда они одновременно остановились на светофоре.

— Часто, — ответила Ева. — Это помогает думать.

— И о чём вы думаете сейчас?

Она повернулась к нему.

— О том, что вы задаёте слишком личные вопросы для случайной встречи.

Он улыбнулся, но не отвёл взгляда.

— Вы могли бы не отвечать.

— Я и не ответила.

Загорелся зелёный. Они перешли дорогу вместе, хотя никто из них этого не планировал.

— Вы всегда держите дистанцию? — спросил он.

— А вы всегда её нарушаете?

— Только если вижу, что она искусственная.

Ева остановилась.

Это было уже слишком близко к сути.

— Дистанция — это выбор, — сказала она. — И я его сделала.

Он кивнул. Без спора. Без давления.

И это оказалось неожиданно сложнее, чем если бы он продолжил.

— Тогда спокойной ночи, Ева.

Он произнёс её имя так, будто они давно знакомы. Без вопроса. Без разрешения.

— Спокойной ночи, Артём.

Она развернулась и пошла в сторону своего дома, не ускоряя шаг.

Не оборачиваясь.

Только зайдя в подъезд, она позволила себе выдохнуть.

Случайность, — сказала она себе.

Просто город маленький.

Но внутри осталось странное ощущение — будто правила снова незаметно сдвинулись.

Артём стоял на тротуаре ещё несколько секунд после её ухода.

Он не пытался её остановить.

Не предлагал подвезти.

Не сделал ни одного «правильного» хода.

И всё равно чувствовал, что партия продолжается.

Только теперь — без доски.

— Это ведь она?

Никита остановился у витрины через дорогу, не выходя из машины. Двигатель тихо урчал, дворники лениво смахивали мелкий моросящий дождь.

— Кто? — спросил водитель, не оборачиваясь.

— Та самая.

Он наблюдал, как Артём и Ева стоят на светофоре. Слишком близко для случайных прохожих. Слишком спокойно для деловой встречи. Не прикасаясь — но и не отстраняясь.

Никита прищурился.

— Интересно…

Светофор сменился, они пошли вместе.

Без спешки.

Без суеты.

— Поехали, — сказал Никита внезапно.

— Куда?

— За ними.

Машина тронулась плавно, держась на расстоянии. Никита не был ревнивым другом и уж точно не был романтиком. Но он хорошо знал Артёма — и знал, когда игра выходит за рамки.

А сейчас она явно начинала жить своей жизнью.

— Он не должен увлекаться, — пробормотал Никита. — Это было пари, а не… чёрт знает что.

Ева тем временем свернула во двор. Артём остался на тротуаре. Они не попрощались жестом, не обернулись. Будто ничего и не было.

— Остановись, — сказал Никита.

Машина замерла у поворота.

Он смотрел, как Артём стоит один под фонарём, засунув руки в карманы пальто. Не победитель. Но и не проигравший.

Он думает, — понял Никита.

И это ему не понравилось.

Он достал телефон, сделал короткое фото — не из злости, не из подлости. Из осторожности.

— На всякий случай, — пробормотал он.

Потому что игры играми,

а последствия иногда приходят без предупреждения.

В это же время Ева, поднимаясь по лестнице, почувствовала странное, неясное беспокойство.

Будто за спиной остался не просто вечер,

а что-то, что может вернуться.

Она не знала, что именно.

И не любила этого незнания.

Уважаемый читатель приглашаю вас в новую историю нашего моба

Король пепла и руин - https://litnet.com/shrt/jcEe

Глава 7

Никита не любил проигрывать чужие споры.

Своих — тем более.

Он сидел в машине у офиса Артёма, наблюдая, как сотрудники заходят внутрь с одинаковыми выражениями лиц: деловитость, усталость, попытка казаться нужными. Мир, в котором всё решают деньги и связи, был ему понятен. И именно поэтому происходящее с Артёмом его раздражало.

Слишком долго.

Слишком осторожно.

Слишком… не по-Романовски.

— Ты тянешь, — сказал он вечером, когда они встретились в баре. — Уже бы или закрыл вопрос, или признал, что не твоё.

Артём даже не посмотрел на него.

— Я не ставил сроков.

— Зато поставил себя на кон, — усмехнулся Никита. — И пока счёт не в твою пользу.

Артём сделал глоток и поставил стакан на стол чуть резче, чем хотел.

— Ты что-то предлагаешь?

Никита наклонился ближе.

— Я предлагаю ускорить процесс.

— Не лезь.

Ответ прозвучал спокойно, но в нём была граница.

Никита эту границу услышал — и проигнорировал.

Потому что, по его мнению, Артём уже начал сдавать позиции. Не внешне — внутри. А это было опаснее.

— Ты слишком аккуратен, — продолжил он. — Такие, как она, не реагируют на аккуратность. Им нужно показать масштаб.

— Я не устраиваю шоу.

— А зря.

Никита откинулся на спинку стула, улыбаясь так, как улыбаются люди, уже принявшие решение.

— У меня есть знакомый в её редакции, — бросил он как бы между прочим. — Могу устроить так, что вас поставят в один проект. Плотно. Командировка, дедлайны, стресс. Посмотрим, как она будет держать дистанцию.

Артём медленно повернул голову.

— Ты уже это сделал?

Никита не ответил сразу.

И этого молчания было достаточно.

Внутри у Артёма что-то неприятно сжалось.

Не потому что он боялся проиграть.

А потому что игра переставала быть его.

— Это было пари, — сказал он тихо. — Не операция.

— Да ладно тебе, — отмахнулся Никита. — Ты сам сказал: она должна поверить. Я просто создаю условия.

Условия, — повторил Артём про себя.

Слово прозвучало как вмешательство.

Он не любил, когда за него решали.

— Отмени, — сказал он.

— Уже поздно.

Никита поднял бокал, будто подводя итог.

— Завтра узнаешь.

Ева узнала утром.

Письмо от главного редактора было коротким и деловым:

«Соколова, ты берёшь спецпроект. Романов — ключевая фигура. Плотное сопровождение, выезды, материалы в динамике. Подробности обсудим.»

Она перечитала сообщение дважды.

Совпадение?

Возможно.

Рабочая необходимость?

Вероятно.

Неприятное ощущение в груди?

Безусловно.

Ева закрыла почту и несколько секунд сидела неподвижно.

Это просто работа, — сказала она себе.

Ты сама хотела серьёзные проекты.

Но внутри уже возникло другое чувство — не страх, нет.

Предчувствие.

И она не могла понять, чего именно.

Артём смотрел на входящее сообщение почти без эмоций.

Он знал, чьих это рук дело.

И знал, что теперь отступать будет выглядеть слабостью.

Никита считал, что помогает.

На самом деле он поджёг поле.

Артём медленно выдохнул.

Если правила меняются —

он изменит игру.

Уважаемый читатель приглашаю вас в еще одну историю нашего литмоба. Будет горячо. Спешите

Мажор. Жестокий спор на недотрогу - https://litnet.com/shrt/stz4

Глава 8

Редакция всегда пахла кофе и срочностью.

Ева пришла раньше назначенного времени — привычка, выработанная годами. Подготовка давала контроль, а контроль избавлял от лишних сюрпризов. Она кивнула секретарю и прошла в переговорную. На столе уже лежали распечатки, карта без названий городов и планшет с открытой презентацией.

Командировка. Несколько точек. Плотный график.

Слишком плотный.

Она быстро пролистала материалы, отмечая про себя: выезды, встречи, переговоры, доступ к внутренним процессам. Это был не просто проект — это было погружение.

Дверь открылась.

Артём вошёл без стука — не из невежливости, а из уверенности, что его ждут. Тёмное пальто, спокойный взгляд, ни намёка на случайные встречи или недосказанные разговоры.

— Ева, — кивнул он.

— Артём, — ответила она так же ровно.

Ни улыбок.

Ни лишних слов.

Главный редактор появился через минуту, с папкой и выражением человека, который уже всё решил.

— Рад, что вы оба здесь, — сказал он, не садясь. — Проект срочный. Нам нужен живой материал. Не кабинетные интервью, а процесс: поездки, встречи, реальные решения.

Он разложил схему маршрута.

— Начнём с регионального офиса, затем головной офис. Дальше — по ситуации. График плотный, пауз почти не будет.

Ева сделала пометку, не поднимая глаз.

— Формат публикации?

— Серия материалов. Первый — сразу после возвращения. Остальное — по мере готовности.

Он перевёл взгляд на Артёма.

— Нам нужен доступ. Без постановки. Читателю важно видеть, как принимаются решения.

— В её лице? — уточнил Артём.

— В её лице, — подтвердил редактор. — Она сопровождает, наблюдает, задаёт вопросы. Вы работаете в обычном режиме.

Ева закрыла блокнот.

— Я не вмешиваюсь в процессы.

— Я не замедляю их, — спокойно сказал Артём.

Редактор удовлетворённо кивнул.

— Тогда договорились. Машина ждёт внизу. Лучше выехать сейчас.

Он вышел, оставив за собой лёгкий запах табака и ощущение уже принятого решения.

В переговорной повисла тишина.

Ева аккуратно сложила бумаги в папку.

— Надеюсь, вы понимаете, что я здесь исключительно по работе.

— Надеюсь, вы понимаете, что я не делаю исключений, — ответил он.

Она посмотрела на него внимательно.

— Нам придётся соблюдать границы.

— Нам придётся работать, — сказал Артём.

Ни вызова. Ни давления.

И именно это раздражало.

Они вышли вместе. Лифт спускался медленно, зеркальные стены отражали их силуэты — два человека на выверенной дистанции.

— Это совпадение? — спросила Ева, глядя на своё отражение.

— Что именно?

— Проект.

Он выдержал паузу, достаточную для естественности:

— Мир тесный.

Она не поверила.

Но доказательств не было.

На улице их ждала чёрная машина. Водитель открыл заднюю дверь. Артём жестом предложил Еве сесть первой. Она задержалась на долю секунды — и всё же села.

Не из вежливости.

Из контроля.

Он устроился рядом, оставляя между ними пространство, которое невозможно измерить сантиметрами.

Машина тронулась.

Город медленно растворялся за окном. Улицы сменялись развязками, деловые кварталы — промышленными зонами. Они молчали.

Ева открыла ноутбук. План интервью. Вопросы. Дедлайны.

Всё под контролем.

Артём смотрел вперёд.

Он не любил, когда за него меняют правила.

Но ещё меньше он любил выглядеть слабым.

Поездка только началась.

И никто из них не собирался уступать.

Машина выехала на шоссе.

Назад дороги не было.

Шоссе вытянулось серой лентой, уводя город назад. Машина двигалась ровно, без рывков. В салоне было тихо — только приглушённый шум двигателя и редкие сигналы с дороги.

Ева смотрела в экран ноутбука, но уже несколько минут не читала ни строки.

Она фиксировала детали: расстояние между ними, его неподвижность, отсутствие попыток начать разговор. Это было неожиданно. Мужчины, привыкшие к вниманию, обычно заполняют тишину — шутками, вопросами, демонстрацией уверенности.

Он молчал.

Значит, не торопится, — отметила она.

Или ждёт, когда я нарушу паузу.

Ева закрыла ноутбук. Не резко. Спокойно.

— Дорога займёт около трёх часов? — спросила она, глядя вперёд.

— Если без пробок, — ответил Артём. — Около того.

Коротко. По делу. Без продолжения.

Она кивнула и снова замолчала.

Хорошо, — подумала Ева. — Так даже проще.

Она не собиралась играть. Не собиралась отвечать на провокации, даже если они будут завуалированы под вежливость. Этот проект — работа. И только.

Но где-то глубже жило раздражающее ощущение:

он не делает ни одного лишнего движения.

Как будто знает, что время работает на него.

Ева отвернулась к окну. Пейзаж за стеклом был однообразным: поля, редкие заправки, дорожные указатели. Ничего, за что можно зацепиться взглядом. Ничего, что отвлекло бы.

Ты сама согласилась, — напомнила она себе.

Это просто командировка.

Она не заметила, как пальцы сжались на ремешке сумки.

Артём смотрел вперёд, но видел не дорогу.

Он чувствовал её присутствие так же ясно, как если бы она касалась его плечом. Не запах духов, не движение — просто знание, что она рядом и не собирается облегчать ему задачу.

Правильно, — подумал он. — Так даже интереснее.

Он не спешил. Не задавал вопросов. Не предлагал кофе на заправке. Всё это было бы слишком очевидно. Слишком ожидаемо.

Артём не любил очевидных ходов.

Он поймал себя на том, что анализирует её так же, как деловые переговоры: где границы, где слабые места, где пауза превращается в давление.

Но с Евой это не работало.

Она не заполняла тишину.

Не искала взгляд.

Не демонстрировала ни интереса, ни раздражения.

Она просто была рядом — и этого оказалось достаточно, чтобы игра перестала быть простой.

Глава 9

Машина съехала с трассы резко, но плавно остановилась у заправки.

— Пятнадцать минут, — сказал водитель. — Дальше без остановок.

Ева кивнула и первой вышла из машины. Воздух был прохладным, пах бензином и кофе из круглосуточного кафе. После нескольких часов дороги тишина казалась почти оглушающей.

Она направилась к входу, не оглядываясь, но почти сразу услышала шаги за спиной. Не быстрые, не навязчивые. Просто совпали.

Совпали, — отметила она мысленно.

Внутри было тепло и ярко. Несколько дальнобойщиков у стойки, девушка за кассой, скучающая за журналом. Ева взяла бутылку воды и остановилась у кофемашины.

— Чёрный? — спросил Артём рядом.

Она повернулась.

— Простите?

— Кофе, — он кивнул на автомат. — Вы выглядите так, будто он вам нужен.

— Я выгляжу так, будто хочу воды.

Он чуть улыбнулся.

— Тогда без кофе.

Они стояли рядом слишком близко для незнакомых людей, но слишком отстранённо для пары. Ева чувствовала взгляды кассира, которые задерживались на них дольше обычного.

— Одним чеком? — спросила девушка за стойкой, когда они подошли.

Ева замерла на секунду.

— Отдельно.

— Вместе, — сказал Артём одновременно.

Они посмотрели друг на друга.

— Отдельно, — повторила Ева спокойнее.

Кассир пожала плечами, пробивая покупки.

— Извините. Просто подумала, вы…

Она не договорила, но улыбнулась с пониманием.

Ева взяла чек, развернулась и вышла на улицу, не дожидаясь Артёма.

Пара.

Слово прозвучало в голове слишком громко.

Он догнал её у машины.

— Это было забавно, — сказал он.

— Нет, — ответила Ева. — Это было неточно.

— Люди часто ошибаются.

— Я предпочитаю не давать поводов.

Он посмотрел на неё внимательно.

— Вы уверены, что дело в людях?

Она не ответила.

Ева открыла заднюю дверь машины чуть резче, чем собиралась, и села внутрь, не дожидаясь, пока он обойдёт автомобиль. Сумка легла на колени, пальцы автоматически проверили телефон — экран был пуст. Никаких сообщений. Никаких отвлекающих факторов.

Пара.

Слово снова всплыло в голове, как назойливая реклама, которую невозможно закрыть.

Это было нелепо.

Случайная остановка. Случайный вопрос кассира. Случайное совпадение.

И всё же внутри оставалось неприятное ощущение, будто её поставили в чужую роль без согласия.

Она не любила роли.

Дверь с другой стороны открылась, Артём сел рядом, стряхнув с рукава невидимую пылинку. От него пахло свежим воздухом и кофе, который он всё-таки купил.

— Вы слишком серьёзно это восприняли, — сказал он, делая глоток.

Ева повернула голову медленно.

— Я просто предпочитаю точность.

— А я — удобство, — пожал плечами он. — Один чек быстрее.

— Речь не о чеке.

— Конечно, нет.

В его голосе мелькнула улыбка. Не насмешка — скорее, интерес. Как будто он наблюдал за реакцией, не пытаясь её вызвать.

И это раздражало сильнее.

Ева отвернулась к окну.

Заправка осталась позади, машина снова вырулила на трассу. Огни растворялись в темноте, превращаясь в размытые полосы.

Контроль, — напомнила она себе. — Ты здесь по работе.

Она сделала медленный вдох. Выдох.

Слова кассира ничего не значат.

Случайные люди видят то, что им удобно видеть.

И всё же мысль, что со стороны они выглядят… вместе, вызывала странное напряжение.

Не потому что это было приятно.

Потому что это было неправдой.

Рядом Артём тихо усмехнулся, глядя вперёд.

— Вас это задело, — сказал он.

— Нет.

— Тогда вы бы не молчали так демонстративно.

Она повернулась к нему.

— Вы всегда анализируете людей вслух?

— Только когда они делают вид, что их ничего не задело.

Тишина повисла между ними, но на этот раз она была другой — не рабочей, не нейтральной. Живой.

Ева впервые за вечер почувствовала усталость. Не физическую — эмоциональную. Как будто всё время приходится держать спину прямо, даже когда никто не смотрит.

— Это просто недоразумение, — сказала она наконец. — И я не вижу смысла его обсуждать.

— А я вижу, — спокойно ответил Артём. — Люди чаще всего ошибаются в одном: принимают дистанцию за приглашение.

Она прищурилась.

— Это ваш опыт?

— Это наблюдение.

Он сделал ещё глоток кофе и добавил, уже мягче:

— Не волнуйтесь. Я не собираюсь вас компрометировать.

Ева отвернулась к окну.

Компрометировать.

Он произнёс это слово так, будто речь шла о деловой сделке.

И, возможно, так оно и было.

Она закрыла глаза на секунду, позволяя себе короткую паузу. Когда открыла — трасса уже тянулась вперёд ровной линией, без поворотов.

Рядом с ней сидел мужчина, которого ситуация забавляла.

И именно это она считала самым опасным.

К отелю они подъехали уже в темноте. Стеклянный фасад отражал фары машин, холл был залит мягким светом. Всё выглядело безупречно — как места, где никто не задаёт лишних вопросов.

Ева взяла сумку и направилась к стойке регистрации.

Артём шёл рядом, не пытаясь обогнать.

— У нас бронь, — сказала она администратору. — Два номера.

Девушка за стойкой быстро проверила компьютер и нахмурилась.

— К сожалению, произошла ошибка. Свободен только один стандартный номер. Второй освободится завтра.

Тишина стала плотной.

— Нам нужны два, — сказала Ева.

— Понимаю, — кивнула администратор. — Но сегодня это невозможно. Можем предложить дополнительную кровать.

Ева повернулась к Артёму.

— Я возьму другой отель.

— В радиусе пятидесяти километров — всё занято, — спокойно сказал он. — Форум.

Она закрыла глаза на секунду.

Спокойно. Это просто логистика.

— Хорошо, — сказала она. — Дополнительная кровать.

— Конечно, — улыбнулась администратор с облегчением. — Ваш номер.

Глава 10

Номер оказался тише, чем ожидалось.

Ева закрыла за собой дверь ванной и на секунду прислонилась лбом к холодной плитке. Вода зашумела, заглушая мысли. День тянулся слишком долго, и единственное, чего ей хотелось — смыть с себя дорогу, запахи машины и чужое присутствие.

Это временно, — напомнила она себе.

Просто ночь.

Когда она вышла, волосы ещё были влажными, на плечах — свободная футболка, на ногах — мягкие домашние штаны. Пижама. Не для кого-то — для себя.

Она разложила вещи методично: ноутбук на стол, блокнот рядом, зарядка в розетку. Ритуалы возвращали ощущение контроля.

Из коридора донёсся щелчок двери — Артём ушёл, бросив короткое:

— Я за едой.

Она кивнула, не поднимая глаз.

Отлично, — подумала Ева. — Пятнадцать минут тишины.

Но тишина длилась меньше.

Телефон Артёма, оставленный на столе, завибрировал. Экран загорелся. Имя на дисплее — Никита.

Ева отвела взгляд.

Чужие звонки — чужая территория.

Вибрация повторилась. И снова. И снова.

Она вздохнула, взяла телефон и нажала «ответить», не включая громкую связь.

— Алло.

На том конце повисла пауза.

— …Ого, — протянул мужской голос. — Уже так быстро?

Ева закрыла глаза на секунду.

— Артём вышел. Передать, что вы звонили?

— А вы, значит, остались, — весело сказал Никита. — Слушайте, я даже рад. Он там строит из себя ледяную статую, а на деле…

— Передам, — перебила она.

— Скажите ему, что номер с одной кроватью — это подарок судьбы, — продолжил Никита, явно наслаждаясь ситуацией. — И что он обязан не испортить статистику.

Ева нажала «отбой» чуть резче, чем хотела, и положила телефон на прежнее место.

Статистика.

Подарок судьбы.

Она посмотрела на диван, на кровать, на расстояние между ними — и впервые за вечер почувствовала не раздражение, а усталость.

— Надеюсь, он пошутил, — пробормотала она вслух.

Дверь открылась в этот момент.

Артём вошёл с пакетом, из которого пахло едой — чем-то горячим, простым, почти домашним. Он остановился на пороге на долю секунды, увидев её в пижаме.

Не смутился.

Но отметил.

— Я не знал, что вы отвечаете на чужие звонки, — сказал он, ставя пакет на стол.

— Он звонил трижды, — спокойно ответила Ева. — Я подумала, это срочно.

— И?

— Он считает, что номер с одной кроватью — подарок судьбы.

Артём прикрыл глаза и тихо выдохнул.

— Никита идиот.

— Это ваш друг.

— Это не оправдание.

Она едва заметно усмехнулась — впервые за вечер.

Они разложили еду молча. Пластиковые контейнеры, одноразовые приборы, запах горячего супа и риса. Слишком простая сцена для людей, которые весь день держали дистанцию.

Ева села за стол.

Артём — напротив.

— Спасибо, — сказала она.

— Это не жест, — ответил он. — Это необходимость.

— Конечно.

Они начали есть.

Тишина была уже другой — не напряжённой, а осторожной. Как будто оба пытались понять, где проходит граница между совместным ужином и вынужденным соседством.

— Вы всегда так всё контролируете? — спросил он вдруг.

— Только то, что касается меня.

— И людей?

— Люди сами решают, подпускать их ближе или нет.

Он кивнул.

— Вы уверены, что это работает?

Она подняла взгляд.

— Пока да.

Он хотел ответить, но замолчал.

Потому что впервые за вечер не был уверен.

За окном гудел ночной город. В номере пахло едой и чистым бельём. На столе между ними стояли пустые контейнеры — единственное доказательство того, что они делили этот вечер.

— Завтра ранний выезд, — сказала Ева, закрывая ноутбук.

— Да.

Она встала первой.

Он остался сидеть.

— Спокойной ночи, Артём.

— Спокойной ночи, Ева.

Свет погас. Остался только мягкий отблеск города за шторами.

И оба ещё долго не спали