Полоз. Дыхание времени

Глава первая. Квартирный вопрос

Столица встретила меня хмурым небом и хаосом на платформах. По долетающим обрывкам ругани стало понятно: неправильно назвали платформу и сейчас пассажирам, чтобы попасть на нужный поезд, необходимо быстро перейти на другую. Нас же попросили задержаться в вагонах. Как раз ещё посмотрю, где можно остановиться. C жильём, о котором говорила Светка, вот чувствую — возникнут проблемы. Или моя пятая точка снова приключений ищет?! Но не лежит душа к этому варианту, посмотрела на свою собаку и вздохнула, тяжело будет найти другой быстро. Бальтазар поднял глаза и тихо заскулил, это означало то, что он опять в туалет хочет. Да простят нас все вокзальные работники по пути.

А погода отличная, несмотря на отсутствие солнца, здесь тепло и снега нет. Упаковала свою куртку, достала весеннюю, хотя и в ней жарко будет. Плюс десять, не меньше. И это в феврале месяце!

Едва мы вышли из вагона, меня окликнула накрашенная женщина в возрасте: невысокая, спина прямая, волосы седые, лицо всё в глубоких морщинах. Первой реакцией было уйти, но я остановилась: зазывалы не ходят сюда, да и непохожа она на них.

– Эй, девица, квартиру не ищешь, у меня есть комната. Цена всего 12 тысяч в месяц. – Мой внутренний жмот заверещал от восторга: я койку за 15 хотела снять, а тут комната за 12! Пока его душила, пытаясь размышлять, где здесь подвох, женщина продолжила: – По хозяйству будешь помогать, сброшу до 10!

Почувствовала себя Скруджем с долларовым знаком вместо глаз. С трудом перебарывая желание тут же согласиться не думая, присмотрелась к женщине, и ничего подозрительного не заметила, выглядит честной. В конце концов, ничего не теряю, если посмотрю комнату. Ответила бойким голосом, держа Бальтазара, уже рвущегося в кусты:

– Нужна, только у меня собака!

– Да уж вижу. Чай, не слепая. Давай за мной, как он свои дела сделает. Мой дед дела до лета делает за границей. А я в город перебралась, поближе к сыну и внуку, но им не до меня. Да и одного жена — гадюка, а второй просто дурак. Всегда был таким рассудительным, а сейчас… Тьфу на него! И говорить не хочется, одно расстройство.

Она настолько это смешно сказала, что я невольно улыбнулась. Ещё немного поругавшись на внука, бабушка продолжила свой рассказ:

– Вот и сижу одна, а мне скучно! И вчера моя старая подруга говорит: «Иди на вокзал завтра, коль тебе так скучно, ученицу же давно ищешь, присмотрись к приезжающим, и компанию себе найдёшь, девке поможешь и самой скучно не будет». Зрящая у меня подруга. Вот ты мне и понравилась, сразу видно, что принципиальная, честная. Провинциалка, конечно, но это у тебя быстро выветрится. Да и змеиным духом от тебя пахнет. Одним словом, поладить должны.

Несмотря на то, что говорит, идёт она на быстро, со своими сумками, с трудом успеваю за ней.

Первое, что я не учла, — стоимость проезда. Доехать до дома оказалось очень дорого. Бальтазар зашёл за пассажира, ему пришлось брать отдельный билет.

Чтобы хоть немного ориентироваться, включила карту и стала наблюдать, куда мы движемся. А ехали мы в центральную часть города. Вышли на остановке «Белый сад» и пошли к парку.

Красивые, высокие платаны, аккуратные газоны, с засыпанными гравием дополнительными дорожками. Местами островки цветущих подснежников. Летом это место ещё красивее будет, когда все деревья покроются зелёной листвой. Мы свернули вправо, огибая центральную часть. Обязательно нужно будет прогуляться в нём. Судя по всему, для того, чтобы его полностью обойти, потребуется не один день.

Думала, придётся долго идти, но за поворотом сразу показались многоэтажки. И сила была в воздухе, как я сразу не заметила?!

Обернулась, посмотрела в глубину парка. Тук… Удар сердца, и не моего. Закрыла глаза, не вижу, но чувствую: впереди есть озеро, оно является центром этого места, и вокруг него множество духов. Мы прошли по касательной к этому месту силы, но даже так чувствуется её.

– Эй, ты чего застыла, дивчина? Устала? Давай помогу с сумками.

А ведь и бабка-то тоже ведающая, притом сильная.

– Это место силы?

– Место силы. Молодец, что сразу это приметила, только тут ворожить не стоит. Местные нервные, чуть что, сразу штрафами угрожают, чёрт бы их побрал, и лешак за ногу утащил! Сумку давай.

– Ох, баба Галя, посмотрела бы я на того, кто к вам со штрафами придёт и как у него пятки сверкать будут! Сама донесу, не немощная.

Ещё женщину в возрасте, тяжёлыми сумками не нагружала.

– Ишь, ты, тоже зрящая! Пошли домой, там за чаем и побалакаем. А с первого взгляда ты мне показалась совсем простодырой, а нет.

– А я и есть простыдора. Лучшего определения ко мне подобрать сложно.

– Ну раз, сама понимаешь, значит, не всё так плохо.

Подошли к старой застройке. Но везде виден ремонт, всё чисто и аккуратно. Из стандартного городского ансамбля выбиваются все дома этого района. На балконах горшки с цветами, в некоторых до сих пор что-то зелёное видно. Лепнина, поребрики, антаблементы, на каком-то ротонда, у другого гребень на крыше, а с торца пилястрами украшен. Не больше четырёх этажей. Сами дома идеально белые. Красивые клумбы. Дворы зелёные. А ведь если подумать, эти дома как будто присоединены к парку.

Затем показалась девятиэтажка интересного архитектурного решения. Центральная часть в виде полукруга, обращённого к парку. Эдакая буква П, только без острых углов. Большой двор, закрытый кованым забором и автоматическими воротами. Смешение современности с разнообразными стилями прошлого вызвало некий диссонанс, но нельзя сказать, что всё это смотрелось негармонично. Хвойники давали зелень, даже в хмурый день, насыщая приятными красками. Кованые лавочки с лакированными деревянными досками и яркая современная детская площадка с играющими детьми и мамочками с колясками — всё сочеталось. Я не сразу поняла, что мне показалось непривычно: во дворе не было ни одной машины. Везде асфальтированные дороги, но ни одного транспортного средства здесь нет. Только самокаты у детей.

Глава вторая. Знакомство

Меня и обедом накормили, и рассказали куда стоит поехать погулять и про место силы в парке. Оказалось, что там древнее место ворожбы:

– Но последние лет 50 там не ворожат. В городе ничего серьезного сделать нельзя и внимания много привлечешь, но самое важное — город свою энергетику имеет. Не получишь желаемого. Изменит всё. Может, и в лучшую сторону, а может, и нет. Как повезёт.

Бальтазар к нам пришёл, сел на входе в кухню, смотрит на неё, изучает. Она ему кусок мяса предложила. Понюхал, но не берёт. Пришлось пояснить:

– Он сырое мясо не ест.

На меня посмотрели, как на дуру, что я в жизни ничего не понимаю.

– Как волк может мясо не есть? И что ты ему готовишь тогда? Не кусается?

А он волк? Посмотрела на него по-другому, похож на помесь дворняги с овчаркой. Но если так подумать, то волки, особенно щенками, похожи на простых дворняг. Да и рацион их, в столь нежном возрасте, по большей части и состоит из всяких там кореньев и мамкиного молока. Хотя, какая разница, волк или собака? Щенок он и всё.

– Я думала, он собака. Ест собачий корм и пельмени любит, а сырое мясо наотрез отказывается. Он добрый. Но, напоминать, кто главный, иногда приходится. Да, шкура мохнатая?

Бальтазар неодобрительно посмотрел на меня, облизнулся, и продолжает гипнотизировать, периодически опуская взгляд на мою тарелку с борщом. Моё, сама есть хочу, но ложка предательски на пути ко рту застыла. Он подошел ко мне ближе, потом на середину комнаты, еще ближе, и ещё. Вплотную сел ко мне и стал облизываться, в глаза смотреть. Я отвернулась и не реагирую. Не выдержала:

– Слушай, ты только половину пачки корма съел. Моё!

Бабушка крякнула, достала металлическую миску и налила полную борща:

– Иш, ты, хозяйка! Смотри в эти глаза! Да, красавчик? С такой хозяйкой с голоду помрёшь. Кушай, кушай, тощие оба… Ещё имя какое, Бальтазар! Чего только не выдумают, вот бы простое Вася, Ваня. А то, Бальтазар!

За чаем начало отпускать. Даже не заметила, насколько тяжело мне было. Слёзы сами потекли, и я заговорила, рассказала и про Леонида, как в шабаш познакомились, сразу поженились, о его измене, Николае и Светлане, даже про родню. Опомнилась только тогда, когда говорила о друзьях, как меня на вокзале провожали, а пили мы уже наливочку.

– Баб Галь, что за чай? Никогда такой откровенности за собой не наблюдала.

– Уж ничего такого я не делала. Тебе нужно было выговориться, вот и выговорилась. Там травки успокаивающие и всё. Сама не ожидала, для себя заваривала. У меня же с внуком нелады. Что не делала, ничего изменить не могу. Бьюсь, бьюсь, а оно вон оно как. Эта к нему хуже репья, да ну её! Выбрал падаль эдакую, не мне с ней жить. Только чувствую, недоброе за ней. Что только не перепробовала, и в шабаш суженную нашла. А он… Тьфу! Чую, ещё и девку, по чём зря, обидел, та тоже с характером и разговаривать не стала со мной. Душа болит за него. И за весь род наш. Чувствую беду. Столько раз от рода напасти отводила, а теперь не могу. Не получается! Видимо, стара стала. Даже сердечко шалит! А вот тебе помочь, я в силах. Поплачь, девонька. Поверь, ничего страшного не произошло. Могло быть намного хуже. Окажись твой бывший муженёк не просто кобелём, а со злым умыслом, ты бы сейчас тут не сидела. Дурак он, и ты простодыра. Нельзя же быть такой! Знаешь, сколько в шабаш молодых девушек так пропадает? Никогда, слышь, никогда нельзя пить чужую кровь! Это привязывает тебя к этому человеку. Заклятия на крови самые сильные! Не говоря уже о том, что тебя, неопытную и не обученную, на шабаш понесло. Поэтому вне рода быть опасно. А квартира не жизнь, новую заработаешь. Что касается суда. Чего ждала? Что кто-то заступится? Ох, в этой жизни, чем острее зубы, тем проще живётся. Осталась бы на острове, устроила бы им всем веселую жизнь! Совсем обнаглели! Раньше попробуй ведающую так засудить! Тут же! Тут же прилетит! От неё или от рода, ты сначала докажи, что она виновата. А сейчас?! Презумпция виновности! Тьфу! И сами же попускаете такое! Смотреть противно! На вас всех. Молчите и ничего не делаете! Сами виноваты! Тьфу!

Бабушка себе наливки подлила и мне заодно от души плеснула. Еще раз носом хлюпнула, а ведь она права! Кто мне мешал на того же Николая пару ласковых сказать, на тех двоих в аэропорту? Светка? Да она сама, кажется, ему такого после наговорила. Да и этим досталось, а я только сопли на кулак наматывала. Нет, права баба Галя, так нельзя.

– Мне тогда настолько плохо стало, а потом такая апатия накатила…

– А вот тут тебя пытались проклясть, но промахнулись, почти. Тебя по касательной задело. Нужно было и им вдогонку чего-нибудь оставить. Чтобы неповадно было. Так, с кем там эта мымра была, ты с ним была близка?

– Не успела. Баб Галь, а ведь я ей тогда кой-чего нажелала. Интересно, сбудется или нет.

Пересказала, чего нажелала. Баба Галя хмыкнула.

– Ох, Лидия, тебя сама судьба уберегла. Сильны, твои матушка с батюшкой были по твоему рассказу, больше некому. Заговорённая ты, не иначе. По-другому объяснить то, как тебя обошли все беды, нельзя. Ой, кушай детка, кушай. Тебе силы понадобятся. Ох, чует моё сердце, это не конец истории. Ты, главное, даже в таком состоянии, чужой род и детей не трогай. На всё остальное глаза закрыть могут, а вот на это не будут.

Провела рукой по волосам, после нашей совместной стрижки со Светкой, под вино, моя причёска, ставшая ненамного длиннее мужской, бесконечно радовала. Такая лёгкость. Да и перекрасилась не зря. Давно хотелось блондинкой побыть. Слёзы сами высохли.

– Ко мне потом женщина приезжала. Всё расспрашивала. Всё, у меня новая жизнь! С чистого листа! – Бабушка на меня странно посмотрела, но ничего не сказала, – Баб Галь, что касается моих родителей: моя мать отсюда, может быть, и удастся отыскать ниточку. Ты же давно тут живёшь, а фамилия Лешанская, не встречалась?

– Мне много чего встречалось. Так просто ты ниточку не найдёшь. Ворожить нужно. Эту фамилию раньше носили те, кто связан был с духами леса. Веришь в духов?

Глава третья. Водяной

Я задумчиво шла через парк, сминая бумажку с адресом, обдумывая мой разговор с хозяйкой квартиры. Если она права и теперь мой бывший может являться ко мне во сне… Брр, конечно, но в конце концов, это всего лишь сны. Вот то, что после этого я не смогу проснуться, пока он дрыхнет, очень неприятно. С другой стороны, и ему нужно будет поймать определённую фазу моего сна: сразу после засыпания. Другими словами, я должна раньше отправляться в объятия морфея. Уже не всё так страшно.

Да и сама встреча с этой женщиной, кажется, мне очень повезло. Знать бы, кому сказать спасибо за эту удачу и узнать, не израсходовала я её всю.

Решила обогнуть озеро справа, судя по карте, так ближе всего к остановке. Но рядом с водоёмом взяла ещё правее, чтобы не столкнуться с духом, живущим в нём. Напитался энергией места. Издалека его можно было принять за очень толстого, голого мужика. Уродливые складки, синюшная кожа утопленника, местами покрытая чешуей — не самое приятное зрелище. Хотя я привыкла, многие водные духи имеют подобную, она может ещё быть покрыта слизью. Особенности жизни в воде. Только отметила про себя, что силён, и пошла мимо.

Уже пройдя его, боковым зрением заметила, как огромная голова размером с большой арбуз, повернулась в мою сторону, сворачиваясь относительно тела на сто восемьдесят градусов. Круглые глаза с чёрными зрачками без век и сомьи усики над верхней губой, которые шевельнулись. Заметил. Пришлось остановиться и развернуться. К таким нельзя поворачиваться спиной. Опасно.

Вокруг него появились вихри ветра. В который раз подумала, насколько не хватает Евы. Нужно было дождаться, пока она завершит свои важные дела и вместе ехать. Зачем их послушала?! Срочно уезжай, срочно уезжай! И что теперь делать?!

Его голос неприятно скрипнул:

– Добрый день.

Облегчённо выдохнула, даже если что-то и задумал, раз разговаривает, то договориться смогу. Не впервой.

– Добрый.

– Дурное чувствую. А ты?

Несколько секунд переваривал его слова. Опасение перешло в удивление, а затем я всё же прислушалась к себе, пытаясь почувствовать то, о чём он говорит. Вдохнула поглубже. В воздухе действительно что-то тревожное витает. Дурное. Неправильно будет просто оставить всё так, но и если дурное и произойдёт, то не сейчас. На собеседование точно успею, поэтому сказала:

– Я вечером вернусь. Ты только не балуй. Приду и придумаем вместе что-нибудь.

– Не буду. Твоему деду ещё обещал. Не думал, что после всего произошедшего, вы вернётесь в эти края. Но я рад, что ты пришла. Вижу, дедову силу взяла. Иди. Завтра приходи. Сегодня не ходи. Сама же чуешь, что только на границе восприятия. Ты же спешила, а я подожду. Дольше ждал. И привет бабе Гале. Хорошая женщина, одна из тех, кого ещё можно уважать.

Я аж сглотнула. Искала ниточку к своим корням? Вот он — целый канат. Он несколько секунд ещё смотрел на меня, а затем вернул голову в правильное положение. Даже меня передёрнуло от этого зрелища.

А затем растворился в воздухе, уходя на дно озеро. Пытаться его остановить без Евы, было бы глупостью несусветной. Ещё утянет на дно. И не факт, что хватит сил отбиться, а помочь мне будет некому. Он в своей стихии в три раза сильнее.

Не придумав ничего лучше, вернулась к тому, что делала раньше, а именно — шла устраиваться на работу.

Едва выйдя из парка, я наткнулась на пробку. Хотя нет, судя по карте и бордовому цвету всей этой улицы это была — Пробище! И никак иначе! Проложила на телефоне пеший маршрут, сорок минут. В два раза быстрее, чем сейчас, значит, и пойду пешком.

Первые здания перед парком были также старой застройки, гармонирующие с ансамблем этого района, а вот за ними небоскрёбы — мир из стекла и бетона. Как будто в сказке, переход из одного мира в другой. Такое чувство, что и шум гасится. Обернулась, всё по-прежнему. Ничего никуда не исчезло. Несколько раз даже прошла около крайнего здания. Никакого перехода, просто такое впечатление из-за не сочетаемости архитектуры.

Так, меня ждут! А я хожу просто так туда-сюда.

***

Подходя к нужному зданию, я набрала записанный бабой Галей номер телефона. Вышел меня встретить очень высокий мужчина, больше двух метров, с небольшим животиком. Представился Олегом Сергеевичем. Мы прошли в его просторный, но весьма скромно обставленный кабинет. И он показал мне на кресло, стоящее напротив его стола, а сам сел на своё рабочее место.

– Так Вы от бабушки Гали?

Я кивнула и потянулись секунды мучительного неловкого молчания. Не знала, что сказать. Мысли бились по черепной коробке бешеными попрыгунчиками от водяного до воспоминаний о прошлой работе. Конечно, я слышала разговор, что хозяйка квартиры просила по телефону взять меня на работу, на первое время, а может не на первое, но что сейчас говорить, не могла придумать.

Мужчина тоже сохранял тишину, что-то обдумывая. Но, судя по всему, он ощущал ту же неловкость. В итоге, первой не выдержала.

– Бабушка Галя очень хорошая женщина, но если у вас нет свободных вакансий, я лучше пойду.

– Подождите. Лидия, если не ошибаюсь. Просто это несколько неожиданно. Работу вам найдём, вакансии есть. Расскажите о себе, где учились, работали, что умеете.

Несколько секунд хлопала глазами, от меня-то ждут ответа, а у меня из головы не выходит водяной. Что я умею? И вдруг в голове воцарилась пустота… Так дело не пойдёт. Нужно собраться! Практически в последнее мгновение перед тем, как мне решили прийти на помощь, что означало бы полный провал, я смогла открыть рот и произнести:

– Я работала в лаборатории с института. Из универсального… Я владею большинством базовых программ, обычно используемых в офисах, на уровне продвинутого юзера. В принципе, могу помогать айтишникам, на уровне эникей. В любом случае, быстро учусь и готова к этому.

Он широко улыбнулся, что-то из перечисленного было, явно, нужно. В этот раз я выдохнула, прежде чем стала говорить и начала с самого начала, даже попыталась по той легенде, что мы обговорили со Светой. Она была идентична моей биографии, с той лишь разницей, что место работы я должна была назвать другое, с чем я честно провалилась, выдав свою настоящую биографию.

Глава четвертая. Отголоски прошлого

Утренний лес, позолоченный раним дыханием осени: на пролесках красными пятнами горела ажина, а в низинах и ущельях сгустился туман. Девушка, которая была и в первом сне, и в той же самой одежде, вышла навстречу пятерым мужчинам. Увидя её, они сделали шаг назад, но она, зло улыбаясь, шагнула к ним. Только вот ей на плечо легла маленькая худенькая ручка, появилась низенькая девушка в таком же лёгком летнем сарафане, как будто материализовалась из воздуха. Они были похожи как сёстры, коими, скорее всего, и являлись. Младшая начала отчитывать мужчин, которые не то, чтобы возразить, дышать боялись:

– Хлопцы, что же в болота-то топиться ходити? Что ж вам, окаянным, жизнь-то не мила?! Прочь отсюда! Болотник разожрался совсем. Никакого сладу с ним нет, и вы туда же! К нему на обед! – Мужчины повернулись и побежали, кроме самого младшего среди них и самого низкого, он ещё раз обернулся и посмотрел на юную девушку, поэтому и расслышал, что она сказала своей старшей сестре: – А ты, Забава, ещё раз кого сманишь сюда с тропы — отцу расскажу! Твой повеса тебя до добра не доведёт!

Почувствовала, как меня затягивает в воронку, и я оказалась снова в берёзовой роще. А за спиной знакомый голос.

– Ворожишь?

Развернулась и зло посмотрела на него! Только поняла, что тот молодой человек был моим отцом, а та хрупкая девушка — моей мамой. А этот гад прервал сон, что мог раскрыть их тайну, которую они не успели мне рассказать!

– Что тебе нужно?

Он тяжело вздохнул и сел на поваленную берёзу.

– Я хотел попросить прощения. И сказать, чтобы ты была осторожна и поставила сильную защиту на себя. Тебя пытаются проклясть.

– Так повлияй на свою жену, чтобы она больше подобного не творила!

Он резко встал и нахмурился.

– Я попросил прощения. И за неё прошу.

– Думаешь, этого достаточно? Выдавил из себя три слова и всё, забыли?!

– Она на сносях.

– О, даже так… Ну, что же, это повод порчу на меня наводить и пытаться убить. Не раз и не два. А ты не полоз, ты олень. Рогатый при рогатый. Но меня это не касается. А если она продолжит в том же духе, я вспомню всё, что тварь натворила. И то, что я квартиру потеряла, то, как болела, и этот вынужденный переезд, и Николая припомню! Ничего не забуду! И не посмотрю ни на что! Оберну всё её зло против неё! Даже сверху добавлять не буду! Ей его хватит, чтобы захлебнулась и выплыть не смогла.

– Я готов всё компенсировать. Квартиру, переезд, моральный ущерб!

В этот момент он жалко выглядел, зло рассмеялась ему в лицо. Любовь любовью, но я не обязана через себя переступать, поэтому и сказала:

– Не нужно мне от тебя ничего, кроме того, чтобы в покое оставил. У меня всё будет, и лучше, чем было. Можешь не ходить и не извиняться. Простить? Нет... Я прощать не буду! Но и делать ничего не собираюсь. Только вот скажу, что тогда на море, ворожила не я, а она. И на тебе её приворот. Живи теперь с этим, Леонид.

Этот гад ползучий пошел волной.

***

И я проснулась в своей кровати, опять голая! За окном ещё было темно, хотела повернуться на другой бок и попробовать погрузиться снова в тот сон, где были родители, только стук в дверь не дал этого сделать. Бальтазар поднял уши. Шикнула на него, чтобы не шумел, накинула халат и вышла в коридор.

Посмотрела в глазок, там были двое мужчин в милицейской форме, на вид им было лет по тридцать. Вроде бы обычные люди. Открыла дверь, не снимая с цепочки. Они очень длинно представились: оперуполномоченные, капитаны там чего-то, спросонья поняла, что один Дмитрий, второй Павел. Хотят войти и поговорить. Закрыла дверь, чтобы проверила полынь под порогом и мешочек с солью на двери. Сняла цепочку и открыла. Дмитрий вошёл после моего пригласительного жеста, а вот второй остановился, у него зазвонил телефон и его куда-то позвали. Я только на это усмехнулась. Простой приём, а работает.

– А где хозяйка квартиры, бабушка Галя?

– Спит. Так, что хотели? Я не разобрала.

Меня внимательно рассматривали, как и я его. Примерно моего роста, может быть чуть выше, стройный и широкоплечий, темноволосый светлокожий молодой человек. С красивыми серыми глазами, прямым носом и слегка пухлыми губами. Именно на губах задержался мой взгляд, тут я опомнилась и позвала его на кухню. Форма очень ему очень шла. Нужно сказать, и он отвечал мне такими же внимательными взглядами, а потом посмотрел на трехлитровую банку и тяжело вздохнул.

– Что за банка? Что в ней?

– Да ничего, так мелочи.

Водяного он видеть не мог и слышать его ругань тоже, но я могла и аж покраснела, от той тирады, состоящей исключительно из ругательных слов, что этот сквернослов выдал, за то, что назвала его мелочью. Ещё банку сумел расшевелить так, что она покачнулась и опасно накренилась. Положила на неё руку и тихо пригрозила:

– В унитаз смою!

Страж порядка слышать водяного не мог, а меня вполне. Поэтому вопросительно на меня смотрел.

– Долго объяснять, сквозняк.

– Ничего, я никуда не спешу. Пять часов дежурства, поэтому с удовольствием послушаю, учитывая, что вы на камерах были с этой банкой замечены.

– Вы верите в водяных? В банке он. Вчера поймали.

Было видно, что Дмитрий очень удивился, но быстро справился со своими эмоциями и продолжил.

– Допустим. Пока ловили водяного, ничего странного не заметили?

– Вроде нет. А что случилось?

– Пару часов назад мы нашли тело девушки, как раз недалеко от озера. Судя по тому, что мы увидели по камерам, вы вышли из парка за полчаса до того, как жертва вошла в парк, и, возможно, заметили убийцу.

Посмотрела на Еву, та покачала головой, что ничего не заметила, посмотрела на водяного, тот задумался, но промолчал. Я совсем никого вспомнить не могла.

– Мы были слишком заняты, даже если кто-то и был, мы не обратили на него внимания.

Глава пятая. Другими глазами

Леонид

Я проснулся с сильнейшей головной болью, тяжело дыша, как будто я тонул и мне удалось вынырнуть из-под воды, и сейчас не мог надышаться воздухом.

Огляделся вокруг, заснул в офисе на своём рабочем месте, шея после неудобного положения хрустела и неприятно тянула, может быть из-за этого такие неприятные ощущения, а может быть и нет, может нет.

Заставил себя собраться, отбрасывая все эмоции, анализируя происходящее. Если Лидия сказала правду, то поддаваться им сейчас — равносильно тому, чтобы собственноручно затянуть удавку на шее. Диана как почувствовала: входящий звонок от неё. Почему «как»? Скорее всего так и есть. Почувствовала. Её колдовство Лидия ослабила, вот и пытается усилить, а для этого нужен любой контакт. Я сбросил, отправив короткое сообщение: «Занят.», отключив этот телефон. Взял старую звонилку с международным тарифом, набрал тётю Ирму. Она пригласила заехать к ней домой прямо сейчас. Недолго думая, одел плащ и спустился на парковку. Выехав, остановился на секунду, пока машин нет, обернулся на здание, ставшее почти родным. Стекло и бетон. Единственное отличие от рядом стоящего — цвет стекла: золотой отлив. Когда-то давно, за него переплатил приличную сумму. Как и за зелёную зону с фонтаном, единственную на несколько километров, и сейчас она была подсвечена в предрассветном сумраке.

Достал фотографию Дианы, не верится, что она могла, только вот если не она, то кто?

Лидия? Нет. Это точно не она. Чуть не поседел, когда узнал о её «смерти».

Завел машину и нажал на педаль газа. Город просыпался, немного и застряну в пробках.

Подъехав к старым панелькам, я ещё раз всё обдумал. Прокручивая все события за последние пару месяцев, разозлился на себя, что не заметил и не понял всего раньше. Со злости ударил по рулю. Затем закрыл, прогоняя и эти эмоции. Всё лишнее. Заглушил мотор и пешком поднялся на девятый этаж. Тётя Ирма открыла дверь сразу, как только я поднялся на её лестничную площадку.

– Что, голубчик, кто-то смог пробиться через колдовство твоей ведьмы? Я даже догадываюсь кто. Пошли на кухню, как раз чай с имбирём заварила. Как ты любишь, ещё горячий, но уже не кипяток.

– Мне совет нужен, как снять приворот. Я же всё испробовал, ничего не помогло. Слишком сильный.

Мы сели за стол, а женщина сказала, смотря мне в глаза:

– Потому, что не от той пытался снять. Но этот приворот силён, сомневаюсь что что-то поможет. Эта дрянь найдёт, за какую ниточку потянуть и снова тебя в сети поймать. Кроме одного.

Я тяжело вздохнул, понимая, на что она намекает.

– Она беременна. – В этот момент, я и сам осознал: это всё отговорки, и я должен прекратить эти отношения. – Спасибо, тётя Ирма. Так и сделаю.

Понимал, это теперь всё будет непросто и может обернуться не самым лучшим образом для меня, но на кон поставлено слишком много. Она мне кивнула: всё правильно и одобряет. От этого маленького подба́дривающего жеста немного стало легче.

– Ты к бабке своей загляни, от тебя лихом пахнет. У меня сил и умения не хватит с подобным духом справиться.

Только лихо мне не хватало сейчас! Но это многое объясняло. Теперь нужно придумать, как от него избавиться.

– Бабушка после инфаркта, придумаю что-нибудь.

Потёр переносицу, пытаясь ослабить головную боль. А затем нащупал в джинсах блистер с таблетками. С удивлением посмотрел на почти пустую пластинку и положил её обратно. Тётя Ирма пыталась меня убедить, чтобы я всё же заехал:

– Она ученицу взяла. Молодая и необученная, конечно, но подсобит, силы в ней много. Сладят.

– Стар и млад, и с лихом сладят?! Ещё сами поймают его, я же этого себе не прощу. Бабушка говорила, из провинции девушка. Спасибо, подумаю, как лучше сделать. Тетя Ирма, не только для этого заехал. Я хотел найти Лидию, снится мне часто — не к добру. Мои ребята искали, вести дурные привезли, только оказалось, — ложные. – Выражение лица тёти Ирмы сказало о том, что ей всё это известно, и наверняка, она знает где Лидия, поэтому продолжил: – Ей угрожают, а я готов помочь. Я виноват. Сильно виноват.

– Виноват. Хорошо, что осознаёшь. А что касается опасности… Об этом нужно было раньше думать, а не поддаваться чарам ведьмы. Сладко было, вот и твоя расплата, за малым девушку не погубил. Сейчас Лидия под присмотром, на тебя сильно обижена. И правильно. Где она, не скажу. Обещала ей. Но едь к бабушке, пока не поздно. Едь.

– К бабушке не поеду, пока с лихом вопрос не решу.

– Да ты на чай вечером загляни! Она переживает за тебя сильно.

– Чтобы она увидела лихо и неё случился второй инфаркт? Нет!

Настойчивое желание тётки, чтобы я заехал к бабушке, стало раздражать. Тётя Ирма стукнула по столу, назвав упрямым ослом. Она встала, а я допил одним глотком чай и попрощавшись, пошёл к дверям, когда тётя Ирма тихо сказала.

– Иди. Избавляйся от приворота. Как голову прочистишь, поговорим ещё раз. Только не вздумай отступать. Пропадёшь и род свой потянешь за собой. Больше никогда не забывай о той ответственности, что лежит на тебе, и о той силе, которая перешла к тебе от деда.

Я простился ещё раз и вышел из квартиры. Включил телефон, на этот раз не опасался, когда отвечал телефонный звонок.

– Слушаю, Диана. Мне на работу нужно. Плохо? Скорую вызови. Хорошо, через час заеду.

Сбросив звонок, сразу набрал Захара, сына тёти Ирмы, с которым росли вместе. Вспомнив наши разногласия в последнее время, на секунду подумал — он сбросит, но услышал: «Приветствую, сладенький», – Улыбнулся, заспанный голос и его обычное приветствие. – «С тебя ящик бухла за всю ту дичь, что ты творил и ещё ящик за всё остальное, мама мне уже успела позвонить. Не вздумай ехать к себе. Твои вещи я сам заберу, ключи у меня есть. Тащи свою задницу ко мне».

– Спасибо, я сам заберу.

После короткого спора, мы через час вдвоём стояли около дверей моей квартиры. Посмотрел на Захара в его тонкой кожаной куртке. Но острить, на счёт тепло ли ему, не стал. Ехал на мотоцикле, чтобы не опоздать. Открыл своим ключом.

Глава шестая. Свидание

Лидия

Только зайдя в квартиру, смогла осознать, насколько я устала. День был сложный. На новом месте всегда непросто, а тут ещё все пошло наперекосяк с самого утра.

Стащила сапоги, а Бальтазар радостно уткнулся мне в ноги, потрепала его за холку и обняла, соскучился, так надолго мы ещё не расставались.

Пройдя на кухню, застала бабушку Галю за тем, что она пила какой-то успокаивающий сбор.

– Шо, вид виноватый? Шо, сотворила?

В голове был недавний разговор с Дмитрием, он заехал за мной после работы, и мы с ним проговорили всю дорогу до квартиры. Невольно улыбнулась.

– Да, так. На свидание позвали. Думаю, соглашаться или нет.

– А вид такой, как у моего внука, когда он дом сжёг. Симпатичный? Не тот ли милиционер? – Я кивнула, устало откинувшись на стуле. – Так думать-то чего? Нравится, так пошла собралась и развеялась, а усталость сейчас пройдёт. Вон чай. Нечего дома киснуть как капуста, весна скоро, пора силу набирать. Если на ночь не придёшь, то напиши, иль позвони. На работе-то как? Олежек не обижает?

Ева, недолго думая, вышла вооружившись самой тяжелой чугунной сковородой. На мой удивленный взгляд заявила, что так никакой маньяк мне не страшен и могу идти куда хочу, а она со мной. С трудом отобрала страшное оружие для борьбы с маньяками.

Рассказала бабушке Гале, что на работе сегодня полный кавардак. С самого утра заболело несколько сотрудников, а после обеда, их отправили на удалёнку и больничные, и пришлось многое делать на свой страх и риск очень быстро. Многое мне знакомое, но далеко не всё.

Еву с трудом уговорила остаться дома под предлогом, что она ответственная за водяного и Бальтазара. Пообещав, если что-то случится, то обязательно призову её.

– Раньше лучшим приданым для девушки было, если удавалось домового уговорить с ней идти. И родителям спокойно, — чадо под защитой, и новая семья счастливой будет. Но твой домовой в каждой дырке затычка. Сегодня Семёнычу досталось, наготовила, убралась, и Ваську выгуляла.

Бальтазар, которого назвали Васьком, поднял уши, но завыть не решился, только несколько раз забавно тяфкнул жалуясь на Еву, и то, что погуляли мало. Я сердито посмотрела на Семёныча, раз досталось, значит дал повод. Тот в банке под моим взглядом ещё уменьшился и обиженно отвернулся. Поняв, что со мной он сегодня говорить не будет, отправилась собираться на свидание, делая себе заметку, что нужно зайти в швейный, Еве пряжи купить в благодарность.

После чая усталость исчезла, ей на смену пришла бодрость, да такая, как будто-то я только что проснулась.

Когда спустилась, Дмитрий уже ждал меня с букетом ароматных тюльпанов.

Он посмотрел на Бальтазара в окне и предложил взять его с собой, заодно цветы поставить в вазу. А я посмотрела на обаятельную улыбку Дмитрия, красивые глаза и решила, что собака будет лишней.

Мы шли в парке разговаривая обо всём на свете: о книгах, фонарях, машинах, даже о том, какая видеокарта лучше… Какую бы тему не затронула, он готов был поддержать беседу, какую бы не начал он, мне было что добавить. Нам казалось, будто знакомы мы много лет и мне хотелось слушать его голос. Даже боль, что осталось в груди от Леонида, отошла на второй план. Воздух был свеж, пахло какими-то ранними цветами, что цвели на газоне.

Перед подъездом я сама потянулась за поцелуем. Первые робкие касание губ, быстро переросли в жаркий поцелуй и мне захотелось стать неприличной девушкой готовой продолжить свидание у него в квартире. Облизнув губы, он спросил:

– Могу надеяться, что мы завтра снова увидимся?

– Да! Но, сейчас мне пора.

Тихо войдя в квартиру, я улыбалась до ушей. Посмотрев на часы обнаружила насколько сейчас поздно, было три часа ночи. Задумалась: не совершаю ли ошибку с Дмитрием? Может не стоит торопиться? После всего произошедшего. А с другой стороны, почему бы и нет, если с ним мне хорошо, если в душе снова запели и птицы и почувствовала приближение весны. Кому нужны все эти условности? Мне? Нет! Мне они к болотным бесам не нужны! Плюнув на всё, спустилась, решив, если не ушёл, то поедем к нему. Дмитрий сидел в соседнем дворе и о чём-то думал, обернулся только тогда, когда положила руку ему на плечо.

Я чувствовала силу, что пробудилась во мне и надеялась, что он не увидит.

Не знаю, заметил или нет, но на какой-то миг мне показалось, именно моя сила одурманила его, и у него были сомнения стоит ли продолжать вечер в тот момент, когда я вернулась.

Но сейчас обнимаясь в его квартире, он счастливо улыбался, как и я. Давно мне не было настолько спокойно и хорошо.

Едва устроилась на плече Дмитрия и задремала, как мне опять приснился Леонид! Беспокоился он обо мне! И теперь уже он на счёт своей жёнушки предупреждал, чтобы его лешак за ногу утащил. Снова повторив, куда ему идти вместе с ней, едва заснув, проснулась. Дмитрий заснуть не успел:

– Кошмар? Ты так резко села.

Объяснять ему кто мне приснился и из-за чего я так резко проснулась, — благоразумно не стала. Поцеловала и сказала почти правду: со всеми этими переездами сплю плохо и лучше к своим поеду. Мне так спокойнее. Дмитрий сделал попытку уговорить меня остаться, но мне очень повезло, и я вслух не выругалась на этого ползучего гада. Сложно будет объяснять упоминание бывшего мужа в постели, и я сама плохо понимаю происходящее.

***

Вернувшись в квартиру рано утром, ощутила, насколько я голодная. За окном солнце ещё и не думало вставать. Ночь была по зимнему долгой. Было тихо, стараясь и не шуметь прошла на кухню.

Плита газовая, к ней подходить не стала. Достала заранее купленный кипятильник, решив приготовить гречку и чая.

С задачей закипятить воду кипятильник справился, но следом решил загореться. Морально была к этому готова, тут же вытащила из розетки и потушила.

Гречку залила этим кипятком, укутала в одеяло и снова включила кипятильник. Вода начала закипать, а бедный прибор снова задымил и на нём появился огонь. Выключила, повтрив процедуру с тушением и включением. Но провод совсем оплавился и перестал работать, вода для чая так и не закипела.

Глава седьмая. Леший

Глава седьмая. Леший

Летний лес. Шум набравшей силы листвы, а в воздухе витает запах зноя. Я вдохнула полной грудью, не веря своим ощущениям. Я снова вернулась в тот сон к родителям?! Не зря бабушка Галя так настойчиво отправляла спать. Попыталась сделать шаг, но не получилось. Ноги как будто приросли к земле, но в этот момент я ощутила и окружающий меня лес, становясь частью его. На полянке, совсем неподалеку, я заметила свою мать, такой же как и в прошлом сне: совсем молодой, в том же сарафане, едва ли старше двадцати лет.

Она загорала на траве и счастливо улыбаясь солнцу, когда с противоположной стороны поляны из леса вышел мой отец.

– Хлопец, ты накой сюда вновь пожаловал? Тебе прошлого раза мало?

– За тобой. И без тебя не уйду! Люба ты мне!

– Тю, так ты под приворот сестрицы попал тогда! Сейчас поправим. А я ещё гляжу, тебя весь год то там, то сям примечаю.

– Так тебя искал, и ты меня замечала! Приметила и ты меня значит!

Девушка покраснела и толкнула юношу в грудь.

– Дурной! Иди отсюда! Не чую приворота! Иди! Иди, я сказала! Батюшка заметит и не выпустит живым из леса! Иди!

– Смотри, что я принёс тебе!

Это было красивое платье с вышивкой, гребень и что-то ещё из одежды.

Вдруг меня затянуло в воронку, и я оказалась перед высоким крепким мужчиной с бородой на том же месте, где появилась с самого начала. Его густые брови сошлись на переносице, а зелёные глаза смотрели недобро.

– Ты кто такая? И что делаешь в моём лесу?

– Лидия. Родственников искала в этом месте.

– Нашла?

– Хороший вопрос. Скорее, да. Но вот что теперь с этим делать — я не знаю.

Я посмотрела на поляну, где были мать с отцом, мысли о том, что их можно спасти, меня не отпускали, а потом повернулась к лешему.

– Могу узнать имя твоё, хозяин леса? Я пришла с миром и вопросами.

– А ты страха не ведаешь, глаза не опускаешь, глядишь прямо, хоть и поняла кто я. Сама не дух, не ведающая и не человек. Но и зла не чую в тебе, поэтому и скажу, Горислав имя моё.

Соврал! Когда он имя своё произнёс, я вспомнила, как мать мне в детстве называла его настоящее. Деян, я понимала почему он не сказал. Меня больше заинтересовало, почему он сказал, что я не ведающая, не человек и не дух. Если с последними двумя всё более или менее понятно, то вот:

– Почему не ведающая?

– Я почём знаю?! Впервые тебя вижу. Если и ведающая, то дивная. Таких не встречал.

– А если скажу, что я твоя внучка, Деян. Их дочка.

На секунду скосила глаза на поляну и вернулась глазами к нему. Я видела, как меняются эмоции на его лице. Он разозлился, глаза из ярко зелёного цвета, стали тёмно-болотного, почти чёрного, а затем он посмотрел на полянку и постарался спрятать свою злость, под напускным добродушием.

– И что случилось, раз ты тут? Не верю, что Белолика не научила свою дочь всем премудростям.

Он всё ещё с подозрением смотрел, но с каждым секундой всё меньше, я чувствовала в нём родственную силу, и он не мог её не узнать. У меня создалось впечатление, что его мысли занимает другое, и что он принюхивается.

Сама попыталась почувствовать, то что происходило вокруг.

– Я не знаю, что произошло. Мать не была духом, когда я росла и знала я её под другим именем. Она не видела больше духов, а сила ведающей проснулась во мне несколько месяцев назад. Тут я благодаря Бабушке Гале.

И ощутила то же, что и тогда в парке с водяным, в эту секунду лицо деда стало ещё более злым, а голос резким:

– Тут ты благодаря своей силе, или моей. Галька только помогла сойтись нам. Внучка значит, дорогу запомнила? Возвращайся в весеннее равноденствие, так силу легко потерять. Тропика слишком далека, а пойду зятька привечать. А то сбежит ещё…

Я попыталась его остановить, сказав о том, что почувствовала:

– Дед, тут пахнет…

Только слушать меня не стали, было ощущение, что он меня пытается отправить назад.

– Злым колдовством. Просыпайся!

И я проснулась под металлический скрежет сковородки об пол. Ева вновь вооружилась страшным оружием против маньяков.