Полюби меня в темноте

Пролог

Что можно делать на вечеринке по случаю тридцатилетия свободной женщины? Без вариантов: пить, щупать стриптизера и играть в бутылочку.

Вечеринка Громовой гремела на весь квартал. Светомузыка, бьющие в самое нутро басы и море алкоголя на любой вкус. Громова, обладательница верхнего этажа двухъярусной мансардной квартиры в высотке, упилась коктейлями и обнимала всех подряд, пока не свалилась за диван. Когда Ленка, как виновница торжества, скрылась за дверью спальни с приглашенным «кроликом», дабы помочь ему собрать вещи, переодеться и оценить приватный танец, я почему-то выдохнула с облегчением. Вообще я люблю шумные вечеринки, но сегодня как-то суетно, слишком громко и неуютно. Мои подруги Шувалова Рая и Морозова Женька, а Громова – подруга Райки, и поэтому пропустить сегодняшнее событие было нельзя.

Сидя на широкой лестнице, ведущей на второй этаж, я присосалась к стакану с коктейлем и рассматривала веселящуюся толпу. Интересно, могут ли ритмичные прыжки проломить перекрытие пола и заглотить в свою темную пасть нижнего этажа?

У барной стойки сидели парни. Встретившись с пристальным взглядом Иванцова Мишки, я натянула улыбку, а он отсалютовал мне своим стаканом. Я кивнула.

- Киснешь? – Райка села рядом на ступеньку и толкнула меня плечом.

- Не особо, пью, – я вытянула руку со стаканом, чтобы чокнуться с подругой. «Дзыньк» потонул в шуме музыки.

- А давайте играть в бутылочку? – зажевывая окончания, предложил один парень, вывалившись из толпы.

Все зашумели, вскинув руки вверх. Общий гул сменился хохотом и суетой с рассаживанием по местам.

- Рит, Рай, идите с нами, – Женька, как всегда, была в гуще событий, сидя в центре на ковре и раскручивая пустую бутылку из-под шампанского.

Народ снова взорвался воплями, когда первый круг указал на Лёньку, моего подчиненного и парня с огромным сердцем. Он залился краской и закусил губу.

Не такой уж ты и простой, Лёня. Завел отношения, а сидишь тут со взрослыми тетями в игры играешь. Ах, пофиг, его жизнь, пусть и правит свой парус, куда вздумается.

- Ну где же фанты? – вскрикнула Морозова, оборачиваясь и глядя нам с Райкой за спину, – Вась, где ты потерялся?

- Бегу, крошка. Вот! – надо мной нависло тело, протягивая Женьке карточки из игры с ограничением 18+ на коробке.

- Э, нет, я пойду, Райка, ты со мной?

- Не-ет, – икнула подруга.

Я и не заметила, когда она успела так надраться. Оставлять ее с неугомонной Женькой в таком состоянии нельзя. Рая будет потеряна, а на утро ее истерику о провалах в памяти придется выслушивать мне. Я вернулась на место и снова начала цедить коктейль.

- Богданова! – вскрикнула Женька, когда горлышко бутылки уткнулось в девушку, сидящую рядом со мной.

Удовлетворенная слабость пробежала по телу: фух, не на меня.

- Ита-ак, фант! Пожать руки, повернувшись друг к другу спиной, в наклоне, уперевшись ягодицами.

Участники первого забега извернулись и выполнили задание. Что за бред? Все смеялись. А я начала закипать от раздражения.

- Семёнова! – Женька мне подмигнула и расплылась в улыбке.

- Ой, нет-нет... Я не играю, – попыталась я подняться. Но Райка вцепилась мне в руку и опустила обратно на пол.

- Семёнов, – выкрикнула вторую фамилию Женька.

- Ага, здрасьте, с сестрой я еще не целовался, – очнулся Семён.

- А может и не придется, – вторила Морозова. Намекая на то, что фанты могут быть совершенно разные.

- Нет уж, переигрываем! – согласилась я с Семёном.

- Не надо переигрывать, я заменю его, – Васька из технологического растолкал стоящих вокруг и сел рядом со мной, подвинув Богданову.

- С чего это? Да и ты только пришел.

- Соглашайся, тебе понравится!

Я закатила глаза и отвела взгляд. Рая уже заваливалась на бок, и я, в попытке поймать ее, едва не пропустила задание.

- Французский поцелуй в кладовке! – торжественно произнесла Женька, закусив губу.

- Идем, – тут же над ухом прошептали губы, обдав теплом.

- Куда? Тут Райка...

- Оставь ее. Она уже взрослая. Идем!

- Да куда?

- В кладовку же.

Я хотела было уже отказаться, когда меня перехватили через талию и вынесли в коридор.

- Давай прикинемся, что поцеловались и вернемся. Там Райка лежит в отключке, – забеспокоилась я о подруге и попыталась слиться с задания. Я рванулась в сторону зала, но запястье оказалось в жесткой хватке, меня дернуло и прижало к мужскому телу.

- Ага, щаз. Я не откажусь от халявного бесплатного поцелуя, – он затолкал меня в шкаф прихожей и прижал к стене, чтобы закрыть дверь.

- Это не кладовка, – смущенно опустила я взгляд. Хотя тут было так темно, что глаза можно было не прятать. От него пахло пряно и свежо одновременно: смесь лосьона для бритья, цитрусового геля для душа и только что выпитого джина забились глубоко в нос. И чего это я вдруг смутилась, что с парнями не целовалась что ли? Вот, буквально на прошлой неделе...

Понедельник #1 Будь моей женой.

Она

Первый день рабочей недели. И первый - после вечеринки. Хочется сказать, что вечеринка была так себе (кроме одного момента). Когда Райка проспалась, мы собрались и покинули квартиру Громовой. В клубе Женька заказывала «наши» песни, а я и Райка отстукивали ритм каблуками, как Лолита из кабаре-дуэта «Академия». Ноги все еще болезненно ныли от шальных танцев, и прикосновения каменной офисной плитки к горячим пяткам возносили до уровня блаженство. Жутко сушит во рту и гудит голова. Нет, не болит. Гудит, как в отчетный период. А до конца месяца еще двенадцать дней. Это значит, что начну я работать только через десять дней.

Как ассистент сурового главгена, я должна пахать за двоих, но мой руководитель с синдромом отличника отвадил всех помощников и замов и прет свой воз самостоятельно. Как человек, не рвущийся вперед паровоза, я позволила Георгию Филипповичу, – все зовут главного генерального директора ГерФилыч, – взять все в свои руки. Я периодически заглядывала к нему в кабинет попить кофе, когда замечала, что пар из его ушей валит так, что окна запотевали. И раз в месяц - с отчетностью, которую собираю ровно два дня.

В общем, ничего нового за последние дни не произошло, я сидела в интернете, выбирая новую этажерку Люське – самой капризной и агрессивной кошке, которая у меня когда-либо была, переписывалась в чате отдела с сотрудниками, которые скидывали компрометирующие фотки со вчерашнего праздника и обсуждали каждого, кто отметился на вчерашней попойке. Тишину офиса нарушали только яростное клацание наращенных ногтей по клавиатуре и редкие заглушенные хихиканья то с одной, то с другой стороны. Ленка - юбилярша - отпросилась, чтобы отоспаться. Хотя я точно знаю, что ее просто чистит с самого утра от «перепила».

По голове тут же ударили воспоминания о вчерашних похождениях Маргариты Семёновой. Ах, да, Рита – это я. В свои двадцать семь я владею квартирой в спальном районе и бешеной дикой кошкой. А еще шикарной задницей, которая то и дело находит приключения, даже если её об этом не просят.

На почту свалилось очередное письмо от директора производства – Михайло Владимира, привлекая внимание и рассеивая мурашки от воспоминаний о вчерашних прикосновениях чужих рук к спине. Не читая, переправила ГерФилычу. Такая у нас договоренность: в переписку «высших» я не лезу. Обычно пересылаю письма по электронной почте между моим начальником и подчиненными, которым лень звонить, им легче написать здоровенное письмо и отправить «наверх».

Краем глаза заметила движение в аквариуме гендира и медленно перевела взгляд, чтобы он не приметил меня и не позвал к себе. Колонки дзынькнули входящим сообщением, перекрыв заунывную болтовню по радио:

«Нужна. Зайди.»

- Как всегда, многословен, – закатила я глаза, обулась в свои лодочки и, поправив юбку-карандаш, схватила блокнот, карандаш и дернулась к кабинету.

Начальник мерил пространство широкими шагами. Я распахнула дверь и переступила порог, встретившись с ним взглядом.

- О, я кофе принесу, – замерла я на месте, готовая рвануть обратно. Когда ГерФилыч не в духе, лучше прятаться, чтобы не накрыло взрывной волной.

Налитые кровью глаза под сведенными густыми бровями заставили почувствовать себя кроликом перед удавом.

- Нет. Стой. Рит, прикинься моей женой! Нет. Не женой. Подругой. Черт, нет, какой подругой....

Я разинула рот и, почувствовав, как кровь отлила от щек, закрыла его.

- Ч-что?

- Мне нужна спутница в поездку. Близкая, но не родственница.

- Вы хотите, чтобы я сыграла роль любовницы? – возмущение вернулось краской к щекам, распахивая глаза.

- Грубо, да? Прости. Я не знаю, к кому обратиться, чтобы не вляпаться. – ГерФилыч обреченно опустил глаза и грузно рухнул в свое кресло.

Я растерялась. Наши рабочие отношения никогда не выходили за границы. Никаких лишних взглядов или намеков. А тут прямо с порога: «Будь спутницей».

Доверяет. Приятно. Ой, нужно ответить!

- Я никогда не рассматривала вас, как потенциального партнера, сколько времени у меня есть?

- На что? – он напрягся, вскинув взгляд.

Я окинула его профессиональным взглядом: взрослый, солидный, хорошо за сорок, подтянутый, грозный, богатый. Хм, папик.

- Ну, если между нами отношения, нам нужно познакомиться ближе, и должны быть достоверные эмоции, разве нет?

- Не знал, что ты на такое способна, – усмехнулся начальник, потирая бровь.

- На какое такое?

Прокрутила наш разговор в голове: вроде ничего намекающего на интим или непристойности не сказала.

- Хвататься сразу за работу с таким рвением. Не бери в голову, я в растерянности...

- Итак, сколько у нас времени?

- Две недели.

- Куда мы едем?

- В столицу.

- Угу. Что за встреча?

- Выпускники, – простонал ГерФилыч, – я заплачу, – тут же спохватился начальник.

Теперь я точно разозлилась. Он меня правда воспринимает как эскортницу, что ли? Видимо, мое лицо так вытянулось, что он заерзал в кресле:

Вторник #1 Раны, шишки и пролитый чай.

Она

Утро не задалось с самого начала. Запустив кофемашину, поняла, что зёрна закончились. Злая, что упустила этот момент, достала дежурную банку с «жареной гречкой» и, залив её кипятком, давилась кислятиной.

Когда ополаскивала кружку, между ног проскочила Люська, и я едва не свалилась. Спойлер – лучше бы свалилась. Зацепившись за полку с кружками, отломала крючки-держатели, и вся эта звенящая конструкция посыпалась на меня. Шишка на голове. Синяк на скуле и перерезанные пальцы. Вот залог отвратительного дня.

Пока я ползала с метелкой по кухне, чтобы навести порядок и собрать мелкие осколки, чтобы эта мохнатая зараза не поранилась, подошло время выходить из дома. А я даже не накрасилась! Рубашка, которую я оставила погладить с утра, так и валялась в куче скомканных вещей. Я зарычала, запрокинув голову, и начала свой ежеутренний ритуал скачек по квартире. Залепив все кровоточащие пальцы пластырем, я, на удивление, быстро управилась с глажкой и даже не испачкала ничего кровью.

«УТРА! СБЕЖАЛА, ТРУСИХА!»

Я на миг зависла. Недоразумение какое-то. Значит, я не словила глюк и переписка реально была? Положив голову на кулак, тут же вернула ее на место – боль в скуле дала о себе знать. Даже заштукатуренный, синяк светился под консилером.

И никуда я не сбегала. Просто забыла. Ладно, не забыла. И да, сбежала.

Ответить или нет?

Пальцы зависли над клавиатурой..

Кулешов Дамир из отдела закупок вырос у перегородки, на которую я пришпиливала план на день, и, сложив руки, словно школьник, улыбнулся.

- Чего? Делать нечего? – огрызнулась я.

- Не рычи? – опустил голову на руки. – Пойдем пить кофе?

Я тут же вспомнила утреннюю кислятину, которая привкусом осталась на языке. Кивнула и пошла в кухню, где собралась большая часть тунеядцев.

- У него такие руки огромные и плечи, фиг обхватишь. А задница... – чей это был голос, я не поняла.

- Да, я б с таким зависла на пару ночей.

- От чего же всего пару?

- Ну тут вопрос уже не ко мне. Он больше по несерьёзным отношениям.

Кухня взорвалась смехом.

- А вот Ритка вышла довольная из кладовки. Прям завидую ей.

Дамир вошел первым, следом я. Голоса тут же стихли и только робкие помешивания ложек в кружках нарушали гробовую тишину. Я налила кофе и, улыбнувшись, вернулась обратно за свой стол. Да, неловко вышло. Наверняка они все ещё обсуждали воскресную игру, где мне выпало целоваться в кладовке. Ничего, слухи утихнут. Зря я, конечно, сразу после этого ушла. Надо было выждать время, пока кто-нибудь не вляпался бы круче меня.

Это ж надо было умудриться уединиться с самым безответственным в отношениях человеком для поцелуя. Сама себе поражаюсь, как согласилась? Ещё и разомлела, как первокурсница. Да, губы у него, конечно, вкусные и сразу видно, что опыт «общения» есть. Но клоун офиса – не мой вариант.

Даже думать не смей!

Но сколько я себя не одергивала, внизу живота тут же замаршировали слоны, воспоминания о прикосновениях тёплых шершавых рук запустили в кросс толпу мурашек, так что запульсировало в месте ушиба на голове.

Так. Всё! Семёнова, собралась!

Я пока так и не ответила Ему на утреннее сообщение. Несвойственная мне нерешительность начала раздражать. Просто отшей и живи дальше! Что ты как ребенок?

Девчонки из отдела по продажам забежали, чтобы позвать меня на обед. Я будто очнулась и отвлеклась от монитора. Качнула головой, сказав, что догоню, и снова уставилась в монитор. А что, если это кто-то из местных? Вряд ли чужак пробился бы через заслоны айтишников. А лазутчика сразу бы обнаружили. Вспомнив, как Мишка вчера суетился вокруг меня с кофемашиной, я призадумалась. Вдруг это Он?

И тут же прилетело:

«ПОВТОРИМ?»

А это вообще о чём? Что мы должны повторить? Или это о вчерашнем моем побеге? Конечно, повторим. Я снова сбегу. Только если вчера случайно, якобы забыла, то сегодня намеренно.

- Марго, ты идешь? С тобой всё в порядке? – Женька, темноволосая, смуглая с вечно растрепанной головой и идеально намазанными блеском губами, всегда самая внимательная и чересчур навязчивая – юрист же, говорит, что так положено. Я кивнула. Взяв под руку, она потащила меня в столовую.

– ...А она мне: «Как это можно в наше время жить одной и даже не иметь никого на примете? Это же скучно». – кривлялась Женька, пародируя Громову. – И это притом, что сама только перевалила на четвёртый десяток и, к слову, а-ди-но-ка-я! – вскинула указательный палец подруга и повела бровью.

«А-ди-но-ка-я!». А вдруг это моя судьба мне написывает и на том конце переписки шикарный мужчина, дети от которого родятся красивые и умные? Я перестала вслушиваться, а просто шла с Морозовой и думала о том, кому же я все-таки нужна.

Около кассы Женька отцепилась от меня, махнув рукой, что закажет всё сама. А я, воспользовавшись моментом, улизнула и разместилась за нашим, с девчонками, столом. Райка, спокойная и способная поставить на место любого одним взглядом, самая стойкая из нас, сегодня сидела в задумчивости, пялясь в панорамное окно.

Среда #1 Битые коленки и забытый ключ.

Она

Люська, довольная завтраком, сидела на подоконнике и намывала белую морду. Я залюбовалась, потягивая кофе. Телефон зюкнул в сахарницу. Я вздрогнула. Кто это в такую рань?

«ДОБРОЕ?»

«Весьма, кто это?»

«УГАДАЕШЬ, ПОЦЕЛУЮ»

«Пф, дешевый подкат? И как, работает?»

«ТЫ СКАЖИ»

Я принялась строчить гневное письмо, но в один миг остановилась... Если у него есть мой номер телефона это точно кто-то из знакомых. Но кто же это может быть? Пока раздумывала над вариантами, пришло сообщение:

«НЕ ОСТАНАВЛИВАЙСЯ, ДЕТКА!»

Наверняка он следил за мерцающими точками, пока я печатала ответ. Я удалила всё, что только что написала.

«Предлагаю игру!»

«ЖГИ»

«У тебя ко мне какой-то интерес, а значит, ты не планируешь уходить в радиомолчание. Каждый день будем присылать друг другу фото, пока не окажемся в одном месте»

«Я ЗНАЮ, ГДЕ ТЫ»

«Прекрасно. Так даже интереснее»

«И ЧТО ЗА ПРИЗ ВЫИГРЫВШЕМУ?»

«Раскрытие карт и встреча»

«НЕТ»

«Ну нет, так нет. Всего хорошего!»

На часах 7:45. Бог ты мой! Опять опаздываю! Люська медленно перевела на меня взгляд и если бы она могла показывать эмоции выражением морды – это было бы ехидное фырканье и тяжёлый вздох.

- Отстань, мохнатка! Это ты виновата! – отчитала я кошку.

Определенно, у животных есть возможность выражать эмоции: её хвост раздраженно дёрнулся, и, спрыгнув с подоконника, она, высокомерно задрала голову и вышла из кухни. А я продолжила закидывать вещи в сумку. Выскочила из дома, хлопнув дверью, и помчалась на автобусную остановку.

Уже сидя в конце душного автобуса, меня осенила мысль: дверь я закрыла, а ключи так и висят на крючке! Идиотка! Снова придётся вызывать службу. Я ударила себя по лбу.

Так, план на день: сделать копии ключей и раздать друзьям.

В своих мыслях, я чуть не проехала нужную остановку у офисного центра. Рванув вперёд, я зацепилась сумкой за поручень и, качнувшись, оступилась. Каблук застрял в решётчатой ступени автобуса и отломился. Приземление оказалось жестким. Колени обожгло асфальтом. Ладони приняли на себя удар, который отозвался где-то в спине. Двери автобуса закрылись, и он, пыхнув выхлопными газами, дёрнулся с места. Спину окатило из ближайшей лужи. Отлично! Кряхтя и покачиваясь, я кое-как поднялась на ноги и упала на скамейку автобусной остановки.

Осмотрела свои любимые лодочки: каблука на одной из них не было. Подклад торчал вывернутым нутром. Жалко, но не смертельно. Под рабочим столом стоит потёртая сменка. Переживу.

А вот по коленям потекла кровь из ссадины. И подол юбки-карандаш уже окрасился багровым. Блин!

Я поплелась в офис, прихрамывая и придерживая юбку, чтобы не испачкать ещё больше.

- Ох, Ритка, ты что, пыталась отвоевать место под мостом? Что с тобой? – ко мне подлетела воодушевленная Женька, окидывая брезгливым взглядом.

- Да, дальняя коробка моя! – решила я отшутиться. Подруга оценила и подмигнула.

- Твой парень не смог довезти тебя до работы на велике? – подхватила Богданова, выглядывая из-за перегородки. Жестко. Я лишь натянула улыбку.

- О, Марго, выучи ты уже стоп-слово, или купи брюки, чтобы в следующий раз не демонстрировать свои предпочтения, – Громова злорадно ухмыльнулась, проходя мимо со стаканом купленного внизу кофе.

- Учту, спасибо за совет. И как раньше жила без всех вас? – закатила я глаза и поползла к своему рабочему месту.

Но не успела я плюхнуться в кресло, как дверь аквариума распахнулась.

- Семёнова, ко мне, живо!

- Иду, Георгий Филиппыч, – вздохнула, кинула сумку на стол и, переобувшись, взяла блокнот, карандаш и вошла в кабинет.

- Что с тобой? – лицо нахмуренного начальника тут же разгладилось.

- Упала. Переодеваться в ваши вещи не буду.

- Так. Дела подождут. Дуй домой. Переоденешься и возвращайся. Надо отчет подготовить для муниципалитета. Присели на меня с утра, весь телефон оборвали.

- Сейчас поручу отделу и пойду, – записала я в блокнот нужную инфу и снова подняла глаза. ГерФилыч рассматривал мои окровавленные ноги, закусив губу.

- Помощь нужна? Обработать бы, – кивнул он на мои раны.

- Справлюсь, – отмахнулась я.

- Тогда, иди. Вечером все в силе?

Я только положительно хмыкнула и вышла из кабинета. У моего стола уже стояла Райка с аптечкой в руках.

- Не-ет! Давай не сейчас, а?

- Ну ты мне тут поговори ещё! Садись, я все сделаю сама.

- Рай, мне надо назначения кинуть. Мне некогда!

- Не отвлекайся! – она встала на колени и почти забралась под стол, чтобы не мешать мне печатать письмо в отдел бухгалтерии, закупок и продаж. А ещё планировки и технологий. Что-то кольнуло в груди. Утренняя переписка встала перед глазами. Это что же получается, всё? Я его отшила и больше Он ничего мне не напишет? Больше не нужна?