Полюби мою Тень

С чего всё началось?

Мне сложно сказать, когда все началось. Может, с того момента, когда я заметила, что за мной следят? Когда мне выпала дурацкая карта таро? Когда впервые утонула в расплавленном изумруде его глаз? Или, когда научилась отличать нежный, мягкий и внимательный взгляд этих глаз, от колкого, безжалостного и страстного взгляда Монстра.

Когда я поняла, как их отличать. И поняла, как их… любить?

Все же, начну с того, как я ступаю в красных туфельках на низком каблуке по лестнице. Прячусь от дождя под козырьком белого двухэтажного дома. Нахожу ключ в условленном месте под горшком с маленьким денежныв деревцем, и ныряю внутрь дома.

Там меня встречает теплый деревянный пол, приятный запах и тусклый свет лампочек. Широкий коридор и тихие, странные звуки. Я скидываю с себя тяжелое шерстяное пальто и оказываюсь только в черном облегающем кружевном платье до колен.

Туфли решаю не снимать, только вытираю их влажными салфетками. Кажется, мужчинам нравится такая обувь на девушке? Осторожно ступаю по коридору, слыша, как цокают каблучки.

Цок-цок. Иду на звук голосов. Захожу в комнату, наполненную полумраком. Оглядываю: большой разложенный диван. Красные розы на столе в вазе, проектор, показывающий кино, явно показывающий зачем я здесь.

Оттуда и звуки, странные, а после оказавшиеся и пошлые. Звуки эротического, или даже порнографического фильма. Я качаю головой. Тонкости намеков у Александра, явно не хватало. Когда-нибудь, я скажу ему что показать на свиданий девушки порно, это примерно, как послать ей фотку члена на сайте знакомств – малоэффективно.

Хотя этот фильм все же привлекает моё внимание. Александр явно подбирал его специально, со вкусом. Свет такой же теплый, мягкий как в комнате и девушка… она очень похожа на меня. А еще, она не с одним мужчиной, а с двумя. Это удивляет меня, и слегка смущает.

Вижу, как её загорелое, красивое тело с гривой рыжих волос как у меня, двигается в руках одного любовника, пока второй ласкает её сзади. Все снято в таком полумраке, что действительно можно вообразить себя на месте героев. Увиденное зажигает внутри меня какую-то искорку, легкое томление.

Вдруг, чувствую резкое, теплое касание по телу. Мужская рука касается талии и медленно ведет вверх, пока его дыхание щекочет мне шею.

- Александр, - только и говорю я.

- Тебе нравится? – отвечает мне мужчина, и я не знаю о чем он спрашивает. О фильме, о его руках, что гладят мою грудь? На всякий случай, киваю.

- Это немного странно, включать порнографию. Не сильно её люблю… Мой бывший он, очень увлекался. Больше фильмами, чем мною.

- Дурачок. Как тебя можно променять на кого-то другого? Если хочешь – выключим, - шепчет он, и от звука его голоса, я чувствую как расплавляюсь.

- Нет я… - сама не знаю, что и сказать. По проектору девушка наслаждается тем, как парень нежно и проворно вылизывает её самое сокровенное место. Ловлю себя на мысли, что хочу также. Бывший никогда такого не делал. – Ладно, пусть играет. Александр, это все-таки было не очень порядочно, с вашей стороны. Это письмо...

- Почему же? Я просто ускорил события. Как и с фильмом, я просто ускоряю то, что и так бы было. Ты бы и так была моя, Вика.

Качаю головой, вспоминая как получила письмо, в котором Александр Елагин, он же один из самых влиятельных и богатых людей в нашем городе, пригласил меня на ночь. Именно на ночь, а наутро обещал подписать договор на всех условиях, что выдвинул ему мой шеф.

До этого, Александр уже проявлял знаки внимания, ухаживал. Но был галантным, интеллигентным, и даже слишком милым, для человека его уровня. И я, была конечно же, польщена его вниманием. Но письмо выбило меня из колеи.

Сделка, которая принесет мне премию больше, чем моя годовая зарплата. Закроет учебу брату и мой кредит на лечение матери. Я наконец-то выдохну, без долгов, и наконец-то смогу строить планы на жизнь, а не жить от платы по кредиту до следующей платы.

Я поняла, что не могла отказаться, хотя и чувствовала себя обиженной. Будто он попробовал меня добиться, а потом решил просто купить. И видимо, был прав.

Я выпила и решила, что я сделаю это одну ночь, а потом забуду Александра. На что я вообще рассчитывала? Что он полюбит меня как в сказке? Женится на мне? Сделает своей девушкой на зависть первым красавицам и моделям? С чего бы?!

Такие как я у него так, на побегушках.

Пытаясь забить куда-то внутрь совесть, честь, с детства вбитые мамой правила про «хороших девочек». Я пришла просто заработать денег, построить карьеру. И забыть его, потому что, впервые за несколько лет, я действительно почувствовала себя влюбленной дурочкой как в пятнадцать лет. И решила, что этот вечер будет последней точкой, в нашей историй.

Если бы я только знала, что это начало. И чего именно это начало…

- Вика, моя девочка, - говорит он и прижимается губами к моей шее. Нежно языком проводит до моего уха.

Сжимает мне грудь через платье, и я ощущаю как тверже становятся соски. Второй рукой он уже касается меня ниже живота, чуть вдавливая пальцами. Двигает ими медленно, нарочито пока я смотрю на экран.

- Выключи. Не хочу, - отрывисто прошу я, забывая, что говорила с ним обычно на «вы».

Он выполняет мою просьбу мгновенно, а затем, будто выключив какой-то рубильник нежности, резко хватает меня. Ставит на кровать в колено-локтевую на тот самый диван. Властно, будто проверяет свои владения проходится руками по моему бедру, натягивая короткое кружевное платье все выше. Я чувствую сладкую дрожь от его касаний моей нежной кожи.

Потом опять резким движением задирает платье, сжимает мои ягодицы и шлепает по ним. Он действует быстро, и я сама удивляюсь тому, что уже готова его принять. Он убеждается в этом, коснувшись пальцами моих трусиков. Снимает их с меня одним движением. Снова шлепок.

Хватает за шею заставляя подняться и прижимается ко мне сзади. Чувствую его твердость, что уперлась в мою кожу. Пара движений, и он уже во мне. Входит резко и глубоко, но я от этого только испытываю только сильнейший прилив возбуждения.

Вечер правды

«Какой же идиотский мне приснился сон», - думается мне, когда я медленно разлепляю глаза. Нет, похоже не сон. Я резко поднимаюсь на постели и осознаю, что завернута в простыню и в таком виде уложена на чужую кровать неизвестной спальни.

Любезненько. На кровати лежит шелковое бежевое платье, больше напоминающее ночную сорочку. Послушно надеваю его и выхожу из комнаты. Иду по длинному коридору босыми ногами, в поисках хоть кого-то. Заглядываю в каждую дверь, но там пустые, темные комнаты. В конце коридора оказывается холл, а за ним арка в большую комнату, где я и вижу Александра, Какого-то из них.

Подхожу ближе и он поднимает на меня взгляд. Мягкий, спокойный, уверенный. Не тот с которым вчера меня трахал. Значит это тот, кто напал на нас ночью. Понятно, уже учусь отличать их. И где второй?

А вот и он… в клетке. Самой настоящей, огромной, с железными толстыми прутьями.

- Ты серьезно? – оборачиваюсь я к первому.

- Вика, ты не понимаешь, что происходит, - бормочет он в ответ. - Мне очень жаль, что ты попала в такую ситуацию, что он обманул тебя и я готов возместить. Просто скажи сумму, или чего ты хочешь. И я возмещу. Я понимаю, это звучит плохо, но я не знаю, чем еще залечить твой моральный ущерб.

- Правду, - перебиваю я, неотрывно глядя на того Александра, что в клетке. Он в сознании, тоже завернут в простыню и улыбается мне хищно. – Я хочу правду.

- Ну, - Саша пожимает плечами, и говорит нарочито спокойно и даже скучно. – Думаю, ты и так поняла. У меня есть брат-близнец, он скотина и ебанутый псих. Держали его в дурке, он сбежал, воспользовался нашей схожестью, обманул тебя, затащил в постель. Все вроде понятно.

- Нескладно, похоже на правду, потому что похоже на реальность - но нескладно. - качаю я головой. – У меня были подружки-близняшки, и они отличались. Ты общаешься с ними буквально пару часов и видишь разницу. Вы же как из пробирки! Двое из ларца и это при разном образе жизни. Это невозможно. Это раз. Два. Откуда он узнал про меня? Следил за тобой? Откуда? С какого момента? Он знал про сделку, а она обсуждалась еще в день нашего знакомства в офисе. Три. Я слышала, как ты упал вчера, от транквилизатора. И у тебя спросили, готов ли ты. Зачем твоим же людям стрелять в тебя с твоего же разрешения? Четыре. Вы близнецы и у вас одно имя. Ваши родители идиоты? Это всё невозможно. Значит, правда невозможная. И мне она нужна.

Заканчиваю говорить и смотрю на Сашу в клетке.

- Она умненькая, - говорит он брату. – Это не то, что мне в ней нравится. Но тебя, возможно и влечет.

- Вика, правда может быть… странной, - говорит второй.

- Правду, - повторяю я. - Я хочу знать, что происходит! Это моя цена за «моральный ущерб». И да, я буду называть его, - киваю на клетку. – Алексом. А тебя – Сашей. Так легче. Не запутаюсь. Начинай говорить!

Саша вздыхает, но молчит. Алекс начинает первым:

- Читала Андерсена – «Тень»?

- Сказку? – морщусь я.

- Сказку о том, как тень отделили от человека. Шеддоу – тень, женился, в конце концов, на прекрасной принцессе. И ты - наша прекрасная принцесса.

- Что за бред? – качаю я головой.

- Хотела правду, получи. Алекс, как ты его зовешь – это действительно моя тень, - произносит тихо Саша.

Смотрю на него. В горле пересыхает и я опускаю глаза. Испуганно боюсь не увидеть его тени и даже заорать.

Тьфу, блин. Тень на месте.

- Ты прикалываешься? – кричу я, указывая на неё пальцем. – Боже, я чуть не поверила. Шиза какая-то!

- Ну, не в прямом смысле, Вик. В фигуральном значений, он – моя тень.

- Я не понимаю, - качаю я головой.

- Давай я скажу, - вступает Алекс и встает. - Наши замечательные родители принадлежат к древнему, дворянскому роду, точнее наш батя. В революцию его предки сбежали, в 90-ых вернулись. Очень они успешные, сколько раз банкротились и войны переживали и всё такое, но всегда бабла было немеряно. И у этого успеха был секретик - магия. Из поколения в поколения передаются заклинания, ритуалы всякая такая ерунда. Они не просто увлекались, они лидеры целого маленького шабаша или как там это называется, меня не особо погружали в терминологию. Смысл в том, что они живут и строят состояние на магии. И по их мнению, лидер шабаша должен быть идеальным. А что такое идеальность знают его родители. И они проводят ритуал, только зачав ребенка. Ритуал по отниманию тех качеств, которые родители считают неподходящими для будущего лидера. И после, мать рожает не одного ребенка, а близнецов, с одной душой, одной личностью, разделенной пополам. Та, что получила негатив, мусорка ходячая, получает еще и метку на руке и зовется – Тенью.

Он протягивает ладонь, и я вижу черное пятно на ней.

- Проблема в том, что Тень всегда связана с хозяином, - начинает Саша.

- Ты мне не хозяин! – перебивает Алекс.

- Короче говоря, физически, если один умрет - второй тоже. Один пострадает, второй тоже. Даже усыпление дротиком, проихсодит сразу с двумя. Ну и самые яркие впечатления Тени и Хозяина друг другу передаются. Как будто мы испытываем это одновременно…

- Вчера тоже? – вдруг спрашиваю я.

- Да, - говорит Саша спустя небольшую паузу и кивает, опустив голову вниз. – Вчера я будто был там, чувствовал его телом, его глазами видел тебя, и слышал и… Так это работает.

- Подглядывать нехорошо. Лучше б присоединился, а не портил нам вечер, - бурчит Алекс. И я не понимаю, в шутку он или реально. Я решаю, что мне точно нужно где-то присесть.

- Мы никогда не виделись, честно говоря. Тень всегда воспитывается вдали от Хозяина, а моя она… сбежала давно. Я не придавал этому значения, хотя надо было искать.

- Тень живет в клетке, чтоб не тревожить своими ненужными впечатлениями великого Хозяина, - перебивает Алекс с издевкой в голосе. - Так это называется. Я жил в деревенском доме, и мне даже гулять не разрешали. Всё что я знаю, всё, что умею я умею из-за видений о твоей прекрасной жизни.

День Любви

А ведь я думала еще, что могу взять и поехать домой, и оставить отражения Александра ругаться друг с другом до скончания веков.

Видимо нет.

- Я этого не позволю, - говорит Саша.

- Не тебе решать, - повторяет Алекс.

- Я никуда не поеду! – говорю я, и снова понимаю, что истерически кричу. Специально начинаю говорить тихо и вкрадчиво. – У меня полно здесь дел, родных, брат доучивается и вообще. Это мой город, и я его не брошу!

- Тогда бросишь меня? – рычит Алекс.

- Я не…

- Хватит на неё давить. Она не поедет никуда, сказала уже.

- Тогда и я никуда не поеду. Я останусь здесь. С ней.

- Ты сбрендил? Только представители семьи и наши слуги знают о твоём существовании. Это просто невозможно. Возьми сколько тебе нужно денег и вали отсюда.

- Я остаюсь.

Понимаю, что сейчас заболит голова и под шумок собираюсь уйти.

- Стой!

- Стой!

Два одинаковых голоса сливаются в один с легким эхом. Застываю на месте. Нехотя поворачиваюсь и смотрю на обоих мужчин.

- Что вам от меня нужно? – уставше спрашиваю я.

- Ты хочешь уйти?

- Ты меня больше не хочешь?

Опять два голоса, одно время только разные слова. В голове начинает стучать.

- Я устала. Вас много. Перегруз. Я лучше ещё вздремну. Голова кружится.

Молчат, оба. Кивают одновременно. Мне это кажется кадром какого-то жутковатого фильма.

Я медленно по тому же коридору возвращаюсь в комнату, где проснулась. Ложусь лицом в подушку и удивительно быстро засыпаю.

***

Просыпаюсь от чувства голода и одновременно аппетитного сладкого запаха. Когда взгляд фокусируется вижу, уже изрядно надоевшее лицо Саши. Точнее Алекса, у него мимика более живая, быстрая и улыбка будто чуть кривая, всегда хитрая.

- Соня, весь день проспала, - говорит он ехидно.

- А ты меня не будил?

- Решил посмотреть, как ты спишь. Тогда мне не дали тобой налюбоваться.

Точно Алекс. Я уже их отличаю без проблем.

- Ты уже не в простыни завернут и не сидишь в клетке, - замечаю я и беру из его рук тарелку с нарезанными фруктами.

- Договорились с братом о временном перемирии.

- Да ты что?! – удивляюсь я и погружаю в рот нарезанный дольками банан.

- Да, теперь моя клетка весь этот дом. Временно. Пока я не соглашусь на его условия и спокойно не уеду.

- Ты не уедешь?

- Без тебя – нет. - Его взгляд становится колким, очень внимательным. – Ты хочешь меня?

Какой же он прямолинейный. Это вызывает ступор и смущение сразу. Но я нахожусь и киваю.

- Я совру если скажу «нет», - говорю я, опустив взгляд. – Но я не знаю, это всё так странно.

- Ты думаешь, а думать не надо. Мы говорим о любви, детка. Тут мозг не нужен. Тут работает и сердце, и тело, и кровь.

Голос становится тише, более шипящим и я чувствую, как его рука гладит мне ногу под одеялом. Двигается медленно, и мне кажется, что я муха в паутине, которая даже не поняла, как запуталась. Вот он уже лежит на мне и тянется к губам за поцелуем.

- Мне надо в душ, - выпаливаю я.

- А мне нравится натуральный женский запах.

- А мне нравится чистое тело. Я сейчас. - Выныриваю из его объятий, прекрасно осознавая, что, если б он не хотел меня отпустить, он бы этого не сделал. Быстро захожу в ближайшую дверь и понимаю, что спросоня спутала дверь. Это не та, с которой я вышла в коридор утром.

Здесь действительно ванная комната. А обратный путь – в постель к нему. К Тени того Александра которого я знала и в которого влюбилась.

Я долго стою под струей горячей воды и обдумываю ситуацию. Но прийти к какой-либо нормальной мысли не удается. Можно попробовать сбежать к чертям от обоих, но… я буду скучать по ним. Да и сбежать тогда надо в другой город, здесь меня точно найдут оба. Но если я останусь здесь, хотя бы на время… то что? Что может произойти?

Если сбежать с Алексом, я буду скучать по Саше, по его нежному взгляду.

А если отвергнуть Алекса и быть с Сашей? Это как-то непорядочно. Он ради меня так рискнул, а я?

Ничего не понимаю.

Качаю головой, резко выключаю кран. Выхожу из душевой кабинки, надеваю легкий шелковый темный халатик и возвращаюсь в комнату. Алекс лежит на кровати и осматривает меня.

- Повернись спиной, - говорит он.

- Ты реально хочешь здесь и сейчас?

- Нас очень нагло прервали, и не дают уехать. Так что братик сам виноват, что я превращу этот дом в траходром. Поворачивайся.

Надо послать его, надо сказать что-то грубое и осадить. Что он мной командует? Но легкое томление и любопытство перевешивает все доводы рассудка. Я признаю, что мне это нравится. Я просто подчиняюсь ему и поворачиваюсь к нему спиной.

- Трусики надела? – спрашивает.

- Нет, - мой голос немного дрожит.

- Отлично, - он будто мурчит. – Мне так нравится твоя попка, она офигенная.

- Это всё, что во мне тебе нравится? – спрашиваю я чуть обижено.

- Нет, мне многое нравится. А этому что-то другое. И в результате - ты вся.

- И что же ему нравится во мне?

- Ну, к примеру твой голос.

- А тебе мой голос, значит, не нравится? – уточняю я.

- Мне нравится, как ты стонешь, - уточняет он. - Киска, сделай шажочек назад и садись сюда. И не поворачивайся.

Я понимаю, что выбора у меня нет. И приходит второе понимание – если бы и был, я бы осталась. Слушаюсь его и, присев, быстро оказываюсь в его руках. Одна ладонь уже сжимает меня между ног, вторая придерживает за горло пока губы исследуют шею.

Он грубый, властный, наглый и каждое его движение точное, требовательное. Будто он настраивает музыкальный инструмент и прекрасно знает, как это делать. Я захожусь в легком стоне, ощущая как молниеносно тело реагирует на его прикосновения. Неосознанно двигаю бедрами, пытаясь сильнее потереться о его ладонь, нанизаться на пальцы.

- Перед нашей встречей ты готовила попку? – спрашивает он.

Утро тайны

Я не знаю, что сказать, да и, мне кажется, ничего не могу сказать. В абсолютной неге я засыпаю.

***

Когда открываю глаза, понимаю, что кажется, уже привыкла к тому, что их двое. Да и ко всей этой ситуации, которая со мной произошла.

Солнечные лучи пробиваются через плотные шторы, но не будят моих мужчин. Я между ними и оглядывая их обоих, не могу вспомнить с какой стороны от меня они уснули. Сейчас, голых и спящих их точно не отличить. Осторожно выползаю из-под чьих-то объятий, иду в душ. Выхожу и от безвыходности надеваю то платье, в котором была вчера.

Иду вниз по лестнице и нахожу кухню. Эти два дня я много спала и что-то мало ела. Открываю холодильник и без угрызений совести хватаю карбонад, майонез и кусок белого хлеба. Делаю себе подобие бутерброда и ем прямо у открытого холодильника.

Вдруг, пугаюсь увидев незнакомое лицо.

Девушка. Брюнетка смуглая, с ярким макияжем, в темно-сером коротком костюме смотрит на меня оценивающе.

- Блин. – давлюсь я. – Вы кто? Простите… Я думала тут, кроме Саши никто не живет.

- Александр наш шеф, в таком доме у него достаточно сотрудников, - говорит девица.

Сотрудников? Может прислуги?

- Вы сотрудница? – уточняю я. Интересно, какая у неё работа в таком виде с утра пораньше? А вдруг, она девушка Саши, или его жена? Или что-типа его содержанки?

- Дочь поварихи. Она сама печет хлеб.

Окей, тогда она тут не работает? Еще странее. Но я стараюсь быть исключительно вежливой.

- Ммм… Боже, передайте вашей маме. Просто великолепный хлеб. Вкуснейший.

- Ага, - ей комплимент кажется абсолютно неинтересным. Каким-то нутром чую, что я её раздражаю.

- А будет что-то горячее? – спрашиваю я.

- Завтрак будет через тридцать минут. Паста, салаты, суп. Александры, - черт, это кажется таким странным говорить одно имя во множественном числе. Но девушка уже привыкла, судя по тому, как легко это слово слетает с её губ. Что странно. Как она могла привыкнуть к такому? – Они уже встали?

А, вот и причина раздражения. Для неё я шлюшка, которую отымели двоё её хозяев. Видимо, так она обо мне и думает. А может даже, думает, что я проститутка или что-то в этом роде. Честно говоря, она не так далека от истины и… мне плевать на её осуждение. Нечего фыркать на меня «дочь поварихи».

- Еще нет, пойду посмотрю, как там мои мальчики, - делаю акцент на последних словах и мне кажется, что у девицы дергается глаз.

Разворачиваюсь и гордо ухожу проверять, как там спят «мои мальчики». Возвращаюсь в спальню и их там не обнаруживаю.Снова иду на кухню, нахожу там столовую и сажусь за длинный стол. Логично предположив, что Саша и Алекс придут сюда.

Так и оказалось, молча, как-то слишком задумчиво они оба в джинсах и жакетах мягкого красного и синего цветов садятся за стол. Молча и будто не глядя друг в другу глаза. Хотя один ещё поглядывает на брата, а второй очень задумчивый и смотрит все время в пустоту перед собой. Я решаю, что первый это Алекс, а второй Саша.

Утро требует ответов, утро требует принятий решений. В отличие от ночи, когда все позволено. И сейчас, утро явно давит и на совесть, и на другие чувства моих мужчин. А я просто перевожу взгляд с одного на другого и понимаю, что они оба мне безумно нравятся. Их руки с длинными пальцами, сильные плечи, которых не может скрыть даже одежда, голоса, синие как небо глаза. И оба члена.

Но вопрос, вчера заданный ими, висит в воздухе.

Прислуга приносит еду, девица меня не обманула – суп, паста, запеченный цыпленок и несколько видов салатов. Мы молчим и тарелки, приборы, кажется, шумят слишком громко. В конце концов, сервировка закончена и пожелав нам приятного аппетита громогласным голосом, пухлая брюнетка что руководила этим процессом, уходит.

- Что нам теперь делать? – повторяю я вопрос, заданный ночью.

- Жить, - отвечает тот, кого я приняла за Алекса, и я оказываюсь чертовски права.

- Умирать мы и не собираемся, вопрос в том, как теперь жить? - произносит тихо Саша.

- Вы так говорите, будто вчера страдали, а не ловили оргазмы один за дружкой. Особенно она, - кивает он мне. – Ты мне должна два, ну или полтора, второй раз мы вдвоем с братом тебя удовлетворили.

Я и Саша молчим, я понимаю – Алекс пытается этим воспоминаниями, откровенностями и бытовым обсуждением вчерашнего секса за едой сбить то чувство неловкости, и тот самый, утренний стыд что есть у меня и у Саши.

- Алекс, вопрос не в том, как нам было вчера. Вопрос в том, что будет дальше. Я считаю, что каждый должен представить свою картину видения будущего и мы решим, что будем делать. Я начну, - видимо, умение презентовать это то, что оставили в нем родители. Интересно, как выглядел ритуал. Им типа дали список качеств, и они как в игрушке Симс просто ставили галочки? Надо будет спросить. – В общем, мне очень дорога Вика. Но я готов пойти на любые уступки, чтобы она была счастлива. Если она выберет тебя, или ни одного из нас я не буду её преследовать или мешать ей жить. Так что, выбор за ней.

- Очень благородно, - бурчит Алекс, откусывая огромный кусок ноги цыпленка.

-Но я понимаю, что ты не можешь быть в этом городе. Никто не знает о моем близнеце и в тебе слишком много качеств губительных для меня и нашей семьи. А тебе в любом случае, придется уезжать. С ней, если она тебя выберет или без неё.

- Я скажу, - вступает в беседу Алекс. – Первое, я никуда не уеду. Убить ты меня не можешь, держать сонным вечно тоже, любое насилие надо мной будет насилием над собой. А твои слуги, слишком тупые. То, что ты им скажешь делать я узнаю, то, что они сами решат – я пойму. Более того, я тебе нужен, ты даже не представляешь насколько. Это было первое. Теперь второе. Никуда я Вику отпускать не собираюсь. Это моя женщина, может быть наша, но уж точно моя и не моей быть она не может. Что до того, что никто не знает о близнеце – решим. Я лично не собираюсь привязываться к этому городу, но у Вики куча тут обязанностей, так что лучше я буду тут.