Попаданка: Алиса в чужом мире.

ГЛАВА 1. Жизнь — это то, что происходит с тобой, пока ты строишь другие планы

ГЛАВА 1. Жизнь — это то, что происходит с тобой, пока ты строишь другие планы

Джон Леннон

Воскресное утро дышало свежестью и обещало что‑то хорошее. Солнечные лучи пробивались сквозь листву, рассыпаясь золотыми бликами на асфальте. Я решила прогуляться по парку, потом заглянуть в книжный магазин — выбрать какое‑нибудь занимательное чтиво.

Книги — моя страсть: в них я живу и мечтаю. Особенно люблю старинные экземпляры — с пожелтевшими страницами, которые приятно хрустят при переворачивании. С такими нужно обращаться бережно, чтобы сохранить их целостность. Вспоминаю, как мама водила меня сюда ещё ребёнком — этот запах старых книг, шелест страниц…

Я вышла на улицу, погружённая в свои мысли, и вдруг почувствовала сильный толчок — в меня кто‑то врезался. Я едва не упала, но мужчина успел подхватить меня под локоть. Он закидывал сумку за спину — судя по всему, это был почтальон.

— Ой, простите меня, ради всего святого! — запричитал он, протягивая руку, чтобы помочь мне встать. Его лицо покраснело от смущения, а в глазах читалась искренняя тревога.

— Да ладно, с кем не бывает, — ответила я, пытаясь скрыть боль и улыбнуться в ответ.

Нога неприятно ныла — похоже, я сильно ушиблась. Прихрамывая, я грустно усмехнулась своим мыслям: прогулка отменяется. Развернувшись, я направилась обратно к дому, мысленно прощаясь с планами на день.

Когда я подошла к двери своей квартиры, то замерла в недоумении: перед ней стоял тот самый почтальон и нажимал на кнопку звонка.

— Я хозяйка этой квартиры. Что вы хотели? — спросила я, стараясь скрыть удивление.

— Вы Стрельникова Алиса Сергеевна?

— Да.

— Вам пришло заказное письмо. Пожалуйста, предъявите паспорт и распишитесь вот здесь, — он показал пальцем на небольшую учётную книжку. Его пальцы слегка дрожали.

Я нашла в сумке документ и протянула почтальону. Убедившись в моей личности, он кивнул, вернул паспорт. Я расписалась в указанном месте, и он протянул мне голубоватый конверт.

— Спасибо, — поблагодарила я. Мужчина кивнул и ушёл.

Всё так же прихрамывая, я вошла в квартиру, скинула босоножки и направилась на кухню. Поставив чайник на плиту, села за стол и осторожно вскрыла увесистый конверт. Внутри обнаружилось…

Билет? Да, именно он — в Шотландию. К нему прилагалась пачка банкнот в долларах и письмо. Я перевернула конверт, не веря, что произошла ошибка: адрес и имя были моими. Затем перевела взгляд на отправителя: Шотландия, область Абердиншир, деревня Бреймар, замок Бремер, от Дэвида Синклера.

«Уважаемая мисс Алиса Сергеевна!

Ваш дядя, Родионов Станислав Викторович, просит вас срочно навестить его, так как он очень болен. Возможно, вы не были с ним знакомы, но для него жизненно необходимо с вами увидеться.

Мы прилагаем к письму деньги на непредвиденные расходы и авиабилет на самолёт. Он действителен до тридцатого августа этого года.

С уважением, личный адвокат и поверенный мистера Родионова С. В., Дэвид Синклер».

Ниже стояли дата и подпись.

Сердце забилось чаще. Что же мне делать? Подумав немного, я решила навестить своего таинственного дядю. На сборы была неделя, а благодаря приложенным деньгам проблем возникнуть не должно. К тому же это будет отличный повод устроить себе отпуск. Я работала в городской библиотеке без длительных выходных, так что небольшая передышка точно не помешает.

Выключив чайник, я налила себе чай, открыла тумбочку с медикаментами, достала мазь и аккуратно растёрла ушибленную ногу. Поездка в Шотландию пугала, но одновременно будоражила воображение. Я представила туманные холмы, древние камни замка, запах солёного ветра с моря… Проблем в общении с другими людьми у меня возникнуть не должно — спасибо маме, она работала преподавателем английского языка.

Воспоминания о родителях, разбившихся в автокатастрофе три года назад, нахлынули внезапно. Я была единственным ребёнком в семье, и мне до сих пор невыносимо вспоминать тот день.

Мне было восемнадцать, я училась на первом курсе университета. В тот день я вернулась домой после занятий. Кто‑то постучал в дверь. Родители должны были быть на даче, и, ничего не подозревая, я пошла открывать. На пороге стоял представительный мужчина в форме полицейского. Предчувствие подсказало: случилось что‑то страшное.

Сержант показал удостоверение и произнёс:

— Я так понимаю, вы дочь Стрельниковых — Сергея Леонидовича и Юлии Викторовны?

— Да, — ответила я, нервно сжимая край футболки. Ладони стали влажными, а в горле пересохло.

— Они попали в автомобильную катастрофу. Прошу вас поехать со мной для опознания тел. Возьмите с собой паспорт.

Я зажала рот рукой. Как такое могло произойти? Почему именно мои родители? В голове роились вопросы, но в глубине души я всё ещё надеялась, что это какая‑то ошибка.

Не теряя времени, я накинула первую попавшуюся куртку — на улице была холодная весна — и сунула в карман паспорт. Следом за полицейским я направилась в морг.

Там мне показали тела отца и матери. Дальше всё было как в тумане. Виноватых не было: водитель грузовика не справился с управлением и врезался в машину, на которой ехали мои родители. Виновник трагедии тоже погиб — обвинять было некого.

Чтобы отвлечься от тяжёлых воспоминаний, я взяла ноутбук, ввела в поисковике название замка и замерла: он был невероятно красив. Природа вокруг поражала воображение. Я открыла «Википедию», чтобы почитать его историю.

Замок Бремер находился в окрестностях деревни Бреймар, область Абердиншир, Шотландия. Во время позднего средневековья он служил оплотом графа Мар. Настоящий замок был построен в 1628 году Джоном Эрскином. В 1745 году его атаковали и сожгли во время восстания якобитов — это сделал Джон Фаркухарсон. Позже замок и земли вокруг него были приобретены тем же Фаркухарсоном, но здание оставалось в руинах и было сдано гарнизону правительственных войск. Восстановление Бремера началось под руководством архитектора Джона Адама.

ГЛАВА 2. Если ты один, это ещё не значит, что ты псих

ГЛАВА 2. Если ты один, это ещё не значит, что ты псих

Стивен Кинг

Когда я очнулась, то не спешила открывать глаза. Сначала осторожно пошевелила пальцами рук и ног, прислушиваясь к ощущениям. В голове крутились пугающие мысли: «А если после аварии я стала калекой? Кто обо мне позаботится? Кому я такая стану нужна?»

Убедившись, что конечности двигаются как обычно, я выдохнула с облегчением. Затем медленно приоткрыла глаза — и испугалась ещё сильнее. Вместо ожидаемой больничной палаты передо мной раскинулось просторное помещение с грубоватой деревянной мебелью. Никого вокруг не было.

«Неужели этот таксист оказался маньяком и утащил меня в своё логово? Сначала изнасилует, а потом расчленит на кусочки и где‑нибудь прикопает?! Так, Алиса, только не паникуй! Для начала нужно осмотреться, потом уже решу, что делать», — мысленно приказала я себе.

Я внимательно изучила комнату. По левую сторону от массивной деревянной двери стояли две кровати, застеленные шкурами, похожими на медвежьи. Между ними располагалось единственное окно с белой занавеской. В центре комнаты — стол и два табурета, а в дальнем конце — шкаф и небольшой камин.

Вся мебель была сделана из массивного дерева, грубо сколочена. Под потолком развешены пучки сушёных трав, на столе догорала свеча, отбрасывая дрожащие тени на стены.

Аккуратно поднявшись, я медленно подошла к шкафу и открыла дверцы. С одной стороны — стеклянные колбочки с разноцветными порошками и жидкостями, с другой — книги и стопки бумаг. На следующей полке стояла… чернильница с пером.

«Мамочка дорогая, что это? Неужели я в хижине какой‑нибудь ведьмы? И куда подевалась цивилизация?!»

Развернувшись, я подошла к камину. В нём были сложены поленья, а в углу рядом аккуратно расставлены метла, совок и деревянное ведро.

Обойдя комнату, я направилась к окну. Отодвинув занавеску, увидела небольшую полянку, окружённую густым лесом. На улице уже сгущались сумерки — скоро должно было стемнеть окончательно.

«И так, что же выходит? Бежать бессмысленно — неизвестно, что меня ждёт в глухом тёмном лесу. Остаётся только одно: сидеть и дожидаться хозяев этой хижины».

Ждать пришлось недолго. Минут через пятнадцать дверь открылась, и вошла женщина лет тридцати пяти. В одной руке она держала посох — обычную корягу, обвитую плющом, в другой — корзину с травами.

Она была стройной и приятной на вид: длинные чёрные волосы заплетены в косу и перекинуты через плечо, светло‑карие глаза светились добротой. Одета в простое тёмно‑коричневое платье, поверх — плащ с капюшоном, застегнутый фибулой.

— Ну и как? Нравлюсь? — с улыбкой спросила женщина, уловив мой пристальный изучающий взгляд.

— Ничего так, на первый взгляд, — не растерялась я.

— Ты, наверное, хочешь есть? — снимая плащ, поинтересовалась она.

Прислушавшись к себе, я поняла, что действительно голодна, и кивнула.

— Вижу, у тебя ко мне много вопросов, но сначала поужинаем, а потом поговорим о случившемся. Я жутко устала и тоже голодна, — её тёплая улыбка немного меня успокоила.

— Как тебя зовут? — спросила женщина.

— Алиса.

— А меня Сиалла.

— Где я? Почему не в больнице? Насколько помню, я попала в аварию, — не удержалась я и засыпала её вопросами. «И вообще, что за странное имя? Никогда такого не слышала…»

— Тише, тише, девочка! Я нашла тебя в лесу, не знаю ни про какую аварию. Ты в моей хижине.

«Но как такое возможно? Я отчётливо помню, как мы ехали по трассе — никаких лесов рядом не было. Как я могла сюда попасть? Может, таксист решил, что я мертва, и вывез далеко за город, бросил в лесу?»

— Давай успокоимся, поедим, а потом уже всё обсудим, — мягко проговорила Сиалла. — Не волнуйся, мы во всём разберёмся, но позже.

Женщина отодвинула один из табуретов — под ним оказался люк в подвал. Она спустилась туда и достала буханку чёрного хлеба и кувшин с молоком. Поставила продукты на стол и вернула крышку люка на место.

— Ну что же, садись, будем ужинать.

Я молча села за стол. Сиалла подошла к шкафу, достала жестяные кружки, разлила в них молоко и, отломив кусок хлеба, протянула его мне. Съев предложенное, я стала ждать, пока женщина закончит трапезу.

— Вы мне поможете вернуться в город? — спросила я, когда Сиалла начала убирать со стола.

— Город? Больница? Авария? Дочка, я не понимаю, что означают эти слова.

— Ну как же? Город — это место, где живёт и работает много людей. Больница — там, где лечат людей, а авария — столкновение машин либо с машиной, либо с чем‑то ещё, — попыталась я объяснить простые вещи. «Наверное, она всю жизнь живёт здесь и ни разу не была за пределами леса. Но тогда как она добывает продукты? Как научилась читать — ведь у неё есть книги? Господи… Я совсем запуталась».

— Ты, наверное, всё же сильно ушиблась головой. Там, где лечат людей, называется «Храм Спасения», место, где живут и работают люди — «Империя Шейна». Что такое машины?! — искренне недоумевала женщина.

Я была в полном шоке.

— Подожди… — на лице Сиаллы появилось выражение, будто она о чём‑то догадалась. — Скажи мне, откуда ты?

— Мой город называется…

— Нет‑нет, как называется твой мир?

— Земля, страна Россия.

— Деточка, ты перенеслась в другой мир! Этот мир называется Рединг.

«Ну прямо „Алиса в Зазеркалье“ Льюиса Кэрролла… Твою ж… Может, после аварии я в психушке с мягкими стенами, в смирительной рубашке? Я, конечно, много прочла фэнтези и мистики, но чтоб это существовало в реальности?! Нет, этого не может быть… Или всё же может?»

— Но на Земле нет магии, такого просто не может быть! — ответила я Сиалле.

— Такое бывает, но очень редко, девочка. Я сама об этом знаю лишь понаслышке. Несколько сотен лет назад, когда в нашем мире был полный хаос и множество войн, к нам тоже пришёл пришелец из другого мира. Это был великий маг, который помог наладить отношения между жителями и установил ряд законов, благодаря которым воцарились мир и порядок в Рединге.

ГЛАВА 3. Путь к Империи Рейна

ГЛАВА 3. Путь к Империи Рейна

В начале пути всё кажется безумно сложным. Ты понятия не имеешь, как сможешь с этим справиться. Всё ново и дико, но если это тот путь, который ты выбрала, — всё обязательно получится.

Новый день начался с того, что Сиалла приготовила для меня травяной отвар. Его пряный аромат наполнил хижину, а едва я сделала глоток, по телу разливалась приятная теплота. Через несколько минут я ощутила бодрость и лёгкость во всём теле.

— Сиалла, а могу ли я вернуться в свой мир? — задала я внезапно возникший вопрос.

— Не знаю, — задумчиво ответила она. — Но завтра мы пойдём к одному моему знакомому магу. Он сделает для тебя магическую татуировку — и у него мы узнаем, возможно ли тебе вернуться в свой мир.

— Но для чего нужна мне эта татуировка? А если я не хочу её делать?

— Татуировка содержит информацию о её носителе, — терпеливо объяснила Сиалла. — Считать магическую информацию могут Стражи Империи, ректораты учебных заведений и, конечно же, Повелитель Империи и его приближённые.

— Я поняла, для чего татуировка служит, но не могу понять, зачем она мне, — настаивала я. — Возможно, мне повезёт, и я вернусь к своей привычной жизни! Тогда зачем мне эта татуировка?

— Ты думаешь, что так просто сможешь вернуться? — Сиалла мягко улыбнулась. — Думаю, наш мир просто так тебя не отпустит. Ты переместилась в Рединг не просто так — у тебя здесь есть какое‑то предназначение. И пока ты его не выполнишь, боюсь, ты не вернёшься обратно.

«Терпения, конечно, Сиалле не занимать. Возится с незнакомкой и всё разъясняет… Это же просто ангельское терпение!» — подумала я с благодарностью.

Как позже узнала, она с утра уже ходила в Империю Рейна и купила для меня в лавке платье и туфли-«лодочки» на небольшом каблучке. Платье было простое, ярко‑зелёного оттенка: наглухо закрывало грудь, было приталенным и опускалось чуть ниже колена. Туфли — из мягкой кожи, чёрного цвета и на удивление удобные. Наверное, в них не составит труда и целый день проходить.

— Но… Сиалла, зачем вы так беспокоились? Ведь у меня есть одежда! — удивилась я.

— Твоя одежда будет привлекать лишнее внимание, что нам не на руку, — отмахнулась женщина. — К тому же я считаю, лучше пока сохранить в тайне, что ты иномирянка.

— Ну раз вы так считаете, значит, так будет лучше, наверное. Спасибо! — поблагодарила я Сиаллу.

— Не за что, Алиса. А что у тебя с магией? Нет всплесков неконтролируемой энергии? — обеспокоенно спросила она.

Мне было до сих пор сложно это принять. Магия, чужой мир — настолько всё дико для меня. Но я попытаюсь жить заново и принять этот мир. В любом случае иного выхода у меня всё равно нет.

— Нет, не было, слава богу, — ответила я.

— Примерь платье и туфли. Если не подойдут, схожу, обменяю, — Сиалла смутилась, слегка покраснев.

Платье и обувь оказались мне впору. Я подумала: «Неплохо было бы посмотреться в зеркало». Но Сиалла, видимо, об этом подумала раньше, чем я: как только я надела платье и туфли, она наколдовала передо мной зеркало. «Я когда‑нибудь перестану удивляться?! Наверное, да, но только когда привыкну — не раньше».

Из зазеркалья на меня смотрела молодая девушка со светло‑русыми волосами, зелёными глазами и в меру пухлыми губами. Я не слишком высокая, тело стройное, с округлостями в нужных местах. В общих чертах — симпатичная. Платье красиво подчёркивало цвет глаз и выгодно смотрелось на фигуре. Туфли, как я и ожидала, были удобными.

— Тебе очень идёт это платье, дочка! Ты такая красавица! — улыбнулась Сиалла.

— Спасибо! — смущённо произнесла я.

— Алиса, нам ещё кое‑что нужно обсудить, — она внимательно на меня посмотрела и, дождавшись, когда я согласно кивну, продолжила: — Если у нас не получится вернуть тебя в родной мир, то тебе придётся поступить в Академию Магии.

Я хотела возразить, но женщина остановила меня жестом руки:

— Подожди, девочка, не перебивай. Всплески неконтролируемой магии очень опасны — как для окружающих, так и для тебя самой. Поэтому это просто необходимо: там тебе помогут контролировать магию и потоки энергии. Плюс к этому ты получишь профессию и сможешь зарабатывать на хлеб сама.

Она сделала паузу, а потом тихо добавила:

— Есть и другой выход — выйти замуж. Но тогда магию заблокируют, так как ты её не контролируешь. Выбор только за тобой, Алиса. Конечно, не нужно делать поспешных выводов и давать ответ прямо сейчас.

Я не сказала на это ничего и весь оставшийся день проходила мрачнее тучи. К вечеру Сиалла приготовила для меня лохань с горячей водой, и наконец, спустя несколько дней, я смогла помыться с душистым мылом.

На следующий день, как и обещала, Сиалла, мы собрались отправиться в Империю Рейна. На мне было надето платье, что купила Сиалла. Ещё женщина настояла, чтобы я надела поверх платья мантию с капюшоном.

Когда я наконец собралась, мы вышли на улицу. Природа здесь не отличалась от земной, но её красота меня поразила. Только тут я вспомнила, как недавно так же восхищалась природой Шотландии — здесь она была ничуть не хуже. Деревья одеты в ярко‑зелёное убранство, мягкая трава стелется по земле. Воздух напоён запахом трав и разогретой солнцем древесины, распустилось множество лесных цветов. От хижины вела извилистая тропинка, уводя вглубь загадочного леса. Сквозь деревья рваными лучами пробивалось солнце.

По пути я вдруг подумала, что ничего не знаю о Сиалле. Интересно было бы услышать про её жизнь.

— Сиалла, расскажите о себе! — попросила я.

— Что бы ты хотела узнать? — мягко улыбнулась она.

— Ну… О вашей жизни, чем вы занимаетесь, есть ли у вас семья? Да, в общем‑то, всё, что вы сами пожелаете мне рассказать!

Сиалла задумалась и некоторое время молчала, видимо решая, что можно мне рассказать, а чего не стоит. Тяжело вздохнув, она всё же решилась начать свой рассказ:

— Когда‑то у меня была семья: муж и дочка. Мы жили в Империи. Я работала в парке Хьюгон. В этом парке содержатся животные, которые на грани вымирания. Мой муж был Стражем разведки — в его обязанности входило узнавать, что происходит в опасных местностях вблизи от Империи.

ГЛАВА 4. Путь к предназначению

ГЛАВА 4. Путь к предназначению

«Никто ещё не заблудился, следуя своему внутреннему голосу», — Генри Дэвид Торо.

Луис пригласил нас в комнату, похожую на кухню, где угостил чаем с вкуснейшими круассанами. Аромат свежей выпечки смешивался с запахом травяного чая, создавая уютную атмосферу.

— Так ты у нас иномирянка? — задумчиво произнёс маг, внимательно изучая меня взглядом.

— Да, — доедая последний кусочек круассана, ответила я. — Спасибо, Луис, ваши круассаны просто божественны!
— Не стоит благодарности! — усмехнулся мужчина, откидываясь на спинку стула.
— Скажите, я могу как‑то вернуться в свой мир? — с надеждой спросила я.

— Это невозможно, Алиса, потому что межмировые порталы не открываются просто так, — мягко, но твёрдо ответил Луис. — Ты должна выполнить здесь своё предназначение, и только потом сможешь вернуться. Если, конечно, захочешь возвращаться.

Я почувствовала, как внутри поднимается волна паники.

— Но я не знаю, что от меня требуется! Как мне выполнить то, чего я не знаю? — мой голос дрожал.
— Не нужно паниковать, — Луис поднял руку в успокаивающем жесте. — Предназначение само тебя найдёт, просто живи и привыкай к новой жизни. Это всё, что могу тебе посоветовать. Тебе повезло, что ты попала к Сиалле!

— Ну не преувеличивай, Луис, — вмешалась Сиалла. — Давай уже перейдём к делу. Алисе нужна татуировка. Лучше пусть останется в секрете, что она иномирянка.
— Как скажешь, дорогая, — подмигнул Луис Сиалле. Между ними явно существовала давняя дружба, возможно, даже нечто большее. — Мне нужна информация о твоей дате рождения, — обратился ко мне мужчина и устремил взгляд на Сиаллу. — Ты уже придумала ей имя, фамилию, род?

— Имя мы оставим то же — так ей легче будет привыкнуть к новой жизни, — решительно сказала Сиалла. — Фамилию я выбрала свою, и род тоже. Мой род не приближен к Императору, так что проблем не возникнет.
— Тогда кем она тебе приходится?
— Племянницей, — без колебаний ответила Сиалла.

Луис и Сиалла продолжали разговор так, будто меня здесь не было. Это вызвало во мне волну негодования. Решают мою судьбу без моего участия! Я начала злиться, и вдруг почувствовала странное покалывание в руках.

Опустив взгляд, я с ужасом увидела, что мои ладони охвачены пламенем. Огонь не обжигал, но выглядел пугающе. Я инстинктивно попыталась потушить его, хлопая руками по одежде.

Луис мгновенно отреагировал: резкий взмах руки — и пламя исчезло, будто его никогда и не было.

— Что это?.. К‑к‑как это?.. — заикаясь, не могла сформулировать вопрос я. На коже не осталось ни ожогов, ни красных пятен. Как такое возможно?

Пока я недоумевала, Луис и Сиалла о чём‑то спорили вполголоса.

— Алиса, детка, ты успокоилась? Что на этот раз тебя так встревожило? — обеспокоенно спросила Сиалла, подходя ближе.

— Меня разозлило то, что вы разговариваете обо мне в третьем лице! Будто меня здесь вообще не существует! Решаете мою судьбу и даже не интересуетесь моим мнением! — голос дрожал от возмущения.

— Тебе пытаются помочь, а ты злишься?! — возмутился Луис. — Если бы не Сиалла… У тебя были бы не столь радужные перспективы. Поверь мне, я знаю, о чём говорю! А теперь будь умницей и подойди ко мне.

Я неохотно подошла к магу. Луис положил руку мне на голову и начал произносить непонятные слова на древнем языке. По телу разливалась слабость, ломота сковывала мышцы — ощущения были похожи на начало простуды.

Через пятнадцать минут правое плечо начало жечь, словно к коже приложили раскалённое железо. «Господи, где я так провинилась, что ты заставляешь всё это терпеть?!» — пронеслось в голове. Жжение постепенно стихло, и я увидела на плече татуировку — круг с множеством переплетающихся линий, мерцающих слабым голубым светом.

— Ну что же, поздравляю! Теперь ты — Алиса Грин из рода Мидей, племянница Сиаллы Грин из рода Мидей, хранительницы леса! — торжественно провозгласил Луис Дорф.
— Спасибо, — без эмоций ответила я, всё ещё пытаясь осознать произошедшее.

— Дочка, теперь мы можем отправиться к магистрам, которые зачислят тебя в магическую академию «Азин», — улыбнулась Сиалла, обнимая меня за плечи.

«Даже не знаю, радоваться или плакать? Но я же сильная девочка, значит, справлюсь!» — подумала я. Голос разума подсказывал, что академия — действительно лучший вариант: выбросы неконтролируемой магии становились всё опаснее.

Распрощавшись с магом, Сиалла повела меня по улицам Империи Рейна. Одни улицы были широкими, по ним часто проезжали экипажи, другие — узкими и извилистыми. Петляя по переулкам, я не выдержала:

— Сиалла, как долго нам ещё идти?
— Скоро уже будем на месте, — успокоила она.
— Меня волнует один вопрос. Меня наверняка будут расспрашивать: где я выросла, где мои родители. Что мне отвечать?
— Скажешь, что родилась в предгорье Крейга, а родителей не помнишь, так как они погибли при пожаре. Поэтому ты росла и воспитывалась у своей тётки, то есть у меня. И ещё одно: старайся ничему не удивляться. Иначе вызовешь подозрения — тут люди живут с магией бок о бок.
— Я постараюсь. Что потребуется для поступления в академию?
— Ничего особенного. Тебя проверят на силу и определят на нужный факультет. Остальное узнаешь в академии. Там ты узнаешь всё об этом мире, тебя научат контролировать магию и разумно ею пользоваться.
— Неплохо бы, — вздохнула я.

Мы вышли на площадь с аркой, за которой виднелось здание академии. Три дорожки сходились к фонтану, расположенному напротив входа. Над стрельчатыми окнами с разноцветными стёклами возвышалось четырёхэтажное строение из белого камня. По периметру были расставлены уличные фонари.

Подойдя ближе, я залюбовалась витражными стёклами. Дракон, выложенный мозаикой из чёрного стекла, извергал красное пламя. Волк из белой мозаики с ярко‑голубыми глазами смотрел так живо, что казалось, вот‑вот шевельнёт ушами. Женщина невероятной красоты в красном платье с длинными волосами и острыми ушами. Мужчина с чёрной кожей и красными глазами, ногу которого обвивал хвост с пушистой кисточкой. Все персонажи располагались полукругом вокруг огромной раскрытой книги, со страниц которой поднимались жёлтые искры.

ГЛАВА 5. Первые шаги в академии

ГЛАВА 5. Первые шаги в академии

«Запомни: хоть магия огня и очень сильная, её не стоит бояться… Но если ты не уважаешь её, она прожуёт и проглотит тебя, как злющий орангутанг!» — эти слова словно эхом прозвучали в моей голове, когда мы с ректором возвращались после ритуала с Кристаллом.

Когда мы вернули подписанные свитки ректору Эдвину, он убрал их обратно в ящик стола, а затем поднялся и произнёс:

— Уважаемая леди Сиалла, вы можете возвращаться домой. Всего доброго!

— Всего доброго, господин Эдвин! Дочка, иди ко мне, обниму тебя напоследок! — Сиалла раскрыла объятия, и я подошла к ней. Она крепко обняла меня за плечи. — Будь умницей, дорогая. Как только сможешь контролировать свою магию, тебя будут отпускать на выходные! Не забывай меня навещать — я всегда буду рада тебе! До скорой встречи, Алиса!

— Спасибо, обязательно буду вас навещать, Сиа… тётя! — споткнулась я на обращении. Надеюсь, ректор этого не заметил — не хотелось бы раскрывать свои тайны перед ним.

После прощания Сиалла покинула кабинет, а ректор поднялся со своего места и подошёл ко мне.

— Студентка Алиса, прошу пройти со мной. Я познакомлю вас с вашим куратором. Куратор поможет вам освоиться, — произнёс он официальным тоном.

«Неужели он до сих пор злится? К чему такое официальное обращение?» — пронеслось в голове. Но спрашивать его об этом я не стала.

Из кабинета мы вышли в просторный холл, затем свернули в левое крыло и прошли до конца коридора. Здесь не было окон — освещение давали магические сферы в фонарях возле каждой двери. В конце коридора нас ждала широкая каменная лестница с резными перилами. Мы поднялись на четвёртый этаж.

— Здесь живут студенты последнего года обучения, — пояснил ректор. — Ваш куратор — студент боевой магии. Вам, Алиса, придётся нелегко: на факультете боевой магии вы — единственная девушка.

— Что-о-о, простите?! — я не смогла сдержать возглас удивления.

— Вы тугоухая? По-моему, я сказал чётко и достаточно громко, — холодно отрезал ректор.

Шок — вот что я испытала, услышав эту новость. «Не паникуй раньше времени, прорвусь!» — мысленно подбодрила себя я.

Мы свернули направо и подошли к одной из дверей. Ректор Эдвин постучал, и оттуда вышел парень лет двадцати пяти.

Уф… Какой же он высокий и широкоплечий! Он буквально заполнил весь дверной проём. Студент вышел к нам с голым торсом — и этот торс любую земную девушку превратил бы в лужицу у его ног! Красавчик слегка подался вперёд… Он что, принюхивается?!

Нас отвлек от рассматривания друг друга ректор:
— Знакомьтесь, Алиса: это ваш куратор на будущий год — Аларион Зельцман. Аларион, это ваша подопечная — Алиса Грин, студентка первого курса факультета боевой магии!

— Приятно познакомиться, Алиса, — приятным голосом протянул красавчик, не забыв подмигнуть мне.

— И мне тоже, — мой голос слегка дрогнул — видимо, испугавшись такой красоты.

— Ну вот и замечательно. Принимай подопечную, Аларион. Помоги ей устроиться. Думаю, тебе не нужно объяснять, что требуется от куратора? — ледяным тоном обратился ректор к парню, глядя на него как-то предупреждающе.

Парень ничуть не растерялся:
— Конечно, господин ректор. Всё сделаю в лучшем виде.

Когда ректор ушёл, Аларион зашёл к себе в комнату, предупредив, что скоро вернётся. И правда, появился он быстро — уже одетый в костюм, напоминающий водолазный: широкий пояс и секира на нём дополняли образ.

Мы пошли назад по коридору и спустились по другой лестнице — в противоположной стороне от той, по которой поднимались с ректором.

— Куда мы идём? — нарушила я тишину.

Аларион повернулся ко мне. У него были такие необычные глаза — ярко‑синие, каких я никогда прежде не видела. Чёрные, как вороново крыло, волосы, высокий лоб, волевой подбородок и прямой нос — в общем, внешность аристократа. «М‑м‑м… Так бы и съела!» — мелькнуло в голове.

— Сейчас мы идём в библиотеку — тебе нужно получить книги, по которым будешь проходить обучение, — в его голосе сквозили смешинки, а в глазах плясали чёртики. С ним было легко в общении.

— Замечательно. Может, проведёшь экскурсию? Покажешь, что где находится?

— Запросто! На четвёртом и третьем этажах расположены жилые комнаты для студентов. Второй и первый этаж — кабинеты для лекций. Также на первом этаже находятся столовая, библиотека и тренировочные залы. Думаю, пока тебе хватит этой информации? — всё так же весело говорил Аларион. Потом сделал заговорщицкий вид и наклонился к моему уху: — А ты знаешь, что ты единственная девушка на факультете боевой магии? Чувствую, что мне придётся быть для тебя не только куратором, но и телохранителем.

— И что это означает? Почему мне понадобится телохранитель? В академии вообще нет девушек или только на факультете боевой магии?

— Почему же, есть. Но они в основном учатся на факультетах бытовой магии, целительной магии, природной магии и зельеваренья. А по поводу телохранителя… Не думаю, что мужской коллектив будет рад видеть девушку в своём окружении — либо будут издеваться, либо поддаваться.

— Ну, с этим я как‑нибудь справлюсь, — произнесла я уверенно.

По лестнице проходили студенты: парни — в обтягивающих кожаных брюках, кожаных рубашках с длинными рукавами и высоких ботинках на шнуровке (как и у Алариона), девушки — в топах (у кого с глубоким вырезом, у кого поскромнее) и плиссированных юбках в клетку длиной до колен. Женская форма была у всех одинаковой, различалась только по цветам; мужская практически ничем не отличалась — разве что нашивками на груди.

Наконец мы спустились на первый этаж и повернули в правое крыло. Пройдя немного по коридору, оказались у двери библиотеки.

Жизнь моя становится всё чудеснее! Интерьер комнаты поражал: книжные полки, забитые до отказа, книги в рост человека на специальных подставках, столы с настольными лампами по обе стороны. Напротив двери стояла стойка, за которой восседал хозяин всего этого богатства — библиотекарь.

ГЛАВА 6. Первый день в академии

ГЛАВА 6. Первый день в академии

Через пятнадцать минут после того, как ушёл Аларион, в комнату вошла девушка. Она была такой хрупкой и изящной, что теперь я не удивлялась, почему на боевом факультете одни парни. Когда она заправила за ухо распущенные волосы невероятной красоты, я заметила её остроконечное ухо.

«Успокойся, Алиса. Ну и что, что перед тобой очередной сказочный персонаж? Эльфийка, оборотень, вампир… Интересно, здесь и драконы есть? Так, не буду же я падать в обморок от очередного чуда этого мира? Я и так уже влипла, когда узнала про вампиров и оборотней и чуть не подожгла Алариона», — мысленно подбодрила себя я.

Пока я размышляла, девушка прошла к своей кровати и первой завела разговор:

— Ну что, соседка, давай знакомиться! Меня зовут Айвэриен, а тебя как? — у неё был приятный мелодичный голос.

— Алиса, — без каких‑либо эмоций ответила я.
— Красиво! На моём языке твоё имя означает «Тень Мечты». На каком ты факультете?
— Факультет боевой магии.

Девушка всплеснула руками и испуганно на меня посмотрела:
— Ужас какой, там же одни мужчины!
— Ничего, как‑нибудь прорвусь, — уверенно заявила я.

Наш не слишком содержательный разговор прервал стук в дверь — это был Аларион. Я открыла ему и едва слышно облегчённо выдохнула. Не то чтобы я не хотела общаться с эльфийкой, просто боялась выдать себя — показать, что я из другого мира.

— Привет! Ну что, идём ужинать? Ах да, чуть не забыл — вот это тебе! — парень протянул мне небольшой мешочек.
— Что это? — я не спешила принимать его из рук Алариона.
— Это артефакт, который будет сдерживать твои всплески энергии, — он вытащил из мешочка красивую подвеску на тоненькой серебристой цепочке. — Давай помогу надеть.

Я позволила ему повесить подвеску на шею. Тёплое сияние на мгновение окутало меня, и я почувствовала, как внутри что‑то успокоилось, словно буря улеглась.
— Спасибо, — искренне поблагодарила я.
— Не за что. Пойдём, а то столовая скоро закроется, — улыбнулся Аларион.

Мы спустились на первый этаж и на этот раз свернули в левое крыло.
— Алиса, скажи, как так получилось, что ты не знаешь о расах? — неожиданно спросил куратор.

«Вот же подстава! Что мне ему ответить? Сказать, что я из другого мира? Нет, Сиалла ясно дала понять, что не стоит раскрывать этот факт. Но что же мне ему сказать?»
— Почему же, я знаю о расах, просто никогда их не встречала, — ответила я наполовину правду, наполовину ложь. Знала о них по книжкам и фильмам? Знала!

Аларион задумчиво кивнул, но я так и не поняла, поверил он мне или нет.

Оказавшись в столовой, мы подошли к раздаточному столу. Здесь было несколько блюд на выбор: мясное рагу, жареная рыба, отварной картофель. А ещё — сырое мясо и огромные бутыли с жидкостью тёмно‑красного цвета.
— Это кровь, — тихо подсказал Аларион, заметив, что я потянулась к одному из бутылей, думая, что это томатный сок.

Я сморщила нос:
— И как такое можно есть?
— Некоторые расы предпочитают сырую пищу, — пожал плечами Аларион. — Но не переживай, для людей тут тоже всё есть.

Я взяла мясное рагу и, по совету куратора, яблочный сок. Аларион же выбрал огромный кусок сырого мяса и тот же сок.

После ужина Аларион проводил меня до комнаты, по дороге рассказав планы на завтра.
— Учебный год начинается 22 августа и длится до середины зимы. Ты удачно попала — как раз начало первого семестра, — пояснил он. — Завтра утром мы вместе идём в столовую, после лекций — на полигон, тренировать контроль над магией. Если будут вопросы — сразу обращайся ко мне.
— Поняла, — кивнула я.

Уже у двери он остановился:
— Подожди, забыл отдать тебе ещё вот это, — Аларион протянул свёрток. — Расписание лекций и практик на первый семестр.
— Спасибо! — я искренне улыбнулась. — Ты очень заботливый куратор.
— Стараюсь, — подмигнул он. — Отдыхай, завтра будет насыщенный день.

Я зашла в комнату, приняла душ и упала на кровать. Усталость взяла своё — я провалилась в глубокий сон без сновидений.

Утро началось с того, что соседка бессовестно потрясла меня за плечо:
— Алиса, вставай, ты же опоздаешь на первую лекцию! — прозвучал её мелодичный голосок над ухом.
— Что? — спросонья я села в кровати и зевнула, прикрыв рот ладонью.
— Говорю, на лекцию опоздаешь! Давай, вставай и быстренько собирайся, иначе тебя накажут. А здесь, поверь, для каждого своё изощрённое наказание, — лицо эльфийки было абсолютно серьёзным, и до меня наконец дошёл смысл сказанного.

Я быстро сбегала в душ, провела на скорую руку утренние процедуры и надела выданную накануне форму. Брюки облегли меня, словно вторая кожа, а кофта сидела отлично — главное, было удобно. Меня удивило, что вещи будто шились на заказ, но какая разница? Главное, меня всё устраивало!

Через десять минут в дверь постучали. Айвэриен открыла — на пороге стоял Аларион.
— Я уже готова идти! — ответила я, завязывая последний ботинок.
— А учебники, свиток для конспектов, стилус ты взяла? — с лёгкой насмешкой произнёс он.
— Нет, а где их взять? И что такое стилус?
— Понятно, придётся мне об этом позаботиться.
— Я одолжу тебе свиток и стилус. Вот, держи! Всё равно у меня их много, — неожиданно предложила Айвэриен.
— Спасибо, Айвэриен! — искренне поблагодарила я её.

Собрав всё необходимое, я направилась к Алариону.
— Завтрак отменяется, иначе мы опоздаем на занятия, — разочарованно вздохнул мой куратор.
— Прости, я не специально!

Мы спустились на второй этаж. Аларион проводил меня к кабинету, на двери которого красовалась позолоченная табличка с чёрной надписью: «История магии».
— Я покидаю тебя, увидимся на обеде! — улыбнулся он и пошёл дальше по коридору.

Выдохнув и мысленно пожелав себе удачи, я открыла дверь кабинета. В помещении ещё никого не было, и я выбрала место поближе к преподавательскому столу. Через несколько минут кабинет заполнили студенты — действительно, одни парни, и все они будто сошли с обложек журнала.

ГЛАВА 7. Первый урок боевой магии

ГЛАВА 7. Первый урок боевой магии

— Огонь — это элемент силы, мощи и власти. Разумеется, это стихия тех, кто упорен, смел и готов страстно чувствовать сердцем, кто не боится столкнуться лицом к лицу с собственными желаниями, — донеслись до меня последние слова магистра на лекции по стихийной магии.

Следующим уроком была боевая магия, и все адепты направились в тренировочный зал. Я, как и в прошлый раз, последовала за остальными.

Зал поражал размерами — он действительно напоминал футбольное поле: такой же огромный, с ровным газоном вместо привычного пола. Справа от входа в несколько рядов стояли лавки, слева виднелись две двери с табличками: «Раздевалка» и «Душевая». В центре зала располагались различные препятствия для тренировок, а у дальней стены стоял стол с разложенным на нём оружием — мечами, кинжалами и даже боевыми посохами.

Здесь нас уже ожидал магистр. И это был… ректор? Он был одет не в привычный камзол и штаны, а в облегающий эластичный костюм, подчёркивающий мускулистую фигуру. Я откровенно удивилась — никогда не видела его в таком виде.

Через минуту мы выстроились в одну линию, а ректор медленно прохаживался вдоль строя, внимательно изучая каждого.

— Здравствуйте, адепты! Думаю, многие из вас знают меня, но на всякий случай представлюсь: я — магистр и по совместительству ректор академии «Азин» Эдвин де Наргиэль, — его голос звучал твёрдо и властно. — И прежде чем вы станете ползающими червяками после первых тренировок, скажу несколько слов.

Он сделал паузу, обводя нас строгим взглядом:
— Этот предмет введён в систему образования для поддержания физической формы адептов. На боевой магии важнее отточенные движения и сила, нежели разум и знание теории. Однако боевая магия — это не только прыжки на скакалке и бег на месте. Боевая магия — это искусство превосходить противника в ситуациях магического боя. Я научу вас правильно рассчитывать свою внутреннюю энергию, а также передавать её выбранному оружию, усиливая его.

— Итак, начнём с разминки. Для начала — пять кругов бега. А вам, адептка, думаю, трёх будет достаточно, — ректор посмотрел на меня с едва заметной усмешкой. — Что стоим? Побежали, побежали! — он подкрепил команду энергичными хлопками в ладоши.

Парни обменялись снисходительными взглядами и усмехнулись. Но я твёрдо решила для себя: ни за что не сдамся. Я пробегу пять кругов наравне со всеми!

И я пробежала. Да, это было невероятно тяжело. Правый бок нещадно колол, дыхание сбилось, сердце готово было выпрыгнуть из груди, но я справилась.

Один из парней, проходя мимо, одобрительно похлопал меня по плечу. Я подняла взгляд и встретилась глазами с молодым человеком поразительной внешности. В его взгляде читалось уважение — или мне так показалось?

У него были глаза рубинового цвета, чуть продолговатое лицо с правильными чертами и нос с небольшой горбинкой. Белые волосы средней длины находились в творческом беспорядке, что ему удивительно шло.

Ко мне подошёл ректор — злой, как чёрт. Его глаза сияли серебристым светом.

— Что было неясно, когда я сказал, чтобы вы, Алиса, пробежали не пять кругов, а три? — обманчиво спокойно спросил он.

— Мне не нужны ваши поблажки! Я буду заниматься наравне со всеми! — твёрдо ответила я.

— Вы не выдержите и половины нагрузки, которую выполняют эти парни! Мне казалось, что вы умнее, но, как показала практика, я сильно заблуждался!

— Я не глупая! Просто женщины не всегда слабее мужчин! — зло прошипела я сквозь зубы.

— Хорошо, если вы так считаете… Пожалуйста, я больше не буду делать для вас исключений. Вы сами будете просить меня о пощаде! — с холодной яростью произнёс ректор Эдвин.

— Не дождусь, господин Эдвин! — бросила я в ответ.

После этого разговора я присоединилась к остальным адептам. Их взгляды изменились — теперь в них читалось что‑то вроде одобрения. Они увидели во мне бойца, который не отступит и добьётся своего, чего бы это ни стоило. Я не обманывала себя розовыми очками — понимала, что будет невероятно трудно. Но чтобы меня не считали кисейной барышней, придётся попотеть.

Как оказалось, бег был лишь разминкой. Дальше мы отжимались, подтягивались на перекладинах, преодолевали полосу препятствий. Пот лил ручьём, мышцы дрожали от усталости, иногда хотелось просто упасть на землю и больше не подниматься. Но я находила в себе силы и шла дальше.

Наконец занятие по боевой магии закончилось. И тут возник вопрос: душевая и раздевалка были общими. После такой тренировки мне очень нужно было в душ, но раздеваться перед парнями я не собиралась.

Я решила подождать на лавке, пока парни выйдут из зала. Когда помещение опустело, я отправилась в раздевалку — небольшую комнату с крючками для одежды на стенах. В конце комнаты стоял огромный стол с табличкой «Освежитель вещей». Разбираться, как он работает, долго не пришлось: достаточно было положить вещи на стол и прикоснуться ладонью к обозначенному месту. Через несколько минут одежда лежала аккуратной стопкой.

Из раздевалки вела дверь в душевую. Я быстро приняла душ, взяла полотенце с полки и вернулась в раздевалку, чтобы одеться. И… замерла в дверном проёме.

Парень, который ранее похлопал меня по плечу, стоял в раздевалке полностью одетый. Я застыла в проходе, закутанная в одно полотенце. Мне следовало вернуться в душевую и подождать, пока он уйдёт, но я осталась на месте.

Он медленно подошёл ко мне, словно хищник к добыче. Я замерла, будто кролик перед удавом, не в силах пошевелиться под гипнозом его рубиновых глаз. Когда он оказался совсем близко, наклонился так, что между нами остался лишь сантиметр, и провёл рукой от ключицы, где пульсировала жилка, вверх к моему лицу.

— Ты такая красивая… И вкусно пахнешь, — тихо произнёс он.

Я наконец вышла из оцепенения и ответила чуть дрожащим голосом:
— Выйдите… Пожалуйста, мне нужно одеться.

Он на мгновение замер, словно очнувшись от наваждения, затем произнёс:
— Извини, — и быстро покинул комнату.

ГЛАВА 8. Мир Рейдинга и тайна Каинга

ГЛАВА 8. Мир Рейдинга и тайна Каинга

Всю последующую неделю я узнавала всё больше о мире, в который попала, и всё реже вспоминала о своей прежней жизни на Земле.

Рейдинг населяли различные расы: эльфы, друиды, оборотни, драконы, вампиры и люди. Чаще всего эльфы, друиды и оборотни селились в лесах, где строили свои поселения.

Друиды — люди с особенной магической связью с природой, даром, переходящим из поколения в поколение. Они не учились в академиях: старейшины обучали детей находить гармонию с окружающим миром, читать и писать. Питались дарами леса — ягодами, грибами, целебными растениями, — но не чурались и обычных продуктов: сыра, молока, хлеба, рыбы и мяса.

Друиды умели управлять климатом, изготавливали обереги и уникальные артефакты, увеличивающие резерв здоровья и боевой запас энергии. Таких изделий больше никто не создавал, и друиды успешно торговали ими, на вырученные деньги покупая одежду и продовольствие.

Оборотни делились на первородных — основателей стаи с чистой кровью — и остальных. Средняя продолжительность их жизни составляла 300–400 лет. Внешне они почти не отличались от людей: имели твёрдые черты лица, загорелую кожу, крепкое телосложение и высокий рост (мужчины — около 190 см, женщины — 175 см). Их глаза отливали разными оттенками, а красота была особенной, дикой.

По преданиям, оборотни обращались в полнолуние, но это было не совсем так: они могли принимать звериную сущность по своему желанию. Питались сырым мясом, а магами становились редко, обучаясь в специализированных школах.

Эльфы поражали совершенством лица и тела. У них были большие глаза чистых цветов и заострённые уши, напоминающие лист. Черты лица — утончённые, без растительности. Эльфы жили около 500 лет, достигли высот в скульптуре и архитектуре, а также в совершенстве владели луком — ведь они были хранителями лесов.

На севере империи, в горах, жили драконы, люди и вампиры.

Драконы в двуногой ипостаси напоминали людей, но отличались осанкой, походкой, чертами лица и цветом волос. Их продолжительность жизни достигала 500 лет, совершеннолетие наступало в 30 лет. До 20 лет они развивались как люди, затем взросление замедлялось:

в следующие 300 лет 1 внешний год соответствовал 20 прожитым (в 320 лет дракон выглядел на 35);

последующие 90 лет — 1 внешний год за 15 прожитых (в 410 лет — на 41 год);

дальнейшее старение шло индивидуально.

Драконы правили Рейдингом — их мудрость и сила идеально подходили для роли правителей.

Вампиры делились на чистокровных (высших) и обращённых. Чистокровные жили 800–1000 лет, отличались идеальной внешностью, высоким ростом и правильными чертами лица. У них была неестественно бледная кожа, глаза краснели при использовании магии, а по желанию появлялись кожистые крылья. Они могли удлинять ногти и клыки. Обращённые вампиры не имели крыльев, но отличались высокой скоростью.

На юге Рейна простирались пустыни с жарким климатом, непригодным для жизни, поэтому там никто не селился. На западе, в океане, находились несколько материков, заселённых людьми и вампирами.

За это время я подружилась со своей соседкой Айвэриен. Она всегда была рассудительна и спокойна, что поначалу немного раздражало, но потом я оценила её уравновешенность и мудрость.

Аларион продолжал помогать мне контролировать магию. Теперь я могла обходиться без кулона, который он мне подарил, — мои способности постепенно стабилизировались.

Вскоре мы узнали, что отправляемся на практику по боевой магии к Великим Пещерам Ангольма. Как оказалось, Ангольм — местное божество, которому поклонялись и люди, и нелюди.

Возможность побывать в пещерах одновременно удивила и восхитила меня. Но я не понимала, почему практику нельзя провести в академии — у нас был специализированный зал. Путь до Великих Пещер Ангольма занимал около трёх дней пешком — зачем такой долгий поход?

Во время обсуждения поездки один из адептов осмелился задать вопрос:
— Господин Эдвин, позвольте узнать, почему мы не можем попрактиковаться в специально отведённом для этого зале?

Адепты переглядывались, а кто‑то бросал на меня неодобрительные взгляды — видимо, считали, что я спровоцировала вопрос.

Ректор спокойно ответил:
— Зайдите ко мне после лекций, Алиса. Поясню вам причину нашего похода.
— Хорошо, — ответила я.

После занятий я пришла в кабинет ректора, коротко постучала и вошла, не дожидаясь разрешения. Эдвин де Наргиэль сидел за письменным столом и внимательно изучал какой‑то свиток. Он не поднимал взгляда, пока я не заговорила:
— Вы просили, чтобы я к вам зашла после лекций.
— Да, я помню, — отозвался он, продолжая изучать документ. Спустя несколько минут ректор поднял глаза и спросил: — Скажите, Алиса, вы действительно находитесь в блаженном неведении или ведёте какую‑то свою игру?
— Не поняла? — растерялась я.
— Все — люди и нелюди, отшельники и даже дети — знают, что происходит в мире последние десять лет. Меня всё чаще посещает мысль, что вы из другого измерения. Ведь это так, Алиса? — он встал, обошёл стол и приблизился ко мне, нависая, словно скала. Я невольно сжалась.

Мой мозг лихорадочно искал выход. Сказать, что страдаю потерей памяти? Но тогда он спросит о причине… Нет, это глупо. Придётся сказать правду.
— Да… Я не из этого мира, и мне многое непонятно, — ответила я с вызовом.
— Так и знал! — кивнул ректор. — Я давно об этом думал — ваше поведение натолкнуло меня на эту мысль. И леди Грин молодец: видимо, вы ей понравились, иначе она должна была немедленно сообщить стражам Империи Рейн. Но не сделала этого.
От этих слов мне стало страшно. Неужели он теперь сам меня сдаст? Но через мгновение Эдвин добавил:
— Не волнуйтесь, я сохраню ваш секрет, Алиса. При одном условии.
— И какое же у вас будет условие? — откуда во мне взялась эта смелость? Раньше я за собой такого не замечала.
— Давай отбросим условности и перейдём на «ты», когда мы наедине.
— Ладно, я попробую, Эдвин, — прозвучало не слишком уверенно.
— Так‑то лучше. Насколько мне известно, иномиряне попадали к нам лишь однажды — когда миру Рейдинга угрожала опасность. Думаю, ты не исключение и попала сюда, чтобы спасти мир. Моё условие таково: я буду твоим покровителем, а ты сделаешь всё возможное, чтобы предотвратить угрозу.
— Но от чего его спасать? — спросила я.
Ректор долго смотрел на меня изучающим взглядом, затем медленно отошёл к столу и устало произнёс:
— Присаживайся, я расскажу, что мне удалось узнать.
Я послушно села напротив и приготовилась слушать.
— Я не могу точно сказать, от чего нужно спасать мир. Возможно, это какая‑то эпидемия. Болезнь назвали «Каинг» — она похожа на одноимённое мифическое существо. Каинг не лечится ни травами, ни магией, ни заговорами. Ей могут заболеть люди и нелюди. Симптомы ужасны: у заражённого внезапно появляется гнилостный запах, рвота с кровью и слабость. Смерть наступает через месяц, и всё это время больной испытывает дикую боль. За последние несколько тысячелетий не зарегистрировано ни одного подобного случая.
Странность в том, что Каинг не заразен: те, кто контактирует с больным, не заболевают. Впервые болезнь проявилась в небольшом поселении на западе, затем вспышки произошли в стае оборотней. Очаги возникали в самых разных местах.
Мне удалось выяснить, что Каинг создан с помощью магии. Кто создал это оружие массового поражения — неизвестно. Единственное, что мы смогли сделать, — защититься от эпидемии с помощью древней драконьей магии и кристаллов Ангольма. Поэтому мы и отправляемся в пещеры — добыть эти кристаллы. Это всё, что мне известно.
— Всё это печально, но как я могу помочь? — спросила я.
— Пока не знаю. Можешь идти, Алиса. Завтра мы отправляемся в путь, так что отдохни как следует.