Холод пробирал до самых костей.
Первый же вдох обжёг лёгкие. В нос ударил едкий запах плесени и ржавчины. На пересохших губах — тошнотворный металлический привкус крови.
Я попыталась пошевелиться, позвать на помощь, но из горла вырвался лишь сдавленный сип. Спина вспыхнула так, что в глазах потемнело. Малейшее движение отзывалось в мозгу вспышкой боли.
Я лежала на грязном каменном полу тесной кладовой, зажатая между какими-то мешками и сломанными ящиками. Грубая серая ткань простого платья была изодрана в клочья и задрана почти до груди.
Дрожащей, непослушной рукой я скользнула вниз. Пальцы наткнулись на липкую, подсыхающую влагу. Медленно, с замиранием сердца, я подняла руку к лицу. В тусклом свете на пальцах отчётливо виднелась кровь.
Бёдра покрывали страшные багровые рубцы. А выше... Низ живота сводило пульсирующей болью, от которой темнело в глазах и к горлу подкатывала желчь. Внутри всё горело.
Мне, девятнадцатилетней студентке, не нужно было объяснять, что именно со мной произошло. Но как?! Я же просто шла домой с практики... А очнулась здесь. Я не понимала, где нахожусь и как сюда попала. Осознавала лишь одно: со мной сотворили нечто чудовищное.
Я не знала, за что, и кто тот садист, что устроил этот кошмар. Горло сдавило. Из глаз хлынули горькие слёзы, обжигая грязные щёки. В свои девятнадцать лет я ни разу не была с мужчиной, берегла себя для настоящих чувств. А теперь... моим «первым» оказался какой-то безжалостный маньяк, что растоптал меня, растерзал и швырнул на этот каменный пол умирать. От осознания хотелось выть в голос. Но я выжила. Каким-то немыслимым чудом я всё ещё дышала.
Скрипнули несмазанные железные петли. Узкая полоска света разрезала полумрак кладовой. Я замерла, задержав дыхание.
— Лия? — раздался испуганный женский шёпот.
В тесное помещение метнулась тень в чепце и фартуке. Увидев меня на полу, девушка бросилась ко мне, не заботясь о том, что стирает колени о жёсткие камни.
— Боги милосердные... Лия, девочка моя, ты дышишь! — Она трясущимися руками коснулась моего перепачканного кровью лица.
Я попыталась спросить, кто она, но пересохшее горло выдало лишь булькающий хрип.
— Молчи, молчи, умоляю, — запричитала незнакомка. Она торопливо и осторожно одёрнула остатки платья вниз, чтобы прикрыть мою наготу. И тут её взгляд упал на исполосованные ноги.
Девушка побледнела. В глазах застыли слёзы.
— О боги всемогущие... Он ведь не просто избил тебя, да? Он...
Она зажала рот обеими руками, подавляя всхлип. Я прикрыла глаза. От звуков её голоса в голове вспыхнула пульсирующая боль. К тому же я не понимала, к кому она обращается. Какая ещё Лия? Меня зовут Светлана! Наверное, девушка просто перепутала меня со своей знакомой.
— Я же говорила тебе! — горячо зашептала она. — Как только лорд Кэрриан на тебя так взглянул вчера на кухне, я сразу почувствовала что-то страшное! В его глазах была такая тьма... Тебе ещё вчера надо было бежать из замка, бросить всё и бежать! Для таких драконов, как он, мы — просто кусок мяса!
Лорд Кэрриан. Имя резануло по сознанию. Я понятия не имела, кто именно сотворил со мной этот кошмар, но мысленно сделала зарубку: этого лорда Кэрриана нужно опасаться и обходить десятой дорогой. Но стоп. Лорд? Драконы? Какие ещё, к чёрту, драконы?! Куда я вообще попала?!
— Нам нужно уходить. Сейчас же, — девушка нервно оглянулась на приоткрытую дверь, за которой сгущался мрак коридора. — Если стража увидят... нам обеим конец. Увечных служанок здесь не держат. Давай, опирайся на меня.
Каждый шаг по ледяным каменным плитам казался пыткой. В замке стояла глухая тишина, прерываемая лишь нашим шарканьем и моим сбитым дыханием. Грубая ткань немилосердно царапала исполосованное тело, но я заставляла себя переставлять ноги.
Когда мы наконец ввалились в крошечную каморку без окон, я рухнула на жёсткий соломенный тюфяк в углу.
— Сейчас, сейчас, я запру дверь и достану воду, — засуетилась моя спасительница, задвигая тяжёлый железный засов. — У меня тут припрятаны чистые тряпицы и мазь, она щиплет, но кровь остановит... Никто ничего не узнает.
Она метнулась в тёмный угол каморки, вытащила небольшой таз с водой и принялась торопливо смачивать тряпку. Я прикрыла глаза, позволяя себе наконец сделать нормальный вдох.
И в этот момент в хлипкую деревянную дверь с оглушительным грохотом ударил тяжёлый кулак.
— Открывай! — раздался по ту сторону грубый мужской бас.