Попаданка в ягодное поместье

Пролог.

Я умерла в тридцать два. Просто сердце сказало: «Хватит».

Это было даже… неловко.

Я лежала на кухонном полу своей съёмной квартиры. Кафель был холодным. За окном кто-то смеялся. Жизнь продолжалась — только не моя.

Вокруг — тишина. Телефон молчал. В мессенджере — три непрочитанных рабочих сообщения. Подруга давно перестала звонить первой. Мужа не было, как и детей. Даже кошкой не обзавелась.

Вся жизнь в закрытом пространстве в забеге для «лучшей жизни». Всегда думала, что у меня ещё есть время. Успею найти своего человека, создать семью. Смогу выделить время на «пожить для себя».

Всё откладывала на «потом»: сначала надо построить карьеру, потом взять ипотеку, дальше — «нужно привести себя в форму».

Потом — «позже». Но позже не наступило.

Последняя мысль была не о страхе смерти, а о человеческой глупости. Жалела ли я о чем-то? Только об одном – я не успела понять, что такое простое человеческое счастье.

А потом — темнота.

От Автора: Драгоценные читатели, поздравляю вас с новинкой — с историей, которую выбрали именно вы. Для меня это особенно ценно, потому что каждая книга рождается в диалоге с вами, с вашим ожиданием, интересом и верой.
Надеюсь, эта история не оставит вас равнодушными. Пусть она подарит эмоции, заставит переживать, злиться, улыбаться, замирать от нежности или тревоги. Пусть герои станут вам близкими, а их путь — важным и настоящим.
Мне очень важна ваша поддержка. Подписывайтесь, делитесь впечатлениями, ставьте звёздочки и оставляйте комментарии — вы даже не представляете, как это вдохновляет и помогает истории жить дальше.
Спасибо, что вы со мной.

Всегда ваша, ЮЭл ❤️

Глава 1.

— Миледи… держитесь… ещё немного…

Голос звучал взволнованно и слишком близко. Что-то резко дёрнули за моей спиной.

Корсет?

Шнуровка затягивалась всё туже, врезаясь в рёбра, впиваясь в тело так, будто меня пытали. Знать бы ещё, какое признание из меня хотели выбить.

Я попыталась вдохнуть. И не смогла. Воздух застрял в горле, лёгкие будто обожгло. Грудь сжало тисками. Паника вспыхнула мгновенно — животным, первобытным страхом.

Я распахнула глаза и резко дёрнулась вперёд, хватаясь за шнуровку. Пальцы сами нашли узел и потянули.

— Леди, не двигайтесь! — ахнула женщина позади.

Но я уже задыхалась. Шнур ослаб. Воздух ворвался в лёгкие болезненным, жадным глотком. Я согнулась, хватая его ртом, как выброшенная на берег рыба.

Мир вокруг расплывался. Свечи. Золото. Тяжёлые шторы. И зеркало. Огромное, в резной раме, почти во весь рост.

Я подняла голову. И увидела себя.

Только это была не я.

Белое платье — ослепительное, расшитое серебром. Фата тонкой дымкой спускалась по плечам. Узкая талия, тонкая шея, хрупкие ключицы.

Светлые волосы уложены в сложную причёску — так идеально, будто надо мной трудились три человека и, возможно, одна строгая крупная дама с линейкой.

Лицо… красивое. Но совершенно чужое.

Сердце заколотилось так сильно, что отдавало в висках. Я медленно подняла руку. Отражение повторило движение. Изящные пальцы. Тонкое запястье.

Не мои.

— Миледи… вы бледны… — прошептала женщина за спиной.

— Где я? Что здесь происходит?

Девушка протянула ко мне руку, но, когда я отшатнулась, тут же сделала шаг назад.

— Вы в замке лорда Вальтера, — с сомнением в голосе ответила она. — Я помогаю вам подготовиться к свадьбе.

Свадьбе.

Чужая память ворвалась без стука — обрывками, резкими вспышками. Тронный зал. Мужчина с короной и тяжёлым взглядом. Приказ, в котором значилась свадьба со… мной. Высокий, широкоплечий лорд передо мной склоняет голову в утвердительном жесте. Моё мнение никого не интересовало.

Память услужливо подсказала: мнение женщины при заключении брака не учитывается. Лишь пожелание её родителей.

И тут же короткая вспышка — родителей нет.

Меня будто ударили под дых. Я пошатнулась и схватилась за край туалетного столика.

Моя свадьба?

Я умерла. Я помню холод кафеля под щекой. Помню, как в груди стало пусто. Помню последнюю мысль — глупую, обидную:

«Я даже счастье не успела познать…»

А теперь?

Я провела ладонью по лицу. Пальцы дрожали.

Меня не отправили в небытие. Не растворили в темноте. Меня… отправили под венец.

Нервный смешок рванулся к горлу, но я сдержала его. Вселенная, у тебя странное чувство юмора…

— Вы в порядке?

На лице служанки появилось выражение искренней обеспокоенности.

Я умерла в полном одиночестве. А теперь стою в свадебном платье в чужом мире, в чужом теле и готовлюсь к свадьбе с чужим мужчиной, который, судя по памяти, даже не хотел этого брака.

Сквозь панику, шок и желание просто сесть на пол и разрыдаться внутри медленно, упрямо поднималась мысль:

Я уже умерла. Хуже не будет.

Выпрямилась, высоко подняла голову и произнесла:

— Всё в порядке. Продолжим.

Марина Светлова

Наша прекрасная героиня до попадания в новый мир и новое тело

Глава 2

— Попробуем, — прошептала я самой себе, делая глубокий вдох перед дубовыми дверями.

Сейчас они распахнутся, я пойду под венец и на вопрос, согласна ли выйти замуж, извинюсь и откажусь.

Сбегать со свадьбы без объяснения причины — признак плохого тона.

Очередной вдох.

Двери со скрипом распахнулись.

Зал был огромным. Камень, витражи, гобелены. Всё торжественное и такое холодное, что хотелось накинуть ещё один плед.

Люди стояли рядами. Шептались. Оценивали.

Я шла к алтарю и чувствовала, как внутри поднимается паника.

Всю жизнь прожила одна, а теперь меня выдают замуж в чужом мире за мужчину, которого я вижу впервые.

Отличный апгрейд.

Лишь подойдя к месту, где стоял мужчина, который должен был вести церемонию, я увидела его.

Он был выше всех вокруг. Широкие плечи. Военная выправка. Тёмный камзол без лишнего лоска.

Я встала слева от него — и только тогда увидела лицо.

Будущий супруг так и не обернулся, пока я шла к алтарю.

Красивый.

В его лице не было ни капли свадебного волнения. Он смотрел на меня так, будто перед ним не невеста, а стратегическая точка на карте.

Наши взгляды встретились. Никакого восторга. Никакого раздражения. Он не притворялся. И я всё поняла. Для него, как и для меня, это шанс что-то изменить.

Я прожила всю жизнь в закрытом пространстве, даже не пытаясь вырваться на свободу. Работа, метро, дом — и всё по кругу.

Если я думала о том, что больше не хочу быть запертой в четырёх стенах, работая «на дядю», то он, похоже, думал о браке как о навязанном королём союзе.

Не первый договорной брак, который мне доводилось видеть. В прошлой жизни у нас работала девочка из посёлка недалеко от Кисловодска. У них подобные браки были нормой.

Но то, что норма для одного, далеко не всегда приемлемо для другого.

Священник — или кто он там был — говорил о священном союзе, о заботе, поддержке и исполнении долга. Какого долга — я так и не поняла.

Я же думала о том, что даже в прошлой жизни ни разу не стояла в свадебном платье.

А сейчас готова выйти замуж за нелюбимого и не любящего. Совершенно не похоже на меня.

Скоро прозвучит вопрос о согласии — и я скажу твёрдое: «Нет».

Вот только…

— Согласны ли вы…

— Согласен, — спокойно произнёс низкий мужской голос.

Я моргнула.

Он развернул меня к себе — и прежде, чем я успела что-либо сообразить, мне на палец уже надели кольцо.

Так, стоп. А у меня спросить? Я не согласна. Я стопроцентно и однозначно не согласна.

Вот только меня уже, взяв под локти, вели в покои.

Лиара Эстейн

А вот и новое тело героини. Бывшая хозяйка тела тихая, скромная, робкая и послушная.

Бывшая хозяйка тела, но не новая)))

Глава 3

А за окнами уже разворачивали столы. Я слышала всё. Гул голосов, смех, звон кубков, музыку. Пиршество начиналось.

Пиршество. На моей свадьбе. Без меня.

— Великолепно, — пробормотала я себе под нос.

Двери за спиной мягко закрылись, и я осталась одна.

Покои были погружены в тёплую полутьму. Свечи в кованых подсвечниках мерцали золотистыми огнями, отражаясь в бронзовых зеркалах. Стены — каменные, но закрытые тяжёлыми гобеленами с охотничьими сценами. Под ногами — густой тёмный ковёр, в который утопали шаги.

В центре комнаты — массивная кровать. Огромная. Почти устрашающая.

Четыре резные колонны, балдахин из плотного бархата тёмно-вишнёвого цвета, тяжёлые складки ткани спадали, как занавес в театре.

В соседнем помещении — ванная. Каменная купель, в которую уже налили воду. Пар поднимался тонкой дымкой. Рядом — кувшины с ароматными маслами, вышитые полотенца, серебряный таз.

Средневековая роскошь.

Дверь снова открылась. Та самая девушка — служанка, что затягивала корсет, — вошла тихо, неся на руках нечто воздушное. Она разложила на кровати пеньюар.

Шёлк. Кремовый, почти светящийся. Тонкая вышивка по краю, длинные прозрачные рукава, струящийся подол. Ткань переливалась в свете свечей, словно вода.

— Миледи, — произнесла она мягко.

Я провела пальцами по ткани. Она действительно была приятной — гладкой, прохладной.

И в этот момент предательски заурчал желудок. Громко.

Служанка сделала вид, что ничего не слышала. А я слышала всё. И музыку с улицы. И смех. И запах жареного мяса, доносящийся сквозь приоткрытое окно. Пир проходит на улице.

А невесту… не кормят?

— Что за безобразие? — вырвалось у меня. — А почему я не внизу?

Девушка подошла сзади и начала расшнуровывать корсет.

— Потому что лорд с утра должен покинуть замок, миледи. А король требует завершения свадебных обрядов сегодня.

Я кивала.

Кивала.

Кивала…

И вдруг в памяти вспыхнуло. Средневековье. Завершение брачного союза. Свидетели. Простыни. Обязанность.

Я резко дёрнулась, сбивая её руки.

— Вы свободны.

— Миледи, вы самостоятельно не сможете снять…

— Уходите, — повторила я уже жёстче.

Она замерла, поколебалась — и вышла.

Дверь закрылась. Я подошла к ней почти сразу.

Так. Как это закрывается? Замок был. Ключа — нет.

Я обшарила тумбочки, комод, полку у камина. Даже под подушкой проверила. Пусто.

— Замечательно, — прошипела я.

Тогда я сделала единственное, что пришло в голову. Взяла стул. Тяжёлый, резной, дубовый. Протащила к двери. Уперла спинкой под ручку, проверила.

Подёргала. Держится.

Я отступила на шаг, оценивая конструкцию.

— Гениально, — пробормотала, кивнув самой себе.

Улыбнулась. Может, не самая удачная невеста, но хотя бы изобретательная.

Я уже направилась к кровати, размышляя, как бы организовать себе хотя бы кусок хлеба, когда ручка двери резко дёрнулась.

Раз. Ещё раз.

Я замерла. Конструкция держалась. Я даже успела удовлетворённо улыбнуться.

И в следующий миг дверь взорвалась грохотом. Стул взмыл в воздух, ударился о стену и разлетелся в щепки.

Я застыла. В проёме, среди пыли и обломков, стоял мой новоиспечённый супруг.

Он медленно шагнул внутрь. И тихо, почти опасно произнёс:

— Мы, кажется, начали не с того.

Глава 4.

Впервые в жизни я испугалась.

В своём мире, в своём теле я никогда не сомневалась, что смогу дать затрещину любому, кто посмеет перейти границу. Я знала силу своих рук. Знала уверенность в голосе. Да и что уж скрывать — я адекватно себя оценивала.

Но это тело…

Тонкие запястья, узкие плечи, слабые мышцы. Хрупкость, которую не скрыть даже гордой осанкой. По сравнению с мужчиной, закрывающим почти весь дверной проём, я казалась игрушечной. Словно фарфоровая статуэтка, случайно поставленная перед хищником.

Мне нечего было противопоставить лорду. Поэтому я пересмотрела отношение к непозволительно огромной кровати. Прямо сейчас она была не символом брачной ночи — а спасительной пропастью между мной и новоиспечённым супругом.

— Я думаю, — начал он, медленно расстёгивая металлические пуговицы, схваченные кожаными крючками, — нам стоит обсудить кое-что.

Звук расстёгивающихся застёжек резал слух. Тяжёлый камзол полетел на софу. Мужчина закатал рукава, расстегнул две верхние пуговицы рубашки, обнажая крепкие предплечья, и шагнул внутрь комнаты.

Я судорожно соображала, куда бежать. К двери? Он перекроет путь. К окну? Второй этаж. Кричать? В этом доме никто не посмеет вмешаться.

— Наш брак…

— Я не хочу быть вашей женой, — выпалила я прежде, чем он успел закончить.

Слова вырвались резче, чем я планировала. Но если уж тонуть — то с прямой спиной.

Он не остановился. Казалось, даже не удивился.

— Ну, — спокойно произнёс он, — мы оба знаем, что выбора не было.

— Я бы отказалась от брака, если бы меня спросили.

Он ухмыльнулся.

— Никто не идёт против короля, дорогая. Никто.

Слово «дорогая» прозвучало без тепла. Просто констатация факта — почти как титул.

Кресло жалобно скрипнуло, когда он опустился в него, закинув ногу на ногу. В огне камина его лицо казалось жёстче. Чёткие скулы, холодные глаза, сдержанная сила во всём облике.

— Но я уверен, — продолжил он, — мы сможем обсудить условия, при которых все будут довольны.

Я едва не рассмеялась от нервного напряжения.

— Вы предлагаете мне торговаться? — спросила я тихо.

— Я предлагаю вам разумный разговор.

— После того как меня выдали за вас как вещь?

В его взгляде мелькнуло что-то — раздражение или уважение, я не поняла.

— Вы не вещь, — произнёс он ровно. — Вы политический союз.

— Это должно меня утешить?

Он изучал меня так пристально, будто пытался разглядеть что-то, чего я сама не видела.

— Условия, — повторил он мягче. — Нам обоим не нужна трагедия в первую же ночь.

— Вам не нужна, — поправила я. — Мне уже достаточно.

Его бровь едва заметно изогнулась.

— Вы считаете меня чудовищем?

Я сглотнула.

— Я вас не знаю.

— А должны?

— Я должна была хотя бы иметь право выбора.

В комнате стало тише. Даже огонь в камине будто притих.

— Вы смелы, — произнёс он наконец.

— Нет. Я просто загнана в угол.

Он склонил голову набок, изучая меня так пристально, что захотелось спрятаться. Или броситься вперёд первой — чтобы не ждать удара.

— Если бы вы были так беспомощны, как думаете, — медленно сказал он, — вы бы сейчас молчали.

Я вздёрнула подбородок.

— Не путайте отчаяние со смелостью.

Он хмыкнул. Тяжёлая тень упала на его лицо. Взгляд стал жёстче.

— Послушайте меня внимательно, — голос понизился. Не громче — глубже. — Этот брак — политический. Не романтический. Мне не нужна покорная овечка. И уж точно не нужна истерика.

— Тогда зачем я вам?

Вопрос вырвался раньше, чем я успела его остановить. Он замолчал.

И вот теперь — впервые — в его лице мелькнуло что-то настоящее. Что-то пугающе тёмное.

— Потому что король так решил.

— Это не ответ.

— Это единственный ответ, который имеет значение.

Я сжала пальцы в кулаки.

— А если я откажусь исполнять роль жены?

Он чуть подался вперёд. Медленно. Опасно.

— Тогда вам будет сложно.

— Это угроза?

— Это предупреждение.

Мы смотрели друг на друга, как два игрока перед первым ходом. Я чувствовала, как сердце гремит в груди. Как по спине стекает холодный пот. В чужом теле нарастала паника — не моя, а прежней хозяйки, будто она всё ещё жила в этих костях и знала, чем заканчиваются такие ночи.

Визуализация он

Лорд Рейнар Вальтер.

Глава 5

Мы выехали на рассвете, когда небо только начинало светлеть. Карета мягко покачивалась на неровной дороге, колёса глухо постукивали о камни. Этот размеренный звук неожиданно успокаивал.

Я сидела напротив него, сложив руки на коленях, и впервые позволила себе разглядеть мужа при дневном свете.

Лорд Рейнар Вальтер. Мой супруг.

В сером дорожном камзоле, без парадной выправки и без каминных теней он выглядел… более живым. Менее монументальным. Усталость легла тонкой тенью под глазами. Челюсть напряжена, будто он привык сдерживать больше, чем говорить. Взгляд — сосредоточенный, направленный не на меня, а куда-то сквозь пространство, словно он уже мысленно просчитывал следующий ход.

Мы почти не разговаривали.

Молчание между нами не было неловким — скорее осторожным. Два человека, вынужденных делить судьбу, но ещё не решивших, как именно это делать.

— До поместья около получаса, — произнёс он наконец.

Всего полчаса от замка. Хорошо это или плохо — я пока не понимала.

Кивнула, принимая к сведения информацию и отвернулась к окну.

Сначала мелькали поля — серые от утренней росы. Потом редкие дома с покосившимися крышами. Дорога стала неровной, карету слегка тряхнуло. Лес подступил ближе, тёмный, густой.

— Оно давно пустовало? — спросила я.

— Два года.

Два года тишины.

— Почему?

— Не было необходимости использовать его.

Коротко.

И снова я кивнула, принимая очередной ответ. Дом просто стоял и медленно умирал. Как всё, что лишают внимания.

Карета остановилась резко. Дверь почти сразу распахнулась, в проём ворвался прохладный воздух.

Кто-то протянул руку, предлагая помощь.

Я воспользовалась помощью и оказалась возле старика с идеальной осанкой.

— Добрый день, леди Вальтер. Я Фаус - старший управляющий поместья.

Леди Вальтер. По спине пробежал холодок.

Я уже подняла руку, чтобы подать ему руку, но вовремя вспомнила, что в этом мире другие обычаи и быстро переиграла, которое кивнув.

Поместье при первичной оценке, выглядело разорённым.

Каменное здание с высокой башней. Крыша местами потемнела от времени, словно выгорела под дождями и солнцем. Окна — целые, но мутные. Кованые ворота покосились. Двор зарос травой по колено.

Ничего сломанного.Уже хорошо.

Краем глаза увидела кусок сада, который начинался справа от входа. Он был полностью запущенным.

У меня внутри что-то дрогнуло.

— Здесь раньше выращивали ягоды? — спросила я тихо.

— Да, — ответил Фаус.

— И продавали?

— В столицу.

Мысль вспыхнула и тут же спряталась. К ней нужно будет вернуться. Позже.

Я развернулась к лорду Вальтеру. Он уже вышел из кареты и что-то коротко говорил кучеру.

— Сколько людей здесь осталось?

— Четверо слуг. Старший управляющий и двое работников. Остальные ушли.

Ну да, никто не остаётся в доме без будущего. Я снова посмотрела на поместье.

— Это теперь мой дом?

В карете он сказал, что довезёт меня и уедет по своим делам на неопределённый срок. «Дом ваш. Делайте в нём всё, что хотите».

Сказано было красиво, но все же я решила уточнить. Вдруг он пошутил, или просто хорохорился. Мужчины любят красиво говорить, потому что свято верят, что мы любим только слушать. Не знаю, как остальные, я оценивала людей по поступкам.

Рейнар выдержал мой взгляд.

— Да.

В этом «да» не было ни сомнения, ни снисходительности. Все, что мне было нужно.

— Тогда начнём.

Он подошёл ближе и предложил локоть. Я отказалась.

Стянула перчатки — тонкая кожа мягко скользнула с пальцев — и направилась к дому. Трава касалась подола платья, цеплялась за ткань.

— С чего? — услышала его голос, уже поднимаясь по каменным ступеням.

Я не обернулась.

— С еды.

Позади повисла пауза.

— Простите?

Он нагнал меня, прошёл вперёд и открыл дверь, пропуская внутрь. Воспитанный какой.

Я переступила порог. Внутри пахло холодным камнем, пылью и чем-то едва уловимо сладким — возможно, засохшими травами.

— Я вчера не ела, — произнесла я спокойно. — А сегодня собираюсь осматривать хозяйство. Делать это на пустой желудок — плохая стратегия.

Он смотрел на меня несколько секунд. Потом неожиданно кивнул. И улыбнулся — едва заметно, уголком губ.

— Разумно. Сначала завтрак.

Глава 6

Внутри дом оказался прохладным. Каменные стены ещё хранили ночной холод, словно не желали впускать в себя новое дыхание жизни. Воздух был плотным, чуть сыроватым, пах старым деревом, золой и временем.

Но мебель — добротная. Тяжёлые столы из тёмного дуба, стулья с резными спинками. Камин — чистый, рабочий. Полы — крепкие, не прогибающиеся под шагами.

Не развалина. Уже хорошо.

В столовой нас встретила пожилая женщина — сухая, с аккуратно убранными под чепец волосами и внимательными, настороженными глазами.

— Леди… — она поклонилась ниже, чем требовалось.

Я поймала её взгляд — и увидела страх. Не передо мной лично. Перед неизвестностью. Она не знала, какой хозяйкой я окажусь.

Понимаю, сама не любила перемены.

— Как вас зовут? — спросила я мягко.

Она будто не ожидала вопроса.

— Марта, миледи.

— Марта, — я чуть улыбнулась, — подайте, пожалуйста, завтрак. И… покажите мне кладовые позже.

Рейнар поднял на меня взгляд.

— Кладовые?

— Я хочу знать, чем мы располагаем.

Он ничего не ответил, но я чувствовала его внимание. Он не вмешивался. Просто наблюдал.

Завтрак оказался простым: свежий хлеб, чуть тёплый сыр, яйца, травяной отвар с лёгкой горчинкой. Без изысков, серебряных подносов и вычурной сервировки.

Сразу стало понятно — гости здесь бывают редко. А хозяин — почти никогда.

Я ела медленно, смакуя каждый кусок. Тело, пережившее страх и бессонную ночь, благодарно отзывалось на тепло еды.

Как мало человеку нужно для ощущения счастья.

Горячий хлеб. Спокойствие. Отсутствие принуждения, и…дом.

Когда я закончила, Рейнар задал вопрос, не отрываясь от бумаг, которые принёс Фаус.

— Вы действительно собираетесь заниматься этим домом?

— Я не собираюсь быть украшением на фоне обвалившегося сада.

Он поднял глаза.

— Это тяжёлая работа.

— Работа меня не пугает.

Его губы едва заметно дрогнули.

— Вы необычная.

— Я практичная.

Я поднялась из-за стола и обратилась к управляющему:

— Фаус, покажите мне сад, пожалуйста.

Он сделал шаг вперёд, но Рейнар остановил его лёгким движением руки и встал сам.

Я лишь пожала плечами. Мне по большому счету без разницы, кто покажет владения.

Мы вышли во двор.

Утреннее солнце уже поднялось выше, мягко подсвечивая заросли. Сад оказался больше, чем я ожидала. Кусты переплелись, ветви тянулись в разные стороны, словно искали опору. Где-то виднелись остатки ягод — тёмные, переспелые, осыпавшиеся в траву.

Тропинки исчезли под сорняками. Старые подпорки покосились. Но это было не мёртвое место.

Я шагнула вперёд. Провела пальцами по ветке. Листья — живые. Плотные. Земля — влажная, не пересохшая.

Кто-то всё же старался заботиться о нём. Несмотря на отсутствие хозяина.

Ветер тронул мои волосы. Я смотрела на запущенный сад — и внутри медленно разгоралось чувство, знакомое мне по прошлой жизни.

Проект.

Пространство, которое можно изменить. Выстроить. Оживить.

Дом требовал внимания. И раз уж судьба дала мне свободу — пусть вынужденную и в чужом теле, — я могу потратить её на создание уюта для себя.

Рейнар остановился в нескольких шагах.

— Леди, — произнёс он спокойно, — я вынужден вернуться к своим обязанностям.

Я моргнула.

— Завтра?

— Сегодня. В течение часа я отъеду.

Он смотрел прямо перед собой, словно сад его не касался. Он уже мысленно был в другом месте.

— Вы останетесь здесь. Поместье полностью в вашем распоряжении. Средства будут выделены.

В груди всё перемешалось. Облегчение — потому что он уезжает. Чувство безопасности — потому что он не забирает свободу. И странная, почти болезненная благодарность.

Он оставляет мне пространство.

— Благодарю за заботу и предоставленное право выбора, милорд, — сказала я тихо.

Его взгляд переместился на меня.

— Я не намерен стеснять вас, — добавил он. — Но прошу уведомлять обо всех возникающих сложностях. В конце концов, я несу за вас ответственность.

Я внимательно посмотрела на него.

— Вы действительно позволить мне обустроить все по своему желанию ?

— Да.

— Даже если я решу изменить здесь всё?

— Это ваш дом, — спокойно ответил он. — Буду благодарен, если вы не разрушите его. А так… делайте что считаете нужным.

Глава 7

Я ещё долго стояла, глядя на дорожку, по которой ушёл Рейнар.

Сад тихо шелестел листвой, будто вздохнул вместе со мной. Воздух пах сырой землёй и переспелыми ягодами. Где-то вдалеке скрипнули ворота.

— Ну что ж, — пробормотала я. — Леди Вальтер, пора работать.

Я опустила взгляд на свои ладони. Тонкие, чужие, но уже послушные. Сжала пальцы в кулак.

— Фаус, — позвала я, возвращаясь к дому. — Сколько земли относится к поместью?

Старик, словно ждал этого вопроса, появился почти сразу.

— Около пятидесяти акров, миледи. Поля за лесом, сад, небольшая пасека… и старая мельница, но она давно не используется.

Пасека. Мельница.

Я мысленно выстроила карту. Ресурсы — это всегда возможности.

— Сколько кустов ягод сохранилось?

Он удивлённо моргнул.

— Большинство. Они… крепкие. Просто заросли.

— Когда последний раз был урожай?

— Два года назад, миледи. Тогда отправляли в столицу три повозки.

Три повозки. Я посмотрела на сад по-новому.

— Нам нужны люди, — сказала я.

— Люди ушли, миледи. Без хозяина… — он осторожно подбирал слова. — Без будущего.

— Понимаю. Но скоро всё изменится.

Фаус посмотрел на меня внимательно.

— Вы намерены восстановить торговлю?

— Я намерена восстановить дом.

К обеду я уже знала больше, чем ожидала.

Кладовые оказались не пустыми. Запасы зерна — скромные, но достаточные. Сушёные травы, соленья, мёд. Старые бочки с вареньем — засахарившимся, но всё ещё ароматным.

Я прошлась по кухне, по служебным коридорам, по холодной комнате хранения. Отмечала в памяти, где течёт крыша, где сквозит, где нужно заменить ставни.

— Марта, — обратилась я к пожилой женщине, — сколько вы здесь служите?

— Двадцать лет, миледи.

— Вы помните, каким был сад в лучшие времена?

Её глаза впервые за день потеплели.

— Цветущим. Люди приезжали смотреть. А варенье… — она почти улыбнулась. — Лордова мать сама следила за рецептами.

Я задержала это в памяти.

— Значит, рецепты где-то должны быть.

Марта замерла, будто я предложила невозможное.

— Вы хотите… варить снова?

В её голосе было не недоумение — осторожная надежда.

Я медленно провела ладонью по краю старого дубового стола. Дерево было тёплым — несмотря на прохладу дома.

— Я хочу, чтобы через год о нашем саде снова говорили, — произнесла я спокойно. — Чтобы ягоды отсюда ждали в столице. Чтобы у людей появилась причина вернуться.

— Это потребует вложений, миледи. И времени.

— У меня есть и то, и другое.

Время — подаренное второй жизнью. Деньги, которые обещал оставить супруг, пусть и номинальный. И дом, который принадлежал мне.

Я подошла к полке с глиняными горшками, провела пальцами по крышке одной из бочек. Сахар кристаллами блестел на поверхности варенья. Я зачерпнула немного ложкой.

Сладко. Терпко. С живой кислинкой.

— Оно всё ещё хорошее, — заметила я.

— Мы старались не выбрасывать, — тихо ответила Марта. — Даже когда… — она запнулась. — Когда казалось, что уже незачем.

— Фаус, — позвала я.

Старик появился почти мгновенно, словно прислушивался к каждому звуку.

— Миледи?

— Сколько потребуется времени, чтобы привести в порядок хотя бы треть сада?

Он задумался.

— Если нанять людей… неделя на расчистку. Месяц — на полноценный уход. Урожай… если погода позволит, часть можно спасти.

Я кивнула.

— Значит, начинаем с расчистки. Завтра. Я хочу видеть список ближайших деревень и тех, кто раньше работал здесь.

Фаус прищурился.

— Вы уверены, что люди вернутся?

— Если им предложить хорошее жалование и стабильность — вернутся.

Я вспомнила свою прежнюю жизнь: работа, офис, бесконечные отчёты. Люди держатся не за стены — за уверенность.

— Мы будем платить честно. И вовремя, — добавила я. — И если потребуется — я сама выйду в сад.

Марта ахнула. Да, для этого мира, как подсказывала память, это было непозволительно. Но кого это волнует? Точно не меня.

— Да, Марта. Для спасения сада я готова работать наравне с другими.

А внутри себя подумала: “Этот дом будет жить. Даже если мне придётся поднять его своими руками”.

Фаус и Марта

Глава 8

Ноги гудели, будто я прошла не по саду, а по полю битвы. Спина ныла от непривычной нагрузки, ладони щипало от колючих ветвей. Платье цеплялось за кусты, подол испачкался землёй, а волосы, выбившиеся из причёски, липли к вискам.

Я стояла посреди сада, где рабочие начали расчищать первую тропинку. Слышался сухой звук секатора, треск ломаемых ветвей, тихие переговоры мужчин. Пахло зеленью, соком разрезанных стеблей и тёплой землёй.

Это было только начало.

Солнце клонилось к закату, окрашивая поместье в мягкое золото. Каменные стены больше не казались безжизненными — они словно впитывали свет. Башня не выглядела заброшенной.

Я подняла взгляд на окна второго этажа.

Я уже решила, что там будут мои покои. В спальне, которая значилась как «господские». Просторная комната с высоким потолком, двумя окнами на сад и тяжёлой резной кроватью. В ней ещё пахло пылью и застоявшимся воздухом, но я уже мысленно видела, как туда входит свет.

В груди вдруг кольнуло — неожиданно остро.

А если мой недосупруг вернётся?

Мысль всплыла внезапно. Он же хозяин. Это его поместье.

Я представила, как Рейнар поднимается по этим ступеням. Открывает дверь. Заходит в свою — теперь уже мою — спальню и…

Резко выдохнула.

Это не важно. У нас договорённости.

Он дал мне свободу. Я не нарушаю условий — он не нарушает обещание.

Я больше не та женщина, которая лежала на кухонном полу и жалела о несбывшемся «потом». Тогда я всё откладывала. «Потом запишусь на курсы». «Потом попробую открыть своё дело». «Потом займусь собой».

Теперь я буду делать всё, что хочу, здесь и сейчас. Моё «потом» уже наступило. И я не собираюсь откладывать его из-за страхов, которых в прошлой жизни было слишком много. Я буду брать всё здесь и сейчас.

Я развернулась к дому.

— Завтра начнём с левой стороны сада, — сказала я Фаусу. — И мне нужен список ближайших деревень, которые закупали ягоды. А ещё — информация по конкурентам. Надо узнать, кто забрал рынок и насколько они хороши. Что предлагают и за какую цену.

Фаус замер, будто я внезапно заговорила на другом языке.

— Конкурентов?.. — осторожно переспросил он.

— Да. Если мы хотим вернуться на рынок, нужно понимать, куда возвращаться.

Старик смотрел на меня с уважением, смешанным с тревогой.

— Вы уверены, миледи? Обычно этим занимаются господа, а их леди… — он запнулся, увидев мой настрой.

Я перевела взгляд на линию горизонта.

Фиктивный муж сказал, что в деньгах нужды не будет. Раз эта проблема решена, я сфокусируюсь на том, что действительно важно.

Продукт.

Качество.

Сотрудники.

Клиенты.

Конкуренты.

В моей голове уже зрел план.

Очистить ряды. Переподвязать ветви. Установить чёткий график сбора. Отобрать лучшие ягоды отдельно. Варенье — по старым рецептам, но с улучшенной упаковкой. Найти покупателей.

Если раньше ягоды пользовались спросом, нужно понять, какая ситуация на рынке сейчас.

Два года — достаточный срок, чтобы кто-то занял нишу. И если занял — значит, делает это либо хорошо, либо просто оказался в нужное время.

Мне катастрофически не хватает информации.

— Абсолютно, — ответила я.

У меня есть статус. Земля. Полчаса до города. И ни одного человека, который будет мешать.

Свобода — редкий ресурс. Я не собиралась тратить её на сомнения.

Но сначала:

— Лорд Вальтер выделил деньги?

Фаус тут же закивал, широко улыбаясь.

— Да, миледи. Он оставил вексели. Сказал, что вы можете вписывать любые суммы.

Вот это щедрость.

— Тогда начнём утро с посещения банка. Подготовьте к завтраку список необходимых продуктов и инструментов для садовых работ.

— Как скажете, миледи.

Он склонился так низко, что я услышала хруст его спины.

— Фаус, когда мы одни, можете просто кивать. Незачем кланяться в пол.

— Разве так можно? — ответил старик, едва не склоняясь ещё ниже.

Я, будучи молодой, готова была взвыть от того, как сильно ныла спина. Что уж говорить о нём.

— Очень даже можно.

Дальнейшие рассуждения о моём статусе я слушать не стала. Меня ждала тёплая ванна и мягкая постель.

Завтра будет длинный день. И к нему нужно подготовиться. И мне, и старшему управляющему.

Глава 9

Утро встретило меня болью.

Я проснулась ещё до рассвета, и первое, что почувствовала, — тело больше мне не принадлежит. Каждая мышца ныла так, будто я не ветви подвязывала, а таскала каменные глыбы. Плечи горели, ладони пульсировали, спина отзывалась тупой тянущей болью при малейшем движении.

Прекрасно.

Я медленно села на кровати и позволила себе ровно три секунды слабости. Только три. Потом выпрямилась.

Боль — это временно. Авторитет — нет.

Благодаря хорошим управленцам, с которыми мне довелось работать в прошлой жизни, я знала простую истину: стоит показать слабость — и коллектив начинает рассыпаться. Сначала жалобы. Потом усталость. Потом: «А зачем нам стараться, если директор сама не работает, сомневается, не вовлечена?»

Такой роскоши я позволить себе не могла.

Я умылась холодной водой, сжала зубы, когда мышцы протестующе заныли, и оделась в строгое дорожное платье. Волосы собрала выше обычного — чтобы ни одна прядь не падала в лицо.

В столовой меня ждал ранний завтрак. Я ела спокойно, размеренно, не подавая вида, что каждая клеточка тела болит. Думала, что прекрасно справляюсь со своей задачей, но оказалось, что Фаус наблюдал за мной слишком внимательно.

— Миледи… вы хорошо себя чувствуете?

— Прекрасно, — ответила я, отпивая травяной настой. — Сегодня нам предстоит продуктивный день.

Он кивнул, но тревога в его взгляде не исчезла.

Собрав документы, я направилась к карете. Небольшая кожаная сумочка тонкой верёвочкой крепилась к запястью. Внутри — бумаги, которые оставил лорд Вальтер, векселя и список покупок. Только нужное и ничего лишнего.

Рейнар дал мне свободу и ресурсы. Я намерена использовать их грамотно.

Фаус уже стоял у кареты и по привычке направлялся к козлам рядом с кучером.

— Фаус, — остановила я его.

Он обернулся.

— Вы едете со мной.

— Миледи… — он смутился. — Управляющему не подобает…

— Вы не простой управляющий, — перебила я спокойно. — Вы старший управляющий. И представляете поместье наравне со мной.

Он застыл.

— Прошу в карету.

Старик неловко забрался внутрь и буквально вжался в дальний угол, будто нарушал древний запрет.

Я поправила юбку и раскрыла список.

К счастью, Фаус подготовил всё тщательно: от серы для обработки растений до инструментов для сада, от бочек до ткани для мешков.

Я несколько раз пробежала глазами по пунктам.

— Мне потребуется ваше профессиональное мнение по поводу закупок, — сказала я.

— Как прикажете, миледи, — тихо ответил он.

Он был воспитан старыми порядками. Для него сидеть рядом со мной — почти кощунство. Но если я хочу изменить дом, придётся менять и правила. Потому что следовать правилам, которым обучалась прежняя хозяйка тела, я не спешила. Быть молчаливой овечкой — не моё.

Неожиданно карета качнулась. Она остановилась так резко, что меня тряхнуло вперёд.

— Вы в порядке? — Фаус мгновенно оказался рядом, поддерживая меня за локоть.

И вот как не ценить таких людей?

— В порядке, — кивнула я в ответ. — Что произошло?

Я распахнула дверцу прежде, чем он успел спрыгнуть и подать руку. Не до нежностей.

Снаружи стоял всадник.

Мужчина в мундире. Довольно красивый. Светлые длинные волосы развевались на ветру, черты лица резкие, породистые. Но выражение — надменное, холодное, привычное к подчинению.

От него веяло властью. И проблемами.

— Кто такая? Куда путь держите? — произнёс он лениво, но в голосе звучала сталь.

Отлично. Очередной служивый.

Местный ГИБДДшник, что ли? — пронеслось в голове.

Я шагнула вперёд.

— Леди Лиара Эст… — а нет, я больше не Эстейн. — Леди Лиара Вальтер.

Он медленно оглядел меня с головы до ног. Мне это не понравилось.

— Да неужели? — протянул он.

Глава 10

В его голосе не было ни удивления, ни почтения. Только холодное любопытство. И ещё что-то — едва уловимое, почти насмешливое.

Фаус за моей спиной шумно втянул воздух.

Мужчина спешился. Подошёл ближе. Теперь я могла рассмотреть его лучше.

Он стоял напротив меня так близко, что я чувствовала тепло его тела, лёгкий запах кожи и металла. Высокий. Широкоплечий. Светлые волосы чуть ниже плеч были частично собраны сзади, но несколько прядей лежали вдоль скул, подчёркивая чёткие, почти скульптурные черты лица.

Очень красивый.

— Вы сомневаетесь? — спросила я ровно.

Он медленно обвёл взглядом моё дорожное платье — строгое, тёмно-синее, с аккуратной вышивкой по вороту. Ни одного выбившегося локона. Ни единой складки не на месте.

— Я сомневаюсь во многом, леди Вальтер, — ответил он. — Например, в том, что хозяйка заброшенного поместья так уверенно выходит из кареты и держит путь в город.

— Поместье больше не заброшено.

— Да? — его губы едва заметно дрогнули. — И что же изменилось?

— Я.

Пауза.

Где-то за спиной фыркнула лошадь. Листья тихо зашелестели под порывом ветра. Фаус стоял чуть позади, напряжённый, будто готовился прикрыть меня собственным телом.

Мужчина шагнул ближе.

— Вы понимаете, что этот участок контролируется короной?

— Теперь понимаю.

Он усмехнулся. Чуть прищурился.

Ветер трепал подол моего платья. Я чувствовала, как внутри поднимается раздражение. Не страх, а именно раздражение.

— И что любые поставки в город проходят через проверку?

— Именно поэтому я и еду в город. Чтобы всё выяснить и найти законные пути.

Его глаза сузились.

— Смелость — редкое качество.

— Не путайте смелость с компетентностью и здравым смыслом.

Он тихо усмехнулся.

— Вы говорите так, будто привыкли управлять.

— Привыкла.

— Мужчиной?

— Процессами.

На мгновение его взгляд изменился. Стал тяжелее.

— Представьтесь, — сказала я. — Или это незаконное требование с моей стороны?

Он чуть приподнял бровь.

— Вы не знаете, кто я?

— Нет.

— И всё равно разговариваете со мной так?

— А как, по-вашему, я должна разговаривать?

Он выдержал паузу, словно смакуя момент.

— Капитан Адерик Лоран, — произнёс наконец. — Представитель военного ведомства на этом участке.

Капитан. Прекрасно.

— Очень приятно, капитан Лоран, — ответила я спокойно. — Теперь, когда формальности соблюдены, могу ли я продолжить путь?

Он не сдвинулся.

— С какой целью вы направляетесь в город?

— Закупки. Инструменты. Материалы. Рабочие договоры. Планирую восстановление сада.

— Восстановление? — он медленно повторил слово. — Ради чего?

— Ради прибыли.

Его губы растянулись в лёгкой улыбке.

— Довольно честно.

— А вы ожидали романтический ответ?

— Обычно леди отвечают иначе.

Тишина. Я понимала, что перегибаю палку и что леди этого мира не вступают в открытую конфронтацию. Тем более с представителями сильного пола. Да ещё и государственными служащими. Но отступать было уже поздно.

Я чувствовала, как внутри поднимается знакомое ощущение — азарт.

Игра, в которой все всё понимают, но продолжают ходить вокруг да около в ожидании того, что оппонент начнёт первым.

— Вы понимаете, — произнёс он уже мягче, — что рынок в городе за два года заняли другие поставщики?

Не выдержала душа поэта. Отлично. Первый раунд за мной.

— Предполагаю.

— Они не будут рады вашему возвращению.

— Это их проблема.

Он чуть склонил голову.

— Вы так уверены?

— Уверенность — мой основной инструмент.

Его глаза скользнули по моему лицу.

— Интересно, — сказал он тихо. — Очень интересно.

— Дорога, капитан.

Он шагнул в сторону.

— Сегодня я позволю вам проехать.

— Позволите?

— Не привыкайте к беспрепятственному движению, леди Вальтер.

Я сделала шаг к карете, но остановилась.

— Капитан.

Он посмотрел на меня.

— Если вы намерены мешать мне в восстановлении поместья — делайте это открыто.

Его взгляд стал холоднее.

— А вы не боитесь последствий?

— У меня ничего нет. Мне нечего терять.

Пауза.

— Мы ещё увидимся, — произнёс он.

— Несомненно.

Я поднялась в карету, не дожидаясь помощи. Дверца закрылась. Колёса тронулись.

Фаус выдохнул так громко, что я едва не улыбнулась.

— Миледи… — начал он.

— Всё в порядке.

Но это было не совсем так.

Я смотрела в окно на удаляющуюся фигуру капитана Лорана, подсчитывая убытки, которые мне придётся понести в будущем. А в том, что придётся, я не сомневалась.

Глава 11

Город встретил нас далёким гулом голосов, будто где-то впереди перекатывалось море. Потом — запахами: дымом, хлебом, кожей, горячим железом. И только когда карета въехала на широкую улицу, я поняла, насколько много движения в мире, который казался мне отсталым после столичной суеты будущего.

Сотни людей. Лорды и леди, вышедшие на прогулку, служащие, женщины с корзинами цветов, желающие продать их влюблённым, мальчишки с бегающими глазами, солдаты у ворот лавок.

И если в поместье всё ещё было похоже на старую фотографию, то здесь жизнь текла бурным потоком.

Карета остановилась у аккуратного ряда лавок с витринами. Стёкла блестели, вывески были выкрашены свежей краской, у дверей стояли мальчики-слуги.

Фаус кашлянул.

— Миледи… это торговый квартал.

— Вижу.

Я вышла из кареты.

Внутри всё мгновенно включилось. Старые привычки из прошлой жизни: наблюдать, анализировать, сравнивать.

Кто покупает.

Кто продаёт.

Где деньги.

Мы зашли в первую лавку. Там продавали садовые инструменты. Красивые, аккуратно разложенные, с латунными ручками и полированными лезвиями.

Цены — соответствующие.

Я прошлась вдоль витрины.

— Добрый день, — сказала я продавцу.

Он поклонился.

— Чем могу помочь, миледи?

Я назвала несколько позиций.

Он начал доставать товар, но при этом его взгляд скользил по моему платью, по обуви, по сумке.

И в этом взгляде было что-то неприятное. Словно я с пятьюдесятью рублями в кармане зашла в ГУМ и прошу показать мне Louis Vuitton. Он уже решил, что я ничего не куплю.

Мы вышли через несколько минут.

Во второй лавке всё повторилось. И в третьей. Я молча шла по улице, чувствуя, как внутри начинает закипать знакомое раздражение. В прошлой жизни я знала этот взгляд.

«Она просто смотрит».

«Она не клиент».

«Она не наш уровень».

Я остановилась.

Фаус чуть не налетел на меня.

— Миледи?

Я повернулась к нему.

— Фаус… а где здесь базар?

Он замер.

— Леди… вы хотите на рынок?

— Да.

Он растерялся.

— Но… это место для…

— Для людей, которые реально работают? — закончила я.

Фаус опустил взгляд.

— Если вы прикажете…

— Я не приказываю. Я прошу показать мне, где продают товар, при покупке которого на меня не будут смотреть как на статус в обществе.

Он кивнул.

И через десять минут мы были на рынке.

Это место было другим.

Большая площадь кипела жизнью. Прилавки тянулись рядами. Где-то продавали овощи, где-то ткани, где-то мешки с зерном. Воздух был наполнен криками торговцев, смехом, запахом хлеба и пряностей.

— Овощи! Свежие овощи!

— Мёд! Настоящий мёд!

— Гвозди! Лучшие в столице!

Я остановилась посреди площади и улыбнулась.

Вот он.

Настоящий рынок.

— Миледи… — осторожно сказал Фаус.

— Спокойно.

Я уже шла вдоль рядов. Цены здесь были другими. Не кусались.

Я купила часть инструментов для сада. Ничего лишнего — только то, что можно было позволить себе на те деньги, которые остались у меня от опекунов прежней хозяйки тела.

Лопаты. Секаторы. Мешки для сбора. Я лично проверяла металл, вес, баланс. Торговцы сначала смотрели с удивлением. Потом — с уважением. Я остановилась у прилавка с мешками удобрений. Торговец был широкоплечим мужчиной лет сорока.

— Откуда товар?

— С северных полей, миледи.

Я кивнула.

— Если я куплю больше, сможете доставить?

Он задумался.

— Смотря сколько.

— Пятьдесят мешков.

Он присвистнул.

— Для чего?

— Для сада.

— Большой сад?

— Пятьдесят акров.

Его взгляд изменился.

— Это где?

— Поместье Вальтер.

Он мгновение смотрел на меня.

— Заброшенное?

— Уже нет.

Казалось, эта новость привела его в восторг. Мы заключили устную договорённость.

Глава 12

Старший банкир остановился возле моего стола.

Высокий, сухой, с идеально уложенными волосами и холодными, внимательными глазами. Его костюм сидел безупречно, будто каждая складка была вымерена линейкой.

Он слегка склонил голову.

— Леди Вальтер. Для меня честь приветствовать вас, — его голос был мягким, вежливым. — Рад видеть вас в нашем банке.

Я молча кивнула.

— До нас уже дошли новости, — продолжил он. — Что лорд Рейнар Вальтер наконец остепенился и избрал себе спутницу жизни. И, конечно, при мудром содействии нашего короля.

Он произнёс это с таким благоговением, будто речь шла о святом. Я еле сдержалась, чтобы не закатить глаза.

— Его величество всегда проявляет исключительную заботу о благополучии своих подданных.

Я едва заметно улыбнулась.

— Несомненно.

Он аккуратно положил перед собой мои векселя.

— Однако, леди Вальтер… — его голос стал чуть строже. — У нас возникла небольшая проблема.

Я спокойно посмотрела на бумаги.

— Какая именно?

— На векселях не указана сумма.

Он поднял на меня взгляд. Я чуть откинулась на спинку стула.

— Разумеется.

Он ждал.

— Мой супруг, — сказала я ровно, — проявил щедрость и позволил мне распоряжаться нашими финансами на своё усмотрение. Векселя оставлены пустыми именно для того, чтобы я могла вписать необходимую сумму.

Я наклонила голову.

— Есть с этим какие-то сложности?

Пауза. Банкир сцепил пальцы.

— К сожалению, да.

Я медленно моргнула.

— Без внесённой суммы документ считается недействительным.

Тишина в зале словно стала гуще.

— Кроме того, — продолжил он, — лорд Вальтер не явился в банк лично и не уведомил нас о том, что позволяет вам распоряжаться своими средствами.

Он чуть развёл руками.

— Поэтому, боюсь, мы не можем выдать вам деньги.

Я почувствовала, как в груди что-то холодеет.

— То есть… как?

— Документа недостаточно, — он говорил всё так же спокойно. — Лорд Вальтер должен явиться лично и подтвердить полномочия.

Я наклонилась вперёд.

— К сожалению, он сейчас отсутствует.

— Понимаю.

— И вы хотите сказать, что я не могу получить деньги?

— Боюсь, что так.

Он выдержал паузу.

— Хорошо, — сказала я после секунды молчания. — Верните мне векселя. Когда лорд Вальтер вернётся, я попрошу его сопроводить меня.

Банкир не двинулся. Я нахмурилась.

— Верните.

Он медленно взял бумаги. И… убрал их за спину.

— Этого я тоже сделать не могу.

Несколько секунд я просто смотрела на него.

— Простите?

— Вы принесли векселя в банк, леди Вальтер, — его голос оставался безупречно вежливым. — И до выяснения обстоятельств они будут храниться у нас.

Моё сердце ударило сильнее.

— Подождите, — я медленно поднялась. — Вы что… думаете…

Слова застряли. Он слегка опустил взгляд.

— Я не смею делать никаких предположений.

Я почувствовала, как щеки начинают гореть.

— Вы думаете, что я… — голос стал тише. — Украла их у собственного мужа?

В зале стало так тихо, что было слышно, как кто-то перелистывает бумаги за соседним столом.

— Я не делаю выводов, — ответил банкир. — Всё, что я могу, — это сохранить векселя в банке до тех пор, пока лорд Вальтер не явится лично.

Я не помнила, чтобы когда-либо в жизни меня так оскорбляли.

Выпрямилась. Подняла голову.

— Да как вы смеете!

Мой голос прозвучал холодно и звонко. Я развернулась.

И больше не сказала ни слова.

Каблуки стучали по мраморному полу.

Цок.

Цок.

Цок.

Я чувствовала взгляды, слышала шёпот, но не остановилась.

Двери банка распахнулись. Свет улицы ударил в глаза. Фаус уже стоял у кареты. Он открыл дверцу. Я поднялась внутрь, села.

Через секунду он осторожно забрался следом. Дверца закрылась.

— Трогай, — тихо сказал он кучеру.

Карета тронулась.

И только тогда я поняла, что меня трясёт. Щёки горели. В груди было так тесно, будто воздух закончился. Руки дрожали.

Глава 13

Карета катилась по шумной улице, но я почти не слышала города. Только собственное дыхание и глухой, размеренный стук колёс о каменную мостовую.

Фаус сидел напротив, почти неподвижно, будто боялся лишним словом нарушить хрупкое равновесие, которое повисло между нами после банка. Старик смотрел на меня исподлобья, украдкой, словно пытался понять — сломалась ли его новая хозяйка или наоборот.

Я смотрела в окно.

Люди проходили мимо, торговцы выкрикивали цены. Город жил своей жизнью. А я заставляла себя дышать медленно.

Слёзы высохли. Щёки всё ещё горели — от унижения, от злости, от воспоминания о холодном лице банкира. Но внутри постепенно возвращалось то самое состояние, которое много раз спасало меня в прошлой жизни.

Холодная ясность. Когда эмоции отступают, и остаётся только расчёт. Проблема — это просто задача. А любая задача имеет решение.

Я выпрямилась.

— Фаус.

Он мгновенно поднял голову.

— Да, миледи?

— Мы возвращаемся на рынок.

Он моргнул, словно не сразу понял смысл моих слов.

— На… рынок?

— Да.

Он осторожно уточнил:

— Не домой?

Я покачала головой.

— Домой мы поедем тогда, когда я найду деньги.

Фаус несколько секунд молчал. На его лице медленно появилось выражение уважительного удивления.

Потом он тихо сказал кучеру:

— Поворачивай назад.

Карета свернула с улицы, и уже через несколько минут снова влилась в шумную рыночную площадь.

Я вышла из кареты и глубоко вдохнула.

— Миледи… — осторожно начал Фаус.

— Спокойно, — сказала я.

И пошла между рядами. Тот самый торговец удобрениями заметил меня первым.

— А! Леди с большим садом!

Он широко улыбнулся.

— Уже решили покупать?

Я остановилась у его прилавка.

— Решила.

Он довольно потер руки.

— И сколько мешков вы всё же решили взять?

— Пятьдесят.

Его улыбка стала шире.

— Прекрасно.

Я спокойно добавила:

— Но платить сейчас я не буду.

Он замер.

— Простите?

Я смотрела на него спокойно, не отводя взгляда.

— Я заплачу после урожая.

Пауза. Толпа вокруг продолжала шуметь, но между нами вдруг повисла тишина. Он медленно выпрямился.

— Миледи… вы предлагаете мне ждать?

— Я предлагаю вам заработать.

Он нахмурился.

— Это как?

Я положила руки на край прилавка и чуть наклонилась вперёд.

— Вы даёте мне удобрения сейчас. Я выращиваю урожай. Через три месяца вы получаете деньги… и процент.

Он прищурился.

— Процент?

— Десять.

Он присвистнул.

— Щедро.

— Справедливо.

Он почесал бороду.

— А если урожая не будет?

— Тогда вы потеряете удобрения.

Я не отвела взгляд.

— Риск.

Он внимательно смотрел на меня.

— Напомните ещё раз, сколько у вас земли?

— Пятьдесят акров.

Он снова присвистнул.

— Это серьёзно.

Я спокойно добавила:

— И я собираюсь вернуть поместье Вальтер на рынок.

Торговец смотрел на меня несколько секунд. А потом вдруг протянул руку.

— Договорились.

Я пожала её.

Фаус рядом тихо выдохнул, будто только сейчас позволил себе дышать.

— Миледи…

Но я уже шла дальше.

Следующим оказался продавец бочек. Потом — кузнец. Потом — торговец мешками.

Каждый разговор начинался одинаково. Удивление. Сомнение. Иногда — смех.

— Урожай ещё не вырос, а деньги уже тратите?

— Кто вам поверит?

— А если вы исчезнете?

Но заканчивался каждый разговор одинаково.Рукопожатием.

Потому что я говорила спокойно и сдержано. Как человек, который знает, что делает.

Глава 14

Я уже не чувствовала спину. Точнее — чувствовала, но где-то далеко, будто она принадлежала кому-то другому. Третья свеча медленно оплывала воском, освещая стол, заваленный бумагами. Счета. Записи. Пожелтевшие листы. Аккуратные столбцы цифр.

Я сидела, подперев щёку рукой, и в очередной раз перелистывала бухгалтерскую книгу.

Как же удивительно устроена жизнь. В прошлой жизни я управляла магазином. Закупки, поставщики, расходы, зарплаты, инвентаризация.

Тогда мне казалось, что это предел скуки. А сейчас… Сейчас эти знания буквально спасали мне жизнь.

Я тихо вздохнула и перевернула страницу.

Чуть раньше, как только мы вернулись с рынка, я прошлась по кухне. Открыла кладовые, осмотрела полки. Подсчитала мешки с мукой, бочки с крупой, сушёные травы, пару голов сыра.

Запасы были… скромные. Не катастрофа, но и не роскошь.

После этого я позвала Фауса.

— Как оплачивается работа прислуги?

Старик сначала удивился вопросу. Потом спокойно ответил:

— Лорд ежемесячно присылает деньги, миледи.

— Кому?

— Мне.

Я удовлетворенно кивнула.

— И что вы с ними делаете?

Он слегка покраснел.

— Распределяю.

Фаус управлял домом. Он рассчитывал необходимое количество продуктов на месяц, закупал всё нужное, следил за запасами. И он же производил оплату за работу.

Когда я это услышала, во мне сразу проснулся профессиональный рефлекс.

— Покажите документы.

Он моргнул.

— Какие именно?

— Все.

И в тот момент я вдруг вспомнила, что нахожусь не в своём мире. Здесь нет бухгалтерии, нет отчётности, нет палочек-выручалочек всех руководителей — таблиц Excel.

Но Фаус снова меня удивил. Через полчаса он вошёл в кабинет с аккуратно перевязанными стопками документов.

Старик вёл всю документацию. Очень подробно. Отчитывался за всё — до последнего медяка.

Я тихо бормотала цифры, когда Фаус неожиданно положил на стол небольшой мешочек.

— Всё, что осталось до конца месяца, миледи.

— Что? — не сразу поняла я, о чём говорит старший управляющий.

— Деньги. — Он смутился. — Лорд сказал, что оставил вам векселя. Теперь платить будете вы. Но у меня осталось с прошлого месяца…

Я почувствовала, как в груди что-то болезненно сжалось. Чуть не расплакалась снова.

— Заберите их.

Он растерялся.

— Миледи?

— Продолжайте управлять домом, как раньше. — Я посмотрела на бухгалтерскую книгу. — У вас хорошо получается.

Перед уходом, он поклонился так низко, что я испугалась за его спину.

— Благодарю, миледи.

Я перевернула ещё одну страницу.

— Так… мука… масло… свечи…

Если с садом вопрос решён — поставщики есть, инструменты есть, удобрения будут.

То дом — это отдельная история. Нужны были продукты для всех проживающих. И для тех, кого я планировала нанять. Нужны свечи, дрова. А ещё дом нуждался в ремонте.

И на всё это нужны деньги.

Я вздохнула и потёрла виски.

— Значит, будем выкручиваться.

Свеча тихо треснула, и в этот момент в дверь постучали.

— Да.

Дверь тихо скрипнула.

Надо будет смазать петли, — машинально пронеслось в голове.

Марта вошла в кабинет. В руках у неё был поднос.

— Миледи, вы не ужинали.

Я посмотрела на часы на стене. И только тогда поняла: стрелки показывали почти одиннадцать.

— Как поздно…

Она подошла к столу и начала расставлять блюда. Суп, хлеб, небольшая тарелка с тушёным мясом.

— Поздно, госпожа, — строго сказала она. — А у вас с утра во рту ни росинки.

Я устало улыбнулась. Как же странно, когда о тебе заботятся. Непривычно.

Марта внимательно посмотрела на меня.

— Миледи… — она прищурилась. — Вы точь-в-точь как господин.

Я подняла бровь.

— Простите?

— Он тоже так делал.

— Как?

— Садился за бумаги… и забывал о времени.

Я моргнула. Такого сравнения точно не ожидала.

Марта кивнула, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— До смерти матери он был таким же.

Я медленно отложила перо.

Глава 15

Свеча тихо затрещала. Тень от её пламени качнулась по стене, будто сама комната прислушивалась к словам Марты.

— Господин раньше был более улыбчивым, — продолжила она. — Но после похорон он будто… закрылся.

Я молчала, ожидая продолжения. Марта на мгновение опустила взгляд на стол, словно собираясь с мыслями.

— Они с госпожой были очень близки. Несмотря на то, что её супруг рано ушёл из жизни, леди Аурелия больше не вышла замуж. Всё своё время она посвятила воспитанию сына и ягодному саду.

Она кивнула в сторону окна, за которым темнел вечерний сад.

— Видели бы вы, каким было это поместье в лучшие годы… Люди приезжали из города только чтобы посмотреть на сад. А варенье… — она чуть улыбнулась. — Его даже в столице ждали.

Марта подтолкнула ко мне тарелку.

— Вы кушайте, кушайте.

Я взяла ложку и принялась за суп, рассчитывая, что она продолжит. И действительно — через пару мгновений её голос снова зазвучал.

— Она сгорела за три месяца. Никто не смог помочь. Ни лекари, ни молитвы… Лорд уехал сразу после похорон.

— Куда? — тихо спросила я.

— В столицу. Потом в армию.

Она пожала плечами.

— С тех пор он почти не бывает дома. Приезжает иногда — узнать, всё ли ещё работает. И уезжает. — Марта тяжело вздохнула. — Я думаю, он забросит поместье, как только мы покинем его.

Я медленно отодвинула опустевшую тарелку. Желудок благодарно отозвался теплом, и только теперь я поняла, насколько была голодна.

Пальцы машинально коснулись края бухгалтерской книги.

Интересно. Очень интересно.

Я подняла голову.

— А сад?

Марта грустно улыбнулась.

— Сад был гордостью лорда Рейнара. Он сам планировал посадки. Ездил в другие поместья, смотрел, как выращивают ягоды. Выписывал новые сорта.

Она на секунду оживилась, будто снова увидела те годы.

— Он наладил поставки в столицу. А потом говорил, что сможет выйти и на международный рынок.

Я приподняла брови и тихо спросила:

— И он всё это забросил после её смерти?

— Да.

Марта указала на окно.

— Вон там… где сейчас заросли. Там раньше были лучшие кусты в округе.

Я посмотрела в темноту сада. Сквозь стекло виднелись лишь размытые силуэты ветвей.

Когда-то здесь была жизнь, работали люди. А сейчас поместье умирает.

Я медленно закрыла бухгалтерскую книгу.

— Значит…

Марта подняла глаза.

— Да, миледи?

Я улыбнулась.

— Значит, во имя памяти леди Аурелии мы возродим сад. И вернёмся на рынок.

Свеча тихо дрогнула. По щекам Марты скатилась слеза.

— Вы думаете… мы сможем?

Мы. Это слово отозвалось во мне неожиданным теплом.

Не вы, не госпожа, не хозяйка. Мы.

Я посмотрела на женщину внимательнее. На её натруженные руки, на усталые глаза, на осторожную надежду, которая вдруг появилась в её взгляде.

Удивительно, как преданы люди, живущие в этом доме, своим работодателям и делу их жизни.

И вдруг я поняла — этот сад нужен не только мне. Он нужен им.

— Мы должны, — ответила я честно.

Потому что если мы не справимся — этот дом умрёт окончательно.

Я встала и подошла к окну. Ночной воздух просачивался сквозь щель в раме, пахнул сырой землёй и листьями.

Там, в темноте, скрывался сад. Ну что ж, раз нельзя нанять и прокормить больше людей… будем справляться собственными силами.

Я повернулась к ней и уверенно сообщила.

— Придётся засучить рукава.

Глава 16

Проснулась я ещё до рассвета. Сначала даже не поняла почему. В комнате было тихо, темно, только где-то за окном тихо шуршали листья. Но потом я почувствовала — тело.

Каждая мышца отзывалась тянущей болью. Плечи. Спина. Руки. Я медленно повернулась на бок и тихо выдохнула.

— Прекрасно… — пробормотала я.

Похоже, позавчерашний день в саду и вчерашняя дорога решили напомнить о себе.

В прошлой жизни я тоже работала много. Но давно доросла до того уровня, когда работа в основном состояла из компьютеров, документов, совещаний и бесконечных отчётов.

А здесь — кусты, земля и секатор. Я села на кровати и осторожно размяла пальцы. За окном начинал светлеть горизонт. Нет времени себя жалеть.

Быстро оделась. Выбрала самое простое платье — тёмное, плотное, которое не жалко испачкать. Волосы подняла высоко и закрепила шпильками так, чтобы ни одна прядь не выбивалась.

Хорошо, что я росла в то время, когда люди ещё не забыли, как ими пользоваться.

Когда я спустилась вниз, дом ещё спал. Только из кухни тянулся запах свежего хлеба.

Марта уже была там. Она повернулась ко мне и удивлённо приподняла брови.

— Миледи? Так рано?

— Доброе утро, Марта.

Она быстро вытерла руки о передник.

— Вам стоило ещё отдохнуть.

— Не сегодня.

Я подошла к столу.

— Завтрак есть?

Она тут же поставила передо мной тарелку с кашей и кружку горячего травяного настоя.

— Есть, конечно.

Я начала есть быстро, почти жадно. Вчерашний день напомнил одну простую вещь — работать на голодный желудок плохая идея.

Марта наблюдала за мной с лёгкой улыбкой.

— Вы правда пойдёте в сад?

— Конечно.

— Но…

Она замялась.

— Леди обычно не работают руками.

Я усмехнулась.

— Значит, будем менять традиции.

Через десять минут я уже стояла во дворе.

Утро было прохладным. Земля ещё хранила ночную влагу, и воздух пах свежестью. Сад выглядел… диким. Кусты переплелись ветвями, тропинки заросли травой, подпорки перекосились.

Но теперь, когда я смотрела на него, в голове уже не было слова «разруха». Я видела потенциал.

— Миледи?

Я обернулась.

Фаус шёл ко мне по дорожке, застёгивая жилет.

— Вы уже здесь?

— Конечно.

Он посмотрел на сад. Потом на меня.

— Что прикажете делать?

Я указала на ближайшие кусты.

— Начнём с этого ряда.

Он прищурился.

— С расчистки?

— Да.

Я взяла секатор, который принесла из сарая, и шагнула к кусту. Ветви были толстыми, переплетёнными. Некоторые давно засохли.

Я осторожно обрезала первую. Хруст. Сухая ветка упала в траву. Потом ещё одну. И ещё.

Через пару минут рядом появился Фаус. Он работал медленно, но уверенно.

Через какое-то время к нам присоединилась Марта. Она принесла корзину для веток.

— Я не могла просто смотреть, — сказала она.

Я улыбнулась.

— Отлично.

Работа шла медленно, но шла. Да, будь у меня свободные руки, я бы справилась быстрее. Но рук не было. А теперь и денег, чтобы нанять их, тоже.

Солнце поднималось всё выше. Трава блестела от росы, птицы шумели в кронах деревьев. Я выпрямилась и вытерла лоб рукавом.

Ряд уже начинал выглядеть иначе. Теперь были видны стволы и ветви. И — самое главное — на некоторых кустах уже просматривались маленькие зелёные ягоды. Им не хватало солнца, а теперь, после того как мы убрали заросли, они созреют намного быстрее.

— Миледи…

Фаус осторожно коснулся ветки.

— Они живы.

Я кивнула.

— Конечно живы.

В этот момент за воротами послышался стук копыт. Я подняла голову. Кто-то остановился у дороги.

Фаус нахмурился.

— К нам?

Я медленно выпрямилась. У ворот стоял всадник. Высокий, со светлыми волосами. Даже на расстоянии я узнала его. Капитан Лоран.

Он спешился и открыл калитку. Будто был здесь хозяином.

Фаус напрягся.

— Миледи…

Я вытерла руки о юбку и спокойно сказала:

— Всё в порядке.

Капитан остановился в нескольких шагах. Его взгляд скользнул по саду, по обрезанным веткам, по корзинам, по моим грязным рукам. Он приподнял бровь.

Глава 17

Мой жест возымел успех. Капитан дёрнулся и сделал шаг назад. Внутренне я восторжествовала, но внешне не подала виду.

А вот он, осознав свой поступок и, видимо, решив исправиться, сделал несколько уверенных шагов по дорожке. Будто прогуливался по собственному саду.

Я решила не препятствовать и понаблюдать. Хотя краем глаза заметила, как напрягся Фаус.

Капитан Лоран проходил всё глубже в сад, внимательно «оценивая» проделанную работу. Он остановился рядом с кустом, наклонился, сорвал одну ягоду и покрутил её в пальцах.

— Любопытно.

Я молчала. Он попробовал ягоду.

— Кисловата.

— Им не хватает солнца, — чуть улыбнулась я и положила секатор на бочку с водой. — И людей. Но это временно.

Он поднял на меня взгляд. Светло-голубые глаза стали холоднее.

— Вы действительно думаете, что сможете вернуть это поместье на рынок? Вернуть ему прошлое величие?

Я спокойно встретила его взгляд.

— Думаю.

Несколько секунд он просто смотрел на меня. Потом тихо рассмеялся.

— Вы смелая женщина, леди Вальтер. Недальновидная, но смелая.

Самоутверждается за мой счёт или пытается вывести меня на «женские», по его мнению, эмоции?

— Я практичная.

— Нет. — Он покачал головой. — Практичные люди сначала узнают правила игры.

— И какие же правила?

Он медленно прошёлся вдоль ряда кустов. Сорвал ещё одну ягоду.

— Город уже два года покупает ягоды у моего дома.

Об этом мне уже сообщили торговцы, но я решила сделать вид, что слышу это впервые.

— Правда?

— Да. — Он бросил ягоду в корзину с мусором. — И знаете, почему?

— Потому что у вас хороший товар?

Мне, в отличие от него, нет смысла самоутверждаться за чужой счёт. Я просто много работаю, пока не достигну результата.

Он усмехнулся.

— Потому что у нас есть договорённости.

Я скрестила руки на груди.

— Договорённости? С кем же?

Он посмотрел на меня пристально.

— С теми, кто решает, какие ягоды попадают на столы горожан.

Тишина повисла в воздухе. В саду щебетали птицы, ветер шевелил листья. Напряжение между нами стало почти осязаемым.

— Понимаю, — сказала я спокойно.

— Правда?

— Да. — Я снова взяла секатор и срезала ещё одну ветку. Щёлк. — Но есть одна проблема.

Он чуть прищурился.

— Какая?

Я посмотрела на него.

— Монополии долго не живут.

Капитан Лоран искренне рассмеялся. Затем удивлённо изогнул бровь и с лёгким придыханием произнёс:

— Вы хотите разрушить мой рынок?

— Я хочу вернуть свой. Тем более чего опасаться, если, как вы утверждаете, существуют договорённости о том, чьи ягоды попадают на столы горожан. Неужели вы боитесь небольшой конкуренции?

Он перестал улыбаться. Мои слова определённо разозлили его.

— Этот сад мёртв.

— Я с вами не согласна. — Я указала на куст с маленькими зелёными ягодами. — Видите? Этот сад просто ждал, когда кто-то снова начнёт о нём заботиться.

Лоран выпрямился. На этот раз в голосе капитана появились угрожающие нотки.

— Вы понимаете, что произойдёт, если вы начнёте продавать ягоды?

— Конечно, — с готовностью ответила я.

— Купцы не будут их покупать.

О, а вот и угрозы пошли.

— Посмотрим.

— Перевозчики откажутся их везти.

Если бы он только знал, как часто мне угрожали в магазине, применил бы более интересные формулировки.

— Найду других.

Он сделал шаг ближе. Теперь между нами оставалось всего несколько шагов. Я чувствовала его присутствие почти физически.

— Люди могут начать… создавать вам проблемы.

Я спокойно посмотрела ему в глаза.

— Это угроза?

— Предупреждение.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Фаус за моей спиной нервно переминался. Марта замерла у калитки.

А я вдруг почувствовала странное спокойствие.

Я прожила тридцать с хвостиком лет в мире, где бизнесы уничтожали друг друга каждый день. Иногда настолько грязно, что новости об этом доходили до других стран.

Его угрозы моему маленькому бизнесу — а точнее, попыткам честно заработать себе на хлеб — после всего, что я видела, казались почти смехотворными.

Глава 18

Я поняла, что что-то пошло не так уже на третий день. Утро началось так же, как и предыдущие: холодная роса на траве, запах влажной земли, птицы, которые спорили между собой на верхушках деревьев, и корзины с ветками, оставшиеся со вчерашней обрезки.

Мы с Фаусом заканчивали очередной ряд кустов, когда у ворот остановилась телега. Я подняла голову и облегчённо выдохнула.

— Наконец-то.

Фаус обернулся.

— Это кузнец?

— Должен быть.

Мы договаривались на рынке. Он обещал привезти новые лопаты и два секатора. Старые инструменты в сарае едва держались.

Телега медленно подъехала к воротам. Кузнец слез с неё, но двигался как-то… неловко.

Я подошла ближе.

— Доброе утро.

Он снял шапку.

— Доброе, миледи.

Я оглядела телегу. В ней не было ни инструментов, ни ящиков. Медленно перевела взгляд на него.

— Где инструменты?

Он почесал затылок.

— Миледи… тут такое дело…

Мне знаком этот тон. Когда поставщик начинает переминаться с ноги на ногу и смотреть в пол, это значит только одно — что-то пошло не так. Товар потерян, разбит, украден… или кто-то вмешался.

Фаус, видимо, тоже знал этот тон, потому что тихо выдохнул за моей спиной.

— Какое дело?

Кузнец действительно начал переминаться с ноги на ногу. Мир может и другой, а повадки людей те же.

— Я… не смогу их привезти.

— Почему?

Он отвёл взгляд. Стыдиться. Хорошо. Тот, кто помнить про стыд, не потерян для общества.

— Заказ… отменили.

— Я его не отменяла.

— Я знаю, миледи.

Пауза повисла в воздухе.

Конечно, я уже понимала, кто отменил заказ и почему. Но вопрос задать была обязана.

— Тогда кто?

Он молчал.

Я скрестила руки. Ну уж нет. Раз не исполнил договорённость — пусть отвечает.

— Говорите.

Кузнец тяжело вздохнул.

— Мне сказали… что лучше не связываться с Вами. И что это может помешать мне прокормить семью.

— Кто сказал?

Мужчина посмотрел на меня виновато. Если бы я пыталась подобрать сравнение, то нашкодивший ребёнок подошёл бы как нельзя лучше.

— Люди капитана Лорана.

Фаус резко отвернулся и прикрыл рот ладонью. Я его прекрасно понимала. Сама с трудом удерживала неприличную русскую речь. Но мужчина передо мной был не виноват. А я, вроде как, леди. По крайней мере для этого мира.

Я коротко кивнула.

— Понимаю.

Кузнец явно ожидал другой реакции.

— Миледи… я не хотел вас подводить.

— Вы меня не подвели.

Он моргнул.

— Правда?

— Правда.

Я чуть улыбнулась.

— Но спасибо, что приехали сказать лично. Вы цените моё время и оказались человеком чести.

Повернулась к Фаусу, который смотрел на меня с гордостью, как отец на дочь.

Умилительное зрелище.

— Фаус, — позвала я старшего управляющего.

Он быстро подошёл.

— Да, миледи.

— Отведите господина…

— Исар, — поспешно представился кузнец.

— Господина Исара на кухню и накормите перед дорогой.

Кузнец удивлённо округлил глаза. Затем склонился в поклоне и благодарно пробормотал:

— Спасибо, миледи.

— Отдохните перед дорогой.

Он ещё раз поклонился и последовал за Фаусом. Я же осталась во дворе и тихо выдохнула.

Капитан Лоран оказался именно тем, кем я его и посчитала. Опасным, расчетливым и крайне неприятным человеком. Он начал свою работу по устранению возможного конкурента. Завтра надо будет съездить в город и подтвердит договоренности со всеми остальными поставщиками.

Через два часа стало ясно — Лоран не просто начал. Он работал системно. И очень эффективно.

Торговец удобрениями — не приехал. Продавец бочек — прислал мальчишку с запиской. «К сожалению, вынужден отказаться от сделки». Продавец мешков — вообще временно закрыл лавку.

Я сидела на ступенях крыльца, крутя в пальцах очередную записку.

Фаус стоял рядом, мрачнее тучи.

— Он перекрывает вам кислород.

— Да.

— Никто не рискнёт продавать нам товары. Тем более на тех условиях, которые вы смогли получить.

Глава 19

Карета медленно катилась по ночной дороге, и колёса глухо постукивали по камням. Я сняла перчатки и потёрла пальцы — они затекли после долгого дня.

До продавца мешков я так и не достучалась. Продавец бочек долго извинялся, кланялся, мял шапку в руках и говорил, что, к огромному сожалению, никак не сможет выполнить заказ. Ни к назначенному времени. Ни через месяц. Ни через два.

Я слушала его, мило улыбалась и кивала. Хотелось сказать: «Ни в ближайшую вечность, да?» Но промолчала.

Лишь один человек согласился разговаривать со мной всерьёз — продавец удобрений, Касаруан. Он внимательно выслушал меня, покрутил в руках бороду и наконец сказал:

— Леди… я готов возобновить сделку. Я почувствовала, как внутри вспыхнула надежда.

— Но, — спокойно продолжил он, — если вы принесёте десять золотых.

Десять.

У меня в поместье было два золотых, тринадцать серебряных и четыре бронзовых. Я знала это, потому что лично пересчитывала. Дважды.

— К какому времени? — спросила я спокойно.

Касаруан посмотрел на меня внимательно.

— Как только найдёте деньги, леди. – Он наклонился ближе. — Только доставка будет происходить через посредника.

Я кивнула, принимая условия. Всё понятно - боится Лорана.

Мы распрощались, и теперь карета тряслась по дороге обратно к поместью.

Я сняла вторую перчатку и размяла пальцы. Где достать деньги? В мире, где нет банковских карт, не существует переводов. И даже векселя моего законного мужа — бесполезные бумажки.

Вздохнув, ударила перчатками друг о друга. И только тогда заметила кольцо, которое никогда не снимала. Тонкое, золотое, с синим сапфиром. Камень мягко блеснул в свете фонаря, когда карета качнулась на ухабе.

Провела пальцем по металлу. И вдруг память вспыхнула так резко, будто кто-то распахнул дверь.

Тёмная комната, запах лекарств. Бледная, почти прозрачная женщина на постели. Смерть уже стояла рядом — я чувствовала её так ясно, что по коже пробежал холод.

Умирающая протягивает руку.

— Лиара… возьми, — голос сорвался. — Это твоё наследие. Береги его.

Я резко сжала пальцы. Сердце болезненно кольнуло. Странно. Воспоминания не мои. Но почему-то боль от них была совсем настоящей. Словно это была моя мать и моя потеря.

Закрыла глаза и сделала глубокий вдох, приводя мысли в порядок.

— В самом крайнем случае… — пообещала себе не продавать кольцо.

Правда, если я не найду деньги, этот крайний случай наступит очень скоро.

Карета резко дёрнулась. Я едва успела ухватиться за сиденье.

— Что случилось?!

Но прежде чем кучер успел ответить, дверца распахнулась. Внутрь ворвался холодный воздух. А за ним и человек.

Он буквально влетел в карету, тяжело ударившись плечом о стенку. Я успела только вдохнуть.

Лунный свет прорезал темноту через щель в занавеске и я увидела его. Серебристые волосы, частично собранные на затылке. Лицо закрыто чёрным платком.

Он двигался быстро и прежде, чем я сообразила холодное лезвие коснулось моей шеи. Кожа мгновенно покрылась мурашками.

— Ни звука, — хрипло произнёс незнакомец.

Его голос был низким, срывающимся от тяжёлого дыхания.

— Если вам дорога жизнь, прикажите кучеру продолжать путь.

Жизнь мне действительно была дорога. Вторые шансы не всем даются.

— Миледи? — послышался голос кучера снаружи.

Я не отвела взгляд от незнакомца.

— Поезжай дальше.

Карета тронулась. Колёса снова заскрипели по дороге. Несколько секунд внутри стояла тяжёлая тишина.

Только дыхание. Тяжелое и сбивчивое. Кинжал всё ещё касался моей кожи.

Я вдохнула и только тогда почувствовала запах. Оглядев незнакомца, заметила — его рука прижимала бок. Тёмное пятно медленно расползалось по ткани.

— Вы ранены, — тихо сказала я.

Кинжал чуть сильнее прижался к коже.

— Я сказал молчать.

Я фыркнула.

— Да пожалуйста. Умирайте от потери крови.

Он удивлённо изогнул бровь. Но в этот момент снаружи раздались громкие крики.

— Где он?!

— Куда он делся?!

— В лес! Он убежал в лес!

Я узнала этот голос сразу. Капитан Лоран. Значит… Вот кто его враг.

Медленно подняла взгляд на незнакомца. Теперь он стал куда интереснее.

Глава 20

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга в полумраке кареты. Лунный свет пробивался сквозь занавески узкими полосами и ложился на его волосы.

Красивые. Настоящее серебро. Невовремя отметила я.

— Если вы думаете позвать на помощь… — тихо произнёс он.

Я перебила:

— Вы истечёте кровью раньше, чем я успею позвать.

Он замолчал. Кинжал всё ещё был у моего горла, но рука, державшая его, заметно дрожала.

— Вы теряете много крови, — спокойно добавила я.

Он усмехнулся.

— И вы решили воспользоваться моментом?

— Я решила воспользоваться здравым смыслом.

Я чуть наклонилась вперёд, внимательно рассматривая тёмное пятно на его одежде. Кровь стекала уже не только на куртку, но и на пол кареты.

— Не ваше дело.

— Уже моё. Вы испачкаете мне карету.

Он на секунду опешил, а потом тихо рассмеялся. Но смех тут же оборвался, когда он резко вдохнул от боли.

Я протянула руку. Мужчина мгновенно напрягся, и кинжал снова прижался к моей коже.

— Не двигайтесь, — предупредил он.

— Я не собираюсь вас душить, — спокойно сказала я. — Просто хочу посмотреть рану.

Незнакомец внимательно изучал моё лицо. Словно пытался понять, лгу ли я.

Снаружи карета всё ещё ехала. Колёса стучали по дороге. Лошади фыркали. Но внутри было так тихо, что я слышала, как капает кровь.

Кап.

Кап.

Кап.

Было видно, что мужчина думает. Когда решение наконец было принято, кинжал медленно опустился.

— Только попробуйте закричать…

— И что? — перебила я. — Вы меня зарежете?

По одному выражению лица я поняла — подобный тон от женщины для него непривычен.

— Возможно.

— Тогда вам придётся сначала встать, — спокойно сказала я.

Он хмыкнул и отбросил кинжал на сиденье. Я осторожно подалась вперёд и коснулась его руки.

— Куртку снимайте.

— Что?

— Если не хотите умереть в моей карете, снимите куртку.

Он прищурился.

— Вы всегда так разговариваете с вооружёнными мужчинами?

— Только с теми, кто залил кровью мои сиденья.

Несколько секунд он молчал. Потом медленно снял куртку. Надо отдать мужчине должное: несмотря на то, что движения причиняли боль, он стойко выдержал это испытание.

Когда ткань отошла от раны, я тихо выдохнула.

— Чёрт.

— Приятно слышать честную реакцию.

Рана была глубокой, но не смертельной — если остановить кровь. Удар по косой. Клинок прошёл по боку, разрезав ткань и кожу.

— Вам повезло, — сказала я.

— Это спорно.

Я стянула свой платок. Он перехватил мою руку.

— Что вы делаете?

— Спасаю вам жизнь.

— Для чего вам это?

Я посмотрела ему прямо в глаза. Как по мне, довольно глупый вопрос. Странно было бы, имея возможность, не помочь. Но чтобы успокоить разыгравшуюся фантазию красавца-незнакомца, я ответила:

— Потому что капитан Лоран вас ненавидит. Вы, как я полагаю, отвечаете ему взаимностью. Тешу себя надеждой, что, занимаясь вами, он отвлечётся от меня.

Он изогнул бровь, выслушав мою тираду, и удовлетворённо кивнул. Похоже, я попала точно в цель.

Как же всё-таки сложно с мужчинами.

Обречённо покачав головой и сетуя на то, что их жизнь — одна сплошная игра в войнушку, я осторожно прижала ткань к ране.

Он резко вдохнул.

— Тише, — напомнила я, что за ним, вроде бы, охотятся.

— Это вы говорите тише, — сквозь зубы ответил он.

Я начала туго затягивать повязку, игнорируя его сопение.

Мужчина сидел неподвижно, но я чувствовала напряжение в его теле. Довольно натренированном, кстати, теле.

Когда я закончила, кровь почти перестала идти. А всего-то надо было перетянуть рану.

— Всё, — победно объявила я, откинувшись назад.

— Вы странная женщина.

— Да, что-то подобное я уже слышала.

Я вспомнила, как однажды дала затрещину пьянице, угрожавшему моему кассиру. Отобрала у него «пушку», оказавшуюся всего лишь игрушкой — пусть и качественной. И выгнала взашей, сказав, чтобы утром пришёл и извинился.

Охранник тогда тоже сказал: «Вы странная». А пьяница действительно пришел и извинился. Даже цветы принес.

— Обычно люди боятся, когда к их горлу приставляют нож.

Глава 21

Он протянул руку женщине. Как равной. Удивительно.

— Вы знаете, кто я? — спросила я.

— Часто знания спасают мне жизнь, — спокойно ответил он. — Поэтому да. Я знаю, кто вы, леди Лиара Вальтер.

Какой осведомлённый преступник.

— Кое в чём вы всё же ошибаетесь.

Мужчина изогнул бровь. И, в полумраке кареты это было сложно различить, но я была готова поклясться — он улыбнулся.

— Поместье больше не заброшено, — сказала я. — И скоро будет процветать.

В этот момент карета резко дёрнулась. Снаружи послышались крики.

— Не с места!

Голос капитана Лорана прозвучал так близко, будто он стоял прямо у двери. Я мгновенно перевела взгляд на Нокса. Кинжал снова оказался в его руке. Но теперь он был направлен не на меня, а на дверцу кареты.

Он встал, насколько позволяли размеры кареты и собирался выскочить. И, судя по холодному выражению лица, — вырезать всех, кто окажется на пути.

Я резко схватила его за запястье. Нокс посмотрел на меня так, будто я только что совершила величайшую глупость в своей жизни.

— Что? — прошептал он.

— Что вы собираетесь сделать?

— Как минимум умереть в борьбе, — спокойно ответил он.

Я закатила глаза. Мужчины. В любом мире и любой вселенной одинаковые.

— Мальчики и их попытки доказать свою значимость… — пробормотала я.

Он нахмурился.

— Что?

— Я их отвлеку, — быстро сказала я. — А вы спрячьтесь.

— Спрячусь?

— Да.

Я оглядела карету. В углу лежал огромный дорожный плащ. Я указала на него.

— Под ним.

Нокс медленно перевёл взгляд на плащ. Потом на меня.

— Вы действительно считаете, что этот плащ может спрятать меня?

Теперь, когда он стоял, почти упираясь головой в потолок кареты, я наконец осознала масштаб проблемы.

Широкие плечи. Высокий рост. И, если уж быть честной… с учётом того, что я уже видела его торс — весьма впечатляющий — тело у него было явно не из тех, что легко спрятать под плащом.

Я откашлялась.

— Я что-нибудь придумаю.

Не давая ему времени возразить, резко распахнула дверцу кареты и выскочила наружу.

— Что вы себе позволяете?!

Капитан Лоран уже спешился. Он направлялся ко мне уверенной походкой, держа поводья коня в руке. Факел в другой руке освещал дорогу.

— Я позволяю себе досмотр, — холодно ответил он.

Я медленно спустилась со ступенек кареты, выпрямилась и сложила руки на груди.

— После того как вы испортили мне день, вы решили испортить ещё и вечер?

Он приподнял бровь.

— Понятия не имею, о чём вы говорите.

— Ох, капитан, давайте не будем играть в эти игры.

Я сделала шаг ближе.

— Я прекрасно знаю, что это вы запретили торговцам иметь со мной дело.

Он усмехнулся.

— Я уверен, что любой уважающий себя торговец не станет вести дела с…

Он медленно оглядел меня с головы до ног.

На этот раз бровь изогнула я.

— Продолжайте.

Он чуть улыбнулся.

— …с женщиной.

Я моргнула. Потом громко сказала:

— Ах ты мерзкий сексист!

Лоран замер. По выражению его лица стало очевидно — он понятия не имеет, что означает это слово.

Ах да. Он же из другого мира.

— Ладно. Забудьте, — махнула я рукой. — Я надеюсь больше никогда не видеть вас.

Он тихо рассмеялся.

— Уверен, что наше знакомство только началось. – Капитан сделал шаг к карете. — А сейчас, с вашего позволения, я осмотрю карету.

Я резко преградила ему дорогу.

— Я не дозволяю.

Лоран посмотрел на меня сверху вниз.

— Как хорошо, что у меня достаточно полномочий… не ждать вашего дозволения.

И он открыл дверцу кареты. Факел поднялся выше. Оранжевый свет осветил сиденья. Несколько секунд он молчал.

Несколько долгих секунд, пока моё сердце бешено колотилось, а ладони начали потеть.

Потом он медленно повернулся ко мне.

— Кровь.

Я моргнула.

— Что?

— В вашей карете кровь.

Я сдержанно выдохнула, стараясь не показать ликование. Нокс либо успел выбраться через заднюю дверь… Либо каким-то невероятным образом растворился в воздухе. Но его в карете не было, а значит все хорошо.

Глава 22

Я проснулась и резко села на кровати. Почему-то сердце колотилось слишком быстро, дыхание сбилось, но вокруг стояла тишина.

Несколько секунд я сидела, пытаясь понять, что именно меня разбудило. И вдруг заметила окно. Оно было открыто.

Я нахмурилась. В этом мире окна были странными — не распашными, как в моей прошлой жизни, а поднимающимися вверх, словно створка скользила в раме. Я до сих пор путалась, как ими пользоваться, и старалась без необходимости не открывать.

Может, Марта решила проветрить комнату, а я просто не обратила внимания перед сном. Неудивительно — после такого насыщенного дня… и ещё более насыщенного вечера.

Я сбросила одеяло и встала. Ночная сорочка холодила кожу, когда босые ноги коснулись пола.

Подойдя к окну, я взялась за раму, пытаясь опустить её. Но окно не двигалось.

— Что за…

Я потянула сильнее. Не поддаётся. Что-то мешало.

Я чуть наклонилась, пытаясь рассмотреть раму… и вдруг увидела кинжал. Он был воткнут между рамой и подоконником, намертво фиксируя окно.

— Интересную игру вы разыграли сегодня вечером, — раздался голос прямо за моей спиной.

Я вздрогнула и резко обернулась. Комната была почти полностью погружена во тьму.

Сначала я никого не увидела. Но затем глаза привыкли к полумраку, и я заметила тёмный силуэт в кресле.

Он сидел спокойно, словно находился здесь уже давно.

— Я так понимаю, кинжал вы решили привезти мне в качестве сувенира? — спросила я, невольно усмехнувшись.

— К сожалению, нет, — ответил мужчина. — Он мне дорог… как память.

Мужчина медленно поднялся и направился ко мне. Его лицо по-прежнему было скрыто тёмной маской.

— Я рада, что вы смогли спастись, — сказала я честно.

— Только благодаря вашей… очень познавательной речи.

Я тихо рассмеялась.

— Рада, что, в отличие от капитана, вы её оценили.

Он остановился в нескольких шагах.

— Так чем обязан столь странному визиту в столь неподобающее время?

Я почувствовала его взгляд. Он буквально прожигал меня. И вдруг поняла почему. Я стояла перед ним в одной тонкой ночной сорочке.

Медленно отошла к стулу, взяла лежащую на нём шаль и спокойно укуталась в неё. Только после этого повернулась к нему.

— Итак?

Он чуть наклонил голову.

— Я обязан вам жизнью. – Пауза. — А долги я привык возвращать.

Я улыбнулась. Вот она — нужная мне ниточка, за которую можно ухватиться. Союз, который позволит достичь желаемого.

— Отлично, — сказала я. — Тогда начнём.

Я начала медленно ходить по комнате.

— Для меня важно, чтобы поставщики могли свободно торговать со мной. Будут ли это прямые поставки или обходные пути — меня не интересует.

Он явно не ожидал такого энтузиазма, но слушал внимательно.

— У меня есть договорённости, — продолжила я. — Но вмешался Лоран.

— Кстати, касаемо этого, — перебил меня Нокс. — Неужели у самого богатого лорда нашей страны нет денег для своей супруги? Почему все договорённости — на процент после старта продаж?

Я прищурилась.

— Вы и об этом знаете?

Нокс пожал плечами.

— Я же говорил. Моя жизнь часто зависит от информации. А я, знаете ли, люблю жить.

— С учётом сегодняшнего вечера, — сказала я, — готова поспорить. Вы рвались в бой каждую секунду.

Он усмехнулся.

— Просто капитан Лоран мне очень не нравится.

— Понимаю и разделяю вашу нелюбовь к нему, — спокойно ответила я.

Он задумчиво прошёлся по комнате.

— Так что за трудности с деньгами?

Я вздохнула.

— Банк решил, что я не имею права распоряжаться финансами мужа.

— Даже с документами?

— По их мнению, лорд Вальтер должен был лично подтвердить моё право распоряжаться его деньгами.

Он тихо выругался. Я решила не реагировать. Честно говоря, сама хотела сказать примерно то же самое. Но я же леди. А леди в этом мире, благовоспитанные, сдержанные, глупые и не владеют информацией ни о чем, что не касается вышивки или музицирования.

И вдруг меня осенило.

— Вы сказали, что знания спасают вам жизнь.

— Верно.

Мужчина наклонился ближе, и я почувствовала запах травы, пота и хлеба. Под ложечкой неприятно засосало. Я вспомнила, что так и не ужинала.

— Значит, вы знаете, с чьей лёгкой руки капитан Лоран захватил рынок.

Мужчина тихо усмехнулся.

— В этом мире ничего не происходит без согласия короны.

Глава 23

Я проснулась от того, что в доме шумели.

Сначала я лежала, не открывая глаз, пытаясь понять, что происходит. Где-то внизу хлопнула дверь. Послышались шаги. Глухой стук ведра о пол. Чьи-то быстрые голоса.

Слишком оживлённо для раннего утра. Я села на кровати.

— Что происходит?..

Накинула платье почти на ходу, быстро собрала волосы и спустилась вниз. И замерла на пороге кухни.

Дом гудел, как улей. Марта стояла посреди комнаты, как настоящий полководец перед армией, и раздавала указания.

— Ирвин, корзины к задней двери!

— Ален, телегу выкатить!

— Фаус, мы должны успеть с дальним рядом!

Все двигались быстро. Без лишних разговоров. Без дополнительных вопросов.

— Марта, что происходит?

Она обернулась так резко, будто только и ждала этого вопроса.

— Сегодня будет дождь, госпожа.

Я нахмурилась.

— И?

— Нам нужно как можно скорее собрать и убрать всё, что возможно. Потому что дождь умножит количество зарослей.

Я на секунду задумалась и кивнула.

Она была права. Чёрт возьми, она была абсолютно права. Дождь сейчас — последнее, что нам нужно. Но и выбирать особо не из чего. Над погодой я не властна.

— Ты права, — сказала я.

И уже через несколько минут мы были в саду.

Работали быстро, разговаривали мало. Каждый вносил свою лепту. Ирвин таскал ветки для подпорок. Ален собирал корзины с травой и уносил на задний двор. Марта аккуратно складывала срезанные побеги. Фаус проверял кусты.

Я отошла в сторону и точила секатор. Металл скрипел о поверхность, и каждый этот звук отдавался у меня в голове. Я смотрела на лезвие и мысленно прикидывала сколько ещё. Сколько ещё оно выдержит.

Ещё немного…и от этих тонких лезвий останутся две жалкие полоски.

Я сжала рукоять сильнее. Чёрт! Нам срочно нужны инструменты. Без них весь этот героизм — просто бессмысленная попытка удержать воду руками.

— Миледи.

Фаус оказался рядом так тихо, что я даже не заметила, когда он подошёл.

— Да?

Он поднял голову к небу.

— Тучи сгущаются. Надо уходить.

Я тоже посмотрела вверх. Небо потемнело. Тяжёлые серые облака медленно сползались друг к другу.

— Отлично, — сказала я и улыбнулась.

Я слишком хорошо помнила ещё со времён магазина одну важную вещь. Стоит руководителю показать усталость и команда сломается первой. Люди очень точно считывают настроение того, кто стоит во главе. Поэтому я улыбалась. Даже если внутри всё сжималось от тревоги.

— Мы сегодня хорошо поработали, — сказала я. — Оставшуюся часть дня вы можете отдыхать.

Люди замерли.

— Миледи? — осторожно спросила Марта.

— Весь вечер отдыхаете. Ничего не делаете. Ни о чём не думаете.

Я убрала секатор.

— Завтра будет новый день. Нам понадобятся силы.

— Вы уверены? — спросила Марта.

— Конечно.

Я хлопнула ладонями.

— Всем срочно отдыхать.

Мы едва успели добежать до дома.

Дождь хлынул мгновенно. Словно кто-то наверху перевернул огромную бочку.

Я остановилась у окна и смотрела, как дождь накрывает сад. И я уже представляла, как завтра из земли полезет новая трава. С удвоенной силой.

Оставшийся вечер я провела в библиотеке. Передо мной лежали бухгалтерские записи. Я листала страницы. Считала. Пересчитывала. Словно это поможет найти брешь в стене цифр, которая поможет найти то, на чем можно сэкономить.

Я тяжело вздохнула, и потянулась к шкатулке и высыпала на стол украшения. Кольца, браслеты, серьги, ожерелья. Я смотрела на всё это богатство и понимала одну простую вещь. Ничего из этого не принадлежит мне. Это вещи той, в чьём теле я оказалась. И мне придется все это продать.

Я на секунду закрыла глаза.

— Прости.

И начала раскладывать украшения, как мне казалось, по стоимости. Большие камни — отдельно. Золото — отдельно. Мелкие вещи — отдельно.

Рука вдруг остановилась. На краю стола лежал набор. Тонкая цепочка и серьги с красными каплями камней.

Я коснулась их пальцами. И внутри неожиданно стало тепло. Это все не мое, но от одной мысли, что придётся продать эти украшения становилось плохо.

— Миледи?

В дверь постучали. И почти сразу вошла Марта.

— Марта, ты почему не отдыхаешь? — удивилась я.

Она посмотрела на стол.

— Вы не ужинали.

— Я не голодна.

Глава 24

Я не заметила, как уснула. Голова сама опустилась на раскрытую книгу, строки поплыли перед глазами, мысли распались на обрывки…

Глухой, резкий стук буквально вырвал меня из сна. Я вздрогнула всем телом и резко вскинула голову. Прямо перед моим носом лежала книга. Закрытая. С характерным тяжёлым звуком, который невозможно перепутать.

Я моргнула, пытаясь вспомнить, что тут делаю. Осознав, где нахожусь и что происходит, медленно подняла взгляд.

Он стоял напротив, слегка склонив голову, будто наблюдал за мной уже давно.

— Доброй ночи, — произнёс Нокс.

— И вам, — ответила я, всё ещё пытаясь вернуть себя в реальность происходящего.

Голос прозвучал хрипло. Я огляделась и поняла, что камин потух, и холод уже успел пробраться под кожу. Я поёжилась.

Нокс подошёл к камину и подбросил несколько поленьев, чуть наклонился — и через мгновение огонь лениво вспыхнул, будто тоже нехотя просыпался.

Тёплый свет снова заполнил комнату. Мужчина выпрямился и вдруг замер.

— Что это? — спросил он спустя секунду.

Я проследила за его взглядом и подошла ближе.

— Колокольчик, — честно ответила я.

Он медленно обвёл взглядом комнату. Задержался на одном, на втором, на третьем. Затем перевёл взгляд на меня.

— Вы немощная?

Я повернулась к нему так резко, что волосы чуть скользнули по плечам.

— Что?

— Вы выглядите как молодая, полная сил девушка, — спокойно пояснил он, будто обсуждал погоду. — А колокольчики для вызова прислуги у вас на каждом шагу. Я насчитал четыре.

Я не выдержала. Смех вырвался сам.

— Моя повариха, — сказала я, всё ещё улыбаясь, — слышала о вас кое-какие… очень вдохновляющие слухи. И решила, что мне стоит иметь возможность позвать на помощь.

Бровь мужчины медленно поползла вверх. Он подошёл к ближайшему колокольчику, взял его в руку и одним быстрым, почти ленивым движением выдернул язычок. В библиотеке не раздалось ни звука.

— Неужели она думала, что это меня остановит, — усмехнулся он, — раз я такой опасный?

Я пожала плечами.

— О, не-е-т. У меня на столе нож. И в тумбочке тоже.

— Знала бы она, как вы ведёте себя с вооружённым преступником… — тихо сказал он, усмехаясь, — переживала бы за меня, а не за свою хозяйку.

Не спрашивая разрешения, мужчина прошёл к столу… и сел на моё место.

Я моргнула. Нет, ну он серьёзно?

Сделав шаг вперёд, скрестила руки на груди и подумала: «Какая потрясающая наглость».

Нокс же, как ни в чём не бывало, взял первое попавшееся украшение. Поднял к свету, повертел в руках с таким видом, будто проверял товар на рынке.

За первым последовало второе. За вторым — третье.

— Кто же виноват, что вы создали себе подобный образ? — сказала я и решительно отобрала украшение из его рук.

Он даже не попытался удержать.

— И какой же образ я создал? — тихо спросил он.

Я не удержалась.

— Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк, — невозмутимо процитировала я советскую классику, складывая украшения обратно.

Он замер. И вдруг… рассмеялся. Низко, с хрипотцой.

От этого звука по коже почему-то пробежали мурашки.

А затем он вообще начал вести себя как ребёнок: поставил локти на стол, не давая мне закончить с украшениями. Медленно провёл указательным пальцем по своей скуле — от подбородка к уху и обратно.

Я невольно задержала взгляд. Какие скулы… Интересно, как он всё-таки выглядит.

— Чаю? — резко сказала я, отводя взгляд и указывая на поднос.

Он ухмыльнулся.

— Предпочитаю что-нибудь покрепче.

Я пожала плечами.

— Не хотите — не надо.

Пальцы задержались на ожерелье с красной каплей. Всего на секунду. Тряхнув головой, отправила его в тот же мешок, что и все остальные.

Сев напротив Нокса, я поняла, что он всё это время наблюдал за мной. Это вызвало тревогу. В очередной раз отмахнулась от непрошеных мыслей о близости преступника. Сейчас меня интересовало другое.

Сцепив пальцы в замок, чуть наклонилась вперёд и задала интересующий вопрос:

— Ну так что? Что сказали торговцы?

Глава 25

Он чуть подался вперёд. Огонь в камине треснул, и тени на его лице заиграли резче, делая взгляд ещё более тяжёлым.

— Они боятся, — спокойно сказал он.

— Лорана? — я не спрашивала. Уточняла.

— Не только.

Я нахмурилась.

— Короля?

— Его. И тех, кто стоит за ним. Давление идёт сверху. Лоран — лишь инструмент.

Я медленно выдохнула. Внутри что-то неприятно сжалось от осознания, что всё сложнее, чем хотелось бы. Пальцы сами потянулись к украшениям, словно я уже заранее принимала поражение и искала, что ещё можно продать.

Он смотрел прямо на меня, не моргая.

— Вы перешли дорогу не тому человеку.

Если бы в прошлой жизни мне платили за каждую подобную фразу… я бы уже давно купила себе остров.

Я посмотрела в серые холодные глаза и поняла, что дальше будет это ненавистное… и порой желанное:

«но».

— Отлично, — спокойно сказала я и чуть протянула: — Но-о-о…

Нокс прищурился.

— Вы, видимо, совсем не понимаете, во что ввязываетесь?

Я наклонилась вперёд, опираясь ладонями о стол.

— А вы понимаете, что я не собираюсь отступать? После дождя взойдёт солнце, и ягоды начнут зреть за один день. Это значит, что я уже на день опаздываю от плана.

По морщинкам в уголках глаз я поняла, что губы мужчины растянулись в улыбке.

— Вот поэтому… — тихо сказал он, — вы мне и интересны.

Улыбка исчезла так же быстро, как появилась. И сразу же начался настоящий разговор.

— С поставщиком бочек я договорился, — сказал он. — Остальные пока не готовы работать с вами.

Я кивнула. Это было ожидаемо.

— Касаруан передал, что уже озвучил вам условия. Поставки будут. В срок. И лучшего качества… после выполнения вашей части сделки.

Я чуть прищурилась.

— О чём именно вы договорились, мне неизвестно, — продолжил он. — Но я выдвинул условие: поставки будут контролироваться мной.

Какой грозный…

Мысленно усмехнулась, а вслух тихо протянула:

— Большой и страшный серый волк…

Нокс хмыкнул.

— На въезде в город есть чайная бабушки Кэт. Она готова брать ваши ягоды на десять процентов дешевле, чем у Лорана.

Я вскинула бровь. Он уже и это продумал?

— Скажите, что вас прислал Нокс.

— Учту, — коротко ответила я.

— На базар три раза в неделю выходит мой человек. Сейчас продаёт заморские фрукты. Как только появится урожай — начнёт торговать и ягодами.

— А его не схватят?

— Схватят, — спокойно сказал он. — Если не успеет убежать.

Я поморщилась.

— Нет. Так не пойдёт.

Он чуть наклонил голову.

— Не хотите рисковать товаром?

— Не хочу, чтобы ваши люди рисковали жизнью, — спокойно ответила я. — Я не считаю, что вправе распоряжаться чужими судьбами ради своей выгоды.

Он замер на секунду. А затем медленно кивнул, принимая мой ответ.

Я тяжело выдохнула… и поставила перед ним мешочек с драгоценностями.

Он посмотрел на него. Потом — на меня. Бровь снова поползла вверх.

— А теперь… — сказала я, — мне нужно ещё одно одолжение. Помогите продать это.

Нокс снова подался вперёд, упёрся локтями в стол… и медленно провёл костяшкой указательного пальца от подбородка к шее и обратно.

— Леди Вальтер… — тихо произнёс он. — А почему бы вам просто не попросить денег у мужа?

Логичный вопрос.

Думала ли я об этом?

Да.

Сделаю ли?

Нет.

По сути, Райнар ничего мне не должен. Меня ему навязали. То, что я хочу поднять поместье, — моё личное желание. Желание быть свободной и независимой от кого бы то ни было. В том числе и в вопросе финансов. Пока я не сделаю всё, что в моих силах, и ещё чуть-чуть, о помощи просить не стану.

— Лорд Вальтер сделал для меня больше, чем должен был, — спокойно сказала я. — С остальным я справлюсь сама.

Он чуть склонил голову.

— Если женщине приходится справляться со всем самостоятельно… зачем ей супруг?

— Это политический брак.

И вот тут что-то изменилось. Он оживился.

— То есть… — медленно протянул он, — брак только на бумаге?

Мне это не понравилось. Так смотрят мужчины, которые почувствовали… возможность. А мне сейчас это было нужно меньше всего.

— У нас есть договорённости о соблюдении брачных клятв, — безапелляционно ответила я.

Глава 26

Земля под ногами мягко пружинила, будто не хотела отпускать меня. Я присела у одного из кустов, провела пальцами по влажной почве и тихо выдохнула.

Слишком сыро.

Если сейчас начать что-то делать — только хуже будет. Корни повредим, кусты ослабим. А мне сейчас нельзя ошибаться. Ни в одном шаге, ни в одном решении.

Я поднялась и оглядела сад. Вчерашний дождь оставил после себя тяжёлый, насыщенный запах земли. Капли ещё держались на листьях, лениво скатывались вниз.

— Сегодня ничего не выйдет, — тихо сказала я сама себе, выпрямилась и позвала кучера.

— Ален!

— Да, миледи!

— В город. К чайной бабушки Кэт.

И уже в карете, когда дорога начала мягко покачивать, я позволила себе закрыть глаза. В очередной раз доверилась Ноксу. Разумно ли?

Чайная оказалась именно такой, какой я… не ожидала. Небольшое здание на краю улицы, слегка покосившееся, с вывеской, на которой буквы уже начали стираться от времени. Окна — чистые, но без роскоши. Внутри — тепло.

Стоило зайти внутрь — и сразу ударил запах: травы, мёд, сухофрукты и что-то ещё. Чайная уютная, по-домашнему милая, но совсем не похожа на те места, куда обычно ходят за прибылью.

— Проходи, девочка, — раздался голос.

У стойки стояла маленькая, сухонькая, но с живыми глазами старушка.

— Вы, должно быть, Кэт?

— Она, — старуха улыбнулась. — Проходи. Чаю налью.

Я не стала спорить. Села за деревянный стол. Он был немного шероховатый, но чистый.

Кэт поставила передо мной чашку. Пар поднимался вверх, закручиваясь тонкими струйками.

— Это что?

— Мята, зверобой, немного сушёной яблочной кожуры. Для головы полезно.

Я сделала глоток и… замерла. Тепло разлилось внутри мгновенно, принося умиротворение.

— Это безумно вкусно, — протянула я.

Кэт усмехнулась.

— Приятно, когда твои труды ценят.

И дальше… она говорила про травы, сборы. Про то, как одна и та же мята может быть лекарством или ядом — в зависимости от того, когда её сорвали.

Я слушала, кивала. И вдруг поймала себя на мысли, что меня больше ничего не беспокоит: ни то, что не смогла зайти в сад, ни капитан Лоран, ни проблемы с поставками. Ни даже то, что я связалась с преступниками и отдала ему всё, что у меня было, в надежде, что он обменяет это на деньги и, что важнее, вернётся ко мне.

— Я от Нокса, — сказала я, когда она спросила, как меня зовут.

И тут старушка улыбнулась.

— Ну вот и хорошо, — сказала она. — Значит, по ягодам.

Я чуть выпрямилась.

— Урожай пока будет небольшой.

— И не надо большой, — спокойно ответила она. — Сначала качество. Потом количество.

Я удивлённо посмотрела на неё.

— Я буду забирать, — добавила Кэт, — всё, что дашь.

Мы быстро обсудили цену. Она была… маленькой. Но я даже не поморщилась. На безрыбье и рак рыба. Сейчас меня интересовала лишь возможность вернуться на рынок. У поместья огромный потенциал, и мне необходимо показать покупателям, что я готова дать им желаемое.

Но всё же одно меня беспокоило.

— У вас не будет проблем? — всё же спросила я. — Если узнают…

Кэт махнула рукой.

— Если Нокс за тебя поручился — проблем не будет.

В моей жизни никогда не было человека, который решает проблемы. Все решения — мои, впрочем, как и ошибки с вытекающими последствиями. А тут… какой-то посторонний мужчина решает проблемы. Мужчина, о котором я совершенно ничего не знаю. Разве что то, что он очень быстрый.

Я сделала ещё глоток чая.

— Как вы с ним познакомились?

Кэт усмехнулась.

— Мне кажется, я его всю жизнь знаю.

Я заинтересованно наклонилась вперёд.

— Мой внук, — продолжила она, — когда-то вляпался в такую историю, что я уже мысленно его хоронила. — Старушка по-доброму улыбнулась. — А потом появился Нокс.

— И?

— И всё стало хорошо.

Я прищурилась.

— Он что-то попросил взамен?

— Почти ничего, — спокойно ответила Кэт.

«Почти». Это слово я запомнила. И вдруг… любопытство пересилило.

— А вы знаете, как он выглядит?

Тут-то и произошли изменения. Она буквально закрылась. Спина выпрямилась. Взгляд стал жёстче.

— Знаю, — сказала она. — Но тебе не скажу.

Я моргнула.

— Почему?

— Раз он тебе не открылся — значит, ты не заслужила.

Я чуть приподняла бровь. Я вообще-то жизнь ему спасла. Но… вслух ничего не сказала.

Глава 27

Карета остановилась прямо перед нами. На дверце отчётливо блеснул герб — корона.

Изнутри показался король.

Молодой, довольно красивый, с гладко выбритым лицом, русыми волосами и короной на голове. И тяжёлым взглядом. Тем самым, который я вспомнила, как очнулась в этом мире.

— Адерик, — начал король, но осёкся, увидев меня. — Леди Вальтер?

— Ваше Величество, — я присела в реверансе.

Как хорошо, что память прошлой хозяйки хоть и частично, но всё же сохранилась во мне. За прошлую жизнь я делала реверанс всего один раз. Как сейчас помню — мы играли в принцев и принцесс. Тогда я, хоть и была «принцессой», считала реверанс обязательным элементом образа.

— Что вы здесь делаете?

— Да вот гуляла, увидела капитана и решила поинтересоваться успехами в поиске преступника. Он на днях остановил мою карету, заподозрив, что я помогаю нарушителю закона.

Ох, как же мне сейчас не хватало телефона. Запечатлеть лицо Лорана было бы бесценно.

— Капитан… — возмущённо протянул король, открывая дверцу кареты.

Двое стражников, до сих пор прятавшиеся в тени, в мгновение ока оказались рядом. Перед его величеством выставили ступеньки, и он, не слишком грациозно, но всё же величественно, спустился.

— Вы же не думаете, что хрупкая и нежная леди Вальтер могла бы что-то противопоставить преступнику?

Внутри себя я расхохоталась — совсем не по-ледийски. Скорее, это было похоже на гогот гуся. Вслух же я произнесла:

— Какая мудрая мысль, Ваше Величество.

Губы мужчины растянулись в улыбке. Все мальчики во все времена — и, видимо, во всех мирах — падки на лесть. А ещё говорят, что женщины любят ушами.

Король жестом остановил Лорана, который уже открыл рот, чтобы оправдаться, и подставил мне локоть.

Спорить с правителем себе дороже. Я вложила руку, и мы направились вокруг фонтана.

— Знаете, дорогая Лиара, — фамильярно начал король, — я был уверен, что даже броню лорда Вальтера пробьёт столь нежное и красивое создание, как вы.

Его взгляд скользнул по моему лицу, шее и остановился на груди. На губах появилась почти хищная улыбка.

Влепить пощёчину королю могло стоить мне головы. Поэтому я скромно отвела взгляд и попыталась изобразить смущение. К счастью, я и так уже была красной от злости.

Мужчина, похоже, остался доволен. Он придвинулся ближе и выдохнул:

— Вы не переживайте. Если лорд Вальтер не сможет выполнить супружеский долг, я готов предложить вам другого мужа. Или, если пожелаете… любовника.

Я едва не задохнулась от подобного предложения. Но это было ещё не всё.

— Я даже сам готов осчастливить вас, — прошептал король мне на ухо.

Нацепив самую обворожительную улыбку, я ответила:

— Спешу вас заверить, что в выполнении супружеских обязанностей мой муж мне не отказывал. Просто супружество не отменяет других его обязательств.

Мужчина расхохотался.

— Для той робкой леди, которой вас считали, вы довольно откровенны и смелы.

Я снова поймала себя на мысли, что нельзя забывать: этому миру известна другая Лиара. К счастью, король сам всё додумал за меня.

— Замужество вам явно к лицу.

Мы сделали круг. Он отпустил мою руку, склонился к ладони и поцеловал её.

— Леди Вальтер, надеюсь вскоре услышать радостную новость о продолжении рода.

А затем — уже капитану:

— Лоран, в карету. Расскажешь, что за проблемы с урожаем и почему самый опасный преступник последнего столетия всё ещё не на плахе.

Карета скрылась за поворотом, а я едва не взвыла, как раненый зверь.

Продолжение рода?

Продолжение, мать его, рода…

Глава 28

— Хозяйка! Открывай ворота!

Я как раз взяла из рук Марты варёное яйцо, когда этот вопль прорезал утреннюю тишину так, будто к нам штурмом шли как минимум разбойники.

— Вот! — тут же вспыхнула Марта. — Вот о чём я и говорю! Совершенно невоспитанные люди! Ни тебе поклона, ни уважения, ни…

— …ни манер, — спокойно закончила я за неё, уже привыкая к её требовательности к соблюдению условностей.

— Да-да! — тут же подхватила она, довольная, что я правильно уловила мысль.

Но договорить ей не дали — за воротами снова заорали.

Фаус сорвался с места и выбежал во двор. Мы с Мартой переглянулись.

Через минуту он вернулся. И выглядел так, будто увидел чудо… или катастрофу.

— Что случилось? — настороженно спросила я.

Он вдохнул, будто собирался с духом, и выдал:

— Госпожа… там удобрение привезли.

Я замерла. А потом вскочила так резко, что чуть не уронила яйцо.

— Что?!

И уже через секунду неслась во двор.

Конечно, это был не Касаруан. Он своё слово сдержал — не засветился. Но…

Я остановилась у телеги и медленно обвела взглядом мешки. Подписанные. Аккуратно разложенные.

У меня перехватило дыхание.

Для клубники — куриный помёт и древесная зола.

Для малины и смородины — перепревший навоз.

И… кожура картофеля. Много. Настолько много, что можно было залить настоем всё поместье.

Я стояла и смотрела на это как на сокровища. Потому что… это и были сокровища.

— Разгружать куда? — спросил возчик.

— В сад, — выдохнула я. — Всё в сад.

Я уже собиралась вернуться в дом, чтобы переодеться, когда во двор снова донёсся скрип колёс.

Я резко обернулась.

— Ещё что-то? — пробормотала Марта, выходя следом за мной.

К воротам подъехала вторая телега. Возчик спрыгнул на землю, снял шапку и, не глядя мне в глаза, сказал:

— Доставка для поместья. Оплачено.

— Что там? — тихо спросила я.

Возчик откинул брезент. И я… выдохнула.

Инструменты. Не старые, перекрученные, пережившие три поколения, а совершенно новые. Лопаты, тяпки, грабли, секаторы.

Я провела пальцами по гладкой деревянной ручке — ещё тёплой от солнца.

— Миледи… — тихо выдохнул Фаус за моей спиной.

Но это было ещё не всё. Я заметила аккуратно сложенные свёртки.

— А это?

— Перчатки, — ответил возчик. — Холщовые. Несколько размеров.

Я взяла одну пару. Плотная ткань, крепкая и надёжная.

— И ещё, — добавил он, доставая мешок, — верёвки, колья… для подвязки. И ножи для обрезки.

Я стояла и смотрела на всё это изобилие, мысленно благодаря Нокса. Он решил купить всё необходимое сразу. Продуманная помощь.

Я медленно сжала в руках перчатки.

— Куда разгружать, госпожа? — спросил второй возчик.

Ответ был тем же.

— Всё в сад.

С этого момента день перестал существовать. Было только солнце, земля, запах… который невозможно забыть. И работа.

Мы вышли все. Прислуга, Марта, Фаус… даже те, кто обычно не покидал дом.

— Миледи, это неподобающее занятие для вас! — в который раз пытался остановить меня Фаус.

Я лишь крепче затянула платок на лице и взялась за тяпку.

— Неподобающее — это когда поместье разваливается, — буркнула я. — А это — работа.

И продолжила. Руки болели. Спина ныла. Пальцы саднили. Но внутри…

Когда я в очередной раз выпрямилась, откинула прядь волос и огляделась, сердце вдруг замерло.

— Ещё день… два, — прошептала я. — И…

К вечеру я едва держалась на ногах. И, несмотря на то, что помылась трижды, сидя за ужином, всё равно подозрительно принюхивалась к своим волосам.

— Мне кажется… — пробормотала я, — я теперь пахну удобрением навсегда.

— Миледи, — строго сказала Марта, — вы пахнете трудом.

Я фыркнула.

— Очень поэтично. Но я всё равно чувствую навоз.

Она закатила глаза. А я в очередной раз вспомнила о Ноксе. Если бы не он — ничего этого бы не было. Ни удобрений, ни инструментов.

Я откинулась на спинку стула и задумчиво провела пальцем по краю чашки. Кто ты вообще такой?.. И почему помогаешь мне…

— Завтра он придёт, — тряхнув головой и отгоняя мысли, сообщила я Марте.

Она даже не удивилась. Только прищурилась, молча кивнула… и достала из-под стола корзину полную колокольчиков.

Глава 29

Я спускалась в библиотеку с ещё влажными волосами, чувствуя, как усталость тянет вниз каждую мышцу. День в саду снова выжал меня досуха — даже трёх купаний оказалось мало, чтобы избавиться от запаха и тяжести в теле.

Но сегодня он должен был прийти Нокс. А с ним — деньги.

Я открыла дверь… и замерла.

Он уже был там.

Развалился в моём кресле, закинув ногу на ногу, словно это его дом. А перед ним, аккуратно выстроенные в три ряда, лежали колокольчики — от огромных, входных, до маленьких, почти игрушечных.

Я тихо прикрыла дверь за собой и, подавив невольную усмешку, произнесла:

— Вам не стыдно портить чужое имущество?

— Это не имущество, — лениво отозвался он, не отрывая взгляда от потолка. — Это мышеловки. Просто расставленные не на того.

Я медленно прошла ближе, чувствуя, как под ногами мягко скрипит пол.

— Ах да, — тихо протянула я. — Злой и страшный серый волк.

Он усмехнулся. Опустил ноги, выпрямился и посмотрел на меня и выдал.

— Выглядите паршиво.

Слова ударили неожиданно. Я невольно подняла руку и поправила влажные пряди, прилипшие к шее.

— Странный комплимент.

— Это не комплимент, — спокойно ответил он. — Это факт.

Я фыркнула, больше чтобы скрыть странное ощущение неловкости, и отвернулась. Шагнула к столу, где лежал мешочек.

Он приятно звякнул. Сердце дрогнуло.

— Всё, что смог, — сказал Нокс.

Я сжала ткань пальцами.

— Вы даже не представляете… что это для меня значит. — Слова давались с трудом. — Думаю, после этого мы в расчёте.

— Думаете?

Я не видела его лица, но по лёгким складкам у глаз, по интонации… поняла — улыбается.

Я вскинула подбородок.

— Думаю, на сегодня разговор окончен, — произнес мужчина, встал и направился к выходу.

И в этот момент я, сама не до конца понимая зачем, сказала:

— Марта приготовила ужин.

Он остановился, медленно повернул голову.

Посмотрел на накрытый стол у камина, на меня, на стол. Не говоря ни слова, подошёл к огню. Взял кувшин. И одним резким движением вылил воду в пламя.

Шипение, запах пара и комната погрузилась в темноту.

Я на секунду замерла.

— Вы собираетесь ужинать в темноте? — не выдержала я.

— Если мы собираемся ужинать, — тихо ответил он, — то видеть моё лицо вам не следует.

Я почувствовала, как его пальцы коснулись моего локтя. Он провёл меня к креслу.

— Ах да… — пробормотала я, усаживаясь. — Тайны.

— Именно.

Он вложил в мою руку бокал. Я сделала глоток, привыкая к темноте. Вкус казался ярче. Острее. Как и всё остальное. Лишаешься одного чувства, другие обостряются.

Я сделала ещё один вдох.

— Скажите, — тихо начала я, — большой и страшный серый волк… почему вас преследует сам король?

— Потому что я преступник.

Я усмехнулась, откидываясь на спинку кресла.

— Вы хотите сказать, что король знает всех преступников?

— Нет, — спокойно ответил он. — Только лучших.

Я скрестила ноги, обхватила бокал пальцами крепче.

— Вы портите мне вечер.

— Простите, леди, — лениво отозвался он.

Я услышала, как он тоже откинулся в кресле.

— С чего бы начать?..

Глава 30

Я затаила дыхание и ждала. Никогда не была любительницей сплетен и пустых разговоров. Видимо, утонув в сельских делах, я соскучилась по простым человеческим беседам — не о работе.

— Я с детства был бунтарём, знаете ли.

— Так бывает, когда сталкиваешься с несправедливостью, — вспомнила я свой строптивый нрав.

Мужчина тихо засмеялся.

— Вы меня понимаете. — Он сделал паузу и продолжил: — Прошлый король был строг, но справедлив. А вот его сынок… Скажем так, по какой-то причине набить собственные карманы для него важнее благополучия страны и её жителей.

— Только не говорите, что вы как Робин Гуд, — вырвалось у меня.

— Кто?

Я мысленно ударила себя по лбу. Вот ведь учили же — держать язык за зубами.

— Не важно, — отмахнулась я и потянулась к еде, пытаясь хотя бы так заткнуть себе рот.

Я точно знала, что на столе есть хлеб. Не нащупала.

Но мне на помощь пришёл Нокс. Он взял мою ладонь в свою — шершавую, тёплую — и вложил ломтик хлеба.

Я замерла на долю секунды.

— Вы видите в темноте?

— Пришлось адаптироваться.

— И как рано вам пришлось это сделать?

— Как только впервые убил человека.

Я поперхнулась хлебом и тут же сделала глоток из бокала.

Почему я так удивилась?

Потому что это прозвучало слишком спокойно… или потому, что я успела романтизировать Нокса, представить его героем, а не преступником, которым он на самом деле являлся?

— Вы же не думали, что я просто воришка драгоценностей, — добавил он.

— Нет, — сказала я вслух, а про себя добавила: «Видимо, я вообще не думала».

— Мне продолжать?

— Да, пожалуйста.

— Нынешний король не должен был править. У него был старший брат, который должен был взойти на престол.

Я попыталась покопаться в памяти, но поняла, что ничего не знаю. Конечно. Женщины этого мира политикой не интересовались.

— Наследного принца звали Леорд. Достойный сын своего отца.

— Строгий, но справедливый? — предположила я.

— Именно, — подтвердил Нокс. — Первая стычка произошла ещё в молодости. Ролен отличался от своих родственников скверным характером и буйным нравом. Я тогда учился в военном училище и тоже не отличался сдержанностью.

Я едва заметно кивнула. Значит, Нокс не просто уличный преступник. Как минимум — бывший военный. Все не так плохо.

— Что не поделили? — спросила я, нарушая короткую паузу.

— Справедливость.

Для рассказчика мужчина был скуп на слова. А мне стало так интересно услышать продолжение, что аж зубы сводило.

Нокс решил, что мучений с меня достаточно.

— Он порочил имя брата и отца. Я был не согласен. Произошёл конфликт.

— Надеюсь, вы сломали ему нос? — вырвалось у меня.

Для человека, выросшего без семьи, я всегда считала её величайшим благом. А уж мечта о брате или сестре не позволила бы причинить им вред ни словом, ни делом.

— Руку.

Я удовлетворённо кивнула. Нокс, который видимо прекрасно видел в темноте, хмыкнул.

— Вы опасная женщина.

— Важнее семьи в этом мире нет ничего.

— Соглашусь.

Он сделал паузу.

— Вторая стычка произошла, когда я уже был в оппозиции, а он занял престол после смерти отца.

— А его брат?

— А его брат был признан предателем страны.

Я невольно усмехнулась. Миры разные — игры те же.

— С тех пор мы с ним и воюем, — продолжил Нокс, не подозревая о моих мыслях. — Он лишает людей возможности зарабатывать, заменяя их своими людьми. Я мешаю этим людям вести торговлю. Он отнимает у них товар — я возвращаю его обратно и ищу новые рынки сбыта. Он угрожает их семьям — я вывожу их за границу. И если в процессе мне приходится жертвовать его людьми… я делаю это без колебаний.

Я медленно выдохнула. М-да… В сказках Робин Гуд не убивал. Но это была не сказка, а настоящая жизнь. И в своей жизни Нокс… пусть и не всегда чистыми методами, но всё же делал то, на что у многих не хватило бы смелости.

Не каждый готов поставить себя под удар ради других.

— И много вас таких?

— Больше, чем вы можете себе представить. И больше, чем известно мне. Многие состоятельные люди, потерявшие своё состояние из-за прихотей Ролена, ведут свои войны. Как, например… ваш муж.

Я резко выпрямилась.

— Мой муж?

В комнате повисло молчание.

Глава 31

Я сидела, почти не дыша.

— Король начал с малого, — тихо произнёс Нокс. — Запретил торговцам покупать ягоды с ваших земель.

Я медленно сжала бокал. Конечно. Ударить не мечом, а деньгами.

— Потом начались нападения, — продолжил он. — Сначала мелкие: порча, кражи. Затем — три попытки поджога.

— Три?

— Да. Даже волков навлекали на поместье, — добавил он.

Я резко выдохнула.

— Лорд Вальтер держался, — голос Нокса стал чуть тише. — Как и подобает настоящему лорду, до последнего.

В груди что-то болезненно сжалось. Даже представить не могу, как это — когда у тебя отбирают всё. Держать лицо при полном крахе — показатель сильного духа.

— А потом? — спросила я почти шёпотом.

Пауза.

— Потом умерла его мать. Она не выдержала постоянного давления.

Тишина вдруг стала тяжелее. Я закрыла глаза.

— И он сдался, — спокойно закончил Нокс. — Потому что бороться стало не за что.

— Он ушёл на границу, — продолжил он. — Воевать.

Я невольно представила: одиночество, пустой замок и человека, который просто… ушёл. Медленно открыла глаза.

Лорда Вальтера я не знаю. Мы супруги только на бумаге. Но, несмотря на законы страны и его права на супругу, он поступил как настоящий мужчина. И как очень хороший человек.

Я не могла не посочувствовать ему.

— И когда он начал добиваться успехов и там… — Нокс сделал паузу, — король решил навязать ему…

— Меня, — закончила я.

Слова прозвучали глухо.

— Брак с одной из самых красивых женщин королевства, — спокойно добавил он.

Я невольно смутилась. Никогда не считала себя красавицей. Получать комплименты для меня в новинку. И даже несмотря на то, что тело мне досталось чужое, оно уже перестало быть таковым.

Я уже различала силуэты, и то, что Нокс встал, не укрылось от моего взгляда.

— Если бы лорд Вальтер дал себе чуть больше времени здесь, — произнёс он, — думаю, ваша жизнь сложилась бы иначе. Она была бы другой.

Я нахмурилась.

— Какой?

Он сделал шаг. Тень сдвинулась.

— Счастливой, леди Вальтер. Счастливой.

Я сжала пальцы.

— А с чего вы решили, что я не счастлива?

Он ответил не сразу — то ли подбирая слова, то ли обдумывая мой вопрос.

— Счастливые женщины, — наконец сказал он, — не живут с грузом ответственности, который не с кем разделить. И не просыпаются с мыслью, как пережить завтрашний день.

Я отвела взгляд, будто в библиотеке было светло и он мог увидеть тоску в моих глазах.

Ответить было нечего. Потому что он был прав. Но признавать это вслух я не собиралась.

Нокс тем временем подошёл к столу. Я поставила бокал и проследила за его движением. Мужчина поправил платок на лице… и начал собирать колокольчики.

— Я позволил себе взять ещё немного из вырученных денег, — спокойно сказал он.

Я прищурилась.

— Завтра привезут корзины для транспортировки.

Последний колокольчик исчез в его нагрудном кармане.

— Ах да, — будто между прочим добавил он, — будьте готовы к нападениям.

Я резко встала.

— Нападениям?

Он повернулся ко мне. И даже в темноте я почувствовала его взгляд.

— Король хочет видеть вас в своей постели, — сказал он спокойно. — И совершенно не хочет видеть вас среди поставщиков лучших домов королевства.

Меня будто окатили холодной водой.

— Откуда вы?..

— Оттуда же, откуда и всё остальное, — перебил он.

И направился к двери.

— Господин серый волк, — окликнула я.

Он открыл дверь и остановился. Из соседней комнаты потянулся мягкий свет свечей. На мгновение он осветил лицо, скрытое серым платком. Всё, что я видела, — глаза. Уставшие и грустные.

Похоже, своими расспросами я заставила его вспомнить то, о чём он предпочёл бы молчать.

Как глупо и эгоистично с моей стороны.

Я тряхнула головой, нацепила на лицо самую беззаботную улыбку и спросила:

— Зачем вам колокольчики Марты?

В уголках его глаз пролегли едва заметные морщины — признак улыбки. Он усмехнулся.

— Не переживайте, леди. Я их верну.

Я закатила глаза.

Он уже шагнул за порог… но вдруг обернулся.

— Знаете, — лениво добавил он, — я не нравлюсь вашей поварихе вовсе не потому, что преступник.

Глава 32

Я уже спускалась по лестнице к завтраку, когда дом разрезал громкий крик:

— Госпожа-а-а!

Я вздрогнула и, забыв о манерах, о приличиях и о том, что леди не бегают по дому, сорвалась с места.

Кухня встретила меня… звоном колокольчиков.

Я замерла на пороге.

Марта стояла посреди кухни, возле входа в подвал, увешанная колокольчиками с головы до ног. Верёвки опутали её руки, талию, даже шею. Стоило ей хоть чуть пошевелиться — всё это начинало звенеть с удвоенной силой.

— Как? — невольно вырвалось у меня.

— Ваш преступник повесил их на спуске. Я запуталась.

Взрослый мужчина, а ведёт себя как самый настоящий подросток-проказник.

— Не двигайтесь, — с трудом сдерживая смех, сказала я.

— Я не двигаюсь! — возмутилась она. — Это они двигаются!

И в подтверждение её слов колокольчики зазвенели так, будто праздновали победу.

Фаус рядом уже не скрывался. Он согнулся пополам, держась за живот, и смеялся так искренне, что на мгновение я даже позавидовала.

— Помоги, а не стой как истукан! — рявкнула она на мужчину.

Мы с Фаусом переглянулись и принялись распутывать этот… звенящий шедевр.

Верёвки не поддавались, колокольчики цеплялись друг за друга, а Марта продолжала возмущаться, звеня при каждом слове.

И в какой-то момент я поймала себя на мысли… Нокс был бы в восторге.

Но хорошее настроение закончилось так же резко, как и началось.

Мы только вышли во двор, как я заметила фигуру у ворот.

Мальчишка. Совсем молодой. Лет семнадцать, максимум восемнадцать. Он шёл, опустив голову, будто боялся поднять глаза.

Стоило ему подойти ближе, как он снял шапку и ещё сильнее ссутулился.

— Простите, госпожа…

Внутри всё сжалось. Я интуитивно поняла, кто он и с чем должен был прийти.

— Где корзины? — спросила я спокойно.

Он вздрогнул.

— Люди в форме… — голос у него дрогнул. — Всё забрали. Сказали — конфискация.

Я стиснула зубы и сжала кулаки. Конечно. Уже даже не прячутся. Работают, так сказать, в открытую.

— Почему тогда ты здесь? — тихо спросила я.

Он поднял на меня глаза.

— Я обещал.

— Кому?

— Белому призраку.

Я невольно усмехнулась. «Белый призрак», значит. Я склонила голову, пряча улыбку.

Мальчуган достал мешочек и протянул мне.

— Я попробую ещё раз. Но возьму плату только после того, как довезу.

Моя бровь изогнулась. Поступок, конечно, красивый, вот только я подобного не ожидала.

— По совести, — добавил он.

Я кивнула.

— Зайди в дом. Поешь, отдохни.

— Спасибо, миледи, — с благодарностью произнёс паренёк.

Неизвестно, сколько ему пришлось пройти пешком.

Стоило им с Мартой скрыться за входной дверью, как я решила подумать обо всём позже. Сейчас у нас есть дела поважнее — закончить удобрять сад.

Мы работали весь день. Молча и упорно. Даже на обед не ушли, несмотря на то, что Фаус настаивал.

— Миледи, вам надо отдохнуть!

— Чуть позже, — раз за разом отвечала я, пока солнце не скрылось за горизонтом.

К вечеру я уже не чувствовала ни рук, ни ног, но грядки были удобрены. Все — до последнего участка.

Я выпрямилась и огляделась.

— Сделали, — тихо сказала я. И громче добавила: — Все молодцы!

Чуть позже, когда тёплая вода смыла весь сегодняшний день, я накинула на плечи лёгкий плащ и вышла в сад.

Тишину нарушало лишь стрекотание цикад.

Я шла медленно, без цели, просто рассматривая то, что мы сделали.

Всегда любила этот момент. Когда результат становится виден. Когда понимаешь — не зря.

Мы сделали всё, что в наших силах. Каждый кустик удобрен, и скоро все белые и зелёные ягодки станут…

Я остановилась у самой кромки леса, не веря своим глазам. Передо мной был куст с тремя красными клубниками. Я осторожно коснулась ягоды пальцами и, не задумываясь, сорвала её.

Несмотря на то, что я считала своё обоняние потерянным дня на три минимум, запах созревшей клубники ударил мгновенно.

И я на секунду перестала дышать. Так пахло детство.Приют.

Те редкие моменты, когда можно было украсть сладость у чужого сада и почувствовать себя счастливой.

Я улыбнулась своим мыслям и откусила. Сладкая.

— Ничего у тебя не выйдет, Лоран, — тихо сказала я в темноту. — Ты можешь мешать сколько угодно… но ты меня не остановишь.

Глава 33

Весь следующий день я провела в доме.

Вернее, наблюдала, как его приводят в порядок, и иногда вмешивалась. Слуги работали быстро и слаженно: снимали занавески, выбивали пыль, перебирали мешочки с зерном. Я же занялась тем, что казалось важным — перестановкой.

В приюте мы делали это часто. Нянечка говорила: «Деньги любят движение». И почему-то это работало. Стоило нам поменять местами кровати или передвинуть старый шкаф, как через день-два обязательно происходило что-то хорошее. Кто-то привозил продукты, кто-то оставлял пожертвования, иногда даже появлялись новые вещи.

Мы тогда верили, что дело в перестановке.

И, возможно, именно поэтому старались двигать всё как можно чаще.

Я невольно усмехнулась этим воспоминаниям и подвинула тяжёлый стул ближе к окну.

— Ну что ж… проверим, — тихо пробормотала я.

К вечеру дом будто выдохнул. А вместе с ним — и я. Уснула мгновенно.

На следующее утро я наспех оделась и почти бегом направилась в сад.

Вчера я нарочно не выходила к грядкам. Заставила себя остаться в доме, заняться уборкой, перестановкой — чем угодно, лишь бы не стоять над ягодами и не следить за каждым изменением. Нужно было выдохнуть. Дать природе сделать своё.

И вот теперь…

Я остановилась почти у самой калитки.

Смородина налилась — чёрная и красная. Первые ряды, те, что были ближе к солнцу, уже тяжело тянули ветви вниз. Остальные только начинали менять цвет, но и этого было достаточно, чтобы понять — процесс пошёл.

Я перевела взгляд дальше. Меня интересовала клубника у леса. Направилась туда без промедления.

За сутки она покраснела так, будто кто-то прошёлся вдоль грядок и раскрасил каждую ягоду вручную.

У меня перехватило дыхание.

— Получилось… — прошептала я.

И в следующую секунду сорвалась с места.

— Фаус!

Он появился почти сразу.

— Миледи?

Я подбежала к нему, схватила за руку и потянула за собой, совершенно не думая о том, как это выглядит со стороны.

— Смотри, смотри!

Я буквально подпрыгивала на месте, указывая на грядки.

— Они созрели!

Фаус опустился на колени рядом с кустами, осторожно коснулся ягод, словно боялся, что они исчезнут.

— Миледи… у нас получилось.

Я не выдержала. Громко рассмеялась и начала хлопать в ладоши, подпрыгивая прямо на месте. Совсем как ребёнок.

— Получилось! Получилось!

Слова сами срывались с губ. Я не помнила, когда в последний раз была так счастлива.

Не просто довольна, спокойна или удовлетворена результатом, а именно — счастлива.

Каждая ягода была доказательством, что всё не зря. Что все наши усилия, весь этот труд… имели смысл. И у нас действительно всё получится.

К вечеру я уже сидела в карете. Рядом стояла небольшая корзина с ягодами, аккуратно прикрытая тканью.

— К Кэт, — коротко сказала я кучеру.

Тепло, запах трав, мёда и чего-то сладкого окутали сразу, как я зашла в чайную. Кэт стояла за стойкой, как и в прошлый раз, и, заметив меня, улыбнулась.

— Проходи, девочка.

Я кивнула и прошла к столу. Она тут же поставила передо мной чашку.

— Сегодня с мелиссой. Для нервов полезно, — сказала она.

Я невольно усмехнулась.

— Вовремя.

Мы сделали по глотку, и только после этого я потянулась к корзине. Поставила её на стол, отодвинула ткань.

— Неужели… — выдохнула Кэт.

Её глаза расширились. Она осторожно взяла одну ягоду, поднесла к свету.

— Можно?

— Конечно, — с улыбкой ответила я.

Она откусила, закрыв глаза.

— Всё тот же вкус… — медленно произнесла она.

Я выдохнула, даже не заметив, что задерживала дыхание.

— Правда?

— Правда, — кивнула Кэт.

— Как и договаривались, — продолжила она уже деловым тоном, — на десять процентов ниже, чем я плачу Лорану сейчас.

— Да, — кивнула я.

Она махнула рукой молодому человеку за прилавком. Он понимающе кивнул и исчез в боковой двери, но почти сразу вернулся с мешочком.

Первая выручка. Как же волнительно.

Молодой человек почти вышел из-за прилавка, когда у входа звякнул колокольчик.

Я, даже не оборачиваясь, уже знала, кто это. Не могло же всё пойти как по маслу.

Мужчина за стойкой мгновенно исчез в глубине.

— Ох… принесла же его, — пробормотала Кэт, накрывая корзину тканью.

Глава 34

Я резко проснулась посреди ночи, будто кто-то дёрнул за невидимую нить.

Несколько секунд сидела, не шевелясь, и вглядывалась в темноту спальни. Тишина стояла такая плотная, что, казалось, её можно потрогать рукой. Я крепче сжала одеяло, зажмурилась, чтобы прийти в себя, и начать лучше видеть. Где-то слышала, что это помогает.

И это действительно помогает, потому что открыв глаза я увидела силуэт.

Сердце ухнуло вниз. Рука сама потянулась к подсвечнику на столике у кровати, хотя свеча давно погасла и вряд ли могла мне помочь.

— Этим вы вряд ли причините мне большой вред, — раздался из темноты знакомый голос.

Я резко выдохнула, но облегчение длилось не дольше мгновения. Присутствие Нокса в моих покоях среди ночи пугало не меньше, чем присутствие любого другого мужчины.

— Что вы делаете в моей спальне? — сорвалось с губ. Я дёрнула на себя одеяло и уже собралась встать, но он спокойно сказал:

— Незачем. Оставайтесь в постели. Пол холодный.

Это прозвучало так буднично, что я, к собственному раздражению, послушалась. Только подтянула ноги под одеяло, потому что в комнате и правда было зябко. Камин давно погас, свечи я не жгла, стараясь не тратить лишнего даже на себя.

— Я пришёл сообщить новость, — произнёс он.

— Какую? — спросила я, пытаясь различить в темноте его фигуру.

Пауза затянулась на одно мучительное мгновение.

— На голову вашего супруга объявлена награда.

Сердце на миг остановилось. А потом забилось так сильно, что мне показалось — оно планирует покинуть пределы грудной клетки. И всё же мне хватило каких-то двух секунд, чтобы спросить:

— Вы можете его спасти?

В комнате стало совсем тихо. Я слышала только собственное дыхание и стук сердца. Такой громкий, что он заглушал всё остальное.

— Вы хотите спасти человека, который является вам мужем лишь на бумаге? — в голосе Нокса прозвучало что-то, похожее на удивление. — Неужели у вас нет желания получить свободу?

Я стиснула пальцами край одеяла.

Свободу от чего? От брака, который и без того существовал только на бумаге? От имени, которое хоть как-то прикрывало меня от королевской прихоти? От человека, который, при всём своём холоде, не сделал мне ничего дурного?

Нет. Это была бы не свобода. Это был бы обмен одной невинной жизни на красивую клетки в доме другого.

— Лорд Вальтер — хороший человек, — тихо сказала я. — И я хочу, чтобы он жил. Вы можете помочь?

Он ответил не сразу. Но когда ответил, произнес утешительное:

— Я могу всё.

И тут же в темноте раздался резкий звук — словно камень ударился о камень. Потом ещё один. Посыпались искры. В следующую секунду в камине вспыхнул огонь.

Пламя взметнулось быстро, жадно лизнуло поленья, и спальня ожила в золотисто-рыжих отсветах.

Я невольно прищурилась.

Теперь я видела его. Высокий, широкоплечий, лицо скрыто платком. На плечах тяжёлый тёмный плащ. Он стоял возле камина так спокойно, будто вовсе не пробрался в спальню замужней женщины посреди ночи, а зашёл на минуту по вполне обычному делу.

— Сделаю всё, что в моих силах, — сказал он и повернулся к окну.

Я резко привстала.

— Что вы делаете?

Он даже не обернулся.

— Ухожу так же, как пришёл.

А потом, уже положив руку на раму, добавил с какой-то почти насмешливой лёгкостью:

— Кстати, сегодняшний ужин получился даже вкуснее, чем обычно. Передайте благодарность поварихе.

Я открыла рот, чтобы возмутиться — хотя бы из принципа, — но не успела. Он распахнул окно, и в комнату ворвался холодный ночной воздух. Пламя в камине вздрогнуло. А в следующую секунду Нокс уже исчез за окном.

Я дёрнулась было следом, но остановила себя.

Во-первых, босиком по ледяному полу я действительно не хотелось ходить. Под одеялком тепло. Во-вторых… с такими, как Нокс, от небольшого падение, ничего не случается.

Я откинулась на подушки и ещё долго смотрела на огонь. Слушала, как потрескивают поленья, как по стёклам окна шуршит ночной ветер. Пламя успокаивало. Или, наоборот, делало мысли слишком ясными.

Награда за голову лорда Вальтера.

Король решил избавиться от него окончательно? Только ради того, чтобы добраться до меня?

Я сжала зубы. Какой же он мерзкий.

Нокс был прав. Смерть мужа действительно могла бы подарить мне свободу. Но свободу для чего? Чтобы стать удобной добычей для короля? Чтобы однажды оказаться в его постели — без имени, без защиты, без права выбора?

Нет. Благодарю покорно. Но нет.

Да и дело было не только в этом. Лорд Вальтер в самом деле не сделал мне ничего плохого. Он не унижал меня, не требовал покорности, не пользовался своим правом.

Я не заметила, как мысли начали путаться. Голова сама опустилась на подушку. Глаза слипались, а огонь в камине превратился в размытое золотое пятно.

Глава 35

Запах гари ударил в нос тяжёлой, липкой волной, словно кто-то нарочно впустил её в комнату. Я села на кровати, не до конца понимая, где я и что происходит, и только спустя секунду услышала — треск. Далёкий, но отчётливый.

Сердце ухнуло вниз от осознания.

Я вскочила.

Не думая ни о плаще, ни о туфлях, ни о том, как это выглядит со стороны, я распахнула дверь и выбежала в коридор. Камень под ногами был ледяным, но я этого даже не почувствовала. Интересовало только одно — урожай.

Выбежав на улицу, я остановилась всего на мгновение, оценивая ситуацию. Огонь шёл со стороны ворот. Пламя расползалось в две стороны: к дому и к ягодным грядкам. А за ними — лес.

— Бочки! — раздался крик Фауста.

И в эту же секунду я вспомнила. Вечерами, после полива, когда все уже валились с ног, он заставлял носить воду и заполнять бочки. Снова и снова, каждый день.

Я тогда не понимала. Теперь — поняла. Он уже сталкивался с поджогом и был готов к нему. В отличие от меня.

— К воде! — крикнула я, уже сбегая по ступеням во двор.

Меня попытались остановить.

— Миледи! В дом! — кричала Марта.

Фаус перехватил меня почти у самой бочки.

— Что вы здесь делаете, миледи?!

Я вырвала руку.

— Спасаю поместье.

Он смотрел на меня секунду или две, но спорить не стал. Только резко снял с себя сюртук и накинул мне на плечи.

— Наденьте.

Я благодарно просунула руки, стянула ткань на груди и схватила ведро.

Дальше всё смешалось: крики, вода, жар от пламени и дым, от которого резало глаза. Люди бегали, передавали вёдра, сбивали огонь, топтали тлеющие участки.

Я работала наравне с остальными. Несмотря на кашель, жжение в горле и злость, которая поднималась внутри, как второй огонь, я старалась быть не хуже своих людей.

Когда последние языки пламени задохнулись под водой и грязью, во дворе повисла тишина. Погибло немного, но всё же погибло.

Мы молча вернулись в дом и, не сговариваясь, собрались на кухне. Я опустилась за стол. Руки дрожали, волосы пахли дымом, а кожа — гарью.

Марта и Фаус сели рядом. Остальные остались стоять. Я обвела всех взглядом. Чумазые, уставшие, но живые и невредимые. И это главное.

— Спасибо, — тихо сказала я. — Вы спасли поместье.

Кто-то кивнул. Кто-то просто выдохнул.

— Идите отдыхать.

Все разошлись, кроме кучера и конюха.

— Я первый на охране, — сказал Ален.

— Через четыре часа сменю, — подключился Ирвин.

Сами решили охранять поместье. Без просьбы или приказа.

У меня защипало в глазах. Я быстро отвернулась, чтобы не показывать слабость. Они не увидят моих слёз, но благодарность почувствуют. Я всегда была до безобразия взаимной. Обязательно вознагражу их за заслуги, а виновных накажу.

Когда на кухне остались только мы трое, я сжала пальцы в кулаки.

— Я пойду в суд, — сказала я. — Скажу, что на нас напали. Что пытались поджечь. Назову имя.

Марта опустила взгляд. Фаус же покачал головой и устало произнёс:

— Вас не станут слушать.

— Потому что он капитан? — зло выдохнула я.

— Потому что вы женщина, — тихо ответил он.

И в этот момент всплыли воспоминания. Как на меня смотрели, когда я пришла в банк. Каким тоном со мной говорили и как реагировали на разговор о деньгах. А затем я вспомнила, как Лоран усмехался, а король недвусмысленно намекал, что моё место — в его постели, и не более.

Я медленно выдохнула. Фаус был прав. Я смогу их победить, только доказав, что способна на большее. А сейчас…

— Нужно послать весточку лорду Вальтеру, — сказала я, поворачиваясь к старшему управляющему.

Он напрягся.

— Что написать?

— Что на него открыта охота. Пусть будет осторожен. И… не возвращается без нужды.

Марта ахнула, схватившись за грудь.

— Его хотят убить?

— Да.

— Но откуда вы?..

Она не договорила, внимательно посмотрев на меня. Я не стала врать.

— Один знакомый преступник сообщил.

Фаус утвердительно кивнул, не позволяя себе лишних вопросов.

Я же смотрела в стол и думала о решётках. Как обнести это место стеной, через которую никто не пройдёт. В идеале — пустить колючую проволоку, по которой идёт ток.

Жаль только, электричество ещё не изобрели.

Я медленно подняла взгляд.

— Он пожалеет, — тихо сказала я.

Никто не ответил, но мне и не нужно было. Потому что я уже знала: если придётся просить помощи у Нокса — я попрошу. И неважно, какую цену он запросит.

Глава 36

Я только вышла из ванной, когда в дверь тихо постучали. Капли ещё стекали по коже, волосы были влажными, а тело — непривычно лёгким после тяжёлого дня. Я на секунду задержалась, прислушиваясь, а затем коротко ответила:

— Войдите.

Дверь приоткрылась, и на пороге появилась Марта. Она выглядела растерянной, переминалась с ноги на ногу, словно не знала, с чего начать.

Я нахмурилась.

— Что случилось?

Она замялась, опустила взгляд, а потом тихо сказала:

— В кабинете… вас ждут.

— Кто?

Марта на секунду подняла глаза.

— Капитан Лоран.

Я не позволила гневу отразиться на лице. Только кивнула, будто речь шла о чём-то совершенно обычном.

— Поняла. Передай капитану, что скоро спущусь к нему.

Я быстро оделась, пригладила волосы и направилась вниз. В голове крутилась одна мысль: он пришёл угрожать или проверить, насколько сильно я в отчаянии?

Дверь в кабинет лорда Вальтера была приоткрыта. Я остановилась на мгновение, затем толкнула её и вошла.

Он стоял у стола, опершись на него ладонями, словно изучал что-то на поверхности. Услышав шаги, медленно выпрямился и повернулся ко мне.

— Леди Вальтер.

— Капитан.

Я оставила дверь чуть приоткрытой и прошла дальше в комнату, сохраняя расстояние. В этом кабинете всё ещё ощущалось присутствие хозяина — строгость линий, порядок, тяжесть дерева. Я почти надеялась, что это давит на Лорана.

— Неожиданный визит, — произнесла я.

Он усмехнулся.

— Неужели вы меня не ждали? Это разбивает мне сердце.

— И всё же, зачем вы здесь в столь позднее время?

На самом деле, время уже больше раннее, чем позднее. До расвета осталось не больше часа.

Лоран не спешил отвечать. Его взгляд скользнул по мне — неторопливо, оценивающе, будто я была предметом для осмотра.

— Я решил поговорить.

— Говорите, — бросила я, отходя к камину. Он почти догорел, но всё ещё отдавал тепло.

Он сделал шаг ко мне.

— Вы упорны.

— Я защищаю своё.

— Вы мешаете мне вести дела в привычном ритме.

Я сжала пальцы.

— А вы уничтожаете моё имущество.

Он усмехнулся шире.

— Громкие слова для недавно вышедшей замуж. Здесь ничего не принадлежит вам.

И этот — туда же.

Женщина не имеет ничего. Всё, на что она способна, — быть красивой куклой в мужской постели и посредственной матерью.

Лоран мог думать всё, что угодно.

У меня было то, что способно задеть его куда сильнее, чем любые слова.

— Мой супруг, — произнесла я ровно, — в отличие от многих, обладает и умом, и благородством, о которых другим остаётся лишь мечтать. И именно он передал мне это поместье со всеми правами уже на второй день после свадьбы.

Тишина затянулась. Воздух в комнате словно стал плотнее, тяжелее. Я отчётливо услышала, как скрипнули его зубы, заметила, как напряглась линия челюсти, как под кожей заходили желваки.

И внутри меня холодно и чётко отозвалась мысль: пусть знает, насколько он ничтожен в моих глазах.

— Вы ведь понимаете, чем это закончится? — тихо спросил он.

— Справедливостью.

— Остановитесь. Вы проиграете.

Я выпрямилась.

— Я не собираюсь ни останавливаться, ни проигрывать.

Он покачал головой.

— Вы всё ещё не поняли… — он подошёл ближе и чуть склонил голову. — Будь вы разумнее, давно нашли бы другой способ решить эту проблему.

Я усмехнулась.

— Вы предлагаете сделку?

— Я предлагаю выбор.

Он сделал ещё шаг, и между нами почти не осталось расстояния.

— Вы могли бы жить спокойно. Без борьбы. Без страха за своё… имущество.

— И цена?

Его взгляд, голодный и тяжёлый, сказал больше любых слов.

Я указала на дверь.

— Уходите.

Он не двинулся.

— Вы не в том положении, чтобы—

— Уходите, — повторила я холоднее.

Он выпрямился, и в его взгляде исчезла вся показная мягкость.

— Я предлагал по-хорошему.

Я не ответила. И в следующую секунду он оказался рядом. Его рука резко сомкнулась на моём запястье, вторая легла на талию, притягивая к себе.

Я дёрнулась, пытаясь вырваться.