Попаданка в злодейку для ледяного герцога

Глава 1. «Через тридцать дней вас казнят»

Пролог. Конец одной жизни — начало другой

Смерть оказалась на удивление тихой. Никакого тоннеля со светом в конце, никаких ангельских хоров. Просто резкий скрежет тормозов, ослепительная вспышка фар, а затем — вакуум. Пустота, в которой нет ни боли, ни времени, ни меня.

Я думала, это конец. Последняя страница моей обычной, ничем не примечательной жизни.

Но кто-то, видимо, решил, что мне рано на покой.

Возвращение было болезненным. Оно врывалось в сознание осколками стекла, пронзительным холодом и тяжестью, придавившей грудь. Я попыталась вдохнуть, но воздух обжег легкие морозной свежестью, пахнущей озоном и чем-то металлическим.

— …состояние стабильное, но сознание возвращается медленно, — донесся до меня чужой голос. Низкий, бесстрастный, словно выточенный из льда.

Я заставила себя открыть глаза.

Вместо больничной палаты надо мной нависал высокий потолок из темного камня, украшенный резьбой в виде переплетенных ветвей и замерзших роз. Тяжелый бархатный балдахин кровати колыхнулся от сквозняка. Я попыталась приподняться, но тело не слушалось — оно было чужим. Более хрупким, слабым, но при этом наполненным странной, пульсирующей энергией где-то в глубине вен.

— Очнулась, — констатировал тот же голос.

Я повернула голову. У окна, спиной ко мне, стоял мужчина. Высокий, в черном мундире с серебряной отделкой. Даже неподвижно он излучал такую холодную ауру, что воздух вокруг него казался кристаллизованным.

— Где… я? — мой голос прозвучал хрипло и незнакомо.

Мужчина медленно обернулся. Его лицо было безупречно красивым и абсолютно ледяным. Серые глаза, цвета зимнего неба перед бурей, смотрели на меня без единой искры сочувствия. Скорее — с брезгливым ожиданием.

— В своих покоях, герцогиня. В замке Вальмонт.

Герцогиня? Вальмонт? В голове вспыхнула боль, и чужие воспоминания хлынули потоком, сбивая с толку. Балы, интриги, шепот за спиной, взгляд полного ненависти мужа… Аделина. Меня звали Аделина Вальмонт.

Но я не Аделина. Я…

— Кто вы? — спросила я, хотя внутри уже начинало формироваться страшное понимание.

— Ваш муж, — ответил он сухо. — Герцог Дариан Вальмонт. И тот, кто должен был присутствовать при вашем аресте, но позволил себе небольшую отсрочку из-за вашего… недомогания.

Он сделал шаг вперед, и я инстинктивно вжалась в подушки. От него веяло не просто холодом, а смертельной опасностью.

— Что происходит? — прошептала я.

Дариан достал из складок плаща свернутый пергамент с крупной печатью империи. Он бросил его на кровать, словно это была не бумага, а грязная тряпка.

— Не притворяйтесь, Аделина. Это вам не поможет. Следствие завершено. Улики неоспоримы.

Я взглянула на пергамент. Крупные буквы плясали перед глазами, но смысл впивался в сознание сразу, будто сама магия этого мира вкладывала знание в голову.

«…виновна в государственной измене… использование запретной магии… заговор против короны…»

— Что это? — я почувствовала, как кровь отливает от лица. — Я ничего не делала. Я не…

— Ваши признания были зафиксированы свидетелями, — перебил он, и в его голосе впервые проскользнула эмоция. Гнев. Холодный, расчетливый гнев. — Император подписал приговор сегодня утром.

Он замолчал, давая словам повиснуть в воздухе, тяжелыми гирями падая на мое новое сердце.

— Через тридцать дней вас казнят, миледи.

Я замерла. Мир вокруг покачнулся. Тридцать дней. Казнь. Я умерла однажды, чтобы очнуться здесь только для того, чтобы умереть снова? Через месяц моя голова скатится на плаху за преступления, которые совершила другая женщина?

— Простите… что? — вырвалось у меня.

Дариан смотрел на меня так, словно лично мечтал привести приговор в исполнение. В его взгляде не было места сомнению. Для него Аделина Вальмонт была монстром в человеческом облике. И теперь этот монстр лежал в его постели, глядя на него растерянными глазами.

— У вас есть месяц, чтобы привести дела в порядок, — сказал он холодно. — Или чтобы покаяться перед богами. Советую не пытаться бежать. Магические оковы на замке активированы. Любой шаг за пределы спальни будет считаться попыткой побега и карается мгновенной смертью.

Он развернулся и направился к двери.

— Подождите! — крикнула я, найдя в себе силы сесть. — Вы даже не спросите, правда ли это?

Дариан остановился, но не обернулся.

— Я видел, что вы сделали, Аделина. Мне не нужны ваши слова.

Дверь закрылась с тихим, но окончательным щелчком. Замок щелкнул снаружи.

Я осталась одна в огромной, холодной спальне. Тишина давила на уши. Я подняла дрожащие руки перед лицом. Тонкие пальцы, бледная кожа, на безымянном — тяжелое кольцо с черным камнем, которое словно холодило кровь.

Это не сон. Это не галлюцинация после аварии.

Я умерла. Я очнулась в теле женщины, которую ненавидит вся империя. Женщины, приговоренной к смерти. Женщины самого опасного человека в государстве.

Страх, липкий и парализующий, попытался сковать горло. Хотелось свернуться калачиком, плакать и ждать конца.

Но где-то в глубине, там, где еще теплилась память о моей прошлой жизни, где я всегда боролась до последнего, вспыхнула искра.

Я не знаю, что натворила прежняя Аделина. Я не знаю, кто подставил меня в этом теле. Но я знаю одно: я не умру за чужие грехи.

Я перевела взгляд на окно. За толстым стеклом бушевала метель, заметая следы на снегу.

— Тридцать дней, — прошептала я в пустоту.

Губы тронула улыбка. Нервная, но твердая.

— Хорошо. Посмотрим, кто кого переиграет.

Глава 2. Чужое лицо в зеркале

Утро в замке Вальмонт не наступало — оно просто сменяло ночь на чуть менее темный оттенок серого. Свет был холодным, безжизненным, словно солнце здесь стеснялось согревать землю.

Я проснулась до того, как служанка постучала в дверь. Тело помнило режим даже в чужом мире. Я села на кровати и сразу же почувствовала этот странный зуд под кожей. Не физический, а магический. Будто внутри вен вместо крови текло расплавленное стекло.

Вчерашний день прошел в тумане шока. Сегодня нужно было принимать реальность такой, какая она есть.

Я подошла к умывальнику. Ледяная вода обожгла лицо, заставляя очнуться окончательно. Вытершись полотенцем, я подняла голову и взглянула в зеркало.

Вчерашняя паника ушла, оставив после себя холодную ясность. Теперь я рассматривала лицо Аделины не как жертва, а как следователь, изучающий вещдок.

Идеальная кожа. Слишком идеальная. Ни единой морщинки, ни единого изъяна. Но вокруг глаз залегли тени — не от недосыпа, а от постоянного напряжения. И взгляд…

Я прищурилась. В глубине зрачков, там, где должна была быть привычная темнота, вспыхнули фиолетовые искры.

Я моргнула, и они исчезли.

— Запретная магия, — прошептала я, вспоминая обвинение.

Значит, это не просто клевета. Тело действительно обладает силой. Вопрос в том, какой именно и кто научил ею пользоваться. Прежняя Аделина могла быть виновна, а могла стать козлом отпущения для того, кто действительно управлял этой силой.

Я подняла ладонь. Сосредоточилась. Вчерашний зуд усилился. Воздух над ладонью дрогнул, и крошечная снежинка, идеальная и сложная, материализовалась в воздухе, прежде чем растаять.

Сердце ёкнуло. Это не было похоже на ту «темную» магию, о которой шептались в коридорах. Это было… чисто. Холодно. Как аура самого герцога.

— Интересно, — протянула я, сжимая кулак. — Если моя магия похожа на его, почему он так уверен в моей вине?

Дверь скрипнула. Вошла Лиза. На этот раз она не смотрела в пол, а внимательно следила за моими руками, словно ожидая увидеть там огонь или черепа.

— Доброе утро, миледи, — произнесла она напряженно.

— Доброе, Лиза, — я отошла от зеркала, демонстрируя пустые ладони. — Что на завтрак?

— Хлеб, сыр и чай, — она поставила поднос, но не ушла. — Его светлость… герцог передал, что вы можете выйти в библиотеку. Но только в библиотеку. Охрана будет сопровождать вас.

Я замерла. Это была не милость. Это была проверка. Дариан хотел посмотреть, что я буду делать, получив немного свободы. Или хотел убедиться, что я не уничтожу улики, если они есть в книгах.

— Передайте его светлости благодарность, — спокойно сказала я. — Но сегодня я предпочту остаться в покоях. Мне нужно привести мысли в порядок.

Лиза удивленно моргнула. Видимо, прежняя Аделина не отличалась послушанием.

— Как скажете, миледи.

— Лиза, подожди, — я сделала шаг к ней. Девушка напряглась, но не отступила. — Вчера ты оставила записку.

Цвет лица служанки мгновенно изменился. Она побледнела так, что стала похожа на фарфоровую куклу.

— Я… я не знаю, о чем вы, миледи. Мне пора…

— Ты рискуешь жизнью, помогая мне, — тихо перебила я. — Я это ценю. Но если ты хочешь мне помочь по-настоящему, мне нужно знать про сад.

Лиза закусила губу. В ее глазах боролся страх и что-то еще. Верность? Или просто желание справедливости?

— Сад закрыт, — прошептала она быстро, оглядываясь на дверь. — После той ночи герцог запретил туда вход. Говорят, там… осталась магия. Она искажает пространство.

— Что случилось в ту ночь?

— Вы исчезли, — Лиза понизила голос до шепота. — Все видели, как вы вошли в сад. А через час вас нашли в центре лабиринта, без сознания. Вокруг были выжжены знаки. Маги империи сказали, это следы призыва демонов.

Я нахмурилась. Призыв демонов? Это уже звучало как откровенная фантазия для простаков.

— Кто нашел меня первой?

— Лорд Ренард, — ответила Лиза. — Он кричал, что вы пытались разрушить защиту замка.

Лорд Ренард. Снова он.

— Спасибо, Лиза. Можешь идти. И не бойся. Если меня казнят, тебя не тронут. Я никому не скажу про записку.

Девушка быстро присела в реверансе и выскользнула из комнаты, словно призрак.

Я осталась одна. Сад. Лабиринт. Выжженные знаки. Ренард.

Картина складывалась, но пазлов не хватало. Меня нашли без сознания. Значит, я не могла контролировать то, что происходило. Меня использовали как проводник.

Я подошла к письменному столу. Пергамент, перо, чернила. Все качественное, дорогое.

Мне нужно было поговорить с Дарианом. Но не так, как вчера. Вчера я была обвиняемой. Сегодня я должна стать партнером. Пусть невольным.

Я обмакнула перо в чернила. Рука не дрожала.

«Милорд, — начала я, отказываясь от титулов «муж» или «светлость». Слишком официально. — Вы дали мне тридцать дней. Этого достаточно, чтобы умереть. Но недостаточно, чтобы очистить имя. Если я виновна, казнь будет справедлива. Если нет — убийство невиновной запятнает честь дома Вальмонт.»

Я остановилась. Слишком сухо. Нужно было задеть его за живое. За его гордость.

«Я знаю, кто подставил меня. Мне нужна неделя. Доступ к саду и доступ к отчетам магов той ночи. В обмен я обещаю не пытаться бежать и добровольно явиться на казнь, если не найду доказательств.»

Это был блеф. Я не знала, кто меня подставил. Но я знала, что Дариан ценит логику и результат. Если я предложу ему решение вместо нытья, он может заинтересоваться.

Я подписала: «Аделина Вальмонт». Не «ваша жена». Просто имя.