Я ощутила, что прихожу в себя. Значит, жива.
В голове тут же замелькали картинки: я перехожу дорогу по пешеходному переходу, и вдруг из-за угла на бешеной скорости вылетает грузовик… Грохот, лязг тормозов, крики. Я не успеваю ничего сделать.
Удар был такой силы, что, испытав нечеловеческую боль во всем теле, я почти сразу же потеряла сознание. Наверняка на мне живого места нет.
Но вот странно: почему я совсем не чувствую боли?
А, ну конечно — обезболивающее вкололи. Интересно, руки и ноги у меня целы? Так страшно остаться инвалидом. Ухаживать-то за мной некому. Дожила до пятидесяти лет, а не то что семьи — подруг надежных и тех нет. Так, знакомые да деловые партнеры.
Зато у меня есть процветающий бизнес. И я горжусь тем, что подняла его сама, без чьей-либо помощи. Но, опять же, если теперь в ближайшие месяцы я встать не смогу, что будет с моей компанией? Угробят ведь все, разворуют…
Так, Людмила, соберись! Хватит себя жалеть. Даже если тело парализовано, голова-то работает по-прежнему четко. А значит, управлять своей компанией я смогу.
Надо пошевелить пальцами и открыть глаза, осмотреть себя.
Но я боялась. Я, которая жестко заправляла в строительном бизнесе и наравне с мужиками боролась за место под солнцем. Которую за глаза звали бульдогом. Да, они думали, что я не знаю, но я знала. И не обижалась. Бульдог я и есть, мало напоминающий женщину. Старый и матерый, готовый порвать любого, кто посмеет оттяпать бизнес. И вот теперь этот бульдог боится. Боится увидеть свое растерзанное тело.
Я тихо застонала, ругая себя последними словами. Тряпка! Открой глаза, соберись!
— Моя госпожа, хвала Всевышнему, вы очнулись! — вдруг услышала я.
Голос был мужской, приятный баритон. Телевизор, что ли, в палате включили? Видимо, да.
— Госпожа, вам надо попить, — снова тот же голос.
Странно, что звучал он очень близко. Как будто телевизор работал прямо передо мной. Надо все-таки открыть глаза. Любопытно даже, что это за фильм?
Я распахнула глаза, и взгляд мой наткнулся на молодого мужчину…
Красив, как древнегреческий бог. Светлые кудри растрепаны, серые глаза полны сочувствия, полные губы чуть подрагивают. Одет как-то странно: в кожаную коричневую жилетку на голое мускулистое тело и такие же штаны.
На врача не похож, на санитара — тоже. Интересно, куда охрана больницы смотрит? Что в моей палате посторонний парень делает? Вот я им устрою!
Только я открыла рот, чтобы позвать медсестру или кого там еще, как парень шустро сунул прямо к моим губам небольшую чашку.
— Вот, госпожа, выпейте целебный отвар. Он поможет восстановить силы!
Я опешила и во все глаза уставилась на парня. Так это никакой не телевизор! И госпожой он меня назвал?! Розыгрыш, что ли, какой-то… Ничего не понимаю.
Но я обязательно во всем разберусь. Вот только сначала попью. Во рту и правда стояла ужасная сухость.
Чуть приподняв голову, я открыла рот, и парень осторожно наклонил чашку. Вкус трав: чабреца, мяты и еще чего-то пряного. В целом неплохо, пить можно.
Сделав несколько глотков, я глубоко вздохнула, опустила голову на подушку и покосилась на парня. Он не отходил, так и стоял столбом возле кровати и смотрел на меня щенячьим преданным взглядом.
Надо все-таки выяснить, кто он такой и что здесь делает.
И только я додумала эту мысль, как в мое сознание мощной лавиной ворвались воспоминания…
…— Тей-Танэм, уйди! Я кому говорю, оставь меня! Я велю тебя выпороть. Я все равно сделаю это, и тебе не остановить меня, презренный раб. Пошел вон!
— Госпожа, я прошу вас, не надо. В этом зелье опасный элемент, вы можете погибнуть!
— И пусть. Чем такая жизнь, лучше смерть!..
Мой рот от удивления открылся сам собой. Что происходит, черт побери!
Я быстро наклонила голову и, откинув покрывало, осмотрела себя. Руки и ноги на месте, но будто не мои! На мне какая-то странная длинная белоснежная сорочка. Сейчас такие точно никто не носит.
Я осторожно попробовала сесть, свесив ноги с кровати. Оглянулась по сторонам.
Это точно не больничная палата. Странная комната, в старинном стиле. Убранство богатое, даже роскошное и вычурное. Везде расставлены напольные огромные вазы, изогнутые подсвечники, сундуки с затейливыми орнаментами. Окно закрыто тяжелыми бордовыми портьерами. Я осмотрела кровать — она просто гигантская, с атласным балдахином сверху. Напротив стоял изящный туалетный столик с большим зеркалом.
Зеркало! Я встала и направилась к нему. Во всем теле ощущалась легкость, голова не кружилась, ничего не болело — даже странно.
Парень все это время молча стоял на том же месте и внимательно наблюдал за мной.
Я заглянула в большое зеркало и… челюсть моя отвисла.
Это не я! В зеркале отражалась совершенно другая женщина. Причем молодая и очень красивая. Ярко-зеленые глаза, тонкий точеный носик, пухлые губы бантиком. И милая родинка слева, над нижней губой. Всю эту красоту обрамляла роскошная грива темно-рыжих волос, заплетенных в толстую косу.
Я рассматривала себя, отчаянно пытаясь понять, что происходит. И тут волна воспоминаний нахлынула вновь.
-----------------------------
Дорогие читательницы!
Добро пожаловать в наш классный моб "Злодейки тоже любят"
https://litnet.com/shrt/vdkR
