Попаданки

*1* Рита

— О боги! Трава — сапфировая! Капец полнейший! А это что? О-о-о-о, листочек с позолотой? Слушайте, а золото настоящее? Можно мне парочку с собой на память... и на ипотеку?

Не дожидаясь ответа (который, судя по вытянувшемуся лицу повелителя лесных эльфов, обещал быть долгим и сложным), Рита перешла к делу. Хрусть! — и первый драгоценный лист исчез в её руках. Хрусть! — второй. Через мгновение она уже увлеченно собирала «гербарий», запихивая золотую листву в карманы и поясную сумку с такой скоростью, будто за ней гналась налоговая инспекция.

Закончив с карманами, Рита оценочным взглядом окинула свой велосипед, которой гордо прозвала Анатолием. Туристическая сумка на багажнике, пережившая немало дорог, сейчас казалась ей до обидного маленькой. Она задумчиво прикусила губу, прикидывая, что из снаряжения менее ценно: запасные кроссовки, консервы или аптечка? Нет, аптечку лучше оставить.

Однако, наткнувшись на тяжёлый, немигающий взгляд эльфа, восседавшего на троне из живой лозы и переплетенных веток, Рита решила, что грабить лес прямо на глазах у его владельца — идея спорная.

— Ой, — она виновато улыбнулась, энергично приглаживая топорщащиеся карманы, из которых поблескивало золото. — Простите. Просто у вас такие... любопытные веточки. Я одурманена восхищением к вашим владениям. Это всё эстетический шок, он лишает воли! Кхм, да.

Пытаясь исправить пошатнувшуюся репутацию и сойти за приличную гостью, Рита пошла в атаку вежливостью. Сначала она попыталась продемонстрировать шаткий поклон, но на полпути вспомнила, что девушкам положен реверанс. Надеясь изобразить нечто изящно-придворное, она в итоге просто запуталась в собственных ногах, издав коленями такой смачный хруст, что эльфы на мгновение заподозрили в ней родство с сухим деревом.

Сдавшись, Рита махнула рукой. А какой смысл? В ярко-фиолетовой спортивной жилетке, обтягивающих вело шортах и со свежими синяками на исцарапанных икрах, попытка быть леди выглядела даже нелепее, чем вытянувшееся лицо самой Риты в тот момент, когда она не справилась с управлением на серпантине и кубарем скатилась с горы, приземлившись в этом странном лесу.

— Знаете, — Рита предприняла попытку заполнить неловкую тишину, — у нас в городе тоже есть парки. Но там из золота только цена на кофе в бумажных стаканчиках. А у вас тут... прямо-таки… вау!

Повелитель, чьи волосы напоминали струи золотистого водопада, медленно поднялся. Каждый его жест был настолько грациозным, что Рита почувствовала себя не просто нелепой, а прямо-таки антропоморфным недоразумением. Эльф обвёл взглядом поляну, где застыли стражи с луками из белого дерева, и наконец остановил взор на её велосипеде.

— Это... существо, — его голос прозвучал как перебор струн арфы, — чем оно питается?

Рита замерла, переводя взгляд с сияющего монарха на свой обшарпанный велик. Она схватилась за руль, зачем-то приподняла переднее колесо и крутанула его. Бодрое «вж-ж-ж» разнеслось по округе, и эльфы-стражники дружно отшатнулись, вскидывая луки.

— Толик что-ли? О-о, это чудовище крайне прожорливо! — Рита театрально закатила глаза к сводам из кроны деревьев. — Оно питается моим потом, хрустом коленей и нервными клетками. На завтрак предпочитает крутой подъём, на обед — мои проклятия.

На тронной поляне пронесся коллективный вздох ужаса. Эльфийки прикрыли рты ладонями, а повелитель нахмурился, прикидывая, не является ли эта двухколёсная тварь каким-нибудь демоном из нижних миров, пожирающим жизненную силу.

Увидев, что обстановка накаляется, Рита испуганно замахала руками:

— Да шучу я! Ребята, вы чего? — она нервно хихикнула, похлопав железного товарища по сиденью. — Это велосипед. В нём из живого только пара дохлых мух на раме, да я сверху. Это просто... ну, транспорт. Как конь, только из железа и кормить не надо. Не живой.

Идеальные брови лесных жителей поползли вверх.

— Ты... некромант? — Король с опаской сглотнул. — Тебя возит на себе дух умершего существа, закованный в холодный металл?

Рита на секунду зависла, пытаясь переварить услышанное. Образ велосипеда как восставшего из ада жеребца ей даже льстил, но перспектива быть сожжённой на костре за тёмную магию в первый же час пребывания в сказке её не прельщала. Ну или как это у них тут делается?

— Ваше Величество, — она слегка нахмурилась, надеясь, что правильно вспомнила, как к нему обращались другие эльфы. Вроде так. — Давайте вернёмся к делу. Кони-зомби, ипотечные листья — это всё, конечно, замечательно. Но нам вроде как лес спасать нужно. Я могу уже идти выполнять наиважнейшую миссию всех веков и народов?

Не дожидаясь официального разрешения (эти ребята явно были тугодумами), Рита лихо перекинула ногу через раму, устраиваясь в седле. Пятая точка отозвалась привычной ноющей болью. Сжав руль пальцами в потёртых перчатках, она уже воображала, что её ждало впереди. А происхождение этого загадочного мира её волновало меньше всего.

Волшебная реальность? Отлично! Круто! Погнали!

Галлюцинация от удара головой? Ещё лучше! Весёлая будет отключка! Прямо таки кино с ней в главной роли!

— Не торопись, Странница, — теперь голос эльфа звучал с явным сомнением, словно он прямо сейчас пересчитывал в уме шансы на выживание своего мира и приходил к крайне неутешительным выводам.

— Ой, для вас просто Рита. И для вас тоже, мальчики, — она кокетливо (как ей казалось) кивнула двум другим эльфам, стоявшим поодаль. Те были под стать королю: длинноволосые, золотоглазые, разве что уши чуть короче, да и на головах вместо пафосных венцов из золота и листьев — скромные обручи.

Король величественно поправил свое зелёно-золотое платье, стараясь вернуть моменту хотя бы крохи утраченного уважения и величия.

— Рита, — произнес он, возвращая к себе её внимание. — Ты точно осознала всю тяжесть и важность миссии, возложенной на твои плечи, Странница-из-другого-мира?

*2* Рита

— Эй! Ты на что это намекаешь, остроухий? — Рита упёрла руки в бока. — Я, между прочим, в своей жизни и не такое видела! Ты вот когда-нибудь от медведя убегал?

Стражник озадаченно моргнул, не понимая, при чём тут лесные хищники.

— Вот и я не убегала! — Рита победно вздёрнула носик, покрепче цепляясь в руль. — А всё почему? Потому что я женщина запасливая. У меня с собой пищалка-отпугиватель и пара петард. Исключительно для самообороны, знаете ли. В наших горах и не такое встретишь, там грибники страшнее медведей бывают. Короче, любого зверя до инфаркта доведу, а уж вашу Смерть из тюрьмы выкурю на раз-два!

— Это всё не имеет значения, — тяжело вздохнул король эльфов, прижимая ладонь к соболиной брови. — Артефакт был у тебя в руках в тот самый миг, когда заклинание, удерживающее его в твоём мире, окончательно ослабло. Магия сама выбрала проводника и втянула тебя сюда. А значит, именно тебе суждено спасать наш лес. И мир. Хочешь ты того или нет.

— Да я-то не против, это вы тут засомневались в своих пророчествах, — Рита закатила глаза, поправляя лямку рюкзака. — Но на всякий случай предупреждаю: я просто подобрала симпатичный камень, который торчал из земли рядом с трассой. Так что все эти ваши магические «бла-бла-бла» — это всё ваши слова. Не мои. И если что, я готова вернуть эту штуку вам прямо сейчас.

— Артефакт твой, — отрезал эльф. — И судьба твоя.

— Ну, как хотите. Моё дело — предложить, ваше — потом не жаловаться, — Рита пожала плечами, прикидывая в уме цепочку предстоящих квестов. — Ну что ж, спасибо за всё хорошее. Теперь я могу ехать?

Король кивнул.

— Леонтала найдёшь у Излучины Шёпота. Это по пути к выходу из леса, — произнёс он, широким жестом указывая на тропинку, мерцающей серебристой пыльцой. — И помни, Странница: время работает против нас. Каждую секунду умирают...

Договорить он не успел.

Рита, решив, что высокопарных речей на сегодня достаточно, с силой налегла на педали. Велосипед отозвался бодрым щелчком переключателя скоростей. С пробуксовкой по драгоценному мху, поднимая в воздух облако сапфировой пыли и золотых искр, Рита рванула вперёд.

— Адьос, ушастые! Ещё увидимся! — крикнула она через плечо, несясь прямиком в гущу светящихся зарослей.

Ветер засвистел в ушах, шлем чуть сполз на глаза, но адреналин перекрывал всё. Лес вокруг мелькал безумным калейдоскопом: лиловые папоротники, деревья с корой из перламутра, какие-то мелкие пушистые твари, разлетающиеся из-под колес с возмущенным писком. Рита чувствовала себя королевой бездорожья. Даже начала напевать под нос бессмысленную, но навязчивую попсу.

«Так, — думала она, покрепче цепляясь в руль и маневрируя между светящимися корягами, — план-капкан: найти трёх чуваков с камнями, выпустить Смерть из кутузки и — по тапкам домой. Вот это приключение! Вернусь — накатаю автобиографию о путешествии в мир... стоп. А как он хоть называется? Вот же ж зараза, надо было у ушастых уточнить для истории».

Излучина Шёпота оказалась местом на редкость живописным, хоть и глубоко ненормальным: река здесь текла вспять. Объяснить это научно или логически было невозможно, но в голове сама собой всплывала уверенность, что вода течёт именно в обратную сторону, стоило на неё взглянуть. Прибрежные камни под колёсами велосипеда тихонько ворчали, обсуждая вероятность осадков к вечеру, а у кромки воды нашлась фигура в зелёной плотной рубашке, жилете, штанах и сапогах — в общем, нормальном походном прикиде. Только средневековом, по меркам Риты.

Он стоял к ней спиной и сосредоточенно пускал «блинчики» по воде, используя вместо камней весело квакающих лягушек. Можно было бы назвать это живодёрством, если бы те не возвращались и не просили ещё.

— Леонтал, я полагаю? — крикнула Рита, пытаясь затормозить, но эльф не среагировал. Влажная трава превратилась в каток. Тормоза взвизгнули, как стадо недорезанных мандрагор. Велосипед занесло.

— Эй, Леголас местного разлива, берегись! — взвыла Рита, понимая, что законы физики в этом мире работали так же паршиво, как и в её родном.

Принц начал медленно, по-эльфийски грациозно оборачиваться, приподняв бровь в готовности что-то изречь. Но судьба в лице несущегося на всех парах велосипеда имела свои планы. В последний момент, когда столкновение казалось неизбежным, Леонтал проявил сверхъестественную реакцию: мягким, почти кошачьим движением он отскочил на прибрежный валун, пропуская Риту мимо себя.

Мир вокруг неё превратился в смазанное пятно. Переднее колесо наткнулось на корень, велосипед исполнил элегантное сальто, и Рита, издав короткий, но очень выразительный вопль, ласточкой ушла в ярко-синюю гладь реки.

Плюх!

Вода оказалась неожиданно тёплой и на вкус напоминала мятный чай. Вынырнув и отплёвываясь от мелких кувшинок, Рита обнаружила, что её шлем съехал на затылок, а на руле, торчащем из воды, сидела перепуганная лягушка.

— Чудненько, — буркнула она, сердито стряхивая воду с коротких тёмных волос. — Высший пилотаж. Теперь придется всё сушить.

Леонтал сверху вниз посмотрел на прилетевшее «чудо», пытаясь разобраться в гамме чувств — от растерянности до культурного шока. А затем, не выдержав, он схватился за живот и расхохотался так громко, что из кустов разлетелись перепуганные птицы.

Рита, всё ещё отплёвываясь от воды, невольно подхватила этот порыв. Смех у принца был заразительным, совсем не «царственным». Рассматривая его сквозь слипшуюся чёлку, она отметила, что парень выбивался из общей эльфийской картинки. Уши — да, те же «локаторы», как и у его отца, но вместо золотого водопада на голове красовались короткие волны, а по носу и щекам рассыпались веснушки.

— Ну, зато помылась! — фыркнула Рита, пытаясь выжать край жилетки.

Эльф спрыгнул с валуна и, не заботясь о сохранности сапог, зашёл в воду по щиколотку. Он протянул ей руку, с нескрываемым любопытством косясь на её железного коня, наполовину торчащего из воды.

*3* Лив

Дверь таверны «Улыбка висельника» распахнулась и в гущу из наёмников, немытых орков и вонючего эля вплыло нечто ослепительно-розовое.

Лив изящно поправила белоснежный берет, сидевший на безупречно гладких волосах цвета молочного шоколада с нежно-розовыми кончиками и, подняв телефон, она адресовала гаджету свою фирменную лучезарную улыбку — ту самую, что приносила ей тысячи лайков. В объективе она выглядела как икона стиля, но в реальности её подташнивало от каждого вдоха в этом сомнительном заведении.

— Ну, котята, вы просто даёте! — промурлыкала она в камеру. — Превзошли себя! Но в следующий раз хоть намекните на дресс-код, а то мой сегодняшний образ немного выбивается из этого... антуража.

Лив кокетливо хихикнула и чуть опустила камеру, демонстрируя подписчикам очередной сногсшибательный лук: глянцевый виниловый блеск экстремально короткой розовой юбки и нежное облако белоснежного кашемирового свитера. На фоне обшарпанных стен и подозрительных пятен она выглядела как экзотическая птица, случайно залетевшая на свалку.

— Мои поздравления! Я ведь даже проверила локацию и фото на картах — место идеально совпадало с тем, что вы скидывали, — Лив брезгливо повела плечиком, стараясь не касаться косяка двери, и прошла внутрь.

Всем своим видом она демонстрировала непоколебимую уверенность, но внутри неё закипал настоящий котел гнева. Купилась на подставу как девчонка! Это было не просто досадно — это было унизительно.

— Есть я тут, разумеется, не буду, — продолжала она, чеканя слова в камеру. — Мой желудок попросту не предназначен для переваривания… этого. Но я искренне надеюсь, что, удовлетворившись своей маленькой победой, вы наконец перестанете дурить мне голову.

Её аудитория целый месяц соревновалась в попытках затащить блогершу, привыкшую к блеску лакшери-ресторанов, в какую-нибудь беспросветную дыру. А всё потому, что в одном из прошлых эфиров Лив имела оплошность ляпнуть: «У людей с тонким вкусом физическая аллергия на заведения без белых скатертей и сомелье» — и уйти из полюбившегося всем заведения.

Подписчики решили лечить «аллергию» шоковой терапией.

И до сегодняшнего дня чутье Лив не давало осечек. Она безошибочно распознавала фейковые отзывы и сгенерированные нейросетями интерьеры, которыми её заваливали в директе. И прежде чем куда-то отправиться, она в обязательном порядке проверяла заведение на картах и в социальных сетях.

Ресторан «Этаж», куда Лив отправилась сегодня, успешно прошёл все уровни проверки. И всё же вместо обещанного панорамного вида и изысканной кухни её встретил жуткий притон. Здесь тяжелую вонь пота и гари пытались заглушить лошадиными дозами жареного лука, от которого у Лив уже слезились глаза.

— А что касается моего расставания с Петей, которое вы так активно обсуждаете последнюю неделю, так вот что я вам скажу... — сменила тему Лив, сглаживая углы от досадного проигрыша. — Петя может сколько угодно поливать меня грязью в своих жалких стримах, потешая эго. Но если он думает, что я тут страдаю без него, то он глубоко ошибается. Пф! Да после него моя планка упала настолько низко, что любой встречный покажется мне принцем. Просто потому, что этот «кто-то» — не Петя!

Лив обвела замерший зал оценивающим взглядом в поисках подходящего кандидата. Ей нужен был кто-то помоложе того деда за барной стойкой, и кто-то не настолько фанатеющий по фэнтези, как ребята в зелёных костюмах.

«Может, найти нового краша в этой дыре, куда меня сослали фанаты? А что, это гениально! — пронеслось в голове. — Сделаю комбо: и слухи о моих страданиях по Пете обнулю, и покажу этим шутникам, что меня невозможно выбить из колеи. Любая локация — это фон для моего триумфа».

Орки в это время перестали хрустеть костями, а трактирщик так и не донёс грязную тряпку до стойки. В помещении повисла тишина, нарушаемая только треском углей в камине. Глаза Лив зацепились за одинокую фигуру в дальнем углу.

— О! Да вот хоть этот! — она дерзко подмигнула камере и изящным свайпом переключилась на заднюю камеру. — Видите, котята? Даже в таком месте можно найти вариант поинтереснее, чем мой бывший.

Лив слишком привыкла к мужскому вниманию, чтобы её могли смутить чужие взгляды. Вот только блогерша и представить не могла, что в глазах окружающих читается не восторг от её красоты, а глубочайший шок и недоумение. Она напоминала фламинго, случайно приземлившегося посреди гнилого болота, кишащего крокодилами. Птица была прекрасна, но совершенно не понимала, что находится в пасти у смерти.

Узкие розовые очки помогали Лив игнорировать убогость обстановки, оставляя в фокусе только цель — высокого незнакомца с каштановыми волосами по плечи. Тот ещё не подозревал, какая удача в её лице готова на него свалиться, и спокойно сидел, откинув голову назад. Со стороны казалось, что он спал, хотя на самом деле мужчина погрузился в свои мысли, прикрыв глаза от тусклого света.

Не дожидаясь приглашения, Лив нагло уселась на край скрипучей скамьи, обдав мужчину ароматом дорогого парфюма, который в этом месте ощущался как химическая атака.

— Эй, симпатяга! — она уже занесла руку, чтобы бесцеремонно растолкать незнакомца, но тот опередил её, лениво приоткрыв один глаз. — Будь добр, скажи моим котятам, что ты гораздо круче одного самовлюбленного инфлюенсера!

Она наставила на него смартфон, сияя своей самой «дорогой» улыбкой. Мужчина не шелохнулся. Он смотрел на неё — розовую, пахнущую клубникой и неестественно яркую — как на диковинное насекомое, которое внезапно решило заговорить.

— Твои... «котята»? — его голос был сухим и хриплым, будто он не разговаривал несколько дней. — Это вид демонов, которые живут в этой светящейся штуке?

*4* Лив

Лив небрежно облокотилась на шаткий стол, но тут же испуганно отпрянула, будто коснулась раскаленной плиты. Она принялась осматривать локти своей белоснежной кофты, проверяя, не оставила ли эта сомнительная поверхность на нежнейшем кашемире пятно.

В это время незнакомец, наконец, удостоил её вниманием и второго глаза. Теперь он смотрел на неё в оба. Нахмурился. Окинул взглядом таверну.

Шок в глазах собравшихся орков и разбойников начал сменяться хищным оскалом. Кое-кто уже многозначительно придерживал топоры, а кто-то медленно поднимался со скамьи, осознавая, что эта розовая «галлюцинация» — вполне реальная и, судя по всему, очень дорогая добыча.

— Флэт-уайт? — он выговорил это слово так, будто пробовал на вкус какой-то древний и очень подозрительный заговор. — Я не знаю, из какого безумного королевства ты прибыла, женщина, но здесь пьют эль или кровь врагов. Уходила бы ты отсюда, пока жива.

Мужчина медленно убрал ноги со стола и перехватил опёршийся о стену посох, верхушку которого венчали три крупных бирюзовых кристалла. Камни внутри набалдашника едва заметно запульсировали холодным светом.

— Что? — Лив замерла.

И было неясно, что её шокировало больше: прямая угроза незнакомца или тот факт, что чат в её телефоне, где обычно сообщения неслись бесконечным потоком, молчал.

Странно. Шалость подписчиков удалась, она в самой гуще событий, а экран словно онемел. Ни одного «лайка», ни одного ехидного комментария за весь эфир.

— Серьёзно? Связи нет?! — Лив встряхнула смартфон, игнорируя посох и тяжёлые взгляды посетителей. — И для кого я тут сейчас распиналась? Весь контент коту под хвост!

— Слушай, ты, в розовом! — один из наёмников, сидевший у камина, резко поднялся. Его лицо перерезал старый шрам, а в руках он вертел метательный нож. — Твоя светящаяся побрякушка слишком сильно действует мне на нервы. Отдай её по-хорошему.

Лив даже не обернулась. Она была слишком занята тем, что поднимала телефон над головой, пытаясь поймать мифический сигнал ближе к потолку.

— Мужчина, не мешайте! У меня эфир не грузит, а это проблема, потому что…

Договорить она не успела. Воздух свистнул прямо над её головой. Нож, пущенный с ювелирной точностью, вырвал смартфон из её пальцев и намертво пригвоздил гаджет к стене, глубоко вогнав лезвие прямо в середину экрана. Раздался сочный «хруст», короткое мигание, и этот венец инженерной мысли стоимостью в три средних зарплаты окончательно погас.

В таверне повисла мёртвая тишина.

Лив секунды две рассматривала свои пустые ладони, которые всё ещё держали отсутствующий телефон, а затем перевела взгляд на его труп, пригвождённый к стене.

— Мой... ультра-макс... — прошептала она, пытаясь упорядочить в голове то, что только что произошло.

Нет. Этого просто не могло быть. В неё запустили нож! Настоящий, мать его, нож! Что за дикость? Что за средневековое варварство?!

Мозг Лив со скрипом, но всё же начал выходить из «эфира». Она обернулась, и её глаза, расширенные от запредельного ужаса, столкнулись с десятками других — налитых кровью, полных первобытной злобы и хищного азарта. Лив невольно вжала шею в плечи, внезапно почувствовав себя очень маленькой, очень хрупкой и совершенно беззащитной в своём белоснежном кашемире.

— Смотрите! — взревел орк, тыча кривым когтем в сторону стены. — Духи выходят! Она выпускает их на волю! Всех, кого эта тварь сожрала и заперла в своей странной коробке!

Из разбитого смартфона и правда успела выстрелить парочка искр вместе с коротким дымком. В полумраке таверны это выглядело как самое настоящее злое колдовство.

— Что за глупости? — растерянно выдавила Лив, вскакивая со скамьи.

Но ноги сделались ватными, а логические аргументы отказались рождаться в голове. Да и какая, к чёрту, логика, когда в тебя только что швырнули ножом?! Лив без остановки повторяла это возмущение в голове, стараясь придать ему форму.

— Смерть губительнице душ! — разом гаркнули посетители.

Толпа в таверне пришла в движение. Огромный разбойник со шрамом шагнул вперёд, вынимая из-за пояса второй нож. Лив в ужасе прижала руки к груди. Её розовый мир, состоящий из фильтров, лайков и белых скатертей, лопнул, как мыльный пузырь. Вокруг была лишь вонючая темнота и люди — или не люди — которые всерьёз собирались её убить.

— Мамочки... — выдохнула она, плюхаясь обратно на скамью и инстинктивно пытаясь прикрыться руками. — Пожалуйста, не надо, давайте разберёмся...

Незнакомец, к которому она подсела, устало вздохнул и наконец встал в полный рост. Он оказался ещё выше, чем Лив представляла. Бирюзовые кристаллы в посохе и тот, что висел в его ухе вместо серьги, — больше не пульсировали. Они источали ровный свет.

Сделав шаг вперёд, мужчина заслонил Лив своей спиной в кожаной, длинной куртке и выставил оружие перед собой, готовясь к удару.

— Не лезь, колдун! — прорычал кто-то из глубины зала, и в этом рыке уже слышалась неуверенность.

— Нехорошо обижать слабых, — голос незнакомца прозвучал едва слышно. — Особенно женщин. Даже таких... странных.

Затем он вполоборота обернулся к ней. На его лице не было ни тени страха. Он смотрел на Лив совершенно спокойно, будто над головой не свистели ножи, а саму её не собирались принести в жертву за «убийство демонов».

— Закрой глаза.

— Что?.. — пискнула Лив, но подчинилась инстинктивно, плотно зажмурившись.

Мир за закрытыми веками внезапно вспыхнул ядовито-бирюзовым светом. В груди болезненно ухнуло, словно лифт, в котором она поднималась вверх, внезапно оборвал тросы и рухнул в бездонную шахту. Лив попыталась вдохнуть, но лёгкие сковало судорогой страха.