Не так я ожидала встретить своего бывшего мужа… Совсем не так…
— Дочь, ты дома? Я хотела роллы заказать, думала, ты встретишь.
Дорога домой после тяжелого рабочего дня. Наконец-то! Ноги гудят, голова квадратная… Но, зная, что Оля не озаботится ужином, беру все в свои руки.
— Мамуль, я скоро, — прощебетала она в трубку телефона глуховато, но в этом щебетании мне послышались те самые озорные искорки, которые я ни с чем не спутаю. Так искрятся глаза у девушки, которая влюблена. Двадцать лет - самый яркий возраст. — Меня подвезут. Всё, я потом. Как приеду — сразу закажу.
Она отключилась, не дав мне вставить и слова. Я вцепилась в руль, вжимая педаль газа в пол. Кто этот «второй»? Почему она не говорит прямо? Страх ледяной змеёй заполз в душу и сжал сердце. Я боюсь за неё. Боюсь, что ей разобьют сердце так же жестоко, как когда-то разбили мне. Боюсь, что она не сможет это пережить. Боюсь до противной дрожи в коленях и чёрных мушек перед глазами. В школе она тяжело пережила свою первую детскую любовь, а теперь… теперь она взрослая, а значит, раны будут глубже.
Я успела. Тормознула у подъезда и увидела их. Оля стояла, запрокинув голову, и смотрела на высокого мужчину, опиравшегося на дверцу огромного чёрного внедорожника. Меня словно окатили ледяной водой. Спина мужчины, его осанка показались мне до боли знакомыми. А когда свет фонаря упал на его голову, серебро седины блеснуло слишком отчётливо, слишком хищно.
Внутри всё перевернулось. Кровь отхлынула от лица, оставив лишь звенящую пустоту. Нет. Только не это. Неужели она связалась с тем, кто годится ей в отцы? Я выскочила из машины, каблуки предательски застучали по асфальту, выдавая мою панику.
— Мамочка! — Оля обернулась на звук, и на её лице сияла безмятежная улыбка.
Мужчина тоже обернулся.
И время остановилось.
Воздух вышибло из лёгких одним ударом — тяжёлым, подлым, сокрушительным. Мир покачнулся, потеряв краски. Свежий ночной воздух вдруг стал затхлым, спёртым, как в склепе. Меня захлестнула тошнота, потому что перед глазами, словно киноплёнка, прокрутилась та самая сцена. Сцена из прошлой жизни, когда мой мир с оглушительным треском разлетелся на осколки.
«У меня есть другая. Я давно люблю её, а не тебя. Я подаю на развод. Надоело прятаться!..».
Его голос тогда не дрожал. Он смотрел на меня, молоденькую дуру, с ледяным спокойствием, выворачивая мою душу наизнанку. Я думала, что умру. Что этот миг — последний. Весь мир сузился до точки его зрачков. Я готова была ползать на коленях, умолять о втором шансе, но вместо этого внутри, на пепелище, родилась клятва: однажды он пожалеет. Однажды я заставлю его страдать так же, как он заставил меня.
— Лада? — его голос, ставший чуть более хриплым, но таким же знакомым до мурашек, вырвал меня из кошмара прошлого.
Я подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. В глаза своему прошлому.