ДАРЬЯ. 1 глава
– Да-да, завтра уже уезжаем! – говорю я в трубку сестре, а самой не верится: мы с мужем и сыном едем на Байкал!
Я взяла неделю отпуска, Макса отпросили из школы, ну а Витя туда не только отдыхать, но и по работе – на экологическую конференцию в Иркутск.
Мы планируем кататься на собачьих и оленьих упряжках, на коньках и лыжах, попробовать местную кухню, посетить несколько музеев и, конечно, устроить семейную фотосессию на прозрачном льду.
Под «мы планируем» я имею ввиду себя и мужа.
Максу тринадцать, и все, чего он хочет, – это рубиться в приставку и сидеть в чатике со своими дружками, такими же затворниками, которые любят играть, обсуждать девчонок и бычить на родителей, и не любят гулять, учиться и мыться...
Честное слово, его в душ не загнать!
За домашку не посадить!
На улицу не выгнать!
Даже если выгоняешь – через полчаса выясняется, что он уже дома у одного из друзей, и что они там делают?! Правильно, играют и бычат.
Ну до чего же дурной возраст!
Какие надежды я возлагаю на эту поездку?!
Ну... например, что он обнаружит-таки, что мир за окном прекрасен!
Впрочем... кому я вру?! Не обнаружит. Его отец – эколог и профессор географических наук, и Макса за тринадцать лет жизни куда уже только не таскали, и по России, от Калининграда до Камчатки, и по зарубежью... А ему хоть кол на голове теши: плевал я, говорит, на это все, неинтересно мне! А что, спрашиваю, интересно?! Ничего. Плечами пожимает.
Но надежда, как известно, умирает последней.
А я, как мать, продолжаю биться, развивая его, как могу.
Марья, сестра моя, тоже одобряет:
– Ну и отлично! Отдохнете, развеетесь! Может, и Максу понравится...
– Вряд ли, – фыркаю я. – Но посмотрим...
– Ты сегодня уже отпускная?!
– Да, бегаю вот по магазинам, закупаюсь мелочью типа фонариков и батареек к ним... Потом поеду в университет, заберу Витю – и домой, отсыпаться. У нас самолет до Новосиба в семь утра, там три часа пересадки, а потом уже – второй самолет до Иркутска.
– А прямых что, не было?! – удивляется сестра.
– Не-а, – я качаю головой, словно Марья может меня видеть.
– Ну ладно, терпения вам тогда и удачи!
– Спасибо, сестренка!
– Не забывай делиться фотографиями!
– Само собой!
Мы прощаемся, и я иду на кассу, чтобы оплатить все свои покупки.
Потом возвращаюсь в машину.
В салоне тепло, на улице – холодно. Впрочем, это очень иронично – жаловаться на холодный февраль в Сочи, одновременно планируя улететь в Сибирь, на бескрайние ледяные просторы Байкала.
До конца рабочего дня мужа осталось минут пятнадцать, и я отправляюсь к нему.
Вообще, обещала, что приеду к пяти, но, кажется, буду к половине пятого: сделала все, что планировала, быстрее.
Тем лучше: сразу поедем домой.
Оставив автомобиль на служебной парковке университета, я иду в холл. Охрана меня знает и пропускает без лишних вопросов. Я поднимаюсь по лестнице на третий этаж, где находится кабинет Вити.
Уже представляю, как он обрадуется, что я приехала пораньше, но как только я открываю дверь его кабинета – моим глазам открывается зрелище, которое я сразу хочу развидеть.
Прямо на ректорском столе восседает полуголая блондинка с бесконечно длинными ногами, которые широко расставлены и подрагивают в такт ритмичным движениям, а между ее ног – мой муж.
Витины пальцы путаются в волосах блондинки, она тихо постанывает, он хрипит ей на ухо, а я... я, ошалев от увиденного, и слова сказать не могу, только ключи от машины роняю на пол...
___
листаем дальше --->
2 глава
Конечно, любоваться тем, как мой муж имеет какую-то девицу, выше моих сил.
Я быстро поднимаю с пола ключи и закрываю дверь, оставляя любовников наедине.
В голове болезненно пульсирует мысль: Витя изменяет мне! Изменяет! Изменяет!
Я делаю несколько шагов в сторону лестницы, но понимаю, что мне слишком дурно, могу и упасть...
Так что я сажусь на скамейку в коридоре и смотрю прямо перед собой отупевшим взглядом.
Стоны в кабинете мужа, разумеется, сразу смолкают, сменяясь недовольным шушуканьем.
Кажется, Витя ее прогоняет.
Кто она?! Преподавательница?! Студентка?!
Еще через минуту дверь приоткрывается, и в образовавшуюся щель выскальзывает эта самая блондинка: сконфуженная, смущенная. Прошмыгивает в противоположную от меня сторону. Повернув голову, я смотрю вслед ее виляющему заду.
Потом из кабинета выходит Витя.
Встает передо мной – растерянный, виноватый, но все равно чертовски недовольный.
– Ты почему не предупредила-то, что пораньше приедешь?! – спрашивает он, и в голосе – то ли обвинение, то ли оправдание.
– Чтобы что?! – задаю я ответный вопрос. – Чтобы вы успели закончить?!
– Даш, ты все неправильно поняла...
– Неужели?! – я фыркаю, удивляясь тому, что мой муж, ректор, профессор, большой, уважаемый, очень умный человек пытается отбрехаться этим классическим «ты не так поняла»...
Что здесь можно было понять не так?!
– Пойдем в кабинет, поговорим, – просит он.
Я молча встаю с места и иду за ним.
В кабинете висит аромат секса, но я послушно сажусь на свободный стул, подальше от того места, где они любились.
Витя открывает окно, чтобы проветрить – и на том спасибо! – а потом садится в свое роскошное кожаное ректорское кресло.
– Я буду с тобой честен, – говорит Витя. Да ладно?! Как я посмотрю, честность – его второе имя! – Ее зовут Оксана, она моя студентка. Она завалила зачет по моему предмету на зимней сессии, ей грозило отчисление. Я вызвался позаниматься с ней, потому что...
– Потому что у нее отличная задница?! – перебивая, фыркаю я насмешливо.
– Даш, не надо... Нет, не поэтому. Просто она способная студентка.
– Способные студентки не заваливают сессии, а если и заваливают, то решают вопрос не тем, что у них между ног...
– У нее умерла мама, – говорит Витя.
– И ты решил ее утешить?!
– Нет, я просто вошел в положение...
– И в нее саму тоже, – заканчиваю я, усмехаясь.
– Дай мне договорить! – требует муж. Я пожимаю плечами, и он продолжает: – Я вошел в ее положение и согласился помочь. Мы занимались три вечера подряд. Я не планировал ничего... такого. Но когда она все-таки сдала зачет, видимо, ее захлестнули эмоции. Она начала благодарить и... и набросилась на меня. А я не успел остановиться к моменту, когда ты вошла...
– Вить, не надо держать меня за дуру, – говорю я жестко. – Такое объяснение могло бы прокатить, если бы вы просто целовались. Но вы...
– Да, я поддался, – признает муж. – И это неудивительно: начало года было стрессовым. А ты не очень-то поддерживала меня...
– Что, прости?! – я аж задыхаюсь от обиды. – Не очень поддерживала?! Каждый вечер дома тебя ждал ужин, а каждое утро – завтрак и чистые выглаженные рубашки! При том, что я тоже работаю, вообще-то!
– При чем здесь ужины и рубашки, – с досадой морщится Витя. – Я про другую поддержку...
– И какую же?!
– Про постель. Между нами ничего не было уже почти полгода...
– Да, потому что я тоже устаю! У тебя – работа, а у меня – работа, дом и сын! Не говоря уж о том, что я начала пить новые таблетки для щитовидки, и они напрочь убивают энергию и либидо... Только-только все начало выправляться. Но ты ждать не стал, конечно же. Быстро нашел, кем утешиться. Не удивлюсь, если это было больше, чем один раз...
С ума сойти можно!
Изменил – он!
А виноватой себя чувствовать должна я?!
___
Дорогие читательницы, добро пожаловать в мою новую книгу!
Пожалуйста, чтобы не потерять книгу, сразу добавьте ее в библиотеку. Также я буду благодарна вам за лайк (звездочку) на главной странице книги https://litnet.com/shrt/1I93 Огромное спасибо! Теперь мы с музом счастливы и будем продолжать творить для вас!
3 глава
– Ладно, достаточно, – резко обрывает меня муж.
– Что – достаточно?!
– Вот этого всего. Не надо усугублять. Я и так не грани.
– На грани чего, прости?! – не понимаю я.
– На грани того, чтобы с тобой развестись.
– Чего, блин?! – у меня аж глаза на лоб лезут.
– Все женщины современные так живут: и работу работают, и по хозяйству успевают, и детей воспитывают. Многим сложнее гораздо, чем тебе. Ну вот что у тебя за работа?! Ты – заведующая частного детского сада. У тебя там всего семь групп, персонал замечательный, проблем – никаких! Дома – ну да, готовка, уборка. Но у тебя же все есть: мультиварка, пароварка, гриль, вафельница, духовка, микроволновка, плита – хоть заготовься! Стиралка стирает, пылесос моющий полы сам моет...
– Ты сейчас обесцениваешь мой труд, – говорю я жестко. На большее меня не хватает: я как будто немею, ошалевшая от его претензий.
– А сын что?! – продолжает Витя, словно и не слышит меня. – Ему не год же, не пять и даже не десять! Тринадцать лет – взрослый пацан! У меня есть коллега, у которой трое: сыновья десяти и шести лет и дочка, которой год! И что ты думаешь?! Работает, не ноет!
– Может, ей муж помогает?! – хмыкаю я. – Встает по ночам, например, чтобы ребенка накормить и переодеть, еду готовит, убирается дома?! А может, у них есть няня?! Может, клининг каждую субботу?!
Ну да, мне-то он помощников никогда не разрешал нанимать, говорил, не по-женски это, отлынивать!
– А может, она просто добросовестно обязанности свои выполняет, а не ноет?! – перебивает меня муж. – И сама, между прочим, получше твоего выглядит! Ухоженная, стройная! А ты?! Сколько ты килограммов за последний год набрала?!
– Семь, – говорю я тихо, словно оправдываюсь... а ведь не должна! – У меня проблемы с щитовидкой, напоминаю, и это очень влияет на вес...
– Могла бы что-то для похудения пить! Или в зал записаться!
– Ну да! – взрываюсь я. – Деньги зарабатывай, еду готовь, дом убирай, одежду стирай, за сыном следи, в зал ходи, мужа ублажай! Не длинноват ли списочек, дорогой?!
– Все! – он отмахивается. – Едем домой! У нас утром самолет!
– Я уже не уверена, что хочу куда-то с тобой лететь...
– Не придуривайся. Авиабилеты и бронь отеля нам никто уже не вернет. Не ты ли хотела посмотреть на зимний Байкал и сыну показать?!
Да, хотела.
И все еще хочу, честно говоря.
Вот только не уверена, что вместе с мужем.
Но пока я не приняла решение, то просто иду в машину, а Витя – за мной.
Домой мы едем молча, а там расходимся каждый по своим делам: он – в душ и ужинать, я – дособирать чемоданы.
Ложусь раньше него.
Витя приходит, когда я уже дремлю.
Сквозь сон слышу, как он ложится рядом, но не прикасается ко мне... и на том спасибо.
Вот только его присутствие все равно заставляет меня вынырнуть из сна обратно в реальность, и тяжелые мысли сразу накрывают с головой.
Он изменил мне.
Он на грани, чтобы подать на развод.
Он считает меня плохой женщиной, женой, матерью, хозяйкой.
Он оправдывает себя тем, что я не удовлетворяла его, тем, что заболела, набрала вес, стала не так хорошо выглядеть... но от хорошей ли жизни?!
Он пытается вызывать во мне чувство вины.
Предатель.
Что же мне делать?!
Стать такой, какую он хочет?! Исключено. Не стану я под него прогибаться.
Отказаться от поездки и от всего того хорошего, чего я так ждала?! Ну уж нет... Пускай катится к черту. Я поеду – и точка.
Подать на развод первой?! А вот это идея. Над этим надо подумать.
___
листаем дальше --->
4 глава
Будильник поднимает меня, Витю и Макса ни свет ни заря, как говорится.
– А мне точно обязательно ехать?! – мрачно спрашивает сын, как обычно, не поднимая взгляда от экрана своего смартфона.
– Обязательно, – говорю я просто, потому что времени и сил на разговоры у меня просто нет.
Напряжение между мной и Вите – практически физическое, хоть ножом режь... В этом смысле даже хорошо, что Макс ничего не замечает: нам бы самим сначала разобраться, а потом уже с сыном разговаривать.
Тем более что Макс сейчас в таком опасном бунтарском возрасте, что мне страшно думать, как он вообще воспримет новость, что его родители могут развестись... На чью сторону встанет?! Не начнет ли крушить все подряд?! Не попытается ли сбежать из дома?!
– И в душ сходи, – добавляю я, чувствуя, что от сына снова пахнет несвежим бельем. Неужели он сам не чувствует?! Трусов ему закупила – ящик! Дезодорантов – на любой вкус, и шариковые, и спреи! Парфюм! Крема! Бесполезно...
– Зачем в душ, если все равно два самолета?! – хмыкает Макс. – Помоюсь в отеле.
– А в самолетах будешь источать ароматы на всех пассажиров?! – рыкаю я.
Он смотрит на меня с ненавистью, потом буркает:
– Окей, схожу, если тебе от этого полегчает.
– Полегчает, – уверяю я его.
Макс уходит, а Витя вдруг решает порадовать меня очередным нравоучением:
– Будь с ним помягче.
– Может, в следующий раз ты ему объяснишь, что в душ надо ходить ежедневно?! – огрызаюсь я.
– Ты слишком на него давишь, вот он и не слушается.
– Неужели?!
– И вообще, почему это я тебе объясняю?! Ведь это у тебя педагогическое образование!
Ага, толку-то от этого образования, если я училась работать с детьми до семи лет, а сыну тринадцать?!
Да и когда ему было три, пять и семь, мое педагогическое образование не особо помогало, если честно.
Со своими детьми все иначе, чем с теми, с кем ты по долгу службы...
В пять утра мы-таки выезжаем в аэропорт.
Автомобиль оставляем на парковке, а сами – мы трое и три чемодана, – идем регистрироваться на рейс.
Первый полет проходит отлично, а вот второй рейс – из Новосибирска в Иркутск, – задерживают на два часа, и три часа ожидания превращаются в пять...
Витя оплачивает нам места в капсульном отеле, и мы трое расходимся по своим капсулам, чтобы немного вздремнуть.
Не знаю, как муж и сын, но я никак не могу уснуть.
Да, спать хочется, да, зеваю, да, глаза слезятся, но как ни пытаюсь поспать хоть немного – не получается.
Вместо этого в голове все те же тревожные мысли: о том, что Витя изменил, о том, что я недостаточно хороша, о том, что надо разводиться...
В себя я прихожу, когда в дверцу капсулы начинают упорно стучать.
Ого! Значит, я все-таки уснула!
– Что такое?! – спрашиваю, открывая дверцу и жмурясь от яркого света, который сразу же ударяет в глаза.
– Пора, через десять минут посадка, – сообщает Витя.
Видимо, я проспала свой будильник.
– Да, спасибо, – киваю я рассеянно, забираю вещи и выползаю наружу, чувствуя, как ломит спину. – Макс уже встал?!
– Не-а, – муж качает головой и начинает точно так же долбиться в его капсулу.
Никто не отвечает, а еще через минуту к нам подходит сотрудник отеля:
– Простите, но эта капсула пустая.
– Да нет же, – говорю я. – Там наш сын.
– Мальчик лет двенадцати-тринадцати, темноволосый, во всем черном?!
– Да.
– Он ушел.
– В смысле, блин, ушел?! Куда?!
– А мне откуда знать, – парень пожимает плечами.
Я достаю телефон и начинаю названивать Максу, но он не берет трубку.
Какого черта?!
Смотрю на мужа, а он только руками разводит:
– Твое давление дало плоды.
___
листаем дальше --->
5 глава
– Ты издеваешься?! – рычу я, стоя посреди аэропорта. – Ты правда считаешь, что сейчас самое время поговорить о давлении и воспитании?!
– Ну, он ведь из-за тебя сбежал, – Витя пожимает плечами, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не ударить его по лицу.
– Может, ты все-таки поможешь мне его найти, а потом разберемся со всем остальным?! У нас посадка вот-вот начнется!
– Не думаю, что есть смысл его искать. Он ведь не хотел этого путешествия на Байкал – и вот, нашел способ увильнуть.
– И что теперь?! Оставить его здесь и улететь вдвоем?! Он ребенок, черт возьми!
– Ага, ребенок, – фыркает Витя. – Ребенок, который просто взял и похоронил твою поездку на Байкал.
– Мою?! – возмущаюсь я.
– Конечно. Мне надо в Иркутск по работе, помнишь?! Так что я полечу туда, как бы там ни было. А вот ты останешься здесь, будешь искать нашего непутевого сыночка – а потом вернешься с ним в Сочи. Он поездку точно не заслужил. Ну а ты... – он окидывает меня оценивающим взглядом. – Не уверен, что и ты ее заслужила.
Я становлюсь пунцовой, и все, на что меня хватает, это сказать:
– Как только вернусь домой – подам на развод.
– Ой, валяй, – небрежно отвечает Витя. – Ты только облегчишь мне жизнь.
– Ну да, конечно, – хмыкаю я. Ко мне наконец возвращается какая-никакая уверенность, и я добавляю: – И не смей говорить, что я что-то заслужила или не заслужила. Не тебе это решать. Напоминаю, что я тоже работаю и зарабатываю.
– Да, только в три раза меньше, чем я... упс, – Витя снова уязвляет мое эго.
Вот ведь ублюдок!
И как я только не замечала, что он такой ублюдок?!
Он ведь стал таким не сегодня и даже не вчера, верно?!
– Иди к черту, – говорю я.
– Не знаю на счет черта, но на посадку – да, я иду. Пока-пока, – он машет на прощание рукой, а потом берет свой рюкзак и отправляется к гейту.
Я остаюсь возле капсульного отеля: растерянная, даже потерянная, и совершенно не понимающая, что мне дальше делать.
Через несколько минут я все-таки прихожу в себя.
Делать нечего: надо искать сына.
Не мог же он уйти далеко?!
Я продолжаю ему звонить и писать, а также параллельно расспрашиваю сотрудника отеля, как давно он ушел.
Парень отвечает, что минут тридцать назад.
Тогда я иду прямиком к полиции.
Они, насколько я понимаю, блокируют выходы из аэропорта для всех, кто попадает под описание моего сына, начинают мониторить камеры внутри и снаружи, а еще объявляют по громкой связи, что ищут его – и куда он должен явиться.
Но он, конечно, не явится.
Иначе зачем сбежал?!
Я лихорадочно соображаю: куда он вообще мог пойти?! Да, у него есть смартфон и зарядка к нему, немного налички, немного денег на детской карте, смена одежды на случай, если потеряется багаж, но это – все.
Он не сможет вернуться в Сочи.
Он, черт возьми, ребенок, что бы ни говорил Витя!
На что он вообще рассчитывает?!
Может, у него есть какие-нибудь интернет-друзья в Новосибирске?! Кто-то, кто обещал его приютить?! Может, он с самого начала планировал побег?! Но как собирался сбежать, если бы рейс не задержали, и мы не стали бронировать капсулы?! Ушел бы в туалет и не вернулся?!
Боже, какую же взбучку я ему устрою, когда он найдется!
___
Мои хорошие, эта книга пишется в рамках литмоба МЫ ПОСЛЕ РАЗВОДА
https://litnet.com/shrt/4nmA
В литмобе есть книги 18+!
6 глава
Самолет, на котором мы должны были лететь в Иркутск, улетает без меня и без Макса.
Красный статус «посадка» на табло вылета меняется на зеленый «вылетел».
Все, пути назад нет... точнее, пути вперед. Путь назад-то как раз остается: найти сына и вернуться домой, в Сочи.
Мне возвращают мой багаж и багаж сына, и я с рюкзаком и двумя чемоданами сижу у полицейской стойки аэропорта.
Еще через полчаса мне сообщают, что Макса в аэропорту и на прилегающей к нему территории точно нет. Ни полиция, ни охрана его не нашли, зато камеры видели, как он сел в такси и уехал.
В такси!
В чужом городе, где он никогда не был!
Куда?!
Меня перенаправляют в другое отделение полиции.
К счастью, на камерах были видны номера автомобиля, а еще – сервис такси, который обслуживает эту машину.
Мы пишем в поддержку и параллельно продолжаем искать по городским камерам.
Еще минут через сорок обнаруживается дом, возле которого Макса высадили.
Самый обычный дом советской постройки в спальном районе.
Девять этажей, в каждом подъезде – по тридцать шесть квартир.
– А мы знаем, возле какого подъезда его высадили?! – спрашиваю я.
– Нет, – качает головой следователь Юрий Валерьевич, которому меня поручили. – Камеры были только на магазине напротив лицевой стороны дома. Со внутренней стороны, со двора, камер нет.
– Тогда почему мы уверены, что его высадили, что он не поехал дальше?!
– Во-первых, машина определенно останавливалась там на какое-то время, а не проехала насквозь, судя по расчетному времени, учитывая расстояние и скорость, – говорит он. – А во-вторых, туда банально нет смысла заезжать без цели кого-то высадить... там самый обычный жилой двор.
– А вдруг не Макс высаживался, а к нему кто-то подсел?! – предполагаю я, генерируя в голове возможные варианты.
– Хм... – следователь чешет подбородок. – О таком я не подумал...
К счастью, нам отвечает поддержка сервиса, которая успела связаться с водителем.
Макса высадили у второго подъезда из четырех.
– А водителя опрашивать не будут?! – спрашиваю я. – Вдруг Макс ему что-то сказал...
– Ничего, – качает головой Юрий Валерьевич. – Водитель сказал сервису, а они передали нам, что мальчик молчал всю дорогу, сидел в наушниках и выглядел совершенно спокойным.
Вот засранец!
Спокоен он, видите ли!
А мне здесь волнуйся, бегай по чужому городу, общайся с полицией!
– Мы пытаемся отследить его телефон, но радиус слишком большой. Впрочем, он совпадает с заданным домом. А вот этаж определить точно не получится.
– И что теперь, в тридцать шесть квартир ломиться?! – ужасаюсь я.
– Видимо, да.
Судя по выражению лица следователя, он тоже не очень-то рад такой перспективе.
Но делать нечего: пока Макс не переместился еще куда-нибудь, мы едем на место.
В автомобиле – я, Юрий Валерьевич и его помощник Иван.
Занесенная снегом новосибирская многоэтажка советских времен мощно контрастирует с нашим современным ЖК в Сочи, утопающем в зелени.
Заходя внутрь, я чувствую запах сырости и плесени.
Стены подъезда изрисованы граффити.
Тусклые лампочки под полотком мигают, реагируя на движение.
Атмосфера – довольно давящая.
Мы начинаем обход.
___
листаем дальше --->
7 глава
Идем снизу вверх, этаж за этажом, квартира за квартирой.
Конечно, не все открывают двери: сегодня хоть и суббота, поздний вечер – почти полночь! – но кто-то развлекается в центре, кто-то спит, вставив беруши, кто-то все равно работает...
За пять этажей из двадцати квартир мы попадаем только в четырнадцать.
– И это еще много, – говорит мне Иван. – Время удачное, вечернее, да и выходной. В понедельник в полдень и пяти квартир не набралось бы.
– Ясно, – киваю я, мысленно радуясь, что мой сын сбежал поздним вечером.
Хотя на самом деле радоваться, конечно, нечему.
Сейчас я должна была заселяться в отель в Иркутске, а не бегать по полуночному Новосибирску...
Мало мне новости с мужниной изменой, еще и сыночек поднасрал! Иначе и не скажешь ведь...
Да, я подам на развод.
И предложу Вите оставить Макса себе.
Ну а что?!
Меня-то он ведь не слушается, а отца, конечно же, будет! Не будет сбегать и дерзить, зато будет исправно учиться, сменит плойку на книжки и научится пользоваться мылом и дезодорантом!
Мечты-мечты...
Но вообще, я вполне серьезно.
Максу тринадцать – а значит, придется решать вопрос с опекой.
Разумеется, она будет совместной, я сына не брошу, я люблю его, пусть и такого говнюка в сложном подростковом периоде, но почему бы ему не жить на постоянке с отцом?!
Отец ведь тоже родитель, да?!
А я к старшей сестре перееду, у Маши свой дом в Дагомысе, она будет только рада компании. Маша сама развелась три года назад – живет одна. Вспомним старые добрые, когда мы были молоды и глупы... так глупы, что вышли замуж за изменников... но кто же знал?! Они не всегда были такими!
Иван стучится в очередную дверь:
– Полиция!
Открывают не сразу, но секунд через десять раздаются шаги, потом звяканье железного кружочка – кто-то выглядывает в глазок, – а потом и сонный женский голос:
– Что вам нужно?!
– Следователь полиции Шароваров Юрий Валерьевич! – рапортует старший из моих спутников, показывая в глазок свое удостоверение. – А также мой помощник Губерниев Иван Васильевич! Мы ищем пропавшего мальчика, который должен быть в этом доме! Пожалуйста, откройте дверь!
– У нас нет никаких пропавших мальчиков, – растерянно отвечает женщина, но дверь все-таки отпирает. На вид она чуть младше меня, растрепанная, в халате и тапочках, явно только что из постели.
– Как вас зовут?!
– Раиса Ивановна.
– Раиса Ивановна, вы одна дома?!
– Нет, со мной мой сын Петя и его друг Костя, который пришел на ночевку.
– И давно пришел?!
– Часа два назад.
– Вы знаете родителей Кости?!
– Да, конечно. Мальчики учатся в одном классе...
– Какой класс?!
– Седьмой.
– Вы видели Костю сегодня, это точно он?!
Раиса Ивановна собирается было произнести «да», как мне кажется, но потом вдруг хмурится:
– Вообще-то, нет, я его сегодня не видела, он прошмыгнул в комнату сына, пока я была в кухне, но...
– Можно посмотреть на его куртку в прихожей?! – вмешиваюсь я. – Или на обувь?!
– Да, конечно, – кивает женщина и, открыв дверь пошире, уступает мне дорогу.
Я переступаю порог и сразу же вижу зимние кроссовки Макса, а потом, подняв взгляд выше, и висящую на крючке куртку – черную с ярко-оранжевыми молниями на карманах, такую ни с чем не спутаешь...
– Он здесь, – говорю я следователю.
8 глава
– Что значит – он здесь?! – не понимает Раиса Ивановна.
Она как бы невзначай снова вытесняет меня за порог, а проем становится более узким. Женщина держится за дверь пальцами так сильно, что кончики белеют. Я не думаю, что она как-то обманывает нас. Скорее, просто испытывает сильный стресс, потому что не понимает, что происходит. Вполне возможно, на ее месте я вела бы себя точно так же.
– Полагаю, – хмыкает Юрий Валерьевич. – Дарья Владимировна, мама пропавшего мальчика, считает, что ее сын в вашей квартире...
– Но это невозможно! – восклицает женщина. – Я знаю мам всех друзей своего сына!
– И с мамой Кости вы тоже сегодня общались, договаривались, что ее сын придет к вашему и останется на ночь?!
– Нет, но... но... Петя и Костя – лучшие друзья! Они часто остаются друг у друга, и мы с Илоной Альбертовной не созваниваемся и не списываемся каждый раз... Парни-то взрослые уже, по тринадцать лет!
– Максиму тоже тринадцать, – говорю я.
– И мы думаем, что сегодня в вашей квартире именно он, а не Костя, – добавляет Юрий Валерьевич.
– Как это возможно?!
– Мы и сами пока не знаем... Но будем благодарны, если вы позволите нам войти и проверить.
– Да, конечно, входите, – Раиса Ивановна нехотя, но все-таки открывает дверь снова, и мы трое входим внутрь. – Петя! Костя! Выйдите, пожалуйста! – кричит хозяйка дома.
– Мы уже спим, мам! – раздается из-за двери детской голос, видимо, Пети.
– Придется проснуться! – настаивает Раиса Ивановна и берется за ручку двери. Нажимает... и еще раз... и еще. – Заперто?! Почему вы заперли дверь, мальчики?!
– Говорю же, спим!
– Немедленно открой! – требует женщина.
– Позвольте-ка, – вмешивается Юрий Валерьевич и прислоняется к двери: – Парни, с вами говорит следователь полиции Шароваров Юрий Валерьевич. Вы должны сейчас же открыть дверь, и тогда все закончится быстро и без серьезных последствий. Если же моему помощнику придется ломать дверь, поверьте, вы оба поедете в отделение. Все ясно?! Я считаю до трех! Раз... Два...
– Нет, не надо! – кричит из-за двери Петя. – Не ломайте, пожалуйста!
Дверь открывается.
На пороге стоит белобрысый пацан с испуганными голубыми глазищами, невероятно похожий на свою маму.
А за его спиной прячется мой Макс.
– Ах ты... – шиплю я, чувствуя, как меня поглощает злость, быстро протягиваю руку, хватаю своего непослушного отпрыска за ухо и вытаскиваю из комнаты сначала в коридор, а потом на лестничную площадку, чтобы там задать хорошего трепака.
Пятнадцать минут спустя мы всей компанией сидим за столом в квартире Раисы Ивановны.
Макс и Петя зареванные, разобиженные на своих жестоких матерей.
Сама Раиса Ивановна тоже едва держится, вот-вот разревется...
Мы выясняем, что парни давно знакомы. Играли вместе в какую-то онлайн-игру, на почве этого сошлись, стали переписываться, сдружились, звали друг друга в гости. Им обоим перспектива такого путешествия казалась прикольной: Макс звал купаться в ночном море, Петя – бегать по занесенным снегом заброшкам. Чертова подростковая романтика!
Неудивительно, что когда мы полетели через Новосибирск, Макс воспользовался шансом и сбежал. И с другом вживую увиделся, и родителей своих выбесил. Идеально.
– Простите, бога ради! – молит у меня Раиса Ивановна. – Если бы я только знала...
– Но вы не знали, – говорю я. – И не виноваты.
– Мне так жаль, что ваша поездка сорвалась...
– Ничего, я свой заслуженный отпуск получу. Ни муж-изменник, ни сын-говнюк мне не помешают.
– Но я не хочу на Байкал, – подает голос Макс.
– А ты туда и не полетишь, – говорю я жестко.
___
листаем дальше --->
9 глава
Мы с Раисой Ивановной обмениваемся контактами.
Юрий Валерьевич и Иван тем временем проводят профилактическую воспитательную беседу с нашими сыновьями.
– Очень надеюсь, что это никогда не повторится... ни в Новосибирске, ни в Сочи, – говорит Раиса Ивановна.
– Я тоже, – киваю. – Но если что – звоните и пишите в любое время дня и ночи.
– Вы тоже. Спасибо.
– И вам. До свидания.
– Доброго пути.
– А вам доброй ночи.
Мы прощаемся и с полицейскими, которым я благодарна за то, что так быстро среагировали и так быстро нашли моего сына.
Когда мы с Максимом остаемся вдвоем, то я веду его в ближайшую круглосуточную столовую.
Не знаю, как он, а я не ела с того момента, как мы загрузились в капсульный отель. Предполагалось, что потом нас покормят в полете, а потом мы закажем еду в отеле, но ни полета, ни отеля со мной не случилось.
Раиса Ивановна, конечно, щедро напоила меня чаем, да и посущественней еду предлагала, но я была в сильном стрессе и не могла есть.
Теперь же меня немного отпускает – и неожиданно нападает жор.
Макс, впрочем, тоже ест с аппетитом, хотя я поначалу сомневаюсь, кормить ли его вообще.
– Прости, мам, – говорит он, но я только морщусь:
– Я даже голос твой слышать не хочу сейчас.
– Что ты имела ввиду, когда сказала, что я не полечу на Байкал?! А ты что, полетишь, что ли?!
– Полечу, – говорю я. – Сейчас у нас... – я смотрю на наручные часы. – Два часа ночи. В пять у меня рейс до Иркутска. Так что давай, шевелись, ешь быстрее.
– А... а я?! – сын теряется. Аж бесит видеть его таким, ведь совсем недавно он был полностью уверен в себе, пока прятался от меня у своего друга по переписке.
– А у тебя рейс в пять пятнадцать – в Сочи.
– Я полечу один?!
– С представителями авиакомпании. Тебя примут, посадят, высадят. А в Сочи встретит Марья, я уже ей написала.
– Нифига себе ты придумала, – фыркает сын.
– Что-то не нравится?! – я вздергиваю бровь.
– Не то чтобы, просто...
– Жить будешь у нее, пока нас с отцом нет. Будешь ходить в школу и на карате. А вот телефона будешь лишен минимум на месяц. Что касается приставки... думаю, мы ее продадим. В любом случае, играть на ней тебе больше не придется.
– Ты прикалываешься, мам?! – возмущается Макс.
– Ничуть, – я качаю головой.
Он продолжает спорить, ныть, умолять, угрожать, но я игнорирую.
В четыре тридцать я сдаю его сотрудникам аэропорта, а сама отправляюсь на посадку: мой вылет уже через полчаса.
Лететь два с половиной часа, плюс час разницы во времени. В итоге, в Иркутске я буду в восемь с половиной утра по местному времени.
Неплохо бы подремать в полете.
Интересно, сильно ли удивится мой муженек, когда я ввалюсь в его номер с чемоданом?!
Он ведь наверняка еще будет спать...
Думаю, будет весело.
А еще веселее будет, когда он поймет, что провести отпуск в гордом одиночестве в огромном семейном номере не выйдет.
Что я здесь и никуда не денусь.
Что со мной придется считаться.
И что я не спущу с рук ни его измену, ни его претензии о том, какая я хреновая жена и мать.
Возможно, даже расскажу правлению университета о том, какой у них замечательный ректор...
___
16+
Мои хорошие, приглашаю вас в роман нашего моба от Алекс Мары!
В РАЗВОДЕ. ПО ТУ СТОРОНУ ЛЮБВИ
https://litnet.com/shrt/jJMi
– Ты мне изменяешь? – спрашиваю хрипло.
Муж подается вперед, опирается локтями на колени.
– А вот скажи, меня кто-нибудь осудит, если я и правда стану тебе изменять? Посмотри на себя. Волосы закручены в гульку, крем на лице, безразмерная кофта поверх уродливой пижамы, да еще и чего-то требуешь… Скажи, я должен радоваться, что вернулся домой? – Он наклоняется ближе. – Или, по-твоему, я должен безумно тебя хотеть?
После предательства мужа мы с дочкой остались на улице без средств к существованию.
А потом оказалось, что это только начало наших проблем.
ВИКТОР. 10 глава
Дашины методы воспитания дали плоды – наш сын сбежал в чужом городе, черт знает куда, черт знает зачем.
И когда я говорю об этом жене, она сразу начинает возмущаться, словно и ни при чем:
– Ты издеваешься?! Ты правда считаешь, что сейчас самое время поговорить о давлении и воспитании?!
– Ну, он ведь из-за тебя сбежал, – я пожимаю плечами.
На месте Макса у меня тоже было бы стойкое желание сбежать куда подальше... впрочем, оно и у меня и на моем месте есть.
Не просто же так я увлекся Оксаной, своей студенткой.
Мужчины, у которых в семье все в порядке и жена не отвергает на пустом месте, не идут на сторону...
И это я еще очень долго держался! У нас полгода секса не было! Да и до этого, когда у нее начались проблемы со здоровьем, мне не очень-то часто перепадало...
Про один раз с Оксаной я приврал, конечно.
На самом деле, там был уже сто один раз, наверное! Ну, может, чуть поменьше... И все это – чисто за семь с половиной недель!
Я и не знал, что я такой секс-гигант в свои сорок пять, честно говоря!
Но, видимо, с правильной женщиной всегда так...
А жена – неправильная.
Вечно задолбанная, уставшая, согласная разве что сериал перед сном вместе посмотреть... Какой нормальный мужик такое долго выдержит?!
– Может, ты все-таки поможешь мне его найти, а потом разберемся со всем остальным?! – вопит тем временем Даша. – У нас посадка вот-вот начнется!
– Не думаю, что есть смысл его искать, – я пожимаю плечами, твердо уверенный, что сын где-то в тепле и безопасности. Не дурак же он в никуда в незнакомый вечерний Новосибирск уходить. Значит, есть какие-то друзья. – Он ведь не хотел этого путешествия на Байкал – и вот, нашел способ увильнуть.
– И что теперь?! Оставить его здесь и улететь вдвоем?! Он ребенок, черт возьми!
– Ага, ребенок. Ребенок, который просто взял и похоронил твою поездку на Байкал.
– Мою?! – все еще не понимает жена.
– Конечно. Мне надо в Иркутск по работе, помнишь?! – напоминаю я.
Она снова бесится:
– Как только вернусь домой – подам на развод.
– Ой, валяй. Ты только облегчишь мне жизнь.
Давно пора.
Жена бестолковая, мать, как выяснилось, тоже...
Ну кто тринадцатилетнему парню напрямую говорит, что ему надо помыться?! Страшный же удар по самолюбию! Подростки не чувствуют своего запаха, зато чувствуют постоянное напряжение на тему того, как понравиться сверстникам... особенно девочкам! А мать ему заявляет, что он воняет! Нормально?! Иначе надо, изящно, деликатнее... Говорил ей об этом миллион раз. А она что?! Скажи ему сам, мол! Ну нет... Не тема это для разговора отца и сына. Гигиене мать учить должна.
В общем, я оставляю ошалевшую жену возле капсульного отеля и иду на посадку.
Устраиваюсь в своем кресле и, пока идут подготовка к полету и руление, звоню Оксане.
– Привет, киска, – говорю ей. – У меня для тебя неожиданный сюрприз.
– Приветик, Виктор Анатольевич, – говорит она елейным, бесконечно флиртующим голоском. А мне аж крышу сносит от того, как она сочетает это официозное обращение и свой развязный тон. – Я думала, ты на меня сердишься за то, что так невовремя пришла...
– Невовремя пришла моя жена, а не ты. Но если хочешь, я тебя накажу...
– Очень хочу, Виктор Анатольевич! – щебечет она.
– Тогда вышли мне данные паспорта, я куплю тебе билет до Иркутска.
– Что?! – переспрашивает она.
– Все подробности потом. А пока скажу одно: мы славно развлечемся в семейном номере!
___
листаем дальше --->
ДАРЬЯ. 11 глава
– Спасибо, что выбрали нашу авиакомпанию, – широко улыбается мне стюардесса.
– Спасибо за заботу, – улыбаюсь я ей в ответ и выхожу из самолета в телетрап.
По коже сразу пробирает морозец. Сегодня утром в Иркутске явно холоднее, чем было вчера ночью в Новосибирске, потому что даже внутри телетрапа пробирает до костей. Впрочем, неудивительно: в самолете-то я пригрелась, да и шубка у меня пока нараспашку.
Пока шагаю, застегиваю ее.
Потом, внутри терминала, приходится расстегнуться снова.
Подумываю взять кофе, но уже через минуту отказываюсь от этой идеи: потом не усну! А поспать определенно нужно.
К счастью, согреться можно и иначе, например, облепиховым чаем. Его-то я и беру в кофейне аэропорта по космическому овер-прайсу.
Багаж выдают быстро – это плюс, потому что я, хоть и подремала в полете часа полтора, чувствую себя безумно вымотанной.
Надеюсь, муженек не устроит мне скандал.
Смотрю в окно.
Там только-только начинает светать.
Белое, мерзлое летное поле рябит в глазах.
Я вызываю такси и еду в отель, номер в котором мы с Витей выбирали и бронировали вместе.
Большой. Семейный.
С отдельной спальней для нас с ним.
Макс же, как планировалось, будет спать в гостиной.
Теперь же я рассчитываю забрать спальню себе, а Витю отправить в гостиную. Спать с ним в одной постели и даже в одной комнате я совершенно точно не буду.
И мириться не намерена.
Впрочем, он вряд ли захочет мириться.
Сказал же, что я только облегчу ему жизнь, подав на развод.
Ну что же... окей. Так я и поступлю. Подам на развод.
Больно, страшно. Но измену я простить не смогу, а его пренебрежительное отношение и оскорбления – тем более.
– Ваш отель, – говорит водитель, припарковавшись возле роскошного сияющего здания.
Да и вообще, я заметила, пока мы ехали, что Иркутск просто светится иллюминацией, подсветкой зданий, фонарями...
Для городов с длинной зимой и коротким световым днем это не украшение, а необходимость. Естественного света не хватает, приходится использовать много электричества: это не только практично, но еще и помогает не свихнуться в этой вечной мерзлоте... ладно, не вечной, конечно, но мне, уроженке Сочи, сложно представить жизнь в Сибири...
– Спасибо, – киваю я таксисту и, попрощавшись, выхожу из авто.
Иду в отель, к стойке регистрации, называю фамилию.
– В номере вас уже ждут, – улыбается девушка-администратор.
Я мысленно хмыкаю: вряд ли ждут, – но беру ключ-карту и, поблагодарив, шагаю к лифту.
Номер на пятом этаже.
Когда я захожу в него, то понимаю, что внутри темно.
Судя по храпу – Витя дрыхнет прямо на диване в гостиной.
Ну и отлично, значит, за спальню даже сражаться не придется.
Я решаю не будить мужа. Во-первых, у меня сейчас нет сил на разборки. А во-вторых, просто интересно будет посмотреть на его реакцию, когда он проснется и увидит у входа мою обувь, а на крючке – мою шубу.
Я иду в душ, а потом запираюсь в спальне и ложусь в постель.
Сон, несмотря на тревожные мысли, приходит очень быстро: я все-таки безумно устала.
Просыпаюсь я от каких-то звуков.
Смотрю на экран мобильного: два часа дня.
Значит, спала я примерно четыре часа.
Голова раскалывается, а из гостиной звучит звонкий женский голосок:
– Виктор Анатольевич, котик, а вот и я! Ты ждал меня?! Ты что, еще спишь?! А чья это шуба?! Твоей жены?!
___
18+
Мои хорошие, приглашаю вас в роман нашего моба от Юлии Кажановой!
НЕВОЗМОЖНО ЗАБЫТЬ
https://litnet.com/shrt/t5ya
– Ты его ударила?
– Нет, он же огромный! Я развелась!
– Что? – теперь уже удивляется Страхов.
– А еще я сказала, что у меня есть другой!
– Что? Кто? Когда ты успела?
– А я откуда знаю? Мне просто захотелось как-то прижать его. Не быть жертвой!
– И поэтому ты сказала, что у тебя есть мужчина? – И теперь на меня смотрят то ли со смехом, то ли с довольной улыбкой.
– Да! А еще я беременна!
– Что? Да от кого? – взвыл Страхов.
– А я откуда знаю?
– Ты что, не знаешь, от кого залетела?
– Ник, ты больной? Я не беременна!
– Женщина, тебя не было пять минут, но за это время ты успела застукать мужа с любовницей, развестись, найти мужика и забеременеть?
– Ну, если в общих чертах, то да!
ВИКТОР. 12 глава
После бурного, полного событиями дня и вечернего перелета я, конечно, с огромным удовольствием заселяюсь в отель в самом центре морозного Иркутска.
Горячая вода, ароматный гель для душа, свежий апельсиновый сок, пирожное-картошка с мятой и ягодами в качестве приветственного комплимента, а потом и вкусный ужин в ресторанчике под крышей отеля – все это бесконечно радует и расслабляет меня.
Начинает клонить в сон.
И я рад бы уснуть, но Оксана, которой девятнадцать лет и которая никогда раньше не летала на самолете, постоянно пишет в личку с вопросами о том, надо ли ей распечатывать электронный посадочный, надо ли снимать обувь на досмотре и можно ли купить что-нибудь в дьюти-фри?!
Я немного раздражаюсь, но отвечаю, мысленно представляя, как уже совсем скоро буду наказывать ее за то, что лишила меня сна.
В итоге, засыпаю я только в шесть часов утра, когда Оксана вылетает из Сочи в Новосибирск.
Потом просыпаюсь в одиннадцать, потому что приходит новое сообщение на телефон.
Оксана рапортует, что бежит по новосибирскому аэропорту с самолета на самолет. Пересадка у нее маленькая, минут сорок, вроде.
Я пишу ей:
«Отлично! Доберешься до отеля – назови мою фамилию, тебе выдадут ключ-карту», – и засыпаю снова.
Второй раз продираю глаза уже тогда, когда раздается голос:
– Виктор Анатольевич, котик, а вот и я! Ты ждал меня?! Ты что, еще спишь?! А чья это шуба?! Твоей жены?!
Восторженные нотки буквально за пару предложений сменяются истеричными, а я даже не понимаю, какого хрена.
– Какая еще шуба?! – не понимаю я. – О чем ты, киска?!
– Да вот же! – нервно повторяет девушка и тычет наманикюренным пальчиком в висящую на крючке одежду.
Я присматриваюсь и глазам своим не верю: это правда шуба Даши!
Но... как?! Даша ведь осталась в Новосибирске искать нашего непутевого сына!
Я вскакиваю, чтобы подойти ближе и рассмотреть еще раз, и в этот самый момент из спальни моего семейного номера выходит... моя жена собственной персоной!
–Твою... мать, – говорю я тихо, в первое мгновение теряя дар речи.
Зато Оксана дар речи не теряет:
– Ты что, решил нам тройничок устроить?! Боюсь, твоя жена этого не оценит!
Она нервно посмеивается.
– Какого черта, Даша?! – я игнорирую любовницу и смотрю на жену. – Что ты здесь делаешь?! Когда ты успела прилететь?!
– Пока ты спал, – спокойно говорит Даша.
– Ты нашла Макса?!
– Да, он отправился обратно в Сочи. А я решила не отменять отпуск. Вопреки твоему мнению, я считаю, что все-таки его заслужила.
– Неужели! – фыркаю я нервно, совершенно не понимая, что делать дальше.
– А вот что здесь делает твоя девица, мне непонятно, – продолжает жена невозмутимым тоном. – Честно говоря, не думала, что ты настолько опустишься. А ведь еще врал мне, что это было всего лишь один раз и по случайности, по ее инициативе! После одного случайного раза не оплачивают билеты на самолет и не приглашают в семейный номер вместо жены...
– Ты не о том думаешь! – рычу я. – Ты что, отправила нашего сына в Сочи одного?!
– Не одного, а с представителем авиакомпании. Марья уже его встретила, кстати. А ты решил свою профурсетку не встречать в аэропорту, да?! Не настолько она тебе дорога?!
Ее ироничный тон заставляет меня беситься еще сильнее.
Снова подает голос Оксана:
– Мне уйти?!
– Нет, подожди... – начинаю я, но Даша перебивает:
– Да, будь добра.
___
листаем дальше --->
ДАРЬЯ. 13 глава
– Ты что, отправила нашего сына в Сочи одного?! – мой муженек выпучивает глаза так, словно Максу не тринадцать, а три годика, словно это не он сбегал из аэропорта, наплевав на родителей, и словно сам Витя бережет нашего сына сильнее, чем я...
Вы только посмотрите: какой заботливый отец!
Вот только меня его попытка морализаторства только раздражает.
– Не одного, а с представителем авиакомпании, – отвечаю я жестко. – Марья уже его встретила, кстати. А ты решил свою профурсетку не встречать в аэропорту, да?! Не настолько она тебе дорога?!
Не могу удержаться от иронии... не могу – и все!
В этот момент та самая профурсетка нерешительно спрашивает:
– Мне уйти?!
– Нет, подожди... – буркает Витя, но я перебиваю:
– Да, будь добра.
– Ей некуда идти! – возмущается муж.
– А мне есть куда?!
– У тебя есть спальня! А мы будем в гостиной! Тебя никто не звал сюда! Но раз приперлась – терпи соседство!
– Терпеть соседство я готова только с тобой, и то лишь два дня, пока я не уеду в Листвянку. Поедешь ли туда ты – меня уже не волнует.
– Не тебе решать! Номер оплатил я!
– Из общего семейного бюджета, – киваю я. – И в списке гостей указаны трое: ты, я и наш сын. Боюсь, имени твоей студентки там нет.
– Какая разница?! Ее пустили, и никому нет дела, сын она, дочь, сестра или подруга!
Только сейчас до меня доходит, почему Оксане выдали третью ключ-карту. Очевидно, реально приняли за нашу дочь. По возрасту подходит: я вполне могла родить ее в двадцать три.
Вот только не родила. Она мне не дочь, она мне никто, она мне почти враг...
– Мне есть дело, – говорю я. – И либо она уйдет, либо я пойду к администратору и сообщу, что в нашем номере посторонний.
– Ты не посмеешь! – рычит муж.
О-о-о, я еще как посмею!
Не слушая больше его возмущенные возгласы, я поджимаю плечами и выхожу из нашего номера.
Витя орет что-то вслед – но я игнорирую.
Уже знакомой дорогой спускаюсь вниз, на первый этаж, и подхожу к стойке регистрации.
– Простите, – говорю вежливо. – Номер пятьсот одиннадцать. Вы случайно выдали ключ-карту человеку, который не проживает с нами... это совершенно посторонняя девушка...
– Что?! – администратор аж вскакивает. – Боже, простите, не представляю, как так вышло... Она уже ушла?!
– Нет, – качаю головой. – Она внутри. И я не чувствую себя в безопасности.
– Простите, пожалуйста! Мы сейчас же решим этот вопрос!
Администратор и два охранника отправляются выселять девицу, а я шагаю за ними.
Через десять минут Оксана оказывается не только за пределами номера, но и за пределами отеля.
Мы с Витей остаемся наедине.
– Ну ты и стерва, – говорит муж, торопливо собираясь, потому что оставить свою кралю в одиночестве он, видимо, не может.
– Надеюсь, ты понимаешь, что если сейчас снимешь другой номер, то он тоже будет оплачен из семейного бюджета, а значит, во время развода деньги придется вернуть. Я не намерена спонсировать твою любовницу.
– И почему я раньше с тобой не развелся?!
– Задаюсь тем же вопросом, – киваю я. – Но ничего: теперь скоро все кончится. Главное, чтобы ты вел себя хорошо во время развода. Иначе для тебя все только начнется...
– О чем ты вообще?! – морщится он.
– О том, что ректоров, которые имеют в своем кабинете студенток, обычно не очень приветствуют...
___
16+
Мои хорошие, приглашаю вас в роман нашего моба от Аси Акатовой!
ПОСЛЕ РАЗВОДА. У ТВОИХ НОГ
https://litnet.com/shrt/a9cb
- Я клянусь всем, что мне было свято, а свято для меня теперь только память о нас, — я люблю тебя. Только тебя. Это не было игрой слов тогда, много лет назад.
- Любил?! И при этом смог пойти к другой? Слова — это пустой звук, Марк. Они ничего не стоят после такого.
- Я падаю к твоим ногам, Оля. Не как раб, а как провинившийся, который признал свою вину и готов за нее ответить. Всей жизнью. Каждой минутой, чтобы заслужить твой взгляд. Не прошу забыть. Прошу дать мне возможность искупить. Даже если это займет вечность.
14 глава
– Бо-о-оже... – муж закатывает глаза. – Ты что, угрожаешь мне?!
– Нет, – говорю я. – Я просто рассказываю тебе перспективы. А дальше – выбор только за тобой.
– Какой еще выбор?! – посмеивается Витя. – Мы оба – наемные работники, делить будем только квартиру, машину и сына.
– Сына мы делить не будем, – я качаю головой. – Думаю, он останется с тобой.
– Пффф... С чего бы?! Ты – мать...
– А ты – отец! – перебиваю я. – Такой же родитель. Да и вообще, я ведь плохая мать, воспитываю отвратительно, то слишком строгая, то слишком мягкая, а ты-то у нас отец-молодец и со всем мастерски справишься!
– Издеваешься, что ли?! У меня работа, вообще-то!
– У меня тоже, – пожимаю плечами. – Кроме того, уверена, Макс и сам тебя выберет.
– Не буду я...
– Будешь. Как миленький будешь. Но сейчас, конечно, об этом рано говорить. Сейчас у нас отпуск. Наслаждайся. Ты к своей ученице торопился, кажется... Вот и шагай. Но не забывай, что чем больше на нее потратишь – перелеты, жилье, еда, развлечения, – тем больше потом придется мне отдать. Просто предупреждаю. Чтобы потом все это не стало для тебя сюрпризом.
– Стерва! – рычит Витя.
– А ты предатель, – говорю я спокойно. – Вот и обменялись любезностями.
Витя больше ничего не отвечает.
Накидывает пальто и убегает.
Даже не умылся ведь, зубы не почистил! Про завтрак вообще молчу... Наверняка поведет сейчас свою кралю завтракать в какой-нибудь фешенебельный ресторан, наплевав на мои предупреждения.
Ну ничего.
Я все равно потом свое получу.
А пока – приму душ, почищу зубы и закажу завтрак прямо в номер.
После завтрака я решаю пойти прогуляться по городу.
Одна беда: времени уже четвертый час, а значит, до заката осталось всего-то три часа. Много не нагуляешься!
Впрочем, может, оно и к лучшему: на улице все-таки минус четырнадцать.
В Сочи, когда мы уезжали, было плюс десять.
Вряд ли мой организм выдержит длинную прогулку...
К счастью, одежда у меня с собой взята теплая.
Я натягиваю термо-комплект, состоящий из леггинсов и лонгслива, сверху – джинсы и шубку, беру с собой перчатки, шапку и шарф, – и отправляюсь покорять зимний Иркутск.
Первым делом отправляюсь в Деревянный квартал – восстановленный исторический квартал с атмосферой девятнадцатого века. Там оказывается красиво, уютно, есть, чем полюбоваться, есть, куда зайти, чтобы погреться и перекусить.
Потом иду к огромному городскому парку, расположенному на островах.
После – в центр современного искусства «Огонь»: я люблю такие необычные музеи.
Иркутск, конечно, прекрасен.
Но как бы я ни держалась, как бы ни храбрилась, как бы ни пыталась отвлечься, именно сегодня, когда с меня спадает груз усталости и наконец приходит осознание того, что же с нами произошло, мне становится невероятно грустно и одиноко.
После музея я захожу в кафешку поесть – солнце уже зашло, и стало намного холоднее, – и когда мне приносят на десерт черемуховый торт, чувствуя на языке терпкую сладость, я вдруг чувствую, как изнутри меня захлестывает не менее терпкая горечь.
Мой любимый мужчина, мой муж, отец моего сына, предал меня. Изменил. Опустил, унизил. Растоптал в грязи.
Чем я заслужила это?!
Получится ли у меня снова встать на ноги?!
Ему-то в лицо я, конечно, буду смеяться, но что будет внутри?!
И смогу ли я однажды собрать свое сердце вновь?!
– Как вам десерт?! – вежливо спрашивает меня официант, немолодой, примерно моего возраста мужчина, улыбаясь и склоняясь над столом.
– Очень вкусно, – говорю я.
– Вы ведь туристка?! По говору слышу...
– Да, из Сочи.
– Ого! Как же далеко вас занесло, да еще и в нашу суровую зимнюю пору!
– Я приехала полюбоваться Байкалом.
– Как и большинством туристов, – мужчина кивает.
– Да, но город у вас тоже очень красивый.
– Верно. Здорово, что вам понравилось. Не все способны по достоинству оценить черемуховый торт.
– Ну... вкус у него и правда был необычный, – признаюсь я.
– Традиционный сибирский рецепт, – улыбается официант. – Черемуховая мука смешивается с пшеничной, благодаря этому достигается идеальный вкус: в меру сладкий, в меру терпкий, с приятным послевкусием...
– Не знала, что существует черемуховая мука! – искренне удивляюсь я.
– Ее мало кто делает. И уж тем более из нее мало кто готовит. Но в Сибири и в других северных регионах так делают уже давным-давно...
15 глава
Матвей возвращается через пятнадцать минут, на нем уже нет формы официанта, только джинсы и светлый кашемировый свитер.
– Вы не принесли мне счет, – говорю я ему.
– О, простите, не сказал... Обед был за счет заведения!
– Ну что вы... Как такое возможно?!
– Мы любим иногда радовать туристов... особенно если они добрались до нас с другого конца страны, – улыбается мужчина.
– Мне все равно как-то неудобно, – признаюсь я.
– Поверьте, ничего неудобного здесь нет. Надеюсь, такой подарок запомнится вам, и вы еще не раз вернетесь в наш прекрасный город. Например, весной, когда Байкал начинает трескаться, и лед становится еще красивее, чем зимой...
– Было бы здорово, – я киваю. – Ладно, огромное спасибо! Могу ли я хотя бы оставить вам чаевые?!
Матвей почему-то заминается, а потом качает головой:
– К сожалению, у нас сегодня не работает система приема чаевых...
– Я могу наличкой, – говорю быстро и лезу в сумку.
– Давайте потом, – мягко просит Матвей.
Я пожимаю плечами, думая про себя: может, не хочет, чтобы я ему под камерами давала деньги?! Ладно. Дам позднее, когда будем на улице.
Мы выходим из зала.
В таком городе, как Иркутск, сложно представить ресторан без гардероба: люди приходят в теплых куртках, пальто, шубах... некоторые даже обувь меняют! И ведь сегодня еще не так уж холодно! Всего-то минус пятнадцать! А может быть и минус тридцать, и минус сорок даже!
Мне аж не по себе становится от мысли о таких морозах...
Я, конечно, уже бывала в Сибири и других холодных местах, но для меня это каждый раз шок.
Впрочем, наверное, и для коренного сибиряка сочинская зима с цветущими розами и мимозой – шок.
Так что, в этом плане мы равны...
Матвей помогает мне облачиться обратно в шубу.
Сам надевает теплое пальто.
И мы, набравшись духу, выходим в сибирский февраль.
За время, пока я была в ресторане, солнце окончательно село, включились подсветка и иллюминация, и город преобразился, стал совершенно иным, чем днем.
– Думаю, вы будете не против, если я не поведу вас по основным туристическим маршрутам, – говорит Матвей.
– Ну... я кое-что уже и сама успела увидеть, да.
– Лучше я покажу вам другой Иркутск, более настоящий, живой, не такой блестящий и глянцевый.
– Звучит интересно, – я киваю, и мы отправляемся в путешествие.
Матвей не скупится на впечатления для меня.
Он показывает мне старые улочки и дома с «кружевными» наличниками, интересные скульптуры, затерянные во дворах, маленькие церквушки, заметенные снегом, ледяной городок, в котором резвятся дети, польский костел и даже необычный стрит-арт, разбросанный по городу.
Погода становится все холоднее, начинается снег, так что мы трижды заходим в кофейни по пути и берем что-нибудь горячее.
Что именно – всегда рекомендует сам Матвей.
В первый раз это становится кедровый кофе, второй раз – иван-чай со смородиной, апельсином и гвоздикой, третий – безалкогольная медовуха.
Все напитки прекрасно согревают.
Матвей вообще много знает о сибирской кухне – он ведь все-таки официант! – так что рассказывает мне про сагудай из байкальской рыбы, паштет из оленины, крученое сало с черемшой и много чего еще... А заодно говорит, в каких ресторанах и кафе лучше все это пробовать.
– Звучит так, как будто мне придется остаться в Иркутске не на шесть дней, а минимум на две недели! – смеюсь я. – Иначе просто не получится все это попробовать!
– Если не успеете, придется как минимум раз вернуться! В начале мая, например. А лучше и два, и три, и пять раз! Каждое время года здесь особенное, Байкал всегда разный, смотреть не пересмотреть!
– Верю, – улыбаюсь я.
Вот бы и правда можно было часто возвращаться в этот приветливый город!
Даже жаль, что в Сочи меня ждут работа, непослушный сын и развод с мужем...
Мы с Матвеем гуляем до полуночи, а потом он провожает меня почти до отеля.
До самых ворот я идти с ним не хочу: вдруг Витя увидит?!
Не то чтобы меня волнует его мнение – он ведь первый изменил, почему мне нельзя прогуляться с другим мужчиной?! – просто не хочется слушать от него очередной скандал...
Я ведь даже не знаю, будет он в номере или снял другой отель или как минимум другой номер для своей профурсетки?!
– Спасибо, – говорю я Матвею, прежде чем попрощаться. – Было очень познавательно, интересно и просто приятно провести с вами время. Вы правы: одна бы я не посетила и половины тех мест, что вы мне показали! А уж сибирский иван-чай... это теперь моя новая любовь!
16 глава
У меня аж глаза из орбит от удивления вылезают: что значит – нет?!
– Да нет же, – говорю я девушке совершенно уверенным тоном, продолжая настаивать на своем. – Я точно уверена, что есть. Я правильно запомнила. Он представлялся, а потом я несколько раз обращалась к нему по имени... Матвей. Он обслуживал мой стол несколько часов назад – я как раз у вас обедала. Он еще сказал, что ресторан оплатит мой счет, потому что делает так иногда, особенно если туристы издалека... а я из Сочи...
Говорю – и сама понимаю, что это бред какой-то.
Но я ведь не сошла с ума, верно?!
Матвей же мне не привиделся!
– Я поняла вас, – девушка-администратор почему-то начинает улыбаться.
– Что вы поняли?!
– Вас обслуживал Матвей Тихонович Радзинский – владелец «Таежного сердца».
– Что за... как такое возможно?! – морщусь я, все еще не понимая.
– Алексей, наш официант, не смог выйти не смену: его увезли на скорой с аппендицитом. И так вышло, что его некому было подменить. Матвей Тихонович решил выйти сам. Он у нас никогда не гнушается простой работы. Сам начинал с этого... – девушка пожимает плечами, а я стою, держа руку в кармане шубы и сжимая пальцами несчастные пятьсот рублей, и думаю: да уж... смешно это, наверное, со стороны смотрится: хочу дать пятьсот рублей чаевых владельцу ресторана!
– Вот оно что, – говорю я наконец медленно. – То есть, это он оплатил мне счет?!
– Выходит, что так, – кивает девушка.
– Но зачем?!
– Не знаю.
– И ресторан так вовсе не делает на постоянной основе?! Для гостей из других регионов?!
– Не сказала бы, – она пожимает плечами.
– Ясно, спасибо. Простите, что побеспокоила.
– Ничего страшного. Приятного вечера.
– И вам, – отвечаю я почти механически, а сама думаю: какой уж теперь приятный вечер! Теперь в моей голове – миллион вопросов, которые разорвут ее напополам!
Во-первых, если Матвей – владелец ресторана, то почему не сказал мне об этом?!
Ну... ладно, если подумать, я у него и не спрашивала, кем он работает, а он не спрашивал у меня, мы разговаривали только о наших городах – Иркутске и Сочи.
А в самом начале не говорить же ему было, мол, здравствуйте, меня зовут Матвей, я владелец ресторана, но сегодня буду вашим официантом!
А во-вторых, почему он решил меня угостить?!
Я ему понравилась?!
Тогда почему не попросил номер телефона или свой не дал?!
Когда мы прощались, он явно не рассчитывал на повторную встречу...
Почему так?!
Может, спросить его номер у администратора?! Только вряд ли она даст – это же конфиденциальная информация.
Может, вернуться сюда завтра и попытаться застать его?! Только вряд ли Матвей ежедневно подрабатывает официантом в собственном ресторане...
В любом случае: если он не попытался наладить со мной контакт, взять мой номер или дать свой, значит, дальнейшего общения он не хочет.
Может, он просто заметил, что я грустная, и решил провести со мной вечер, порадовать, развлечь?! Если так – у него отлично вышло, и я ему благодарна.
Наверное, следует просто оставить это в памяти как одно из приключений моей поездки, и идти дальше.
И прямо сейчас – идти спать, например, потому что на часах уже почти час ночи!
Тем более что завтра у меня тоже насыщенный день: я собираюсь еще немного погулять по городу, посетить пару-тройку мест, посоветованных Матвеем, потом поехать групповой экскурсией в архитектурно-этнографический музей «Тальцы» под открытым небом, а потом добраться до Листвянки и заселиться там в домик.
Времени, чтобы выспаться, и так осталось немного, а я еще и думы думаю про едва знакомого мужчину, который устроил мне бесплатную индивидуальную экскурсию по городу... подумаешь!
Да, все, довольно.
Я возвращаюсь в отель, поднимаюсь в свой номер и... натыкаюсь там на своего муженька.
Спасибо хоть, что он без любовницы.
Переступаю порог, вижу его и замирю, приподнимая одну бровь.
– Что?! – фыркает он, увидев меня.
– Ничего. Просто интересно: ты решил выпроводить свою студентку обратно в Сочи или заселил ее в другой отель?! И почему сам вернулся?!
– Я заселил ее в этот же самый отель, – с нажимом говорит Витя, просверливая меня глазами, полными ненависти. – И я не вернулся – я просто пришел забрать вещи... и еще чайник.
– Что, прости?! – не понимаю я.
– Чайник.
– У вас в номере что, нет чайника?!
– Он сломан.
– Так сообщите администратору на стойке регистрации.
– Мы сообщили. Сказали, что новый выдадут завтра утром, а пока... пока дали чертову кастрюльку, чтобы кипятить воду.
17 глава
– Стой! – кричит мне вслед муж. – Да стой ты! Даша, твою мать!
– Я тебе не Даша-твою-мать, – рыкаю я на него, останавливаясь и оборачиваясь.
– Не надо никуда ходить, – говорит он уже спокойнее. – Пожалуйста.
– Почему это?!
– Да потому что... неужели мы не в состоянии сами, по-семейному разобраться?!
– Ты мне предлагаешь разбираться по-семейному с твоей любовницей?! – вспыхиваю я, поражаясь его то ли наглости, то ли наивности, то ли тому и другому одновременно.
– Она мне не любовница, – снова фыркает он.
– Ну да, ну да, – киваю я. – Ты это уже говорил – а потом притащил ее из Сочи в Иркутск на наши семейные деньги в надежде, что я найду сына и вернусь с ним домой, а вы с ней отлично проведете время...
– Оксана пойдет на конференцию вместе со мной, – гордо заявляет Витя.
– А! – хмыкаю я иронично. – Так значит, это я, дура такая, не поняла ничего, да?! Ты ее сюда по учебе, по работе, по делу привез, а не для того, чтобы она для тебя ноги свои длинные раздвигала?!
Я качаю головой, продолжая поражаться его поведению.
Он ведь только что это придумал! Прямо по дороге!
А самое главное – зачем?!
Мы ведь все равно уже все решили – мы разводимся!
Об этом я ему и напоминаю.
– Да, разводимся, – мрачно соглашается Витя.
– Вот и все. Проваливай из номера, оставив чайник на месте, либо живи в номере сам, но без нее.
– Какая же ты стерва, Даша, – фыркает муж, и его лицо приобретает выражение откровенного отвращения.
И с этим человеком я жила столько лет!
Боже... какой же ужас.
Почему я никогда не замечала этого?!
Он ведь не стал таким в одно мгновение... или стал?!
Не знаю. Не понимаю. Правда, я ничего уже не понимаю.
А уж скандал из-за чайника и вовсе кажется мне сущим детским садом.
Разве нормальные взрослые мужчины так себя ведут?!
В самом крайнем случае – у нас напротив отеля, буквально через дорогу, большой торговый центр, где есть и магазин с бытовой техникой. Пошел бы и купил своей капризуле чайник за полторы-две тысячи рублей, а потом потребовал с отеля вернуть эти деньги... ну или домой с собой этот чертов чайник забрал! Не такие уж большие деньги, особенно для того, кто с барского плеча выдал малолетней пигалице номер в недешевом отеле.
Да и вообще странно это – что им кастрюльку дали.
Не верю я что-то. Не тот уровень сервиса.
Не исключено, что он и в этом мне соврал, что ни к какому администратору он на самом деле не спускался, ни о чем не просил, а просто решил осторожненько, пока меня нет, спереть наш чайник.
Надо бы перестать удивляться и просто принять, что мой муж – неадекват... к счастью, моим он будет еще недолго.
К счастью, Витя оставляет меня и мой чайник в покое, забирает только свои вещи и уходит.
Да, меня раздражает то, что он снял для любовницы еще один номер, расплатившись из семейного бюджета, но в чем-то я даже рада: зато он не будет жить со мной!
Может, они с этой Оксаной, или как ее там, и вовсе останутся в Иркутске, а я завтра вечером буду уже в Листвянке, на Байкале.
Ну а пока я, уставшая, вымотанная до безумия, иду в душ, заказываю в номер горячий облепиховый чай – и заваливаюсь с ним в постель, чтобы позалипать минут пятнадцать в видео о том, что посмотреть на Байкале, и вырубиться, уснув крепким-крепким сном.
Утром, сразу после перелета, спалось тревожно, но в этот раз, нагулявшись по морозу, набравшись впечатлений и эмоций, познакомившись с интересным человеком, я сплю как убитая, мне даже ничего не снится.
И просыпаюсь я только в восемь утра, когда начинает звонить будильник.
Я выключаю его, потягиваюсь, валяюсь в постели еще минут десять, а потом иду умываться и собираться на завтрак.
Ну и, конечно, как назло, в круглосуточном ресторане при отеле, где по утрам разворачивают шведский стол, я сталкиваюсь с Витей и его Оксаной.
Вижу, как она сидит за столиком, наряженная в кроп-топ и мини-юбку – серьезно, в феврале, в Сибири?! – и уже с тяжелым макияжем и укладкой... да, прямо в половину девятого утра.
Вижу, как он бегает по залу с огромным подносом, заполняя тарелки и на себя, и на нее.
Замечаю, что себе Витя берет яичницу, сосиски гриль, немного помидоров и огурцов, а своей любовнице – авокадо-тост с творожным сыром и лососем, безглютеновые и безлактозные сырники и апельсиновый сок... девочка, видимо, в тренде, на вайбе, ну или как там сейчас говорят в среде двадцатилетних?!
Мне становится смешно, но я не подаю вида.
Себе беру овсянку, блинчики с вареньем, травяной чай.
Сажусь как можно дальше от них – чтобы ни я их не видела, ни они меня.
18 глава
Мой вчерашний знакомый перед моим мужем совершенно не смущен:
– Я – Матвей, друг Дарьи... и я предпочитаю, чтобы незнакомые люди обращались ко мне на вы, – говорит он. – А вы кто такой?!
– Я – ее муж! – говорит Витя так громко, твердо и уверенно, словно он чертовски гордится мной и нашим браком, а не собирается со мной развестись и не притащил в наш семейный номер свою малолетнюю любовницу.
Меня его ответ, мягко говоря, ошарашивает.
Ошарашивает он и Матвея, который, сделав шаг назад и склонив голову, говорит:
– Вот оно что... не знал, что Дарья замужем.
– Так себе из вас друг, значит! – фыркает Витя.
В этот момент ко мне наконец возвращается дар речи, и я говорю твердо и жестко, пресекая все попытки Вити как-то меня присвоить:
– Мы в процессе развода, так что говорить, что он – мой муж, уже некорректно.
– Ого! – восклицает Матвей. Теперь он, кажется, удивлен еще сильнее.
– Подождете меня десять минут?! – спрашиваю я у него. – Мне нужно подняться в номер.
– Да, конечно, – мужчина кивает.
– Отлично, спасибо, – говорю я и обращаюсь уже к Вите: – Ну что, идем за твоей бритвой?!
– Идем, – буркает муж, а уже через мгновение, едва мы отходим в сторону лифтов, видимо, не выдержав, спрашивает язвительным тоном: – Что, уже начала мне мстить?!
– Что, прости?! – я не сразу понимаю его наезд.
– Тот мужик в холле... кто он?! Что за друг такой?! Где ты его откопала?! Уже успела с ним переспать?!
Вопросы сыплются один за другим, и я, признаться, даже испытываю некое подобие морального удовлетворения, потому что понимаю: Витя ревнует! Вот это да! То есть, ему любовницу иметь – во всех смыслах! – можно, а мне любовника – нельзя?! Двойные стандарты такие двойные стандарты! Смешно даже! И этот его бешеный собственнический взгляд...
Но я не подаю вида, что мне нравится его ревность, говорю лишь:
– Думаю, тебя все это совершенно не касается.
– Серьезно?! – вспыхивает Витя. – Не касается?! И давно вы знакомы?! Может, ты начала с ним встречаться задолго до того, как я...
– Ты, блин, прикалываешься?! – перебиваю я его. – Я в Иркутске первый раз, и... – запинаюсь, теперь уже перебивая сама себя: – Впрочем, знаешь, плевать. Думай, что хочешь. Да, мы давно знакомы. И давно спим друг с другом. Он – владелец ресторана в Иркутске, вот так вот!
Не знаю, зачем я говорю все это, но мне хочется уязвить мужа, и у меня, кажется, прекрасно получается: его лицо кривится, кулаки сжимаются.
Мы добираемся до номера, и я из соображений собственной безопасности прошу его подождать снаружи.
– Что, думаешь, побью тебя?! – усмехается Витя. – Изнасилую?!
Я не отвечаю, просто скрываясь за дверью.
Вытаскиваю из своего чемодана его бритву – подаренную мной, между прочим, роскошную, дорогую, с кучей разных лезвий, – и выхожу обратно в коридор.
– На, – протягиваю ему.
– Спасибо, – шипит он.
– А теперь будь добр пододвинуться... ты загораживаешь мне проход.
Витя нехотя отступает, и я иду к лифту. Мы заходим в разные кабинки, но вниз спускаемся одновременно. В итоге, когда я направляюсь к Матвею, Витя это видит и явно напряженно наблюдает издалека.
И тогда мне в голову приходит совершенно безумная идея.
Поравнявшись с Матвеем, я касаюсь его плеча рукой и, притянувшись поближе, чмокаю его в щеку.
Мужчина смотрит на меня ошалелыми глазами.
– А теперь – бежим отсюда! – говорю я ему, хватаю его за руку и тащу прочь из отеля.
Пять минут спустя, когда мы останавливаемся где-то в заснеженном парке, окружающем отель, и я убеждаюсь, что Витя за нами не бежит и не наблюдает, я неловким движением вытираю губы, на которых как будто бы застыли след и аромат теплой мужской кожи.
– Простите, – говорю я Матвею.
– Вы хотели отомстить мужу?! – фыркает Матвей немного насмешливо.
– Да, это было так очевидно?! – удивляюсь я.
– Конечно! – смеется он, но смех получается какой-то грустный, потому что он сразу обо всем догадывается: –
– Он изменил вам?!
– Да!
– Вот негодяй!
– Ну да... – я пожимаю плечами, не понимая, почему так резко и неожиданно открылась этому едва знакомому мужчине, который к тому же еще и обманул меня вчера... Ну, точнее, не обманул, но порядочно так умолчал!
– Тогда я совсем не против быть частью вашей сладкой мести, – улыбается он.
– Спасибо, – киваю я. – Еще раз – простите...
– Все в порядке. И вообще, думаю, это я должен просить прощения. Мария, администратор моего ресторана, рассказала мне о вашем визите и о том, что вы узнали правду... что я – не официант, а владелец «Таежного сердца»...
19 глава
– О боже, – я закрываю рот ладонью. – Мне так жаль, Матвей... Если бы я только знала...
– Но вы не знали, – он пожимает плечами, явно чувствуя себя виноватым.
При этом я сама тоже чувствую себя виноватой: впутала его в свои разборки с мужем, поцеловала зачем-то, а у него, блин, жена умерла!
Боже, какой ужас!
– И это не ваша ответственность, – продолжает тем временем мужчина. Он совершенно не сердится. – Я просто хотел приятно провести вечер, забыв о своих непростых отцовских обязанностях и еще более непростых обязанностях владельца ресторана... Возможно, это было эгоистично, но... так уж вышло.
– Я вас прекрасно понимаю! – восклицаю я. – У меня самой, честно говоря, то еще веселье... – начинаю эмоционально, но потом прерываюсь, потому что решаю, что это неуместно: рассказывать про свои проблемы, про мужа и сына, когда у него такая трагедия! – Неважно... простите...
– Вообще-то, очень важно, – говорит Матвей. – Мне интересна ваша история. Вчера я прекрасно провел с вами время. И если вам тоже понравилось, и если вы простили меня, и если вы свободны сегодня, то...
– Во второй половине дня я уезжаю с групповой экскурсией в «Тальцы», – говорю я. – А потом – сразу в Листвянку. Но у меня есть несколько часов, чтобы прогуляться с вами...
– Отлично! – как ребенок, радуется мужчина.
– И я как раз планировала посетить пару-тройку мест, которые вы мне вчера посоветовали...
– Могу пойти с вами.
– Я буду рада.
В итоге, мы с ним и правда отправляемся гулять, и через пару часов оказываемся в одном из заведений, которые вчера рекомендовал Матвей.
Мне кажется совершенно потрясающим то, что он, будучи ресторатором и владельцем ресторана, имеет смелость советовать блюда каких-то других заведений. Для этого, мне кажется, нужно уметь с уважением относиться к своим потенциальным конкурентам! Такое не всем доступно!
Моему мужу, например, точно нет! Он, конечно, не ресторатор, а ректор и профессор, но я прекрасно знаю о его ревностном отношении к коллегам: у кого больше научных работ, у кого выше степень и заработная плата, кто чаще выступает на конференциях... его это всегда очень волновало!
Матвей – явно другой, и мне это нравится.
– Ну, рассказывайте, – говорит он, когда нам приносят брусничный чай.
– Да мне, честно говоря, даже неловко как-то, – признаюсь я.
– Почему?! – удивляется мужчина.
– Потому что мои проблемы – мелочь в сравнении с тем, какая трагедия произошла в вашей семье...
– Любые проблемы важны, – возражает Матвей. – К тому же, со смерти моей супруги прошел уже год. А у вас все, как я понимаю, только начинается...
– Да, но зато никто не умер, – я поджимаю губы.
– Мы не всегда вольны бороться с судьбой. Порой то, что происходит, просто происходит, и с этим ничего не сделать. Моя жена сильно и долго болела, и смерть стала для нее избавлением... А в чем-то и для нас: моя дочь, Есения, наконец-то начала снова улыбаться... Да, ей больно, и мне тоже больно, но теперь мы знаем, что наша мама и жена в лучшем из миров, ей больше не больно, и мы можем жить дальше, храня о ней теплые воспоминания...
– Сколько ей было?!
– Сорок два года.
– Мне сейчас сорок два... – говорю тихо. – А сколько вашей дочке?!
– Двенадцать.
– Моему сыну – тринадцать. И он – совершенно невыносим.
– Как и моя дочь, – улыбается Матвей.
– Ну... – хмыкаю я, поджимая губы и думая, стоит это говорить или нет... но все-таки говорю: – Вряд ли ваша дочь не меняет белье по два-три дня, не ходит в душ, посылает вас матом и сбегает от вас в чужом городе прямо перед посадкой на самолет, так что ее приходится искать, теряя билеты, деньги, время и нервы...
– Ого! – Матвей, кажется, почти восхищен. – Последнее, конечно, перебор... Он сбежал в Иркутске?!
– Нет, в Новосибирске, во время пересадки.
– Ужасно, сочувствую, – мой новый знакомый качает головой. – И что было дальше?!
– Мой муж полетел дальше, а я осталась искать его. Нашла через несколько часов: выяснилось, что он поехал к другу по переписке.
– Хитро! Даже умно! Но безумно отвратно по отношению к родителям, конечно... Но почему ваш муж не остался с вами?! Да, я понял, что между вами был разлад...
– Он изменил мне.
– Ужасно! Но неважно! Ведь для вашего сына-то он оставался отцом!
– Он сказал, что это моя вина. Что я слишком давлю на него в воспитании, вот он и сбежал. И что это я должна искать сына, а ему надо лететь, у него ведь работа...
– У него правда здесь работа?!
– Да, эко-конференция. Вот только пока что он только развлекается со своей любовницей-студенткой...
– Неудивительно, что вы были вчера такой разбитой.
ВИКТОР. 20 глава
Даша ведет себя, как последняя стерва, и делает все, чтобы наше с Оксаной пребывание в отеле было невыносимым.
Когда я понимаю, что забыл свою бритву в чемодане жены, факт, что придется снова с ней общаться, страшно раздражает, но делать нечего.
– Даш, – окликаю я ее, когда мы встречаемся внизу. Она уже одета и явно куда-то намылилась. – Мне нужна моя бритва.
– Что, прости?!
– Она в твоем чемодане.
– Не помню такого.
– Она не влезала в мой – и я положил ее к тебе, – закатив глаза, растолковываю, как маленькому ребенку.
– То есть, ты без спроса рылся в моем чемодане?! – возмущается она.
– Только не начинай... просто давай поднимемся в номер, ты дашь мне бритву, и мирно разойдемся.
Пока мы с ней препираемся, к нам неожиданно подваливает какой-то совершенно незнакомый мужчина... но незнакомый только для меня, видимо, потому что Даша смотрит на него с явным узнаванием.
– Привет, – говорит незнакомец.
– Привет, – отвечает ему Даша.
Я не выдерживаю:
– А ты еще кто такой?! – потому что факт, что Даша успела с кем-то познакомиться, выводит меня из себя.
Моя жена что, шалава какая-то?!
– Я – Матвей, друг Дарьи... и я предпочитаю, чтобы незнакомые люди обращались ко мне на вы, – с достоинством отвечает мне мужик. Он и выглядит, кстати, очень достойно: видно, что одежда дорогая, качественная... обувь тоже. Да и вообще ухоженный. Не тянет на обычного работягу. И даже вряд ли сотрудник отеля. – А вы кто такой?!
– Я – ее муж! – рыкаю я грозно.
– Вот оно что... не знал, что Дарья замужем.
– Так себе из вас друг, значит! – фыркаю я, чувствуя себя победителем.
Но Даша, конечно, сразу все портит:
– Мы в процессе развода, так что говорить, что он – мой муж, уже некорректно.
– Ого! – говорит Матвей, а жена уже обращается к нему:
– Подождете меня десять минут?! Мне нужно подняться в номер.
– Да, конечно, – мужчина кивает.
Тогда она говорит уже мне:
– Ну что, идем за твоей бритвой?! – и мы шагаем в сторону лифтов.
Потом я не выдерживаю, спрашивая язвительно:
– Что, уже начала мне мстить?! – и объясняю: – Тот мужик в холле... кто он?! Что за друг такой?! Где ты его откопала?! Уже успела с ним переспать?!
Взгляд Даши не выражает ничего, кроме равнодушия и ледяной бездны:
– Думаю, тебя все это совершенно не касается.
– Серьезно?! Не касается?! – взрываюсь я, чувствуя, что ревную. – И давно вы знакомы?! Может, ты начала с ним встречаться задолго до того, как я...
Да, у меня тоже любовница, и что?!
У нас с Оксаной – чисто постельный интерес, инстинкты, животная страсть.
Я ведь даже разводиться не планировал, пока Даша не устроила скандал и не обвинила меня во всех смертных грехах!
Но у таких, как моя жена, просто постели не бывает: там всегда чувства.
Вот и мне она отвечает с чувством, очень эмоционально, защищая свои границы:
– Ты, блин, прикалываешься?! Я в Иркутске первый раз, и... Впрочем, знаешь, плевать. Думай, что хочешь. Да, мы давно знакомы. И давно спим друг с другом. Он – владелец ресторана в Иркутске, вот так вот!
Меня этот ответ страшно злит, но я сдерживаюсь от того, чтобы залепить ей пощечину: все-таки в лифте и коридорах видеокамеры.
Ну а когда мы добираемся до номера, она говорит:
– Подожди снаружи.
– Что, думаешь, побью тебя?! Изнасилую?!
Она не отвечает и молча скрывается в номере, закрывая за собой дверь, а через пару минут выносит мне мою бритву:
– На.
– Спасибо, – отвечаю я, поморщившись.
– А теперь будь добр пододвинуться... ты загораживаешь мне проход.
Королева какая, вы только посмотрите!
Мы идем к разным кабинкам лифта, но вниз спускаемся все равно одновременно, а потом я вижу, как Даша... целует этого Матвея!
Кулаки сжимаются еще сильнее, хочется догнать и вмазать уроду, но я опять себя сдерживаюсь.
Вместо того, чтобы ринуться за ними, сажусь в кресло, дожидаясь Оксану.
Когда девушка спускается ко мне – наряженная, напомаженная, надушенная, вся при параде, – я почему-то испытываю раздражение.
– Ты куда так намалевалась?! – спрашиваю я у нее, не скрывая своего недовольства. – Мы ведь едем на официальное мероприятие, на экологическую конференцию, а ты на себя столько слоев штукатурки наложила, что ими можно отравить весь мировой океан!
– Опять ты на меня сердишься, Виктор Анатольевич, – дует губки моя любовница и подопечная. Я правда договорился о том, что она будет моей «плюс один», как студентка и продолжательница традиций, но вести ее в общество уважаемых людей, профессоров географии, биологии, экологии в таком виде... боже, да это позор!
21 глава
– Значит, я никуда с тобой не поеду!
Оксана встает в позу – а я стою напротив нее и не знаю, что мне делать.
С одной стороны, я уже внес Оксану в список приглашенных как свою «плюс один», об этом знают все организаторы, коллеги, товарищи, друзья... все, с кем я увижусь на конференции.
Да, все знают – и ждут, потому что понимают, что со мной будет не просто моя студентка, а моя спутница, моя, если можно так выразиться, любовь... хотя ни о какой любви речи, конечно, на самом деле не идет.
И я рассчитывал показать ее, чтобы все обзавидовались.
А если она не придет – будут вопросы и пересуды... все сразу поймут, что между нами произошло что-то не очень хорошее, мы поссорились.
А с другой стороны, тащить на серьезное научное мероприятие размалеванную барышню – это бред какой-то, стыдобища... как сказала бы сама Оксана, учитывая ее зумерское поколение, кринж.
И ведь она понимает это!
Она ведь не приходит в таком виде на научно-практические конференции в университете!
Тогда зачем сегодня решила выпендриться?! Чего ради?!
– Оксана... – начинаю я, пытаясь подобраться слова, а она просто молчит, сложив руки на груди. – Пожалуйста, пойми меня: формат мероприятия таков, что во имя моей и твоей репутации мы должны выглядеть на нем более скромно...
– О какой скромности ты говоришь?! – фыркает девушка. Она, конечно, из тех, кто за словом в карман не лезет. – Ты собираешься притащить на научную конференцию свою любовницу, и ты, я, все твои коллеги и орги – все это понимают!
– Да, понимают, – соглашаюсь я. – Но даже при этом нельзя делать это так откровенно. Будут серьезные, уважаемые люди, будет пресса, будут фотографы, будут писаться статьи и сниматься репортажи... Потом все это появится в интернете и на телевидении. И в университете, например, никто не должен решить, что ты – моя любовница. Там должны решить, что я взял тебя как свою ассистентку, помощницу, будущего специалиста. И должны сказать: какой ты умница, Виктор Анатольевич, что продвигаешь нашу студентку! А не: какой ты придурок, Виктор Анатольевич, что свою студентку тра...
– Я поняла, – перебивает девушка. – Хочешь, чтобы я притворилась хорошей, чтобы не навредить твоей репутации.
– Именно. Надеюсь, ты понимаешь, как это важно, я – должностное лицо. Обещаю, что после конференции мы сходим в ресторан, и ты наденешь, что захочешь, накрасишься, как захочешь! И еще мы обязательно зайдем в любой бутик, и я подарю тебе все, что угодно! Но сейчас, пожалуйста... – я складываю ладони в умоляющем жесте, потому что времени у нас совсем мало.
– Ладно, – сжалившись надо мной, говорит Оксана. – Я переоденусь и сниму макияж, – обещает она.
– Спасибо! – радуюсь я.
– Но мне надо полчаса.
– Да, конечно... беги в номер... я буду тебя ждать...
Оксана уходит – а я остаюсь в холле ждать ее.
Можно было бы подняться в номер вместе с ней, но я понимаю, что если сделаю это, то наверняка разлягусь там на диване, расслаблюсь, помну костюм, собью рабочий настрой, а то и вовсе усну...
Потому что спать хочется безумно.
Оно и неудивительно: наша с Оксаной ночь была слишком жаркой и долгой, спали мы мало...
Плюс перманентная усталость, тревога, раздражение... в основном – из-за грядущего развода с женой.
К счастью, Оксана справляется даже быстрее, чем за полчаса, и уже вскоре мы отправляемся на конференцию.
Там нас встречает Карнавашин Георгий Борисович – президент сибирской экологической организации «Сибирь-эко», которая и организует сегодняшнюю конференцию.
Мы с Гришей вместе учились в университете, он сам – уроженец Листвянки, и его с детских лет беспокоило загрязнение Байкала.
То есть, мы знакомы очень давно, дружим, сотрудничаем, и я чертовски рад его видеть.
При встрече мы приветствуем друг друга, обнимаемся, а потом я представляю ему свою прекрасную спутницу:
– Григорий, это Оксана Евгеньевна Раменская, моя студентка, будущий эколог, и она, как и вы, очень заинтересована сохранением чистоты Байкала... Оксана, это Григорий Борисович Карнавашин – президент сибирской экологической организации «Сибирь-эко» и хозяин сегодняшнего мероприятия.
– Приятно познакомиться, – Оксана улыбается и тянет Грише руку.
Мой друг с удовольствием пожимает ее нежную ладонь:
– А мне-то как приятно! Нечасто у нам заглядывают такие юные красавицы! Неужели вы и правда заинтересованы экологией?!
– О, да, конечно! – уверяет его Оксана.
Они мило болтают минут пять, а потом мы идем рассаживаться по местам, потому что совсем скоро начало.
В первом блоке запланировано три выступления по сорок пять минут, затем – перерыв на полчаса. Потом еще три выступления – и снова перерыв. И наконец – еще четыре выступления. Всего, выходит, десять выступающих. Я в том числе: мой номер – восьмой, то есть, я буду в последнем блоке, уже вечером.
22 глава
Отлично! Просто отлично!
Ну, то есть, мало мне было жены, которая при мне, явно назло, из мести, поцеловала того мужика в отеле!
Так теперь еще и Оксана решила поступить точно так же – предать меня! И где?! На экологической конференции! В научном сообществе! Среди ученых мужей, профессоров, моих давних коллег!
Я привел ее сюда, как трофей, чтобы показать всем – мол, смотрите, какая у меня молодая и красивая женщина! – а она стоит, бессовестная, и целует какого-то незнакомого мужика!
У нее что, вообще ни стыда, ни совести?!
От растерянности я аж замираю на месте, не зная, как реагировать, что делать...
Сладкая парочка, конечно, заметив меня, мгновенно размыкает губы и руки.
Мужчина – молодой совсем парень! – краснеет, отводит глаза... Так и есть: официант! В форме! С бейджиком! Тебе бы работать, а не чужих женщин зажимать!
Я присматриваюсь, на бейдже написано: Артур Селезнев.
У меня аж кулаки чешутся от желания залепить ему по красной физиономии, и я с трудом сдерживаюсь!
А вот Оксана не краснеет, она лишь расслабленно смеется, вытирая губы, на которых размазалась косметика...
– Как это понимать?! – спрашиваю я гневно, чувствуя, как раздуваются ноздри.
– Простите, господин...
– Барсов, – подсказывает Артуру Оксана.
– Простите, господин Барсов...
– Пошел вон! – рычу я, невольно замахиваясь, и парень ловко выскальзывает из туалета.
Мы с моей неверной любовницей остается вдвоем, но я быстро хватаю ее под локоть и тоже тащу прочь: не хватало еще, чтобы нас увидели здесь! Чтобы ее увидели – в мужском туалете!
По дороге она смеется, и замолкает только тогда, когда я затаскиваю ее в свободный кабинет, холодный и темный, и там залепляю пощечину.
Смех сменяется вскриком, а потом тишиной.
Девчонка прижимает к обожженной щеке ладонь и смотрит на меня диким зверьком:
– Ты что себе позволяешь?!
– Нет, Оксана, это ты что себе позволяешь?! Кто это был?! Почему ты целовалась с ним?! Какого черта?!
– А я что, должна перед тобой отчитываться?! – она смотрит на меня прямо и дерзко.
– Должна!
– С чего бы?! Мы что, пара?! У нас отношения?! Любовь?! Может быть, ты представил меня своим коллегам, как свою возлюбленную?! Нет! Ты сказал, что я твоя студентка! И это чистая правда! Мы друг другу никто! То, что мы развлекаемся, не значит, что я должна быть верной и послушной!
– Я привез тебя сюда за свои деньги! – рычу я.
– Привез куда, прости?! В февральскую Сибирь с черноморского побережья?! Было бы чем гордиться! – фыркает она насмешливо. – Ладно бы, ты меня в Европу привез, или на Бали! Да хотя бы в Турцию! А здесь холодно, темно, мерзко, у меня аллергия, сыпь! Дышать тяжело!
– Тогда зачем ты приехала?!
– Ты попросил, и я решила не отказывать... Но уже жалею! – признается девчонка.
– А на конференцию зачем пошла?! – допытываюсь я.
– Ты уговаривал меня, помнишь?! Да и вообще – почему нет?! Запишу это в свой учебный послужной список: где была, что видела, в чем участвовала...
– Ты вообще понимаешь, что без меня ты никто?! – рычу я.
– Ой, вот только давай без этой своей патриархальной дичи! – Оксана закатывает глаза. – Ну, подумаешь, понравился мальчик, подумаешь, поцеловала, зачем трагедию-то из этого сразу делать?! Ведь после конференции я вернусь с тобой в наш номер, в наш красивый отель, и там именно ты будешь делать со мной все, что пожелаешь, а не он... – ее голос становится строже: – Но только если прекратишь все это прямо сейчас, ясно?! Без истерик, окей?! Я тебе верность до гробовой доски не обещала! Я вообще тебе ничего не обещала! У нас – бартер, все честно! Ты мне – путешествия, красивые отели, украшения. Я тебе – свое молодое красивое тело. Разве не о нем ты мечтал?! Разве не на него променял свою жену?! То-то же!
Я замолкаю, потому что она права, но все равно не могу смириться с тем, что она натворила.
– Ты не должна так больше делать! – говорю я наконец.
– Желаешь обсудить условия нашего бартера?! – спрашивает она с откровенной издевкой.
– Да, желаю! – подтверждаю я, топая ногой, а про себя думаю: боже, как же жалко я сейчас выгляжу! Я готов торговаться с этой малолетней девицей за ее тело и за право быть единственным, кто им обладает! Что за бред?! Как я докатился до этого?! Ведь это я – Виктор Анатольевич Барсов, профессор географии и эколог, ректор университета, уважаемый человек! Что со мной?!
– Значит, поговорим, – обещает тем временем Оксана, и я решаю, что диалог мы и правда продолжим в отеле, а сейчас мне нужно как-то собраться, сосредоточиться, ведь совсем скоро – мое выступление!
Остальные пару часов Оксана ничего не вытворяет и просто поддерживает меня, как и положено.
Я с блеском выступаю, сорвав аплодисменты.
23 глава
– Артур?! – вспыхиваю я.
Я, конечно, знал, что Оксана – девица смелая и гордая, но чтобы настолько наглая...
Воспользовалась, значит, моей добротой и щедростью, она позавтракала-поужинала в роскошном отеле, поспала на белоснежных простынях, погуляла по красивому заснеженному городу – впрочем, это и не плюс вовсе, может, ей не понравился Иркутск, – сгоняла со мной на экологическую конференцию, показала там себя всем ученым и профессорам, поставила галочку в своем университетском портфолио, нашла себе мальчишку-официанта, а теперь собирается сбежать с ним в закат!
Нормально?! Адекватно?!
Где благодарность?!
А самое главное – я и сделать-то ничего не могу!
Нас там видели, фотографировали, если попробую по возвращении домой оспорить ее участие, вопросы будут, в первую очередь, именно ко мне...
Не говоря уж о том, что Оксана вообще может взять да и рассказать всем, что спала со мной!
Ее-то даже не факт, что отчислят, особенно если скажет, что это было по принуждению, что я ее шантажировал, например, угрожал отчислением или низкими оценками, а вот я... мне конец.
Меня снимут с должности, а может, еще и судить будут, чтобы выяснить, были ли еще какие-нибудь превышения полномочий, например – взятки... а взятки, были, между прочим. Не очень много – я не злоупотреблял, – но во время сессий... какой же ректор без взяток?!
Я потеряю место, деньги, репутацию.
Не дай боже – окажусь в тюрьме...
Твою мать.
Я мысленно выбрасываю весь этот бред из воспаленного сознания.
Ну совсем раскис, Барсов!
Ведь ничего еще не произошло – а я уже понапридумывал себе увлекательных сценариев на месяцы и месяцы вперед... увольнение, суды, тюрьму.
Уверен, все будет хорошо.
Главное сейчас – без резких движений.
Я уже назвал ее дрянью и стервой – этого достаточно, чтобы она обиделась.
А еще я залепил ей пощечину – и это совсем уже перебор.
Не знаю, чем я думал...
Надо извиниться.
Об искренности, конечно, и речи нет, но...
– Прости, – говорю я прежде, чем она успевает что-то сказать про того парня-официанта. – Погорячился.
– Однозначно, – кивает Оксана, замирая, явно удивленная сменой моей риторики.
– Я не должен был решать за тебя, во что тебе одеться. Не должен был тебя оскорблять. И особенно не должен был...
– Что?! – едко переспрашивает девушка. – Бить меня?!
– Да, – признаю я. – Не должен был.
– Приятно, что ты это все-таки понимаешь.
– И нам стоило заранее обговорить наши отношения, – добавляю я. – Пока договоренностей не было, ты могла делать что угодно с кем угодно...
– Спасибо, – кивает Оксана. – Будем считать, что ты прощен. Но я все равно не могу остаться, – она пожимает плечами.
– Пойдешь к нему?! – фыркаю я, не сдержав эмоции.
– Да, – говорит девушка. Ну, хотя бы честно.
– Твое право.
– Да, – кивает она еще раз. – Пока-пока. Обратно можешь не ждать. И до Сочи я тоже сама доберусь, не переживай. Встретимся в универе.
В этот раз тон ее голоса звучит не так грубо.
Надеюсь, она и правда не будет на меня жаловаться...
Когда Оксана переступает порог, я выжидаю несколько мгновений – чтобы она успела отойти достаточно далеко от номера, – а потом иду к кровати, беру подушку, утыкаюсь в нее лицом и ору, что есть мочи.
– Стерва! Дрянь! Малолетняя шалава! Стерва! Стерва! Дря-я-янь!
Прооравшись, я убираю подушку от лица, чувствуя, что мне стало гораздо легче.
Паршиво, конечно, что она меня так опрокинула, но, надеюсь, мы расстались... хм... друзьями, так сказать.
Нервно смеюсь.
Рыщу по мини-бару – но там ничего нет.
Решаю, что надо выйти из номера, проветрить голову.
Может, поболтать с кем-нибудь.
А может... может, отправиться на Байкал?!
Домик-то все равно арендован, оплачен.
Сначала предполагалось, что я поеду туда с женой и сыном, потом – что с любовницей, а теперь... теперь я буду один.
Но мне, честное слово, это не помешает.
Побыть в одиночестве. Подумать.
Да, решено.
Сейчас немного побуду в баре, приду в себя, а вечером возьму такси – и в Листвянку!
Оксана еще будет кусать локти, когда узнает, сколько красоты она упустила!
Приняв решение, я чувствую, что настроение быстро возвращается.
Впрочем, оно и неудивительно: ситуация с Оксаной, конечно, расстроила и напрягла, но никакой влюбленности, никаких отношений здесь не было, а значит, и переживать повода нет.
ДАРЬЯ. 24 глава
– Мы, кажется, очень похожи. Оба потеряли любовь – пусть и по-разному. Оба воспитываем сложных подростков. И оба умеем восхищаться красивым городом, красивой природой и вкусной едой... Не будете против, если я составлю вам компанию в поездке в «Тальцы» и на Байкал?!
Вопрос Матвея вызывает у меня растерянность.
– А вы... – начинаю я. – А вам... разве не нужно работать?!
– Когда ты владелец ресторана, то у тебя есть свои привилегии и преимущества, – улыбается мужчина. – Например, можно устроить себе пару-тройку внеплановых выходных... Конечно, это не всегда возможно, но в данный момент – вполне: в ресторане прекрасные сотрудники, ответственный управляющий, никаких проблем и вопросов...
– Звучит отлично, – я киваю. – Непросто, наверное, построить свой бизнес, да еще и так, чтобы он хорошо функционировал даже в ваше отсутствие...
– Непросто, – соглашается Матвей. – Но у меня большой опыт: я в этом бизнесе практически с детства. Мой отец был управляющим в крупной ресторанной сети, а мама держала собственную небольшую булочную...
– Ого! – восхищаюсь я. – Ну да, можно сказать, что азы вы впитали с молоком матери...
– Так и было! – смеется мужчина. – Она нередко таскала меня к себе на работу и кормила грудью в подсобном помещении!
– То есть, вы совсем малышом были...
– Ну да. Когда подрос, стал помогать ей. Впрочем, возможно, мелкий я был полезнее всего: покупатели заходили, умилялись моей мордашке и что-нибудь покупали, чтобы поддержать бизнес... иногда мне же и отдавали только что купленные пирожки...
– Удобно! – смеюсь я.
– Ага, и деньги получил, и пирожок слопал!
– Вкусно, наверное, ваша мама готовила.
– Да, она и сейчас вкусно готовит. Но уже только для семьи. Как ни уговаривал ее продолжить свое дело – отказывается, говорит, устала. Но я ее понимаю: сорок лет этому делу отдала. Заслужила отдых и возможность заниматься тем, чем хочется... Сейчас вот корзинки плетет и продает.
– Какая у вас деятельная мама! – восхищаюсь я.
– Точно, – соглашается Матвей, а потом возвращается к тому, с чего мы начали: – Ну так что?! Примите меня в качестве попутчика – или нет?!
– С радостью, – улыбаюсь я, понимая, что скучать точно не придется.
Матвей – очень приятный в общении, легкий на авантюры, нам будет о чем поговорить и в пути, и там, где мы будем останавливаться.
Кроме того, он местный: наверняка расскажет что-нибудь интересное помимо информации, которую я буду узнавать от гидов... по крайней мере, с городом он познакомил меня прекрасно, сводил в нетуристические места, так что я прониклась Иркутском и влюбилась в этот дивный сибирский город.
Думаю, мы и сейчас прекрасно проведем время.
В итоге, мы действительно вместе отправляемся в «Тальцы» – архитектурно-этнографический музей под открытым небом на берегу реки Ангары.
Вообще, диво, что Матвея берут: когда мы приходим к месту отправления автобусов, чтобы он купил тур, оказывается, что все места заняты... но перед самым отъездом один из туристов не приходит к точке сбора, и его место отдают Матвею.
Потом, уже в самом автобусе, мы просим кого-то пересесть, чтобы у нас была возможность устроиться вместе.
Меня Матвей пропускает к окну, сам садится у прохода.
Экскурсия, конечно, начинается задолго до прибытия в музей: еще в Иркутске наш гид Алексей начинает рассказывать про город и реку, на которой он стоит, про все достопримечательности и, конечно, про Байкал.
Мы слушаем внимательно, но время от времени все равно умудряемся болтать.
Другие пассажиры смотрят на нас недовольно и время от времени шикают, и я чувствую себя школьницей, нарушающей правила.
Едем чуть больше часа, затем останавливаемся на специальной парковке для туристических автобусов.
Одеваемся потеплее: это в городе, по словам Алексея, тепло – хотя я не сказать, чтобы согласна с ним, – а чем ближе к Байкалу, тем морознее... в это я охотно верю. Пар изо рта валит только так! Хорошо, что у меня теплая одежда!
Нас ведут по экспозиции музея, рассказывая его историю.
Потом вы заходим в здание, чтобы согреться, выпить сибирского чаю с медом и поучаствовать в мастер-классах.
Вариантов много: берестяная открытка, роспись глиняной игрушки, мозаика, ткачество, даже стекловыдувание!
Я выбираю последнее, конечно! Уж больно интересно! Вместе с мастером делаю стеклянную свистульку. Она получается кривой, косой, но я все равно горда собой!
Матвей же успевает сделать две открытки: одну для дочери, вторую для меня.
Потом мы отправляемся кормить хаски, которые занимаются здесь тем, что катают туристов в упряжках.
– Хотите тоже покататься?! – спрашивает Матвей.
– Боюсь, мы не успеем, – улыбаюсь я.
– Ничего страшного, доберемся потом до Листвянки своим ходом, без гида.
– Да ну, – я качаю головой. – Я планировала покататься в упряжке на Байкале, а сегодня хочу вовремя добраться до своего домика, поесть и выспаться.
25 глава
Матвей смеется, но я в первое мгновение не понимаю: почему?! Что смешного я сказала?! Что забавного в том, что я мечтаю поскорее увидеть Байкал?! Я ведь здесь первый раз! Он-то, небось, все детство на озеро ездил со своими родителями, летом купался, летом в собачьих упряжках гонял... А я?!
Но едва посмотрев в окно, я все понимаю.
Темно.
Там совершенно темно.
Уже слишком поздно, чтобы что-нибудь рассмотреть.
Фонарей на улице немного, и они довольно тусклые.
С одной стороны – экономия, этого света вполне достаточно, чтобы выгрузить багаж и добраться до регистрационного дома, а потом и разойтись до утра по своим маленьким, гостевым домикам.
С другой стороны – такой тусклый свет даже какую-то таинственную, сказочную атмосферу создает... как будто в Нарнию попал! Даже фонари похожи: высокие, резные, столбы покрыты инеем... Дивно красиво.
Но Байкала все равно не видно.
Мы выходим из автобуса.
Матвей галантно берет не только свой, но и мой чемодан, и тащит их по покрытой льдом дороге.
Спасибо, что все посыпано песком, и ноги почти не скользят!
Но морозно здесь, конечно, просто бррр!
Пространство открытое, не то, что в городе, ветер так и завывает!
Я старательно кутаюсь в свою шубу, пока мы шагаем вверх от туристической автобусной остановки к большому дому, где нас должны зарегистрировать и расселить.
Внутри оказывается тепло: работают и кондиционер на обогрев, и еще дополнительно маленький обогреватель.
– В ваших домиках будет так же, – улыбается милая девушка-администратор. – Можно будет спокойно разгуливать в одном белье.
– Спасибо, это радует, – киваю я, шмыгая носом, который наконец начал отогреваться после недолгой, но весьма морозной прогулки.
– Дарья Владимировна Барсова, верно?!
– Да, это я.
Надеюсь, скоро буду уже не Барсова, а Севильева – верну девичью после развода.
Не хочу никаких ассоциаций с будущим бывшим мужем.
– У вас двухместный домик, кто будет проживать с вами?!
– Никто, я одна.
– Окей, поняла вас. Паспорт можно убрать. Вот ваш договор, где стоят галочки – нужны ваши подписи... Да, да... и еще здесь. Спасибо. У вас все оплачено, ваш домик – номер восемь. Вот ключ... и второй, на всякий случай, так как мы обязаны выдавать два.
– Спасибо.
– В домике есть все необходимое. Приятного отдыха.
Я делаю пару шагов в сторону от стойки регистрации, пропуская вперед Матвея, и уже через несколько минут слышу от девушки-администратора, что его бронь почему-то отсутствует в базе регистрации.
– Но как же так?! – возмущается мужчина. – Я точно регистрировался... и деньги платил! Сейчас я покажу!
Он достает телефон, заходит в мобильное приложение, и там его ждет неприятный сюрприз: деньги за домик так и не снялись, пришел отказ.
А он и не заметил.
Уведомление было?! Было.
Он решил, что это была оплата...
– Скорее всего, – осторожно поясняет девушка. – Вы и какой-то другой клиент одновременно начали бронирование, но он оплатил раньше, и ваша оплата уже не прошла. Мне очень жаль, что так вышло...
– Да нет, я сам виноват, – сокрушается Матвей. – Был невнимателен.
– Мы можем разместить вас в административном корпусе на кушетке, это будет стоить в три раза дешевле, чем полноценный домик.
– Давайте, – соглашается он грустно, но в этот момент вмешиваюсь я:
– Простите, а... нельзя ли поставить кушетку в мой номер?! Ну, чтобы он спал в моем домике, он ведь все равно двухместный, просто не в моей постели?!
– Можно, – кивает девушка.
– Отлично!
Матвей поворачивается ко мне:
– Дарья, это лишнее... нельзя так...
– Можно, – киваю я, уверенная, что все пройдет нормально, что он не будет ко мне приставать, и все такое... Не хочется как-то, чтобы он жил вместе с персоналом! Он ведь все-таки отдыхать приехал, а там атмосфера будет рабочая, суетливая, шумная, и не поспать нормально, наверное...
– Вы уверены?! – переспрашивает Матвей, явно ошалевший.
– Да, конечно.
– Ну вот и славно, – улыбается девушка за регистраторской стойкой. – Две пары ключей я вам уже выдала. Кушетку принесут через полчаса. Еще раз прошу прощения за такое недоразумение. Мы поговорим с нашей службой бронирования, чтобы впредь подобные ситуации не случались.
– Да, было бы здорово присылать еще пару-тройку уведомлений в разные места, – говорю я.
Матвея можно понять: он торопился, бронировал и оплачивал по дороге, вот и был невнимателен.
26 глава
Собравшись с мыслями, я наконец-то забираюсь в душевую кабинку, включаю воду и начинаю мыться.
После долгого, насыщенного дня горячая вода кажется благословением небес.
Кожа согревается, мышцы расслабляются, нервы постепенно успокаиваются.
Я мою голову, взбивая огромную мыльную шапку, и с удовольствием вдыхаю аромат отельного шампуня. Он, как я поняла, какой-то местный, сибирский, натуральный, травяной. Гель для душа – тоже.
Окутанная нежными ароматами, я выскальзываю из душевой кабинки, вытираюсь полотенцем, из другого полотенца делаю на голове так называемую чалму, чтобы ткань впитала лишнюю воду, одеваюсь и приоткрываю дверь.
В ванную комнату сразу врывается ледяной ветер.
Какого черта?!
Осторожно выглядываю: а, это сотрудники притащили кушетку и теперь осторожно, боком втискивают ее во входную дверь.
Приходится немного подождать, прежде чем выходить.
Чтобы не терять время зря, я наношу крем для лица и сушу волосы феном.
Зато когда я выбираюсь, Матвей уже расстелил постель и ждет меня.
– О, прости, – говорю я сконфуженно. – Ждала, пока они уйдут... и пока снова станет тепло.
– Понимаю, – кивает мужчина. – Я и сам замерзнуть успел. Не за что извиняться.
– Твоя очередь.
– Да, иду... А ты посмотри пока меню. Я выяснил, что здесь можно заказать еду прямо в номер. Думаю, поесть нам после насыщенного дня и долгой дороги точно не помешает.
– Предлагаешь выбирать без тебя?! – удивляюсь я. – Ведь это не я, а ты разбираешься у нас в сибирской еде...
– Я уже достаточно рассказал тебе про сибирскую кухню, – хитро улыбается Матвей. – Теперь хочу проверить твои знания. Закажи нам что-нибудь, мне очень интересно, что ты выберешь!
Я улыбаюсь и смущаюсь одновременно, но послушно тяну:
– Ла-а-адно...
Матвей отправляется в душ, а я принимаюсь изучать меню.
Решаю начать с закусок: заказываю тартар из оленины с пармезаном и кедровыми орехами, брускетты с форелью, говяжьи языки, сало и домашние разносолы.
Еще беру солянку с гренками и щучьи котлеты с икрой и сливочным муссом.
На десерт выбираю ягодное тирамису.
Чай – брусничный с медом.
Интересно, Матвею понравится мой выбор?!
Впрочем, когда Матвей выходит из душа, про меню и заказанные блюда я забываю напрочь.
Он, вроде бы, и вытерся, и натянул футболку с штанами, но капли воды все равно стекают по его лицу, шее, рукам, а мокрые волосы, очаровательно растрепанные, падают на глаза...
Давно я не видела таких красивых мужчин!
Мой муж, конечно, тоже когда-то был хорош собой, но с возрастом перестал так внимательно следить за собой.
Да и вообще, наша с ним связь держалась на чем угодно, но точно не на внешней привлекательности.
Я-то думала, что она держалась на любви, взаимном уважении, доверии... но теперь понимаю, что и это было ложью.
Да уж... зачем тогда вообще мы были вместе?! Я-то его любила, а он меня?!
В любом случае, вид только что вышедшего из душа Матвея меня завораживает.
Мне даже приходится потрясти головой, чтобы мысли переключились на что-то другое...
– Все в порядке?! – спрашивает тем временем Матвей, не понимая, почему я застыла.
– Да, – киваю я, краснея, как помидор... ну или как невинная школьница.
К счастью, уже через несколько минут нам приносят еду – и наш разговор возвращается к теме сибирской кухни.
После еды мы окончательно расслабляемся, болтаем обо всем на свете, рассказываем друг другу смешные истории из нашей жизни, смеемся.
Я даже не замечаю, как после очередной истории Матвей вместо того, чтобы сесть на край своей кушетки, садится на край моей постели.
Зато он сам замечает.
– Ой! – говорит испуганно и вскакивает, как ошпаренный. – Прости, пожалуйста, я не имел ввиду ничего такого...
– Да перестань, – улыбаюсь я расслабленно. – Все в порядке.
– Ладно, – он улыбается в ответ. – С тобой очень интересно общаться. Не помню, когда в последний раз мне было так легко, свободно и весело. Не помню, когда в последний раз у меня получалось отвлечься от всего, что происходит в моей жизни: от работы, отцовства и... и...
Он не договаривает, но я прекрасно понимаю: он про свою умершую жену.
– Все хорошо, – я протягиваю руку и накрываю его ладонь своей ладонью. – Мне с тобой тоже очень интересно, легко и весело.
– Спасибо, – он кивает, а потом вдруг становится очень серьезным: – Но если честно, есть одна проблема...
– Какая?! – не понимаю я.
– Мне чертовски сильно хочется тебя поцеловать...
ТЕЛЕГРАМБот для удобного поиска книг (если не нашлось на сайте)
Поиск книг
Свежие любовные романы в удобных форматах
Любовные романы
Канал с обзорами, анонсами новинок и книжными подборками
Книжный Вестник
ВКОНТАКТЕБольшая библиотека с любыми жанрами и авторами
Большая Библиотека
Библиотека с фантастикой и фэнтези, а также смежных жанров
Фантастика
Самые популярные книги в формате фб2
Топ фб2 книги