После развода. Время платить по счетам, козёл!

Выметайся отсюда, козёл!

Часы на стене показывали без пяти двенадцать. Алина нервно поправила прядь волос, упавшую на лицо, и в очередной раз взглянула на входную дверь. В квартире стояла непривычная тишина — даже тиканье настенных часов казалось оглушительно громким. Обычно к этому часу Игорь уже возвращался с работы, но сегодня он предупредил, что задержится: встреча выпускников, «всего на пару часов», написал сообщение в мессенджер.

Она пыталась сосредоточиться на книге, но строчки расплывались перед глазами. В голове крутились обрывки разговоров последних месяцев — невзначайные на первый взгляд замечания, ускользающие взгляды, сдержанные ответы. Что-то неуловимо изменилось в их отношениях, но Алина упорно гнала от себя тревожные мысли.

Резкий звук поворачивающегося в замке ключа заставил её вздрогнуть. Дверь распахнулась, и в прихожую ввалился Игорь — румяный, с блестящими глазами и… с ярко-алыми полосами помады на рубашке, пропа́хший чужими духами.

Алина медленно отложила книгу.

— Ну и вечеринка! — воскликнул Игорь, не замечая её взгляда. — Столько лет не виделись, а будто и не расставались.

Он бросил пиджак на стул, и по комнате разлился терпкий аромат чужих духов — сладких, навязчивых, совсем не похожих на её нежные цветочные ноты.

Алина молча встала с дивана. Её пальцы сжались в кулаки, но голос остался ровным:

— Вижу, ты хорошо провёл время.

Игорь наконец посмотрел на неё и замер. Его улыбка дрогнула.

— Алин, ты чего? Это просто…

— Просто помада? — она шагнула ближе, внимательно разглядывая следы помады. — И просто чужие духи?

Он попытался рассмеяться, но смех вышел нервным, неестественным.

— Да ты что, это же… Ну, кто-то из девчонок, наверное, случайно…

Алина подняла руку, останавливая его объяснения. В глазах не было ни слёз, ни истерики — только холодная, почти ледяная решимость.

— Знаешь, дорогой, я устала. Устала от этих «случайностей», от недосказанностей, от попыток не замечать то, что очевидно.

Он хотел что-то сказать, но она продолжила:

— Я подаю на развод.

Тишина, наступившая после этих слов, была настолько плотной, что казалось, можно было услышать, как бьётся его сердце.

— Ты серьёзно? — наконец выдохнул он. — Алин, это же глупо. Мы столько лет вместе…

— Именно поэтому, — её голос звучал спокойно, почти отстранённо. — Потому что эти годы превратились в пустую оболочку. Ты думаешь, я не замечала? Не видела, как ты задерживаешься «на работе», как у тебя вдруг появились «срочные командировки», как ты стал избегать разговоров о будущем?

Игорь сделал шаг назад, словно пытаясь отстраниться от её слов.

— Ты всё не так поняла. Это просто…

— Просто кризис? — она горько усмехнулась. — Просто усталость? Просто «мы должны это пережить»? Нет, Игорь. Я больше не хочу «переживать». Я хочу жить.

Он наконец посмотрел ей в глаза — и в этот момент понял, что она не шутит. Что за её спокойствием скрывается не слабость, а твёрдое решение, выстраданное за долгие месяцы молчания.

— И что ты предлагаешь? — спросил он, стараясь сохранить остатки самообладания.

— Раздел имущества, — ответила она. — Ты знаешь, где лежат твои вещи, чемодан в зубы и вперёд навстречу новым приключениям. Я же завтра проконсультируюсь с юристом.

Он рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья.

— Ты что, всерьёз? Из-за какой-то помады?

— Не из-за помады, Игорь, — она медленно подошла к шкафу и достала дорожную сумку. — Из-за того, что ты перестал видеть во мне человека. Жену. Любимую женщину. Ты привык, что я всегда буду рядом, что буду терпеть, ждать, прощать. Но ты ошибся. Я так не хочу.

Она начала складывать в сумку вещи — бельё, пару футболок, туалетные принадлежности, костюмы. Движения были чёткими, выверенными, будто она репетировала этот момент сотни раз.

— Куда ты? — он наконец осознал, что она не шутит.

— Не я, а ты, — коротко ответила она, не оборачиваясь. — Поедешь к своей маме. У тебя явная брешь в воспитании, но я не твой родитель, чтобы заниматься этим вопросом.

— Алин, послушай… — он попытался взять её за руку, но она отстранилась.

— Нет, Игорь. Больше никаких «послушай». Все действия несут за собой противодействие. Теперь пришло время платить по счетам.

Прежде чем застегнуть сумку, она бросила в неё пачку презервативов, предварительно чиркнув на бумаге пару слов. Застегнула сумку, повернулась к мужу и бросила его нехитрый багаж прямо к двери.

— И да, помада на воротнике — это не «случайно». Это знак того, что ты давно уже не мой муж. Просто человек, который забыл, что такое верность и честность. А теперь выметайся отсюда, козёл!

Дорогие читатели, приветствую вас в своей эмоциональной новинке. Прошу любви если история вам понравится. Мне очень волнительно, потому, что книга пишется в абсолютно непривычном для меня стиле, надеюсь вам понравится читатать, также как мне ее писать. Моего Муза крайне сильно вдохновляют ваши звезды, комментарии и библиотеки).

Ну а самых активных читателей ждут приятные плюшки.

Книга пишется в рамках провакационного литмоба "Мы... после развода"

Подпишитесь на подборку, чтобы не пропустить самые крутые истории о бывших)

https://litnet.com/shrt/Kc_e

Всех крепко обняла, Ваша Кира)