— Как ты себя чувствуешь сегодня, Анна?
— Паршиво.
— Паршиво? — переспросил доктор, делая заметки в своём толстом блокноте в кожаном чёрном переплёте. — И в чём же причина такого состояния?
— Разве это не очевидно?
— Я бы хотел, чтобы ты всё же озвучила причину.
Я оторвала взгляд от висевшего на стене портрета какой-то женщины и посмотрела прямо в глаза мужчины, который сидел в мягком кресле передо мной.
— Мои родители лишили меня подобия нормальной жизни и привезли в ваше поместье на курс терапии, в действие которой я, честно говоря, совсем не верю.
Доктор поправил очки на переносице и провёл рукой по своим седеющим волосам. Впервые увидев его, я подумала, что передо мной находится старик, но позже узнала из интернета, что ему едва больше пятидесяти. Наверное, он так быстро постарел из-за своей работы, ведь проводить терапию подросткам, потерявшим близких людей, — дело не из лёгких.
Какое-то время доктор молчал, листая свой блокнот. В это время я уже в который раз осмотрела его кабинет. Бежевые стены, два мягких кресла, на которых проводились беседы с пациентами, большое окно с видом на сад, несколько портретов на стенах, а также большой шкаф для документов, в котором, очевидно, хранились личные дела подростков, которые приходили сюда на терапию.
— Я хочу зачитать слова, которые ты мне сказала на одном из сеансов, — наконец прервал молчанку доктор. — «К чёрту школу! Без Кайли я там чувствую себя ужасно неправильно. А дома не лучше. Родители свешивают каждое слово при мене, боясь, что некорректное высказывание может добить меня. Мне бы так хотелось иметь возможность хоть чуть-чуть побыть где-то вдали от них». Ты помнишь, как говорила это?
Я молча кивнула, мысленно вернувшись в тот день. Это было одна из моих первых встреч с доктором Лукасом Фраем. Сначала я восприняла идею сеансов психотерапии крайне ужасно, но вскоре поняла, что это неплохой шанс выговориться, ведь единственный человек, которому я по-настоящему доверяла и могла рассказать все свои мысли, умер. Как же я скучаю по тебе, Кайли!
— Разве не этого ты хотела? Два месяца без родителей и школы в поместье, наполненном другими подростками, которые проходят через то же, что и ты, и могут понять тебя?
Я посмотрела в окно. В саду как раз собрались пятеро моих ровестников, которые сидели на траве и о чём-то дискутировали, что, очевидно, было частью терапии. Возможно, это действительно могло пойти мне на пользу, но я боялась заводить новых друзей после случившегося. Разве это не предательство сближаться с кем-то после твоей смерти?
— Не знаю, — честно ответила я. — Мне сложно разобраться в себе.
— И это нормально, — доктор посмотрел на часы. — Думаю, на сегодня хватит. Иди располагайся в своей комнате. Сегодня был сложный день, и ты заслужила на отдых.
— Ты куда? — спросил Джош, когда я попыталась незаметно ускользнуть из сада.
Был очень подходящий момент, ведь Дина как раз снова начала рассказ о своём мёртвом парне, который покончил жизнь самоубийством, но мой братец всё испортил. Впрочем, как всегда.
— В туалет. Или хочешь сказать, что нельзя? — произнесла я, действуя по своему любимому принципу «лучшая защита — это нападение».
— Разумеется, можно, — вместо Джоша ответил Рик, парень, который возомнил себя главным среди всех нас.
Остальных это жутко бесило, но лично я воспринимала его завышенное ЧСВ как отличную возможность пользоваться этим парнем.
— Спасибо, котик, — я натянула на лицо свою самую милую улыбку и направилась к входу в поместье.
Ненавижу это место! Подростки прибывают сюда только на два месяца, но нам с братом «посчастливилось» застрять тут уже на полгода. Уверена, отчим готов отдать любые деньги, чтобы вообще никогда не видеть нас. Хоть мама неустанно повторяла, что это была её идея отправить нас на терапию из-за смерти папы, но я всегда понимала, что за всем стоит именно Майкл.
Обычно я не позволяла себе сбегать с групповых занятий, ведь у доктора Лукаса была привычка наблюдать за нами из окна своего кабинета, но сегодня он был всецело поглощён новенькой, которая прибыла буквально час назад.
Я поднялась по лестнице на третий этаж, стараясь издавать как можно меньше шума, чтобы меня случайно не услышали. Дорогу к нужной комнате я знала, как свои пять пальцев. Остановившись перед нужной дверью, я трижды постучала в дверь, с предвкушением ожидая встречи.
Холодный ветер пронзал ледяными иглами до костей. Я шла по лесу, выкрикивая имя лучшей подруги. Кайли! Кайли!
Несмотря на то, что нигде не было ни следа её присутствия, я упорно продолжала свой путь, стараясь не обращать внимание на ветер, который был действительно серьёзным препятствием.
Вскоре я вышла к озеру, на берегу которого мы с Кайли часто собирались на пикники. Хоть на улице было темно, но я сразу же заметила тело, которое лежало на воде головой вниз. Сразу поняв, что это моя лучшая подруга, я упала на влажный песок и во весь голос закричала. Нет!
И тут я проснулась. С момента смерти Кайли я каждый раз во сне в искажённом виде переживала момент, когда обнаружила её тело.
Я встала с кровати, на которой так неожиданно для себя задремала, и прошла в ванную комнату, где умылась и посмотрела на своё отражение в зеркале. Мда, я была откровенно не в лучшем виде: немытые тёмные волосы, синяки под глазами и очень бледная кожа. Нужно было привести себя в порядок до встречи с остальными пациентами доктора Фрая за ужином, чем я собственно и занималась следующий час.
Когда в дверь постучали, я уже успела принять душ, переоделась в свежую одежду и как раз занималась распаковкой чемодана.
Я открыла дверь и увидела на пороге высокого парня (около ста восьмидесяти сантиметров) с довольно худощавым телосложением и кучерявыми рыжими волосами. Он дружелюбно улыбнулся и протянул мне руку.
— Привет, я Ричард, но все зовут меня Рик. Сегодня моя обязанность — проводить тебя на ужин.
Я попыталась улыбнуться как можно более искренне и пожала протянутую руку.
— Приятно познакомиться. Меня зовут Анна. Подождёшь несколько минут, чтобы я привела себя в порядок?
— Конечно.
Я ушла в ванную, чтобы причесаться и нанести лёгкий макияж (Кайли всегда учила меня, что самое главное — произвести неотразимое первое впечатление), а когда вернулась, то увидела, что Рик держал в руках книгу, которая до этого лежала на прикроватной тумбочке, и листал её. Я кашлянула, чтобы привлечь его внимание. Парень сразу же положил книгу на место, явно испытывая смущение от того, что взял без спросу чужую вещь.
— Прости, просто я уже давно хотел почитать «Коллекционера»… — затараторил он, пытаясь извиниться, но я перебила его.
— Всё в порядке. Я могу одолжить тебе её, когда сама закончу.
— Спасибо, это было бы очень мило с твоей стороны.
Я кивнула, и мы направились в столовую. Для меня поместье казалось настоящим лабиринтом, но Рик, казалось, тут отлично ориентировался. Наверное, у меня тоже это получиться со временем.
Когда мы вошли в столовую, все уже были там. Я села между пухленькой девочкой, которая, очевидно, была самой младшей из всех пациентов доктора Фрая, и прекрасной блондинкой, которая сразу же привлекала внимание своими длинными густыми волосами, а Рик занял место рядом с парнем и девушкой, которые были так похожи друг на друга, что я сделала вывод, что они являются братом и сестрой. Сам хозяин поместья сидел во главе стола.
На ужин была отварная курица с картофельным пюре и овощами. Я приступила к трапезе, уже скучая по маминым блюдам. Её кулинарные способности были на высшем уровне.
— Что мы смотрим сегодня вечером? — поинтересовалась девочка, которая уже успела справиться со своей порцией.
Я вопросительно посмотрела на доктора Фрая, который поспешил мне объяснить:
— Просмотр фильмов и сериалов о потере близких людей по понедельникам — часть терапии, — мужчина повернулся к девочке: — Мойра, сегодня мы ознакомимся с серией «Я скоро вернусь» «Чёрного зеркала».
— Я её уже видел, — вклинился в разговор Рик. — Классная серия. Впрочем, как и весь сериал.
— Надеюсь, ты не откажешься посмотреть её ещё раз вместе с нами? — спросил доктор Фрай.
— Разумеется, не откажусь.
Рик посмотрел на меня и подмигнул. Я сделала вид, что не заметила, и уткнулась взглядом в тарелку.
— Вот и отлично! — с энтузиазмом воскликнул доктор.
***
Я думала, что мы начнём смотреть сериал сразу после ужина, но оказалось, что нам ещё предстояла беседа, целью которой было знакомство со мной.
— Расскажи о себе, пожалуйста, — попросил доктор Фрай.
Я обвела взглядом всех присутствующих и на мгновение закрыла глаза, пытаясь представить, что бы мне сказала в этой ситуации Кайли. Анна, зачем так переживать из-за кучки незнакомцев? Не будь дурой. Через два месяца ты их больше никогда не увидишь. Просто плюнь на них и расслабься.
Я открыла глаза и уверенно начала свой рассказ:
— Меня зовут Анна Дюваль. Знаю, что моя фамилия часто вызывает вопросы, поэтому сразу на них отвечу. Мой папа приехал из Франции, когда ему было двадцать два года. Я же бываю в Париже на каждых летних каникулах, когда навещаю бабушку и дедушку, — я увидела на лицах остальных лёгкие улыбки и поняла, что пока всё идёт хорошо. Но дальше мне предстоит самое трудное. — Теперь о том, почему я здесь. Три месяца назад я потеряла лучшую подругу. Кайли утонула в озере, и именно я нашла её.
Я запнулась, и Рик, который сидел рядом со мной, сжал мою руку.
— Если ты заплачешь, в этом не будет ничего страшного, — сказал доктор Фрай, заметив, что я со всех сил пытаюсь сдержать слёзы. — Все в этой комнате прошли через это и поймут твои эмоции.
Я покачала головой, ощущаю, что всё, что происходило в данный момент, неправильно. Рассказывать им о тебе неправильно.
— Можно мне пойти в свою комнату? — попросила я. — Я ужасно устала.
— Сегодня твой первый день, поэтому можно. Кто хочет проводить Анну в её комнату?
Я думала, что сейчас вызовется Рик, но не угадала.
— Хорошо, Лайла. Надеюсь, ты успеешь вернуться к началу сериала.
Девушка поднялась с места и под пристальным взглядом своего брата покинула комнату вместе со мной.