Последнее лето в Одессе

Последнее лето в Одессе

Середина августа давит влажным теплом на кожу, плавит эскимо, которое я лижу, невольно думая о тебе, Володя. Горячее солнце выжигает палочку из мороженого, и оно стекает на тротуар по моим загорелым рукам. Я стекаю вслед за ним по стене полупустого кинотеатра, в который почти никто не ходит из-за духоты, висящей сахарной ватой в жарком мареве раскаленного города.

Последнее лето в Одессе.

Как раненая птица волоку перебитые крылья по булыжной Дерибасовской, растворяясь в разношёрстной толпе. Пёстрое разномастье гостей несёт меня обратно к морю. Я не хочу туда – там больно. Вокруг меня смеющиеся люди – все на одно лицо. Я смотрю сквозь них – смуглые фантомы еще пока мирного города, над которым уже зависли двуглавые дементоры.

Второй месяц торчу у знакомых. Ползающая наскальными задворками моря, выдавленная из москального мегаполиса. Меня забыли в Одессе, как ненужный чемодан. У родителей - обстоятельства. У меня - душа ноет без любви. Тело - тоже. Ночные видения приводят к стыдным утренним содроганиям. Призывно смотрю на туристов-мужчин. В моих глазах – по рыболовному крючку. Туристы щёлкают «семачки» и раздевают меня сальными глазами. Я сама уже готова устроить стриптиз прямо здесь, на мостовой, но их женщины испепеляют меня взглядом, убивая интерес ко мне своих членов в зародыше. Члены вздрагивают и тычут мороженым в морды своих облезлых детей, нехотя отводя от меня свои бесстыжие глаза. Плавлюсь от солнца, разочарования и неясных перспектив.

Что же ты наделал, Володя…

Ты обрушился на берег вместе с пенной волной, как Черноморской бог. Твоё тело переливалось на солнце искрящимися капельками, которые собирались в тоненькие ручейки, и стекали между буграми мышц – почему не в меня? Мне захотелось слизывать их, заполняя тобою шершавый язык, или высушивать их своим горячим дыханием. Взгляд, который ты бросил на меня, припечатал к горячему песку – такой ласкающий и ироничный. Спаси меня, кивни мне, помани меня – хоть бровью, хоть взмахом ресниц - и я поползу за тобой по горячей каше из песка, фаршированной бычками и рачками, арбузными корками и кукурузными горками, по пустым головам и топчанам. Но ты ушёл по-английски, переговариваясь со своими друзьями на своем рыбьем языке.

Что же со мной вдруг произошло? Вот, дура. Наверное, голову напекло, не иначе. Почему он? Солёный и неотесанный пацан. Мысленно змеюсь по его загорелым мышцам и мускулистому телу. Мое дыхание шевелит золотистые волоски на его смуглых руках. Таких не похожих на изящные руки оставленного в Москве бойфренда, который готов ждать меня еще 100500 лет, пока я наиграюсь в одиночество, иногда напоминая о себе СМСками, интеллектуально сношая мой мозг.

Может, поехать к нему? Поменять насилие над мозгом на насилие над телом? Но я хочу этого – в солёных капельках и шагреневой коже. Вернись и забери меня отсюда в свой мир, где вместо слёз – капельки моря, и где боль одиночества невозможна.

Когда есть ты, Володя, то мой мир...

Это лето для меня оказалось последним. Потом мир изменится и никогда уже не станет прежним. Никто даже не догадывается, что это последнее мирное лето для всех. Многие погибнут после – завтра, через год, или никогда. Их уничтожит другой демон – твой тёзка. Он будет прятаться в каждом из нас и нигде конкретно. Он страшен и незрим. Но это будет в другой жизни. А меня убили этим летом, на грязных плитах городского пляжа - на ещё Золотом берегу 16-ой станции Большого фонтана.

Холодное пиво запиваю рачками, кукурузу заедаю пивом. Далее – по кругу уже до блевоты. Криво бреду по обжигающему песку и опускаюсь в тёплую мочу недалеко от берега. Тело шипит и скворчит, как бабушкины шкварки на сковороде. Плыву дальше, переступая по дну ногами. Ещё дальше! Дайте матрас – спасибо, я верну - плыву ещё дальше, где глубже и холодней. Да, вот здесь.

Отпускаю мочевой пузырь в свободное плавание. Не надо иллюзий – я такая же сука, как все. Расталкиваю медуз и плыву обратно. Внезапный испуг накрывает меня, и я инстинктивно сжимаю ягодицы, хотя это всего-навсего пароходный гудок из ниоткуда. Ложусь на песок и вытапливаю смалец из ненужного тела...

Это вокруг стемнело, или у меня потемнело в глазах? Утомлённое море ведёт по искристой дорожке на заклание свежую Луну. Дом рядом, наверху – два взмаха крыльев рук – но я не хочу туда. Зябко кутаюсь в ещё влажное полотенце. Народу почти нет, и его нет. Я опять одна и тупо жду чего-то. Забери и согрей меня простыми движениями желанного тела и неизведанной души.

Я его почувствовала раньше, чем мои глаза увидели его. Он приближался вразвалочку, глядя сквозь меня. Сердце ёкнуло и судорожно забилось во всем теле. Ладони стали влажными, и я быстро вытерла их о полотенце. Не могу оторвать от него взгляд. Я готова – меня можно уже подавать к столу. Он смотрит на меня с наигранным удивлением. Он знал.

– Володя, – протягивает мне горячую руку.

Робко пожимаю её. Шершавые пальцы, заусенцы на обкусанных ногтях. Он пахнет морем. Растворяюсь в лунном отражении бездонных глаз. Забыла все слова – не могу ничего выдавить из себя – только желание и страх невозможного. Его бровь взлетает вверх, и он некоторое время молча смотрит на меня. Оценивающий взгляд самца. Я сжимаюсь под его взглядом.

- Твой дом наверху? – протягивает руку в тёплую темноту ночи.

Да, я из параллельного мира. Верховный Иерарх Сущего. Афродита золотого песка и богиня сладострастия. Прикоснись ко мне, и я засвечусь в темноте. А пока я киваю и вздрагиваю от смутного желания и показываю вверх, на звезды. Где-то там мой дом - моя маленькая планета. Маленький Принц не отпускает мою руку, которая предательски дрожит.

– Пойдем, я провожу тебя.

Погоди, Володя, куда ты меня ведёшь? Я не потерялась! Я, может быть, только-только нашла! И я не хочу никуда! Я только хочу… Останавливаюсь у бетонного парапета. Тут много надписей, почти скрытых под покровом ночи. Давай с тобой нашими телами впишем свои! Я прислоняюсь к серой наклонной плоскости стены. Ощущаю колючий песок и осколки – не то ракушек, не то чьей-то разбитой любви. Стаскиваю полотенце с плеч. Откидываю волосы – они должны тебе понравиться. Смотрю в его глаза не мигая. Прочти меня. Стань решительным и смелым. Я разрешаю, я играю, я покоряюсь. Этот взгляд рождается изнутри, ниже сердца, много ниже…