Последний автобус. Как я встретил счастье

Последний автобус. Как я встретил счастье

Глава 1. Сбой программы

Никита ненавидел запах бензина, грязные сидения и необходимость смотреть в глаза незнакомым людям по утрам. Именно поэтому последние пять лет он принципиально не пользовался общественным транспортом.

У него был план. Гениальный, выверенный до секунды план, который позволял ему чувствовать себя если не богом, то как минимум главным системным администратором собственной жизни. Он взломал систему городского транспорта. Нет, не в пошлом смысле, как в дешевых хакерских фильмах. Он просто создал идеальный маршрут.

Каршеринг у офиса. Такси до спортзала в час пик (со скидкой по подписке). Умный будильник, который синхронизировался с пробками. Никита был разработчиком в крупной IT-компании, и его мир состоял из единиц, нолей и предсказуемости. Эмоции? Для них есть смайлики в мессенджерах. Любовь? Алгоритм Tinder подбирал ему девушек с вероятностью совпадения интересов 87%, но почему-то после третьего свидания у них кончался «срок действия сессии».

В этот вечер все пошло не по плану.

Он задержался на работе, допиливая проклятый баг в коде. Когда он вышел из офиса в промзоне, часы показывали 23:15. Моросил холодный октябрьский дождь, а ветер гнал по асфальту обрывки чьих-то чеков.

Никита достал телефон, чтобы открыть приложение каршеринга, но экран предательски моргнул и погас.

— Да ладно, — сказал он пустоте. — У меня же 80% было.

Он нажал кнопку включения. Ничего.
Зажал две кнопки. Логотип загорелся и тут же потух, как умирающая звезда.

— Электромагнитный импульс? — пробормотал он, чувствуя себя полным идиотом. — Как так? Да что за...

Рядом с офисом не было ни одной свободной машины. Каршеринг, как назло, отображал только занятые авто. Такси в этот район ехать отказывались, а если и соглашались, ценник взлетал до небес.

Никита запахнул тонкое пальто (он же на машине, зачем брать зонт и шарф?) и побрел к остановке. До дома было двадцать километров. Пешком он бы дошел к утру, превратившись в сосульку.

Остановка представляла собой ржавый столб с облупившейся табличкой и пластиковым козырьком, который жалобно дребезжал на ветру. Там уже кто-то сидел.

Никита прищурился. На скамейке, поджав ноги и закутавшись в огромный клетчатый плед (настоящий, шерстяной!), сидела девушка. Рядом с ней стоял термос, а в руках она держала... боже, неужели бумажную книгу?

Она подняла голову. Русые волосы выбивались из-под вязаной шапки с большим помпоном, а глаза в свете единственного фонаря казались огромными и карими.

— Тоже ждете 457-й? — спросила она голосом, в котором не было ни капли паники. Скорее, философское спокойствие.

— Я жду, когда этот город станет удобным для жизни, — буркнул Никита, садясь на противоположный край скамейки. Пластик был ледяным.

Девушка хмыкнула и отхлебнула из термоса.

— Тогда вам придется ждать дольше, чем 457-й. Хотите чай? У меня с собой «Липтон», правда, бергамот. Согревает нервную систему.

Никита хотел отказаться. Он пил только specialty coffee из турки и терпеть не мог пакетированный чай. Но зубы уже начинали выбивать дробь.

— Давайте, — сдался он.

Она протянула ему пластиковую крышку, наливая обжигающе горячую жидкость.

— Я Лика, — представилась она.

— Никита. А вы часто тут мерзнете?

— Я тут живу почти, — она кивнула в сторону темных корпусов за остановкой. — Работаю в библиотечном архиве. У нас там оцифровка старых газет. Компьютеры пищат, пыль вековая. Весело. А вы?

— Я программист. — Никита поморщился от вкуса чая, но тепло разлилось по телу. — Вон в том стеклянном кубе.

— А-а, — понимающе кивнула Лика. — Цифровой жрец. Тогда понятно, почему у вас лицо такое потерянное. Телефон сдох?

— Откуда вы...

— Да у вас рука каждые пять секунд тянется в карман за призраком. Я наблюдаю. Вы даже на меня сначала не посмотрели — сразу экран искали взглядом.

Никита хотел возразить, но понял, что она права. Он действительно чувствовал себя голым без смартфона.

— А вы, значит, по старинке? — кивнул он на ее книгу. — «Граф Монте-Кристо» в бумаге? Не проще скачать?

Лика захлопнула книгу, и ветер шевельнул пожелтевшие страницы.

— Проще. Но неинтересно. Вы когда-нибудь чувствовали запах старой книги? Нет, вы же цифровой. А я люблю, когда можно загнуть уголок страницы, когда на полях можно написать карандашом «дурак» или «как красиво». Электронная книга — это просто текст. А бумажная — это вещь. Её можно передать, подарить, оставить в ней частичку себя.

— И как же вы ориентируетесь в городе? — не унимался Никита, чувствуя странный азарт. — Навигатор? Карты?

Она полезла в рюкзак и достала... сложенный вчетверо лист бумаги. Никита присмотрелся. Это была распечатка карты города, на которой разноцветными маркерами были нарисованы какие-то линии, кружочки и стрелки.

— Это мой навигатор. Красным — короткие пути, которые я нашла сама. Синим — красивые места, где цветут яблони. Зеленым — книжные магазины с букинистикой.

Никита тупо смотрел на эту карту. В ней была какая-то пугающая, доисторическая магия.

— А расписание автобусов? У вас фотография таблички?

— Зачем? — Лика улыбнулась и достала из кармана куртки такой же сложенный листок. — У меня есть бумажное расписание. Правда, — она понизила голос до заговорщицкого шепота, — оно врет.

— В смысле?

— В том смысле, что автобус по нему должен был быть двадцать минут назад. А мы всё сидим.

Никита посмотрел на пустую дорогу. Фонари желтыми глазами смотрели в никуда. Машин не было. Тишина, только ветер гудит в проводах.

— То есть, — медленно проговорил он, осознавая всю глубину катастрофы, — мы сейчас сидим на пустой остановке в промзоне за час до полуночи, потому что ваш бумажный артефакт показывает неверное время, а мой цифровой истукан сдох?

— Именно, — жизнерадостно кивнула Лика. — Романтика, правда?

Никита хотел сказать, что романтика — это когда у тебя есть теплая машина с подогревом сидений и плейлист «Wi-fi для работы», а не это средневековье. Но вместо этого он почему-то спросил: