Последний из Драконьих Владык

Глава первая

Димбольд — вольный город. Он стоит на перекрестье старых дорог, проложенных еще теми, кто пришел с неба. Золотой тракт ведет с запада на восток, от керанийских портов к Алгернской империи. Река Тейла течет с северо-востока, несколько раз круто изгибаясь, пока не приносит свои воды на изобильный юг. По ней везут на север мануфактурные изделия и заморские товары, переправляют обратным путем пушнину, руду и самоцветы.

Прежде Димбольд входил в большое королевство, ныне распавшееся. Сперва город объявил себя независимым, с честью выдержав три осады, устроенные ему королем. Затем сгинуло и само государство, разоренное в войнах. Сейчас в Димбольде правит совет торговых кланов, избирающих каждые десять лет бургомистра. Здесь отыщет приют всякий, не нашедший себе места в прочих углах земли. Соблюдай законы — и живи в покое, даже если на родине ты трижды убийца.

Делвин Дирхейл подъехал к городу в третий день июня, в десятом часу утра, во главе потрепанного кавалерийского отряда. Месяц назад из Тенвента под началом Делвина выступило триста человек — сейчас из них осталось едва ли тридцать. Около половины погибло в засаде, устроенной приспешниками узурпатора на Мельварской дороге. Еще больше ста человек дезертировали через неделю, заявив, что не намерены драться за проигранное дело.

Делвину недавно исполнилось двадцать три года. Это был молодой человек крепкого телосложения, с курчавыми рыжими волосами и покрытым веснушками лицом. Он носил шлем с открытым забралом, простую, без чеканки, кирасу и черный плащ, лишенный гербов. В ножнах на левом бедре — прямой длинный палаш с витой рукоятью, в кобуре на правом бедре — пистолет.

Солдаты за его спиной переговаривались.

— А я тебе говорю, гиблое дело. Пошлет он нас к дьяволу, и говорить не захочет.

— Что же тогда делать прикажешь? Сесть и землю жрать?

— Поехать в Алгерн, вот что. Император набирает новый легион — ему и сгодимся.

Делвин, не оборачиваясь, достал из кобуры пистолет и взвел курок.

— Кто решит сбежать, поедет не к императору, а на тот свет, — сказал он громко. Разговор немедленно утих.

Отряд вскоре вступил в предместье. Именно там Делвин и оставил своих людей, на приглянувшемся ему постоялом дворе неподалеку от внешних ворот. Денег на руках, чтобы оплатить постой, по счастью, имелось достаточно, потому что полторы недели назад отряд ограбил купеческий караван. Молодой капитан этим делом не гордился, но и стыда особенного тоже не испытывал. Купцам он объявил, что проводит реквизицию, и сохранил им жизнь. Это случилось на землях графа Бордана, так что обратно придется ехать другим путем, в обход.

— Я постараюсь вернуться вечером, — сказал капитан сержанту по имени Майло. — Или завтра к обеду, если совсем задержусь. Будь наготове. Возможно, нам скоро выезжать. Посмотри, чтоб эти орлы не перепились до полусмерти.

— Все равно же перепьются, ваша милость.

— А ты сержант или кто? — спросил Делвин сухо. — Сунь трактирщику имперский талер и три — его вышибалам, чтобы те при случае помогли. Всякого, кто нарушит дисциплину, бейте поленом по голове и тащите в подвал. Лейте за шиворот холодную воду, пока не опомнятся.

— Таким манером все сразу взбунтуются. Особенно если будут уже хороши.

— Вот и смотри, чтобы не стали слишком уж хороши. Мы пока еще армия, а не разбойная шайка. Исполняйте, сержант.

Майло удалился. Делвин вздохнул, — не стоило выдавать людям на руки жалованье, но в противном случае он остался бы вовсе без отряда и добирался сюда в полном одиночестве. Лучше иметь с собой каких-то бойцов, пусть даже и не слишком надежных, нежели не располагать никем вовсе.

С собой капитан Дирхейл взял трех кавалеристов. Он предпочел бы ехать один, но это не подобает офицеру, явившемуся для важных переговоров. Следовало придать своей персоне хотя бы подобие веса. Делвин и без того сомневался в успешном исходе предстоящей встречи, хоть и не подавал виду. Сомнения одолевали молодого капитана на протяжении всего последнего месяца, проведенного в дороге, о чем вовсе не полагалось знать его подчиненным.

Покинув постоялый двор, Дирхейл и его немногочисленная свита направились к въезду в город. Стража стояла на перекинутом через глубокий ров мосту, за которым зияла арка ворот. Десять человек, у всех на стальных нагрудниках отчеканен серебряный карп, герб Димбольдской республики. Пятеро с протазанами, пятеро с мушкетами. Делвин постарался принять расслабленный и даже немного сонный вид, дабы скрыть свое напряжение.

— Имена и цель прибытия? — спросил командир стражи.

— Капитан Делвин Дирхейл с охраной, Первый корпус армии Гвенхейда. Частный визит.

При этих словах скучавшие ранее стражники оживились. Делвин заметил, как двое из них принялись о чем-то шептаться. Еще один, словно бы невзначай, перехватил мушкет поудобнее.

— Гвенхейд, значит, — хмыкнул собеседник Делвина. — Наслышаны. Двести человек ваших стоят на Гостином дворе. Безобразничают, пристают к женщинам и не сегодня, так завтра угодят в казематы. Ребята в казармах мне сказали, бургомистр уже подготовил приказ. Так что если желаете составить компанию соотечественникам, господин капитан, мой вам добрый совет: даже не пробуйте.

— И в мыслях не было, — сказал Дирхейл почти честно. — Я же сказал, я с частным визитом.

— Надеюсь, что так. Не буду спрашивать, кого вы в вашей заварухе поддерживаете, поскольку дела мне до того ни малейшего нет. Но предупрежу заранее. Вы находитесь на нашей земле, а значит, соблюдаете наши законы. А значит, не режете своих врагов, даже если столкнулись с ними нос к носу в уборной.

— Это вполне понятно, сударь.

Драка в самом деле не входила в его планы. Он очень надеялся, что сторонники узурпатора не успели добраться до этих мест. Скоро, несомненно, доберутся — направляемые той же целью, что и он сам. Делвину хотелось думать, что человек, с которым он желает поговорить, жив и не стал жертвой подосланного врагами убийцы. Ради этого капитан горячил коней в пути весь последний месяц, делая как можно меньше привалов и вызывая недовольство солдат.

Глава вторая

Лорд Патрик проявил себя как радушный хозяин. Он пригласил за стол не только капитана Дирхейла, но и троих сопровождавших его солдат. Поначалу это удивило Делвина, но потом он вспомнил, что граф Телфрин много времени провел среди наемников и пиратов, и заразился от них простотой манер.

Горничные, прислуживавшие Патрику и его гостям за завтраком, демонстрировали хорошую выучку, а их опрятные наряды сверкали белизной. Хотя граф и предложил гвенхейдским военным вино, сам он к нему не притронулся, вместо этого взявшись за кофе. Горький черный напиток, привезенный из заморских стран, вошел в последнее время в моду в здешних краях. Телфрин кофе пил большими глотками, несмотря на то что он был крайне горячим, и вскоре попросил у служанки вторую большую кружку.

Пользуясь случаем, Делвин задал интересовавший его вопрос:

— Кто этот господин, с которым вам предстоит драться?

— Я же сказал — опаснейший бретер. И редкий мерзавец, говорю без всякой иронии. Клаус Герстер — родственник одного из баронов республики. Половину жизни провел, служа в алгернской армии, резал и убивал по приказу императора в Фибрии, Веланде и Мерсии. Недавно вернулся в здешние края и считает себя хозяином жизни.

— То есть вы поссорились, потому что он вам не по душе? Вы решили его проучить?

— Не совсем. Он вел себя неуважительно с дамой.

— У вас нашлась тут молодая невеста, ваша светлость? — вмешался Косой Боб. Он уже слегка опьянел и язык его развязался. — Тогда понятно, почему вы не желаете возвращаться домой. Я тоже думал, — когда решу завести семью, плюну на все на свете войны и королей, сколько бы их ни набралось.

— Вовсе нет. Девица не моя возлюбленная. Мы едва знакомы.

— И у нее нет братьев или жениха, способных ее защитить? — не унимался солдат.

— Имеются. И даже присутствовали на том же банкете — и брат, и жених. — Патрик выпил еще кофе и неопределенно повел рукой. — Но вы должны понимать, что Герстер считается непревзойденным бойцом. Дуэли он предпочитает доводить до смерти, а не до первого или второго ранения, как тут чаще заведено. Никто больше не решился с ним связываться.

— Я вас понял, — сказал Делвин. — Вы вели себя, как и подобает порядочному человеку.

— Просто я не трус.

Покончив с завтраком, граф Телфрин и прибывшие из Гвенхейда военные отправились в тот самый парк, находившийся неподалеку. Там уже было людно — немало зевак пришло поглядеть на дуэль, затеянную двумя прославленными фехтовальщиками. Собрались тут и люди приличного достатка, разодетые в шелка и бархат, и всякий сброд в темном сукне. Всего, на глаз, присутствовало несколько сотен человек. В толпе бегали мальчишки, торгующие пирожками и сладостями, и наверняка затесалось несколько воров. Толпа гудела и обменивалась сплетнями, раздавались ругань и смех. При виде графа Телфрина, приехавшего в сопровождении четверых вооруженных конников, разговоры стихли.

Патрик спешился и поднял руку, привлекая к себе внимание.

— Доброго здоровья высокому собранию, — громко сказал он, не снимая украшенной белым пером шляпы. — Вижу, к зрелищу все уже приготовились. Где мессир Герстер? Желаю выразить ему свое почтение, а также как можно быстрее выпустить кишки. Солнце начинает припекать, да и душновато как-то. — Патрик виновато улыбнулся.

Из толпы выступил мужчина в фиолетовом камзоле и зеленом плаще, чье лицо украшал длинный белый шрам. Его сопровождали двое слуг в фиолетовых ливреях.

— Рихард Битнер, из дома баронов Герстер, — представился мужчина сухо. — Мой кузен изволит завтракать в соседней таверне. Клаус приказал доложить, когда вы явитесь, ибо, приведу его слова в точности: он не намерен жариться на солнцепеке, покуда изнеженный гвенхейдский молодчик нежится в своей постели.

Патрик стиснул челюсти.

— Клаусу сейчас доложат о вашем прибытии, — сказал Битнер и сделал знак слуге. Тот коротко поклонился и отправился исполнять приказ. — Я же, с вашего позволения, хочу поговорить с вашим секундантом. Не знаю, правда, какой именно из этих головорезов может им быть. — Битнер с сомнением оглядел спутников Патрика.

Фрэнк и Клайв промолчали, — головорезами им было зваться далеко не впервой. Случалось, величали их и похуже. Только Косой Боб с вызовом усмехнулся, проведя ладонью по рукоятке своего палаша.

— Лорд Дирхейл, — произнес граф Телфрин, не поворачивая головы, — окажите услугу, побеседуйте с секундантом моего противника. — Делвин спешился. Когда он проходил мимо Патрика, тот протянул ему кружевной платок. — Возьмите, пожалуйста, — сказал граф вежливо. — Может статься, вблизи от этого нелюбезного господина дурно пахнет.

К чести Битнера, он никак не отреагировал на подобный укол. Видимо счел, что нет смысла препираться с будущим мертвецом. Димбольдский вельможа коротко поклонился, приветствуя Делвина.

— Здравствуйте, сударь. Мы с вами, кажется, ранее не встречались. Вы один из новых приятелей Телфрина? Из тех, что приплыли три недели назад по реке?

— Нет, сударь, из других. Делвин Дирхейл, из Нового Валиса, к вашим услугам.

— Гвенхейдец! — От удивления Битнер приподнял брови. — Надо же, еще один. Ну что ж, пусть будет так. Хотя должен признаться, мессир Дирхейл, вы завели не лучшее знакомство. Впрочем, новичку в наших краях это простительно. Вы офицер, судя по виду? Должно быть, поддерживали прежнего короля? Я могу найти вам капитанское место в димбольдской армии, если мы поладим. Не желаете распить бутылочку сухой аскариньи, когда этот цирк закончится?

— Меня не интересует служба в здешней армии, сударь. Давайте ближе к делу.

— Грубиян, как и все свои земляки. Я даже не удивлен. Хорошо, к делу так к делу. Клаус полагает себя оскорбленной стороной, и я думаю, он целиком прав. Вы хоть знаете, что устроил Телфрин? Ударил его запеченной кабаньей ногой по лицу! И все почему — из-за неловкого комплимента одной высокомерной недотроге. — Битнер с осуждением покачал головой. — Как оскорбленная сторона, Клаус оставил за собой выбор оружия. Кавалерийские сабли — это будет достаточно честно, вы как считаете? Телфрин больше поднаторел со шпагой, а кузен — с полуторником, но сабля уравнивает всех.

Глава третья

Возле дома Патрика в самом деле собралась городская стража. Двадцать конных солдат, все при палашах, а некоторые еще и при мушкетах. Всадники перегородили мостовую. Четверо из них спешились и о чем-то спорили с лакеем, вышедшим на крыльцо. Парень по имени Иоганн, уже пострадавший незадолго перед этим от Делвина и его магии, стоял, скрестив на груди руки, и сердито смотрел на очередных незваных гостей.

— Да быть того не может, — пробормотал Патрик. — Мы же только что распрощались с Битнером. Как они так быстро явились к моему двору? Крылья у Рихарда, что ли, отросли? До ближайшей казармы полчаса ходу.

— Сейчас узнаем, в чем дело, — сказал Делвин, сам испытывая тревогу.

Капитан понимал, что если дойдет до драки, он и его спутники окажутся в четырехкратном меньшинстве. Возможно, придется прибегнуть к магии. Патрик тоже может помочь — он, как и все в королевском доме, сильный волшебник. Дирхейл, впрочем, совершенно не хотел драться. И без того наделали шуму в парке.

— Господа! — сказал Патрик. — По какому праву вы устроили тут столпотворение? Ни пройти ни проехать, а это, между прочим, мой дом. Я буду жаловаться в магистрат.

— Из магистрата мы и приехали, — ответил их командир, развернувшись и смерив графа Телфрина внимательным взглядом. Капитан был хмур, его ладонь лежала на рукояти клинка. — У меня имеется при себе приказ, подписанный самим бургомистром. Будьте любезны с ним ознакомиться, сударь.

Сойдя со ступенек, офицер протянул Патрику скрепленную гербовой печатью бумагу. Сломав печать, Телфрин, слегка прищурившись, принялся читать документ. Сначала он быстро пробежал его глазами, затем прочел еще раз, более внимательно. Граф помрачнел лицом, но не сказал ни слова, только между бровями пролегла глубокая складка.

Видя его замешательство, офицер добавил:

— На словах мне велено передать, что вам дается три дня, дабы покинуть Димбольд. В случае если не сделаете этого, вы будете взяты под арест и затем переданы особой миссии из Гвенхейда сразу же, как только та прибудет в город. Своих слуг вы вправе как отпустить, так и взять с собой, по собственному усмотрению. Если эти люди останутся в городе, бургомистр обещает, что им не будет грозить никакая опасность.

— Спасибо и на этом, — произнес граф Телфрин медленно. — Так вот почему не пришел никто от Штрайнера, — добавил он, скомкав приказ бургомистра и бросив его на мостовую. Налетел ветер, подхватил бумагу и закружил ее. — Жаль будет прощаться со старым Димбольдом, — добавил граф, поглядев на ажурные башенки своего особняка.

Лицо Патрика, когда он произносил эти слова, потеряло всякую выразительность. Подобным образом можно сообщать о чем-то совершенно незначительном и неважном. Фрэнк и Клайв переглянулись, Боб что-то проворчал себе под нос.

— Вы не станете протестовать и пытаться это решение обжаловать? — спросил командир городской стражи несколько нервно.

Было заметно, что он чувствует себя не в своей тарелке. Ну еще бы — Телфрин обладал репутацией человека неуравновешенного и весьма скорого на расправу. Такой, чего доброго, схватится в сердцах за оружие, узнав, что его в очередной раз изгоняют из очередной страны. Однако Патрик лишь снисходительно усмехнулся, поглядев на офицера.

— Прикажете вас заколоть в порыве гнева? Успокойтесь. Люди, чьей смерти я сегодня желал, уже мертвы. Поэтому, пожалуйста, просто не мозольте мне глаза. Я выдам слугам жалованье, соберу вещи и оставлю эти чудные места в предписанный срок. Можете вернуться в ратушу и отчитаться, что все прошло гладко.

— Мне велено проследить за исполнением приказа, сударь.

— А мне хочется провести последний день в своем доме без конвоя у ворот. Так сложно пойти навстречу усталому, измученному человеку, честно платившему налоги в городскую казну?

— Я бы и рад, ваша милость, но едва ли меня поймут в магистрате.

— И потому вы станете торчать тут с тридцатью солдатами, вооруженными до зубов? Бросьте, любезный. Не испытывайте моего терпения. Поезжайте к своему начальству. Доложите, что граф Телфрин хорошо все понял и не собирается безобразничать. Все, проваливайте. Дальнейшую назойливость я сочту неучтивой.

Командир стражников собирался еще возразить, но Патрик достал из кобуры пистолет и направил на него, взведя курок. Офицер с досадой махнул рукой, явно не собираясь продолжать препирательства, и приказал своим людям возвращаться в ратушу. Лишь когда улица перед особняком Телфрина опустела, граф спрятал оружие и спешился. Его движения оставались размеренными, лишенными всякой суеты. Нельзя было сказать, что он выбит новостями из колеи. Делвин мог лишь отдать должное самообладанию Телфрина. Каким бы паяцем тот ни казался, но владеть собой явно умел.

— Иоганн, — распорядился Патрик, обращаясь к слуге, — скажи всем, чтобы собирались в холле и ждали меня.

В конюшне, улучив момент, Делвин спросил Патрика:

— Ну и что вы думаете обо всем этом?

— Что тут можно думать? — ответил граф. — Бароны Димбольда никогда не стремились задирать тех, кто сильнее. Сейчас город находится почти что под протекторатом империи, и я не удивлюсь, если через пару лет тут разместится Алгернский гарнизон. Но от торговли с Гвенхейдом зависит немалая статья местных доходов, и ссориться с Тельгардом местные не желают. Несомненно, дядя Кледвин потребует моей выдачи. Он же не хочет, конечно, чтобы люди вроде вас, Дирхейл, добрались до меня первыми. Бароны не стали бы меня укрывать. Лучше всего было бы арестовать меня сразу и выдать гвенхейдцам, когда те прибудут. Возможно, Кледвин уже успел послать сюда весточку. Но в окружении бургомистра найдутся люди, сочувствующие моему положению. — Телфрин имел в виду, видимо, дочь местного градоправителя. — Они-то и повлияли на магистрат. Иначе бы этот бравый капитан попытался взять меня под арест, а он подобного приказа не получал.

Телфрин произнес этот монолог размеренным и немного даже сонным голосом. Он держался как учитель, читающий скучную лекцию нерадивому ученику. Граф завел своего немного разгоряченного скачкой коня в стойло, снял с него седло и попону, принялся чистить. Закончив с этим, Патрик на минуту замер, глядя в потолок, а затем недовольно отряхнул рукава и похлопал себя по штанам.

Глава четвертая

Больше всего в своей жизни Патрик Телфрин ненавидел бесцеремонность и нахальство. Будучи прямым потомком Драконьих Владык, Патрик привык вести себя учтиво и сдержанно, как и подобает высокородному аристократу. От окружающих он ждал демонстрации если не хороших манер, то хотя бы относительного их подобия. В конце концов, люди не из пустой блажи придумали правила приличия и вежливости.

Поначалу, конечно, наемники, вместе с которыми Патрик воевал, кривились и посмеивались — считали примкнувшего к ним гвенхейдца слишком заносчивым. Так продолжалось, пока сослуживцы не уразумели, что его рука тяжела, клинок быстр, а пистолет стреляет без промаха. Тогда товарищи присмирели — всего и потребовалось, что отправить на тот свет нескольких наиболее бестактных наглецов.

Ну или чуть больше, нежели просто нескольких.

Клаус Герстер был одним из худших подонков, каких граф Телфрин знавал в последние годы. Этот молодчик, возвысившийся на алгернской службе, держался с нахрапистостью самозваного короля. Избавить от него мир было бы, несомненно, благим поступком. Патрик так и собирался сделать, вот только излишне ретивый капитан Дирхейл успел раньше него, уладив проблему одним-единственным выстрелом.

Ох уж эти Дирхейлы! Патрик достаточно наслушался об этой семье — благо водил некогда приятельство с одним из ее отпрысков. В жилах Дирхейлов текла благородная и чистая древняя кровь. Их предки, подобно занимавшим престол Волфалерам и представителям еще трех десятков самых знатных фамилий страны, стояли у истоков Гвенхейда. Основатели первых королевств некогда преодолели разделявшую миры тьму, подарив начала знаний дикарям, встреченным в этом мире.

Дирхейлы, будучи младшей ветвью одной из великих древних династий, пользовались в Тельгарде заслуженным уважением. Некогда им принадлежали обширные владения на востоке королевства. Дирхейлы утратили большую их часть в минувшие смутные времена — зато сохранили доброе имя и фамильную честь.

Глядя на мессира Делвина, легко можно было в этом усомниться. Бравый офицер проявлял покуда деликатность, больше свойственную дорожному бандиту. Впрочем, его можно было понять, если в королевстве в самом деле творится подобный бардак. Патрик помнил дядю Кледвина. Если кто и мог узурпировать трон, избавившись от Эйрона, так это он. Кледвин Волфалер считался самым хитрым, опасным и жестоким мерзавцем во всем нынешнем поколении Драконьих Владык. Когда-то Патрик даже восхищался им.

А теперь, похоже, придется встретиться с ним в чистом поле. Ну или напротив, сговориться и присягнуть на верность, но не раньше, чем получится избавиться от этого докучливого Дирхейла, подосланного остатками сторонников Эйрона. Патрик еще не выбрал, что именно предпочтет — заключить с новым королем союз или возглавить его противников. А может, получится просто сбежать куда подальше. Как бы ни запугивал Дирхейл, мир действительно велик, и двум Волфалерам в нем место найдется.

«Мне плевать, кто сядет на тельгардский трон. Лишь бы меня не трогали и дали спокойно жить. Мессир Делвин рассчитывает, что я кинусь ему помогать? Пусть верит в это, пока не уберемся из Димбольда на расстояние хотя бы пары сотен миль. А потом можно будет раскинуть мозгами и выбрать, по какой дороге идти».

Разумеется, для примирения с дядей пришлось бы доказать ему собственную полезность и преданность. А не то есть риск подавиться косточкой от маслины на званом банкете или словить случайную стрелу на охоте. Кледвин не из тех, кто страдает от излишней доверчивости. Впрочем, времени думать об этом сейчас все равно нет.

Патрик собрался достаточно быстро. Ему и прежде не раз приходилось покидать насиженное место, внезапно срываясь в дорогу. Ничего удивительного, пора бы и привыкнуть, тем более оставляешь не родной дом, а всего лишь временное пристанище. И все же на миг графа Телфрина кольнула тоска.

Это случилось, когда он проходил по своей любимой гостиной — с ее выкрашенными в кремовый цвет стенами, столиками в форме морских ракушек, стеллажами, заставленными модными статуэтками и кораблями в бутылках, которые Патрик в последние годы повадился коллекционировать. Милые безделушки, купленные прежде от безделья и скуки, по непонятной причине вдруг показались ему дорогими и важными. И еще книги. До одури сделалось жаль книг. Любимая коллекция старинных авторов, в ее составе даже несколько раритетов — репринты классики со Старой Земли, стоившие баснословных денег.

Патрик замер, с тоской рассматривая золоченые надписи на кожаных корешках. «Бесы меня побери! Я все же надеялся, это место станет мне со временем домом. Хоть каким-нибудь, хотя бы немного надежным — пусть не фамильной крепостью, но и не замком, построенным на песке».

— Ладно, — сказал он вслух внимательно слушавшим стенам, — нечего раскисать.

Нацепить перевязь со шпагой, уложить в седельные сумки запасные пистолеты, пули и порох. За голенища сапог рассовать метательные ножи, в рукава поместить их же. Доставшуюся от алгернского наемника саблю завернуть в несколько слоев плотной ткани и тоже упаковать. Драться ею вряд ли придется, а вот продать можно будет за приличные деньги. Драгоценные камни, золотые кольца, подвески и медальоны — вытащить из сейфа, уложить вместе с деньгами, документами и ценными бумагами. Это лишь малая часть нажитого за десять лет богатства. Все прочее хранится не в Димбольде — и хорошо, можно будет сбежать налегке, не оставив в покинутом доме ничего особенно ценного.

Ну, кроме картин. И книг. Патрик все же затолкал в сумки те самые драгоценные репринты. Продавать он их не собирался, но и бросать тоже не хотел.

Глава пятая

Стражники, дежурившие на выезде из Димбольда, сделали попытку задержать отряд. Колонна вооруженных всадников, летевших на полном скаку, наверняка показалась им подозрительной. Стражники кинулись к механизму, поднимавшему переброшенный надо рвом мост, однако Патрик Телфрин вовремя им помешал. Граф приподнялся в седле, взмахнул рукой — и солдаты тяжело повалились на землю.

«Он могущественный чародей, — подумал Делвин. — Волфалеры обычно сильны в тайном искусстве, превосходят в нем прочих волшебников. Драконья кровь особенная. Она проявит себя и через века».

Беглецы вырвались в предместье. Ехали быстро, горяча коней, и вскоре добрались до постоялого двора, на котором Делвин оставил своих солдат. Капитан торопливо спешился, привязал коня к придорожному столбу и приказал остальным дожидаться его на улице.

— Из города вот-вот могут явиться преследователи, — сказал он. — Будьте готовы убегать или драться. Смотря по обстоятельствам. Если придется уходить без меня, встретимся у раздвоенной сосны в двадцати милях к югу. Она приметная, мимо не проедешь. Только схоронитесь с дороги.

— Я с вами, — сказал Патрик. — Хочу посмотреть на ваших молодцов.

— Зрелище незавидное, но как изволите.

Делвин и Патрик вошли в трактир. Внутри, как и следовало ожидать, дым стоял коромыслом. Солдаты из отряда Дирхейла сдвинули посредине обеденной залы столы и расселись за ними, трапезничая. В больших кружках пенилось пиво, на огромных медных блюдах покоились свиные окорока, уже наполовину съеденные. Под столом крутились собаки, обгладывая кинутые им кости. Похоже, подумалось Делвину, на оплату этого пиршества пошла немалая часть денег, реквизированных им недавно у купеческого каравана.

На коленях у сержанта Майло сидела кудрявая рыжая девушка, по виду одна из местных официанток. Сержант, назначенный Делвином следить за порядком, то и дело покрывал лицо и плечи барышни поцелуями, попутно прикладываясь к пиву и утирая рукавом усы. Дейв Лоттерс, его заместитель, сидел рядом и задумчиво глядел в кружку. Он выглядел порядком захмелевшим и что-то негромко напевал себе под нос.

— Я так понимаю, — осведомился Патрик, — все идет по плану?

Делвин стиснул зубы и не ответил. Он подошел к Майло со спины, никем не замеченный в трактирном чаду и сутолоке, и со всей силы дернул сержанта за плечо. Тот охнул, расплескал пиво и рухнул с табуретки на пол. Вместе с ним упала и девушка — но тут же с неожиданным проворством вскочила и, выхватив у сержанта кружку, швырнула ее в Делвина. Тот ловко уклонился, и кружка с грохотом разбила окно. Сидевший за стойкой трактирщик охнул и схватился за сердце, а солдаты вскочили со своих мест, выхватывая оружие.

— Вы сумасшедший! — крикнула рыжая девица. Она была явно возмущена и немного пьяна. — Не знаю, что вы за разбойник, но эти господа вас живо проучат!

— Я командую этими людьми, сударыня. Господа! — Делвин наступил сапогом на руку попытавшегося было встать сержанта Майло, отчего тот вновь откинулся на спину и жалобно застонал. — Я, кажется, приказывал не превращать приличное место в вертеп.

— Тоже мне приличное, — фыркнула девушка, но, поймав ледяной взгляд Делвина, осеклась.

— Простите, ваше благородие, — подал голос Дейв Лоттерс. Он выглядел смущенным. — Ребята устали. Столько дней жрем солонину, из ушей скоро полезет, да и заплесневелым сыром сыт не будешь. Мы думали, вы вернетесь не скоро, вот и решили отдохнуть маленько.

— Отдых закончился. Немедленно собирайтесь и седлайте коней, мы уезжаем. Позвольте представить: граф Телфрин, отправится вместе с нами в Гвенхейд. — Патрик выступил вперед и сдержанно кивнул. Он глядел на солдат оценивающе, чуть прищурившись, и явно не был доволен увиденным. — Майло, вы не справились с отданным приказом и потому разжалованы в рядовые. — Делвин убрал наконец ногу, позволяя теперь уже бывшему сержанту встать. — Сержант Лоттерс, принимайте командование на себя. Через десять минут чтоб все были в седлах — и трогаемся.

— Так точно, сэр.

— За обед и постой заплатить успели?

— Так точно, сэр. Совсем недавно.

— Хорошо, я разберусь с этим. — Делвин подошел к трактирщику. — Возвращайте наши деньги, сударь. Мы уходим.

Тот, ошарашенный этой сценой, еще нашел в себе силы, чтобы возмутиться.

— И не подумаю. Я пожалуюсь в магистрат! Пиво выпито, мясо съедено. За комнаты, так и быть, верну, но за обед не рассчитывайте. Вы разбойник, сударь, вы это знаете?

— Знаю. Мы не доели, вы врете. — «И Гвенхейду эти деньги нужней». — Давайте деньги.

Трактирщик скривился и швырнул Дирхейлу туго набитый кошелек, который тот поймал и в свою очередь перекинул Лоттерсу. Делвин развернулся — и увидел, что к нему двинулись два вышибалы, державшие в руках окованные металлическими шипами дубинки. «Хорошо. Я как раз еще не остыл после скачки». Делвин обнажил палаш — сталь с мягким шелестом покинула кожаные ножны. Солдаты Дирхейла дернулись было, собираясь помочь командиру, но замерли, остановленные Лоттерсом. Дейв хорошо успел изучить капитана и мог угадать, когда тот желает решить дело самостоятельно. «Следовало раньше назначить его сержантом. Майло бесполезен и только путался под ногами».

Первый из громил бросился вперед, явно вознамерившись размозжить Делвину голову. Делвин сделал шаг в сторону, перехватил занесенную руку и сломал ее в запястье. Вышибала взвыл и выронил дубину. Дирхейл развернулся навстречу второму, выпростав клинок. Сталь сверкнула, поймав на рунном лезвии пламя свечей — и тут же окрасилась алым, пронзив громиле плечо. Делвин аккуратно высвободил меч, сделал пируэт и ранил в колено первого негодяя, попытавшего было поднять дубину левой рукой. Тот повалился на пол и Дирхейл пнул его сапогом в лицо.