Последний сон

1 часть

Разрушив, пытаешься все собрать

И поймать давно забытое чудо.

Ты упорно отказываешься замечать

Всю красоту жизни этюда.

Легче все вещи в сумку собрать

И поскорее исчезнуть отсюда,

Продолжая бояться наивно мечтать.

Какая-то странная это причуда.

Попытки что-то всем доказать,

Отпуская судьбы парашюты.

Обижаться, плакать, кричать,

Пропуская сквозь пальцы минуты.

А что тебе нужно? Чего хочет душа?

Задаешься вопросами снова и снова.

Жизнь бывает острее ножа,

Из этих шрамов ты изготовлен.

Время пришло создавать не спеша

Книгу души, начни с полуслова.

В жизни достаточно куража,

Приглядись, какой мир уже нарисован.

1 глава

Варя

Если бы я только знала, какой будет взрослая жизнь, никогда бы не мечтала поскорее вырасти. К чему были все эти бессмысленные детские фантазии? Почему в школе не учат жизни? Где та легкость и беззаботность, которая окутывала нас в детстве? Этими вопросами я задаюсь каждый день уже на протяжении года, а может и дольше.

На выпускном курсе университета я почему-то и не задумывалась о том, что меня ждет дальше — там, во взрослом мире. Привыкла к шаблонной жизни: когда есть пары каждый день, стипендия регулярно пополняет твою довольно скудную казну, постоянно видишь друзей и ходишь на тусовки (пусть я и не любитель вечеринок, но сходить с подругой за компанию — почему бы и нет).

Привыкнув к чему-то однажды, очень тяжело разорвать образовавшиеся прочные связи.

Есть полезные привычки, которые мы отчаянно стремимся привить себе, а есть вредные, всем нам знакомые, от которых каждый пытается убежать. Так вот, учеба для меня стала скорее вредной привычкой. Окутала меня пеленой романтизма, замылила глаза и усыпила бдительность.

По окончании университета я получила не только долгожданный красный диплом, но и панические атаки. Теперь только ты в ответе за свою и без того унылую жизнь. У тебя как будто появляются новые обязанности, предписанные от рождения, — найти работу, постараться не вылететь с нее, снять квартиру, желательно не какой-нибудь клоповник, а еще нужно не забывать готовить еду, чтобы не умереть с голоду или не получить гастрит.

Я молчу про налаживание личных контактов и выстраивании отношений. У тебя есть парочка близких друзей: с некоторыми ты видишься раз в месяц из-за рабочего графика, а с кем-то вместе проживаешь профессиональные реалии.

— Ва-аря-я, я надеюсь ты не просто витаешь в облаках, а летишь куда-нибудь в Дубаи, — слышу рядом с собой тихий голос Саши.

Продолжая смотреть в одну точку, я бормочу себе под нос:

— Там хотя бы солнце светит, а здесь мне уже ничего не светит, — поднимаю голову с руки, на которую опиралась, и лениво перевожу взгляд на Сашу — классические туфли лодочки на шпильке, короткая, но скорее элегантная, а не легкомысленная черная юбка, нога на ногу, белый приталенный джемпер с черной каймой.

Она как всегда расслабленная и улыбчивая сидит на краю моего стола, держа в руках свежесваренный кофе.

— Сам кот Леопольд позавидовал бы твоему оптимизму! — саркастично бросает она. — Ты просидела в астрале десять минут, не меньше. О чем задумалась, малышка?

— Да так, о мелочах: бытие, человечество… — я не выдерживаю и улыбаюсь ей.

— Не думала, что ты философ, — говорит Саша, поправляя невидимые очки. — А вообще, я пришла за отчетом по целевой аудитории за этот месяц. Баба Яга во всю рвет и мечет, — Саша начинает кривляться, пародируя главу отдела. Она всегда умела меня рассмешить. Даже если бы настал конец света, и все рушилось и было бы в огне, в Саше бы не померкла ее искра юмора и легкости.

Поежившись от упоминания начальства, я начинаю перебирать бумаги на столе. Их здесь что, миллион? Откуда так много макулатуры, да еще и в 21 веке, когда все можно делать в электронной форме!? Только спустя минуту я наконец вижу нужную стопку, аккуратно вынимаю из-под завала и отдаю Саше.

— У тебя синяки под глазами стали больше, или ты просто сегодня не накрасилась? — с ноткой издевательства спрашивает она.

— Ха-ха, — закатываю глаза и вздыхаю, — я проспала и не успела нормально привести себя в порядок. — Честно говоря, и настроения сегодня не было, чтобы как-то краситься и наряжаться. Накинула первое, что под руку подвернулось: джинсы клеш и прилегающую серую кофту. — И вообще, сейчас вроде как время бодипозитива, все дела.. — не успеваю договорить, как нас прерывает мужской голос.

— Не хотел мешать вашей сладкой беседе, но Наталья Артуровна хочет тебя видеть, Варя.

Вздрогнув от неожиданности, я поворачиваю голову на контент-менеджера нашего журнала Сашу. Да, снова это имя. Видимо, фантазией родители этих двух не были одарены. Но мы привыкли называть его Алексом, да и путаниц так меньше.

— Александр! — по-кошачьи игриво произносит подруга. — И тебе доброе утро.

— Доброе, — сканируя Сашу произносит он и складывает руки на груди. Несколько секунд они едят друг друга взглядом.

— Ребят, мне срочно нужны солнцезащитные очки! Слишком много искр между вами! — наиграно восклицаю я, прикрывая руками глаза. Алекс отвлекается от увлекательного просмотра сериала под названием “Саша”.

— Варя, ты бы не веселилась так яро, босс сегодня не в самом лучшем расположении духа, — уже серьезнее говорит он.

— И даже рядом с ее любимчиком Алексом? — делает бровки домиком Саша, после чего на ее лице появляется ухмылка. Он и правда был на хорошем счету у начальства.

Алекс хочет ей что-то ответить, но сдерживается и перемещает внимание снова на меня:

— Я бы на твоем месте поторопился. Сама знаешь, она не любит ждать, — кинув еще один взгляд на Сашу, он разворачивается и уходит в свой кабинет.

Не успеваю я и слова сказать, как Саша подскакивает и тараторит, глядя в сторону двери:

— Пойду кофе сварю.

— А это что по-твоему? — выгибаю бровь и указываю на чашку в ее руках.

2 глава

Все вокруг размыто. Виднеются лишь оттенки, окружающие меня. Грязно-голубой, розовый, темно-синий и, кажется, серый.

Когда я, наконец, фокусирую взгляд, вижу перед собой море. Тихое, спокойное, предрассветное. Солнце только готовится взойти, но на небе уже видны отголоски его лучей.

Я сижу на темном плотном песке, обнимая колени. Все вокруг кажется таким легким и свободным. Вдали, справа от берега, виднеются зеленые холмы, или это скалы такие, не понимаю. Прислушиваюсь к звукам. Море задает ритм своим ненавязчивым шумом, где-то кричат чайки, другие птицы звонко щебечут позади.

Неужели это мой сон? Я уже и не вспомню, когда мне снилось что-то настолько спокойное и красивое.

Я откидываюсь немного назад, упираясь на руки, и понимаю, что здесь не одна. Голову почему-то не спешу поворачивать, опускаю взгляд вниз, и смотрю немного левей — боковым зрением вижу силуэт, сидящий совсем рядом только чуть дальше меня. Молодой человек сидит и смотрит вдаль. Туда же, куда только что был устремлен и мой взор. Он молчит, и я его понимаю. Здесь так хорошо, что слова излишни.

Не решаюсь нарушать монолог природы, и просто смотрю вперед. Как солнце шаг за шагом встает из-за горизонта, как будто аккуратно выглядывает, спрашивая: “Я не помешаю?”.

Едва уловимая, легкая улыбка появляется у меня на лице. Вот бы этот сон не заканчивался.

— Рано или поздно, — неожиданно, но мягко произносит незнакомец рядом, читая мои мысли. — Рано или поздно все заканчивается.

У него низкий бархатный голос, из-за которого даже во сне идут мурашки по телу. Я поворачиваю голову. Карие глаза по-прежнему устремлены вперед, темные волнистые волосы слегка растрепаны, на лице небольшая щетина.

— Наверное, — тихо начинаю я, глядя снова на море. — Но разве не возникает желания продлить эти мгновения?

— Возникает. Но в любом случае все заканчивается. В какой-то момент солнце взойдет, и уже пропадет магия рассвета.

— Но завтра ведь все повторится.

Мы замолкаем. Снова прислушиваюсь к природе и думаю, что эта музыка — моя любимая.

Я снова опускаю взгляд, ощущаю странную нарастающую тревогу и грусть. Да, слишком. Все слишком хорошо сейчас.

— Возможно, но надо ведь ловить момент и ценить каждую секунду, — отвечает моим мыслям незнакомец. — По крайней мере, все так говорят.

— Если бы это было так просто, — тихо говорю я и поворачиваюсь к нему. Наши взгляды встречаются. Мои зеленые и его темно-карие глаза. Сначала он просто смотрит на меня, а затем его взгляд становится глубже. Как будто хочет что-то разгадать. Найти ответ или, наоборот, задать тысячу вопросов.

Незнакомец на секунду прикрывает глаза, встает с песка, разворачивается и уже собирается уйти. Но останавливается и повернув голову в мою сторону, произносит:

— Жизнь слишком коротка, чтобы тешить себя частицей “бы”.

И уходит.

Я открываю глаза, до сих пор не понимая, что это было. Почему сон был настолько реалистичным? Бросаю взгляд на часы, которые стоят на прикроватной тумбочке. 4:47. Переворачиваюсь на другой бок и снова засыпаю в надежде вернуться в то место.

3 глава

Первый раз я проснулась с будильником, который успешно забыла выключить. Откинув телефон в сторону, я погрузилась в дрему еще на несколько часов. Когда солнце уже навязчиво стало заглядывать в окно, продолжать лежать было невыносимо.

Субботнее, классическое, утро начинается всегда с чашки кофе, обязательно с молоком и сахаром. В моей жизни достаточно пресного, чтобы еще и кофе пить не сладким. Сегодня не хотелось себя ничем загружать, поэтому я просто включила телевизор и смотрела нелепые современные мультики. Мозг точно не напрягался.

На самом деле, я очень люблю смотреть мультфильмы — от советских до современных. Но мне нравятся полнометражные картины, с красивой рисовкой, которую иногда можно приравнять к искусству, и с хорошим посылом. Чтобы после просмотра не чувствовать себя пустоголовой и деградирующей. Хотя я мыслю субъективно и, возможно, узко, и не понимаю всю соль новых мультсериалов.

С Сашей мы договорились встретиться в восемь вечера у нее дома, поэтому в моем распоряжении был весь день. Я успела понежиться в ванной с книгой, которую я чуть не утопила. Книги и вода — вещи несовместимые, особенно в моих руках. Посмотрела байопик о Микеланджело. Я не фанат таких фильмов, но, видимо, хотелось перебить утренние глупые мультики чем-то более стоящим.

С концентрацией весь день были проблемы. Раз за разом я прокручивала сон. Очень странное, волнительное и трепещущее чувство возникало где-то в груди. Наверное, с непривычки. Такие светлые и осознанные сновидения мне еще никогда не виделись. Глаза незнакомца то и дело появлялись передо мной. Черт бы побрал этот взгляд. О чем он? Почему мне это вообще приснилось?

Окей, что там пишут про такие сновидения. Я быстро загуглила. Что ж, некоторые сайты говорят мне о понижении в должности и увольнении, некоторые твердят о возможностях и удовольствии. Представляю себя сейчас со стороны и закатываю глаза. Читать какую-то чушь из интернета в моем стиле, но верить этому — нет, спасибо.

От раздумий отвлекает сообщение от Саши: она уже начинает собираться и ждет меня с бутылкой красного.

На удивлении в метро сегодня немного людей, что вызывает облегчение. Пусть я и привыкла передвигаться таким образом каждое утро до работы, но мой внутренний интроверт каждый раз фыркает и испуганным глазами таращиться на окружающих.

До Саши мне добираться пять минут на метро. Она живет в центре в довольно неплохом районе, более того, ее родители еще несколько лет назад раскошелились и купили ей небольшую двухкомнатную квартиру в доме старого типа, но с хорошим ремонтом. Поэтому мне всегда было приятно приезжать с ней в гости — чувствуешь себя выше по статусу. Саша даже предлагала переехать к ней, чтобы было проще добираться до офиса, но я отказалась. Мне тогда хотелось быть полностью самостоятельной. Замахнулась, конечно.

Я подошла к ее дому, набрала на домофоне ее квартиру.

— Мне срочно нужна твоя помощь! Быстрее тащи свой зад сюда! — слишком громко крикнула Саша. Интеллигентная старушка, стоявшая рядом, кинула на меня презрительный взгляд. Я ей неловко улыбнулась и прошмыгнула внутрь.

— Привет! Заходи быстрее, — пролепетала Саша, распахнув входную дверь и стоя в одном нижнем белье. Черное кружевное белье гармонировало с ее темными длинными волосами и красной помадой на губах.

— Думаю, если ты пойдешь так, то точно затмишь хозяйку вечеринки, — с улыбкой сказала я, пока снимала лоферы.

— Если я пойду так, то можно открывать новое созвездие — “Идеал”, — парировала она и зашла в спальню.

В зале как всегда было чисто, и ощущался цветочный аромат. А вот когда я оказалась в спальне, то можно было подумать, что забрела в огромный шкаф.

— Я что, пропустила смерч, пока к тебе ехала? — Вся комната была в вещах. На кровати валялись платья всех цветов и оттенков, вечерние и летние, длинные и короткие. На туалетном столике хаотично разбросана косметика.

— Малышка, твои саркастичные комментарии сейчас неуместны. — Саша выглянула из-за распахнутой двери шкафа, что стоял рядом с входом в спальню.

— Откуда такая суета?

— Ниоткуда, — Саша вздохнула и заправила прядь волос за ухо. — Просто оказалось, что к этой Тане сегодня придет и Алекс. Они познакомились.. Где-то познакомились по работе.

— Ты серьезно? Сам Александр.. а как его по батюшке?

— Евгеньевич.

— Сам Александр Евгеньевич посетит сие мероприятие! Обалдеть! Где-то упала одна Пизанская башня, — я не выдержала и засмеялась. — Так ты для него стараешься?

— Не говори глупостей. Он настолько узколобый и невнимательный, что, дай Бог, если вообще меня узнает, — с ноткой обиды кинула Саша.

— Как скажешь, — я подняла руки вверх, делая вид, что сдаюсь. Спорить с Сашей насчет Алекса и их притяжения — дело гиблое. Все отрицается и прикрывается тонной шуток.

Я хотела присесть на кровать, поэтому начала отодвигать одежду в сторону. И как только все это умещается в небольшом с виду шкафчике? Мне всегда казалось, что избыток вещей лишь усложняет жизнь, заставляя каждый раз сталкиваться с муками выбора. Ты же тратишь уйму сил и энергии, чтобы просто подобрать наряд и подходящие аксессуары. Но самое страшное — поначалу ты даже не ощущаешь эти потери. Просто позже у тебя случается микро кризис, который приходит в образе прокрастинации. Еще, как многие любят говорить, огромным количеством вещей ты можешь создать визуальный шум. И тогда привет, спутанные мысли. Бардак вокруг равно бардак в голове.

4 глава

— А ты зачастила, — произнес знакомый голос где-то поблизости. Когда туман немного рассеялся, я смогла рассмотреть, где нахожусь. Лес. Да, сосновый лес. Вокруг витал еловый запах, но я отчетливо улавливала прежний аромат моря. И звуки — такое ощущение, что вода рядом. Снова рассвет, снова небо в розовых тонах.

— Ты первая, кого я встречаю дважды, — задумчиво и почти себе под нос сказал незнакомец. Теперь я его видела. Он стоял рядом и смотрел немного в сторону, будто чего-то ждал. Это был все тот же человек, что и на берегу моря тогда.

— Прости, — мой голос был хриплым, как после сна, — а мы, вообще, где?

— Я никак не называю это место, — незнакомец пожал плечами. Заметив мой растерянный взгляд, он продолжил: — Здесь просто хорошо, мне нравится гулять по этим тропинкам и сидеть у моря.

— Но это ведь сон? — Уверенность совсем меня покинула, не могла же я вернуться в тот самый сон… — Наверное, глупый вопрос, да?

— Почему же? Ты права. Это сон, — спокойно сказал он и двинулся вперед.

Ввысь поднимались зеленые деревья, под ногами лежали шишки, птицы игриво щебетали, перелетая с ветки на ветку. Я больше не чувствовала, поедающих меня изнутри, отчаяния и страха. Было немного странно вновь увидеть этот уголок или, может быть, пристанище, где есть только хорошее.

Я догнала незнакомца и пошла рядом с ним. Несколько минут мы молчали. Я вдыхала полной грудью свежий воздух, наслаждалась звуками природы и рассматривала каждый новый сантиметр. По коже пробежали мурашки. Очень приятные мурашки.

— Симпатичная пижама, — нарушил тишину парень, хотя парнем его было сложно назвать, ему на вид больше двадцати пяти. Я посмотрела вниз и, действительно, увидела свои черно-белые клетчатые штаны и рубашку. На удивление на ногах у меня были обычные черные кеды. В первые секунды мне стало неловко, а потом я подумала: “Какая разница, это ведь сон”.

— Спасибо. Твоя толстовка тоже ничего, — я решила быть вежливой, к тому же красная толстовка действительно ему шла.

Незнакомец лишь кинул добрую ухмылку.

Время здесь текло иначе. В прошлый раз я пробыла на побережье не больше пятнадцати минут, и за эти минуты успело взойти солнце. А сейчас все замерло, как будто фильм поставили на паузу. Небо по-прежнему оставалось розовым, солнце не спешило выпускать своих лучи, ветра почти не было.

Мне кажется, я могла бы здесь провести всю жизнь. Ну, или вернее сказать, не здесь, а в месте подобном этому.

— То, что нас окружает, сильно влияет на нас, — сказал незнакомец, словно снова услышал мои мысли.

— Хочешь сказать, чтобы ощущать себя легко и уверенно, нужно обязательно находиться в лесу или на море?

— В идеале, да, — произнес он и посмотрел на меня. — Но это мое мнение. Но, на самом деле, все зависит еще от самого тебя.

— В каком плане? — Я не совсем понимала, что он хочет сказать.

— Ну, смотри, — незнакомец остановился и повернулся ко мне. — Ты — это целая картина, произведение искусства, — он указал пальцем на меня. — Но ты не состоишь из одной линии. Ты — это целая выстроенная композиция, в которой преобладают определенные оттенки, и которая написана в определенном стиле.

— Подожди, — я прервала его, — ведь в самом начале, когда художник только начинает работу, он всегда делает первый и одинокий мазок. В самом начале перед ним чистый холст, а не готовая работа.

— Это так, но и на выстраивание всего замысла уходит время. Художник может взять и поверх первого слоя наложить новый. Совсем другой. Более яркий или темный. На изменение его что-то сподвигло — может это перемены в жизни, а может просто настроение. Как видишь, влияние происходит с разных сторон — внешних и внутренних. И с нами так же. Есть окружающий нас мир, который состоит из людей и мест, а есть наше нутро — то, что изначально было в нас и то, что мы сами в себе взрастили.

Он говорил замысловато и очень образно, при этом во взгляде читалось разумность и естественность.

— Ты хочешь сказать, что мы в равной степени состоим из того, что впитали извне и что нашли в себе? — уточнила я.

— Думаю, да, — ответил он и направился дальше по тропе. Я направилась за ним, мысленно пытаясь соединить воедино все, что услышала.

— Иногда не важно, где ты находишься, а как ты воспринимаешь место и из чего состоишь внутри, — продолжал незнакомец. — Но и пространство, в котором ты проживаешь свои дни, для многих играет ключевую роль. Таковы современные реалии, — он пожал плечами и замолчал.

А я прокручивала в голове его слова, вспоминая своих знакомых, которые часто уезжали в другие города или страны, чтобы, как они говорили, найти свое место и вместе с тем себя. По правде говоря, я сама часто задумывалась о том, чтобы уехать куда-нибудь. Или просто отправиться в незамысловатое путешествие. “Вот сменю картинку вокруг, и все наладиться”, — такие мысли посещали меня в те моменты.

Реальность мелькнула перед глазами, и на душе снова заскребли кошки.

5 глава

Такого воодушевления я еще никогда не испытывала на работе. Большую часть документации я разобрала еще до обеда и даже успела половину отнести Наталье Артуровне, которая на удивление без упреков просто сказала: “Спасибо”. Правда, странно на меня посмотрела, но меня это не волновало.

Сегодня у меня было хорошее настроение. Утром проснулась еще до будильника, но спать уже не хотелось. А так как времени на сборы было больше, успела сделать легкий макияж — подкрасила и расчесала брови, накрасила ресницы, добавила воздушный слой румян, а на губы нанесла блеск. Наряд тоже выбирала тщательнее, чем обычно. Выбор пал на короткий сарафан зелено-морского оттенка на широких бретелях, под который я надела черную блузку с широкими рукавами, а на ноги — классические и мои любимые лоферы. Получилось винтажно, и мне это нравилось.

С Сашей мы встретились только к обеду, когда вместе направились в кафе.

— Ты сегодня другая, — сказала подруга, оглядывая меня с ног до головы.

— Обычная, — я закатила глаза, но улыбка предательски появилась на лице.

— Ну-ка, рассказывай. Что случилось у Вари-меня-все-достали-Андреевны? И почему теперь она Варвара — излучаю радость и беззаботность?

— Ничего не поменялось, я — это я.

Я толкнула Сашу в бок и убрала, падающую вперед, прядь за ухо.

— Враки, враки! Ты правда вся светишься. В субботу на тебе лица не было, вся поникла и ушла в себя. А сейчас! Земля и небо, Варь.

— Считай, что мне просто приснился хороший сон. — Я вспомнила побережье и Тимофея, и к щекам прилила краска. — Наверное, я просто стала высыпаться. Сон, наконец, нормализовался. Я сплю крепко и очень сладко, — добавила я. Мне было странно от того, что выдуманный мужчина вызывает у меня такую реакцию. Это ведь ненормально, да? Или я преувеличиваю?

Когда вечером я пришла домой, усталости и следа не было. Хотя обычно я выжата как лимон. Решив, что сил мне хватить еще на одни сутки, я переоделась в спортивную одежду. Натянула короткие велосипедки, спортивный топик, майку на несколько размеров больше моего и кроссовки. Волосы убрала в низкий хвост и надела наушники, в которых заиграла песня:

Вот, что важно заметить в себе вам

Если сердце спокойно и вольно стучит

Значит верной тропой идешь ты.

Передо мной снова замелькали молчаливые волны моря, по берегу забегали лучи, а где-то вдалеке пролетали редкие чайки над водой, выискивая мелкую рыбу. На душе было тепло от воспоминаний. Нереальных воспоминаний. Эта мысль обрушилась на меня резко и удушающе.

Я остановилась посреди улицы, переводя дух. Я очень разогналась, и за пару минут пробежала полкилометра. Надо мной возвышались каменные гиганты, в окнах квартир горел свет. Люди жили своей жизнью, наполняя ее реальными событиями и друзьями. А что я? Грежу сновидениями? Да что за бред? В одну секунду я разозлилась на саму себя и рванула вперед, что есть мочи.

Мне хотелось плакать и кричать.

Всю жизнь я кормила себя завтраками — завтра будет погода лучше, завтра станет легче, завтра я поменяю работу, завтра я точно пойму, чем хочу заниматься. Когда-нибудь настанет “тот самый” момент, когда у меня все будет хорошо, и я буду довольна жизнью. Но этот момент все никак не хотел приходить в мою жизнь.

Я ненавидела жаловаться, поэтому всегда все держала в себе. Я боялась возражать, поэтому во всем потакала матери. Год назад мы с мамой сильно поссорились именно из-за этого.

— Я не понимаю одного, Варя, зачем тебе идти работать в какой-то паршивый журнальчик, когда ты профессиональный аналитик? — на повышенных тонах говорила мама.

— Мама, прошу не начинай!

— Ты стажировалась в хорошей компании! Там тебя ждут!

— Я стажировалась там, потому что ты так захотела, — я довольно грубо ткнула в нее пальцем, злость во мне закипала все сильнее. — Ты через знакомых меня устроила, но без моего ведома!

Минуту мы молча стояли на кухне. Помещение освещала только подсветка от фурнитуры и фонари за окном.

Я прервала затянувшееся молчание, хотя очень хотелось просто уйти к себе в комнату.

— Я правда старалась быть достойной дочерью, — уже тихо начала я. — Поступила в университет на бюджет, училась лучше других, часто приезжала к вам, — голос задрожал от подступающих слез. Мне было тяжело произносить правду вслух — колющую истину, которая долго жила внутри меня. Мама подошла ко мне и приобняла.

— Ты и есть достойная, доченька, — она гладила меня по спине, успокаивая.

— Я не собираюсь больше идти на поводу твоих желаний. — Я выбралась из ее теплых объятий, хотя мне так хотелось в них раствориться. — Да, я не знала, на кого идти учиться, но я никогда не хотела заниматься этой чертовой статистикой.

Я повернулась в сторону двери и сделала несколько шагов, когда услышала:

— Но это высокооплачиваемая и востребованная профессия.. — мама не успела договорить, я прервала ее.

— Если тебе так нравится эта аналитика и та компания, то, пожалуйста, иди и работай там.

6 глава

Тимофей

Я просыпаюсь от телефонного звонка. Кто, черт побери, посмел нарушить мой сон? Такой прекрасный сон.

— Да? — не скрывая злости, бросаю я в трубку.

— Тимофей, ты где? Мы уже заждались тебя, скоро начнется вступительная речь и презентация работ, — нервно и напряженно произнес женский голос.

До меня не сразу дошло, кто мне звонит, поэтому я еще раз взглянул на экран — “Ангелина менеджер”.

— Алло! Ты тут? — продолжала Ангелина.

— Я тут, а вы там, — зевая, сказал я.

— Ты издеваешься? Тебя тут награждать будут, а ты еще из кровати не вылез. Почему меня заботит твоя карьера больше, чем тебя?

— Мне-то откуда знать, — кинул я.

Мне не нравилась излишняя суета в Ангелине. Мы с ней работаем вместе уже около года, а кажется, что больше десяти лет. Она постоянно говорит, причем очень много и громко. Пытается уместить в неделю такое количество встреч, какое обычно бывает у президента в месяц. Но надо отдать должное — благодаря ее напористости и умению разболтать даже мертвеца я стал продвигать картины.

— Я даю тебе полчаса, чтобы добраться до галереи. Мне уже осточертело общество этой напыщенной обезьяны по имени Филипп! Что он вообще тут забыл? — последнее предложение она прошипела и бросила трубку. Ангелина явно была не в настроении. Ладно, не впервой.

Я сел на кровать, потер лицо, пытаясь проснуться. Хотя больше всего на свете я сейчас хотел вернуться в сон. Хотел узнать какие на вкус ее губы, ощутить ее аромат — терпкий запах кофе и ванили. Хотел прижать ее к себе и не отпускать.

Когда я принимал душ, мне даже стало смешно от того, насколько это нелепо. У меня в голове застрял образ девушки, которую я ни разу не видел в жизни и, вообще, не был уверен, что такая существует. Я же не в каком-то романе, чтобы во сне ко мне приходила муза, которую я потом бы встретил в жизни. Бред.

В центре снова были пробки, а те полчаса, которые мне дала Ангелина, уже истекали. Я включил радио, по которому играла какая-то песня, а затем открыл окно и закурил сигарету. Мне самому не особо нравилось, когда в салоне пахло сигаретным дымом, но привычки иногда сильнее наших принципов и убеждений. Наконец, началось хоть какое-то движение на проезжей части. В этот момент зазвонил телефон, я включил громкую связь:

— Уже начинается презентация работ, а мой мозг почти съеден, — уже устало и почти умоляюще сказала Ангелина.

— Съеден? Кем? Разве мсье само очарование, Филипп II, мог бы так поступить? — я ухмыльнулся. Хотя Фил действительно мог запудрить мозги кому угодно. Даже странно, что эти два болтуна не подружились.

Спустя пятнадцать минут я был на месте.

Современный интерьер галереи мне не особо нравился. Куда интереснее бродить по старинным зданиям, в стенах которых запечатана целая история. Но пока не мне решать, где демонстрировать свои работы, поэтому я направился вглубь по коридорам к большому залу.

Сквозь стеклянную дверь я увидел слишком большое количество людей. Все были одеты элегантно, но довольно свободно, как будто не сильно задумывались над образом. Это мне понравилось, от излишней помпезности в глазах всегда рябило. Я остановился недалеко от входа, чтобы найти ребят.

Неожиданно кто-то взял меня под руку и повел в центр зала. Это была Ангелина. Она быстро цокала каблуками, продолжая меня тащить вперед.

— И тебе привет, — сказал я спустя пару шагов.

— Да-да, привет. Тебе повезло, твою работу еще не представляли, поэтому двигайся живее, хочу подойти ближе.

Я не стал сопротивляться, хотя оказаться в центре толпы желания не было.

— А где Фил?

— Он нашел себе жертву и теперь пытается затащить ее в клетку, — произнесла Ангелина, указывая мне на сцену. — Смотри давай, сейчас твою картину объявят.

Худощавый мужчина лет пятидесяти стоял на невысокой сцене, позади него находился огромный экран, на котором появилась моя картина.

— “Бегущая строка”, Тимофей Данилевский, — произнес ведущий, и несколько людей, стоящих рядом, посмотрели в мою сторону. — Картина написана в стиле экспрессионизма. Автор поднимает тему зависимости современного человеческого разума от информационного потока..

— Напомни мне, пожалуйста, зачем мне здесь находится? — прошептал я, наклонившись к Ангелине.

— Чтобы тебя увидели и запомнили. Зайчик, когда ты уже поймешь, что миру мало видеть только твои работы. Людям важно видеть заинтересованность и включенность автора в события, — она насмешливо посмотрела в мою сторону.

— Я здесь лишь ради этих нескольких секунд? — мой голос прозвучал громче и грубее.

— Хэй! — все еще шепотом воскликнула Ангелина. — Ты делаешь свою работу, — она указала на экран, где все еще находилась моя картина, — а я делаю свою.

Мне было утомительно посещать каждое подобное мероприятие, которое не предполагало прямых действий — аукционов, конкурсов и выставок. Честно говоря, я бы хотел просто закрыться в мастерской и писать картины. Но в нашем мире без денег никуда, поэтому приходится отодвинуть в сторону свою зону комфорта.

7 глава

Варя

В одну секунду я почувствовала его близость, а в другую все исчезло. Я открыла глаза. Передо мной был его стол, бумаги, окно, в которое по-прежнему светило солнце. Но Тимофея нигде не было. Я прошлась по дому, но его так и не нашла. Он просто провалился сквозь землю.

Я вышла на улицу, до сих пор внутри надеясь на то, что где-нибудь на краю скалы или в деревьях, а может быть в саду позади дома я найду его. Но нет. Никого не было. Только я. Одна.

На небе сначала появилось одно облако, потом набежала целая куча туч. Больше не ощущалось весеннее тепло, ветер стал порывистым и холодным. Где-то вдалеке послышался гром. Я села на траву недалеко от обрыва. Неужели кошмары снова просочатся в мой мир фантазий?

Прозвенел будильник, но я уже не спала. Просто лежала и смотрела в серый потолок. В реальной жизни сегодня тоже было пасмурно.

Я умылась и позавтракала. Надела светлые джинсы, простую белую кофту и пиджак. И уже хотела выходить на работу, как остановилась у двери. Мне все так осточертело. Я думала, что устроюсь в редакцию журнала ненадолго, чтобы просто попробовать себя в другой сфере. Но застряла здесь на год. Тем более мне совсем не нравилось заниматься этой абсолютно дурацкой аналитикой, которой я сыта по горло. Цифры, отчеты, программы — это все скоро станет еще одним моим страшным сном. Мне этого совсем не хотелось.

А чего мне хотелось?

— Не знаю, — вслух произнесла я, до сих пор стоя в прихожей. — К черту все!

Я сняла обувь, скинула сумку и пошла в спальню. Достала свой небольшой чемодан и рюкзак. Быстро сложила туда все самое необходимое. Открыла сайт авиакомпании, нажала на раздел “Путешествия по России”, закрыла глаза и ткнула наугад на рейс.

Что ж, видимо будем двигаться в сторону востока, неплохо. Самолет был через пять часов, поэтому я решила все-таки дойти до работы, чтобы попрощаться с начальницей и увидеть Сашу.

В офисе все было как обычно. В кабинете дизайнеров собрался консилиум, IT-отдел как всегда был тише воды, ниже травы, а еще в окружении кружек кофе. Журналисты хоть и играли одну из ключевых ролей в редакции, но сидели за своими столами расслабленно, печатая статьи. Среди них как раз я и заметила Сашу.

— Привет, —я подкралась к ней сзади и тихо поздоровалась.

Саша повернула голову, и, видимо, не сразу узнав меня, хотела отвернуться, но опомнилась.

— Варька! — Она повернулась ко мне, взяла под руку и повела в противоположную сторону от стола коллеги, около которого она стояла. — Ты чего опоздала? Опять проспала?

— Да нет, встала я вовремя, просто.. — я замялась, не зная как сказать подруге о своем решении.

— Ну? Что такое? — Мы дошли до небольшой кухни, точнее это был кофейный уголок. Там обычно сотрудники делали себе чай или кофе, и там всегда были какие-нибудь сладости. — Варь, я же вижу, что у тебя в голове мысли бегают. Говори давай.

— Короче, я решила уволиться, собственно за этим я и пришла, — я решила начать с одной новости и посмотреть на реакцию Саши.

— Правильно, давно пора, — пожала плечами она, и оперлась на барный стол у стены.

Я непонимающе на нее посмотрела.

— Что? По тебе с самого начала было видно, что ты работаешь не ради дела, а ради чего, до сих пор не понимаю. Спросить все либо не решалась, либо забывала, — Саша налила себе в стакан воды и сделала глоток. — Да и у меня память как у рыбки, — теперь она мне улыбнулась.

— Ладно, я рада, что ты так отреагировала.

— А я рада, что ты решилась, — она приобняла меня.

— Это еще не все новости, — вздохнув, произнесла я. У меня было такое ощущение, будто я в чем-то провинилась и пытаюсь сознаться старшей сестре, хотя с Сашей у нас всегда были доверительные отношения. Наверное, я сама еще не осознала свое решение.

— Варь, говори. У меня терпение заканчивается.

— Я решила уехать на какое-то время.

— Куда? Домой что ли? — Саша казалась немного растерянной.

— Нет, просто посмотреть на другие города, — тяжелый вздох вырвался из меня. — Я не знаю, чем хотела бы заниматься, понимаешь? Мне кажется, если возьму передышку, познакомлюсь с новыми людьми, посмотрю, как чем живут другие, то..

— Найдешь, что зажжет в тебе огонек? — с мягкой улыбкой произнесла Саша.

— Ага.

В этот момент мне стало страшно. Страшно перед неизвестностью. Страшно от того, что собираюсь плыть по течению, позволяя судьбе направлять мой путь.

— Хэй, подруга, — Саша встала напротив меня и заглянула в глаза, — делай, как чувствуешь. Ничего не бойся, ищи, изучай. Это ведь твоя жизнь, — сделав паузу, она продолжила. — Правда, я буду скучать, но мы все-таки живем не в девятнадцатом веке, поэтому звони по фэйстайму почаще. Хорошо?

— Хорошо.

На моем лице расцвела самая искренняя улыбка, наполненная надеждой, а еще доверием — к подруге, себе и, пожалуй, жизни.

Наталья Артуровна опешила, когда я протянула ей заявление на увольнение. Сначала она начала возмущаться и сердиться, но потом ее будто подменили.