Я люблю холод и ненавижу роль Снегурочки! Особенно когда меня заставляют переодеваться в дурацкий костюм и заунывным голосом спрашивать каждого взрослого и уважаемого человека, что он хотел бы пожелать остальным на Новый год. Корпоративный праздник – это такое действо, от которого не сбежишь. Хотя мне очень хотелось.
Поэтому я затянула с исследованием, чтобы оправдаться тем, что из заповедника не так просто выбраться в вечернее время. Я потирала замерзшие руки, идя по заснеженным дорожкам заповедника, и даже напевала новогоднюю песенку для поднятия настроения.
Вообще, я думала, что мало кто заметит мое отсутствие на празднике. Работая в отделе ботанических исследований, я старалась не обращать внимания на ехидные замечания в адрес моей замкнутости и странного интереса к морозостойким растениям. Но для меня работа – это надежная опора, которую я не могла найти в общении с людьми. Зиму я тоже любила: в холоде не было ничего лишнего и наносного, в морозной тишине я всегда чувствовала себя спокойнее и увереннее.
Дойдя до контрольной точки, я присела рядом с небольшим участком мха, который изучала уже вторую неделю. Я приподняла тонкий слой снежной крошки и увидела, что мох покрыт свежей коркой инея, хотя температура не должна была провоцировать такой эффект. Я осторожно коснулась поверхности перчаткой: на ткани проступил тонкий ледяной рисунок – мороз проявил себя только при прикосновении именно к моей руке. Я зафиксировала наблюдение в блокноте и попыталась определить причину, но вдруг все вокруг замерло. Не стало слышно ни звука, ни шороха ветвей.
Я подняла голову и увидела, что снежинки, падавшие еще минуту назад, повисли в воздухе. Они не сыпались, не опускались плавно, а просто замерли на месте. Поднявшись на ноги, я поймала одну из них, но она даже не растаяла на моей теплой ладони.
И в этой полной тишине я что-то почувствовала. Какое-то присутствие, которого не могла видеть, но ощущала в полной мере, словно кто-то наблюдал за мной издалека. Снег под ногами дрогнул, и я шагнула в сторону, пытаясь определить, в какую сторону бежать.
Воздух тоже словно остановился, стал сгущаться, а все вокруг потемнело – кроме одной точки, которая продолжала светиться холодным голубым светом. В нем стали проступать очертания сложного ледяного узора. Он словно рос, становясь все запутаннее, и светился все ярче, словно его подсвечивали изнутри. Я завороженно смотрела на него, пытаясь понять, что происходит. В груди поднималась тревога, но побороть ее и бежать было невозможно. Все было настолько завораживающе, что я не могла даже пошевелиться.
Свет усилился, а холодный поток воздуха резко ударил мне в грудь. Я словно очнулась, попыталась двинуться, но тело уже не слушалось, ноги не могли сдвинуться с места. Узор, росший все это время, стал раскрываться: тонкие линии расходились в стороны, а в центре появился белый свет, вырывающийся наружу. Изнутри этой воронки хлынул холод, намного сильнее того, что был в заповеднике.
Меня резко качнуло вперед. Я успела лишь вскрикнуть, но звук потонул в пустоте, которая поглотила меня.
Дорогой читатель! Рада приветствовать тебя в новой зимней истории! Она будет писаться бесплатно в процессе +2 дня. Надеюсь, мы с тобой вместе дойдем до конца этой книги!
Я очнулась, лежа на снегу. Он засыпался через капюшон за шиворот, попал в сапоги и холодил руки. Несколько секунд я не могла понять, где нахожусь. Передо мной простиралась длинная равнина, освещенная тремя лунами. Свет от них ложился ровно, образуя у предметов по нескольку теней.
Сев, я глубоко вдохнула. Воздух был плотным и прохладным, но ощущения были совсем не такие, как в заповеднике. Я медленно поднялась на ноги и качнулась, почувствовав резкую боль в плече. Вдалеке увидела размытые силуэты огромных мохнатых животных. Кажется, именно так выглядят волки, только эти были уж очень большие. В глазах помутнело, но я устояла и посмотрела вперед. Теперь я видела трех людей, которые шли ко мне. Поступь их была четкая и уверенная, словно они шли не по глубокому снегу, а по асфальту. Они двигались друг за другом, лица были напряженные, словно они боялись меня. На них были теплые меховые одежды, в руках они держали копья с металлическими наконечниками, которые поблескивали в свете трех лун.
Они встали поодаль, лишь один из них подошел ко мне настолько близко, что я смогла разглядеть его лицо: четкие очертания, обветренная кожа и плотно сжатые губы. Он внимательно изучал меня, словно поглощая взглядом.
– Снегурочка, – сказал он негромко, преклонил колено и опустился на землю.
– Это она, – заговорили другие мужчины. В их голосах не было такого преклонения, зато был явный страх.
– Я не Снегурочка, – замотала я головой. Дурацкая шутка коллег из отдела? Месть за то, что я не пришла на праздник? Я подняла голову и посмотрела на три луны на небе. Нет, это точно не наш заповедник.
– Где я? – решилась спросить я, все еще не веря в происходящее.
Мужчина, что стоял передо мной на коленях, поднялся и протянул ко мне руку.
– Как тебя зовут?
– Снежевинка Алина Андреевна, – официально представилась я.
– А я – Ихор, – протянул он мне руку.
Я присмотрелась к нему – выглядел он не враждебно, даже довольно симпатично. Мужественный такой, спортивный, с острыми чертами лица.
– Где я?
– Долина Трех Лун. Мы увидели вспышку и пришли проверить, что случилось, – он повернулся к друзьям и уже более уверенно произнес: – Она безопасна.
– Ага, – сказал один из мужчин, кивнув головой, но подходить не решился. – Может, этого просто не видно.
Эта фраза меня уколола. Что во мне может быть опасного? Рост – метр с кепкой, огромный пуховик, в котором ноги путаются, и вязаная шапка с помпоном.
Ихор подошел ближе, внимательно глядя на мою руку. Я подняла ее и увидела, что на ладони искрятся маленькие снежинки, оставшиеся на мне после падения. Вот только искриться они не должны. Ихор протянул руку, но тут же отдернул.
– Ее нельзя трогать, – сказал один из мужчин. – Если это она…
– Она не жжет, значит, легенда была правдой. Снегурочка пришла к нам.
Я не успела спросить, что это все значит, как в воздухе раздался глубокий гул, который с каждой секундой приближался. Мужчины выставили копья вперед, их лица стали жесткими и яростными. Ихор шагнул вперед, закрыв меня собой.
– Не двигайся, – сказал он тихо, но я и так стояла, боясь сделать шаг в сторону.
В этот момент что-то тяжелое с глухим ударом упало на снег за моей спиной. Я не успела обернуться, но увидела большую длинную тень, которой только что там не было.
Я повернулась и увидела животное, которое не смогла отнести ни к одному виду из тех, что знала. А ведь я биолог! Тело его дрожало, а дыхание было таким сбивчивым, что мне казалось, оно сейчас упадет от сердечного приступа. Кожа животного была полупрозрачной, а через нее просвечивали темные прожилки с черной кровью. Оно открыло пасть и издало протяжный рык.
Ихор схватил меня и дернул, поставив себе за спину. Его теплая рука словно вывела меня из оцепенения, я отступила и постаралась не двигаться, сливаясь с белоснежной природой. А что? На мне белый пуховик, вполне себе сойду за снежный холмик. А у этой твари давление, должно быть, зашкаливает, там и зрение мутнеет, авось, не увидит.
Охотники тут же выстроились в ряд, вскинув копья. Вот только копья у них были совсем не такие, как в книжках про древних людей, – они светились голубоватым светом, источая на кончиках искры.
– Он поражен, – сказал он то, что другие и так знали. А вот я понятия не имела, что это значит, но то, что от него нужно держаться подальше, было понятно и без объяснений.
Охотники сомкнулись полукругом, вставая на мою защиту. Животное попыталось встать на ноги, но покачнулось и упало на снег, подняв целую снежную волну. Снег быстро оседал вокруг меня, было плохо видно, но я смотрела и не могла отвести взгляда от того, как полупрозрачная лапа животного становится мягкой и гибкой, а потом и вовсе растворяется, превращаясь в воду.
Вот тут мои нервы дали деру, я вцепилась в рукав Ихора, медленно оседая на снег.
– Что это с ним?
Он ответил не сразу, не отводя взгляда от животного, пока оно растворялось в снегу.
– Он был тронут Оттепелью.
Животное словно услышало и дернулось в ответ на это слово, издало протяжный вопль. Несколько копий метнулось в его сторону. Угодив в его шкуру, от наконечников стал исходить иней, который расползался по шкуре, замораживая оставшуюся тушу, которая не успела раствориться в снегу. Я так и стояла, вцепившись в рукав охотника, и не могла пошевелиться.
Уж лучше бы я на корпоратив пошла, там было бы веселее. Речи начальника и танцы с бухгалтером были бы меньшим злом по сравнению с этим.
– Пора уходить, – сказал Ихор, развернулся и пошел прочь. Остальные охотники забрали свои копья и последовали за ним. Мне же ничего не оставалось, как вприпрыжку бежать за ними через густой снег, потому что ни ждать, ни помогать мне никто не собирался. А оставаться рядом с таким чудовищем был точно не вариант.
Прыгая через сугробы и вытаскивая сапоги из глубокого снега, я плелась позади остальных, но могла слышать, о чем говорили охотники.
– Она пришла из разрыва.
– Конечно, – вторил другой, – он открывается только в фазе трех лун.
– Значит, легенда верна? Но не похожа она что-то на спасительницу. Странная, нетренированная, да и одежда такая… дурацкая.
Третий, самый старший из них, скосил взгляд на Ихора и сказал шепотом, оглядываясь на меня.
– Легенда не дает гарантий. Ты хоть слышал ее? Шаманы говорили: «Придет Снегурочка, а с ней придет большая беда».
– Так какая же она спасительница тогда? Давайте ее засунем обратно? Или сделаем вид, что не нашли. В лесу ночью ей явно не выжить.
Меня такой подход не устраивал ну совсем. Можно подумать, что я сама сюда пришла. Давайте вы лучше меня домой отправите? Но уж точно не оставите в лесу. Я прибавила шаг, стараясь не отставать от охотников, они увидели это и смолкли.
– Я не Снегурочка, – попыталась я им что-то объяснить. – Я обычный человек. Научный сотрудник, между прочим. И сюда я попадать ну никак не планировала! Да я вообще не представляю, что здесь происходит!
– Обычные через разрыв не падают, – оборвал меня мужчина.
Логично, черт возьми! И не поспоришь.
– И обычные не выживают после соприкосновения с инеем.
Я посмотрела на свои ладони, которые еще немного покалывали, да и снег с них так и не отряхнулся до конца. Без особой надежды я посмотрела вперед, туда, где шел Ихор. Он продолжал двигаться вперед, не оборачиваясь, но, видимо, почувствовал мой взгляд и повернул голову.
– Разберемся, – коротко констатировал он. Никто не решился ему перечить, даже я.
Разберется он! Разборщик фигов! Копьем только и умеет махать, да тварей больных протыкать. Если бы я тоже так светилась, ждала бы меня та же участь. И тащит меня непонятно куда, они не с той стороны пришли. Да и не ходил здесь никто, ни дорог, ни тропинок, только сугробы по колено. Но Ихор иногда поворачивался и задерживал на мне взгляд чуть дольше обычного, а потом отводил взгляд, словно стеснялся своего интереса.
Мы долго шли, снег скрипел под ногами, легкие уже стало разрывать холодом от долгой ходьбы. Я, хоть и шла позади всех, чувствовала на себе настороженные взгляды. Но цеплялась мыслью о том, что это все сон, бред сумасшедшего или визуальное изображение комы. Наверняка я скоро очнусь и вместо снегов увижу белые стены больницы. Но холод, который постепенно сковывал мои пальцы на руках и ногах, упорно уверял меня в том, что это далеко не моя фантазия.
Ихор остановился на вершине холма, и остальные охотники подошли к нему. Я доковыляла последней, остановилась, тяжело переводя дыхание.
В мобе участвуют книги для чителей от 16 и от 18 лет

Роман участвует в литмобе «Снегурочки такие разные»
Каждая Снегурочка — уникальна, как узор на зимнем стекле! И именно эта неповторимость позволит им создать самые необыкновенные новогодние праздники в своих мирах. Объединяет Снегурочек одна магия – магия предвкушения чуда.
https://litnet.com/shrt/2qBG
❆ ❆ ❆
Там, где они – всегда праздник!
