Потерянный император

Глава 1

Первое, что почувствовал Артур, — это камень. Ледяной, шершавый и неумолимо твёрдый материал, впивающийся в лопатки и затылок. Он лежал на спине, словно принесенный в жертву. Резкий запах ладана, смешанный с ароматом старого масла и металла, ударил в ноздри, вызывая головокружение. Мужчина попытался пошевелиться, но тело слушалось плохо, будто после долгой болезни. Веки дрожали, пропуская сквозь ресницы мерцающий, неровный свет сотен свечей.

С трудом разлепив глаза, Артур уставился в высокий, теряющийся во мраке сводчатый потолок. По нему пробегали золотистые блики, выхватывая из темноты грубую кладку древних камней. Это был не сон. Слишком реальным был холод, слишком отчётливым — эхо шагов, раздающееся где-то рядом.

Повернув голову, он увидел людей в тяжёлых церемониальных одеяниях. Их облачения, расшитые золотом и чернёным серебром, ниспадали увесистыми складками до самого пола. Капюшоны скрывали лица, оставляя лишь глубокие тени там, где должны были быть глаза. Они стояли полукругом вокруг каменного возвышения, на котором покоился Артур. В их позах чувствовалось напряжение, смешанное с благоговением. Один из них, чьё одеяние было расшито алыми рунами, шагнул вперед, и его голос разнёсся под сводами зала, наполненный глухой, раскатистой вибрацией:

— Он вернулся! Ритуал возвращения прошёл успешно. Потерянный Император вновь среди нас!

Артур хотел возразить, сказать, что они ошиблись, что он простой менеджер среднего звена, который максимум, мог управлять стажерами и проектом отчётности за третий квартал. Но язык не слушался, а во рту пересохло так, словно он неделю брёл по пустыне. Вместо членораздельной речи из горла вырвался лишь сдавленный хрип.

— Не пытайтесь говорить, Ваше Величество, — произнёс другой голос, мягкий и тягучий, принадлежащий фигуре, стоящей справа. — Переход между мирами — тяжёлое испытание даже для такой древней души, как ваша. Голос вернётся, но нужно время.

— Вы выбрали суровый путь, — добавил третий, тот, что с алыми рунами. В его голосе слышалось трепетное восхищение. — Мир без магии, бренное тело, забвение. Вы так устали от бремени власти, что пожелали стать простым смертным. Искусить судьбу, на время забыв о своём истинном происхождении.

Артур смотрел на них, и паника ледяными иглами впивалась в солнечное сплетение. О чём они говорят? Какой император? Какая магия? Он вспомнил утренние пробки дорогах, ненавистную работу, отвратный кофе из автомата. Неужели та жалкая, серая рутина, от которой он так устал, была всего лишь… маскарадом? Добровольным изгнанием, которое он сам себе устроил? Нет, этого всего не может быть — он просто бредит…

— Проводники между мирами доложили нам о вашем местонахождении ещё три лунных цикла назад, — продолжал вещать жрец в алом. — Мы готовили возвращение. Ритуал призыва должен был быть достаточно лёгким, но, видимо, вы слишком глубоко увязли в образе… человека. Слишком уверовали в свою смертность.

— Где… я? — наконец выдавил из себя Артур. Голос был чужим, хриплым и низким, словно он не пользовался им веками.

— Вы в Цитадели Первого Престола, — склонил голову жрец. — В зале Призыва. Здесь ждали вашего возвращения многие годы. Трон пустовал, но империя хранила вам верность. Мы знали, что вы вернётесь, устав от одиночества среди тех, кто живет лишь миг.

Артур попытался сесть, и на этот раз тело подчинилось. Каменная плита была испещрена едва заметными рунами, которые теперь медленно гасли, теряя свой багровый свет. Мышцы ныли, но в них чувствовалась странная, нечеловеческая сила, словно бы, дремлющая до поры. Он свесил ноги с края постамента и только тут заметил, что на нём не его старая футболка и растянутые штаны, а длинная, струящаяся туника из тёмного шёлка, перехваченная тяжёлым поясом с тускло мерцающими самоцветами.

— Что… со мной? — прошептал он, оглядывая себя.

— Мы восстановили силу вашего тела, — ответил жрец. — Вы снова стали собой. Или станете, когда к вам вернётся память.

Скрип массивных дверей, расположенных в дальнем конце зала, эхом разнёсся под сводами. Артур поднял взгляд. В проёме показались люди. Их было около дюжины. Мужчины и женщины, одетые в роскошные камзолы и платья, от которых, казалось, исходило собственное сияние. Их лица были суровы и прекрасны, как античные изваяния. Во взглядах читалась смесь восторга, благоговения и той острой, почти болезненной радости, которая бывает у потерявших всякую надежду, внезапно обретших сокровище.

Дойдя до определённой черты, выложенной золотом на чёрном полу, они остановились. Воздух в зале сгустился. Артур, всё ещё сидя на краю плиты, чувствовал себя чужим здесь, потерянным и несчастным…

Первым опустился на колени высокий мужчина с седыми висками, чей герцогский воротник был усыпан рубинами. За ним, словно подкошенная, склонилась женщина с короной пепельных волос, чьи тонкие пальцы были унизаны перстнями. Звякнули доспехи, зашелестел шёлк. Один за другим, не сводя с Артура полных слёз и обожания глаз, они преклоняли колени на холодный камень.

— Ваше Величество, — голос седовласого герцога дрогнул. — Дом Торнвальдов приветствует своего Императора. С возвращением домой.

— Дом Ирвингов у ваших ног, — прошептала женщина, опуская голову так низко, что её волосы коснулись пола.

Каждое имя, произносимое ими, падало в гулкую тишину зала, как камень в глубокий колодец. Графы, герцоги, высшая знать. Они стояли на коленях перед ним — перед парнем, который ещё вчера считал себя обычным человеком, уставшим от серой обыденности.

Артур смотрел на эти склонённые головы, на блеск драгоценностей, на древний камень стен, освещённых огнём сотен свечей. Его губы приоткрылись, но ни единого звука не вылетело из груди. Внутри него рушился привычный мир и рождался новый, полный тишины и шока. Он не знал, кто он. Он не знал этих людей. Но сейчас, глядя на то, как они преклоняют перед ним колени, он впервые за всю свою сознательную жизнь (или ту её часть, что он помнил) почувствовал бездну, разверзшуюся под ногами… И эта бездна могла принести то, о чём он так долго грезил — смысл, истинный смысл его жизни.