Повелительница Дикой Охоты

Глава 1. Вынужденный брак

Занимался рассвет. Я стояла у окна спальни, ощущая во рту привкус предательства, унижения и горечи антимагического зелья. Последнее задело особенно остро: двое всадников держали меня за руки, пока третий заливал мерзкую жидкость прямо в горло, предусмотрительно зажав нос ладонью. Когда они бросили меня в комнате, обессиленную и разбитую, ночь уже перевалила за половину. Теперь бессмысленно было вызывать рвоту в попытке избавиться от зелья, оно давно успело подействовать.

«На рассвете она станет моей женой». Безразличное лицо Рейнара вставало перед глазами всякий раз, когда я пыталась уснуть. Его холодные слова эхом отдавались в ушах. Он никак не отреагировал на мои мольбы там, в зале, не пришёл и в комнату, хотя я до хрипа сорвала горло, зовя его, и содрала ладони в кровь, пытаясь достучаться до стражников. Лишь пару часов назад пришли молчаливые служанки, принесли новое свадебное платье, вместо предыдущего испачканного.

Этот наряд оказался куда проще, с высоким воротом под горло и длинными рукавами, открывающими лишь запястья. Женщины попытались умыть и заново причесать меня, но я выгнала их, швырнув в ближайшую служанку серебряную вазу из-под фруктов. Краткий приступ ярости придал сил, я ругалась не хуже грузчика, наверняка перебудив половину замка, но повелитель Дикой Охоты так и не явился на шум.

Повелитель.

С губ сорвался горький смешок, когда я вспомнила, с каким безрассудством защищала Рейнара. Хейдрек, его отец и предыдущий повелитель, никак не ожидал такого отпора, за что и поплатился жизнью. А я снова оказалась на пороге ненавистного брака. Конечно, Рейнар – не Хейдрек, он не внушал отвращения и ужаса, но соглашаться на замужество, только потому что мне померещилась влюблённость, я не хотела. Тем более нет никаких гарантий, что теперь, будучи повелителем, Рейнар не захочет избавиться от меня по прошествии времени, чтобы заполучить не только мою магию, но и дар следующей невесты.

Яркой вспышкой пронеслось воспоминание о той ночи у лесного озера, о жадных губах Рейнара на моей коже, его горячих руках на моих бёдрах. Сердце заныло от желания, но одновременно захотелось надавать себе оплеух. Очнись, Агата! Нельзя влюбляться в мужчину, который утаил самое главное о себе. Знай я, кто он такой, то бросила бы его ещё в том лесу, где случайно призвала цвергов.

Громкий стук в дверь выдернул из горьких мыслей. Неужели Рейнар решил, что я смиренно пойду к алтарю? Ни за что! Кого бы он ни прислал, ему не поздоровится, такого скандала, который я устрою, эти стены ещё не видели. Метнувшись к столу, я схватила тяжёлый подсвечник, приготовившись оборонятся. Таким и убить можно, если удачно ударить.

Двери распахнулись. Мои пальцы дрогнули, но я ещё крепче вцепилась в своё оружие. Уверенной походкой Рейнар прошёл в спальню, жестом велев трём сопровождавшим его всадникам задержаться снаружи. Створки закрылись, и мы остались вдвоём.

- Неужели ваши традиции позволяют жениху врываться в покои невесты до брака? – едко спросила я.

- Не позволяют, но лучше так, чем если тебя потащат вниз силой, а ты будешь орать и вырываться. Такого наши традиции точно не выдержат, – усмехнулся Рейнар.

Видимо, бессонная ночь была не только у меня. За прошедшие часы и без того исхудавший после ранения повелитель ещё больше осунулся, под глазами залегли серые тени. Он убил отца, защищаясь, а тот перед этим хотел его казнить – вряд ли будешь бодрым после таких событий.

Впрочем, я выглядела ему под стать, скорее как труп невесты, чем счастливица, ожидающая брака. Волосы торчали не уложенной копной, губы искусаны от волнений, в уголке рта трещина, оставленная пощёчиной Хейдрека, ногти обломаны. Рядом мы наверняка смотрелись органично – для поднятых из могил зомби, по недоразумению решивших пожениться.

- Смотрю, ты подготовилась.

Рейнар указал на подсвечник, в который я вцепилась, как утопающий в спасательный круг. Несмотря на усталость, повелитель улыбнулся, заметив мой решительный настрой.

- Подойди и узнаешь, – с вызовом бросила я, зная, что против него подсвечник бесполезен.

Но Рейнар не стал применять мощь магии. Вместо этого он опустился в кресло у потухшего камина и устало прикрыл глаза.

- Я не собираюсь воевать с тобой, Агата, – негромко сказал он, потирая виски, будто пытаясь унять головную боль.

- Значит, ты меня отпустишь? – с надеждой спросила я, на всякий случай сохраняя дистанцию.

- Не могу.

- Но почему?

Мой голос невольно дрогнул, и я крепко сжала пальцы свободной руки в кулак, так, чтоб ногти до боли впились в ладонь. Нельзя показывать Рейнару мою слабость, он и так знал меня куда лучше Хейдрека – и это большая проблема.

- Как далеко ты уйдёшь, если за тобой будут охотиться остальные всадники? – тихо спросил повелитель, открыв, наконец, глаза.

- Так прикажи им оставить меня в покое!

- После того, что мы сделали? Меня защищает магия и титул, а что защитит тебя? И ты плохо знаешь Цису, если думаешь, что мой приказ на неё подействует. Она была любовницей отца долгие годы, и именно тебя она винит в его смерти. Боюсь, даже если я её казню, она драугом вылезет из могилы и будет искать тебя, пока не убьёт.

- Тогда я поживу тут, а потом, когда она успокоится – когда-то же это случится? – ты отпустишь меня...

Глава 2. Свадьба и прочие неприятности

В этот раз мы спустились по лестнице вместе. Первые лучи солнца скользнули в замковый холл, когда Рейнар остановился перед закрытыми дверями в залу.

- Я буду ждать внутри, – негромко сказал он.

Лёгким поцелуем коснувшись моих пальцев, он тут же ушёл, оставив меня в окружении знатных девиц и их служанок. Как я ни отпиралась, они всё равно умудрились привести меня в некое подобие невесты. Чьи-то руки пригладили локоны с помощью редкого гребня, кто-то надел жемчужное ожерелье с каплей рубина в центре. Синяки под глазами скрыла тонкая вуаль, которую осторожно закрепили на неизвестно откуда взявшейся диадеме. На всё про всё девушкам потребовалось не больше пятнадцати минут, и вот я уже снова стояла перед дверями – в этот раз не со страхом, а с неуместным трепетом.

- Позвольте проводить вас, госпожа, – раздался за спиной приятный мужской голос.

Я, ожидавшая встретить кого-то из родственничков, растерянно обернулась. Мне протягивал руку тот незнакомый брюнет, что прикрывал Цису во время нашей схватки с Хейдреком. Сейчас это всё больше походило на воспоминания столетней давности, хотя не прошло и суток.

- Меня зовут Арманд, миледи.

Мужчина учтиво поклонился. Его гладкие чёрные волосы блестели в солнечных лучах, зелёные глаза приветливо улыбались, несмотря на общий флёр усталости – кажется, этой ночью в замке никто не спал. Тонкие черты лица, изящные руки, подтянутое тело – такое ощущение, что во всадники отбирали только красивых людей с даром.

- Благодарю, – ответила я, склонив голову в ответ.

Двери открылись, и мы перешагнули порог в гробовой тишине. Не играли музыканты, не перешёптывались гости – их вообще стало вполовину меньше. Цветы, украшавшие зал, убрали, пол залатали, ковровую дорожку тоже свернули, от чего стук моих каблуков гулким эхом заполнял пространство.

Унна не сопровождала нас впереди, а бледной тенью замерла по левую руку от жреца, ожидая, когда мы подойдём. Всадники собрались справа, Цисы среди них не было. Арманд подвёл меня к Рейнару, с поклоном передал ему мою руку и отступил назад.

Жрец – всё тот же старик в белоснежной мантии – казался недовольным, но стоило нам преклонить колени, как он благодушным взглядом окинул собравшихся и завёл привычную молитву.

Сквозь полупрозрачную вуаль я смотрела на Рейнара, не в силах отвести взгляд. Отчаянная попытка прочитать хоть что-нибудь на его лице не увенчалась успехом. Повелитель с почтением слушал жреца, крепко держа меня за руку. Наверно, боялся, что я сбегу в последний момент.

- Да будут муж и жена единым целым, как един наш Создатель, – размеренно прогудел положенные слова жрец.

Чаша из чистого золота в его ладонях сверкнула на солнце.

- Клянёшься ли ты, невеста, отдать своему мужу и господину себя, свою любовь и свой дар?

- Клянусь, – выдохнула я.

- Клянёшься ли ты, жених, любить и защищать свою жену до конца дней?

- Клянусь, – твёрдо ответил повелитель.

Жрец вытащил из-за пояса кинжал, проткнул остриём наши пальцы, чтобы в разбавленное вино капнуло по капле крови. Мы отпили из чаши: сначала я, затем повелитель.

- Именем Создателя объявляю вас мужем и женой!

Молодой мальчишка, помощник жреца, принес подушечку с парой тонких золотых колец. Мы буднично обменялись ими, словно делали это каждый день. Гости вежливо пхлопали, но никто не закричал поздравления, не заиграли музыканты. Всё действо больше напоминало похороны, чем свадьбу.

Рейнар откинул вуаль с моего лица. Он незаметно улыбнулся уголками губ, от чего в груди развязался невидимый узел. Я наконец-то смогла дышать. И когда повелитель нагнулся ко мне для поцелуя, потянулась навстречу.

Его прикосновение оказалось мимолётным. Лёгкий чмок чуть ли не в щёку – и вот мы уже идём между гостей к широкой лестнице, ведущей на этаж выше. Там, в зале поменьше, накрыли три стола, выстроившиеся в ряд у стены слуги помогали прибывшим найти своё место. Меня, растерянную и ошеломлённую, усадили во главе стола с одной стороны, а Рейнара – с другой. Теперь нас разделяли пять метров разговаривающих и смеющихся людей, лишив меня возможности незаметно уточнить, что за ерунда произошла с клятвами: я точно помнила, что Хейдреку важно было лишь обещание отдать дар добровольно, но сегодня жрец не сказал об этом ни слова. Увы, гадать над произошедшим мне пришлось в собственных мыслях.

Утро сменилось полднем за бессчётными переменами блюд и долгими поздравлениями. Я ела мало: навязанный праздник не радовал, корсет сдавливал живот, а единственному желанию – закрыться в спальне на пару дней – не суждено было сбыться. Не скрываясь, я наблюдала за Рейнаром, надеясь, что он заметит моё пристальное внимание, и нам удастся поговорить. Но к повелителю то и дело подсаживались гости с долгими разговорами, из-за чего тот всё время был занят.

В обед меня в сопровождении прочих женщин отправили до вечера разбирать подарки. Бесчисленные ковры, шкатулки с украшениями, меха, бочки с винами – всё требовалось осмотреть, всех поблагодарить, поддержать светскую беседу, не теряя вежливой улыбки. Возможно, настоящую Агату к этому подготовило воспитание, но я выдохлась уже через час, а конца и края подаркам не было видно.

Мы вернулись в зал только с наступлением вечерних сумерек. Мужская половина гостей успела наесться и напиться до одури. В воздухе висел плотный кумар от курительных смесей, перегара и дыма от разожённого камина, в который кто-то бросил охапку душистых трав. Музыканты играли, не стесняясь фальшивых нот, певец исполнял что-то своё, не обращая внимания на аккомпанемент. Кто-то орал поздравления, кто-то спорил до драки. Всё происходящее больше напоминало обычную пьянку, а не свадебный пир.

Глава 3. Первая ночь

Под всеобщий радостный галдёж Арманд донёс меня до покоев повелителя. Вокруг стоял такой шум, что я даже не смогла спросить о предстоящей брачной ночи: приватного разговора у нас бы не получилось, а орать о столь деликатном моменте на весь замок желания не возникло. Одно я поняла точно: злая ухмылка Цисы предвещала нечто гадкое.

Когда Арманд поставил меня на ноги в приёмном покое, раздался нестройный разочарованный гул.

- Что не так? – недоуменно нахмурилась я, сцепив руки на груди.

- По традиции новобрачная в спальню супруга заходит раздетой, – пояснил Арманд.

- Пусть не надеются, – проворчала я. – Неужели все жёны Хейдрека проходили через это?

- В том-то и дело, что нет. Не пойму, почему Циса об этом вспомнила, – слегка обеспокоенно ответил всадник.

Двери распахнулись, и в комнату вбежали девушки, чуть ли не за руки таща Рейнара. Он не вырывался, но его мрачный вид не сулил ничего хорошего. Последней вошла Циса, лихорадочный блеск её глаз настораживал. Девушкам удалось стянуть с повелителя камзол, но дальнейшие поползновения на свою персону он успешно пресекал.

- Арманд, уведи гостей обратно, – приказал он.

Всаднику не пришлось повторять дважды. Отпустив пару пошлых, но не обидных шуток в нашу сторону, он удивительно ловко выпроводил всех провожавших в коридор. Всех, кроме Цисы.

- Благодарю, можешь идти, – будто не замечая её настроя, сказал Рейнар.

Он протянул мне руку, но Циса вклинилась между нами, словно ревнивая матрона.

- Я хочу видеть, – с нажимом повторила она.

- Нет.

Короткий ответ Рейнара мгновенно привел её в бешенство.

- Я знала! – Она бесцеремонно ткнула в меня пальцем. – Ты просто прячешь её от нас. Ты изменил обряд, говоря, что по отдельности вы будете так же неуязвимы, но это ложь! Я требую гарантии! Она должна отдать магию вместе с собственной кровью, как было всегда. Ты знаешь, чем это грозит, ты же чувствуешь. Позволь мне забрать её хотя бы на пару дней, и она станет сама покорность.

Её исступлённая речь пугала не на шутку. Я отступила на пару шагов, наткнулась на спинку кресла и замерла, когда Циса снова уставилась на меня змеиным немигающим взглядом.

- Ты выполнишь свою роль! – Всадница двинулась на меня, сжимая руки в кулаки. – Я прослежу за этим, будь уверена.

Попытка увернуться от неё не увенчалась успехом: пальцы всадницы сомкнулись на моей шее прежде, чем я успела что-то предпринять. Циса торжествующе улыбалась, явно предвкушая расправу, как вдруг так и застыла с протянутой рукой. Безумная радость в её взгляде сменилась паникой. Её лицо замерло, лишь глаза вращались в орбитах, да на лбу проступила испарина. Сведённые улыбкой губы даже не дрогнули, когда всадница попыталась что-то сказать. Вместо этого из её горла вырвалось нечленораздельное мычание.

Поднырнув под протянутую руку, я отступила в сторону. Рейнар шагнул вперёд, прикрыв меня собой.

- Ты получишь свою гарантию, – холодно пообещал он. – Стейн, помоги Цисе добраться до своей комнаты: некоторое время ей будет непросто ходить. И проследи, чтобы нас не беспокоили.

Светловолосый всадник, безмолвно стоявший у двери, кивнул. Он схватил женщину за протянутую руку, а когда магия начала отпускать её тело, перекинул её к себе на плечо. Циса всё ещё мычала, но сопротивляться не могла.

- Пойдём. – Рейнар приобнял меня за талию, провожая к двери в другом конце комнаты.

Я не сопротивлялась ровно до момента, пока мы не оказались в спальне. Стены здесь были обиты кроваво-красной тканью, на высоких стойках горели одновременно по десятку свечей, от чего обстановка в комнате казалась тревожной. У дальней стены стояла огромная кровать под балдахином, к которой вели две небольшие ступеньки. В камине потрескивали чуть ли не целое бревно, давая размеренный жар: в спальне было прохладно. Перед огнём на столике слуги накрыли лёгкий ужин, кресла в высоких спинках так и манили присесть после долго дня. Но мне было не до того. Как только хлопнула дверь, я стряхнула руку повелителя и отступила на несколько шагов.

- Что она несла, какие ещё гарантии? – спросила, стараясь скрыть возникшее беспокойство.

- Брачная ночь закрепляет свадебный обряд. Кровь новобрачной, как знак наивысшей покорности, привязывает её магию к мужу, и как только он потребует, дар подчинится. Поэтому невеста должна быть невинна.

Рейнар говорил спокойно, словно зачитывал параграф из учебника. Ни капли волнения не проскользнуло по его лицу. Он оглядел спальню, задёрнул портьеры на окнах и взмахом руки погасил почти все свечи, оставив лишь пяток у кровати.

- Ерунда какая-то, мы же обменялись кровью на свадьбе, – не поняла я. – И что будет, если у невесты не пойдёт кровь? Такое бывает, знаешь ли.

Комната постепенно погружалась в полумрак, и я невольно поёжилась.

- Кровь на помолвке – клятва – первая близость. Такова основа для передачи дара, – пожал плечами Рейнар.

- Но помолвки у нас не было, – ещё больше запуталась я. – Проклятье, Рейнар, что происходит?! Можешь объяснить, что ты задумал, без недомолвок и вранья?

Повелитель потушил последнюю свечу. Не глядя на меня, он подошёл к столику у камина, разлил по кубкам вино, чёрное, слово кровь, разложил по тарелкам фрукты, поковырялся ножом в вазочке с паштетом, раскрошил хлеб. У него определённо имелся какой-то план.

Глава 4. День похорон

Я проснулась, когда Рейнар вдруг обнял меня за талию, прижавшись со спины всем телом. Спросонья, попыталась его отпихнуть, не сразу сообразив, что он к тому же совершенно голый.

- Тише, – прошептал повелитель на ухо, без труда остановив мой бунт. – Изображаем влюблённых, помнишь?

Проклятье, точно!

- Думаешь, ни у кого вопросов не возникнет, что мы делаем на полу?

- Мы им даже покажем.

Не успела я понять, о чём он, как за дверью раздалось приглушённое перешёптывание. Рейнар же развернул меня к себе, уткнулся носом в волосы и нежно поцеловал в чувствительное место за ухом. Его пальцы скользнули вверх сначала по животу, затем по груди, остановившись на бугорке соска под тонкой тканью. Меня будто током пронзило, разгоняя остатки сна. Что он делает?! И что же со мной происходит!

Тихий стук в дверь едва ли смог бы нас разбудить, но сейчас он показался мне громом. Рейнар и не подумал отстраниться, когда в комнату вошли служанки, а за ними две богато одетые девицы. Я дёрнулась, не зная, как на это реагировать: одной из них была та самая брюнетка. Поджав губы, она скромно потупила взгляд, остановившись у двери, но я видела, как обе девушки следили за нами из-под опущенных ресниц.

- Простите, повелитель, мы пришли собрать госпожу к завтраку, – тонким голоском проворковала вторая, высокая, худощавая блондинка.

Я зло прищурилась. Рейнар наверняка знал, что так будет! Ещё и эта миледи Хэндлер почему-то здесь, провалиться ей под землю! Моё сопение больше не походило на страсть.

- Её отец умолял взять дочь во фрейлины, но я и подумать не мог, что из-за неё у нас будет столько проблем, – прошептал повелитель мне на ухо. Его ладонь еле касалась моей груди, хотя со стороны наверняка казалось иначе.

Я попыталась отстраниться, но Рейнар повернул меня к себе и поцеловал. Будь мы одни, я бы разрывалась между желанием бросить в него подушку или ещё продлить поцелуй. Но сейчас, когда за нами наблюдали шесть пар глаз, я просто замерла, ожидая, когда закончится весь этот цирк. Рейнар это заметил.

- Я буду ждать тебя в столовой, – сказал он негромко, но так, чтобы его услышали остальные. Выглядел при этом повелитель таким довольным, словно мы и впрямь всю ночь занимались любовью. В жизни бы не подумала, что у него такие актерские таланты.

Я кое-как выбралась из импровизированной постели, отдёрнув задравшуюся ночнушку. Брюнетка поспешила накинуть мне на плечи длинную шёлковую накидку, а блондинка помогла всунуть ноги в туфельки из бархатной ткани. С неудовольствием я поняла: теперь они будут сопровождать меня повсюду. Очень хотелось побыть одной, подумать, разобраться в собственных чувствах, но увы, такая возможность появится не скоро.

Девушки проводили меня в башню, где уже ждала горячая ванна. На кровати были разложены наряды, все из серых тканей. Пока меня мыли, Белла – брюнетка, – и Лира – блондинка, – пересказывали местные сплетни за последние два дня. Учитывая насыщенность событий, их рассказ грозил затянуться до вечера. Я не вслушивалась в нарочито непринуждённый лепет, позволив себе хоть полчаса не беспокоиться обо всём на свете.

Когда меня вынули из ванны, и девушки начали предлагать платья, я заставила себя включиться.

- Всё такое унылое, – с сомнением протянула я, надеясь отодвинуть новую встречу с Рейнаром на подольше. – Неужели можно носить только серый?

Белла, как раз показывавшая тонкую серебряную вышивку по вырезу одного из платьев, запнулась на ровном месте. Лира удивлённо выпучила глаза, но тут же опустила голову, чтобы скрыть своё изумление. Служанка застыла с гребнем, не донеся его до моей макушки.

Вот что я опять ляпнула?!

- Сегодня в обед похороны, – смущённо ответила Белла.

Я прикусила язык. Проклятье. Хейдрек.

***

Завтрак, к которому меня всё-таки собрали, прошёл спокойно. Судя по тому, что вместе с Рейнаром в столовой находились Экхарт, Арманд и Стейн, среди всадников тоже имелась своя иерархия.

Рейнар поприветствовал меня почти целомудренным поцелуем руки. Но его взгляд задержался на моих губах, скользнул по линии декольте, заставив меня невольно покраснеть. Такое внимание повелителя не осталось незамеченным. Экхарт недовольно нахмурился. Арманд же наоборот хитро улыбался, пока повелитель провожал меня к столу. Лишь Стейн – тот, что накануне выпроваживал Цису, – остался невозмутимым. Полагаю, пока что наш обман действовал.

Последней в столовую проскользнула Унна. Девочка уже не плакала, но облачённая во всё серое, казалась бледнее обычного. Я постаралась её поддержать непринуждённым разговором, но видеть её вымученную улыбку было выше моих сил, и я оставила попытки разговорить её. Когда вошедший церемониймейстер сообщил, что всё готово к прощанию, Унна всё-таки расплакалась.

И вот мы с ней стоимх бок о бок на зимнем холоде.

Серый капюшон плаща, покрывавший голову, то и дело грозило сорвать ветром. Мелкая крупка снега летела в лицо, заставляя щуриться. Я исподволь поглядела на Рейнара, застывшего чёрной статуей на фоне белых снегов, и перевела взгляд вперёд. Мы стояли на плоском, словно ножом срезали, плато. На его краю, откуда открывался захватывающий вид на горы и ущелье, был сложен высокий костёр. Последнее пристанище Хейдрека, повелителя Дикой Охоты.

Глава 5. Первое предупреждение

- Я пойду с тобой!

Перехватить Рейнара получилось уже у самых дверей. Быстро раздав указания, он с десятком всадников направился к выходу. Все они в мгновение ока облачились в броню Дикой Охоты: чёрные путы магии обвили тело, окутали голову, а затем доспехи наросли будто из воздуха. Последним появился алый плащ, тревожным знамением развеваясь за спиной.

Повелитель поймал мою руку: я только намеревалась захлопнуть дверь перед его носом.

- Это опасно, Агата, – тихо сказал он. – Я не знаю, что произошло.

Замедлить его не получилось. Рейнар отодвинул меня и вышел в коридор, всадники следовали за ним быстрым шагом. Я бесцеремонно растолкала ближайших, широкими спинами закрывавших проход. Рейнар ушёл далеко вперёд, и мне пришлось бежать следом, подхватив юбки обеими руками. Догнала уже на лестнице, вцепившись в локоть.

- Именно поэтому я и должна пойти с тобой, – с нажимом в голосе ответила я и чуть тише добавила: – Мы исполняем этот долг вместе, помнишь?

Рейнар на миг нахмурился – явно не ожидал, что я сумею повернуть его слова против его желаний так скоро. Острая боль магии отступила, и теперь я всем телом ощущала жуткую необходимость оказаться там, где применяли Призыв. Это не поддавалось объяснению, но словно невидимая струна тянула меня куда-то.

Наконец, повелитель сдался.

- Хорошо. Идём.

Он коснулся моего плеча, и чёрные нити силы поползли от его пальцев по моей груди. Будь у нас время, я бы внимательно рассмотрела, как подчиняясь причудливому сплаву магии, меняется моя одежда. Из длинного чёрного платья со множеством юбок оно превратилось в то же платье с разрезом спереди от самой талии. Ноги обняла тёплая ткань брюк, вокруг туловища появился подходящий погоде дублет. Что ж, так меня хотя бы не продует в первые пять минут.

Оседланные лошади ждали всадников во дворе.

- Арманд, останься здесь. Мы поедем вместе.

Рейнар подошёл к ближайшему вороному коню. Тот нервничал и бил мостовую копытом, аж искры летели. Я не успела ответить. Повелитель подхватил меня за талию, подсаживая в седло, и сам легко уселся позади.

- Держись!

Конь набрал разгон в два счёта. Мы оттолкнулись от каменной брусчатки и скачками взмыли в воздух. Я вцепилась в конскую гриву, закрыв глаза. Никак не привыкну к такому способу передвижения, всё время кажется, что ещё чуть-чуть и мы рухнем вниз. Приоткрыть сначала один глаз, затем второй я решилась только когда почувствовала снижение.

Чёрные клубы магии выпустили нас из своей непроглядной тьмы над заснеженным лесом, сквозь который вилась тёмная лента утоптанной дороги. Мы всё ещё находились в предгорьях: заснеженные пики, среди которых прятался Тодбург, остались за спиной. На всё путешествие ушло не больше пятнадцати минут: кто бы ни вздумал Призывать в такой близости от владений повелителя, он вряд ли ушёл далеко.

Рейнар подал знак всадникам, указывая куда-то вниз. Присмотревшись, я заметила то, что он углядел ещё несколько секунд назад: лежащую на боку крытую повозку. Вокруг неё виднелись бурые, чёрные, рыжие пятна. Мы спустились ниже, и я, наконец, разглядела, что это лошади. Вернее, их останки, присыпанные снегом.

Наш конь плавно приземлился чуть в стороне от побоища. Рейнар спешился первым, Экхарт и Стейн не отступали от него ни на шаг.

- Останешься здесь... – начал было повелитель, но я так выразительно посмотрела на него, что он умолк на полуслове.

Мы обменялись хмурыми взглядами.

- В случае опасности Фиделис увезёт тебя отсюда, – не сдавался Рейнар.

- До первого сугроба? – едко поинтересовалась я, покосившись на хитрую конскую морду. Между нами чувствовалась взаимная неприязнь, да и мои навыки езды галопом в одиночку были крайне невелики. – Нет уж, вместе так вместе.

И протянула руки к повелителю.

Говорить о том, как вибрирует всё тело, словно натянутая струна, я не стала. Может, это и есть тот самый способ чувствовать Призыв на расстоянии, которым так успешно пользуются всадники? В любом случае, это можно обсудить и потом.

- Никуда не лезь, ничего не трогай. Если что – сразу зови меня, – тихо давал указания повелитель, снимая меня из седла.

- Непременно.

Оказавшись на земле, я закрутила головой. Высокие сосны по обе стороны дороги шелестели ветвями. Мелкий снег сыпался с них при каждом порыве ветра. Густой подлесок подобрался близко к обочине, от чего казалось, что за кустами кто-то прячется. Пахло холодом, наступающим вечером и... кровью. Горло сжалось от нехороших предчувствий.

Зашелестели покидавшие ножны мечи. Всадники под предводительством Экхарта разделились на две группы и молча углубились в лес, а Рейнар со Стейном пошли вперёд по ещё незанесённой снегом колее. Чуть помедлив, я двинулась следом, не очень отставая, но и не наступая мужчинам на пятки.

Рейнар указал куда-то на снег перед собой, и Стейн, кивнув, обошёл преграду. Я подошла ближе, намереваясь тоже обойти препятствие, но, глянув вперёд, отшатнулась в сторону.

Желудок скрутило каменной рукой, горло свело в рвотном позыве не только от вида, но и от запаха. Разрезанный надвое, словно огромным серпом, мужчина лежал посреди дороги. Застывшие пальцы его рук почти касались моего подола. Пахло как в мясной лавке – от этого сравнения замутило ещё сильнее.