Мне тридцать лет, я по уши в чужом дерьме, и я никому не нужна.
Моя самая главная цель в жизни? Наверное, эту жизнь никогда больше не жить. Она никчемная, убогая и мерзкая, как лицемерная улыбочка моей мамаши. Никто уже не вспомнит блондинку, отрезавшую себе побольше волос ножницами со слезами перед зеркалом. Никто не будет оплакивать ту, которая только и делает, что жалуется на жизнь в прекрасной квартире с видом на город из небоскребов.
Все считают, я зажралась и придумала себе мужа-тирана без мозгов в голове и с проблемами в паховой области. Он же такой классный! У него три тачки высокой масти, бизнес, шагающий в гору, куча амбиций и ноль уважения ко мне. Сегодня утром я узнала, что Дмитрий имеет несколько семей на стороне, а я, как последняя конченная идиотка, повелась на его возвышенные слова о бесконечной любви еще вчера в элитном ресторане. Моим ушам нужно было зашиться вовремя, когда знакомые со стороны шептались на мероприятиях о его «таланте оставаться инкогнито». Что это означало, я узнала слишком поздно. Интернет опасная и такая очаровательная вещь: фотографии с его женами и любовницами можно было оформить в коллаж. Этот гарем был последней каплей в моей и без того бессмысленной биографии.
Я сидела в своей шелковой пижаме дурацкого розового цвета в домашнем джакузи и очень ненавязчиво давала знать соседям, что рыдаю, как в последний раз. Мое опухшее лицо было таким жалким в отражении зеркала, что я продолжила срываться на крики, как будто устраиваю шоу для невидимых зрителей. Зачем мне было снимать одежду, когда я действительно не шутила про последний раз? Смерть в джакузи в шелковой одежде с новым маникюром не самая страшная – она вполне себе в духе дурацкого пошлого романа, в котором я главная драматизирующая особь женского пола.
Вода набралась по самую шею. Уже выплакав все слезы, я подумала еще раз, что я буду делать на том свете, или что я буду делать в этом мире, если у меня ничего не получится. Но почему не должно получиться, если мать у меня в блоке, муж на своей «работе», что бы это ни значило, а я безработная дура? Которую все подруги посчитали позором в этот же коронный день, что и было очередной последней каплей.
Сомнения в эту секунду были со мной в сговоре. Не покидало ощущение, что кто-то или что-то не позволит мне совершить такую ошибку. Все мое тело отказывалось находиться под водой, но я никогда не отличалась покладистым характером, поэтому заставила себя опустить голову под воду.
Внезапный стальной звук на всю квартиру как будто ошпарил меня, и я вынырнула, судорожно глотая воздух.
– Дима не должен видеть меня живой. – я вернулась под воду и заставила себя захлебываться.
Дверь в ванную резко открылась.
– Твою… – произнес мужской голос, и руки окунулись под воду.
С силой, еще ранее не ведомой мне, мужчина вытащил меня из воды, так что вода водопадом стекала с моей одежды, а моя грудь была отчетливо прорисована. Из моих легких вышла вода, так что мужчина получил струей прямо в глаза.
– Конченная! – рявкнул мужчина, голос которого я не имела возможности знать.
Мои глаза широко открылись. Я была в руках человека с черной балаклавой. Прежде чем он смог бы что-то со мной сделать, я завизжала, как будто меня уже пытали. Мое тело благополучно выпустили в дальнее плавание обратно в воду. Мужчина выругался и выбежал из ванной. Я в оцепенении вынырнула и совершенно забыла про свой внешний вид, про недавние планы. Все, что я сейчас хотела, это вызвать полицию и сделать хоть что-то полезное перед предстоящим разводом с Димой. Как-никак, а мне бы не хотелось, чтобы его имущество было только его имуществом после такого предательства в кубе.
– Выходите! Вы грабите меня, я сейчас вызову полицию! – в каком-то приступе паники и восторга я выбежала, оставляя за собой на паркете мокрый след.
Моей ошибкой было думать, что грабитель плохо умел бегать. Но моим преимуществом оказалась его неосмотрительность. Не добежав до меня, этот незнакомец рухнул на пол и проехался по мокрому полу. Я не стала ждать и схватилась за стеклянную бутылку, что была пустой на кухне. Когда его рука схватилась за мою щиколотку, я просто и без задней мысли всадила ему бутылкой по голове. Раздался жуткий звук, после чего я увидела падающее тело навзничь. Удар пришелся по затылку.
– Нет, я не буду убийцей в этой истории, это всего лишь самооборона… – сказала я вслух в сильном потрясении и положила на стол заострённое горлышко бутылки.
Еще один промах – разворачиваться спиной к преступнику, когда ты еще не удостоверилась в том, что он без сознания или мертв.
– Самоубийцей тебе идет больше. – и меня приложили чем-то тяжелым по голове.