При имени прежнем. Часть 2

Часть 1. Чужая жена Глава 1.

Суть жемчужин любви – из других рудников, А приют для любви – меж других облаков. Птица та, что клюют зерна муки любовной, Из другого гнезда вне миров и веков. Омар Хайям 

Жизнь не застывшая река, где топят своё горе отчаянные и заблудшие, не сумев найти свой путь. Без движения она превращается в болото, покрытое вязкой тиной, где легко утонуть. Жизнь для того и дана, дабы в ней зародились перемены, оттого она меняет цвета, оттенки и даже приобретает свою форму. Там, где она когда-то высохла и её берега измельчали, не беда - однажды пойдет дождь и наполнит до краёв, заполняя чистой и прозрачной водой. Для того она и дана, чтобы в ней происходили бесконечные перемены, наполняя нас как потоком безудержной волны, так и созерцанием тихой водной глади, давая отдых и покой. Всё подвластно переменам и перемены мы создаем сами, тревожа себя и представляя голову под удары грома, но всё же ощущаем прилив сил, после сотрясения собственных душ. Порой нами движет отчаяние, но отчаиваясь находим собственное «я» и всё не зря и сами мы уже иные. Иные души, ценности, устои, всё подвластно переменам и не стоит на месте. Где казалось бы всё затихло, нет ни звука, ни движения, даже там всё движется и меняется, порой нам неведомое и невидимое. А порой всё не такое, каким видится, а приобретая свои краски и оттенки – жизнь меняется, а вместе с ней и мы. 

После того как Софию и Алёшу увез Ярослав, она много думала и приходила к выводу, что сделала бы и не такое ради спасения сына. Он самое святое, дорогое, любимое создание на этом свете, она ни сколько не сомневалась в правильности своих действий, только мысли всё чаще уносили к тому, кто был сейчас слишком далеко. После утомительной дороги, они приехали к небольшому, но уютному поместью, утопающему в зелени, окруженному дубравой, среди поля и лужаек с ковром из ярких цветов. София не обращала внимание ни на красоту здешних мест, ни на восторг Лейлы, которая радовалась этому, как ребёнок, предвкушая здесь прекрасную жизнь. Для неё это станет тюрьмой, где она окажется во власти того, кого ненавидела всем сердцем, ведь он украл её свободу, права и не всё ли равно как выглядит темница, ведь от красоты она не станет свободнее. Это ненавистно, лицемерно и фальшиво, а ей безразлично, красив дом или нет, большой он или маленький, она знала – отныне её жизнь будет в Алёше , что спал на руках.

 После она оказалась в небольшой комнате на втором этаже, а позже узнала, что комната Ярослава в другом конце и он всегда будет поблизости. На её удивление напротив находилась детская для ребёнка, как оказалось он обо всем позаботился загодя, прежде чем совершить подобное и был уверен наверняка, что София согласится и не станет поступать против его воли. От этого становилось ещё противнее находится рядом с ним и Лейлой, ей она приписывала не меньше вины, чем ему и твердила, что не простит. Загодя предупредив, чтобы они не приближались к Алёше и оставили её в покое. Только Ярослав не сомневался, что со временем она станет покорнее и поймет сей поступок. Но ещё удивительные было встретить в доме Татьяну в роли няньки для малыша. 

Она рассказала, что её отправил сюда отец Георгий, тот что венчал их, некогда он был её духовником и после смерти тёти, Татьяна осталась одна, а следовательно искала хоть какую-то работу. Радости Софии не было конца, теперича хоть кто-то разделит её одиночество да и с Алёшей поможет. Шли дни, недели, София почти не в кем не разговаривала кроме Татьяны, что была подле все дни и во всём помогала. Они часто разговаривали о событиях минувших дней, о будущей жизни, да и что было сказать, София жила мыслями, что при удобном случае убежать отсюда куда глаза глядят, лишь бы не видеть навязанного ей мужа.

- Он тебе так ненавистен? – Спрашивала Татьяна.

 - Ежели была бы воля ушла не думая, - заявляла София. 

Удивлению Татьяны не было предела, по её мнению всякая радовалась бы такому мужу. Он и внимателен к ней не смотря на то, что она едва ли выдавляла слово, а чаще даже не смотрела. Да и к неродному ребёнку крайне терпелив, одна комната со всевозможными игрушками, новой кроваткой и приданным чего стоит. И всё чаще задавала себе вопрос, чего же Софии надобно для счастья? Но причина была ей понятна – это барон Карамазов, хотя София и словом не обмолвилась о нём и часто казалось задумчивой. Татьяна не касалась запретной темы, хотя все знали об этой истории, но и виду не показывали. 

София погрузилась в Алёшу целиком и полностью, он стал её воздухом, жизнью, с ним она не чувствовала себя одна. Смотря на него она видела Владимира, его глаза, губы, он был его частью, он живое напоминание их любви. Во сне она видела его, а просыпаясь он долго не выходил из сознания, но теперь она точно в клетке, где нет выхода и она совсем одна. О встречи с Владимиром она и не мечтала, а лишь молилась, чтобы он не держал обиду, а смог понять и простить. Она чувствовала, что отобрала у него и Алёшу, ведь он любил его, ждал, мечтал о нём, а стало быть она не имела право. Но как же так? Могла ли она иначе? Но когда приходила к мысли о случившемся с ней, как Ярослав не оставил выбора, забрав малыша, то понимала выхода нет и не было. Ей всё чаще приходила мысль написать Владимиру, сообщить о том где она, дабы он вызволил её из этого ненавистного дома, забрал с собой, но с отчаяньем понимала – не бывать этому. Рассказав ему всю правду, он непременно захочет разобраться с Ярославом, а значит не избежать кровопролития, мести и закончится это вероятнее всего смертью одного из них. Не такой ценой она хотела свободы, а от мысли что Ярослав покончит с Владимиром, кровь застывала в жилах, тогда она бы никогда не простила себя за свершённое.

 Так она думала изо дня в день, а оказывалась в замкнутом круге, где выхода не видела, но не в её характере сидеть и ждать всю оставшуюся жизнь, терпя ненавистного мужа. Она хотела выждать, потерпеть ради своего будущего и будущего Алёши, а он обязательно узнает кто его отец, ведь иначе и быть не могло. В один из дней когда они с Татьяной разговаривали, в спальню к Софии зашел Ярослав. Вид его казался довольно спокойный и приказав теперешней няне мальчика оставить их, начал разговор, который давно должен был состояться между ними. Софии было всё равно что он скажет, ведь положение её останется прежнем, а он не перестанет быть мужем. 

Глава 2.

Любя тебя, сношу я все упреки. И вечной верности не зря даю зароки. Коль вечно буду жить, готов до дня Суда покорно выносить гнет тяжкий и жестокий.    Омар Хайям 

Время – самое удивительное и беспощадное создание на свете. Для кого оно доктор, со своей философией и микстурами, для кого-то палач, готовый лишить самого дорогого. Может у кого-то оно утекает сквозь пальцы, тает подобно снегу в середине весны или забирает нечто важное, для кого-то медлительная и отягощающая душу вечность, а кому-то его постоянно не хватает. Никто не смог и не сможет разгадать его загадку со своими ребусами и шарадами, никто не проникнет в его существо, потому что оно призрачно и невидимо. К нему нельзя прикоснуться, нельзя осязать или обмануть, нельзя запретить или скрыться от его глаз. Но можно почувствовать его холодную руку в событиях собственной жизни и если оно подарит облегчение, воспринимать это нужно как некий дар самого провидения. 

С момента как София переступила порог дома, куда её привез Ярослав прошло ровно четыре года без трех месяцев. Под гнётом его давления и упреков, где он считал её своей собственностью, укоряя в равнодушии. Но разве можно сказать солнцу светить ярче или звезде упасть с неба, так и она не могла и не хотела находиться подле него. Нет, она не смирилась и не приняла свою участь, птицей клетке, где её кормят и заботятся, она мечтала улететь и никогда не видеть того, кто истязает своей грубой силой. Можно переждать, выждать, подождать подходящего момента, дабы сломать решетки своей темницы, но смириться – никогда. 

Смирение – это согласие со всем что тебе навязывают, с тем в чем убеждают, а она всем своим существом противостояла его давлению. Разве можно навязать любовь, сказав себе полюби, нет нельзя, любовь - это свобода, она не терпит неволи, взаперти она умирает. Изо дня в день Ярослав твердил, что она его, а Алёша, ежели та надумает уйти от него, достанется ему, он всё равно найдёт, землю перевернёт, но мальчика у неё отнимет. Этим он вырывал у Софии последнюю надежду на свободу, заставляя жить рядом с ним, с мучительным осознанием она понимала, выхода у неё нет. Но она не мирилась, а все её существо противилось ему, прогоняло от себя, заставляло ненавидеть и вспоминать, как он отнял самое дорогое, дабы запереть в этом доме. Но время для не перестало быть ценным, ведь глядя на то как за четыре года вырос Алёша, она не могла сказать, что несчастна. Он был светом, ярким лучом, дающий жизнь. А что может быть лучше? 

Когда-то она слышала, что время лечит все раны, но тот кто это сказал, солгал. Оно способно научить переносить удар, облегчить боль, но жить придется с теми ранами. Оно не лечит – оно плохой лекарь. Просто заставляет забыть о перенесенной боли, при этом нанося новые и новые раны. И каждое утро, когда она открывала глаза, вспоминала о своей главной потери – под названием любовь. От этого можно убегать, погружая себя в события, но невозможно убежать. Как просто расстаться с человеком, хватит и пары секунд, чтобы сказать: «Прощай!», а для того чтобы расстаться с мыслями о нём, не хватит и десятки лет. И эти мгновения рядом с Владимиром, что она пережила в прошлом, стали иметь вкус вечности. Как это странно для неё звучит – прошлое. Он её прошлое и только их сын, память той любви – это настоящее и будущее. 

Её яркое пламя любви не перестало гореть тише, лишь более ровнее и спокойнее горит этот огонь. И его так легко поддерживать, глядя на мальчика, что так сильно похож на своего истинного отца, а значит часть её любви всегда рядом. Но ни время, ни разлука, не могли заглушить той тоски по нему или же успокоить сердце, узнавшее настоящую любовь. Смягчающая дымка времени, лишь облегчает боль разлуки, заставляя не так биться сквозь наглухо заколоченные двери будущего. Спустя годы она привыкла к двум вещам: к ранам, что наносит время, и к несправедливости, что есть вокруг неё, а она сама лишь игрушка в руках этого времени.

Нынче Ярослав покинул имение и с утра уехал в Лугу, где планировал встречу с господином Орловым. Тот к своё время очень помог ему, когда надобно было купить дом и дал приличную скидку на лошадей, чем Ярослав ему был очень благодарен. У него был один план, он вынашивал его не один год, не решаясь на его исполнение, но теперича по его мнению пара что-то менять в своей жизни, ведь София его так и не приняла. Чтобы он не делал, она гонит его, чтобы не говорил идет ему наперекор и это ему порядком надоело.

 Алёша, точно камень под ногами и напоминание о её связи с бароном, был лишним в его жизни, но приходилось мириться с ним и изображать любящего отца. Именно мальчик держал её около него, ведь кабы его не было, София тотчас исчезла и он навряд ли её нашел, а вот с ребёнком далеко не уйдёшь. Но он не собирался всю жизнь воспитывать её сына, он мечтал о своем ребёнке, в него бы он вложил душу, окружил заботой и любовью, научил бы жизни и был счастливым. Что толку, ежели Алёша называет его отцом и тянется к нему, ведь он в душе не принимает этого ребёнка, а лишь делает вид, показывая Софии своё отношение, чтобы она поняла и наконец стала его женой по-настоящему. 

Встреча с господином Орловым состоялась в ресторации на окраине города, где было уютно и немноголюдно. На улице стояла чудная погода, с неба падали крупные хлопья снега, а в воздухе пахло весной. Возница остановил пролетку почти у входа и вскоре Ярослав деловитой походкой неспешно поспешил вовнутрь. У столика возле окна его ждал Михаил Павлович, он смаковал попивая вино, а увидев давнего знакомого расцвёл в улыбке. Ярослав скинув мокрый плащ и цилиндр, быстро присел рядом, сердечно приветствуя Орлова.

 - Прошу прощения, Михаил Павлович, за опоздание, видите ли дороги развезло, - сказал тот. 

- Бывает, - протянул Орлов,- знаете Ярослав Александрович здесь отменное Бургундское, советую попробовать. 

Вскоре подошел официант, они заказали вина и закуски, а после продолжили разговор.

 - Как вы поживаете, как жена и сын? – Спросил князь.

Глава 3.

Когда нет ни карты, ни руля, и не всё ли равно, куда плыть, зато когда плывешь по воле воля, почти и не живешь, а ведь жить больно. « Мартин Иден» 

Домой после встречи с Орловым, Ярослав прибыл когда уже стемнело. Он был доволен результатом поездки, теперь он может без труда доказать барону, что у него счастливая жизнь и кого выбрала София. Свои счёты с тем кого до сей поры она не забыла, он мечтал свести и нанести удар столь неожиданно, что такого забыть без задетого самолюбия не сможет не один мужчина. Ведь что может быть больнее, чем знать что твой сын называет отцом другого, а желанная женщина до конца дней принадлежит сопернику. 

На губах Ярослава при этих мыслях заиграла лёгкая я улыбка, теперича дело за малым, отомстить за все унижения и то, что он отобрал когда-то Софию. Конечно он не собирается всю жизнь воспитывать чужого ребенка и всей душой хочет своего, а поелику надеется что София одумается, когда спустя годы увидев барона, поймет что прежних чувств у него нет. Он и не сомневался, что любви уже не существует и её неприятие мужа, лишь каприз, стремление пойти поперек его мнению. Ведь он и так слишком терпелив в ней, что не в его характере, но он любит Софию и ради неё делает многое и принимая её сына, прокладывает мост к её сердцу. Вскорости всё решится, осталось подождать, а он знал, что побеждает тот, кто имеет мужество ждать. И как не ему знать о тяготах любви и он уже видел Софию в своих объятиях и был уверен, что барон и думать забыл о ней. 

В гостиной он увидел Софию с Алёшей и Татьяну, что читала ему сказку. Мальчик был поглощен этим, что не сразу его заметил, но как только увидел, бросился в объятия. 

- Отец, - закричал он и вскоре оказался на его руках. 

- Ты меня ждал? Признавайся, - Ярослав покружил смеющегося ребёнка и поставил на пол, поглядывая на Софию. 

- Вы обещали мне подарить на именины настоящего коня, - Алёша вопросительно смотрел на него, ожидая ответа. 

- Обещал, значит будет тебе конь из моей конюшни, - ответил он, посматривая на Софию. – Татьяна, забери его, мне надобно поговорить с моей женой.

 При этом слове, Софию передернуло, впрочем как всегда, при фразе «моя жена», её мутило и выводило из себя. Он точно специально где можно и нельзя, подчеркнуто выводил эту фразу, называл любимой, моей, женой. Но София старалась не показывать виду, лишь поднимала недовольно взгляд, стараясь наградить его холодным взглядом. Но видимо ему доставляло удовольствие называть именно так и даже замечая протест в глазах.

 - Завтра мы едем к князю Орлову, - начал он, поставив её перед фактом. 

- Но зачем ехать мне? Поезжай один, - она отошла от него подальше, даже его присутствие рядом её раздражало. 

- Ты моя жена, а стало быть поедешь туда куда я велю, - сурово ответил Ярослав, не собираясь терпеть возражения. 

- К глубочайшему сожалению, - парировала София, - я не твоя собственность… 

- Я не намерен спорить, - бросил он, - это не обсуждается, ты завтра поедешь и будешь изображать счастливую супругу.

 - Хорошо, только сейчас избавь меня от своего присутствия, - София хотела поскорее уйти, но Ярослав перегородил ей путь, не желая отпускать. 

- Чего тебе не хватает? У тебя всё есть, твой сын счастлив и даже я его принял, а ты даже не разу не взглянула на меня без ненависти, не разу не позволила себя поцеловать, - распалялся он, не смотря на то, что она пыталась одним взглядом его уничтожить.

 - Оставь меня, дай пройти, - она попыталась открыть дверь, но он схватил её за локоть и притянул к себе, так близко, что София почувствовала его горячее дыхание и увидела как шрам на левой щеке, заходил от негодования.

 - Я очень терпелив, моя любимая, - прочеканил он, - но одного я не потерплю – измены…

 - Ты сумасшедший, - она с силой дернула руку, почувствовав, как она горит, в том месте где он держал её. 

София быстро поднялась наверх, ей хотелось обнять Алёшу , дабы успокоиться. Всегда после общения с Ярославом, она чувствовала, что её преисполняет злость и это душило, о спокойном существовании она давно забыла. А когда зашла в детскую, мальчик тихо спал, шевеля губами, точно ему что-то снилось. 

- Любовь моя, - прошептала она, - когда-нибудь мы избавимся от этого негодяя, ты узнаешь кто твой настоящий отец и я никогда не сдамся. 

Она улыбнулась ему, она вспомнила Владимира, от этого в душе больно защемило и сердце отчаянно застучало. Как бы она хотела оказаться в его объятиях, услышать его голос, но это было сродни самой далекой звезды. В своей комнате София достала маленький ключик и открыла нижний ящик секретера, доставая несколько портретов Владимира. Он глядел на неё чарующими глазами, точно хотел что-то сказать, а она смотрела на него, грустно улыбаясь. «Любимый мой, я никогда тебя не забуду, ты в моем сердце, - шептала она, проводя пальцами по его лицу.» Как хорошо, что Алёша похож на него, он всегда будет напоминать ей о её несбывшейся любви. Те же глаза, смотрящие уверенно, улыбка, способная растопить холод в душе, гордо вскинутая голова, он дворянской крови, он живое воплощение их любви.

В тот вечер Ярослав был слишком взбудоражен разговором с Софией, он еле сдерживал себя, дабы не заявить ей в лицо, что тот кто все эти годы незримо присутствует между ними, вскоре узнает кого она выбрала. И наконец она поймет, что он наверняка счастлив со своей женой, а она лишь приключение и его любовь давно иссякла. Он с нетерпением ждал завтра, чтобы всё расставить по своим местам и зажить спокойной жизнью, рядом с любимой женщиной. Барон Карамазов, как самая высокая стена, которую он никак не мог одолеть. От этого злость и ярость росла в нём с каждым днём, доводила до бешенства, а поквитаться с ним хотелось всё сильнее.

 Еле уловимый стук в дверь кабинета, заставил прийти в себя и понять кто к нему пожаловал. Осторожно открыв дверь, перед ним появилась Татьяна. Её коса перекинутая через плечо, заманчиво играла при каждом движении, она предстала перед ним с горящими глазами, покорно ожидая его действий. 

Глава 3.1

Ярослав и София прибыли в имение к Орлову, где их приняли с теплотой. Как не пыталась она отказаться от поездки, тот был несгибаем и лишь повторял, что она обязана быть вместе с ним, как и полагается его жене. А прямо перед входом потребовал казаться более жизнерадостной и показать, что она счастливая супруга. Но София лишь яростно посмотрела ему в глаза и без него зная, что придется изображать из себя довольную жизнью жену. 

Супруга князя Лидия Семёновна, оказалась добродушной и простой женщиной, с прекрасными манерами и стройной фигурой. Князь объяснил, что последний гость задерживается, не говоря его имени, по просьбе Ярослава, при Софии. Она чувствовала себя скованно, неуютно, хотя в доме больше не было гостей, но мечтала чтобы всё это скорее закончилось и они покинули этот дом. Тяжело было улыбаться, когда на душе совсем неспокойно, а глядя на то как Ярослав весел и разговорчив с князем, хотелось немедля покинуть и не видеть всего этого. За этими бесконечными разговорами, она не понимала зачем она здесь и для чего понадобилось ему привозить её с собой, если необходимости в ней не было. 

Замечая её грусть княгиня предложила Софии пройтись по зимнему саду в другом конце дома. Там росло множество деревьев и цветов, что восхитили её, там она точно ожила, вдыхая сладкий аромат, цветущих растений. Её поразило великолепие оранжереи и разнообразие цветов, когда за окном ещё лежит снег, а хозяйка услужливо провела её от начала и до конца, показывая все что там произрастало. София воспаряла духом, забыв о ненавистном муже и дежурной улыбке, столь лицемерной, непривычной её лицу, что здесь она расцвела подобно цветку. 

- Я вижу вам пришлась по душе сия прогулка, - заметила Лидия Семеновна, глядя на неё. 

- Да, - подтвердила София, - ваш сад просто чудо.

 - Я думаю нам пора, ведь с вскоре должен подъехать Владимир Иванович, все только его и ждут, - сказала княгиня, не замечая как побледнела София.

 - Кто? – Еле слышно произнесла она, чувствуя как стало мало воздуха и как онемели ноги, при упоминании знакомого до боли имени. 

- Барон Карамазов, они как раз с супругой на днях вернулись из-за границы - с улыбкой ответила та, - ваш муж намерен обсудить покупку его элитных коней. Разве вы не знали?

 София почти перестала дышать, слова княгини ударили по голове молотом и облили ледяной водой, одновременно и сразу. Она еле улавливала фразы княгини о происхождении некоторых растений в саду, но не могла уловить всего и лишь пыталась собраться с мыслями. Что делать? Бежать или стоять на месте, подчиняясь воли судьбы и испытанию предстоящей встречи. Перед глазами возник его образ, признания в любви, его поцелуи, от этих мыслей по спине поползла приятная дрожь, стало жарко и холодно одновременно. Она не сможет сейчас предстать перед ним, будто не было их любви, что до сей поры греет её и наполняя светом, точно не было тех ночей, и безумной страсти, опаляющей их, лишая рассудка, будто не родился их сын и она впервые его видит. 

Как же она хотела его увидеть, сказать что не забывала ни на минуту, что он снился по ночам, а она почти смирилась, что больше никогда его не увидит. И в какой-то момент ей захотелось исчезнуть, раствориться и не видеть, не знать о нём, не слышать его имени, забыть как сон. В душе яркими всполохами переплетались и радость, и грусть, и надежда, и нежность, и отчаяние, она почувствовала себя живой, как тогда когда ждала с ним встреч. Всё в ней разлетелось на части, а собрать воедино себя уже невозможно, как крыло раненой птицы, отчаянно билось от счастья сердце и руки отражали дрожью, переворот в душе.

- София, вам нехорошо? – Спросила Лидия Семёновна. 

Когда она дотронулась до её руки, та вздрогнула и как в тумане пришла в себя. Лидия Семёновна тревожно смотрела на неё, не понимая в чём дело, ведь несколько минут назад она была весела и довольна. Но разве она знала, что София сейчас переживает фейерверк чувств, что одна половина, готова немедля бежать к нему навстречу, а другая отчаянно убежать отсюда. 

- Мне нездоровится, - глухо отозвалась она, - прошу, передайте моему мужу, что я поехала домой.

 Под удивленный взгляд княгини, София бросилась не разбирая дороги к выходу. «Нет, я могу сейчас его видеть, без конца билось в голове, не могу, не могу.» Не помня себя она оказалась на улице и пыталась сообразить, где же их пролетка. В спешке она споткнулась, пытаясь на ходу отдышаться, понять куда идти, чтобы поскорее покинуть это место. В какой-то момент Софии показалась, что она прямо здесь упадет в обморок, всё в ней отдавало дрожью, а голова не могла здраво мыслить. 

Лишь сев на сиденье и сказав конюху, чтобы тот ехал домой, София приходила в себя. «Он был так близко, что можно дотянуться рукой, думала она, мой далекий и родной, забери меня и я поеду с тобой куда угодно.» Она чувствовала и была уверена, он не забыл, он помнит и ежели бы они сейчас оказались вместе, то её никто бы не остановил. Как озарение она вспомнила слова княгини, что Ярослав собирается встречаться с Владимиром. Она положила холодные пальцы на пересохшие губы, догадываясь для чего ему нужна эта встреча. Всё это время он ненавидел барона, желая выместить всю злость и равнодушие к нему, именно на Владимире. Теперь она точно поняла, но от этого не чуть не стало легче. 

Добравшись домой София поспешила в детскую, где желала увидеть и обнять Алёшу. Мальчик играл прямо на полу, а рядом сидела Лейла, было видно что им весело, они смеялись перебирая солдатиков. Увидев мать он всплеснул руками и бросился к ней со словами: «Мамочка вернулась!» Бросив гневный взгляд на Лейлу, София принялась обнимать сына, а затем усадила на кровать, где он быстро повалил её на спину. 

Некоторое время они смелись, когда она щекотала его, а затем и он подражал ей, им было весело и беззаботно. От этой игры она забыла обо всем что произошло пару часов назад, точно вся жизнь сосредоточилась на Алёше, его счастливой улыбке и звонком смехе разносившемся по комнате. Почувствовав себя лишней Лейла решила уйти, не желая в очередной раз слышать как София запрещает ей находиться рядом с мальчиком. Но не успела она дойти до конца коридора, как ее окликнула София, явно желая поговорить. 

Глава 4.

Всё идет, все возвращается; вечно вращается колесо бытия. Все умирает, все вновь расцветает, вечно бежит год бытия. Ф. Ницше 

Душа Софии выворачивалась, подобно жалкой травинке под сильным ветром. Её клонило в разные стороны, пригибало к самой земле, олицетворяющей страхи и тревоги, её поднимали высоко, желания вновь увидеть Владимира, хотя бы на минуту и от этих мыслей она приходила в ужас. Она боялась угроз Ярослава, боялась за Алёшу, что он в очередной раз станет игрушкой в его страшных руках, а она ничего не сможет сделать ведь мальчик носит его фамилию – он Поляков. Чувство неопределенности терзали её, но она старалась отогнать навязчивые мысли, но они так упрямо поглощали её существо. 

За дверью послышались шаги, она поняла что это приехал Ярослав. При мысли, что он встретился с Владимиром, лишь для того чтобы вымесить накопившееся зло, София сжималась в комок, полный страхов и волнений. Она чувствовала себя бессильной перед сей ситуацией- ловушкой, что он так хитро и продуманно устроил. Она чувствовала, ему нужен повод, дабы наброситься на Владимира и только Богу известно, чем это все может закончиться. Стоя спиной к двери, она слышала как тот без стука вошёл и чувствовала на себе его взгляд полный злости. Она продолжала стоять, пока он не хлопнул с силой дверью, от чего она вздрогнула и резко повернулась, натыкаясь на озлобленные глаза. 

- Это как понимать? – Процедил он. 

- Ты это специально устроил? – София не сдержалась, хотя намеревалась не заводить первой разговор о Владимире - чего ты добиваешься? Хотел столкнуть нас? 

- А, - протянул он, ухмыляясь её гневу, - ты сбежала, опасаясь встречи со своим любовником?

 - Я намерена играть в твои игры. Ты ищешь повод выместить на нём зло? – Бросила София. 

- Да, любовь моя, я ищу повод поквитаться с этим негодяем, что отнял тебя и все эти годы присутствует между ними, - прошипел он, отчего у Софии по телу прошла дрожь, зная на что тот способен. – Я хочу, чтобы он знал кого ты выбрала, что его сын зовет меня отцом. А что может быть унизительнее, когда твой ребенок носит чужую фамилию?

 - Ты сумасшедший, - тяжело дыша выдавила она. 

- Это мы еще посмотрим кто кого. Рано или поздно он узнает о нашем тихом семейном счастье, что мы устроили вместе с его сыночком. – С ухмылкой заявил тот, - нынче мы даже не встретились, но всё впереди, моя ненаглядная. 

- Оставь меня в покое, ты мне противен, - она указала ему на дверь.

 - Не думай, что я тебя послушаю, - он сверкнул глазами и вышел, распахнув дверь. 

Испуганная София метнулась к окну обрушив ладонь на губы, она напряженно думала как жить дальше. Её опасения подтвердились, Ярослав хочет встретиться с Владимиром и неизвестно чем это закончится. Неизвестность давила, умом она понимала, что бессильна перед сей ситуацией, но сдаваться не по ней. Она боролась и будет бороться, надеясь что однажды сбежит из этой тюрьмы, где ни кто не будет давить и угрожать. 

- София, - сказала Татьяна, подходя к ней со спины, - извини, я слышала как вы опять ругались. Ты в порядке? 

- К этому верно надобно уже привыкнуть, - глухо ответила она, - все хорошо. Как Алёша?

 - Он спит, не беспокойся, - Татьяна видела, как она чем-то озабочена и решила докопаться до истины. 

– О чем ты думаешь? Расскажи мне и тебя станет легче.

 - Ах, Таня, - София бросилась в её объятия, желая облегчить измученную душу, а та тихо обняла, - мне так тяжело…

 - Что случилось? – Она усадила её на кровать и держа руки принялась слушать. 

- Ярослав решил поквитаться с бароном Карамазовым и устроил с ним встречу, - вымученно ответила София, глядя в её карие глаза. 

- Ты его видела? - Когда она отрицательно качнула головой, Татьяна продолжила, - но что нужно твоему мужу от барона? 

При этой фразе София подскочила и с ухмылкой ответила. 

- Мой муж? Никогда не говори так, - Татьяна закивала и подошла к ней, - он считает меня собственность, точно я лошадь или предмет мебели, считает что Владимир отнял меня. Представь себе только – отнял у него. Он безумен, я боюсь его…

 - София, ты еще любишь барона? – Осторожно спросила та. 

На это она схватила девушку за руки и подвела к столу, где ключом открыла нижний ящик. Быстро София разложила перед ней несколько портретов Владимира, с улыбкой проводя по ним рукой, от чего несложно было догадаться, как он ей дорог.

 - Смотри как я люблю его в каждом из этих рисунков. Он моё спасение от жизни в этом доме, - София посмотрела на пораженную Татьяну и продолжила, - моя любовь родом из детства, где один раз увидев его, я не забыла по сей день. 

- Это он? – Спросила донельзя удивленная девушка, - но что ты намерена делать. Встретиться с ним? 

- Как бы я этого хотела, - прошептала она, - но я так боясь, что стану умолять его забрать меня отсюда, но так боюсь что Ярослав отберет Алёшу. Только ради него я ещё здесь, чтобы он не сдержал угроз.

После разговора с Софией Татьяна постучалась в комнату Ярослава. Ей не терпелось выслужиться перед своим любовником и теряя осторожность прямиком направилась к нему. Он вальяжно сидел в кресле с расстегнутой настежь рубашкой и при виде девушки ухмыльнулся. 

- Что соскучилась? – Начал он, откинув голову на спинку. 

- Я кое-что выяснила, по поводу Софии, - она подошла к нему вплотную, замечая интерес в глазах. 

- Ну? Я жду, моя радость, - он положил руку на её талию и сосредоточенно смотрел в хитрые глаза.

 - Она без ума от барона и намерена, ежели тот объявится бежать с ним, - она видела, как глаза Ярослава наливаются злостью, он быстро поднялся и отошёл к окну.

 - Я убью его, ежели он прикоснется к моей жене, - прошипел тот и почувствовал как мягкие руки Татьяны легли на его плечи. 

- Прогони её, она же не любит тебя, при удобном случае сбежит, а этот мальчишка, он же не твой… - произнесла она, желая убедить. 

- Не смей, - он резко повернулся и до боли схватил ту за кисти, от чего она застонала, испуганно смотря в его озлобленный взгляд, - никогда не смей даже в шутку произносить такое. София моя и останется моей до конца дней, а мальчишка лишь козырь в моей руке. Я разберусь с бароном, это лишь вопрос времени. 

Глава 5.

Любовь не знает середины: она или губит, или спасает. В. Гюго

 София наскоро собралась, не зная наверняка что опять задумал Ярослав. Под его пристальный взгляд она спустилась с лестницы и они направились к ожидающей их коляске. Он сказал ей несколько комплиментов, пытаясь взять её за руку, но она молчала, спрятав руки под шерстяную накидку. Всю дорогу они молчали, София смотрела в окно, думая куда он может её увести, хотя в глубине души догадывалась к чему все эти загадки. Они подъезжали к имению князя Орлова и София резко к нему повернулась, требуя объяснения. На это он хитро улыбнулся, насильно взяв её руку и удерживал некоторое время, пока коляска не остановилась. «Неужели опять, - думала она, - он не оставил эту идею, неучто там будет Владимир.» 

Ей казалось, на груди лежит камень, мешая дышать полно, все её существо противилось и она сама убегала от этого. Видеть того, кого она оставила, покинула и наверняка заставила страдать, не возможно без потрясений в душе, а он вероятно уже не так привязан к ней. Ещё труднее увидеть его равнодушный взгляд, без интереса и прежнего желания. Ярослав подал ей руку и когда она оказалась на улице, ей хотелось бежать без оглядки, только не видеть Владимира. Чего добивается Ярослав, она понимала, одно неосторожное движение и он возьмет в руки оружие. Этого он хочет, развязать открытую войну, вымещая накопившуюся злость и она чувствовала себя жалкой и беспомощной. 

Они направились к парадному. Казалось удары сердца заглушают стук каблуков, но что бы там не было она выдержит всё только ради сына. Лучше открыть неизвестную дверь, заглянуть в глаза собственным страхам, чем жить в постоянном ожидании неизбежного. Но на миг она подумала, что все её тревоги могут оказаться пустыми, вдруг Ярослав больше не преследует той цели. И тотчас одернула себя, зная что его так злит и раздражает, не в его духе забыть и отпустить. Поднявшись по ступеням крыльца, София быстро окинула взглядом вестибюль, пока к ним не подошел лакей. Под руку с Ярославом они направились на террасу, где их уже ждали. На пути им встретил князь Орлов и занял разговором, совсем не интересным Софии. Воспользовавшись тем, что Ярослав отвлекся, она решила отойти и не важно куда, намного сложнее стоять на месте. Она не знала наверняка, здесь ли Владимир или это её фантазия, а может он еще не прибыл и все его ожидают. Подойдя к открытой двери террасы, София услышала знакомый голос Лидии Семёновны и смело направилась к ней. Но когда рядом с ней она увидела Владимира с бокалом в руке, то застыла возле косяка. 

Они увлеченно разговаривали возле открытого окна и София опасаясь что её увидят, несмела даже шевельнутся, еле дышала, приковав взгляд к нему. Её тело приобрело странную невесомость, ей показалось она не здесь, не сейчас, а всё что происходит во сне. Звуки слились с его голосом, а глаза видели только его, все остальные детали и образы растворились в воздухе, исчезая из её реальности. Лучи солнца падали на него и в свете его черты лица приобрели темные очертания, еле различимые её глазу. Именно в тот момент, когда она решила убежать подальше, хозяйка дома заметила её и улыбнулась, собираясь поприветствовать несмелую гостью. На одну секунду взгляд Софии встретился с его и не раздумывая она резко развернулась, бросаясь в бегство не разбирая пути. Под удивленный взгляд княгини, София исчезла за углом и столкнувшись со служанкой и быстрым неразборчивым шагом направилась к выходу. В голове стучал невидимый молот, а перед глазами проплывал его образ, его взгляд будоражил некогда спокойную и смиренную душу. 

Ей казалось за ней гонятся, чтобы поставить с ним лицом к лицу и она знала, выдержать такое сейчас не в её силах. Споткнувшись на ступенях крыльца, София чуть не упала и в ступне почувствовала резкую боль, продолжая бежать к пролетке ожидающей возле ворот. Налетевший порыв ветра разметал по плечам волосы, но даже он не мог и малость остудить жар во всём теле. Горело лицо, заливая розовой краской ланиты, при этом пальцы рук оставались холодными под дуновением ветра и на бегу она прикладывала их к лицу, стараясь остудить распаленную кожу. Она забыла, что в доме оставила накидку и теперь это выглядело никак иначе, как бегство. Хотя какая теперь разница, как и что выглядит, Ярослава не интересуют лошади, его цель намного хуже. 

Добежав до коляски, София не оглядываясь села на жесткое сиденье, но кучер наотрез отказался без хозяина вести её домой. Ничего не оставалось как сидеть и ждать, пути назад не было и приложив дрожащие руки к горячим губам, она дышала тяжело, точно затравленный зверь, избежавший смертельной ловушке. Она прислушивалась к сторонним звукам, казалось он идёт к ней, чтобы задать вопрос, почему она с Ярославом, но с выдохом понимала, это игра испуганного сознания. Хотя не понимала себя, ведь она только что увидела того, о ком мечтала все последние годы, а тепереча готова убежать от него на край света. Не сейчас, не сегодня, а ежели угодно судьбе, то они встретятся и он окажется спасением.

Лишь только София скрылась за углом, Владимир подумал, что это игра воображения, ведь такого не могло быть. Он столько её искал, отчаялся и почти терял надежду, а здесь так легко и просто она не могла оказаться. На секунду он подумал, что это похожая на неё девушка, но понимал, никто бы с ней не сравнится, он узнает из сотни и тысячи девиц. Под удивленный взгляд Лидии Семёновны, Владимир извинился и быстро поспешил за своим призраком. Где бы она теперь не была, он найдет, узнает и не позволит ей опять так просто исчезнуть. Он не заметил, что прошёл мимо Ярослава и Михаила Павловича, он бы не заметил и армию в шаге от себя, ведь для него сейчас имело значение только отыскать её. Он был похож на одержимого странной целью, шагая не зная куда и зачем, не замечая происходящего. 

Дойдя до вестибюля, он подошел к окну жадно вглядывался через него на улицу. Он не рассуждал почему она здесь, важнее не потерять её сново и единственное что оставалось, спросить у Орловых о ней. Но не желая терять время, Владимир направился на улицу, уверенный что София побежала туда, он только не понимал почему она не захотела его видеть. Спустившись со ступеней он огляделся, но вокруг и не увидел ничего, что имело бы к ней к ней отношение. Он не услышал шагов сзади и продолжал всматриваться в даль, все также надеясь, но и это не помогало. 

Глава 6.

Она была так рядом, ударило сознание по переполненной от возмущения душе. Рядом, а он искал где угодно, только не так близко, даже не подозревая, что такое возможно. Он тешил себя надеждами, что она с Аксиньей, ведь так она объясняла, а оказалось, оставив его ушла с ним. Услышав о сыне, он был готов немедля броситься за ней и потребовать увидеть мальчика. Какой он? Какие у него глаза? Улыбка? Многое бы отдал за возможность познакомиться с сыном, узнать его, услышать голос, взять на руки и посмотреть на него. А София? Лишь увидев его убежала без оглядки, не дав ему и сказать пары слов. Хотя обойдется ли парой? Не хватит и дня, дабы всё выяснить и получить ответы на мучавшие вопросы. Она была рядом! Всё это время, пока он искал, была женой этого негодяя. Его восстанию против всего услышанного не было предела, этого не могло быть, сия новость обезоружила и повергла врасплох. Но это не могло заставить его отступить, потеряться и сложить оружие. Нет, это сделало его желание, найти и встретиться с Софией еще сильнее. 

Попрощавшись с князем, Владимир направился в Карамазово. Сейчас нельзя спешить и немедля бросаться за ней, тем самым подвергнув опасности, вспоминая взгляд цыгана, полный злости. У неё наверняка есть объяснение этому поступку, ведь он не бросал её и Алёшу, но и быть постоянно рядом тоже не мог. Несмотря на возмущение и ярость внутри себя, он все же был рад, что София нашлась и он сможет в самое ближайшее время её увидеть. Смириться, что теперича она жена цыгана и принадлежит ему, а тот вправе решать её судьбу он просто не в силах, это вызывало раздражение, непонимание в голове и сердце разъедала ревность душу. Но его сын, тоже принадлежит ему. Эта мысль прозвенела в нём, отчего он поморщился, но пытался не впадать в панику и для начала дать ей объяснить. Он намеревался завтра же поехать в Турово и снять дом, дабы иметь возможность встретиться с Софией. Всё произошло так быстро, что он даже не смог сказать и слова, только пару секунд и она исчезла, растворилась. 

Приехав домой, Владимир быстро поднялся в комнату, но усидеть на месте не мог. Несколько раз он подходил к окну, вглядываясь в темноту сада, различая тусклый свет фонарей, наводившие и без того мрачные мысли. Обмеряя комнату твердыми шагами, он неустанно думал о ней, встреча с Софией взбудоражила его, точно шторм спокойное море, всё в нём кипело, нарастало и бушевало. Пальцы застучали по стене, отбивая нервную дробь, а потом сложив их в кулак, обрушил на твердую поверхность, чувствуя лёгкую боль. Не хватало сил терпеть, всё что рвалось наружу, утро казалось слишком далеким, а встреча с ней и подавно. 

Подходя к секретеру он резко снял галстук, чувствуя нехватку воздуха и наотмашь бросил его на спинку кресла. В нижнем ящике он нашел некогда подаренный ей подарок, цепочка из цветных лент, по прежнему имела для него ценность. Он положил её на ладонь и жадно рассматривал, точно видел впервые. Он вспомнил Софию, её глаза, похожие на дождь, улыбку, излучающую свет и потребность в ней росла с каждой прожитой минутой. Казалось со временем, воспалённые чувства, приобрели более ровный тон и не так обжигали воспоминания. Но стоило ему почувствовать её и на секунду увидеть глаза, пламя желания обожгло изнутри и он сново стал сам не свой. Любовь к Софии, не ушла, не исчезла, она жила в нём, билась и рвалась наружу, она нужна ему и он сделает всё дабы обрести её с новой силой.

 - Володя, - произнесла открывая дверь Анна, - я ждала тебя… 

- Извини, Аннет, я устал и намерен отдохнуть перед дорогой, - он спрятал цепочку в кулак и повернулся к ней. 

- Ты куда-то уезжаешь? – С тревогой в голосе спросила она.

 - Да, - вздохнул он, - завтра на тройку дней поеду в Лугу, появились кое-какие дела. 

- Тройку дней, - протянула она, - но послезавтра мы ожидаем Синицыных и тётя обещала навестить нас. Нельзя ли подождать? 

- Анна, - строго произнес он, - я не могу отложить дела. Займись гостями сама. С утра я уезжаю и это не обсуждается. 

- Конечно, дорогой, я понимаю, - она потянулась к нему и обняла, не находя отклика, Анна чувствовала в нём перемену, но не подала виду. 

- Я устал, иди к себе, - Владимир отошел в сторону, её. прикосновения казались невыносимы.

 - Как скажешь, - с обидой отозвалась она, - не забудь хотя бы попрощаться, когда поедешь.

 Он недовольно вздохнул, когда она хлопнула дверью, её общество раздражало, а перед глазами стоял образ Софии. С мыслями о ней он рухнул в кресло и представляя её, их встречу и что его жизнь вновь перевернется, сметая привычный уклад.

Утро выдалось пасмурным. На небе нависли низкие облака, предвещая дождь и непогоду, но даже буря, не смогла бы остановить Владимира. Он заснул только под утро, всю ночь проведя в мыслях о Софии, стоило только закрыть глаза, как она проплывала перед ним, прогоняя дремоту. С первыми лучами солнца, слабо пробиравшимися сквозь плотную завесу туч, он уже спустился вниз и приказал заложить дорожную карету. Наскоро позавтракав, он ждал Марианну для разговора в кабинете. Он намеревался ей рассказать о случившемся и ожидал её возмущения загодя. 

- Я нашёл Софию, - не церемонясь заявил он.

 - О, Господи, - со вздохом произнесла она, зная что он ищет её, но молилась всем святым, чтобы та оказалась как можно дальше. 

- Она замужем, но это не помешает мне увидеть сына и поговорить с ней, - мечтательно прочеканил он. 

- Я знаю, всё начнется сначала, - качая головой отозвалась Марианна. - Одумайтесь, Бог с ней, пусть живет как и жила, у вас с Анной Сергеевной только наладилось всё…

 - Ничего у нас не наладилось, - ответил Владимир, - и никто мне не помешает увидеть моего сына.

 Бессильны слова, доводы разума, рассудок, когда сердце горит огнем страсти. Он был бы рад забыть, не знать, не видеть, но не в силах вырвать часть себя. Она жила в нём и живёт, а без неё он устал и в привычной тоске, лишь увидев родные глаза, воспарял всем своим существом. И теперь готов бежать за ней и не важно, что они оба не свободны, их связывает невидимая нить всепоглощающей любви. Спустя пару часов, Владимир покачиваясь в экипаже всё дальше отдалялся от Карамазова. Крупные капли дождя бились в маленькие окна, барабаня и тревожно постукивая, нагнетая дремоту. От нескончаемого ливня дороги развезло и колеса вязли в наказанной колее тракта. Промокшие и уставшие лошади не сбавляя хода прибыли на ближайшую почтовую станцию. Сменив лошадей, они двинулись в путь, где к вечеру должны были добраться до города, а там Владимиру предстояло решить как действовать дальше. Он понимал, что прежним он уже не вернется и что бы не произошло, он не откажется от Софии и будь что будет.

Глава 6.1

Он подошел ближе к дому, замечая как на ступенях крыльца появилась она. С замиранием он следил, как София легко сбежала со ступеней и запрокинув голову шла к парку. Опасаясь, что она испугается сей встречи, Владимир отошел дальше и спрятался в чаще. Он чувствовал себя юнцом, что жаждет встречи с возлюбленной, или вором желающим покуситься на чужое. София остановилась в нескольких шагах от него и обняла старый дуб, а он лишь смотрел и пытался сравнить с той Софией, что некогда жила в его доме. Ту что он полюбил и готов был бежать за ней, та что однажды научила его жить и мыслить иначе. Он не находил разницы, её поведение ничем не отличалось от прежней Софии, она всё та же, хрупкая, желанная, родная. И не важно чья она жена, а он уже не имеет право увозить её, но их связывает не только любовь, а их сын – он священная нить и от этого никуда не деться. Желание подойти и обнять, невыносимо давило внутри, ладонь легла тонкий ствол березы и поползла вниз царапая кожу. 

Она рядом, что от этого больно защемило в груди, он так долго искал, а сейчас не более пяти шагов и его руки заключат её объятия. Её нежная кожа подарит тепло, самое желанное и сравнимое с очагом, после зимней прогулке или утренним солнцем после холодной ночи. Он уже сделал шаг навстречу, когда она резко оторвалась от дуба и замерла. Владимир отступил, выжидая момента, опасаясь испугать, а она стояла и смотрела в сторону дома. Любит ли она? Если да, то почему вышла за того, кого казалось ненавидит. Или это только так выглядело и только он так считал? Нет, она не могла разлюбить, такая любовь не заканчивается в одно мгновение, здесь нечто иное. Но что? Это он и собирался выяснить в ближайшее время, но пока не понимал как это сделать. Она так далеко и так близко, что невыносимо смотреть без возможности обнимать и целовать. Ему хотелось крикнуть ей, сказать что он не забыл и сейчас рядом с ней, но сдерживался из последних сил. А когда к ней побежала другая девушка, то он и вовсе потерял надежду. Это была Татьяна, Ярослав обеспокоенный её отсутствием, немедля послал за ней. 

Это разозлило Софию, ей надоели его запреты и она быстро поспешила в дом. Когда она зашла в гостиную он пытался усмирить её возбуждение строгим взглядом, но это не удавалось. Настрой Софии был во что бы то не стало наконец выбить себе право на возможность гулять на улице одной, а не под вечным наблюдением. 

- Завтра, я хочу прогуляться верхом, - с ходу заявила она.

 - Я составлю тебя компанию, радость моя, - с хитрой улыбкой ответил он. 

- Ну уж нет, - бросила разгоряченная София, - или ты думаешь я брошу сына и исчезну? 

- А ты права, - согласился Ярослав, подходя к ней, - без этого мальчишки ты никуда не денешься. 

Ей было нечего ему сказать и она поднялась к Алёше. Увидев мать он бросился к ней и обнял маленькими ручками, а она принялась без остановки его целовать. В детской он усадил её на пол и разложив солдатиков, принялся изображать сражение, вручив ей несколько храбрых воинов.

Утром следующего дня, за завтраком София напомнила Ярославу, что намерена прогуляться верхом по округе. На это он недовольно посмотрел на решительно настроенную Софию и нехотя дал согласие. Внутри кипело от возмущения, её выводило из себя его стремление контролировать каждый шаг, запрещая что ему заблагорассудится. Но всякий раз смирила себя, в надежде однажды убежать отсюда подальше, забыть его как всякое ненужное и бесполезное. Они вышли вместе и дошли до конюшни, где Ярослав выбрал на его взгляд самую спокойную лошадь. Приказав конюху оседлать, он в очередной раз предложил Софии примирительную прогулку, но та наотрез отказалась. София без чьей либо помощи уселась в седло, чувствуя свободу от предстоящей прогулки. 

Под недовольным взглядом Ярослава, она направила лошадь рысью, в сторону рощи, всегда привлекающий, своей красотой и величием. Она чувствовала что наконец обрела себя и крылья её расправлены, никто не довлеет над ней. Её тело обрело легкость и простоту, стремясь навстречу ветру, она не могла надышаться волей. Волосы разметались по спине и под лучами полуденного солнца, казались золотистыми, а шелковые ленты, как парус развивались на скорости. Она была по-настоящему счастливой, щёки приобрели насыщенный розовый цвет, а с лица не сходила улыбка. Казалось мгновение и она взлетит, дабы надышаться безграничным пространством, что обнимает её. Потянув поводья на себя, София остановила лошадь, наслаждаясь видом природы. Лес уже распустился и в его зелёной листве, солнце играло, обливая потоками лучей. София глубоко дышала, чувствуя раздолье и свободу, прислушивалась к звукам тишины, прерываемой трелями птиц. Бескрайнее поле, соединялось с голубым небом вдали, перетекая в единое целое, где они обретали покой и вечность. Эта картина завораживала и София замерла, любуясь сей красотой. 

До рощи оставалось не более одной версты, она хотела привязать лошадь, а сама побродить среди деревьев. Умиротворение дня и покой вокруг, действовали завораживающе, даруя прилив сил, восполняя нехватку безмятежности. Она чувствовала себя птицей, парящей среди этих просторов, где нет границ и препятствий и можно бежать куда угодно, обретая свободу. Вдали она уловила движение и это был всадник. Он стремительно приближался к ней, сокращая расстояние и София растерялась, не зная кто бы это мог быть. С его наступлением, сердце стучало всё сильнее, а в его облике она различала знакомые черты. Она поняла, что им оказался Владимир. Вмиг руки ослабли и поводья ранее натянутые, бесполезно повисли возле гривы. Почувствовав это, лошадь беспокойно перебирала ногами, а взволнованная София потерялась в своих ощущениях. Она поняла, что её спасение - это бегство, от него, от себя, только бы не упасть в бушующее море страсти, избегая объяснений и последствий этой встречи. 

Она голопом направила коня в сторону рощи и хотела скрыться от него в куще деревьев. Сейчас София не могла думать почему он здесь, как он нашёл, одно ясно он её видел и пытается догнать. Она почувствовала, себя загнанной в ловушку, а прежняя свобода растаяла лёгким дымом в воздухе. Лучше провалиться сквозь землю, чем пытаться объяснить почему она сбежала от него столь внезапно четыре года назад и причину своего замужества. Оказавшись в двух шагах от леса, минуя стремя она спрыгнула на землю и наскоро привязав коня к ближайшему дереву, устремилась вглубь. Задевая юбкой кусты, мешающие движению, София не помня себя бежала сама не зная куда. Низкие ветки задевали волосы причиняя боль, ударяли по лицу, обжигая кожу, пару раз она споткнулась о валежник и казалось непременно упадет, но удержалась на ногах. Ей чудилось, что она сошла с ума, что Владимир совсем рядом и его шаги слышны позади. 

Глава 6.2

Владимир шагнул к ней, в попытке посмотреть на неё. София, метнулась вперед, убегая от его взгляда, от самой себя, но понимала что это не в её силах. Наткнувшись на сломанный куст, нога подвернулась и она чуть было не упала, но успела ухватиться за ствол липы, поднялась и посмотрела на него. Их глаза встретились и утонули друг в друге. Они были совсем рядом и ей казалось, что сейчас она упадет прямо на землю, без чувств. Ноги точно не свои, переставали её слушаться и вросли в плодородную почву леса, а она уже сама не своя и не принадлежит себе. Владимир смотрел на неё и не делал ни одного движения, он жадно поглощал её глаза и ничего уже более не существовало для них.

Точно во сне, она видела те же выразительные глаза, проникающие в неё глубоко и имеющие неподдельную власть, как и раньше. Ей стало мало воздуха, тесно в собственной одежде, а кожа горела, окрасив ланиты в светлый пурпур. В одно мгновение Владимир преодолел расстояние между ними и она оказалась в его руках целиком и полностью. Не чувствуя ничего кроме его жарких объятий, София растопырив пальцы, торопливо ласкала его спину и плечи. Уткнувшись в грудь она ощущала его – носом, руками, своей кожей и это далеко уносило за пределы собственного разума. Волна желания ударила по ней, отзываясь дрожью во всем теле и подчиняясь, она улетала навстречу ему. Он оторвал её от земли и покружив поставил возле дерева, обхватив ладонями тонкую шею, заглядывая в глаза. Его губы жадно овладели её устами и она прижимая его к себе выгибалась струной навстречу. Её пальцы утонули в его прядях, упиваясь бесконечным поцелуем, отдаваясь его рукам всецело и желая большого, чем есть сейчас.

В тоске без него она увядала, задыхалась, а теперь расцвела и вдохнула свежего воздуха, он возродил её и заставил воспарять душой. Хотелось улететь от удовольствия, раствориться и никогда не спускаться на землю. Владимир лихорадочно ласкал спину, поднимаясь к шее, пропуская пальцы сквозь каштановые волосы, замирая ладонью на затылке. Она отзывалась на каждое движение, вторя, поглощая и вбирая в себя. Казалось она перепутала сон с реальностью, где нет границы, всё расплылось и она сама разлетелась на части.

- София, - прошептал он ей в губы, тяжело дыша. – Почему ты бежишь от меня?

- Я не знаю, - она улыбнулась собственным страхам, точно зная что теперь вновь обрела себя. – Как ты меня нашёл?

- Ты забыла, что мы встретились у князя Орлова? Он и рассказал мне всё, - он поднял её лицо, жадно в всматриваясь в глаза и он находил их прежними.

- Что теперича будет? – С улыбкой спросила она, понимая что их любовь не померкла со временем, не умерла и минуя расстояние стала сильнее и крепче.

- Я так много хочу узнать у тебя, - произнес он, вспоминая чья она тепереча жена.

- Не спрашивай ни о чем, лучше нам уйти отсюда, - она понимала, он знает о том, что она жена Ярослава и разговора об этом страшилась.

- Расскажи мне об Алёше. Какой он? – Владимир заметил её растерянность и обнял сильнее, успокаивая волнение.

- Он очень похож на тебя, - при упоминании о сыне её лицо озарила улыбка, - у него твои глаза и в нём я вижу тебя…

- Я хочу его увидеть завтра же, - заявил Владимир в нетерпении.

Она отстранилась при этих словах, выскальзывая из его рук, испуганно смотря в глаза. Владимир понимал, она боиться новоявленного мужа, но ничто бы не смогло помешать его стремлению познакомиться с сыном.

- Володя, прошу тебя, - мучительно произнесла она и быстро побежала в сторону, где оставила свою лошадь.

Она прерывисто дышала, убегая от него, и хотела только одного – оказаться в седле и умчаться отсюда подальше. Но сердце отказывалось уходить оно бежало к нему, хотело соединиться в его и никогда не расставаться. Но как она может рисковать, ведь ежели узнает Ярослав, он возьмется за оружие, а этого она боялась больше всего. София остановилась возле лошади и обернулась, наблюдая как Владимир идёт позади.

- София, ты не можешь запретить мне, - сказал он подходя к ней.

- Не проси об этом, - ответила, отвязывая коня.

- Я не отказывался ни от него, ни от тебя, - прогремел его голос, а его сильная рука схватила её за запястье, запрещая сейчас уезжать.

- Я знаю, - она посмотрела в его взгляд и волна нежности и желания их познакомить их захлестнула, терзая бешено бьющееся сердце.

- Тогда позволь мне обнять Алёшу, - он взял её за плечи и притянул к себя, вдыхая знакомый запах, пробуждающий в нём желание.

- Хорошо, - прошептала она, - завтра жди нас возле церкви…

- Спасибо, любовь моя, - он с жаром припал к её губам, отчего она чуть не задохнулась.

Руками София обвила его за шею, чувствуя как он с силой прижимает за талию, к своему разгоряченному телу. Ей казалось она падает в глубокую бездну наслаждения, где они переплелись друг в друге. Как мало его, с каждой волной поцелуя, когда он безудержно терзает ряд мелких пуговиц на спине, а она хотела в клочья разорвать мешающую близости одежду. Его большая ладонь поползла вниз и уверено легла на её бедре и даже сквозь ткань шерстяного платья, София ощущала жар и желание, терзающее его.

- Поезжай скорее… - он оторвался от неё тяжело дыша.

Он помог ей сесть в седло и София посмотрела сверху. Владимир улыбался ей, в его глазах отражалось счастье, а ей столько времени его не хватало, что хотелось немедля спешиться и умолять не отпускать от себя.

- Завтра мы увидимся, - произнесла она и направила лошадь на дорогу, а на последок обернулась, дабы запечатлеть его образ. Он провожал её взглядом, любуясь грацией, легкостью и непринужденностью. Сочувственно и болезненно осознавая, что не может забрать с собой, а она стала частью другого мира, другой жизни. Кто они теперь друг для друга? Как всё сложится для них? Ведь есть и Алёша, а он не в силах отказаться от права видеть его. Он столько пропустил важного в его жизни и теперь решил бороться, чего бы это не стоило. Жизнь в браке пуста и однообразна, лишена любви и счастья, а он не сможет как ни в чём не бывало вновь окунутся в неё. Ему нужна София, нужен сын и борьба будет отчаянной и долгой – это он знал и понимал.

Глава 7.

У каждого в душе свои вопросы, Свои стремления и свой ответ. Дороги, повороты и заносы…. И так века мы между «да» и «нет». Л. Романенко

София находилась в комнате Алёши, когда зашёл Ярослав. Он наблюдал за тем, как она одевала мальчика и это нервировало её. Его взгляд презрительный и недовольный происходящим, действовал на Софию угнетающе, под ним она чувствовала себя неуютно и холодно.

- Жаль, что у меня нынче встреча, а то бы поехали счастливой и дружной семьей: ты, я и наш сын, - сказал он, отчего София бросила на него колючий взгляд.

- Отец, вы обещали покатать по реке на лодке. Когда же? - Напомнил Алёша, ожидая ответа, но Ярослав не был нацелен на объяснения.

- Не до тебя нынче. Лучше вот прибери, - он толкнул носком сапога лежавшего по середине комнаты солдатика. – А ты, чтобы без глупостей, а то знаешь сама, - предупреждающе сказал он Софии пораженной его грубостью.

Ребёнок стоял с обиженным личиком и растерянно смотрел на мать. София быстро присела и обняла его, а он прижался в поисках защиты.

- Не смей с ним так разговаривать, - она подняла лицо и презрительно посмотрела на вальяжно расхаживающего Ярослава.

- Буду разговаривать так как он заслуживает, - и наблюдая за нежностью матери к сыну, неприязнь к чужому ребенку росла всё больше.

На это София взяла Алёшу за руку и быстро вышла за дверь, желая как можно быстрее уехать отсюда. В коридоре он встретил Татьяну, она шла вслед за Софией и увидев Ярослава остановилась.

- Чтоб глаз с неё не спускала, - приказал он. – Иначе головой ответишь…

- Я знаю что надобно делать, - пропела она, ласково глядя в его суровый взгляд, - будь покоен, всё под контролем…

- Жди меня после полуночи, - произнес он. Ярослав довольно и властно положил ладонь на её талию, опускаясь вниз, а она испуганно оглядывалась, пока тот наслаждался своими действами.

Вскоре они неспешно подъезжали к парку рядом с церковью. Взволнованная София не отпускала руки сына, она думала о встречи с Владимиром, внутри волнами накатывала дрожь и холодели пальцы. Она больше всего хотела его увидеть, но боялась что об этом прознает Ярослав. Им непременно нужно остаться втроём, а Татьяне она ещё не рассказала и всю дорогу собиралась с мыслями.

- Таня, - София взяла её руку, - ты нас здесь подожди, а мы сами…

- Как так? – Она удивленно вскинула брови.

- Возле церкви у меня встреча с Владимиром, - шепотом произнесла она.

- Вы виделись? – Заикаясь спросила та.

- Да, он выследил меня вчера в лесу, - прошептала София, - я обещала показать Алёшу. Он будет ждать нас там.

Татьяна не знала что и сказать, эта новость её поразила. Мысленно она кляла Софию, что та утаила столь бесценную информацию от неё. Она представляла, как Ярослав узнай об этом, пришел бы в ярость, а она бы ещё больше заручилась его поддержкой. А теперь приходилось подчиняться ей и смиренно изображать понимание, ведь она бессильна перед ней. Они остановились, Татьяна скрепя сердцем сошла и проводила их недобрым взглядом. В ней кипела злость на Софию и её хитрость, ей казалось её оставили в дураках, обвели вокруг пальца. А за время их ожидания обратно, она решила подумать, как быть дальше, рассказать ли Ярославу всё сразу или дождаться подходящего момента. София с Алёшей доехали до конца дороги и дальше направились пешком. Она опасалась, что конюх может передать хозяину, ежели увидит что-то, а дойти пешком было безопаснее.

Впереди показалась церковь и чем ближе София подходила, тем сильнее стучало в груди сердце и только Алёша не чего не зная, бежал что было сил к мосту. А она подхватив юбку, пустилась за ним, желая догнать и когда это удалось София крепко взяла его за руку. Они перешли мостик и оказались в тишине уютного парка, на другой стороне, где царило спокойствие и умиротворение.

Владимир с самого утра прибыл на место, где они условились и обошел парк уже не один десяток раз. Он взволнованно смотрел вдаль, где замечал одиноких прохожих, но Софии не было. Порой ему казалось, она не придет, а тем паче не привезёт мальчика, опасаясь разоблачения, но сердцем он знал она обязательно появится. И он ждал, загодя представляя, что может сказать сыну, ведь для Алёши он чужой и больше всего хотел подружиться с ним. Когда возле моста появилась София, он было хотел подойти и встретить её, но понял что не должен подвергать их опасности и решил подождать в стороне. Рядом с ней шагал мальчик, он смеялся и что-то ей показывал, а она ему улыбалась. Владимир замер, неотрывая взгляда смотрел на них, всё в нём напряглось, ему захотелось подбежать и взять своего сына на руки. Но понимая, что порыв его любви испугает ребёнка, он сдерживался из последних сил. Они подошли ближе и Владимир в нетерпении направился к ним.

Заметив его София, следила за каждым движением, страшась сей встречи, а Алёша потянул её в сторону, замечая что-то интересное. Когда он подошёл, они остановились и мальчик удивленно осмотрел его, а затем под пристальным взглядом Владимира, опустил глаза. Он смущенно прижался ноге матери и она обняла его, пытаясь успокоить. Владимир с придыханием смотрел на них, держа себя на расстоянии, замечая как мальчик замер и несколько растерян.

- Алёша, это господин барон, - с улыбкой начала она, поглаживая сына на тёмным волосам. - Он наш друг!

- Здравствуй, Алёша! – Сказал ему Владимир и мальчик кивнул, удивленно посматривая на него.

- Владимир, я прошу тебя, - предупреждающе напомнила она, опасаясь как бы тот не наговорил ему лишнего.

- Может пройдемся, - Владимир указал в сторону и сделал шаг навстречу, оказываясь ещё ближе. – Алёша, хочешь я покажу тебе ничто интересное?

- Хочу, - звонко ответил он и они ему улыбнулись, отчего тот осмелев стал в нетерпении дёргать руку матери.

Владимир шёл поодаль и как бы ему не хотелось быть ближе, понимал, что знакомство с сыном ещё впереди. Вскоре они дошли до небольшого ручья, переливающегося в лучах полуденного солнца. Спадая с гладких камней, он образовывал маленький водопад и на месте падения воды, она пузырилась, превращаясь в белую пену.

Глава 7.1

С укором София бросила на него взгляд, понимая что это невозможно. Но Владимир поймал её руку и глазами говорил, что они это сделают и он осуществит мечту сына. Время бежало вперед и им нужно было возвращаться домой. Они шли молча, Алёша шагал вперед, изредка оглядываясь на них и было грустно осознавать что эта встреча так быстро подошла к концу.

- Не хочу отпускать вас, - произнес Владимир и София сочувственно посмотрела на него.

- Володя, обещай мне, что ты не будешь встречаться с Ярославом, - она остановилась и пристально посмотрела, а он лишь ухмыльнулся.

- Чего ты боишься? – Спросил он, - если бы ты знала, с каким удовольствием он заявил тогда, что ты его жена…

- Пообещай, - настаивала она, не двигаясь с места.

- Если тебе станет легче, то хорошо, обещаю, - он потянулся к ней рукой и коснулся её запястья, - я бы не стал тебя так подводить.

- Тебе не стоит идти дальше, - сказала она, - нас ждет коляска, как бы кучер не доложил…

- Как скажешь, - произнес он. - Прочти письмо, я буду тебя ждать тебя завтра.

- Это безумие, - прошептала она, оглядываясь, точно за ними следили.

- Ты и есть моё безумие и не важно уже ничего, - ответил он, а после паузы продолжил, - я знаю ты придёшь.

Владимир с тоской наблюдал, как они исчезали за деревьями в парке. На последок он поцеловал Алёшу , мучительно осознавая, что увидятся они явно не скоро. Он видел, как мальчик потянулся к нему, как ему не хватает отца, как он смотрел на него с восхищением и от расставания остался горький осадок. Татьяна уже нервничала, без конца смотря на дорогу, а когда появилась София она выдохнула. Вскоре все сели на сиденье коляски и тронулись в путь.

- Мне понравился, господин барон, - первым в нетерпении начал Алёша, от чего они переглянулись.

- Хорошо, дорогой, - поцеловав в макушку сына, ответила София, поглядывая на Татьяну.

- Он придёт к нам? Я покажу ему всех солдатиков своей армии, - в надежде просил он.

- Я не знаю, милый, - запинаясь ответила София.

Алёша без умолку рассказывал няне о бароне, как они гуляли, видели рыбок и что он обещал покататься с ним на лодке. Только сейчас, видя как мальчик восхищен своим настоящим отцом, София в панике осознала, он всё расскажет Ярославу. От этого ледяная волна страха прокатилась по спине, ежели он узнает ей конец, он не выпустит их больше из дома.

- Послушай, Алёшенька, - с улыбкой просила София, - пусть встреча с господином бароном, останется нашей тайной и не рассказывай ничего отцу. Хорошо?

- Почему? – Округлил он глаза.

- Твой отец не разрешит тебе больше видеть барона. Ты же хочешь с ним играть иногда? – Спросила она.

- Да, он хороший. И я ничего никому не скажу, - пообещал он, обнимая её.

Они подъезжали к дому, когда из кармана тёмно-синего шерстяного платья, София достала конверт, что ей передал Владимир. Она показала его Татьяне и та в испуге приложила к губам пальцы.

- Он назначил мне встречу завтра, - кивая заявила София, - здесь указано где именно.

- И ты пойдешь? – Вскинула брови та.

- Другого мне ничего не остается, - с мечтательной улыбкой ответила София. – Я пойду, побегу… я так устала жить в полусне, без него…

- Но твой муж? – Напомнила та.

- Он мне не муж, - заявила она, прижимая к себе ребёнка, - я никогда не смирюсь с этим нелепым браком.

Возле крыльца их ждал Ярослав, он находился в прекрасном настроении, оттого что сделка по поводу продажи лошадей удалась. Он помог спустится с подножки Татьяне с Алёшей, а руку Софии удерживал, пока не поцеловал в щёку. Но она подхватив юбки, догнала их, не желая оставаться с ним и минуты.

Утро следующего дня Софии принесло воспарение души от предвкушения встречи. Она долго любовалась на себя в зеркало, опуская гребень вниз по каштановым прядям, улыбаясь своему отражению. Она давно не ощущала в себе такой подъем, ей хотелось надеть самое красивое платье, предстать перед Владимиром обновлённой и желанной.

К столу она подошла в голубом с синими вставками по бокам платье и прекрасно знала, что оно ей подходит к глазам. Волосы она аккуратно уложила на затылке, позволяя нескольким локонам струиться по плечам, зная как нравится Владимиру прикасаться к ним. При её появлении Ярослав замер, осматривая с ног до головы, но София даже не посмотрела на него и сразу принялась наливать себе чай.

- Чудесно выглядишь, любовь моя, - протянул он, а сидящая рядом Лейла кивком подтвердила его слова.

- Нынче чудная погода, я подумала прогуляться верхом, - сказала София, наслаждаясь свежевыпеченным пирогом с вишневым вареньем, зная что всё это готовит Лейла.

- Понравилась свобода? – Усмехнулся Ярослав.

- Какой ты догадливый, - парировала она. - В таком случае, я разрешу тебя, - прочеканил он.

Из окна гостиной Татьяна видела, как София запрыгнула в седло и скрылась за воротами. Её распирало желание немедля доложить все Ярославу, она знала что где-то там в лесу Софию ожидает барон Карамазов. Она прислушилась к звукам в доме и не раздумывая побежала к ней в комнату. Ей нужно было найти записку барона, дабы доказать Ярославу правдивость своих слов. Плотно захлопнув дверь, Татьяна устремилась к секретеру, наскоро открывая поочередно каждый ящик. В самом нижнем лежали портреты барона, но их она решила оставить на другой случай, а пока хватит и одного письма, дабы из искры ревности разжечь пламя ненависти. Она присела на мягкий ковер и стала лихорадочно перебирать содержимое каждого ящика, пока не увидела на дне последнего конверт.

С победной улыбкой Татьяна быстро достала письмо, прочитав что встреча назначена в роще, там где они уже встречались она облегченно выдохнула. Теперь Софии не сдобровать, а барону явно не поздоровится от ревнивого мужа. Возле двери она столкнулась с Лейлой и Алёшей, но так спешила, что лишь кинула на них взгляд и направилась в кабинет. Лейла сразу поняла , что произойдет что-то нехорошее, оставалось ждать неизвестно чего и это явно связано с Софией. Татьяна прислушалась возле двери, но не уловила ни единого звука и тогда она несмело постучала. Ярослав недовольно велел ей зайти, вальяжно развалившись на стуле перед стаканом с алой жидкостью. Он вопросительно на неё взглянул вскинув подбородок, а она подошла ближе.

Глава 8

Иди и выбрось всё из головы. У каждого своя дорога. Он свою выбрал. Ты тоже. Они сошлись в одной точке. Теперь должны разбежаться в разные стороны. Это свойство всех дорог. Они всегда расходятся. Л. Ривера «Змеелов».

София, пустив лошадь галопом направлялась к месту назначения. Она была счастлива, предвкушая встречу и уже ничего не имело значения. Ветер бросал в лицо тёплые порывы, разметав волосы по спине, а улыбка светилась на раскрасневшимся лице. Ей хотелось быстрее добраться, чтобы как можно дольше побыть с Владимиром, зная что она ограничена во времени. Она подгоняла коня, казалось пройдёт вечность пока она его увидит. Впереди показалась знакомая роща и она приостановилась, всматривалась вдаль. Потянув на себя поводья, София остановила лошадь и спешилась на том самом месте, где день назад она пряталась от Владимира. Она огляделась, но его нигде не было и София решила, что он ещё не подъехал. Она зашла в тени деревьев и в ожидании тихо пошла вперед. Но не прошла она и десяти аршин, как на пути вырос Владимир. Улыбаясь, он широко распахнул объятия и она не долго думая бросилась к нему. Он крепко прижал её, лихорадочно целуя в макушку, вдыхая знакомый запах, сводивший с ума.

- Ты всё же пришла, - шептал он, продолжая покрывать поцелуями её висок, переходя к щеке.

- Не могла не прийти, - ответила она, закрывая от удовольствия глаза и обвивая руками шею.

В руках замерло её лицо и он жадно проникал глазами в неё, губы слились с самыми желанными устами, что отзывались и требовали не останавливаться. Горячие ладони ласкали спину, опускались к бедру и поднимались к шее, где открытый участок кожи позволял беспрепятственно касаться её. Ненасытными поцелуями он терзал её уста, а оторвавшись припал к шее и она откинув голову, растворилась в этом ощущении неисчерпаемого удовольствия. Исстрадавшись по нему, по его ласкам, что были столь скоротечны, София улетала от наслаждения, что он ей дарил, так смело следуя по её телу. И этот полет ей знаком, там она уже была и всё ей знакомо, а он её проводник и за ним она пойдет куда угодно.

- Ты не забыла меня? – Прошептал он ей в ухо.

- Никогда не забывала, ты мой единственный, - ответила она, чувствуя как он замер возле шеи.

Он поднял её лицо и посмотрел в глаза, а она не могла понять, почему он с укором смотрит не отводя взгляда.

- Тогда почему ты вышла за него замуж? Что тебя заставило? – спросил он, замечая как потух её взгляд.

- Володя, прошу не спрашивай, - она отошла, чтобы не видеть его глаз, что немедля требуют ответа.

- Почему? Если бы ты его любила, не пришла бы сюда, не отвечала мне. Я хочу знать, что тобой двигало? – Он не намеревался отступать и подошёл сзади.

- Не мучай меня, - прошептала София, - я не могу сказать сейчас…

- Как скажешь, - сдался он, - но я обязательно узнаю и в следующий раз ты не отвертишься.

София мучительно думала, что он ей не верит, считая себя преданным и всё же его губы и руки, кричали о любви. Она стояла перебирая пальцами прядь волос, слушая позади его шаги. Что она может? На что имеет право? Кто они друг для друга? Эти вопросы она задавала себе вновь и вновь, получая тишину в ответ.

- Ты очень понравился Алёше, - нарушила она паузу, - он всю обратную дорогу только и говорил о тебе.

- Какое счастье заслужить любовь собственного сына, - ответил он, - я хочу его увидеть ещё раз.

На это она резко повернулась. Владимир стоял прислонившись спиной к березе и смотрел на неё. Его руки покоились в карманах сюртука темно-синего цвета, расстегнутого на все пуговицы, а из кармана жилета выглядывала золотая цепочка брегета.

- Я пока не могу этого обещать, - ответила она вздохнув.

- Завтра я уезжаю в Карамазово, но через пару дней вернусь, - сказал он. – И ещё я видел тебя в два дня назад, ты гуляла в парке, но не решился подойти.

- Ты следил за мной? – Округлила глаза София, на что он улыбнулся.

- Не мог не увидеть, зная где ты живешь, - ответил он. Какое то время он любовался ей, изучая со стороны, замечая неловкость.

А когда она мучительно бросила взгляд, он быстро снял с плеч сюртук и бросил на траву, не в силах быть с ней на расстоянии. И в миг завладев её руками потянул к себе, и они одновременно опустились на застеленную траву. Пальцы его руки прошлись сквозь её волосы, а другой ласкала спину, быстрыми, ритмичными движениями, желая быть везде и сразу. Не отрываясь от губ он опрокинул её на землю, целуя на вытянутых руках, а она приподнявшись ухватилась за его шею. В этом слиянии она чувствовала блаженство, великое счастье от его близости и оно заполняло, подобно кристальной воде сосуд собственной души. Его ласки окрылили, возносили и ударяли по самым потаенным местам, стирая границы осознания реальности.

- Ты любишь меня? – Прошептал он ей в ухо, опускаясь губами к шее.

- Люблю безумно, - отозвалась она, вытягиваясь в струнку под поцелуями.

Теряя контроль он навалился сверху и его рука судорожно рылась в складках платья, желая касаться её везде. А когда он почувствовал в своей ладони её щиколотку, то она медленно поползла вверх, лаская кожу. Рука легла на её бедро и замерла, внутри неё образовались мурашками, от желания разрывающего её на части. И ничего уже не существовало кроме его губ и горячих рук, проникающие даже сквозь одежду.

Сквозь полузабытье София уловила топот копыт и фырканье лошади, совсем рядом, там где она оставила свою. Она напряглась и ухватила Владимира за плечи, они замерли в объятиях друг друга. Тихий голос Ярослава, говорящего с лошадью, заставил её испуганно прижаться к груди Владимира. Он быстро помог ей подняться на ноги и она лихорадочно расправляла подол платья и поправляла помятую прическу, пока он всматривался в чащу.

- О, Господи, - взволнованно шептала она. – Уходи, Владимир. Чего же ты ждешь?

- Нет, я разберусь с этим негодяем, - услышала она сквозь его тяжелое дыхание.

Глава 8.1

Он быстро вывернул карман и достал письмо, демонстрируя его перед ней. Ярослав смотрел на неё с нескрываем бешенством, а его озверелые глаза, заставили София вжаться в стену.

- Дрянь, - прорычал он, размахивая бумагой, - Что это, что? Вот почему нынче мы прихорошились, на свидание к барону бегала…

Всё стало ясно, он знает о встрече. Случилось то, чего она боялась больше всего, а теперича он готов убить её на месте, но она ни о чем не жалела.

- Значит дурака из меня делала, - продолжал он, медленно надвигаясь на неё, - я этого так не оставлю, я покончу с ним, отобью охоту бегать за чужими жёнами …

- Ты свёл нас. Не так ли? – Бросила София, но этого явно он не ожидал.

Он быстро подошёл и схватил её за руку подводя к зеркалу. Его грубые тиски причиняли боль и как не старалась София высвободить ноющую конечность, он лишь сильнее сжимал.

- Смотри. - Шипел он над её ухом, - Хочешь быть шлюхой, при благородном господине? Будь, но знай ежели ты сбежишь, мальчишка останется со мной…

Со всей силы София подалась вперед, освобождаясь от него. Но Ярослав явно не собирался заканчивать, а лишь зловеще хохотнул и подошёл ближе и ничего ей не осталось, как упереться в столешницу секретера.

- Ты решила, что так будет? Как ты посмела показывать нашего сыночка, этому мерзавцу? – Продолжал он, тяжело вдыхая воздух. – Отвечай…

- Оставь меня, - крикнула она, отходя к стене, - я устала от тебя, от твоих угроз… Чего ты хочешь? Я ненавижу тебя, ты сломал мне жизнь…

Шрам на левой щеке заходил под желваками, она не на шутку его разозлила. Софии по-настоящему стало страшно, за себя, за Алёшу, она знала только одно, что заберёт сына при первом удобном случае сбежит.

- Я не позволю делать из себя болвана, - с этими словами он рванул к ней и схватив за плечи начал трясти, точно мешок. – Он никогда, слышишь, никогда не получит ни тебя, ни мальчишку… Я думал ты успокоишься увидев его, ан нет снова за своё … Я покончу с ним, так и знай…

- Убирайся, - крикнула она стараясь сбросить его руки, но он продолжал её мучать. – Я желаю тебе смерти…

Всё в нем содрогнулось и перевернулось, его точно сбросили с обрыва, он замахнулся и с силой удалил её по лицу. От удара София пошатнулась, прижимаясь к стене и рукой схватилась за горящую щёку, не помня ничего от боли. Но видимо и этого ему оказалось мало, а она не сопротивлялась, когда он толкнул её на кровать, озлобленно смотря сверху. Она лежала, свесив ноги на мягкий ковер, не в силах прийти в себя от его жестокости, продиктованной животной ревностью.

- А тепереча, дорогая женушка, ты не выйдешь отсюда, пока я не разрешу, - прошипел он, забирая ключ с её столика.

Она осознала серьёзность его намерения, лишь когда он вставил ключ с обратной стороны двери. Тогда София мгновенно поднялась и бросилась к двери, но услышала лишь щелчок замка, понимая что теперь заперта. Она запаниковала и принялась стучать кулаками, но ей отвечали лишь глухие удары, создаваемые ей же самой. София поняла, что он ей не откроет, когда костяшки пальцев заболели от ударов и она тихо осела на пол подпирая спиной косяк. Жалела ли она? Осталась бы дома, зная что Ярослав всё узнает? Нет и нет. Она бы поехала, помчалась, чтобы сказать Владимиру, что любит, что не забыла его и хочет быть с ним. И даже сейчас униженная, с болью во всем теле, София не сожалела и не сомневалась в правильности своего поступка. Всё это лишь укрепило в ней любовь к нему, намерение исчезнуть из этого треклятого дома, где всё давит, убивает и заставляет ненавидеть. Она вспомнила, что Алёша всё видел, на его глазах Ярослав тащил её, а теперь и подавно неизвестно когда они увидятся.

После случившегося Ярослав быстро исчез за углом, не взирая на испуганный плач Алёши. Татьяна занесла его в комнату, и как могла пыталась успокоить, а следом к ней присоединилась Лейла.

- Это ты виновата, - бросила ей та, прижимая всхлипывающего ребенка. – Ты рылась в её столе и что-то нашла… Ты всё рассказала брату.

- Я? – Вспылила Татьяна, - по твоему изменять мужу, который всё делает для неё и даже не своего ребёнка это нормально?

- Ты знаешь всю ситуацию, - ответила Лейла, - ты не отходишь от Софии, а следом бежишь в комнату её мужа и все передаёшь, а сейчас твердишь о добродетели.

- А ты оказывается следишь? - Ухмыльнулась та.

- Я всё расскажу Софии, - заявила она. На что Татьяна даже не посмотрел и быстро ретировалась, не желая продолжать сей спор.

А Лейле пришлось успокаивать Алёшу, что звал свою мать и твердил что не любит злого отца, уверяя она что та скоро придет.

Утром Владимир покинул дом, что снимал в Турово, чтобы уехать на пару дней. После встречи с Софией и Алёшей, он твердо решил, что не оставил их и заберет от ненавистного мужа. Он постоянно думал, о том почему она вышла замуж за того, кто пытался её убить, но не мог найти ответа. Но это было не столь важно, главное она его любит и это сказали её поцелуи и объятия. Он с улыбкой вспоминал сына, какой он большой и смышленый, как тянулся к нему, доверительно смотря в глаза. От этих мыслей захотелось ближе узнать его, обнять и поцеловать, иметь возможность проводить с ним время, но от осознания, что мальчик называет отцом другого, его передернуло. Владимир успокаивал себя, надеясь что София позволит ему увести их, в этом он и не сомневался.

В Карамазово он прибыл поздно вечером и уже на пороге Степан сообщил хозяину, что его жена не раз спрашивала о нём. Устав с дороги Владимиру меньше всего хотелось слушать недовольства Анны, но на другое не надеялся. Показавшись в гостиной, он наткнулся на Марианну, она обрадовалась хозяину, сообщая что хозяйка сильно беспокоиться о его отсутствии больше положенного. Но он думал о сыне и Софии, решаясь рассказать верной экономке.

- Я видел Софию сына, - заявил он, замечая как та напряглась опуская глаза.

- И что будет теперича? Что вы намерены делать? – Невозмутимо спросила она, хотя по его глазам поняла – он счастлив от этого.

Глава 9

Если отдаешь себя мужчине всю, без остатка – значит, чувство настоящее, а если душа твоя точно замкнутый сосуд – любая связь пуста и ничтожна. Д. Г. Лоуренс

Утром Лейла зашла у брату. Ярослав сидел в кабинете и задумчиво пил чай из белой чашки, он даже не взглянул на сестру, продолжая напряжённо думать. Она вздохнула, вспоминая о вчерашнем происшествием и подошла ближе.

- Я хотела поговорить о Софии, - начала она. – Доколе ты собираешься её там держать?

- Нынче и выйдет, - ответил он, отставляя чашку.

- Алёша спрашивает о матери, - продолжала она, - у него ведь именины.

- Я же сказал выйдет позже, - недовольно огрызнулся тот.

Чуть позже Лейла и Алёша вышли на улицу, день выдался ясным и они направились к парку. Она старалась хоть как-то отвлечь мальчика, рассказывая по дороге сказки и уверяя что нынче он увидит мать. Он весело щебетал, от этой новости радостно и задорно перепрыгивал через ветки или камни, что встречались на пути. Они отдалялись всё дальше от дома, а когда миновали заросший травой родник, впереди показался человек. Лейла крепче сжала руку Алёши, а приглядевшись узнала в нём, барона Карамазова. Мальчик встретился с ним глазами, понимая кто так пристально на него смотрит и ловко выпростал ладонь, бросаясь к нему.

- Господин барон, - радостно воскликнул он.

Лейла лишь тихо ахнула и застыла на месте, наблюдая как Владимир раскрыл объятия ему навстречу. Он высоко поднял ребенка над головой и покружил несколько раз, а затем крепко прижал к груди. От увиденного у Лейлы подкосились ноги, она беспокойно оглянулась, опасаясь лишних глаз. Радостный смех Алёши привел её в чувство и она подошла к ним, напряженно улыбаясь ему.

- Я Лейла, - несмело произнесла та.

- Владимир Иванович Карамазов, - представился он. – А с этим юношей, мы уже знакомы.

Хлопая ресницами Лейла наблюдала как мальчик смело обнимал барона, трогая его тёмные локоны, точно такие как и у него самого, внимательно смотрел в глаза и обводил пальцем камень запечатанный в широкий перстень. Она видела, как они удивительно похожи, как тянутся друг к другу и с сожалением думала, что им не суждено быть вместе.

- Как София? – Спросил Владимир и девушка испуганно подняла глаза.

- Она… У неё… - Запнулась та, подбирая слова. – Всё хорошо. Вам лучше уйти, могут заприметить.

- Она в доме? – Продолжал он.

- Да. Но вам лучше не создавать ей проблем, - пролепетала она, оглядываясь по сторонам.

- Пожалуй ты права, - согласился Владимир, поглядывая на сына. – У меня просьба, передай ей вот это.

Он достал из кармана сюртука конверт и протянул Лейле, стоящей напротив. Она несмело его взяла и быстро спрятала его в кармане серого платья.

- Алёша, пожалуй нам пора, - позвала она мальчика и он прижимаясь к барону грустно на него посмотрел.

- Пойдёмте с нами, я покажу вам своих солдатов, - заявил Алёша.

- В следующий раз. Хорошо? – Со вздохом ответил Владимир.

Он поцеловал сына и отпустил к Лейле, с грустью наблюдал как они скрылись за деревьями. Они зашли в гостиную, где их ждал Ярослав. Он наблюдал удивленными взглядом за счастливым Алёшей, явно не понимая что его так радует.

- Мы видели господина барона в парке, - радостно поделился он, когда Ярослав к нему подошёл.

- Да что ты? – Протянул тот, сверкнув глазами в сторону испуганной Лейлы. – Вот так встреча. А теперича ступай к себе…

- Я предложил со мной поиграть, - продолжал мальчик.

- Что велено? Иди к себе, - он строго указал ему на дверь и испуганный ребёнок быстро скрылся за дверью.

Раздувая ноздри, Ярослав шагнул к перепуганной Лейле и со всей силы ударил её по щеке. От удара она пошатнулась и если бы не его рука, притянувшая её за локоть, то девушка рухнула бы на ковер. Он начал её трясти, из глаз брызнули слезы, орошая смуглую кожу, а его руки продолжали удерживать в железном кольце.

- Как ты посмела? – Рычал он, слушая всхлипы сестры. – Кто позволил с ним разговаривать?

- Он появился внезапно. Алёша подбежал к нему сам … - отчитывалась Лейла.

- Проклятье, - он разжал руки и она отбежала от него. – Я проучу его. Узнает каково это ошиваться подле чужой жены… А ты не слово моей ненаглядной. И не смей выходить из дому с мальчишкой.

После произошедшего Лейла в слезах спряталась в комнате, пряча подальше письмо. Она напряженно думала, стоит ли отдавать его Софии или ничего не говорить и пусть будет что будет.

Ярослав направился к Софии, он хотел положить конец их вражде, тем паче нынче именины Алёши. С утра он выбрал самого молодого жеребца в конюшне, которому не было и года, намереваясь подарить его мальчику. От того, что случилось ему было не по себе, он не хотел причинять боль любимой женщине, но ревность ослепила, лишила рассудка и он уже жалел о своём поведении. Некоторое время он стоял возле её двери, прислушиваясь к звукам, но ничего не услышав достал ключ из кармана и вставил его в замочную скважину. София сидела в глубоком кресле, ожидая что о ней вспомнят. С утра она заметила синяки на плече он пальцев Ярослава, ссадину на ладышке, от столкновения с периллой лестницы и до сих пор чувствовала боль от пощечины. Ей казалось она разбита на сотни частей, а собрать себя не хватало сил, в ней растоптали собственное достоинство и только желание убежать отсюда укрепилось. Все мысли сводились к Алёше, она ненавидела Ярослава за жестокость, что он развернул на его глазах.

Когда в двери повернулся ключ, София напряженно выпрямилась. Ярослав вальяжно зашёл в комнату и довольно посмотрел на неё. В ней закипела ярость, но она её обуздала поднимаясь с кресла, пытаясь быть умнее, ради сына.

- Ты свободна, моя любовь, - протянул он.

- Не думай что я когда-то забуду о твоей жестокости, - вскинув голову София подошла к окну, только бы не видеть его довольное выражение.

- Ты сама виновата. Ты встречалась с бароном, показывала нашего сыночка, а теперь жалуешься, - он смотрел ей в спину, не надеясь на прощение.

Глава 9.1

Попросив конюха остановиться в начале старого парка, Татьяна сошла с телеги. Она огляделась и поспешила к разрушенной церкви, минуя каменные ворота. Холодное майское утро заставляло вздрагивать под порывами ветра и она сильнее куталась в шерстяную накидку. Впереди неприветливо показалась разрушенное строение и она остановилась возле главной дороги, посматривая вдаль.

Вскоре подъехала карета и остановилась неподалеку. Татьяна спряталась за массивным дубом не желая быть увиденной раньше времени, наблюдая как с высокой подножки при помощи слуги спустилась барышня. Её вишневое платье и шляпка в цвет, бросились в глаза своей роскошной кружевной отделкой, а светлые локоны воздушными облаками лежали на плечах, придавая ей холодный образ. Она осмотрелась и подошла к церкви, спрятав руки под пелериной, что доходила до талии. Татьяна осторожно подошла сзади, но под ногами хрустнула сухая ветка, выдавая её присутствие. Та резко повернулась, уставив удивленные глаза.

- Анна Сергеевна? – Татьяна гордо вскинула голову и выдавила улыбку.

- Ты кто такая? – Аннет хлопала ресницами оценивая незнакомку.

- Не будем забегать вперед. Ассигнации при вас?

Анна нахмурила брови, застыв на месте после её слов, не понимая ровным счётом ничего. Она ждала шантажиста, а видела перед собой скромно одетую с надменным видом девушку, требующую денег.

- Вижу вы язык проглотили. Что ж тогда я объясню – это я вам писала те самые письма с просьбой прислать средства взамен на моё молчание, - жестикулируя руками объяснила она пораженной Анне.

- Ты? – Выдавила она, - но откуда тебе знать о моём муже и откуда у такой как ты доказательства, способные опорочить мою семью?

- Будьте уверены они есть. Я знаю ваш супруг готов вас бросить ради безродной девице, от которой без ума и она даже сына ему подарила, а вы вот не в состоянии… - Татьяна остановилась, понимая что сейчас наговорит лишнего.

- Замолчи, - бросила Аннет, а ногти врезались в кожу ладоней, спрятанных под пелериной. – Откуда ты это знаешь?

- Вижу вы мне верите? Я требую ту самую сумму, а иначе завтра все узнают что семейка вашего мужа полна неблаговидных поступков и со всем будет покончено, - Татьяна чувствовала свое превосходство и видела испуг баронессы.

- В таком случае, мне остаётся отдать тебе ассигнации, - протянула она, попирая свою злость на девицу полную наглости. – Пройдем к карете, я оставила их там.

- Я могу подождать здесь, - заявила та, на что Аннет усмехнулась.

- Две тысячи – огромная сумма, я не могу расхаживать с ней по заброшенному парку, - с улыбкой ответила та, - следуй за мной. И как тебя? Ты даже не представилась.

- Татьяна, - отозвалась она, несмело ступая за баронессой.

Анна поджимала от злости губы, косясь на спутницу и готова была её придушить на месте. В ней кипела ярость, давила в груди ненависть, но радовало что верный Амадеус ждёт в экипаже, жаждущий освободить свою госпожу от шантажиста. Ей и в голову не приходило, что им окажется девица, да ещё и непонятного происхождения. Но одно не давало покоя, кто она и какое отношение имеет к Владимиру и что за доказательства, способные уничтожить его репутацию.

- Сядем и поговорим спокойно, - сказала Анна, когда они подошли к карете.

- Зачем это? – Татьяна не собиралась вести беседы с баронессой и намеривалась лишь забрать ассигнации.

- Сядем и я всё отдам, - она махнула вознице, тот быстро распахнул дверцу и опрокинул перед ней подножку.

С помощью слуги, Татьяна поднялась на ступеньку оказываясь внутри, а к её неожиданности рядом оказался крепкий на вид мужчина и пристально на неё смотрел. От его взгляда внутри всё похолодело, но отступать было поздно. Она несмело уселась на обитое бархатом сиденье, наблюдая как Аннет расположилась напротив.

- Вот ты и в клетке, птичка, - прошипела она, лишь только захлопнулась дверца и они остались втроём. – А теперича ты все расскажешь, как на духу и не смей мне лгать.

К ужасу Татьяны, Амадеус достал револьвер и угрожающе поднял вверх, наблюдая страх в глазах девушки. Анна наслаждалась сей зрелищем, девица у неё в руках и без объяснений она не выйдет отсюда.

- Вы хотите меня убить? – Пролепетала побледневшая девушка.

- Вопросы буду задавать я и не советую обманывать, - прочеканила Анна.

- Моя госпожа не выносит лжи, - добавил Амадеус, опуская оружие.

- Итак, - продолжила баронесса, поправляя шелковое платье, - Кто ты? Откуда взялась? Кто рассказал о моём муже и той девице?

- И что в получу? Вы отдадите всю сумму? – Растерянно спросила Татьяна.

- Сумму? – Она зловеще хохотнула и ей вторил Амадеус, наставляя на девушку револьвер. – Неучто ты думала, что я заплачу тебе и дело с концом? Ты просто слабоумная, ежели взаправду решила, что я испугаюсь тебя.

- Но что я получу? – Пыталась не потерять самообладание от страха Татьяна.

- Свою жалкую жизнь, недотёпа, - вспылила Аннет, с презрением сверкнув глазами. – Немедля говори кто тебя подослал?

- Никто, я сама додумалась до шантажа, - вздохнула девушка, понимая что весь план провалился.

С тех самых пор, как она по настоянию отца Георгия пошла служить в дом Ярослава и узнала историю Софии, то с каждым днем в её голове зрел план. София делилась, как тот заставил её выйти за него, выкрав ребёнка, как она любит барона, как Анна пыталась избавиться от неё, узнала она и про письмо и про их отношения, причём со всех сторон. С каждым днём, Татьяна обдумывала как лучше поступить, София рассказывала про то время, как она жила под покровительством барона и как он был готов оставить невесту ради неё. Удручала несправедливость, она дочь старого барона, но её удел прислуживать и терпеть бессонные ночи из-за чужого ребенка, в то время как её братец живет не зная нужды.

При жизни её отец, познакомил со своим поверенным и завещал крупную сумму и небольшое поместье в придачу. Он оставил документ в сейфе дома, а когда внезапно умер, то Владимир, сколько бы она ему не писала, с просьбами отдать бумагу, оставлял без ответа любое послание. Арсений Григорьевич, тот самый поверенный как мог опекал её, пытаясь убедить его огласить завещание и обеспечить девушку до конца дней. Но тщетно, молодой барон, наотрез отказался общаться с ним, запрещая обращаться с подобными просьбами. Обида и злость, копились в душе Татьяны, она ненавидела сводного брата и мать, что променяла её на чужого ребенка. Это сделало её озлобленной и мечтающей о лучшей жизни, тем паче у неё было то, что могло доказать свою родословную.

Глава 10.

Не сбежишь от бесконечности, убегая к другой бесконечности, не убережешься от встречи с тождественным, пытаясь отыскать иное. У. Эко «Маятник Фуко»

- Я сама всё спланировала, - продолжила Татьяна.

- Откуда ты взялась? – Громко спросила Аннет.

- Я служу в доме Ярослава, - ответила та, - София его жена.

- Ты служанка? – Ухмыльнулась она, не в силах осознать что девица сама додумалась до хитроумного плана.

- Я няня её сына, - отозвалась Татьяна, - София всё мне рассказала про вас, барона, про то как она и он…

- Это она тебя подослала? – Оборвала в нетерпении баронесса, нервно отбивая пальцами дробь.

- Что вы? Она о вас и знать не хочет, а вот о вашем муже, - уголки её губ поползли вверх.

- Что ты себе позволяешь? – Бросила та, яростно ударив кулаком по сиденью.

- Вы можете меня убить, но один человек всё знает и вы окажетесь виновной, - теперь Татьяна чувствовала преимущество и удобнее уселась на месте, смотря на пораженную баронессу, чему была несказанно рада.

- Отвечай по делу, - осадил её Амадеус, наставив оружие, но под суровым взглядом хозяйки замолчал.

- Так вот София ни сном ни духом о нас с вами, - продолжила девушка, - я всё расскажу. Я имею прямое отношение к вашей теперешней семье – я сестра вашего мужа…

- Что ты мелишь? – Вспылила Аннет, но Татьяна закивала, подтверждая свои слова.

- Да, да я сводная сестра барона Карамазова. – Не без удовольствия заявила та, - моя мать и отец Иван Андреевич любили друг друга. В то время она работала в его доме и от той связи родилась я. Он признал меня и помогал до самой смерти и даже написал письмо, где признает меня своей дочерью. И знайте оно до сих пор при мне и я готова показать его всем, обвинив барона и тогда его репутации конец, а в том числе и назначение…

- А ты намного хитрее. Знаешь поначалу я тебя недооценила, - ухмыльнулась Аннет, поражаясь не столько родству, сколько её хитрости. - Кто твой сообщник?

- Поверенный в Луге. Вы отдали ему письмо, где мы условились, - ответила девушка.

- Как же я не догадалась. – Протянула та. – Зачем всё это?

- У барона есть завещание, токмо он не желает меня знать, поелику я решила таким способом забрать хоть сколько то, - она вздохнула. – И да будет вам известно ваш муженёк виделся с Софией и своим сыном. Незавидная у вас участь, а я вам могу помочь по-родственному, а вы мне…

- Быть не может. Что ты ещё знаешь? - Анна тяжело задышала, представляя что всё начнется заново.

- Что Ярослав в бешенстве и готов пустить пулю в лоб барона. София ждет случая сбежать от мужа, хотя тот принял мальчишку и чего ей только не хватает, окаянной. Так что, госпожа баронесса, вам не выгодно меня порешать и я готова вам услужить. – Деловито закончила та.

Анна слушала, всё больше поражаясь сей истории. Её брак вновь оказался в опасности и она это подозревала, ещё когда Владимир уехал внезапно и как оказалось к Софии. Но не собиралась сдаваться, тем паче должность предводителя требует безупречной репутации, а он не станет размениваться такими вещами.

- А я всё думала откуда у моего мужа страсть к безродным девкам. Как оказалось – это наследственно. – Произнесла Анна, - знаешь, а я тобой восхищаюсь, спланировать такое, даже я бы не додумалась. Пожалуй, мы с тобой поможем друг другу.

- Я знала, вы меня поймете, - хитро улыбнулась Татьяна.

Анна потребовала рассказать где живут Ярослав и София и отпустила девушку, пообещав что вскорости найдет её. Покачиваясь на рессорах кареты, Аннет обдумывала как ей быть дальше. Амадеус знал, что хозяйка напряжена и молча наблюдал за ее сосредоточенностью.

- Что вы намерены делать? Вы ей верите? – Нарушил он тишину между ними.

- Более чем, - отозвалась она бросив на него взгляд, - надобно любым способом забрать у неё то письмо, а иначе это может выйти дорого.

- Что прикажите. Найти девицу? – Встрепенулся поляк, полный решимости ей угодить.

- Пока нужно разобраться с Владимиром и встретиться с цыганом, - она вскинула подбородок и в её глазах заиграл лучик солнца, пробиравшийся сквозь занавеску. – Я не могу подвергать свой брак опасности.

Показывая Алёши азы рисования, София думала как увидеть Владимира. В письме он написал, что нынче будет её ждать, она поделилась с Лейлой, в та пообещала, что всё придумает сама. Думая о ней ей становилось совестно за себя. Все годы что она здесь жила, без конца прогоняла, а теперь та не держит зла и готова помочь. Вздыхая София, смотрела в окно, не замечая как мальчик слез со стула и открыл ящик секретера. Он искал бумагу, для рисования, а когда в его руки попали рисунки с портретами Владимира, он радостно подскочил к матери.

- Мамочка, я нашёл господина барона, - громко заявил Алёша, показывая их.

- Тише, дорогой, - она взяла рисунки и с улыбкой посмотрела. – Ты узнал его?

- Да, он хороший, - закивал мальчик. – Я хочу, чтобы он пришёл.

«Если бы ты знал, любовь моя, кто для тебя господин барон, думала София, глядя как сын интересуется своим настоящим отцом.» Она с болью в сердце забрала их и спрятала в ящик, пообещав что он увидит его и они поиграют вместе.

Постучала Лейла, на её смуглом лице заиграла улыбка, при виде рисующего Алёши. Он помахал ей рукой и принялся за дело, выводя фигуру неведомого животного.

- Я написала от имени князя Орлова, будто он ждет у себя по срочному делу, - тихо произвела Лейла. – Должно быть сейчас Слава уже читает его.

- Ах, Лейла, - София бросилась к ней в объятия, чувствуя ком в горле, - ты так рискуешь.

- Я хочу тебе счастья, - отозвалась та, - как только он уедет, поезжай и ты. Можешь задержаться, а я что-то да и придумаю.

- Прости что я так с тобой, - обнимая её твердила София. – Я так виновата, а ты ради меня на такое.

- Полно, ты моя подруга и всегда ей была, - вздохнула Лейла, - я видела, как барон и Алёша тянутся к друг другу и ты его любишь. Если надобно я тебе с ним сбежать помогу.