Приключения Василисы.

Глава 1

Светлана Велесова

Приключения Василисы, или Как царевна-лягушка за счастьем ходила

ГЛАВА 1

Лисса шла по ночному городу. Упругие струи дождя хлестали по лицу, но она не обращала на это никакого внимания, лишь презрительно кривила губы, когда незадачливые прохожие, застигнутые разбушевавшейся стихией врасплох, пробегали мимо, пытаясь сумками прикрыться от ливня. Те, кто совсем отчаялся, искали спасения в небольших ресторанчиках, которые зазывно сверкали неоновой рекламой, предлагая промокшим и озябшим людям тепло, уют и приличный ужин за умеренную плату.

Парень с девчонкой, хохоча и перепрыгивая через лужи, пробежали мимо Лиссы, чуть не вытолкнув ее на проезжую часть, хорошо хоть она вовремя успела отскочить, иначе могла оказаться под колесами автомобилей. Из-за поворота с ревом умирающего динозавра вырулил старенький «шевроле», и, подняв тучи брызг, пронесся мимо, чуть не обдав ее грязью. Погрозив наглецу кулаком с зажатыми в нем сандалиями, Лисса ускорила шаг и, пройдя полквартала, свернула в парк.

Территория парка была огорожена высокой каменной стеной, погруженные во тьму аллеи выглядели пустыми, мрачными и унылыми. Мало кто отважится гулять по узким извилистым дорожкам под проливным дождем, да еще ночью, в практически неосвещенном месте. Неуверенно остановившись у кованых ворот, Лисса оглянулась назад, туда, откуда доносились звуки ночного города.

Может не стоит так рисковать и лучше вернуться обратно? Там люди, не то, что здесь. Хотя нет, вон парочка таких же сумасшедших, как она. Пристроились на лавочке подальше от фонарей, и страстно целуются, невзирая на ливень.

Улыбнувшись, Лисса сильнее сжала в руке сандалии и пошла через парк по давно знакомым тропинкам. Оживленные улицы остались позади, и тишина, нарушаемая только шумом дождя в кронах деревьев-исполинов, окутала ее со всех сторон. Дождя и темноты девушка не боялась, а вот непонятный шорох в кустах заставлял то и дело оглядываться и ускорять шаг — ей постоянно слышались чьи-то торопливые шаги.

Опасаясь в темноте порезать ноги об осколки бутылок, Лисса присела на скамейку, чтобы обуться. Она как раз застегивала последний ремешок, когда в поле ее зрения оказались мокрые удивительно чистые мужские туфли и край таких же мокрых, но еще хранящих следы глажки брюк. От страха сердце екнуло и провалилось... Кто сказал: в пятки? Дурак он был или никогда так не боялся. Сердце упало в желудок, вызвав спазм и рвотные позывы.

— Выходите за меня замуж, — прозвучал над ее головой мягкий баритон.

От подобного заявления Лисса чуть не опрокинулась с лавки, носом прямо в эти самые чистые туфли. А может, все-таки рухнуть? Прикинуться, что упала в обморок от столь нелепого предложения? Нет, не вариант. Мало ли что за псих ей встретился? Может, он из той породы насильников, которым нравятся девушки в обмороке. Эх, ведь чуяла же одним местом, что не стоит соваться в парк в такой час, так нет, понесла нелегкая.

— Я не выхожу замуж за черные ботинки, — ляпнула Лисса и тут же прикусила язык. Теперь ее не только изнасилуют, но и убьют самым зверским образом, и начнут ее убиение с отрезания длинного языка, который вечно мелет прежде, чем его хозяйка успеет подумать.

Сверху послышался сдавленный смех и бархатный голос произнес:

— А за того, кто обут в черные ботинки, пойдете замуж?

Некстати вспомнился фильм про одного маньяка, который точно так же заманивал невинных дев обещанием жениться, а потом, обрядив в свадебное платье, препарировал в подземной лаборатории. Холодок страха пробежал по спине, заставив девушку очнуться от непонятного оцепенения и трезво оценить ситуацию. Бежать и драться бесполезно — это очевидно. Не дал ей бог ни силы, ни роста, ни умения постоять за себя. Обычно в шумной компании студентов всегда находился тот, кто мог это сделать лучше нее. А сегодня все друзья-подруги, испугавшись ливня, остались в родной общаге, отказавшись вместе с ней мокнуть под дождем. И что остается несчастным беззащитным девушкам? Правильно, пойдем за маньяка замуж.

Лисса с особой тщательностью застегнула сандалию. На всякий случай проверила вторую: крепко ли держится и не соскользнет ли в самый неподходящий момент, когда она будет от жениха драпать. И только после этого разогнулась и поднялась с лавки, чтобы как следует рассмотреть хозяина ботинок.

Хорош, что тут скажешь... Высок, силен и агрессивен, как притаившийся в засаде зверь. Через левую руку перекинут мокрый пиджак. Черная шелковая рубашка обрисовала прекрасную мускулатуру. Стоп, если он настолько промок, значит идет за ней давно, а не поджидает первую попавшуюся жертву, спрятавшись среди деревьев. От этой догадки стало еще страшней. Лисса поспешила подхватить потенциального супруга под локоток и чуть ли не силой потащила за собой по дорожке вглубь парка.

— И как вы намерены это сделать? Ведь уже ночь. Или отложим на завтра? — она несла всякую чушь, не позволяя буйному воображению рисовать ужасные картины.

— Э... что именно? — видимо, парень готовился долго и упорно ее упрашивать, а тут такая удача — она на все согласна. Есть от чего растеряться.

— Как что? — возмутилась Лисса. — Конечно, жениться! Или ты рассмотрел меня получше, передумал и решил взять свои слова обратно?

Глава 2

ГЛАВА 2

Нет, ну вы можете себе представать, чтобы Иван, да еще и царевич женился на жабе! Фе-е-е, какая гадость! Да она бы сама на себе не женилась, побрезговала, а тут такой красавец-мужчина.

А уж как не мог поверить во все это священник (кстати, тот же самый, который три часа назад венчал ее с Кощеюшкой), когда дружинники в древнерусском прикиде во главе с Иваном-царевичем постучались к нему домой, вытрясли из кровати, по-военному споро упаковали в рясу, сунули в трясущиеся потные ладони требник (книга такая, по которой священник требы проводит — венчания там, крестины и прочее) и на руках внесли в Храм Божий. И как чувствовал себя ошалевший батюшка, потребовавший предъявить невесту и узревший вместо нее... Так громко Лисса еще ни разу за всю жизнь не квакала.

И вот итог этой странной ночи (пошла, называется, погулять): она — жаба. И сидит эта самая жаба на плече у своего второго мужа, судорожно вцепившись лапками в плащ и пытаясь удержать равновесие и не свалиться. Ведь упади она — в лепешку расшибется. За Иваном-царевичем строем топают дружинники, выбивая подбитыми железом сапогами искры из мостовой. Вид у воинов настолько торжественно-вдохновленный, словно они не невесту у злодея отвоевали, а Куликовскую битву выиграли. Надо ли говорить, что дружина привлекала внимание? Хотя народ странным зрелищем, похоже, не удивишь — прохожие, завидев непонятное шествие, сразу начинали озираться по сторонам в поисках кинокамер. Видно, считали, что на этой улице очередной исторический фильм снимается.

— Иван! — ноль реакции. — Ива-а-ан! — во все горло проквакала она ему в ухо.

— Чего тебе, Василисушка?

От такого неожиданного обращения ее лапки все-таки разжались, и она полетела прямехонько в руки второго мужа. Хорошо хоть поймать успел, а то бы шлепнулась об асфальт и расшиблась насмерть.

— Осторожно! — парень опять водрузил ее себе на плечо.

— Ква... кхе... кха... Послушай, царевич, а ничего, что я уже за Кощея замуж вышла? Я понимаю, что священник меня не узнал, но ты-то должен понимать, что двоемужество запрещено законом, — уцепившись задней лапкой за кольцо кольчуги, она продемонстрировала ему обе передние конечности с волшебным образом уменьшившимися обручальными колечками, ни одно из которых упорно не желало сниматься.

— Это ничего не значит. То, что произошло в твоем мире, можно считать всего лишь помолвкой. Настоящая свадьба будет дома, во дворце царя-батюшки. Просто считай, что у тебя два претендента на сердце.

— А почему руку пропустил? Ишь ты, шустрый какой, сразу на сердце замахнулся. Может, я Витьку люблю из второй общаги?

— Никого ты не любишь, Василиса, — царевич даже остановился, чтобы опять взять ее в руки, поднести к своему лицу и заглянуть в душу синими, как само небо, глазами. — Иначе бы колдовство не подействовало, и ты бы смогла с легкостью снять оба колечка.

Лисса тут же спрятала обе лапки с украшениями под брюшко, а этот гад ей подмигнул и расплылся в улыбке. Не, у Кощея улыбка тоже была потрясающая, но царевич... Если так пойдет и дальше, Коша в битве за ее бедное сердечко проиграет даже раньше, чем они доберутся до портала. 

— Мне в общагу надо.

— Зачем?

— С Анькой попрощаться. Вещи кое-какие взять. Я же не всегда буду лягушкой, — Лисса на это очень надеялась. — И если я правильно поняла план действий, дорога нам предстоит долгая, и возвращения обратно не планируется. 

— И как ты себе это представляешь? — подумав, царевич, чтобы предотвратить возможные новые падения, засунул «жену» за пазуху и надежно прикрыл плащом от любопытных взглядов.

Лисса задумалась… Даже одного Кощея протащить в общагу, как она раньше хотела, — дело не из легких, а уж про царевича и его дружину даже квакать бесполезно. Комендантша в два счета всех мужиков сдаст в психушку, а ее отправит на живодерню. Да и Аню придется долго убеждать, что милая жаба не зеленый глюк, а ее лучшая подружка. Выход из ситуации не придумывался, и Лисса была вынуждена признать:

— Каюсь, глупая была мысль.

— Зато хорошая.

— В смысле? — встрепенулась она, боясь поверить в то, что ей, возможно, повезет в последний раз увидеться с подругой. — Ты действительно отнесешь меня в общагу?

Покинув предоставленное убежище, она опять вскарабкалась на плечо и заглянула в глаза парню, боясь, что ее обманут. Но царевич, похоже, не шутил.

— Видишь ли, Василиса, — Иван, помялся, словно ему было стыдно в чем-то признаваться. Воевода, исполняющий при дружинниках роль командира, фыркнул и отвернулся, будто и не ожидал от него другого.

«Странная у них субординация», — пронеслось в голове у Лиссы. Но додумать мысль ей не дали — слова царевича просто огорошили девушку:

— Кощей использовал возвратную силу нашего портала, — чтобы до Лиссы дошел весь масштаб трагедии, Иван произнес с нажимом: — Нашего единственного портала.

Через минуту, которая понадобилась на то, чтобы осмыслить сказанное, Лисса разоралась в самом прямом смысле слова, забыв, что порядочной лягушке полагается не вопить, а квакать. 

— Ты не Иван-царевич. Ты Иван-дурак!

— Не смей оскорблять царева сына, — возмутился от такого хамства воевода.

Глава 3

ГЛАВА 3

— Не к добру это, — Славий сунул Лиссу обратно в шлем (да что это за произвол и ущемление свободы), она даже квакнуть не успела, зажал головной убор царевича в зубах, ухватился за скрученные покрывала и в мгновение ока взобрался по стене. — А ну, подождите пока убивать друг друга, — рявкнул он, влезая в окно и становясь между Иваном и Анютой.

Выпущенный изо рта шлем стукнулся о подоконник, загудев как колокол. Лисса чуть не оглохла, вывалилась наружу и, шатаясь, отползла подальше, пока ее опять туда не засунули. Сфокусировав взгляд, она смогла наблюдать странную картину.

Ваня, насупившись, внимательно смотрит на Анюту, словно девушка его только что покусала как ядовитая гадюка. Воевода не сводит настороженных глаз с обоих. Анюта...

Интересно, есть ли предел потрясениям, которые может выдержать человек за такое короткое время и при этом не свихнуться? Вот бы картинно закатить глазки и по стеночке плавно съехать в обморок, а, очнувшись поутру, от души посмеяться над приснившимся кошмаром. Но то ли жабы менее чувствительны к нервным срывам в силу многократного уменьшения мозгов, то ли они вообще не умеют падать в обморок, но Лисса осталась сидеть на подоконнике, с отстраненным любопытством разглядывая подругу.

Аня успела натянуть любимые джинсы и белый короткий топ, оставлявший открытым голый девичий живот. Обуваться она не стала, зато вооружилась. Стоя у двери, как можно дальше от царевича, девушка насмешливо взирала на парней, при этом в левой руке у нее искрилась шаровая молния размером с хороший футбольный мяч, а в правой подруга уверенно сжимала меч. И ни у кого не возникало сомнений — одно неверное движение, и она пустит оружие в дело.

— Ну, здравствуй, Ваня, давно не виделись.

— Аня... — царевич шагнул к ней, и шаровая молния втрое увеличилась в размерах, а девушка заняла боевую стойку.

— Стой на месте, иначе Славию не поздоровится. У него хватит глупости прикрыть тебя собой.

— Я тоже рад видеть тебя, Анюта, — воевода искренне улыбнулся девушке, будто действительно был рад встрече. — Может, поговорим? Мы взрослые люди, неужели не сможем решить все вопросы мирно?

Аня презрительно фыркнула, выражая свое мнение о разумности некоторых присутствующих. Лисса почему-то отнесла к ним и себя, так как совершенно запуталась и отчаялась что-либо понять в происходящем. Ясно было одно: Кощей, Ваня, Анюта и даже Славий давно знакомы, и познакомились они явно не в этом мире. Тогда как же ее встреча с Аней на вступительных экзаменах? А их совместное заселение в общежитие с одновременным выселением из лучшей комнаты бывших владелиц, испугавшихся Аниного меча? Лисса еще тогда сильно удивилась тому, как девушка мастерски владеет оружием. Аня потом призналась, что с пяти лет занимается единоборствами и фехтованием и не намерена прекращать тренировки из-за такой малости как переезд в другой город. Поэтому Лисса не удивилась, что Аня в первую очередь схватилась за меч, но наличие у подруги магических способностей стало для Лиссы настоящим шоком. Как умело надо лгать, чтобы за три года ни единым словом не обмолвиться, что ты из другого мира? Впору рукоплескать и кричать «Браво!» Ах да, у нее нет рук. Вместо них перепончатые лапы.

Ситуация, в которую ее втянули, лишила Лиссу возможности здраво рассуждать, иначе она поостереглась бы кидаться на Аню, когда та в таком гневе. Правда непонятно, из-за чего злится подруга, не ее же, в конце концов, в жабу превратили.

— Так ты все знала? — спрыгнув на пол, Лисса подскакала к Ане и, остановившись в метре от ее босых ног, посмотрела на подругу затуманенными от слез глазами.

— Конечно, она знала, — зло выплюнул царевич, оскорбленный подобной встречей. — Аннирель — сестра Кошшервеля.

Кошшервель? Кощей? Кош? Лисса через силу улыбнулась. И какое из этих имен самое дурацкое?

И тут молния со свистом пролетела через комнату, заставив Славия пригнуться и, едва не задев языкатого царевича. С сухим треском огненный шар врезался в стену, туда, где мгновение назад стоял Ванюша, и, оставив круглое обожженное пятно, с шипением погас. К счастью, особого вреда комнате это не принесло, только слегка обгорели обои, да осыпалась штукатурка, открыв кирпичную кладку. Ерунда, ремонта на два дня.

— Придурок, кто тебя просил языком трепать, — взвилась Анюта и в ее руке опять вспыхнула молния.

— Что, правда глаза колет? Или тебе так понравилось разыгрывать из себя лучшую подругу? Я больше чем уверен, что Василиса понятия не имела, кто ты такая.

— Да заткнитесь вы оба, — Славий бахнул кулаком по шкафу, чтобы привлечь к себе внимание, но не рассчитал прочность ДСП, из которого была сделана мебель. Предмет обстановки с треском сложился у ног воеводы как карточный домик.

Лучшего момента, чтобы очнуться и начать здраво рассуждать, не придумаешь, но видимо мозги перекосило не только у Лиссы. Аня опять швырнула огненный шар в царевича. Ваня едва успел увернуться и спрятался за холодильник. Молния на святое святых не покусилась и, не долетев до хранилища стратегического запаса еды в виде трех сосисок и двух пачек «анакома», истаяла в воздухе.

— Она и есть моя лучшая подруга! А тебе здесь делать нечего!

Аня хотела запустить еще одну молнию, но Славий стоял слишком близко, и девушка не стала рисковать, боясь убить воеводу.

Глава 4

ГЛАВА 4

Поспать этой ночью им так и не удалось. И хотя Лисса провела без сна почти два дня, ничто не могло заставить ее сомкнуть глаза, пока вокруг творится такое. И дождь тут был совершенно ни при чем.

Через некоторое время, показавшееся вечностью, нетопыри наконец-то насытились и, шумно хлопая крыльями, скрылись где-то на болоте.

— Хорошо хоть не в сторону леса полетели, — Славий повел плечами, разминая затекшую спину, но хватки не ослабил. Да девчонки ему бы и не позволили: пусть только попробует их оставить.

— У них гнездо на болоте. Нетопыри его не бросят, — Аня клацала зубами от холода, поэтому ее слова звучали очень тихо. Хотя возможно она просто не хотела привлекать внимание других монстров. Стоило нетопырям исчезнуть, как болотное месиво забурлило, и из его глубин полезли упыри. Лисса от ужаса зажмурила глаза, но потом усилием воли заставила себя смотреть. Врага надо знать в лицо. И если она собирается жить в этом мире, лучше иметь представление о том, какие опасности он в себе таит.

Неожиданно прямо у их острова зашевелилась кочка, и из тины словно вырос упырь. Лисса с трудом заставила себя сидеть неподвижно, только пальцы ног поджала, боясь пошевелиться.

Чудовище действительно было похоже на человека, но это если не приглядываться. Оно вертело лысой головой, вынюхивая добычу. Изо рта торчали острые, как иглы, зубы, нос больше напоминал какой-то клапан. Глаза у монстра были огромные и черные, как топь. Житель болота перенял кое-что и от лягушек, например, склизкую кожу и длинные перепончатые пальцы рук и ног. Упырь легко передвигался по поверхности воды по-пластунски и вскорости уполз, опять нырнув в глубину.

Лисса старалась не шевелиться, потому как рядом с ними то и дело всплывали все новые монстры. Упыри замирали, приглядываясь и принюхиваясь к чему-то, а потом стремительно, поднимая тучи брызг, кидались на лягушек, змей и мелких рыбок, заглатывали добычу и возобновляли охоту.

— Аня, твоей силы хватит, чтобы прикрыть нас до утра? — Лисса говорила очень тихо, едва шевеля онемевшими от холода губами.

Она понимала, что ответ ей, в общем-то, безразличен. Все равно Аня без колдовства не сможет ничего сделать. И все же хотелось знать точно, чтобы в случае чего успеть помолиться, перед тем как все они обретут вечный покой в желудке упыря. Эх, лучше бы в болоте утонула — хоть не так страшно.

— Сил-то хватит, только постарайся поменьше дрожать, качает.

Лисса вымученно улыбнулась. И как еще Аня шутить умудряется? Но, как ни странно, в этой страшной ситуации, в которую они попали, юмор подействовал успокаивающе. Правда, дрожать девушка так и не перестала, это было выше ее сил. Окоченевшее от холодного дождя тело отказывалось подчиняться мысленным приказам.

Ливень перестал лишь под утро. Небо из черного становилось серым, а сквозь тучи пытались прорваться лучи восходящего солнца. Поднявшийся туман скрыл следы чудовищной охоты. Но это было уже совсем не важно, Лисса и так увидела ночью слишком много. И забыть увиденное еще ох как долго не получится. Теперь придется ждать, пока эта белая пелена развеется — выбраться из гиблого места вслепую не получится. Но еще одной ночи с упырями она точно не выдержит.

Всплески на болоте стихли, это болотные жители, испугавшись солнца, спешили скрыться во тьме трясины. Где-то вдалеке прокричала птица, раздался всплеск, и все стихло. «Съели птичку», — поняла Лисса, и почему-то именно эта последняя бессмысленная смерть показалась девушке особенно обидной.

Всхлипнув, она заплакала, уткнувшись в плечо Славия. 

— Лисса, ты чего? — всполошилась Аня. С трудом поднявшись на ноги, девушка потянулась, разгибая онемевшее за ночь тело. — Все же обошлось.

— Я знаю. Это нервное, не обращайте внимания.

Воевода осторожно отодвинулся. Лисса, поняв намек, отстранилась и утерла слезы. Парень  встал и тоже потянулся.

— Костер не разводить, — распорядился он и неслышно растворился в тумане.

— Куда он? — всполошилась Лисса, вглядываясь в белую дымку.

— Освежиться, — хмыкнула наглая подружка. — Нам тоже умыться не помешает. Лисска, идешь? Или будешь прямо тут делать лужу?

Девушка покраснела и отвернулась от подруги. Вот тебе и проза жизни. И хотя в детдоме бывали ситуации похуже, за годы веселой студенческой жизни она успела от этого отвыкнуть. Что ж, похоже, придется привыкать заново. Поборов смущение, Лисса мысленно возблагодарила туман за нежданную подмогу. Пытаясь отогнать от себя грустные мысли, она встала и поплелась за Анькой. Идти было недалеко — весь островок в диаметре метров пять.

Вот странная манера. Всю ночь они просидели под дождем, а привычка по утрам приводить себя в порядок, например, умываться и чистить зубы, все равно толкает к воде, как будто мало ее вылилось на их несчастные головы. Правда, перебороть омерзение и заставить себя прополоскать рот Лисса так и не смогла. Набравшись храбрости, она зачерпнула воды и поплескала себе в лицо — вроде как умылась.

— Ань, а как мы по болоту пойдем? — ее передернуло от ужаса. — Там же упыри сидят.

— Днем они не опасны.

Аня долго собиралась с духом, потом последовала примеру подруги и тоже создала видимость соблюдения утренней гигиены.

Глава 5

ГЛАВА 5

— Ань, мне кажется, Славий от нас сбежал, — девушка обвела недоуменным взором луг, пытаясь отыскать воеводу, но он как сквозь землю провалился.

Та, которой был задан вопрос, уже с довольным видом распласталась на траве и обновляла загар, используя вместо солярия ласковое солнце.

— Брось, Лисска. Никуда он не денется. Ему же за тебя ответ перед царевичем держать. Прогуляется по лесу и вернется. Может, дичь какую добудет, а то есть охо-о-ота, — девушка с подвыванием зевнула, едва успев прикрыть рот ладошкой, и закрыла глаза с явным намерением поспать.

Лиссе вспомнился виртуальный жареный медведь, и она тяжело вздохнула. Есть действительно хотелось, и даже очень. Но все равно странно. Куда может уйти раненый человек?

— Ань, а если ему плохо станет? Ты бы видела, во что эти твари превратили его спину. На ней живого места нет.

— Лисс, тебе делать нечего, кроме как стенать? — Аня приподняла голову, чтобы глянуть на подругу. — Вернется Славий, никуда не денется. Что до его ранений, так если сразу не свалился, то и дальше с ним ничего не будет. У него дар воина, иначе не взяли бы в царскую дружину. И если он в свои годы сумел дослужиться до воеводы, то какие-то небольшие порезы для него залечить на два чиха. Может, он этим сейчас и занимается. Регенерация, знаешь ли, не очень приятная штука, как по ощущениям, так и по виду. Лучше ложись, позагораем, а то бледная как поганка, выйдем из лесу — весь народ распугаешь. Подумают, мертвячка.

Лисса улыбнулась. Аню понесло. Сколько лет молчать о принадлежности к другому миру, а тут, можно сказать, сам бог велел просвещать неразумную. Что ж, будем слушать, все равно другой доступной информации пока нет, так что надо использовать редкие откровения подружки.

Но на этом откровения закончились — девушка попросту уснула. Лисса подумала-подумала и решила последовать ее примеру. Все равно до возвращения Славия заняться нечем. Она стянула с себя изрядно потрепанную воеводину рубаху и разложила нехитрую одежду сушиться, а потом и сама растянулась рядом с подругой.

Аня не права насчет бледности, после ежегодных добровольно-принудительных работ на благо колхозов спина у нее как раз и загорала в точности по очертаниям купальника. Так что Лисса легла лицом к солнцу, закрыв глаза рукой, чтобы не слепило.

— Ань...

— У-у-у, — взвыла подруга.

— Не мычи. Вдруг Славий вернется, а мы тут нудизм устроили?

— И не увидит для себя ничего нового, — огрызнулась Анька и тут же жалобно заканючила: — Имей совесть, дай поспать.

Лисса еще не забыла, что такое совесть и где ее хранят, а потому вытащила старушку из закромов души, стряхнула с нее пыль и заставила трудиться, то бишь замолчала и тоже решила вздремнуть. Не тут-то было. То жук пролетит над самым ухом, прогоняя сон, то кузнечик щекочет лапками голый живот, то цепочка муравьев прокладывает себе путь прямиком через ее ногу. А еще трава колючая и солнце слишком жаркое. В общем, Лисса поерзала, поотгоняла вредных насекомых и решила, что романтика живой природы не для нее. Но едва привстала, как тут же снова рухнула в высокую траву, начисто забыв про давешние неудобства.

Из леса, примерно в ста шагах от подруг, вышли местные жители. Судя по всему, они пришли сюда, чтобы накосить травы.

Вжик — и над разморенным солнцем лугом поплыл ни с чем несравнимый аромат свежести.

Приплыли. И как теперь одеться, если из травы носа не высунешь? Остается только ползком пробираться к лесу в другую сторону, пока не заметили.

— Пс... — Лисса ткнула подругу пальцем в бок.

— Митяй, — голос одного из мужиков разнесся над лугом. — Давай не отставай, а то в самую жару один работать будешь.

— Анька, да проснись же, пора делать ноги.

— Ничего, батя, я догоню, смотрите сами не умайтесь раньше срока, а то еще неизвестно, кто в жару работать будет.

Над лугом пронесся дружный мужицкий хохот:

— Хавроний, видно, мало ты драл Митьку, вон как грубит отцу.

— Не, мы с ним еще дома поспорили...

— Аня! — Лисса затрясла подругу, но та, разомлев на солнце, категорически отказывалась просыпаться, а мужики, рассуждая о том, сколько накосят сена и управятся ли за день, подходили все ближе.

Лисса ударилась в панику. Что делать-то? Что делать? Мамочка. А косы свистят уже совсем рядом, и от запаха травы голова кружится, так и хочется пожевать. Вот бы стать коровой или кобылой, сразу бы вопрос конспирации и пропитания отпал.

Правду говорят: бойся своих желаний. Не успела она проглотить набежавшую слюну, как над головой что-то громыхнуло, и Лисса обнаружила себя стоящей на четырех конечностях, покрытых бурой шерстью и заканчивающихся копытами.

— Му-у-у?

Не успевшая до конца проснуться Анька, услышав истошный коровий вопль над самым ухом, вскочила от испуга и с вытаращенными глазами понеслась по лугу, бешено мыча и хлестая себя хвостом по рябому боку.

Мужики, увидав такое чудо, побросали косы и со спринтерской скоростью рванули к лесу, а потом забрались на самые высокие ветки и засели там не хуже тетеревов.

Глава 6

ГЛАВА 6

В доме было тихо и тепло. Пахло свежим хлебом. В набитых сеном животах расколдованных буренок заурчало, намекая, что поесть не повредит, и не только хлеба, но и мяса или там супа, например. И вообще, это корове сено подавай, а человеку нормальная еда нужна.

Лисса прекрасно сознавала, что прежде чем их покормят, придется изрядно потрудиться, и чтобы лишний раз не думать о еде, взялась рассматривать местный интерьер. Она никогда не была поклонницей срубов, но этот дом… скорее даже не дом, а терем, был каким-то по-особому просторным, светлым и уютным. Вся мебель в нем была добротная, украшенная затейливой резьбой. Наверняка хозяин долгими зимними вечерами, когда нужно себя чем-то занять, предавался любимому ремеслу. Особенно удивили настоящие стекла в окнах. Снаружи окна закрывались плотными ставнями, защищающими зимой от холодного северного ветра. От дощатого пола, натертого воском, исходил едва ощутимый медовый аромат. А чтобы ноги не мерзли, его устилали плетеные разноцветные коврики, по которым было очень приятно ступать босыми ногами.

— Видать, давно вы тут живете, — Аня первая вступила в разговор с хозяйкой. — Дом у вас большой и, сразу видно, обжитой.  

— Как замуж вышла, так и живу, — женщина тепло улыбнулась былым воспоминаниям. — Почитай, годков двадцать будет.

Велена привела девушек на светлую кухню, выходящую окнами во двор, усадила за стол, вручила доски и ножи и поставила перед ними огромную миску, наполненную овощами, фруктами и… да-да, теми самыми грибами, что насобирал Митька. Самого мальчишки слышно не было. Видимо, женщина хотела поговорить без посторонних ушей, поэтому и придумала для сына какое-нибудь задание вне дома.

— Почему вы нас расколдовали? — Лисса вытащила из миски картошку и автоматически принялась ее чистить.

— Не думаю, что вам хотелось в шкуре телок остаться, — женщина суетилась, укладывая дрова в огромную печь.

Лисса фыркнула:

— Конечно, нет. Кто захочет быть коровой, если человеком быть намного лучше.

— Кому как, — Велена подсела к столу и тоже взяла нож в руки. Дело сразу пошло быстрее. — Многие наоборот хотят зверьем навек остаться, уклоняясь от людской доли. Думают, так жить проще.

— Это выбор труса, — девушка не заметила удивленный взгляд ведуньи и насмешливый — Анюты, так как уронила на пол не дочищенную картошку и нырнула за ней под стол.

— А ты смелая, значит, будешь? — хозяйка лукаво сощурила глаза, наблюдая, как Лисса, чтобы не чихнуть, трет нос тыльной стороной ладони. Вот так всегда: от картофельного сока жутко хочется чихать, а потом еще и все руки чешутся. Лисса сунула ладони в миску с водой, чтобы отмокали, заодно можно и помыть картошку и другие овощи. Анька вон уже справилась с грибами. Да и рядом с ведуньей выросла изрядная гора лука и моркови.

— Не то чтобы совсем смелая. Но трудностей не боюсь, — Лисса улыбнулась и поинтересовалась у Велены, что дальше делать с овощами.

— А что дальше? Резать и складывать в горшки. А потом — в печь томиться, получится замечательное рагу. 

Женщина поставила на стол два довольно-таки объемистых горшка, и гостьи стали мелко крошить овощи, укладывая их слоями, пока не наполнили доверху. Велена долила воды, посолила, добавила пряные травы и, проверив печь, отставила будущее рагу в сторону — дрова еще не прогорели.

— Я мусор вынесу, скажите куда, — Аня вскочила из-за стола и начала сгребать в ведро очистки.

— Компостная куча за хлевом. Найдешь дорогу?

«Не оставляй меня с ней наедине!» — Лисса бросила на подругу жалостливый взгляд, надеясь, что Велена ничего не заметит.

«Ей надо с тобой поговорить, а я мигом вернусь. Только я тебя умоляю, не болтай лишнего, нам и так проблем хватает» — мысленно «подбодрила» Аня.

И унеслась, нечаянно ударив себя ведром по колену. Отвыкла от работы за время жизни в техногенном мире… а может и вовсе никогда ничем подобным не занималась. Хм… интересно, а где Анин дом? Хорошо бы надавить на подругу да порасспросить насчет местной географии и обычаев, чтобы ненароком не попасть впросак. Но это потом, а сейчас…

Лисса отвернулась от двери, за которой скрылась Аня, и наткнулась на невеселый взгляд ведуньи. Велена буквально выворачивала ее наизнанку. Внезапно накатил ледяной холод, но не успела девушка заорать от испуга, как все неприятные ощущения отступили.

— Почему не пошла учиться?

— Эм… о… э… да как-то все времени не было. А что?

— Да то, что дар такой силы или запечатывать нужно, чтобы не натворить дел… — Велена наградила ее таким красноречивым взглядом, что Лисса сразу поняла: ее превращение в корову — это сущие цветочки по сравнению с тем, что могло бы случиться. Так может, это она сама себя в лягушку превратила? А появление Кощея и Ванюши просто послужило катализатором, разбудившим ее магический дар? А что? Вполне может быть. Может спросить об этом у Велены? Хотя не стоит. Тогда придется все ей рассказать и про царевича и про дракона Кощея, и про то, что она из другого мира. А Аня просила лишнего не болтать.  — Или развивать, а ты не сделала ни того, ни другого, — продолжила ведунья. — То-то всю нечисть на болоте взбудоражила. Еще бы. Даровая сила, причем в таком количестве. Не удивлюсь, если они за тобой в лес пошли.

Глава 7

ГЛАВА 7

Ночь, холодно, грязь чавкает под ногами. Девушки реквизировали у Митьки сапоги, рубашки и портки (сарафаны для ночной прогулки не особенно подходили), а вот куртки попросить забыли. Хорошо хоть дождь кончился, а то мокли бы сейчас, как те суслики. Вот спрашивается, чего им с Аней в тепле не сидится? Нет, не так. Какого упыря им не спится в мягкой постели до самого утра?

— Митька, можно ли как-то выйти из деревни, не пользуясь порталом? — Аня — идейный вдохновитель похода в лес за силой — оглянулась на плетущегося в хвосте «шествия» паренька.

— Через ворота, но стражи их не откроют до самого рассвета, — ответил тот, ускорив шаг и поравнявшись с Лиссой.

— Вот и чудно, значит нам в другую сторону, — Аня остановилась, поняв, что ее спутники не поспевают за ее бодрым шагом.

Зевнув в кулак и поежившись, Лисса догнала подругу.

— Куда теперь?

Они стояли на перекрестке, совершенно не представляя, куда идти. Лисса была бы рада вернуться, но разве она отпустит Аню одну в лес? Да ни за что на свете. Еще и Митька за ними увязался. Не дай бог с ним что случится, Велена им головы оторвет. Но остаться дома паршивец отказался наотрез, стоило ему узнать, зачем гостьям посреди ночи понадобилась его одежда. Аня шипела на несносного мальчишку как змея и едва не плевалась ядом от злости. Ему, видишь ли, страсть как охота понаблюдать, как ведьмы колдовать будут.

— Туда, — Митька указал налево.

Налево так налево. Лиссе было сугубо фиолетово, куда идти. Все равно придется лезть через забор. И что у нее за карма такая, вечно через заборы лазить?

— Лисска, не спать, — шикнула на нее Анюта, и девушка поняла, что уснула прямо на ходу и не заметила, как они добрались до места — тихого проулка, в который выходили деревенские сады и огороды. Дома были достаточно далеко, поэтому опасности, что жители заподозрят, что у забора происходит что-то неладное, не было. К тому же вокруг была беспросветная темнота, надежный друг всех хулиганов.

Задрав голову, Лисса глянула на частокол в два человеческих роста и удивленно воззрилась на подругу.

— И как высоту брать будем? С разбега или прыжками с места?

— Слету, — усмехнулась Аня. — Давай, Лисска, превращайся в кого-нибудь, кто может перебраться через забор и перекинуть нам веревку.

— В кошку? — без энтузиазма поинтересовалась Лисса. Что-то ей разонравилась Анина затея. Да и не знала она, как превратиться можно, раньше у нее все само собой случалось под давлением обстоятельств. И потом, не одолеет кошка такую высоту. Бревна гладкие, когтями не за что уцепиться. Разве что птица перелетит. Вот бы в лебедя превратиться, а то у нее вечно черт знает кто выходит.

Бух! Бах! Хрях! Лисса шлепнулась в лужу, поднимая тучи брызг белыми крылами.

— Анюта! — взвыла она дурным голосом, понимая, что невольное желание опять исполнилось. Да что же это такое!

Митька от испуга чуть не наступил на нее, замахал руками, пытаясь удержать равновесие, поскользнулся, не удержался на разъехавшихся ногах и шмякнулся на землю.

— Госпожа колдунья!

— Лисска! Ты молодчина! — Аня подпрыгнула от радости, схватила подругу за длинную шею, вытянула из грязевого плена и, раскрутив как спортивное ядро, запустила в небо. «Лебедушка» вошла в штопор, полетев головой в землю. — Дура, крыльями маши! — заорала Аня, пыталась вразумить летунью.

— Да чего вы так кричите! — Митька поднялся с земли и принялся отряхивать портки от грязи, с опаской оглядываясь на дома. Собаки в любой момент могут поднять лай на всю округу. Тогда им точно несдобровать.

Лисса с ужасом поняла, что сейчас врежется в землю. Это мигом привело ее в чувства, и она наконец-то догадалась воспользоваться крыльями. Парой сильных взмахов девушка замедлила падение и, заложив вираж у самой земли, взмыла в небо.

— Йо-хо! — от нахлынувшего восторга клич вырвался сам собой.

Пролетев над садами и крышами домов, старательно огибая печные трубы, Лисса сделала пару больших кругов и закружилась над Аней и Митькой. 

— Анька, это здорово!

— Тьфу на тебя три раза, — с досады выругалась подруга. — Из-за твоих фокусов я чуть с ума не сошла. Давай уже бери веревку и перекинь ее через забор.

Лисса сделала попытку сесть. С четвертого раза у нее все-таки получилось. А борозда в грязи длиной в три метра — это же такая мелочь по сравнению с тем, чем могли обернуться предыдущие попытки. Митька помирал со смеху, схватившись за живот и прислонясь к забору. Аня хихикала, в который раз за ночь, вынимая ее из лужи и отряхивая грязь с крыльев.

— Да не хлопай ты ими, и так всю меня в грязи вывозила, будто я в хлеву со свиньями валялась.

— Я не нарочно, — Лисса послушно сложила крылья и, переваливаясь на перепончатых лапах, пару раз прошлась вдоль забора. Аня сунула ей в клюв веревку и сопроводила свои действия ценными указаниями.

— Перелетишь через забор и сразу превращайся обратно в человека. Закрепи конец веревки за дерево или, в крайнем случае, за крепкий куст. Только выбери такой, чтобы вес человека выдержал, а то свалимся.

Глава 8

ГЛАВА 8

Домой Хавроний гнал сына ремнем, попутно разъясняя Митьке, какой он дурак, раз хватило ума за ведьмами в лес увязаться.

— Тебя могли волки задрать, леший в чаще закружить, мавки насмерть затанцевать. Да мало ли нечисти в лесу водится, охочей душу человека заполучить. А он, и рад, уши развесил, на колдовство ему, видите ли, посмотреть охота.

— Так ведь ничего не случилось, бать.

Услышав, что сын, вместо того чтобы внять родительским словам, еще и огрызается, Хавроний сдвинул брови и зарычал. Митька пустился наутек от вконец озверевшего отца. Велена тоже в долгу не осталась, стукнув любимое чадо скалкой по спине, чтобы слова отца крепче запали в душу.

— Вот я тебя, ирод!

— Ма, не надо. Я все понял, — Митька вертелся юлой, пытаясь ускользнуть от материнского гнева, правда, уворачивался не слишком прытко: мать хоть и лупила, да любя, а вот отец может так ремнем отходить, шкуры живой на спине не останется. А так и наказание получил, и цел остался.

— Что ты понял? Отвечай?

— В лес не ходить, колдовства не видеть, — неожиданно парнишка распрямился и улыбнулся так, что сердце женщины растаяло. — Ма, я больше не буду. Честное слово.

— Ох, Митенька, горюшко мое, — Велена всхлипнула, выронила скалку и обняла паренька, стиснув так, словно задушить хотела.

Хавроний подошел и отвесил сыну подзатыльник.

— Это тебе за материны слезы, оболтус, — и пошел открывать ворота.

Славий отвел Аню в сторонку, пока Велена водила Митьку умываться к корыту у колодца, категорически отказываясь пускать в дом такого замарашку. Лисса тоже остановилась.

— Все еще весело?

Воевода не ругал девушек, даже голоса на них не повысил, а просто глянул грустно и с укоризной. От этого стало так невыносимо стыдно, что захотелось сквозь землю провалиться. Ой! Лисса от ужаса, что сейчас очутится в подземном царстве, зажала рот руками, но к ее великому облегчению ничего не случилось. Амулет, что подарил ей леший, действовал исправно, сдерживая неконтролируемые выбросы дурной силы.

Аня повела плечом и, вздернув подбородок, прошла мимо Славия, будто и не слышала его слов. Подойдя к освободившемуся корыту, яростно умылась и пучком травы взялась оттирать с одежды грязь.

Ага, и ее проняло, хоть и не показывает виду. Лисса вздохнула.

— Ты прав. Не весело. И совсем не смешно, — признала девушка свою неправоту и тоже пошла мыться, так как больше всех в грязи вывозилась.

Сидя на кухне почти в полной темноте, Лисса вслушивалась в окружающую тишину и не могла понять, что не так. Казалось, дом ведуньи живет какой-то особой, собственной жизнью. Он тихо вздыхал, потягивался со скрипом и был явно недоволен тем, что хозяева еще не спят.

— Это домовой шалит, — Велена зажгла еще одну свечку. На кухне сразу стало светлее, скрипы прекратились, и ощущение, что за тобой следят, исчезло. — Не обращай внимания. Просто ему любопытно.

Лисса с опаской покосилась в угол у печи. Именно оттуда она ощущала пристальный взгляд в спину. Естественно, там никого не было. А ухват для горшков с домовым уж точно никак не спутаешь.

Велена села напротив подружек.

— Дай амулет посмотрю, — ведунья протянула руку, и Лисса неохотно взялась за кожаные шнурочки, собираясь снять подарок лешего с шеи. — Не снимай, а то опять в кого-нибудь превратишься, — предупредила хозяйка. Девушка тут же убрала руки и перегнулась через стол, чтобы Велена могла дотянуться до амулета.

Женщина внимательнейшим образом изучила медальон, блокирующий силу. И, как показалось Лиссе, завистливо вздохнула, вертя его в руках. А вот на камушек, который должен был привести девушку к учителю, даже не взглянула.

— Не думала я, что когда-нибудь смогу его увидеть. Я же только читала о нем в одном из древних свитков, — Велена с явной неохотой выпустила амулет из рук. — Знаешь ли ты, что он занесен в список пропавших артефактов, за нахождение которых ковен предлагает огромную награду?

— Правда? — Лисса с удивлением воззрилась на невзрачную вещицу. Ничего себе приобретение. Да за ним теперь глаз да глаз нужен. Иначе не успеешь оглянуться, а его уже стащили.

Словно подтверждая ее мысли, Велена предупредила ее о том же.

— Так что если не хочешь его лишиться, никому не показывай.

— Дай посмотреть, — Аня вцепилась в медальон, тоже подвергнув амулет тщательному осмотру. Не постеснялась попробовать на зуб, как это делают с золотыми монетами. Только медальон был не золотой. Скорее всего, медный, так как гравировка окислилась зеленым.

— Велена, а его почистить можно? — Лисса буквально выцарапала медальон из рук подруги и сунула за пазуху. Девушки снова решили одеться по-мужски: все-таки в штанах на болоте гораздо удобнее, чем в длинной юбке.

— Не можно, а нужно. Только делай это сама, чтобы не нарушить его работу. Ты ведь знаешь, что вещи, наделенные волшебной силой, признают только одного владельца? И могут перейти к другому, лишь в том случае, если хозяин добровольно с ними расстается.

Глава 9

ГЛАВА 9

— Давай, — воевода легонько подтолкнул Лиссу в спину. Остальные стояли в сторонке и не давили на психику, понимая, каково это: вернуться туда, где тебя чуть живьем не съели. — Ты должна перебороть свой страх, иначе он будет преследовать тебя всю жизнь.

— Слушай, хватит уже меня поучать, — огрызнулась девушка. И тихонько, чтобы Славий не услышал, пробурчала: — Можно подумать, я этого не знаю. 

Раз, два, три… и она все так же стоит на месте. Ноги приросли к земле, совершенно не желая нести свою хозяйку на болото. Да что же это такое? Никогда не была трусихой, а тут... А тут полное болото голодных тварей, готовых напасть в любую минуту. И им плевать на то, что люди пришли их уничтожить. Числом возьмут, и никакие амулеты и защитные щиты против толпы мертвяков не помогут. Девушка докопалась-таки до причины своих страхов, но не стала говорить Ане и Велене о том, что сомневается в их магических способностях. Поэтому оставалось только одно: набраться храбрости — и вперед.

— Ну, с богом, — глубоко вздохнув, Лисса сделала шаг, другой, третий, и когда ноги, обутые в сапоги, по щиколотку утонули в болотной жиже, нашла в себе силы не закричать, переполошив все болото, а идти спокойно. Кто бы знал, чего ей стоило это спокойствие.

— Молодец, Василиса, — похвалила ее Велена и, обогнав, пошла вперед. За ней, не отрываясь, следовали Славий с пареньком. Аня посмотрела на них и пристроилась рядом с подругой, пока тропа позволяла идти вместе.

— Ань, а зачем мы взяли с собой Митьку?

— Я почем знаю, — колдунья пожала плечами, не забывая зорко осматривать болото. Пусть только какой-нибудь упырь попробует из-под кочки вылезти — сразу молнией между глаз получит.

Лисса завистливо вздохнула. Она тоже так хотела: швырять молнии направо-налево, ничего не бояться и выглядеть крутой. Увы, подруга была такой и без магической силы, смелой до безрассудства и одновременно нежной, как домашняя тигрица: будет мурлыкать, если настроение хорошее, но только попробуй обойтись с ней грубо, сразу узнаешь, почем фунт лиха. 

— Не горюй, Лисска, — подбодрила ее подруга. — Держишься молодцом.

— Угу, до тех пор, пока не покажется упырь. И будете потом ловить меня по всему болоту или вытаскивать из трясины. Ань, я даже представить не могу, как отреагирую, если… — Не закончив фразу, Лисса содрогнулась от ледяного страха. Ей все время чудилось, что тропа под ногами проваливается, и со дна тянутся холодные скользкие руки. Но вопреки всем опасениям, Лисса, несмотря на чавканья и хлюпанья, твердо стояла на тропе. И в какой-то момент девушка смогла убедить себя в том, что это самое обычное болото с мшистыми кочками, покрытыми алыми крапинками созревшей клюквы, редкими деревцами, островками суши, поросшими чахлой растительностью, и озерцами водной глади, в которой отражалось розовеющее рассветное небо и рваные облака.

Проснулись комары и мошки и сразу кинулись на незваных гостей голодным роем. Лисса запрятала свои страхи подальше, пытаясь хоть как-то отогнать приставучих насекомых.

— Совсем про них забыла, — всплеснула руками Велена и кинулась собирать какую-то траву. Раздав пучки, ведунья проинструктировала: — Нужно размять и соком натереть лицо, руки и одежду — и мошкара отстанет.

— И будем мы зеленые, как инопланетяне, — Лисса скептически смотрела, как между ладоней образуется зеленоватый сок с приятным цитрусовым запахом.

— Не-е-е, как кикиморы, — хихикнула Анюта, активно натираясь соком и смахивая с щек прилипшие травинки. — Авось за местную фауну сойдем, и нас не тронут.

Велена улыбнулась. Славий хмыкнул:

— Тогда я буду водяной.

— А я кто? — Митька с зеленой физиономией выглядел до того уморительно, что вызвал взрыв смеха, распугавший всех лягушек.

— Будешь у нас русалом, так и быть, — отсмеявшись, воевода присвоил мальчишке звание в отряде местной нечисти, и компания потопала дальше, так как идти осталось совсем немного. Впереди уже был виден большой остров с черными каменными глыбами, смахивающими на какие-то развалины. Скорей всего, это все, что осталось от того самого колдуна, о котором рассказывала Велена.

Лисса пыталась сосредоточиться, стараясь не оглядываться по сторонам и внимательно следя, куда ставит ноги: искупаться в болотной тине ей ни капли не хотелось. Поэтому девушка даже не заметила, что все остановились. Она уткнулась в Аню, та толкнула Митьку, мальчишка от испуга скаканул вперед, едва не уронив на землю Славия. Вдвоем они с трудом устояли на тропе, чуть не сбив с ног Велену.

— Вы можете вести себя потише? — шикнула на них ведунья.

— Аня! — Славий оглянулся на юную колдунью.

— Лисса! — огрызнулась та, передавая эстафету.

— А я что? Я ничего, просто споткнулась, — Лисса отошла на шаг. Какие все нервные! Было бы с чего. На ее взгляд в тех развалинах ни один здравомыслящий колдун жить не будет. Крыши нет, полуразрушенные стены, а подземелье наверняка наполнилось водой и кишит пиявками и ужами. А чтобы преодолеть стену из осоки и камыша, понадобится меч Славия и его недюжинная сила. — А там точно кто-то есть?

— Лисска, ты можешь помолчать минуту? Сглазишь еще, где мы потом колдуна искать будем?