Принцесса для Темных земель

Глава 1

- Ты не посмеешь! - кричала мать с нотками театральной истерики. Королеве Блуокса - Роксане Ловин, было уже больше сорока, но ее фигура была по девичьи изящной, лицо моложавым, а светлые волосы роскошно-густыми. Барды и художники королевского двора имели редкую привилегию оставаться честными, восхваляя красоту своей покровительницы. Жаль, что я пошла не в мать.

Покои королевской семьи выходили на небольшой, уютный садик. Затаившись среди кустов магнолии я - вторая принцесса Блуокса, одного из королевств Союза Рубежа, с замирание сердца слушала ссору родителей.

- Все решено, Роксана, - пытался быть твердым мой отец Седерик Киллан - король Блуокса, - совет утвердил Лили.

- Мне плевать, что утвердил ваш Совет! Моей девочке и так несладко. Я не позволю отправить ее на смерть!

Из-за окна донесся шум, звон разбившейся посуды и снова шум. Прекрасно зная характеры своих родителей я хорошо представляла, что там сейчас происходит: мать швырнула в отца подносом, бокалом или кувшином. Он сжал ее в объятиях и сейчас начнет успокаивающе говорить ей на ухо.

Рядом с отцом - рослым, широкоплечим, пусть и набравшем жирка с возрастом, мать казалась особенно хрупкой. Художники обожали писать их совместные портреты.

Я подобралась поближе и с трудом, но расслышала его горячий шепот.

- А кого из наших детей ты позволишь отправить в Темные Земли? Сару? Она еще совсем девочка и, более того, уже имеет подписанный брачный договор. Найли? Она моя наследница: красивая, умная, прилежная. Блуокс мечтать не мог о королеве лучше.

Во рту появился привкус горечи. Я твердила всем вокруг, что ничуть не завидую старшей сестре. Обычно это было так. Обычно. Не в те моменты, когда нас сравнивал отец.

Мать ответила ему дрожащим голосом.

- Отдашь им Лили, потому что она некрасива и нелюдима?

- Роксана, - заговорил отец с отчаянием, - я не могу не отдать Темному Властелину никого. Не могу! Эния уже отправляла к нему невесту, королева Виолы не имеет девочек подходящего возраста, и у Эсвуса тоже есть лишь пара принцев. Других вариантов нет. Я должен отдать им одну из наших дочерей, понимаешь?

- Отдай Найли, - неожиданно попросила мать. Я прикусила большой палец, чтобы физической болью отвлечься от желания расплакаться, - она мила, как сама Принцесса Радости. Он не посмеет ее обидеть.

- Принцесса Стея тоже была мила, - возразил отец, - но потомки демонов - это потомки демонов. Если нашу дочь и спасет что-то, то явно не красота.

- И ты отдаешь ему Лили, - заплакала мать.

Мне не нужно было видеть происходящего в комнате, чтобы знать, что отец обнял мать за талию одной рукой и гладит по волосам другой.

- Лили везде не на своем месте. Она не любит людей и они ее от нее тоже не в восторге. Ей не интересны ни политика, ни дипломатия. Она не будет хорошей королевой. Я не найду ей мужа в Союзе Рубежа, а в Тихих Землях она сама сойдет с ума от тоски. Я не способен сделать ее счастливой, Роксана, не способен. Из всех наших доче...

- Ты отдаешь ему Лили, - продолжала плакать мать, перебив отца на полуслове.

Я бесшумно отошла в сторону. Пролезла через густое зеленое насаждение - ветви не царапали и почти не задерживали меня - и бегом побежала к реке.

Я всегда была маминой любимицей. От природы жалостливая и чувствительная она выделяла меня так, как волчица выделяет самого слабого своего волчонка. Вылизывала чаще, оберегала нежнее и всегда подсовывала кусок получше. Удивительно, но моих отношений с сестрами и братом это не портило - другим отпрыскам королевской четы хватало внимания прочих наших родственников. Матушка, несомненно, сделает все, что в ее силах, но решения отца изменить не сможет.

Добежав до реки я едва ли не одним прыжком взлетела на нижнюю ветку раскидистой ивы. Легла на нее животом. В глади воды виднелось мое зареванное отражение.

Маленькое лицо с острым подбородком досталось мне от матери, крупный нос, тонкие губы и глубоко посаженные карие глаза - от отца. От него же были и волосы - не редкие, но тонкие, русо-рыжие, едва-едва достающие на лопаток. Полное тело, короткие ноги и мягкие руки с постоянно обломанными ногтями - тоже его семейство.

Я была принцессой и потому обо мне отзывались деликатно: королевская дочка обладает исключительным здоровьем. Это было правдой. Как и любая неофитка друидической магии я была до крайности живучей.

Мысль о магии лишь усилила потоки моих слез.

В землях Рубежных Королевств друидический культ обладал исключительно властью.

Несколько тысячелетий назад нашими соседями была империя магов, заигравшихся с теневым колдовством. Их необдуманные эксперименты привели к трагическому финалу - прорыву границы с миром теневых демонов. Чудовища хлынули в наш мир и за считанные годы уничтожили некогда могущественную империю. Обычная магия, как выяснилось в ходе войны, почти не вредила теневым демонам. За то они были уязвимы для друидики и божественного света.

Пока империя магов погибала в агонии ее соседи спешно готовили оборону у окрестностей широкой реки, позже получившей имя Рубежной. Союз четырех государств, имевших несчастье граничить с магами, стал называться Союзом Рубежа. Тихие Земли - все, что лежит южнее наших государств, всегда были оплотом веры и периодически слали на помощь нам паладинов и жрецов, но большую часть времени справляться приходилось своими силами. Рубежные земли, издревле выгрызающие свое существование в глухих лесах, были полны мелких друидических культов.

После начала войны культы постепенно слились в один. Выстроили иерархию, начали бороться за власть с королевскими домами. Беспрестанная угроза, довлеющая с Севера, удерживала нас от гражданской войны, но дипломатические споры всегда были жаркими. Для того чтобы уменьшить шансы на будущую катастрофу, было принято множество законов о разграничении сфер влияния. Одним из правил было то, что монаршие особы, даже рожденные с соответствующим даром, никогда не могли быть обучены и инициированы в культе. Правило было жестким, но, к сожалению, необходимым - даже сейчас я ощущала связь с природой не менее тесную, чем с родной семьей. Страшно представить насколько важнее дела культа стали бы для меня пройди я обучение и будь инициированная по правилам.

Глава 2

Меня начали избегать. Откровенно говоря, я никогда не была популярной принцессой. Я была некрасива, я была не любезна и, что самое страшное, я была совершенно не заинтересована в том, чтобы кому-то нравится. Давно, в далеком-далеком детстве, меня интересовали улыбки и похвала взрослых, как интересуют они любого маленького человечка. Но сейчас мне было уже девятнадцать и желание услышать "Лилит, ты такая молодец!" в моей душе заметно поблекло. Были люди, чье мнение я ценила: отец, мать, Найли, верховная друидесса и Кристофер - принц Асарвена, одного из королевств Тихих Земель, что еще в детском возрасте был обручен с моей младшей сестрой. Разница между ним и Сарой была больше семи лет, но кого интересовали такие мелочи, когда речь шла о союзе между королевствами?

В любом случае, симпатии или антипатии нашей знати, придворных, или, тем более, слуг, меня не беспокоили. Я заплетала свои волосы в куцую косу, носила простые платья, а то и вовсе мужские костюмы, не пользовалась косметикой, не улыбалась мило и бранилась как стражница, на босую ногу которой упал тяжелый щит. Мне простили бы неприятную внешность - как клялась мать - демонстрируй я смирение и кротость. Меня любезно простили бы за "грех", доставшийся мне от рождения.

Но безразличие, независимость и дерзость мне простить не могли.

В прежние дни, до того, как стало известно о моем предстоящем браке, ко мне проявляли должное почтение хотя бы из осторожности. В Блуоксе не было законов, запрещающих женщине занимать трон. Основной наследницей была моя старшая сестра, но, в случае трагедии с Найли, страна могла бы достаться мне.

Теперь этого риска не было. Теперь все те, кто прежде брал на себя труд мне улыбаться, наконец, показали свое истинное лицо.

Меня не замечали. Не игнорировали прилюдно, но всеми силами избегали со мной встречаться. Даже на балы больше не приглашали.

- Пес с ними, - успокаивала я отца, пришедшего в сущее бешенство от подобного хамства, - я все равно бы туда не поехала.

- Лили, - тяжело дышал он, мертвой хваткой прижимая меня к груди. Привычка. Матушка, если не держать ее во время ссор, перебьет всю посуду в замке. А потом еще и отца в этом обвинит, - это твой дом. Чтобы не случилось, тебя всегда здесь примут.

- Да, конечно, - иронично усмехнулась я, - осталось лишь дотянуть до тех пор пока Рори возмужает достаточно, чтобы меня выкрасть.

Отцу от моих шуток было не весело.

- Милая, я не думаю, что все будет так плохо. Джархану не нужна твоя смерть. Как мне показалось, он ищет мира.

- Это моего суженого так зовут? - перебила я отца, первый раз услышав имя Темного Властелина.

- Да, - подтвердил папа, - Джархан Сильран. Наши шпионы говорят, что единая власть, оставшаяся от теневых демонов, начинает рассыпаться у него в руках. Он занят внутренними проблемами и война с нами ему не нужна. А я начну войну, если ты пострадаешь.

Я тяжело вздохнула. Утешения отца звучали нелепо даже для меня, далекой от интриг и политики.

- А разве не была испокон веков война тем клеем, что скрепляет воедино союзы? Рубежных Королевств, например. По твоей логике именно война ему и нужна.

Отец прикусил язык.

- Я не отправил бы тебя, не будь у меня надежды, - сказал он искренне. Как мне показалось.

- Надежда умирает последней, - резюмировала я, - сначала умру я, а потом уже ваша надежда на то, что я цела и невредима.

Мать заплакала и отец выпустил меня из объятий, переключившись на нее.

Именно так - в одиноких прогулках, слезах и "ободряющих" разговорах с родителями или сестрами проходили мои дни. Хоть какую-то радость я чувствовала только во время прогулок. Гулять долго мне, однако, не позволяли. Матушка развила бурную деятельность по превращению меня в настоящую принцессу.

Времени мне оставили немного: уже через неделю в Блуокс доставили брачный договор, подписанный моим будущим супругом.

Я долго разглядывала документ. Стандартный текст, написанный аккуратными, крупными буквами и размашистая роспись снизу.

Забавный правовой казус состоял в том, что формально меня отдавали за действующего военного противника - никакого мира с Темными Землями подписано не было. После трагедии с принцессой Стеей Королевства Рубежа отказались от идеи, будто с темными можно вести дипломатию. Она невозможно была с демонами - если верить книгам по истории, то создания Бездны принципиально не понимали концепта договоренностей с людьми. Теперь мы так же воспринимали их наследников. Не люди - чудовища. Не государство, а логово монстров. Какая уж тут дипломатия?

Отец клялся, будто последние годы темные сами проявляют инициативу и ищут с нами общения. Убеждал меня, что верит в возможность настоящего мира.

Я была уверена, что моей жизнью лишь покупают спокойные годы на подготовку к войне.

Матушка говорила, что я рассуждаю чересчур мрачно.

В любом случае, все мы помнили, что общаемся с врагами. Не было ни сватовства, ни бала. Ни Темный Властелин, ни его доверенные слуги не решились посетить нашу столицу. Договор передали птицей и я подписала его с тяжелым сердцем.

Матушка пыталась уговорить отца провести скромную церемонию только для нас, но угомонилась, когда я клятвенно пообещала на нее не приходить.

Мама очень старалась быть полезной. Не в силах повлиять на решение Совета она взялась обрабатывать меня. Моей матушке упорно казалось: если в Темные Земли приедет достаточно миленькая девочка, то даже злобные потомки демонов не посмеют ее тронуть. От подобной наивности тошнило, но я старалась спорить с матерью поменьше. Не так много времени нам оставалось, чтобы тратить его на споры.

Платьев - роскошных, богато вышитых платьев мне сшили больше, чем было во всем остальном замке. Мама пригласила всех швей, которых только сумела найти, перетряхнула свой гардероб и гардероб моей старшей сестры, потребовала что-то у моих теток и даже сама взялась за иглу. Отец икал и морщился, слыша о суммах, которые она требовала на мое приданое. Но не спорил. В конце концов к принцессе и в самом деле должны были прилагаться наряды, даже если она и не планирует носить их иначе, чем через скандалы.

Глава 3

Проснулась я, как и следовало ожидать, среди ночи.

Было очень грустно и неожиданно одиноко.

Весну невозможно было оставить вне моей комнаты на ночь. Волчица выла, визжала, скулила и скреблась изо всех своих сил. Максимум, на что была согласна подруга, так это спать на полу, а не прямо в моей постели. Но, стоило Весне только услышать, что я проснулась, как она мгновенно запрыгивала ко мне. Без привычного утреннего ритуала "умывание собачьими слюнями" было невероятно тоскливо.

Отвлекли от этих мыслей меня естественные человеческие позывы, сопротивляться котором становилось все сложнее.

Я распахнула дверь кареты. Рядом с ней ехал всадник на обычной, как показалось мне на первый взгляд, лошадке.

Лошадка повернула на меня голову, как всегда поворачивают наблюдающие за тобой хищники. Глаза в темноте слегка светились.

Меня передернуло.

- Остановите карету, - приказала я. Солдат посмотрел на меня, как смотря на капризного ребенка. Я успела заметить, что глаза у него льдисто-синие, а губы слегка отливали синевой. Затем, не сказав ни единого слова, он ускакал вперед. Через минуту солдат вернулась с графиней на лошади пегой масти. Лошадь мой дар опознавал как нормальное животное.

Я едва не кинулась к лошадке обниматься.

На мое оживление графиня смотрела странно. Ее глаза, как обратила я внимание сейчас, были льдисто-синими, почти прозрачными, но у самого зрачка уходящими в небесную голубизну.

Смотрела она на меня осуждающе и даже слегка презрительно.

Я кашлянула и попыталась изобразить нормальную принцессу.

- Прикажите остановить карету. Мне нужно отойти.

Несколько секунд графиня Станская смотрела на меня так, будто размышляя как сформулировать отказ. Я набрала в грудь побольше воздуха готовясь высказать все, что я об этом думаю. Напуганная и слабая, но я все же была принцессой! Графиня передумала и выкрикнула слово на языке, которого я не знала.

- Вам нужно сопровождение? - спросила она любезно.

Я отказалась и спрыгнула на землю. Под пристальными взглядами графини и кордона солдат я начала углубляться в лес.

Лес здесь был странный. С одной стороны вроде бы и нормальный - трава, кусты, деревья и все это, кажется, даже не плотоядное, а с другой он ощущался ужасно чуждым. Он не принимал меня. Я ему не нравилась.

Мне не нравилось не нравится лесу. Прогулки на природе были основной моей радостью дома и я очень надеялась, что здесь они тоже станут мне утешением. Но сейчас я ощущала себя неуютно.

Я сделала свои дела и, уже двигаясь к карете, заметила тень движения справа. Близко. Я почувствовала бы будь это животное. Очередная тварь тьмы?

Вопреки здравому смыслу и чувству самосохранения я пошла в ту сторону, где заметила движение. Едва ли три шага успела сделать, как из темных кустов донеслось предупредительное рычание. Утробный звук отозвался внутри животным ужасом и томительной сладостью одновременно. Сладкие нотки, резонирующие с даром внутри меня, ни с чем нельзя было спутать.

Оборотень.

Я развернулась и пошла к карете.

В Союзе Рубежа были оборотни, но, само собой, только Истинные. Обученный и инициированный по всем правилам друид всегда умел оборачиваться в зверя и делал это так же легко, как обычный человек менял платье. Звериная форма зависела от крови и изначальных склонностей, но, в любом случае, друид никогда не терял человеческого разума.

В Темных Землях, как слышала я от наших друидов, были и иные оборотни. Часть из них зависела от фазы луны, часть от специальных ритуалов или обрядовых вещей. Кто-то не мог сдержать обращение, почуяв пролившуюся кровь, а кто-то превращался в монстра, если рядом с ним использовали теневую магию.

И разум, как говорили наши друиды, сохраняли далеко не все "их" оборотни.

Вероятнее всего, в кустах сидела моя охрана. Графиня, будь она неладна, все-таки послала кого-то следить, чтоб я не повесилась на крепкой ветке. Если я права, то этот оборотень обязан себя контролировать.

Но проверять не хотелось.

Графиня Станская ожидала меня у кареты. Под ее взглядом я забралась внутрь.

- Принести вам еды, принцесса? - спросила она мне в спину.

Я согласилась перекусить всухомятку. Становиться лагерем и готовить ужин в этом лесу мне не хотелось.

Ни матери, ни сестер, ни Весны, ни леса нормального. Такими темпами я сойду с ума безо всяких пыток.

В темноте я даже резьбой не могла заниматься. Устроившись на лавке я снова попыталась заснуть. В конце концов у меня это вышло.

Проснулась я ближе к обеду. Погода была пасмурная, но дождя не шло. Солнце робко проглядывало между облаков. Выглянув в окно я удивленно ахнула - рядом бежало нечто. Внешне существо напоминало внебрачного ребенка волка (от него было телосложение), лисы (цвет шерсти и шикарный хвост) и медведя - от косматого твари достался размер. Я прислушалась к себе. Друидический дар молчал. Животным - обычным животным, создание не было.

Тварь повернула ко мне морду - нечто среднее между волчьей и медвежьей. Оскалилось и протяжно зарычало.

Оборотень.

Я побледнела, но шторку не захлопнула. Если мой супруг не решил скормить меня своим зверушка даже не довезя до замка, то оборотень меня не сожрет.

Однако и распахивать дверь я не стала.

Спустя пару минут к карете подъехала графиня Станская.

При блеклом солнечном свете она выглядела еще хуже, чем в вечерних его лучах. Закат не только странным образом придавал жизни сероватому лицу, но и скрывал следы использования косметики. При хорошем освещении я видела и помаду, и тень румян, и подведенные глаза. Графиня явно хотела выглядеть более человечно.

Ну, она хотя бы старается. Почему-то это слегка меня расслабило.

- Остановиться для завтрака? - спросила меня графиня Станская после вежливого приветствия.

- Нет. Я хочу добраться побыстрее.

Мне принесли хлеба, сыра и вяленого мяса. Хлеб был пересоленным, сыр, напротив, пресным и только мясо я съела с удовольствием. Вода горчила. Даже вода в этих землях меня не принимала.

Глава 4

Мне показали замок. В сравнении с дворцом королевской семьи в Хиперионе - столице Блуокса, мой новый дом был тесным, убогим и нелепым. Да что там дворец - дома зажиточных крестьян в пригороде и то были богаче. Они, по крайне мере, были каменными. У замка Джархана каменным был только фундамент и несколько комнат на первом этаже - кухня, кузница и еще что-то хозяйственное, где мог возникнуть пожар. Большую часть замка возвели из дерева. Было влажно и ветер сквозил сквозь плохо законопаченные щели.

Я пыталась улыбаться. Получалось криво.

Внутреннее убранство тоже не отличалось роскошью: грубая по нашим меркам мебель, множество шкур и домотканых ковров вроде тех, что лежали в главных комнатах у зажиточных крестьян. Никаких картин. Никакой бытовой магии. Чадили масляные светильники, воздух был спертым не глядя на открытые окна. Кроме того тут не было даже намека на канализацию. Мой суженый, начавший экскурсию в меру бодро, скатился к извиняющимся ноткам в ее конце. Мне показалась, что он и в самом деле чувствует неловкость от того, в какую дыру он меня притащил.

Мы стояли на третьем этаже у широко распахнутого слюдяного окна и смотрели на поселение, раскинувшиеся за замком. Назвать его городом язык не поворачивался. Все дома, которые я видела, были деревянными. Редкие могли похвастаться двумя этажами.

- Сколько людей здесь живет? - спросила я из любопытства.

- Несколько тысяч, - ответил Джархан, - это не самое крупное поселение. На Западе страны есть города по тридцать тысяч человек. Несколько штук.

Я щурилась, пытаясь разглядеть побольше. Улиц как таковых не было - одна широкая тропа от замка, по которой могли проехать пару повозок, да и все. Дома где липли друг к другу, а где, напротив, держали дистанцию. Заборов между ними не было, только хилые загоны для животных.

Странное место. Не нормальный город - шумный, оживленный и слегка грязный, как, например, Хиперион. Но и не деревенька, какими был усыпан его пригород. Что-то среднее.

Не то чтобы я была недовольна отсутствием городского шума - мне никогда не нравилась столица. Я предпочитала проводить время в пригородных деревушках. Просто с того момента как мы вошли в замок - и оставили снаружи обрадовавших меня волков - мое настроение постепенно скатывалось к тому, с какого я сегодня начала.

- Я слышал что в Хиперионе, - неправильно поставил Джархан ударение в имени нашей столицы, - живет больше трехста тысяч человек. Но у нас из-за войн с теневыми демонами с крупными городами не сложилось.

- Из-за войн с демонами? Да что ты говоришь, - хмыкнула я.

Графиня прошептала что-то ему на ухо на незнакомом мне языке. Темном наречии, вероятно. Отец упоминал, что местные говорят на нем - смеси древнего языка империи магов с речью демонов. Я, само собой, его не знала.

Мой суженый задумчиво кивнул графине.

- Извини, я неверно выразился из-за того, что говорю не на родном языке. Я хотел сказать...

- Не важно, - отмахнулась я, - смысл ясен.

- Я понимаю, что здесь не так, как у тебя дома, - ответил Джархан. В его голосе звучали извиняющиеся нотки. Я перебила резко и чересчур грубо:

- Хватит. Нет - значит нет. К чему все это?

Он посмотрел на меня слегка обиженно.

- Я хочу чтобы тебе было здесь хорошо.

- Спасибо, - поблагодарила я его с едкой иронией, - но мне не становится хорошо от того, что ты извиняешься.

Своевременно вмешалась графиня Станская.

- Властелин, слуги готовы подать ужин.

Мы спустились в зал на первом этаже. Здесь, выстроенные буквой "П", стояли три длинных деревянных стола. Воздух был спертым, душным и пропах горелым маслом. У нас в королевском замке использовали исключительно магические светильники и вонь масляных ламп меня раздражала.

Стол был покрыт светлой скатертью. Посуда выглядела так, будто ее на протяжении долгих лет откуда-то воровали - вроде и красивая, но ни одного полного комплекта. В качестве приборов подали два ножа - поуже и пошире, а так же большую ложку. Талория и виконт Шеффрский сразу же приступили к еде. Одним ножом - тем, что пошире, они резали мясо, а другим накалывали его и отправляли в рот. Интересно.

За столом нас было пятеро: друидесса, графиня, виконт, я и Джархан. Ближайшее окружение что ли? У Найли был десяток фрейлин, и каждая из них отвечала за что-то свое. Свита отца - ближайшее его окружение, включало в себя два десятка аристократов.

Впрочем, не мне, приехавшей без единой служанки, Джархана осуждать.

- Мне рассказывали, - начала я сев за стол, - что принцесса Энии жила в здании из черного камня.

Графиня с Джарханом переглянулись.

- Да, - осторожно ответил мой суженый, - это на Западе.

- Почему мы здесь?

Джархан ответил еще опасливее:

- Мне нравится здесь.

Я кивнула. Нравится, значит нравится. Ничего не имею против.

Пища была непривычной. Немного закусок - сыр и очень странная мягкая колбаса. Основное блюдо - запеченные картофель и морковь, темное мясо крупными кусками плавающее в сливках. Острый запах чеснока и чего-то незнакомого, будто бы слегка смолистого. Я попробовала картофель. Он был пряным, слегка отдавал мылом и сладостью. Понятия не имею, что специи дали такой вкус, но есть это мне не хотелось.

Кстати говоря, сливки я тоже не любила. Но если это единственное мясо, которое сегодня поставят на стол...

- Не беспокойтесь, принцесса, - с легкой иронией сказала графиня Станская, неверно истолковав мои колебания, - это не человечина. Косуля.

- Здорово, - мрачно "порадовалась" я и взяла пару кусочков пресного сыра, - но "принцессой" я была в Блуоксе. Кто я здесь?

Джархан посмотрел на меня неуверенно. Поднял глаза на графиню, которая изящно разделывала кусок мяса.

Та бросила что-то на их языке.

- Моя супруга, - передал мне Джархан.

- Королева-консорт, - добавила графиня.

- Вы считаете себя королевством? - спросила я, глядя на графиню Станскую. Она отправила в рот кусок мяса и неторопливо его жевала.

Глава 5

Лилит

Вскоре после ухода моего супруга за окнами послышались скулеж, рычание и звуки возни. Я догадалась, что Джархан пошел за волками. Обычно животных, как объяснили мне во время экскурсии, свободно пускали в замок, но сейчас, ради моего спокойствия, попытались оставить снаружи. Виконт Шеффрский со смехом рассказывал, как долго и тщательно слуги отдраивали комнаты от шерсти и запаха псины перед моим приездом. Вежливо поблагодарив хозяев за старания я уверила их, что животные в замке - это последнее, что может меня расстроить. Только завидовать буду по-черному.

Сейчас Джархан заберет питомцев в свою комнату. Если, конечно же, постель уже не занята какой-нибудь миловидной, чересчур брезгливой особой.

Эта мысль меня злила. Отправляясь сюда я даже не задумывалась о том, что Темный Властелин может мне понравится.

Последним, кто нравится мне, был жених моей младшей сестры. Сара была еще совсем девочкой, когда Крис переехал к нам. Он любил животных, любил прогулки по реке на лодке. Мы были почти ровесниками и нам было, действительно было интересно вместе.

Помню как я спрашивала у отца почему не я. Я тоже принцесса и по возрасту подхожу больше, почему Крис приехал не ко мне? Отец нес какую-то чушь ссылаясь то на мою роль потенциальной наследницы, то на друидов, то на родителей Криса. Чуть позже Найли выяснила для меня правду.

Когда Крису показали мой портрет, то первой его реакций было "а нет ли у Его Величества других дочерей?"

Не помню, чтобы я плакала об этом. Внутри будто вымерзло все, что касалось противоположного пола.

А теперь, вот, кажется, оттаяло. Очень не вовремя.

Закрывая глаза я видела лицо Джархана, подсвеченное бликами пламени.

Чего стоило мне накраситься и одеться наряднее? Научиться делать прически? Почему я не забрала сшитые матерью платья?!

Заткнув рот подушкой я зло рассмеялась. Что за чушь! Помнится, на портрете, отправленном Крису, я была не только собрана лучшими мамиными модистками, но и слегка приукрашена льстивой кистью художника. Не помогло! Если даже на портрете не помогло то, что говорить о жизни. Графиней Станской - безупречно-хрупкой куколкой с нечеловечески серым лицом я все равно не стану, чтобы я с собой не делала. Проще смириться и не тратить время. Да, пускай и не выйдет из меня красавицы, но хоть снисходительную жалость не буду вызывать бесполезными попытками.

Решить было проще, чем сделать...

Мне стало дурно, душно и тесно в убогой комнате. Давил низкий потолок, раздражал горьковатый запах трав, которыми, судя по всему, отмывали пол и стены. Постель была слишком мягкой, постельное белье грубым, а звуки из окна - громкими.

Меня бесило абсолютно все и справляться с этим я умела лишь двумя способами.

Никого из моих питомцев под рукой не было.

Лес был чужим и отказывался отзываться мне, но это все-таки был лес. Прогулки на природе всегда успокаивали меня.

Я подошла к окну и распахнула ставни. В комнату хлынул прохладный воздух, пахнущий животными и дымом. Я поежилась. Здесь было холоднее, чем дома и одежду, подобранную для наших температур, стоило бы сменить на что-то потеплее. Матушка, насколько я помнила, положила мне теплый плащ и несколько камзолов из плотной шерсти.

Я посмотрела на сундук. Копаться в нем мне было лень. Так пойду. За час-два серьезно я не замерзну и тем более не заболею.

Осталось решить один маленькую, совсем пустяковую проблему.

Рядом с моими окнами рос шиповник. Я попыталась отломить веточку в локоть длинной осторожно, но у меня, разумеется, не вышло. Шипы чувствительно поцарапали мне пальцы. Я зашипела зло, но дело закончила и вернулась с добычей к своему сундуку. Вытащила расческу, на которой оставались мои волосы.

Законы Рубежных королевств не позволяли мне войти в полную силу, но ряд мелких фокусов я освоила без ведома и помощи наставников.

Настоящий друид никогда не потеряется в лесу. После инициации те начинали особенным образом чувствовать землю и направление. Развлекая меня и Найли один из придворных друидов, помнится, угадывал, из какой части замкового сада мы срывали внешне совершенно одинаковые травинки.

Неофиты так не умели. В незнакомом лесу я могла потеряться. Такого позора мне, само собой, не хотелось.

Поцарапавшись еще пару раз я свернула ветку шиповника в узел. Начала накручивать на растение снятые с гребня волоски.

Пальцы покалывало, но магией, а не колючками. С каждым оборотом волоса я привязывала себя к ветке. Тянула что-то внутри себя. Было больно. Инициированные друиды, как признался мне как-то один из них, редко использовали свои собственные силы. Вся суть состояла в том, чтобы черпать их из природы, лишь преобразуя нужным образом.

Но для того чтобы колдовать по-настоящему требовалось пройти инициацию. Неофиты могли пользоваться лишь своей собственной магией, чьи запасы, как правило, были более чем скромными.

Колдовство самоучки рвалось от любого неосторожного движения, но я была аккуратна. Оборот за оборотом я закрепила свои волосы - и тончайшую нить своего дара за узле шиповника. В высшей степени бережно положила самоделку на стол. Настоящие амулеты можно было кинуть в бурную реку, а затем отыскать спустя километры порогов. Мой сломается, если я уроню его со стола - соскользнут обороты волоса, а с ними разойдутся и неумелые чары.

Но раз уж теперь по моей комнате не бегает невоспитанная волчица, то и ломать амулеты некому.

Я прислушалась к себе. Заблудиться можно было больше не бояться. Нить, натянутая к узлу шиповника, выведет меня откуда угодно.

В теле чувствовалась легкая слабость - неофитку истощало даже такое смешное колдовство. Ничего, пройдет.

Вот теперь, с совестью совершенно чистой, я выскочила в окно и короткими перебежками, стараясь не попасться на глаза слугам, направилась к лесу.

Джархан

“Все прошло неплохо”, - рассуждал я, лежа на полу в своих покоях. Пламя в камине горело ровно и успокаивающе. Шкуры, которыми был устлан пол, приятно щекотали голую кожу. Неудобный костюм, что вытащила Сарано из неведомых сундуков, успел порядком утомить меня за вечер и скинул я его сразу же, как только оказался в своих покоях.

Глава 6

Лилит

В лесу было зябко и неуютно. Совершенно новое для меня ощущение - как правило, леса, реки и поля, напротив, ощущались уютными и родными. Я старалась не расстраиваться слишком сильно - меня ведь предупредили, что это чары. И что это временно. Мне пообещали, что меня будут учить друидике! К черту синие глаза Джархана, пусть спит со своей серокожей подружкой. Одна только возможность все-таки раскрыть в полной мере свои природные таланты стоила переезда в эти богами проклятые земли!

Если, конечно же, мой супруг не прикончит меня раньше, но этого я боялась значительно меньше, чем утром этого дня. Не верилось мне в его лицемерие, а вот в аргументы и объяснения - да.

Вкрадчивый голосок, хорошо помнящий детские страшилки, шептал о том, что Темный Властелин просто втирается мне в доверие. Вот расслаблюсь и тогда он проявит свое истинное лицо!

Я заткнула этот голос и упрямо пошла вперед. Устала я за прошедший месяц думать о плохом.

Снег еще не растаял полностью, но под ногами уже хлюпало. Неловко ступив мимо тропинки я провалилась во влажную снежную кашу и вскрикнула досадливо. Сапог был полон воды. И что мне теперь, домой возвращаться?

Не хотелось.

Осмотревшись я нашла относительно сухой участок земли под старой елью и села, привалившись к стволу. Под корой сонно текли древесные соки. Деревья еще спали. Этого не замечали обычные люди, но я - да. Слегка склоненные к земле ветви, медленный ток сока, экономия жизненных сил.

Я погладила шершавый ствол. Вместо привычной уверенности - ощущения, что здесь со мной никогда не поступят дурно, меня окатило сдержанной недоброжелательностью. Так смотрели на меня подружки сестры - вроде и хамить запрещено, и прогнать нельзя - принцесса крови, да и привела меня Найли, но и свой круг пускать не хочется.

Я тяжело вздохнула и поднялась на ноги. Раз уж лес меня не успокаивал, то и мерзнуть тут с мокрыми ногами не стоило. Разве что в замок на прямую не пойду - заверну в сторону и сделаю крюк. Выйду с другой стороны поселения, прогуляюсь заодно уж и по нему, осмотрюсь вблизи, так сказать.

Впереди мелькнуло что-то живое.

Я прислушалась к себе, пытаясь определить, кто же там бегает. Ощущения, не иначе как сбившиеся от странных деревьев, не давали однозначного ответа. Вроде и животное, а вроде и кажется каким-то странным.

Да здесь все странное.

Из чистого любопытства я попыталась догнать убегающего зверя.

Животное, что неудивительно, бежало в лес, но это не зародило у меня никаких подозрений. Нить к амулету дрожала, но держалась. Дорогу домой найду, а звери мне, как правило, не вредят.

“А твари тьмы?” - ударила в голову неожиданная мысль. Пока я видела только плотоядных лошадей, но и их, если так подумать, довольно. Кто знает, не отпускают ли этих тварюшек ночью на "вольный выпас"? Разумнее было бы вернуться в замок.

Нить, натянутая к амулету, внезапно оборвалась.

Я остановилась как вкопанная. Зверь впереди заскулил, словно ему было больно. Жалость к живому созданию потянула меня вперед, но ноги, получившие команду напрямую от инстинкта самосохранения, начали пятиться назад.

Возможно, мой супруг все-таки решил избавиться от меня? Принцесса ушла в лес и заплутала там, наткнулась на дикого зверя. Поверит ли в такое мой отец?

А в чем смысл?

Более вероятным казался другой вариант: ведет меня в лес кто-то, кому не по душе планы Джархана на мир.

Я продолжила пятиться. Скулеж прекратился. Стало очень, очень тихо.

Неясная тень кинулась ко мне и клацнула зубами рядом с моей ногой. Я отскочила назад и оступилась, упала в сугроб, в ужасе пялясь на тварь. Она напоминала рысь, но, мало того что черную, так еще и изрядно обгоревшую. Клочья длинной и пушистой, дымчато-черной шерсти соседствовали с голой кожей мерзкого бордо-серого цвета. Морда у твари была кошачья и размер примерно как у обычной рыси. Животное - оно все еще казалось мне животным, обогнуло меня и зарычало за спиной. Пока я неловко поднималась на ноги тварь куснула меня за плечо, но сделала это так аккуратно, что даже кожи не поцарапала. В голове зародились смутные подозрения. Я сделала пару шагов вперед - глубже в лес - тварь рычала и едва ли не кидалась на меня, но старалась не ранить.

Очень странное поведение.

Я сделала вид, что бегу туда, куда направляла меня тварь, но, спустя десяток шагов, резко развернулась назад. Животное не успело отреагировать - я пнула его коленом и понеслась сломя голову в сторону замка. Спустя десяток шагов и пару неудачных клацев тварь исхитрилась схватить меня за штанину. Я растянулась на земле, ободрав все руки об острые ветки и еловые шишки.

Тварь замерла. Схватив первую попавшуюся под руку шишку я швырнула ее созданию в морду.

То, наконец, перестало изображать животное. Оборотень или тварь тени - их я не различала, замотал головой, по кошачьему пригнулся на лапах и утробно зарычал. Не так как прежде. От этого рыка меня пробрало глубинным, животным ужасом. Я не могла кричать - гортань пережало и вырывались из нее только жалкие сипы. Не могла бежать - поджилки тряслись в самом буквальном смысле. Даже думать и то стало невыносимо тяжело.

Тварь кинулась на меня, целясь в шею. Спасло меня только, что правая рука и так была недалеко от лица - я успела подставить ее под летящие мне в горло клыки. Зубы вгрызлись в мясо, сомкнулись на кости и сломали ее после небольшого сопротивления.

Я отстраненно удивилась, что почти не чувствую боли. И что кричать у меня все еще не получается.

Я молотила второй рукой по морде твари, брыкалась ногами и дергалась во все стороны, пытаясь не то столкнуть эту мерзость, не то отползти и прижаться спиной к какой-нибудь опоре. Совершенно случайно у меня вышло второе - позади оказался ствол дерева. В полном молчании - ни я, ни тварь не издавали ни единого звука, я умудрилась подняться на ноги. Монстр мотал башкой, словно пытаясь оторвать мне руку и глядел на меня совершенно безумными, чуть светящимися голубизной глазами.

Глава 7

Лилит

Жажда - вот первое, что я почувствовала по пробуждению. Тело было вялым и ватным, сознание словно бы на волнах качалось, ничего толком не осознавая, и только мерзкое ощущение, будто в горло и на язык песка насыпали, мешало провалиться обратно в сон.

Задумавшись об этом я осознала, что во рту у меня не только сухо, но и привкус стоит исключительно мерзкий. Кровь.

Сон ускользал и неприятных ощущений становилось все больше.

Тогда пришла боль. Болела - жгуче и в меру сильно, вся правая рука - от плеча, до кончиков пальцев. Слабее болели грудь и спина. Тупо ныли ладони. Мерзкая боль, словно стекла разбитого насыпали, саднила в затылке и основании шеи.

С некоторым усилием я сосредоточилась на событиях вчерашнего дня. Те охотно всплыли перед глазами.

Любезный прием, красивый юноша, рядом с которым я так остро ощутила собственную непривлекательность. Неприветливый лес. Ночная прогулка. Тварь тьмы.

Милостивые боги...

Я распахнула глаза и сразу же сжала их обратно. У постели сидел Джархан и читал обтянутую кожей книгу. Последний человек, с кем мне хотелось сейчас говорить.

Щеки запылали от стыда, смущения и, чего уж тут, страха.

Джархан был любезен со мной во время первой встречи, но тогда я еще не успела доставить ему неприятностей. Что-то подсказывало мне, что теперь разговоры будут другими.

Но я ведь не виновата! Я сотню раз убегала из замка на ночные прогулки дома, я и представить не могла, что здесь это может закончится трагедией. С чего мне было ожидать нападения?

Звучало нелепо. Намеренно или нет, но я влипла в неприятности, способные ударить не только по мне. А если бы я погибла? Начал бы отец новую войну? Наверное... И все из-за моей глупости.

Джархан определенно должен быть в бешенстве. Я бы была в бешенстве.

Очень хотелось провалиться сквозь землю, но такой серьезно магией владел не каждый инициированный друид, куда уж неофитке. Мне придется встретиться с последствиями. Не могу же я вечно изображать спящую?

Собрав всю свою волю в кулак я открыла глаза. Тихо кашлянула и неуверенно посмотрела на своего супруга.

Глаза Джархана казались усталыми, а лицо чуть более серым, чем было вчера. Заметив мое пробуждение он опустил книгу, придерживая пальцем нужную страницу. Посмотрел на меня... спокойно?

“Сдержанно”, - поняла я. В синих глазах не читалось ничего кроме прекрасного самоконтроля.

Заговорить первой я не смогла. Хотела выдавить из себя извинения, но пересохший язык не послушался. Чуть склонив голову на бок Джархан поинтересовался с вежливой заботой:

- Как ты себя чувствуешь?

“Ну, хотя бы с первого слова ругаться не начал”, - утешила я себя. Кашлянула пару раз, попросила сипло:

- Пить хочу.

Поднявшись на ноги Джархан дошел до столика, на котором стоял изящный фарфоровый кувшин и чашка из узорчатого стекла. На фоне дощатого пола, деревянной мебели и домотканого ковра, висящего у моей постели, посуда выглядела чужеродной и странной.

Вода, которую подал мне Джархан, отдавала мятной и слегка горчила.

Быстро осушив чашку я вернула ее своему супругу. Села, подтянув подушку повыше. Посмотрела на него тревожно.

- Это моя вина, - ровно сказал Джархан, - я должен был предупредить об опасности. Мне не хотелось пугать тебя в первый же вечер и потому я отложил неприятный разговор. Это было моей ошибкой. Я сожалею о том, что ты пострадала.

Я нервно хихикнула. В голове не укладывалось! Да он и вправду читал все те книжки по дипломатии, что меня так и не сумела заставить изучить моя гувернантка!

От подобной любезности мой стыд только усилился. Я-то понимала, кто здесь был виноват и кому не стоило сбегать невесть куда в одиночку.

- Если на самом деле ты хочешь сказать что-то другое, - смотрела я на его руки, - то у тебя есть на это право.

Мой супруг тяжело вздохнул.

- Я не буду ни в чем тебя обвинять. Ты не виновата. Я лишь надеюсь, что ты поймешь мои дальнейшие действия.

Я смотрела на него ожидающе. Было тревожно, но стыдно все-таки больше.

- Я приставлю к тебе охрану. Тебе все равно нужен переводчик, верно? Алтан и Сарано знают ваш язык и пользуются полным моим доверием. Один из будет везде сопровождать тебя. Тебе так будет безопаснее, а мне спокойнее.

- Везде? И в замке тоже? - спросила я с недоумением.

Джархан кивнул.

- Неужели того, что я не буду бродить в одиночку по лесу или поселению недостаточно? - неприятно удивилась я.

- Нет, - твердо ответил Джархан, - беда может случиться и в замке тоже. Мне стоило бы тебе и ночью одной не позволять оставаться.

- И что же тебя останавливает? - выгнула я бровь.

- Заставлять тебя делить комнату со своими советниками я не посмею, - удивленно моргнул Джархан.

- Могу делить ее с тобой, - улыбнулась я с вызовом. Сердце билось как ненормальное.

Мне хотелось, чтобы он меня одернул.

Мне хотелось, чтобы он согласился.

- Если ты сама предлагаешь, - задумчиво протянул мой супруг, - то я немедленно отдам приказ приготовить нам с тобой общую комнату.

Глядя на меня с любопытством Джархан продолжал рассуждать вслух:

- Я пускаю к себе волков, но ты говорила, что не возражаешь. Иногда я читаю ночью. Тебе не мешает свет? Я узнаю можно ли быстро сделать кровать с балдахином... Хожу я тихо. Даже если я решу отлучиться ненадолго, то оставлять тебя с волками и под парой защитных чар мне все еще будет спокойнее, чем одну. Алтан привык заходить ко мне без стука, но я заставлю его вести себя учтивее. Это хороший вариант. Если, - усмехнулся мой супруг, - ты еще не передумала.

Я сползла вниз по подушке и с головой накрылась одеялом, сгорая от смущения.

Потревоженная рука мучительно ныла.

- Лилит, - со смешком обратился ко мне Джархан, - я понимаю, что ты пошутила. Не пугайся. В наших… сложных обстоятельствах я и в самом деле готов ухватиться за что угодно. Твое благополучие невероятно важно для моей страны, моих людей и, конечно же, меня.