Притяжение

Глава 1. Новое начало

Экран ноутбука светился холодным белым светом, режущим глаза.

«К сожалению, мы выбрали другого кандидата».

Я закрыла письмо, не дочитав до конца. Даже не потому, что не могла — просто уже знала, что там дальше. Вежливость, шаблон, отсутствие объяснений. В груди разливалась тяжесть, будто кто‑то положил на плечи невидимый груз. Опять. Сколько ещё таких писем я получу? Где я ошибаюсь?

Откинувшись на спинку стула, я провела руками по лицу. Мои тёмные волнистые волосы рассыпались по плечам. Пальцы на мгновение задержались на висках — там, где уже назревала тупая пульсирующая боль. Взгляд невольно скользнул по комнате — моей маленькой крепости, где каждая деталь будто отражала моё нынешнее состояние.

Квартира была оформлена в современном стиле: строгие линии, нейтральные оттенки серого и бежевого, минимализм в деталях. Потолок украшали стильные трековые светильники, создающие одновременно рабочую и уютную атмосферу. Они сейчас казались слишком яркими, резанули по глазам — пришлось отвернуться. Лёгкий сквозняк пробирался сквозь щели в рамах, принося с собой прохладу и слабый запах осенних листьев — тот самый бостонский аромат, смесь влажной земли, коры и чуть подвядшей зелени.

Прямо напротив меня — аккуратный серый диван с парой подушек, одна из которых в клетку. На небольшом круглом кофейном столике перед диваном лежала раскрытая книга. Эта картина обычно настраивала на спокойный лад, но сегодня даже она казалась насмешкой — будто кричала: «Остановись, выдохни, забудь о поисках работы!»

За окном шелестели листья — сентябрь в Бостоне всегда был таким: ветреным, немного меланхоличным, но с особым шармом. Я машинально коснулась своих влажных тёмных волос, которые обрамляли лицо, словно тёмный ореол. Мои зелёные глаза, обычно полные жизни, сейчас казались потухшими, отражая внутреннюю борьбу. Лёгкий румянец на щеках лишь подчёркивал бледность кожи, а губы, обычно ярко накрашенные, сейчас выглядели бледными и сжатыми.

Иногда доносился отдалённый гул городских улиц, приглушённый осенней дымкой. Где-то вдалеке сигналила машина, а из кафе на первом этаже доносился аромат свежеиспечённых булочек — типичная бостонская утренняя суета, которая обычно вдохновляла меня, но сегодня лишь подчёркивала одиночество и безнадёжность ситуации.

Я прислушалась к ритму города: как шуршат листья под ногами редких прохожих, как скрипят старые тротуары, как ветер играет с вывесками на зданиях. Бостон в сентябре казался одновременно живым и уставшим, будто сам находился в состоянии перехода — между знойным летом и суровой Новой Англии зимой.

Тишина квартиры, прерываемая лишь отдалёнными городскими звуками, давила на плечи. Я представила, как вскоре улицы заполнятся студентами в тёплых свитерах, спешащими на лекции в Гарвард или MIT, как парки покроются золотым ковром опавшей листвы, как в воздухе зазвучат аккорды уличных музыкантов. Но сейчас всё это казалось далёким и нереальным, словно другая жизнь — жизнь, к которой мне ещё предстоит пробиться.

Слева, за изящной перегородкой из вертикальных деревянных реек, виднелась моя белая кровать с небрежно наброшенным пледом, серое кресло у окна, сквозь полупрозрачные шторы которого пробивался тусклый дневной свет. На полу — светлые деревянные доски, уложенные «ёлочкой», добавляющие тепла в этот лаконичный интерьер.

Тишина квартиры была почти осязаемой. Только холодильник изредка гудел, как будто напоминая, что жизнь где‑то всё‑таки продолжается. Этот звук теперь казался издевательством: мир идёт вперёд, а я будто застыла на месте, в этой комнате с выключенным светом, где единственным источником освещения был холодный экран ноутбука.

— Да сколько можно… — тихо сказала я в пустоту, и голос прозвучал жалко, почти потерянно. Мои губы дрогнули, а в глазах мелькнула искра отчаяния.

На столе — кружка с давно остывшим кофе, блокнот с выписанными вакансиями и ручка, которой я уже даже не пыталась что‑то зачёркивать. Список почти не менялся. Три года аспирантуры. Красный диплом. Публикации.

И что?

Ничего.

Телефон завибрировал. Подруга.

— Ну что? — голос бодрый, почти нарочито.

— Ничего.

— Опять?

Пауза. Я представила, как Мона хмурится по ту сторону линии, подбирает слова, которые не прозвучат банально. Мои пальцы нервно теребили прядь волос, а взгляд бесцельно скользил по комнате.

— Слушай, может, ты просто не туда смотришь?

— Куда «туда»? — я усмехнулась.

— Я уже везде смотрю. Даже туда, где мне не хочется работать.

Я посмотрела на своё отражение в чёрном экране ноутбука. Может, проблема во мне? Может, я правда недостаточно хороша?