Приворот на босса. Хочу, не могу

Пролог

В баре многолюдно, но не хочу смотреть на людей, за окном чертова башня «Меркурий», которая своим медным боком напоминает мне одну рыжую…

Почему, когда я закрываю глаза, я вижу, как мои пальцы скользят между этими огненными локонами и как от этого движения оголяется белая нежная шея, которую так хочется целовать, лизать, оставлять темно-красные пятна засосов, а потом снова целовать. Долго… пока засосы не растают окончательно, а потом наставить новых, чтобы напоминать, что она моя. И только моя.

Что бы даже она не могла забыть, и видела это каждый раз, когда смотрится в зеркало.

Я перекатил в ладони широкий низкий бокал с толстым дном, представляя, что это не стекло, а ее грудь в моей руке… Она больше и мягче, а когда я сдавливаю ее пальцами, я слышу этот сладостный стон…

Да что это такое?

Почему эта меркантильная сучка не идет у меня из головы?

Почему, чтобы я ни делал, где бы я ни находился, я только и думаю о том, как сильно я хочу ее?

Только ее и больше никого!

Прямо сейчас!

Глава 1 - Александра

— Поехали ко мне, — его жаркий шёпот на выдохе я услышала сквозь звон в ушах и собственное тяжёлое дыхание.

Меня до сих пор трясло от испытанного только что оргазма, по телу ещё бежал электрический ток, а его ладони уже снова скользили по спине к ягодицам, вжимая меня в своё раскалённое тело. Губы оставляли влажный след на нежной коже шеи чуть ниже уха.

— Я хочу ещё, — добавил он нетерпеливым жарким шёпотом, и моя сила воли отказала полностью. Ноги, которыми я обхватывала его бёдра со спущенными брюками, сами собой опустились вниз. Пусть тащит меня куда хочет, я на всё согласна.

— Да, — безвольно выдохнула я, предвкушая безумное продолжение. Неси меня, бог секса, куда угодно.

— Ммм, — промурчал он на моё согласие и впился жадным ртом в шею, как вампир, желающий допить ещё недопитое в моём теле. Кровь мою кипящую от торопливой, но безумно страстной близости.

Не отрывая губы от меня, он завозился руками внизу, стягивая резинку и надевая брюки, звякнул застёгиваемый ремень. Зря старается так сильно, всё равно сейчас обратно расстёгивать. А я уже совершенно точно не планировала слезать с этого парня, пока один из нас сознание не потеряет. И то не факт, что на этом всё закончится.

Пытаясь отдышаться и сфокусировать взгляд в полумраке небольшой комнаты с красноватым освещением, я откинулась на зеркало позади меня. Холодная гладкая поверхность тут же прилипла к моим открытым лопаткам, как и столешница к голым ягодицам. Мой божественный кавалер, закончив с ремнём, поцеловал мою грудь взасос на прощанье и натянул на неё раздвинутый до этого мягкий лиф платья.

А когда распрямился, то и в губы меня поцеловал так, что я едва не кончила во второй раз, упрямо вторгся в мой рот своим языком, вылизывая изнутри и всасывая мой язык. Это ощущалось крайне многообещающе и не только в плане поцелуев. Не успела я вцепиться пальцами в его тёмные волосы, как он обхватил меня за талию и снял со столешницы между двумя небольшими раковинами. Удивительно, что ещё никто не ломился в туалет, в котором мы заперлись, чтобы утолить свой безумный физический голод.

Мои каблуки стукнули по плиточному полу со звонким эхом. Я едва успела поправить сдвинутые трусики и опустить подол короткого платья слегка дрожащими руками.

— Идём, — потянул он меня за собой, тут же отворачиваясь. Я чудом успела облизнуть взглядом его красивый профиль. Хочу разглядеть его при свете! Он сногсшибательно красив и это не потому, что я немного пьяная! Это правда!

Выше меня почти на голову, тело греческого бога, я каждую мышцу прощупала, когда гладила его как умалишённая, а он вбивался в меня как отбойный молот под наше общее громкое дыхание и стоны. О, а эти каменные ягодицы под моими ладонями! Уложу его на живот, сорву одежду и просто сожру эти прекрасные полушария, оставлю на них отпечатки своих зубов! Если успею и в принципе выживу… потому что темперамент у него просто зверский!

В основном зале ночного клуба было так ярко и темно одновременно из-за светового шоу на заполненном движущимися людьми танцполе, что кружилась голова, когда мой Апполон потащил меня за руку к выходу. Кажется, меня окликнула подруга, к которой я, вообще-то, и пришла на девичник в этот клуб.

Но ухожу я совсем не с ней! Меня уносит ураган! Срывает с меня одежду, туманит мозги покруче выпитых коктейлей и пронзает насквозь своим… целеустремлённым напором!

Дальше я подумать не успела, потому что моё тщедушное, расслабленное после оргазма тельце вынесло на улицу и тут же припечатало к стене. А мои припухшие губы накрыли жадные мужские, что я так желала целовать и не останавливаться. Он снова терзал меня, заворачивая в вихрь своего желания, мял и гладил руками, целовал в рот и шею, залезал ладонями под подол короткого платья. Кажется, мы сейчас на улице продолжим, даже несмотря на то, что вокруг нас ходят какие-то люди.

Уже глубокая ночь, но меня совсем не волнует время, оно словно остановилось для нас с моим прекрасным Аполлоном. Я не могла вспомнить, кто я и как меня зовут, потому что он поглотил все мое внимание, пожрал все мое существо, заполняя собой все глубокие черные полости внутри. И в прямом и в фигуральном смысле. Отключил сознание, перенастраивая тело исключительно на физическое функционирование. Я тонула в удовольствии и его руках, я захлебывалась экстазом от осознания, что все это происходит в реальности и со мной.

И он не давал мне возможности даже вдохнуть, не выпуская ни на минуту. Пока он ставил третий засос на моей шее, я приоткрыла глаза и увидела машину такси, тормознувшую рядом с нами у тротуара.

— Такси? — только и успела выдохнуть я.

— Нет, — резко оторвался он и оглядел меня безумным взглядом из-под тёмных ресниц. У меня задрожали колени от этого взгляда. Сожрёт. Определённо. Он облизнул блестящие губы и ответил загадочно, — друг отвезёт.

Следующее, что я ощутила, это уже, как он меня вжимает в блестящий в темноте бок громадного внедорожника. И мы снова целуемся, и это больше похоже на жёсткий трах языками, чем на нежные соприкосновения губами. Я обхватила его лицо ладонями, потому что я тоже его сожру!

Господи, что я делаю? Нет, не отвечай! Не сейчас!

Поставь этот звонок на удержание…

Кто-то распахнул заднюю дверь машины, друг, наверное, и меня уже как пушинку поднял мой божественный тигр и забросил внутрь на мягкое широкое сидение. С рыком запрыгнул следом в салон и уселся, откинувшись на спинку. Тут же потянул меня к себе и усадил сверху.

Глава 2 - Александра

— Просыпайтесь, приехали.

Кто-то упорно тряс меня за плечо, прохлада неприятно поползла по голому телу. Что, одеяла не нашлось что ли? Я шевельнулась и поняла, что я не в кровати лежу, а сижу на теле мужчины. Моё лицо воткнуто в сгиб его шеи и я дышу крышесносной смесью запаха разгорячённого тела и дорогого сложного парфюма. Я теперь сама вся так же пахну. А ещё сексом, сладким удушающим ароматом спермы и смазки, смешанными воедино с запахами наших тел. Глаза едва не закатились после вдоха этой гремучей смеси.

— Александра! Просыпайтесь, вам пора домой!

— Что? — я отлепила лицо от мужского плеча, которое, сама того не заметив, снова начала целовать и повернулась в сторону трясущей меня руки и неприятного холода. Тут же вздрогнула от неожиданности и попыталась прикрыться.

В темноте открытой двери машины стоял какой-то незнакомый мужик лет пятидесяти и глядел на меня. Нет, он не просто глядел, он лапал меня за плечо и руку, которой я обвивала шею моего Аполлона.

Да блин, я голая!

Я судорожно осмотрела себя, отчего голова ещё сильней закружилась. Я полностью раздетая, лежу на таком же голом мужчине, сползшем на сидении и запрокинувшем голову на спинку. Я скрестила руки, на груди, потом так же безрезультатно попыталась прикрыть промежность. Этот то что смотрит?

Мужчина в дверях протянул мне чёрную тонкую рубашку ещё до того, как я нашла своё платье. Пока я натягивала рубашку, он учтиво отвёл глаза. Да, господи, не поздновато? Разглядел уже всё в подробностях!

Воспоминания флешбэком вспыхнули в моём мозгу, и я резко уставилась на тело подо мной. Он расслабленно полулежал на сидении, блестящий и липкий, красивый, что скулы сводило. Крепко спал, сомкнув веки, только тени ресниц, неприлично длинных для мужчины. Меня снова повело остаточным опьянением. Я почувствовала каждую мышцу в своём теле и фантомный член внутри, всё ныло, будто меня насаживали на ракету несколько раз, но в то же время было так хорошо, словно накачали эндорфинами внутривенно.

— Александра, вам пора, — настоял мужчина, портя момент и моё любование Аполлоном. Я жадно облизнулась, представляя, как продолжу наше с ним путешествие в мир пылающих оргазмов.

Нет, я категорически никуда не пойду!

— Проснись, мой сладкий, — я поцеловала его в губы с надеждой, что он сейчас как спящий красавец из сказки раскроет свои глаза и снова обнимет меня своими сильными ласковыми руками. Я хочу ещё покататься! Не на машине! На нём! — Проснись!

Отклеившись от его губ, я потёрла его щеки с колючей короткой щетиной.

— Он не проснётся, оставьте его. Уже очень поздно, вам пора.

Да что он заладил? Я нехотя оторвалась от своего бессознательного бога и обвела улицу вокруг плывущим взглядом.

— Где мы?

— По адресу вашего проживания, я доставил вас домой. Пойдёмте, провожу до квартиры.

— Стоп, — я нахмурилась, сжимая веки пальцами и потирая их. Не помню, чтобы я просила, это раз. Мне обещали, что мы поедем к нему, это два. Но всё уточнила другое. — Откуда вы узнали мой адрес?

— Из паспорта в вашей сумочке. К сожалению, запасного белья у вас не нашлось, а на платье сломана молния. Вот, — мужчина показал мне белый прямоугольничек, мой плывущий по окситоциновым волнам мозг не сразу понял, что это визитка. — Я кладу в вашу сумку, завтра позвоните мне, и я оплачу вам замену платья и белья.

— А ты кто? — немного тормознуто нахмурилась я, когда он уже бесцеремонно стягивал меня с прекрасного и тёплого мужского тела. Сразу стало холодно, а когда он вытащил меня с сидения и поставил на ноги, я вообще чуть не упала.

— Друг, — коротко ответил мужчина, удерживая меня в вертикальном положении за плечи. За это ему, конечно, спасибо, ноги у меня капитально разъезжались и коленки не держали от неконтролируемой дрожи. Давно меня так не…

Будь, с собой честна, Саша, НИ-КОГ-ДА!

Я вновь обратила взгляд в салон машины, где при зажёгшемся свете был прекрасно виден мой спутник, голый и безумно красивый. Микеланджело с него, наверное, картины писал, великолепие то какое! Шея, руки, плечи, пресс кубиками, бёдра и между ними…

— Идёмте! — уже грубей и резче меня выдернули из мечтаний, и дверь машины захлопнулась, погружая салон во мрак и скрывая от меня мой спящий эстетический оргазм.

И вот ведёт меня этот «друг» под ручку, придерживает, чтобы не упала и я вижу, что это действительно мой дом. Мой обшарпанный лифт и едем мы на мой этаж. Я посмотрела с тоской на горящий кружочек кнопки.

— Можно мне обратно? Я хочу к нему!

— Нельзя, извините. Он вам позвонит.

— Позвонит? — с надеждой я подняла глаза на мужика, седой, мудрый, с усами, местами добрый.

— Обязательно, — соврал он и вывел меня на этаж.

Ни черта не добрый.

— А когда? — я напрашивалась на правду.

— Завтра! Как только вы проснётесь! — опять соврал он, даже глазом не моргнув.

По-хозяйски открыл мою сумочку и вытащил ключи, отпер входную дверь. Потом взял меня за плечи и переставил как неживую куклу внутрь квартиры.

Глава 3 - Кирилл

Убейте меня. Только гуманно. Желательно быстро и сразу в голову, которая раскалывается как гигантский ледник и отломанные куски уплывают куда-то вдаль по поверхности чёрного, как нефть кофе, залитого с утра внутрь моего многострадального организма.

— Думаю, стоило сегодня приехать попозже. Вас всё равно в офисе не ждут, — Виктор, как всегда, попытался стать голосом разума. Заботливый какой. Ну уж нет, если я проснулся, то отлёживаться в кровати просто так не буду, мне ещё столько дел переворотить сегодня надо, что спать в следующий раз буду примерно послезавтра.

— Только не начинай, ты мне теперь как матушка будешь мозги вынимать? — огрызнулся я, тут же жалея, что вспомнил покойную мать. Стыдливо выпрямился на сидении и выглянул в окно, где меня тут же ослепило грёбаное солнце. Кто его просит именно сегодня врубаться в такую рань?

— Ваша матушка давно разобралась бы с вашей бессонницей и заставила вас соблюдать режим! А не спать четыре часа раз в три дня! — строго выговорил мне мой водитель, он же охранник, он же личный помощник и, вообще, почти отец, если уж на то пошло. Не в пример настоящему.

Но я всё равно махнул на него рукой.

— Она бы не стала возиться со мной. Да и неважно всё это, ты мою папку с документами не забыл дома?

— Нет, вот она, — он поднял толстенную кожаную папку с переднего пассажирского.

— А ноут мой где?

— Рядом с вами лежит.

Я глянул, точно. Вот он рядом со мной, а я и не вижу его.

— И телефон в кармане пиджака, — добавил Виктор, и я похлопал по карману, даже не успев его об этом спросить. Хоть перед кем-то можно расслабиться и полностью довериться. Я выдохнул и сполз на сидении, прислоняясь лбом к прохладному стеклу. Голова стала болеть чуть меньше, вот бы ещё солнце не слепило. Его нет с другой стороны машины, но это слишком далеко, чтобы двигаться.

— Я заказал ваши лекарства в офис, к одиннадцати должны доставить, ваш секретарь Ангелина примет их и проследит, чтобы вы приняли все по графику.

— Конечно! — тут же бодро ответил я, одними глазами ловя его скептический взгляд в зеркале заднего вида. Ну и пусть не верит, мне то что?

Я всё равно вместо таблеток залью в себя энергетик. Надо будет разузнать, где сейчас ошивается мой старый добрый талантливый бармен, который намешивал мне с этими энергетиками очень вкусные коктейли, потому что магазинную дрянь пить просто невозможно. Это как 92 бензин в Ламборгини заливать. Пойдёт только на разок и то, не блевануть бы в процессе.

Я попытался вспомнить Ангелину в лицо. Не смог, так давно не был в московском офисе, что даже личную секретаршу в упор не могу воспроизвести в сознании. Блондинка, брюнетка, шатенка? Кто мне там нравился… полгода назад, когда я её нанял.

Полгода уже прошло. Знатно меня помотало по родине моей необъятной и это ещё не конец. Хотя в Москву, судя по последней информации от проверенных людей, надо возвращаться почаще. Тут начал твориться полный беспредел в моё отсутствие. Ну, я им сейчас устрою…

Машина резко затормозила, отчего я вылетел из своих мыслей и чуть не влетел лицом в подголовник переднего сидения.

— Виктор! — только и успел, что вскрикнуть я и замер, уставившись в лобовое стекло. Я почти уверен, что у меня упала на пол челюсть от того, что я там увидел. Кого.

Она подпрыгнула от испуга, картонный стаканчик с кофе в её руке едва не опрокинулся, чудом удержала. Но копна рыжих волос взметнулась и рассыпалась по плечам, ярким контрастом выделяясь на ослепительной на солнце белой блузке. Я моргнул, глядя на её лицо, глаза лисьи с длиннющими ресницами и губы… О, эти губы, что я так долго и сладко целовал, что думал, задохнусь. Эти губы, что покрывали мою шею горячими поцелуями, открывались от удовольствия и выпускали на волю изумительные нежные стоны, от которых у меня вновь зазвенел в голове тот вечер и яйца в штанах как…

— Остановись! — я увидел, что девушка, перешла через дорогу и отправилась дальше, даже не увидев меня в машине. Да и как могла? — Тормози, говорю!

— Здесь нельзя, пешеходный переход!

— К чёрту переход, Витя, тормози, сказал!

Но Виктор, упрямый старый баран, всё равно проехал дальше, а я чуть не свернул шею, пытаясь разглядеть, куда направилась моя нимфа из ночной сказки.

Не успел внедорожник резко затормозить у тротуара, как я почти выпал из него, путаясь в ногах и отвыкнув от высоты машины. Пока обежал огромный зад, уже и потерял из виду стройную фигурку и светящиеся рыжие волосы. Как солнце за тучу зашло сразу же.

Я стоял и судорожно искал её взглядом, потом зачем-то ломанулся по пешеходному переходу на ту сторону дороги и ещё там, на небольшой площади между офисными небоскрёбами, вертелся как волчок на одном месте, выглядывая в серой унылой толпе яркое пятнышко дикого огня.

Сердце заполнило уши своим стуком, и я замер, размял руку, в которой кольнуло непонятно отчего.

— Кирилл Александрович! — позвал меня Виктор, выйдя из машины и торча теперь в открытой двери. Он смотрел на меня как на умалишённого.

Да может это так и есть? Может, мне привиделось? Не бывает же таких совпадений в жизни? Чтобы девушка из захолустного непопулярного клуба, расположенного у чёрта на куличиках, вдруг оказалась рядом с моим же собственным офисом. Где она и где я?

Глава 4 - Александра

Солнце сегодня не просто ослепляло, оно пыталось выжечь мои глаза своим нестерпимым светом, но тёмные очки я, естественно, не брала с собой на работу. Не подумала об этом, выходя из дома. Я вообще могла думать только о том, что я жутко опаздываю, и у меня будут неприятности из-за этого. Электронную систему прохода не так-то просто обмануть, будь неладны современные технологии.

От метро до высоченного офисного небоскрёба я шла с пышущим жаром стаканчиком кофе в руке и пыталась прийти в себя. Надежда, что мне полегчает от свежего воздуха и яркого солнышка таяла так же быстро, как и кофе. Что-то последствия затянувшегося девичника намного хуже, чем я могла бы предположить.

Вообще-то, я не планировала оставаться в клубе до такого позднего часа, надеясь смотаться после коллективных поздравлений будущей невесты и ещё пары тостов в придачу. Но вот с тостов плавно перешла на коктейли и танцы, а там уж закрутилось всё по-взрослому.

От воспоминания о моём загадочном спутнике у меня вновь ослабли колени, и в животе так потеплело, что я перестала смотреть под ноги. Головокружительный вечер… я мечтательно вздохнула, и перед глазами всплыли разрозненные картины того, как я обвиваю шею потрясающе красивого мужчины своими руками, потом мы танцуем… он так пахнет, у него такое тело… а как он целовался…

Господи, не приснился ли мне этот мужчина?

Ведь мог и присниться!

Резкий звук ревущего двигателя и колёс скребущих по асфальту заставил меня вздрогнуть и едва ли не подпрыгнуть, прямо передо мной у перехода вырос какой-то чёрный внедорожник. Я чуть кофе не уронила с перепугу от близости его сверкающего бампера. Господи, нельзя же так пугать!

Не смотрит, куда едет! Переход же!

Я откинула с плеча распущенные волосы и поспешила на ту сторону улицы, мне надо поторопиться, каждая минута может оказаться фатальной для моей не так давно начавшейся карьеры. Я прибавила шагу, отстукивая каблуками по плиточной мостовой между высокими сверкающими зеркальными зданиями, возвышающимися над головой как огромные холодные айсберги.

Мой испытательный срок уже прошёл, но если захотят придраться, то и за опоздание могут уволить. Даже несмотря на все мои рекомендации и поручительства как хорошего специалиста. Слишком серьёзная компания, чтобы держать у себя нерадивых сотрудников, ведь на их место ещё полсотни человек претендуют.

Я почти бегом заскочила во вращающиеся стеклянные двери и, наконец, расслабилась в более тёмном и спокойно освещении фойе, пройдя турникеты и отметившись, заскочила в лифт. Мой офис находится почти у самого неба, на вершине небоскреба. Взлёт карьеры во всех смыслах слова. Эта работа — моё спасение и мне надо держаться за неё всеми руками и ногами.

Холл, коридор, ещё коридор и я в своём небольшом, но уютном кабинете, потому что он с окном! Не всем так повезло! Но ещё большее везенье в том, что я в нём сейчас одна, потому что моя соседка в отпуске и я могу перестать делать вид, что меня сейчас не вырубит от критического недостатка сна. Спать 3 часа с понедельника на воскресенье — смерти подобно.

— Знаешь, даже такой слой консилера не скрывает синеву у тебя под глазами, ты хоть бы патчи что ли использовала, — Таня, добрая душа, бесшумно просочилась в кабинет и уже стояла рядом и пыталась вот так вот гуманно объяснить мне, что я выгляжу как кусок… переваренного шоколада.

— Да использовала я патчи! И огурцы, и ложки даже прикладывала! Всё без толку, — отмахнулась я с неподдельной досадой. Но зеркальце из стола достала, чтобы ещё раз ужаснуться. — Вот скажи мне, какой вменяемый человек будет устраивать девичник в воскресенье? Это же самоубийство, сегодня рабочий день! Это Лариске хорошо, она в отпуске! А я? Я сейчас просто умру! — я потрясла стаканчик, кофе закончился, а за новым надо идти к автомату в холле. Далеко и мучительно.

— Меня Русланчик не просто так с вами не пустил, он предвидел такой поворот событий, — Таня с довольным видом уселась на стул для посетителей с другой стороны моего стола.

— Твой Руслан — собственник и боялся, что ты закончишь вечеринку у другого мужика в объятьях.

— Совсем как ты? — Таня упёрла руки в боки и хитро улыбнулась.

А у меня на лице всплыла неуправляемая улыбка от воспоминаний и тут же разлилась кипящая лава по щекам. О господи, я как вспомню, так прямо и не знаю, что лучше, никогда не забывать или, наоборот, словить амнезию, чтобы пережить этот позор.

— Не начинай, — я уронила лицо в ладони, — по гроб жизни теперь буду это вспоминать с ужасом и стыдом. Сама от себя не ожидала, что подцеплю парня в клубе, мало того, тут же пересплю с ним. Уму непостижимо.

— Ночью ты так не думала, да и вряд ли сможешь теперь его забыть. Готовься, скоро он примчится к тебе на крыльях непреодолимого желания.

— На чём? — не поняла я.

— На непреодолимом желании секса с тобой! — уточнила Таня и уставилась на меня.

А я на неё. Что она говорит? Нет я, конечно, не против, секс был не просто потрясающийся, а откровенно рушащий все мои представления об этом процессе раз и навсегда. Но что-то в её интонации меня пугало, если честно.

— Так ты что, — сменила Таня тон на изумлённый, — все-таки пьяная была? Ты мне соврала?

— Да не была я пьяная, я выпила то всего ничего… — я мысленно зависла на стопках какого-то горящего коктейля, который мы пили на брудершафт с… Аполлоном. Точно… Это было с ним, а потом мы так целовались, что я очнулась в туалете на его члене. Да, так и было. Но раз я всё помню, значит, я не была пьяная.

Глава 5 - Александра

— Костик, ты чего так пугаешь? — Таня положила руку на грудь, будто у неё сердце пытается выпрыгнуть.

— Привет, девчонки! Хорошо выглядите, — Бизонов улыбнулся сначала Тане, а потом повернулся ко мне, включая свой образ соблазнителя на полную катушку, поиграл бровями, мускулами, растянул рот в отбеленной улыбке, — а ты Сашенька, так вообще сногсшибательна, новая причёска?

Я едва сдержалась, чтобы не покачать разочарованно головой. Очередной неоригинальный подкат, не понимает парень намёков, что я не ищу отношений, особенно сейчас, когда у меня после развода ещё не зажило в груди. А этому спортсмену всё по барабану, девушка свободна, значит, пора распушить павлиний хвост и намазать свои мускулы маслом в надежде, что я ослепну от этой неотразимости и упаду в его объятья. Из штанов бы не выскочил, позёр. Вон кружку так держит и бицепсы напрягает, будто она из чугуна сделана и весит десять кило.

— Доброе утро, Костя, а ты, как всегда, бодр, — я натянула дежурную улыбку, а Бизонов сразу сделался довольным, будто я за него замуж согласилась пойти.

— Спасибо, — ещё приторней заулыбался он, проводя рукой по коротко стриженному ёжику волос, — ты же знаешь, я на посту с самого рассвета. Да и сегодня у нас серьёзный день, начальство изволило посетить наш скромный офис. Мне ребята сообщили, что увидели машину на подземной стоянке.

— Начальство? — напряглась Таня.

Я тоже немного, если честно. Потому что я тут не так давно работаю, но посещение самого высокого начальства ещё не заставала и не понимала, почему его так боятся и чуть ли не с придыханием говорят. Всё, что я слышала, это что старый владелец холдинга умер в прошлом году и после этого начались какие-то ужасы.

— А что за начальство? Совет директоров совсем недавно же собирали, — зачем-то уточнила я, — и акционеры только раз в полгода встречаются дивиденды делить.

— А это САМ прилетел! — Костя поднял палец вверх, будто к нам на планёрку заскочил Господь Бог.

— Серьёзно? — побледнела Таня, а я уставилась на неё, ничего не понимая. Да объяснит мне уже хоть кто-нибудь, что за САМ и почему столько пафоса в голосе?

— Да! — подтвердил Бизонов с важным видом, — Соколов собственной персоной, — он указал большим пальцем за свою спину, где на парадной стене возле лифтов красовался логотип холдинга «Фалькон Групп» с летящим соколом.

— Ну всё, трындец нам, — Таня сразу сдулась, и вся её утренняя раздражающая жизнерадостность поблёкла, как большой тенью накрыло.

— Почему? Что плохого то? Ну, приехал владелец и что? — я глядела то на одного, то на другого.

— Как и что? — изумился Константин, забыв, видимо, что я тут новенькая и, вообще-то, местных легенд ещё не знаю. — Соколов — это воплощенный Всадник Апокалипсиса!

— В смысле? — не поняла я, звучит как-то глупо, — что значит апокалипсиса?

— А то! — встряла Таня, — что он уже год проводит ревизию всех филиалов и подразделений холдинга, прилетает в необъявленный случайный город, чтобы никто подготовиться не успел, и наводит там такой шорох, что пожар, наводнение и землетрясение в один день столько не приносит разрушений.

— Массовые увольнения, сокращения зарплат, продажи целых филиалов и даже посадки были! Представляешь? Директора и главбуха за решётку отправил, — с чувством продолжил рассказывать Костя, и от эмоций у него даже вена вздулась на накачанной шее, — сам! Своими руками, сдал руководителей целого подразделения и глазом не моргнул.

— Ну, так может, — я растерянно посмотрела на них, — может, они заслужили?

— Ага, или слово ему поперёк сказали, — скептически поморщилась Таня. — Говорят, он жуткий самодур и тиран, вообще ничьё мнение в грош не ставит. По щелчку пальцев неугодного может уволить просто потому, что у него настроение плохое. А не уволить так посадить, или ещё хуже, не найдут бедолагу вообще! Говорят и такое бывало, вон управляющий Калужскими складами так и пропал, небось киллеры у него есть свои личные, которые грохнули того и в лесочке прикопали! Так что хана нам тут всем, раз добрался и до нас!

— Я не очень в это верю, если честно. Это какие-то детские…

Я не успела договорить, потому что на этаже раскрылись сразу оба лифта, и из них высыпала целая толпа народу, причём странно кучкующаяся вокруг кого-то в эпицентре. И люди все эти выглядели так, будто собираются вот-вот на колени бухнуться, такого фальшивого и напускного подобострастия я в жизни не видела.

— Ой, мать моя, — пробормотала Таня и попыталась исчезнуть за кофейным автоматом.

Я развернулась в ту сторону лицом, считая, что уж мне точно нечего опасаться. Я работаю хорошо, прямое руководство всегда было довольно, не будут же меня карать за небольшое опоздание.

— Бизонов! — впереди несущийся исполнительный директор, подозрительно бледный и дёрганный, щёлкнул пальцами начальнику охраны, и тот сразу вытянулся по стойке смирно и вылез передо мной, словно на построении в армии. — В кабинет живо! — указали ему следовать, судя по всему, к тому самому начальству на ковёр.

Я только хотела шепнуть Костику, что он перебарщивает, встав так, будто ему кол вместо позвоночника воткнули, как увидела ЕГО.

В центре человеческого вихря, семенящего ногами и пытающегося заглянуть в глаза, шёл широкими шагами, будто надвигающийся грозовой циклон, устремив взгляд прямо перед собой и сведя тёмные брови, тот самый Всадник Апокалипсиса.

Глава 6 - Кирилл

Блондинка в облегающем синем платье и с планшетом в руках, которая стоит слева от стола и ест меня глазами, должно быть, Ангелина, моя секретарша. Слишком прямолинейно разглядывает, будто уже строит планы совсем не рабочего характера. Позже, если будет желание, я только приехал и не собираюсь отвлекаться на личные увеселения до того, как минимум сориентируюсь на местности.

Я задумчиво обвёл взглядом остальную делегацию, которая решила, что провожать меня с самого фойе на первом этаже здания, потом толкаться в тесном лифте, а теперь ещё и топтать мой ковер, самая лучшая идея для данной ситуации.

Подхалимы и прихвостни.

Переживают, значит, есть, о чём волноваться. Я за год уже начал довольно быстро примечать бегающие глазки подчинённых, которые свидетельствуют в пользу тех или иных махинаций или проступков.

Есть два варианта, либо мой отец надрессировал всю эту с виду приличную свору стоять в стойке на задних лапках и поджимать хвостики, либо они пытаются нанести мне как можно больше пыли в глаза с первых секунд визита, чтобы скрыть максимум своих тёмных делишек.

Я откинулся на спинку своего кресла, вспоминая, насколько оно удобное, словно по слепку моей спины изготовленное. Или в этом офисе даже кресло ко мне подлизывается, чтобы выжить и я его на помойку не выкинул?

Моя слава определённо летела впереди меня. Странно было бы предполагать, что подразделения и филиалы не делятся друг с другом информацией о моих ревизиях, а в особенности об их результатах. Я почти уверен, что никто из уже посещённых мной не сказал ни одного доброго слова о моей персоне. Скорей выгораживали себя, покрывая мою репутацию толстым слоем лжи, где я ожившее мифическое чудовище, пожирающее младенцев и замов на завтрак, закусывающее директорами на обед, а на десерт трахающее секретарш.

— Ангелина, — блондинка выпрямилась, и её глаза заблестели, значит, угадал, — пишите в моё расписание на сегодня: в два часа всех директоров, в четыре бухгалтерию и финансы, в шесть кадры. На завтра в десять начальников производственных отделов, в двенадцать аудиторов, коммерческих в…

— Кирилл Александрович, — решила она меня перебить, — директор по продажам сейчас на больничном дома, ему…

— Посмертную премию выписать? — так же перебил её я.

— Что? — она хлопнула глазами. Синхронно переглянулись и остальные, исполнительный директор громко сглотнул.

— Материальную помощь семье на похороны? — продолжил я с бесстрастным видом.

— Так он же… жив ещё, — Ангелина боязно глянула на исполнительного, но тот не шелохнулся ей в помощь.

— Раз жив, значит, приедет на совещание. Современная медицина сейчас творит просто чудеса, особенно по той страховке, что компания оплачивает руководящему составу. Если это не поставит его на ноги до завтра, значит, он и дальше не сможет исполнять свои обязанности.

— Я срочно у него уточню, — заволновалась Ангелина.

Я резко переключил внимание на свой ноутбук, открывая крышку и запуская программы.

— Все свободны. Ангелина, кофе мне без сахара, — кратко завершил я разговор, пока никто не начал пытаться выслужиться впихивая в мой ещё спящий мозг свои отчёты и предупредительные оправдания.

На то, как смущённо народ покидает кабинет, я даже не взглянул, тут же увлекаясь открываемыми файлами. По почте мне прилетели давно ожидаемые отчеты из налоговой, которые я запросил ещё в полёте и ими я хотел заняться в первую очередь. Змею надо ловить за голову, а не хвост, а то и укусить может успеть.

— Кирилл Александрович, — Ангелина крайне быстро нарисовалась с чашкой кофе в руках и качая бёдрами, уже несла его ко мне через просторный кабинет. Надеется на милость в обмен на секс? Она поставила чашку и тут же добавила, — там Бизонов, вы просили его вызвать.

— Пусть заходит, а ты найди мне контакты Колесникова и свяжись с ним, пусть подъедет, как только сможет.

— Хорошо, я сообщу, как только он будет тут, — на выходе она не забыла соблазнительно вырисовать восьмёрки туго обтянутой задницей. Интересно она так постоянно одевается или к моему приезду подготовилась? Кто меня сдал? Я потёр пробивающуюся щетину на подбородке, вспоминая, что не успел сегодня побриться.

— Вызывали, Кирилл Александрович? — начальник службы безопасности слишком робко для его комплекции замер в дверях. Этому явно корпоративный спортзал уже жмёт. Надо пересмотреть расходы на досуг и спорт сотрудников, все чересчур расслабленные и спортивные.

— Да, свяжись со службами бизнес-центра, нужно просмотреть сегодняшние записи с камер наблюдения на улице и площади, — я встал и снял пиджак, чтобы накинуть его на специальную напольную вешалку у стены, отделанной дубовыми панелями. Повёл затёкшими плечами, вот всё хорошо с тем, что Виктор оттащил мою тушку в квартиру, но вот на кровать он явно бросил меня как мешок с картошкой. Не сон, а пытка и отлёжанные конечности. Не одобрил мой вечер-антистресс.

— Что мы ищем? — Бизонов приблизился и встал, сложив руки за спиной.

— Вы ищете, — я сел обратно и отпил кофе. Боже, ну и мазут пережаренный, — отследите по уличным время моего прибытия. Меня интересует женщина, которая переходила дорогу перед моей машиной по пешеходному переходу. Узнайте, куда пошла, где работает, как зовут. — Я поднял глаза на Бизонова, тот изо всех сил старался выглядеть бесстрастно. Как овчарка служебная, ей-богу.

Глава 7 - Александра

— Сашенька? Ты не занята? — к концу дня Бизонов вновь скрёбся в мой кабинет.

До этого уже заходил и задавал очень странные вопросы про то, почему я опоздала и, совсем уж внезапно, о машине утром на переходе. Сказал, что видел по камерам наблюдений, как меня чуть не сбил автомобиль и решил узнать, всё ли в порядке. Как пришёл, так и ушёл, ничего не объяснив. А теперь, что ему надо? Я и так с трудом могу работать, а мне, между прочим, это за двоих делать надо, спасибо Лариске с её отпуском.

— Нет, Кость, ничего важней работы я не делаю, — вздохнула я.

— Какие планы на вечер? — Бизонов присел на стул рядом и облокотился на стол, опять играя мускулами. От этой позы у него напряглись бицепсы, трицепсы, и выперли грудные мышцы под голубой рубашкой.

Это что, намёк на свидание? Пригласить собрался? Ну, нееет, спасибо, я ещё не в такой степени отчаяния.

— Мой план на сегодня один — пойти домой и упасть в кровать, чтобы выспаться, наконец. У меня была очень тяжёлая ночь и ничем другим, кроме отдыха вечер занимать я не планировала категорически! — я попыталась быть очень убедительной, но при этом вежливой.

— Это замечательно! — довольно улыбнулся, — отличный план! И не давай никому тебе помешать!

Константин так же внезапно поднялся и ушёл, как и явился до этого. Я недоумённо моргнула. Что это такое только что было? Сегодня всё не в себе что ли? Ладно я, у меня для этого был веский повод, учитывая неожиданное открытие и личность Аполлона, внезапно оказавшегося владельцем всего нашего немалого холдинга. Мне ещё надо бы разобраться, что с этим делать. То ли уволиться, пока не встретила его в коридоре, то ли, наоборот, уйти в глухую оборону.

Эта работа мне очень дорога, она жизненно необходима, чтобы оплачивать все мои долги, приобретённые в неподъемных количествах благодаря Савелию. А точней, подло навешанных на меня в период нашего брака, да так, что после развода я не смогла от них отказаться.

Знала бы я про этот сюрприз…

Да чёрт с ним!

Я вновь вздохнула и отвлеклась на потрясающий воображение вид за окном, все же верхние этажи небоскрёба. Смотришь сверху вниз на все эти крошечные домики и, будто бы летишь над землёй.

А я, видимо, летаю над ней слишком много, вот опять в голову лезут воспоминания о прошлом вечере. Почему мужчины на одну ночь всегда выходят такими потрясающими, а постоянные партнёры оказываются с сюрпризом внутри, да таким, что мало не покажется.

Стараясь отвлечься, я вновь вернулась к работе.

Только к концу дня меня оторвала от дел Танюшка, решившая составить мне компанию, и отправиться домой вместе. Мне осталось доделать совсем немного, и я свободна. Пока я добивала последние отчёты, Таня сидела рядом и крутила в руках телефон.

— Я очень долго думала над тем, что ты сказала, — она многозначительно на меня посмотрела. — Ты уверена, что Кирилл Соколов — тот самый мужчина из клуба? Может, ты обозналась? Что ему там делать? В спальном-то районе?

Я вздохнула, я могу понять её скепсис. Сама бы ни за что не поверила, что всё происходит в действительности, а не в безумном бульварном романе.

— Вот, я протянула ей свой смартфон, где открыла ту самую фотографию, на которую накладывала приворот, читая над ней волшебные слова, сжигая листок и сдувая пепел в окно.

Таня с сомнением пригляделась, и с каждой секундой, судя по выражению лица, она верила все больше.

— Так и хочется глаза протереть. Жаль, меня там не было, — почему-то вздохнула она.

— Ты серьёзно? — уточнила я, не веря своим ушам. А как же её Русланчик?

— Да не в том смысле, что я сама не прочь была бы подцепить его, — попыталась она оправдаться, думая, что я не вижу этот плотоядный взгляд, — скорей про то, что если бы увидела его живьём, точно сказала бы он это или нет. Тут он выглядит совсем иначе, — Таня провела пальцами по экрану, — лицо то же, а человек внутри совсем другой.

Я забрала у неё телефон и тоже вновь посмотрела на фотографию, пытаясь найти сходство и подтвердить ещё раз и самой себе. Нет, ошибки быть не может, одно лицо, высокие скулы, тёмные волосы, лёгкая щетина на хорошо очерченном подбородке с небольшой милой ямочкой.

Мысли вновь и вновь возвращались к нему, он словно наваждение не отпускал меня, даже после приступа неконтролируемого страха от встречи в коридоре и баек, рассказанных Таней с Костиком.

— Думаю, даже если он меня увидит здесь, скорей всего не вспомнит. Пройдёт мимо, будто меня и нет. Я ведь никто и звать никак. Тело на одну ночь, — чем больше слов я говорила, тем спокойней мне становилось, будто я сама себя убеждала, что мне не грозит чертовски неловкая встреча с нехорошими последствиями. Но в то же время и сожаление росло всё больше.

— Знаешь что? Ты, Саша, совсем забыла, что ты на него приворот наложила. А раз уж заколдовала мужика, готовься пожинать плоды!

— Какие ещё плоды? Быстрое увольнение за аморальное поведение?

— Ты приворожила его на секс! А это известное и крайне убойное женское оружие, которое можно использовать с большой пользой! Давай включи воображение! Да, он чёртов миллиардер, владелец заводов и пароходов, пусть с кошмарным характером, но тебе с ним не жить! Так потрахаться немножко, пока не надоест! Но он при этом будет в полной твоей власти, ты сможешь попросить, нет… потребовать у него что угодно за малейшую возможность заняться с тобой сексом! Он будет на всё согласен! Уж поверь мне, я проверила!

Глава 8 - Кирилл

Раздался короткий тройной стук в дверь, как это всегда делала Ангелина, тут же в приоткрывшуюся широкую створку вошла и сама блондинка. Коротко и немного робко глянула в угол, на разбитую об стенку декоративную пепельницу, стоявшую раньше на моём столе. До того, как у неё появился серьёзный повод, она не решалась войти в мой кабинет даже на шум. Переждала бурю в безопасном месте.

Так и запомню, если ко мне нагрянет киллер, на эту пустышку не рассчитывать, максимум вызовет полицию к трупу.

— Кирилл Александрович, Калинина по вашему указанию, — сухо представила она посетительницу и отошла в сторону, пропуская её внутрь. Дождалась, пока пройдёт и спросила, — чай, кофе?

— Воды, позже, — ответил я и метнул в неё предупреждающий взгляд. Ангелина скрылась из виду почти молниеносно.

Передо мной осталась только рыжеволосая красотка, за которой я только что лично пошёл в её кабинет, но кажется стал невольным свидетелем полнейшего разоблачения. И вот она, девушка, соблазнившая меня в ночном клубе, так пылко и рьяно скакавшая на моём достоинстве, а потом так же жёстко его растоптавшая, стоит и скромно хлопает ресницами. Стройная, строгая, в узкой юбке и невинной белой блузке, наивно пытающаяся спрятать волнистыми локонами сочные засосы, которыми я пометил её ночью.

— Добрый вечер, Кирилл Алекса…

— Присаживайтесь! — оборвал я её на полуслове, отчего она сразу растерялась и нерешительно оглядела огромный кабинет.

Взгляд голубых глаз скользнул по ковру, стенным панелям с красивым рисунком морёного дуба, металлическим фигурам у дальней стены и ковру на полу. Потом на её лице проявилось понимание, что стула или кресла, на которые можно было бы присесть, нет. Есть только чёрный кожаный диван сбоку от панорамного окна во всю стену. Но диван выглядел вызывающе, на такой не присаживаются на допросе у начальства.

Широкий, грубый, упругий, блестящий своей вызывающе гладкой кожей. На таком растягиваются с сигарой и бокалом виски или… трахаются.

Жарко, грязно, в своё удовольствие или за новый телефон, самолёт, яхту. Что там ещё было?

— Спасибо, я постою, — скромно сложила ручки перед собой и нервно переплела тонкие пальцы. Боится меня теперь. Во взгляде полное непонимание.

Я встал из-за стола и медленно пошёл к ней, пока не говоря ни слова. Ресницы девушки взметнулись вверх и снова взгляд забегал. Определённо боится меня. Не знает, чего ждать? А как же непреодолимое желание, с которым наперевес я сейчас должен падать пред ней на колени?

На половине дороги резко свернул и прошёл к скрытой за стенными панелями двери, во второй комнате у меня был припрятан раскладной стул. Я вынул его, вернулся к центру кабинета и поставил, разложив одним резким движением. От громкого щелчка стула девчонка вздрогнула, но быстро взяла себя в руки.

— Пожалуйста, — я указал ей «вежливо» на стул, — Александра Евгеньевна, присаживайтесь.

Она посмотрела на меня, на стул и снова на меня, недоумевая, зачем я всё ещё стою рядом. В её взгляде я читал что-то смешанное из непонимания и лёгкого страха. Но страх этот я мог понять, даже тут в московском центральном офисе было в ходу премилое лестное прозвище Всадник Апокалипсиса, и я не собирался его опровергать.

Пауза затянулась, я замер. А ей пришлось принять решение, Калинина чуть заметно вдохнула и прошла на ковёр к стульчику. Остановилась уже возле него, опять в раздумьях. Я мог её понять, ведь я стоял так близко, что если бы она села, то её лицо тут же оказалось на уровне пряжки моего ремня. Ей пришлось бы задрать свою милую рыжеволосую головку и посмотреть на меня снизу вверх.

От этой мысли меня и самого внезапно бросило в жар, я представил эти голубые глаза с длинными ресницами, глядящие снизу с обожанием и страстью, когда она берёт в рот мой член, проводит высунутым язычком по всей длине, ожидая реакции. А я беру её за затылок и…

— Благодарю, — чуть уверенней ответила она, но продолжила стоять рядом со стулом.

Я пришёл в себя, но, кажется, не надолго, потому что в тот же момент вдохнул и потерялся в запахе её духов. Обоняние — штука коварная, оно заставляет вспоминать то, что совсем не планировал сам воспроизводить в мозгу в данный момент. А я очень даже не планировал ничего вспоминать с нашей прошлой встречи!

Я расширил ноздри от злости на самого себя, ещё сильней вдыхая, перед глазами уже прыгала её обнажённая грудь в тёмном салоне моего авто. Я вспомнил, какие на вкус её дерзко торчащие розовые соски. Жар из мозга медленно сполз под ширинку и начал расширять грёбаные сосуды в члене вместо мозга.

Чёртова физиология!

— Что-то не так? — зачем-то спросила Александра, всё ещё в неловкости стоящая передо мной, а между нами этот дурацкий стульчик для унижений.

Мне понадобилось больше секунды, чтобы собрать мысли в кучу, да так, чтобы они были не про секс.

— Вы кажетесь мне знакомой, мы раньше встречались? — вывалил я свой следующий ход, изобразив на лице серьёзную задумчивость.

Ах, какой букет эмоций на её личике! Удивление, испуг, осознание, расслабление. Досада? Попалась мышка в мышеловку. Пусть думает, что я её не помню, потому что слишком пьяным был. Всё равно я так удачно и позорно для мужчины отключился, чуть ли не в процессе. Этот нюанс мне сейчас на руку сыграет, а не для очередного укола сомнений в мужской состоятельности.

Глава 9 - Александра

Только войдя домой и закрыв за собой дверь, я более-менее пришла в себя. О мои ноги потёрся Марсик с громким урчанием и, задрав хвост, побежал на кухню, подсказывая, что первым делом надо кормить его, остальные дела подождут. Я сбросила туфли, последовала за своим котом и первым делом вымыла руки, потом подумала и умыла лицо прохладной водой.

Пока накладывала корм из банки в миску, снова зависла в своих мыслях. Марсу пришлось заорать в голос, чтобы я про него вспомнила и опустила миску на пол.

— Слышу, Марс, не обижайся, — я уселась на кухонный стул, глядя на то, как он лопает с аппетитом свой ужин. Взъерошила волосы и без того растрёпанные сильным ветром на улице. Обычно я укладываю их в причёску на работе, но вот сейчас пришлось скрывать слишком яркие засосы на шее. Я задумчиво поглядела на котяру. — Кажется, твоя хозяйка снова влипла в неприятности.

Что это чёрт возьми было? Что именно от меня хотел Соколов и как понимать его странное предложение? Неужели и вправду ему нужна моя чисто профессиональная помощь? Я сидела в его кабинете, боясь лишний раз шевельнуться, чтобы не дай бог не стриггерить лишним вздохом. А он мне рассказывал только о проблемах компании и том, что никому не доверяет. А мне-то с чего он будет доверять?

Я ему точно не смогу. Слишком всё странно, вызов его этот в самый удачный момент. Откуда он вообще обо мне узнал? Нет, конечно, он ничего не сказал, про клуб или наш с ним секс, что навело на очень определённую мысль, что он всё же был слишком пьян, чтобы меня запомнить. Но всё же.

Я совершенно не могла понять его поведение и правильно расценить, как же мне поступать дальше. С одной стороны, он не набросился на меня и не нагнул на свой гигантский стол, как я поначалу боялась. А потом вдруг стал уговаривать работать вместе с ним, будто я не сотрудница его компании и мне нельзя просто приказать исполнять порученное? К чему эти реверансы и вопросы? И почему так много денег он за это предложил?

А с другой стороны, в его взгляде я видела плохо скрываемый интерес, да что там, порой казалось, что это самое настоящее желание, тлеющее скрытым огоньком в расширившихся зрачках. А его интимный шёпот на прощание? Меня бросило в дрожь от его голоса и горячего дыхания на моей коже. И если бы он не сказал, что мы не знакомы, я подумала бы, что он сейчас вожмёт меня в стену и поцелует! Что ему хочется именно этого!

Господи, как это всё понимать?

И хуже всего то, что я на него даже смотреть спокойно не могу, потому что как бы я ни старалась, я вижу того парня в красном полумраке клубного туалета, я слышу его тихие стоны и частое дыхание, чувствую на себе его фантомные прикосновения, от которых у меня горит кожа, и между ног начинается вселенский потоп. Я вижу Аполлона, лежащего голым на заднем сидении, а не человека — грозовую тучу в дорогом мрачном костюме.

И ведь при свете дня он оказался ещё более привлекательным, чем я видела его в полутьме клубных уголков, где мы обжимались.

Я боюсь его и хочу одновременно! Будто это два разных человека, но он один! Сидел передо мной, как хозяин жизни, и оценивал то мою грудь, то губы, будто облизывал взглядом. Это он ко всем женщинам так? Я видела, как на него пялится секретарша, они явно не только в профессиональных отношениях, её голодный взгляд говорил о многом, как и его сытый и потребительский на неё. Но я… что же для него я?

Такая необходимая помощница или очередная одноразовая женщина, которую он может уволить по щелчку пальцев за то, что получила работу не совсем честным путём? Ведь он именно на это намекнул? Или он не просто так предложил мне столько денег?

Это невыносимо! Я уже ненавижу этого мужчину!

Ненавижу и больше не хочу! Ну его к чёрту!

Из коридора послышалась мелодия звонка мобильника, и я вернулась за ним к сумочке.

— Саша! Ты уже дома? — Таня добралась до дома явно раньше меня и, судя по всему, уже успела покормить своего мужчину, как и я. У неё муж, у меня кот. — Как всё прошло?

Ну, конечно, ей было интересно, зачем меня вызвал к себе сам Соколов, ведь я отправила её домой, чтобы не пришлось меня ждать. Кто знал, сколько это продлится. Только вот я задумалась, как ей ответить.

— Да, дома. Как прошло? Странно, если честно. Он предложил мне работу.

— В каком смысле? Ты же и так на него работаешь.

— Ему… — я снова вспомнила про конфиденциальность просьбы владельца компании и то, как он наклонился ко мне, чтобы шепнуть это. По телу пробежала волна необъяснимых мурашек.

— Что ему? — переспросила в трубке Таня.

— Была интересна моя квалификация, хочет загрузить меня какими-то специфическими отчётами, — обтекаемо ответила я. Да и что я могу объяснить, сама мало что поняла, кроме того, что у Соколова характер тот ещё.

— Отчётами? Ты и так за двоих сейчас пашешь, пока Лариса в отпуске. Больше никого не нашлось что ли?

— Не знаю, Тань. Не спрашивай, — я потёрла лоб и включила чайник, чтобы выпить чего-нибудь горячего перед тем, как завалиться спать до утра.

— Вот наглец, пусть платит тогда за переработку! — возмутилась она, а я тут же подумала о той сумме, что он мне предложил. Это же ещё две зарплаты за один месяц!

— Ну да, — вяло откликнулась я, наливая кипяток в кружку с растворимым кофе. Не буду же я говорить про триста тысяч, что он мне предложил.

Глава 10 - Кирилл

Круглый светильник отражался в тёмном высоком окне у самого столика и от этого, казалось, что это луна невероятно приблизилась к Земле и вот-вот столкнётся с ней. Сначала налетит на штырь медной башни «Меркурий», а потом и «Империю» раздавит своей массой, оставляя от неё только изумрудные мелкие стёклышки.

Или это просто меня уносит с третьего бокала виски, который мне услужливо продолжает подносить улыбчивый официант бара «The High» на 56 этаже высотки. Здесь в самом дальнем от входа и тёмном углу стоит диван для целой компании, но я пихнул менеджеру остатки наличности, которые ещё не растратил и занял его единолично. Не жалую я сегодня компанию.

Настроение не то. Если вырублюсь, то нести меня недалеко до лифта и Виктор легко найдёт пару грузчиков перетащить моё тело в машину.

Я кинул кубик льда из стакана в светильник-шар и долго смотрел на то, как он качается. Ледышка улетела кому-то под ноги за барной стойкой и медленно там таяла. Не хочу смотреть на людей, но за окном чёртов «Меркурий», который своим медным боком напоминает мне одну рыжую…

Почему, когда я закрываю глаза, я вижу, как мои пальцы скользят между этими огненными локонами и как от этого движения оголяется белая нежная шея, которую так хочется целовать, лизать, оставлять тёмно-красные пятна засосов, а потом снова целовать. Долго… пока засосы не растают окончательно от времени. Чтобы потом наставить новых, и они кричали: «моя, моя, моя женщина!».

Я перекатил в ладони широкий низкий бокал с толстым дном, представляя, что это не стекло, а её грудь в моей руке… Она больше и мягче, а когда я сдавливаю её пальцами, я слышу этот сладостный стон…

Да что это такое?

Почему эта меркантильная сучка не идёт у меня из головы?

Я осушил бокал и зажмурился от того, как алкоголь ударил по вкусовым рецепторам, выжигая их. Огонь пополз вниз по пищеводу и исчез в черной дыре где-то в центре меня. Медленно впитался в кровь и так же медленно продолжил туманить мозг.

— Сокол, ты охренел? А где приглашение для самого близкого друга? — резкий басистый голос заставил меня открыть глаза и недовольно уставиться на его хозяина.

— Где-то висит билборд, что я прилетел в Москву? — я посмотрел сквозь пустой стакан на Вавилова, моего старого друга ещё с учёбы в МГУ.

На этот жест среагировал официант и двинулся к моему дивану с другого конца бара, чтобы обновить напиток.

— Земля слухами полнится, — улыбнулся во все тридцать два Михаил и плюхнулся рядом на диван, не дожидаясь приглашения. Наглость всегда была его главной чертой характера. Но я уже привык. — Сдали тебя твои верные гномы, до меня вести уже через третьи руки пришли.

— Опять к Ангелине подкатываешь? — догадался я, вспомнив, что он неровно дышал на мою секретаршу в прошлые разы.

— Что значит подкатываю? Давно уже прикатил и прокатил, — довольный Вавилов слегка двинул вверх бёдрами с однозначным намёком, на чём он катал мою сотрудницу, — ты же сам не хочешь, да и пропадаешь чёрте где постоянно. Девушка скучает, — подошёл официант, — ему повтори и мне того же, но двойной, — указал на меня и мой стакан друг.

— Я пью абсент, — ляпнул я, зная, как он его ненавидит.

— Кому ты заливаешь? Эта дрянь зелёная в отличие от того, что у тебя в стакане, — вальяжно развалился он на половину дивана, закидывая ногу на ногу. — К тому же с такой постной миной ты только вискарь глушишь. Что за траур?

— Устал, — отмахнулся я, поставив пустой стакан, чтобы его забрал официант.

Вавилов расстегнул пиджак и снял его, неаккуратно откинул на подлокотник рядом с собой. Я пригляделся, скосив на него глаза, отъелся мужик, хоть и накачанный кабан ещё, но пара жирных складок на пузе уже нарисовалась. Спокойно живёт, сытно ест и в ус не дует.

Чего у меня всё через зад?

— Ты это кончай, я скоро забуду, как ты выглядишь с твоим этим турне, — выразил он своё недовольство.

Я мог это понять, конечно, потому что раньше мы с ним проводили очень много времени вместе, любой зависон или тур по барам и бабам у нас был на двоих. Да что уж там, женщины неоднократно были на двоих. Он даже с Ангелиной мне тройничок предлагал.

— Я уже на финишной прямой, — не хочу лезть в подробности.

— А финишировать будешь посмертно? Вон высох весь и круги под глазами, как у вегетарианца.

— Зато ты отожрался, Мишань, — я грубо ткнул его пальцем в живот, всё же почувствовав там и мышцы. Ладно, не так всё запущенно. Но вид уже попортил себе.

— Да я же серьёзно, Кир, чего ты сразу?

Официант принёс два новых бокала с виски и льдом, я взял свой и пригубил, пока в него не натаяло слишком много воды.

— Да не спал я толком, вчера вечером прилетел, не успел ещё привыкнуть к смене часовых поясов. Долбанные джетлаги.

— Лаги у него, — Миша махнул полстакана разом и даже не поморщился. Этого медведя такие дозы не берут. — А ночью то, что делал? В стекляшке своей торчал? — он кивнул на соседнюю башню, где у меня располагался офис.

— В клуб по дороге заехал, хотел выпить и застрял почти до утра.

— В какой такой клуб? Чего не позвал?

Глава 11 — Александра

— Доброе утро, Кирилл Александрович у себя? — я осторожно кивнула в сторону большой двустворчатой двери в кабинет Соколова.

Ангелина подняла на меня глаза и смерила отчего-то очень недовольным взглядом.

— Конечно, у себя, сегодня рано пришёл и давно ждёт тебя.

Я скромно прошла к двери и встала рядом с ней в ожидании, что секретарша поднимется и объявит боссу о моём прибытии.

— Тебе дверь открыть? — приподняла бровь Ангелина, — или всё же умеешь ручкой пользоваться?

— Умею, — сухо ответила я. Что за стервозное поведение, я ей ничего плохого не делала. Ну раз не надо его предупреждать, могла бы просто сказать об этом.

Я потянула на себя тяжёлую дверь, которая весила, будто тоже была сделана из настоящего дуба, как и стены внутри. Если честно я ужасно нервничала, всю ночь думала о том, что же ему ответить на предложение. Но в итоге разум и прагматизм возобладали над суеверной и эмоциональной частью меня, убедив, что такие деньги я ещё не скоро смогу заработать. Даже если вся моя работа уложится в один месяц или меньше, то у меня на руках будет триста тысяч!

Я буду ещё на шаг ближе к тому, чтобы окончательно избавиться от Савелия!

С колотящимся от волнения сердцем я вошла в огромный кабинет и лишь в последний момент услышала, что Ангелина всё же встала из-за стола и закрыла за моей спиной дверь, когда я застыла на пороге в нерешительности.

Не то чтобы я боялась своего босса, просто в кабинете было пусто. Она же сказала он тут и ждёт меня. Я что-то не так поняла? Я почти уже развернулась, чтобы выйти обратно, как краем глаза увидела нечто у окна. На большом кожаном диване, который отлично вписывался в интерьер офиса по стилю, но никак не по назначению, кто-то лежал.

Да не кто-то. Я сделала шаг вперёд и пригляделась. Ну так и есть, Соколов собственной персоной. Изволит возлежать на этом кожаном кошмаре в ожидании меня?

Я тихонько кашлянула, прочищая горло и обращая на себя внимание.

— Доброе утро, Кирилл Александрович, — произнесла я как можно более спокойным голосом.

Никакой реакции.

Так как диван стоял боком, то всё, что мне было видно, это его макушка, плечо и немного оставшееся неподвижное тело. Я сделала пару шагов в его сторону, может, не слышно с такого расстояния?

— Кирилл Александрович? Это Александра… Калинина, — на всякий случай добавила я свою фамилию, мог ведь и забыть за ночь. — Вы сказали…

Я замерла на месте, теперь разглядев, что его рука свисает с края дивана, пальцы слегка согнуты, расслаблены. А на полу рядом на боку лежит чёрная керамическая кружка. Я растерялась ещё больше, чем до этого, оглянулась на дверь. Там снаружи сидит эта стерва, сейчас опять скажет мне что-нибудь унизительное, чтобы поставить на место.

Я вновь повернулась к Соколову на диване и, вдохнув поглубже, подошла ещё немного. Может, он спит, мало ли, присел, задумался, заждался и уснул. В первую нашу встречу он тоже уснул, да так крепко, что спящая на нём голая женщина была нипочём.

На полу возле кружки виднелось блестящее тёмное пятно, похожее на разлитый кофе. Так крепко заснул, что не слышал, как уронил?

Да что я голову ломаю?

Я подошла к дивану и нависла над ним, оглядев быстро с ног до головы. Лежит на боку, как-то неудобно подвернув под себя одну руку, головой на подлокотнике. Одет в точности как вчера, тёмно-серые брюки и чёрная рубашка. Пиджак его я заметила раньше на той же вешалке, куда он его повесил вчера. И блин… как же он хорошо сложен и одежда с трудом скрывает это. Да мне и без толку эта одежда, я помню его без неё, абсолютно обнажённым, как уставший греческий бог.

Кажется, бог снова устал, хоть и одетый в этот раз.

Саша, не отвлекайся на свои фантазии!

Я наклонилась и потрясла его легонько за плечо, не желая напугать, когда разбужу. Тихонько позвала:

— Кирилл Александрови-и-ич, пора просыпаться, — ещё немного потрясла. — Кирилл… — в глаза бросились его неестественная бледность и тени под глазами, потом я опустила взгляд к губам, которые мне тоже показались чересчур бледными. А ещё он совсем не реагировал на то, что я его трясу. Я качнула его сильней, он перекатился почти что на спину, упёршись в спинку дивана плечом и снова абсолютный ноль реакции.

Да что он как неживой?

Я резко распрямилась от безумной догадки, пульс тут же ускорился, бросая меня в жар.

— Кирилл Александрович! Проснитесь! Вам плохо? — может, я с ума сошла, но что-то с ним явно не так. Лежит в неестественной позе, будто завалился набок неожиданно для себя, вон ноги-то на полу. Бледный и не просыпается. — Чёрт!

Ругнувшись, я поспешила к дверям, надо позвать Ангелину на помощь, чёрт с её стервозностью, не до этого сейчас. Я потянула дверь на себя, и она не поддалась. Дёрнула ещё. Как прибили!

— Да ты издеваешься? Ты что заперла меня тут? — заподозрила я секретаршу в самой настоящей подставе. Подёргала ещё раз дверь для верности, убеждаясь, что та не поддаётся. — Ангелина! Ангелина, открой!

Я позвала её не уверенная, что сквозь эти ворота хоть что-то слышно с той стороны. Потом оглянулась на Соколова, который продолжал лежать точно так, как я его завалила на спинку. Да он без сознания!