Призраки Ксюши

Призраки Ксюши

Сколько она себя помнила, Ксюшу преследовал призрак. Призрак Очень Грустной Дамы. Когда она появилась, уже и невозможно сказать. Очень Грустная Дама сидела в инвалидном кресле и смотрела в сторону. Она никак не реагировала на Ксюшу, просто была. То, что больше ее никто не видит, девочка осознала довольно рано. Она была в детском саду и спросила про женщину в кресле свою подружку Регину. Но та, ничего путного ей не сказала. Ксюша пыталась добиться правды у других детей, но только напугала их. Те пожаловались своим родителям, и Ксюшу дома наругали за страшилки. Самой ей было крайне странно вечно наблюдать за сидящей в пугающем оцепенении женщиной. Вот Ксюша кружится в детском саду на новогоднем утреннике в белом платье снежинки, ее волосы заплетены в красивые французские косы с большими белыми бантами, а на ушках миленькие клипсы-снежинки. По стеночкам сидят на стульях остальные ребята, спереди пришедшие родители, вместо их лиц – сотовые телефоны направленные на девочек. И эта странная женщина, у окна. Большие колеса инвалидного кресла, полупрозрачная фигура и больше всего пугающий – ее взгляд, пустой, безжизненный, обреченный.

Ксюша идет в первый класс, в ее руках большой букет пионовидных роз, с одной стороны мама, с другой папа, а позади скрипит женщина своим призрачным инвалидным креслом. И этот скрип, попадает прямо в душу Ксюши, морозит изнутри, несмотря на яркое солнце. Очень Грустная Дама нервирует девочку, краски теплого и запоминающегося дня стираются, оставляя после себя лишь страх и вопрос: «Что ей от меня надо?» Ксюша произнесла вслух этот вопрос, когда ей было двенадцать. Она кричала в ухо женщине, пыталась к ней прикоснуться, швыряла в нее вещи, которые пролетали насквозь.

– Оставь меня в покое! – вопила Ксюша, когда дома никого не было.

Она плакала, умоляла, молилась всем богам. Но ответа не было. В своей боли, Ксюша чувствовала невероятное одиночество, ведь она не могла ни с кем поделится своей проблемой. В глубине души, она боялась, что была больна. Пытаясь найти ответы в интернете, переходя по разным ссылкам и общаясь с разными людьми, она всегда утыкалась на единственное разумное объяснение – это была шизофрения. Но сказать об этом родителям? Нет, уж, увольте. Девочке было очень и очень страшно. С годами в ее груди росла пустота. Она не могла поделиться ни с кем с ней, не могла заполнить. Друзья быстро уходили, чувствуя, странность в Ксюше. Чтобы заполнить пустоту, Ксюша закидывала в себя всё до чего могла дотянуться – сигареты и алкоголь. Она блевала сидя на полу, обнимая унитаз, а рядом сидела Очень Грустная Дама, вылезающая наполовину из стены маленького туалета.

В пятнадцать, Ксюша превратилась в нелюдимую, угрюмую девочку-подростка, со свисающими грязными патлами вдоль лица, вечными мешками под глазами, и в широкой одежде оверсайз.

Родители Ксюши тоже изменились за годы. Постарели, осунулись. Но не теряли надежду, что когда-нибудь их дочь «перерастет» свои выкрутасы, и всё с ней будет хорошо. Накопив денег, они купили новую квартиру. Во время выбора подходящей, Ксюшу таскали с собой, чтобы она не сидела дома одна, вечно в телефоне или компьютере. Девочка хмурилась и без всякого удовольствия смотрела на разные помещения, в старых домах и новых. В одной из таких квартир, ее прошиб пот, а сердце сжалось. Каким-то шестым чувством, она поняла, что именно здесь ее родители захотят остаться. Это была типичная пятиэтажка, ничего особенного. Школа через не загруженную дорогу, дворик с ржавой детской площадкой. Когда они с риелтором вошли в подъезд, произошло то, что не происходило никогда – Очень Грустная Дама исчезла. Ксюша вздрогнула и завертела головой в ее поисках. Очень Грустную Даму Ксюша видела первой, только открыв глаза, видела последней, засыпая, и даже по среди ночи, проснувшись чтобы сходить в туалет или попить воды, Дама сидела рядом, подсвечиваясь призрачным светом.

Взрослые и Ксюша поднялись на четвертый этаж и вошли в квартиру. Дама по прежнему не появлялась. Девочка ощутила тревогу, и даже панику. Ей вдруг стало словно не чем дышать. Ксюше пытались показать комнату, где она могла бы жить, но девочка ничего не видела перед собой. Вдруг сверху, что-то заскрежетало так, словно кто-то этажом выше передвинул тяжелый диван.

– А кто живёт сверху? – спросила Ксюша, задрав голову к потолку, покрываясь мурашками.

Риелтор, до этого, не слышавшая от девочки ни слова слегка растерялась.

– Никто там не живет, – с готовностью ответил хозяин квартиры, – вам очень повезло, никто не будет бегать над головой, эта квартира вечно пустует.

Ксюша отчетливо услышала шаги, словно человек, находящийся там вышел из спальни и направился в сторону ванной. Ксюша прошла вслед за звуками. В ванне, которую им показывала риелтор зашумели трубы, так, что стало понятно, что сверху включили воду.

– Слышите, шум воды сверху? – спросила Ксюша родителей.

Они удивлённо переглянулись и помотали головами.

– Трубы все новые, – отрапортовал хозяин, – я сам всё менял, всё самое лучшее.

Папа Ксюши залез под ванну, а девочка отошла.

– Тебе здесь нравится? – спросила тихо мама.

Ксюша опять посмотрела на потолок. Похоже, ее визуальная галлюцинация здесь исчезла, заменившись слуховой.

– Да, – твердо ответила девочка.

Она подумала, что это намного лучше. Они переехали в течении месяца. Ксюша ждала этого с нетерпением, с удовольствием ходила помогать клеить новые обои, ведь только там исчезала Она.

В первую ночь в новой квартире Ксюша лежала без сна и пялилась в потолок. Ей было не по себе осознавать, что Дамы больше нет. Но вот, сверху постучали по батарее. Ксюша блаженно закрыла глаза. Нет, она не одна, всё хорошо.

Как удивительно – раньше она больше всего на свете хотела оказаться в одиночестве, а теперь испытывала странное чувство потери... Девочка медленно засыпала, а сверху кто-то ходил нервно по кругу и бормотал, в тишине спящей квартиры эти звуки были отчетливо слышны.