Проклятая принцесса для ненастоящего принца

Глава первая. «Проклятая принцесса».

Музыка из бального зала доносилась даже из-за закрытой двери.

Я опустила взгляд и посмотрела на свои дрожащие руки, вцепившиеся в подол белоснежного платья. Сегодня мне предстояло впервые присутствовать на балу. За всю свою жизнь я никогда не была там. Мне запрещал покидать замок. А во время торжества всегда запирали в комнате. Но сейчас это торжество было в мою часть.

Почему я никогда не танцевала и не надевала красивые платья?

Потому что я Проклятая Принцесса.

— Пора.

Одна из служанок грубо подтолкнула меня к входу, когда двери начали открываться. Я слегка запнулась, но устояла. После чего, не поднимая головы, пошла по мягкому красному ковру. Я чувствовала, что все взгляды прикованы ко мне. Чувствовала их оценивающий и презрительный взгляд. От страха у меня дрожали руки, и кружилась голова. Я никогда не была в центре внимания стольких людей.

— Посмотрите на нее...

— Это она?

— Та самая?

— Даже лицо не удосужились закрыть!

— Наверное, надеются, что жених сам сбежит, стоит ему разглядеть ее.

— Я бы точно сбежала. Это же так отвратительно.

— Она сидела в башне?

— Говорят...

— ... с детства...

Голоса начали сливаться в один шум. Я старалась не слушать, о чем говорят люди, хотя обрывки их фраз все равно долетали до моего слуха. И от каждой услышанной фразы, мне хотелось кричать. Года три назад я бы расплакалась. Но сейчас все эти слова приносили мне только злость. Почему? Потому что я устала горевать. И как-то решила, что лучше злиться, чем плакать. Это хотя бы не выглядело так жалко.

Я шла по длинному залу и каждая секунда для меня длилась вечность. Что я вообще здесь делала? Почему на мне это белое платье, которое совсем мне не подходит? Почему я сейчас в центре всеобщего внимания? Пусть я и считалась принцессой, но никто и никогда не считал меня ею. Так почему я здесь?

Все очень просто. Мой отец проиграл войну, которая шла уже несколько лет. Вражеский король забрал некоторые земли и, дабы война больше не продолжалась, потребовал отдать за него принцессу. О короле я лишь знала то, что слышала от слуг.

Он взошел на престол во время войны, после того, как его отец погиб от болезни. Сразу поле этого смог одержать победу. И, скорее всего, видел Анну — красивую и жизнерадостную. Все слуги были уверены, что он влюбился с первого взгляда. Но отец и мачеха слишком любили Анну, чтобы отдавать ее за того, кто безжалостно убивал людей во время войны.

С другой стороны, а что ему еще следовало делать? Это же война.

В любом случае, этому юному королю совсем не повезло. Почему? Потому что у короля была вторая дочь — нелюбимая, некрасивая, мрачная принцесса Розалина. Которую мало кто вообще видел, потому что она, то есть я, никогда не выходила из своей башни. Но почти никто не знал, что это было совсем не моим решением. Меня просо там заперли...

Я вздрогнула, когда в поле моего зрения появились черные лакированные ботинки. Ах, вот я и подошла к моему будущему мужу. Моего согласия, кстати, тоже никто не спрашивал. Но я была принцессой и с детства знала, что мне придется выйти замуж отнюдь не по любви.

Я медленно подняла взгляд. Длинные ноги в черных брюках, черная камзол, белая рубашка...

Мой взгляд остановился на его лице. Я никогда раньше не видела южан, поэтому немного удивилась, когда поняла, что у моего будущего мужа довольно смуглая кожа. Таких темных людей в нашем королевстве не было. Во всяком случае, я не встречала их.

Волосы у мужчины были не длинные, черные, уложенные в красивую прическу. И глаза у него тоже были черными. Такими, что не видно было даже зрачка. Я знала, что на севере не любят южан именно из-за их глаз. Считалось, что они похожи на глаза демонов, у которых и вовсе все глазное яблоко (если оно у них имелось), было черным. Я всегда думала, что взглянув в глаза южанину, увижу перед собой кого-то, кто будет напоминать мне демона. Но нет. Сейчас передо мной стоял простой мужчина. Высокий, широкоплечий... и абсолютно равнодушный.

Я опомнилась и опустила взгляд. Люди не могли долго смотреть на мое лицо. Они считали мерзким мой шрам на правой щеке. Он был довольно широким и пересекал щеку от глаза до губы. А еще его называли Проклятым.

Потому что моя мать хотела принести меня в жертву демонам.

— Кхем, — раздался в тишине старческий голос. — Начнем процесс бракосочетания.

Я подняла взгляд на священника в белой робе. Мне не позволяли посещать церковь, но каждый месяц ко мне исправно ходил священник в такой же белой робе и проводил какой-то ритуал, от которого мне после было плохо еще несколько недель. В детстве мне говорили, что во мне живет демон и его просто пытаются выгнать. Но с возрастом я поняла, что это что-то другое. Я пыталась противиться, но не преуспела. Ритуал все равно всегда проводили, а если я начинала сопротивляться, просто вливали в меня сонного зелья. Я не могла сопротивляться дюжине слуг, которые держали меня.

Из мыслей меня вывел мужчина, стоящий рядом. Он протянул мне руку, на которую я смотрели некоторое время, после чего вложила в нее дрожащую ладонь.

То, что он не убежал и не потребовал сменить принцессу, уже было странным. Хотя для меня это было чудом. В конце концов, только через брак я могла сбежать из этого замка.

— Король Даркарии, Леонель Даркарий, принимаете ли вы в жены принцессу королевства Эвестента, Розолину?

— Да, — спокойно ответил мой жених.

От его голоса по всему моему телу прошлись мурашки. Еще никогда не слышала такой глубокий, такой красивый и бархатный голос. Он совсем не подходил для его сурового лица и слегка обветренных губ.

— Принцесса Розалина, принимаете ли вы в мужья короля Лионеля Даркария?

— Да, — тихо ответила я, мысленно молясь, чтобы мой жених внезапно не передумал.

Я хотела сбежать из этого места — куда угодно! Возможно, в королевстве Даркария я и не буду счастлива, но хуже, чем здесь мне не будет. Я была уверена в этом. Там хотя бы я смогла бы сбежать. Тут мне запрещено было даже выходить из комнаты. Я никогда даже не была за пределами дворца.

Глава вторая. «Путь домой. Часть первая».

— Я просто ударилась, — спокойно сказала я, натягивая капюшон на голову и отворачиваясь к окну.

Не стоит забывать, что я вышла замуж обманным путем. Пусть Леонеля обманула и не я, но все же... Лично для меня эта свадьба была выгодной. Я наконец-то смогла сбежать от проклятой семьи. Я наконец-то смогу увидеть мир за пределами этого замка! А что получил Леонель? Проклятую принцессу, которую и за принцессу-то никогда не считали. Разве что когда была мама жива.

На мою фразу Леонель ничего не сказал. Просто пожал плечами и отвернулся. Я мысленно выдохнула. Было бы унизительно, если бы он узнал о том, что меня бьет отец. Полезных и хороших дочерей никто не бьет. Но для мужа я постараюсь, хотя бы немного, стать полезной.

«О чем я вообще думаю?»

Я натянула капюшон глубже на голову и опустила взгляд. Такая, как я, вообще не должна думать о спокойной семейной жизни. Я буду рада уже просто из-за того, что мне выдадут комнату и не запретят выходить на улицу.

— Мы отправляемся! — раздался громкий голос снаружи.

В следующее мгновение карета дернулась. Мое сердце подпрыгнуло. Я прижалась к окну, чтобы успеть рассмотреть все, чего не видела до этого момента. Мне хотелось видеть леса и поля. Увидеть простых людей. Кошек и собак. Ко мне не допускали животных, даже лошадей. Считалось, что я могла их проклясть или даже убить.

Карета мягко двигалась по каменистой плитке. Я видела, как открывались большие ворота, ведущие из дворца в большой мир и с каждой секундой, мое сердце начинало биться все сильнее. От волнения начала кружиться голова. Мне не верилось, что я наконец-то смогу сбежать...

— Вы плохо себя чувствуете? — услышала я словно издалека голос своего мужа.

Обернувшись, я даже не заметила, как улыбнулась — широко и счастливо. Карета наконец-то преодолела ворота дворца. Я выбралась наружу. Я смогла уйти оттуда. Я смогла навечно покинуть свою семью.

— Все отлично! — сказала я, улыбаясь. — Спасибо.

Взгляд Леонеля стал странным, но я не предала этому никакого значения. Сейчас мне было все равно на все, кроме яркого солнца, вышедшего из-за горизонта и осветившего поляну с полевыми цветами.

***

Прошло около трех часов путешествия. Леон посмотрел на задремавшую принцессу и нахмурился. Она выглядела очень худой и болезненной. Он заметил это еще с первой их встречи на свадьбе. Разумеется, Леон с самого начала знал, что у кроля Эвестента было две дочери. Его информационная сесть работала исправно. Он так же знал, что именно первую дочь отдадут ему в жены. Для Леона не было принципиальным, какая из дочерей станет его женой. Но подгадить королю, который не знал меры в жестокости на войне, было делом чести. Именно поэтому он опустил его любимою дочь до простолюдинки. И оставил своих людей, чтобы это неукоснительно соблюдалось.

Он не был готов к тому, что Розалина будет такой... Какой? Слабой? Да, наверное, это подходящее слово. На самом деле он надеялся, что женится на Проклятой принцессе. Она идеально подходила ему с таким титулом. Только вот сама Розалина была совсем не такой, как ее представляли в Даркарии.

Первое, что заметил Леон, когда она вошла в зал — это ее худые плечи. Платье, словно сшитое не для нее, висело на худом теле так, словно это был мешок. Светлые, вьющиеся волосы, были распущены. В них запутался солнечный свет, проникающий в зал через оконные витражи. А потом Розалина посмотрела на него.

Глаза. Зеленые, словно трава ранней весной. Испуганные и обреченные. Это первое, что заметил Леон. А вовсе не шрам. Его он заметил после. Шрам сильно выделялся на белой коже, но не делал девушку уродливой. Совсем, нет. По мнению Леона, Розалина была куда симпатичнее своей младшей сестры.

Однако разозлился Леон тогда не потому, что его обманули. А потому что на Розалину одели это нелепое, белое платье, которое было даже ей не по размеру. Родной отец даже не проводил ее до алтаря. Она шла одна, напуганная сотней взглядов. Ей пришлось слушать эти нелепые шепотки. На ее месте, Леон остановился бы и убил каждого, кто посмел поднять на него взгляд.

Но это был он. Леон вырос в замке, где его с детства пытались убить. Он вырос в таких условиях, когда, чтобы выжить, надо превозносить себя. Да так, чтобы стать выше солнца. Иначе тебя затопчут в грязи. Вот он и научился этому.

Подробности жизни Розалины Леон не знал. Но, судя по ее поведению, ей было не просто. Возможно так же, как и ему. А может быть и еще хуже. Стоило только вспомнить ее счастливую улыбку, когда карета выехала за пределы дворца.

Леон вздохнул и отвел взгляд от фигуры принцессы. Они еще не прибыли во дворец королевства Даркария, а он уже устал. Что ждало впереди, осталось только представлять. Но ничего хорошего там точно не было.

Рядом с окном тихо постучали. Мужчина отодвинул шторку и увидел своего помощника. Он ехал на коне и сейчас буквально выполнял роль главнокомандующего.

— Ваше Величество, через полчаса можно будет сделать привал. Недалеко город. Закупимся товарами.

— Хорошо, — Леон кивнул. — Как обстановка в отряде, Фарид?

— Отлично, Ваше Величество. Ее Величество не вызвала негативных эмоций, — юноша слегка улыбнулся. — Да и некогда было ее узнать лучше.

— Все еще впереди, — произнес Леон и закрыл шторку.

«И для меня тоже», — мысленно добавил мужчина, возвращая взгляд на умиротворенное лицо своей жены.

Жена... Странно осознавать, что в свои двадцать восемь, он женился на восемнадцатилетней девчонке. Хотя, в их стране, девушки часто выходил замуж уже и в пятнадцать. Только вот он сам не собирался жениться, чтобы прервать род Даркария. Но повернуть назад уже было нельзя. К тому же эта принцесса ему была нужна. Это только со стороны казалось, что власть Леона неоспорима. Но положение мужчины было куда более шатким, чем выглядело на первый взгляд.

***

Из-за переполнявших меня эмоций, мой организм быстро истощился и я уже буквально через час нашего пути задремала. Утомленная новыми впечатлениями, я видела яркие и беспокойные сны. Мне снилось, что Леонель возвращается в отцовский дворец, со словами, что я не принцесса. Он говорит о том, что его обманули и подсунули монстра вместо девушки. Я вижу в его черных глазах лишь презрение и некоторую долю страха. Так на меня смотрели все обитатели дворца. И от этого взгляда мне становится так дурно, что я просыпаюсь, резко открыв глаза.

Глава третья. «Путь домой. Часть вторая».

Я с восторгом рассматривала ткани и украшения на рынке. Все они были мне незнакомы. Я никогда не видела столько людей, такие товары и такую еду. Мне было интересно абсолютно все, но я не могла убегать от своего мужа далеко. Поэтому рассмотреть все, что мне хотелось, не получилось. Но я не была расстроена этим фактом. Садясь в карету, я была в таком потрясении от увиденного, что даже не поняла, что протягивает мне Леонель, оказавшийся рядом на сиденье.

— Это тебе, — сказал мужчина, когда я наконец-то подняла на него взгляд. — Тебе вроде понравилось.

Я перевела взгляд на его ладонь и увидела ту самую подвеску, что привлекла мое внимание на рынке. Она была из янтаря в виде капли, внутри которой была маленькая ромашка. Подвеска не была очень красивой или дорогой. Но мне нравилась именно эта простота. Ничего дорогого я в жизни не носила.

— Как... как вы узнали, что...

— Ты задержала на нем взгляд, — ответил мужчина и протянул подвеску настойчивее. — Забирай скорее, у меня рука устала.

— Спасибо, — я поспешно забрала украшение и невольно залюбовалась им.

Мне никто и никогда ничего не дарил. Даже одежда мне досталось от матери или от горничных. Поэтому, держа этот небольшой кулон, я вдруг почувствовала, что недостойна его. Мне хотелось его вернуть, сказать, что он мне не нужен, но я не успела.

— Держи, — Леонель вложил мне в руки мясной пирожок.

От удивления я вздрогнула и подняла взгляд.

— Тебе неудобно? Повернусь, я застегну подвеску.

Я безропотно обернулась. Будь это кто-то другой, я бы ни за что так опрометчиво не поступила. Но почему-то Леонелю я верила. Его взгляд был совсем не таким, как у людей во дворце. Он не боялся меня и не презирал. Он смотрел на меня, как на равную. И это было так необычно и странно, что я порой не знала, как себя вести.

— Кушай, — снова сказал мужчина, увидев, что я не притронулась к пирогу. — Ехать нам еще далеко. Привал устроим только ночью. Поэтому кушай.

— Спасибо, — пробормотала я, откусывая от теплого мягкого пирога кусочек.

Вкус мяса, прожарено лука и морковки раскрылся во рту вместе с каким-то неизвестным мне соусом. Я никогда не ела такого во дворце, поэтому с восторгом посмотрела на Леонеля. Этот пирог я тоже хотела попробовать, но никак не думала, что он такой вкусный!

— Понравилось? — усмехнулся мужчина.

Я быстр закивала.

— Мне тоже. Если захочешь еще — попроси. Мы купили много, — Леонель посмотрел в окно.

Я невольно проследила за его взглядом и поняла, что все солдаты едят то же самое, что и я. Да даже сам Леонель ел пирог рядом со мной! Это меня почему-то так поразило, что я на мгновение перестала есть. Почему он ест то же самое? Во дворце мне всегда давали лишь остатки от еды. И я никогда и ни с кем не ела рядом. Только в своей комнате. И только пока никто не видел.

— Необычный вкус, — нарушил тишину Леонель, закидывая последний кусочек пирога в рот. — Кушай. Сейчас еще принесут.

Я кивнула и улыбнулась. Отчего-то в груди расползалось тепло от чувства, которому я не могла дать название. Мне нравилась улыбка моего мужа. Мне нравился вкус пирога. Мне нравился кулон, что он мне подарил. И все это вместе взятое давало странное тянущее чувство, от которого хотелось, и убежать, и утонуть в нем полностью.

Через какое-то время, когда было съедено три пирога и выпита фляга воды, карета тронулась снова. Я провожала город взглядом и чувствовала легкое сожаление. Я больше не смогу вернуться сюда. Но все же, я запомнила его. Это был мой первый город, который я увидел своими лазами. И впервые смогла пройтись по его улочкам.

Моя рука непроизвольно потянулась к холодному янтарю на моей шее. Он был приятный на ощупь — гладкий и прохладный. Я вспомнила, как Леонель надевал его мне на шею и слегка покраснела.

Его теплые руки касались моей кожи, когда он убирал волосы и зацеплял подвеску. Меня редко трогали так, чтобы было не больно. Чаще всего мне просто причиняли боль. Даже во время странного ритуала, мне делали больно — резали кожу на запястьях и на щиколотках.

— А когда и где будет следующая остановка? — спросила я, нарушив тишину в карете.

— Хм, — мужчина выглянул в окно. — Примерно через восемь часов. Не думаю, что там будет город. Скорее всего, остановимся в степи или в лесу.

— Это здорово, — искренне ответила я и только сейчас осознала, что веду спокойный диалог с кем-то.

— Называй меня просто Леоном, хорошо? — спокойно сказал мужчина, посмотрев на меня с едва заметной улыбкой.

— Хорошо, — я кивнула, слегка смутившись. — А вы называйте меня просто Розой...

Хотя так меня никто и никогда не называл. Отец вообще не произносил моего имени, как и мачеха. А Анна всегда говорила полное имя, выделяла его и всегда добавляла в голос только брезгливости. Словно ей было противно даже произносить мое имя.

— Хорошо, Роза.

По спине пробежался табун мурашек, когда Леон произнес мое имя. Мне показалось, словно меня опустили в кипящую воду. Я поспешила отвернуться, чтобы мужчина не заметил, как мне стало неуютно просто от того, что кто-то произнес мое имя с такой теплотой. Такого никогда не было.

Так почему он так поступал? У нас даже не было первой брачной ночи... Или, чтобы она состоялась, нужно провести церемонию и в Даркарии? Не понимаю.

«Главное, что мне больше никто не причиняет боль», — подумала я, рассматривая, как за окном проносятся деревья. — «Остальное не так уж и важно. Просто надо взять себя в руки».

***

Леон предполагал, что дорога до дома будет скучной, но благодаря Розе все было совсем иначе. Мужчине нравилось смотреть, как меняются ее эмоции. Она старалась удержать лицо спокойным, но каждый раз, когда видела что-то необычное, ее взгляд менялся. Например, когда карета проезжала мимо стада коров, девушка смотрела на них до той поры, пока они не скрылись за поворотом. На других животных она реагировала точно так же, словно никогда не видела их вблизи.