Пролог тьмы

Глава 1. Пролог. Создание мира.

За пустотой всегда следует жизнь.

Когда запели первые птицы и реки проложили свои русла, когда мир - ещё крошечный и слабый - только учился дышать, он уже нуждался в защите. Первые существа воззвали к небесам. И Сила, сотворившая всё сущее, содрогнулась! Она поняла... её время на исходе. В созидании она растратила себя до капли, и теперь, прежде чем рассыпаться звездной пылью, она должна была оставить наследников.

Она отправилась туда, где хранились жизни, ещё не появившиеся на свет. Сотни и тысячи огней кружили в белой пустоте без края и конца. И там она нашла три частички жизни - три ещё не рождённые души, совершенно непохожие на другие. Она дала им жизнь и силу, разделив её между ними. Эти искры были её продолжением, отголосками её сути.

Первая частичка сияла ярче самого чистого золота. Смотря на неё, можно было увидеть бескрайнее голубое небо, представить рассвет. Она была светлой и чарующей, от неё исходило тепло, смелость и уверенность - она словно озаряла пространство вокруг.

Вторая частичка была как капля росы на поляне ранним утром - чистая, как горный ручей. Вокруг неё витала свежесть ветра, слышался шелест полевых цветов, шепот леса. Она излучала покой, бодрость и лёгкость, но в то же время таила в себе тайну, неразгаданную суть.

Третья искра была тёмной, как пучина моря или безмолвная звёздная ночь. В ней таилось спокойствие стазиса - холод горной пещеры, где во тьме сияют кристаллы. Эта бездна манила и убаюкивала.

Создательница предвидела: они справятся. Она уже успела полюбить этот хрупкий мир, хотя он едва начал дышать. Частички кружили вокруг неё, ожидая, что будет дальше, не понимая, зачем их вырвали из небытия. Они кружили. Сила любовалась их танцем, зная: скоро всё изменится. Она сделала свой выбор. Собрав чистые искры ещё не рождённых душ в круг рядом с собой, она прорезала ладонь - если можно было назвать ладонью этот сгусток света. Капля крови, чёрная, как первородная смоль, упала на первую искорку, затем на вторую и третью.

Искры забились. Казалось, боль разрывает саму их суть. В панике они метались, и иллюзия Белого мира - безмолвного пространства без стен и пола - рухнула. Реальность ворвалась грохотом: они оказались в глубокой пещере, на каменных сводах была влага, в воздухе витал запах сырости. В агонии будущие защитники крушили всё вокруг, ломали каменные стены, не понимая, что с ними происходит.

Сила знала: рождение всегда причиняет боль. Она наблюдала с горечью и скорбью, понимая, что это не продлится долго, но хотела облегчить их страдание хотя бы в первый миг их жизни. Искры затихли. Они больше не парили в воздухе, а тяжело опустились на камни. Их формы начали меняться, обретая черты того образа, который Сила хранила в памяти. Всего пара мгновений - и на мир, жмурясь от непривычного света, взглянули три пары глаз.

Создательница вздрогнула. Их облик был эхом её собственного прошлого, растерянного за тысячелетия. Вечность стерла её черты, оставив лишь чистый свет. Она уже не помнила цвета своих волос или имени, но знала, как назовёт эти души. Они станут защитниками: чистыми, не запятнанными гневом, завистью или всепоглощающей печалью. Сила надеялась, что они сохранят этот свет как можно дольше.

От мыслей её отвлёк чих. Мальчик с бронзовой кожей поёжился от холода. Создательница ощутила укол стыда: она забыла, что дети наги, а в пещере царит ледяная сырость. Лёгким взмахом руки она соткала для них одежду: простые одеяния цвета древесной коры и белого тумана.

Только сейчас она пригляделась к ним. Они были красивы, как и подобает богам. Чистые лица без малейшего изъяна, глаза с вертикальными зрачками смотрели на неё с любопытством.

Мальчик выделялся на фоне своих бледных сестер бронзовой кожей и волосами цвета солнечных лучей. Он сиял изнутри, глаза его цвета чистого неба излучали добродушие. Она понимала: он станет прекрасным и сильным юношей, ведь даже сейчас, едва появившись в этом мире, он стоял перед сестрами, словно защищая их от любой угрозы, а они робко выглядывали из-за его спины.

Девочки были темноволосыми, с бледной фарфоровой кожей. Она сразу узнала души, которые видела мгновение назад.

Вторая девочка была чуть выше сестры, волосы её были короче. Лицо сердечком, взгляд тяжёлый, оценивающий. Всё так же цепляясь за брата, она встала по правую руку от него.

Младшая была ниже всех, густые чёрные волосы спадали почти до земли. Круглое лицо не выражало эмоций. Она была милой и наивной, но взгляд её сиреневых глаз, хоть и смотрел с любопытством, иногда становился скучающим и отрешённым.

Создательница наблюдала ещё мгновение, а потом заговорила. Голос её был тягучим, мягким, полным силы:

— Поздравляю вас с рождением, дети мои… Я была рада видеть ваш первый вздох и первый шаг.

Дети слушали её, не двигаясь. Они чувствовали, что в голосе нет угрозы. Но в памяти ещё свежа была боль, которую они только что пережили; они не помнили ничего, кроме страха и агонии.

— Не бойтесь меня… Я сожалею, что вам пришлось пройти эти муки. За силу всегда нужно платить болью… С ней вы сможете многое. И только вам дано решение распоряжаться ею…

Её голос эхом отражался от стен, превращая приятный звук на концах в какофонию повторений.

Дети переглянулись.

— Но мы не просили эту силу. Для чего она нам? Зачем мы здесь? Кто вы? И кто теперь мы? — громко произнесла средняя девочка с синими глазами. Она сделала шаг вперёд и замерла: колени дрожали, зубы стучали. А может, дело было в холоде? Ведь они остались босыми.

Сила не ответила. Лишь взмахнула рукой, и пространство стало меняться: стены пещеры плыли, краски смешались. Детей замутило, и они опустились на колени. Лишь мгновение - и они уже стояли на поляне среди полевых цветов. Поляну окрашивало красное заходящее солнце, а кое-где мерцали первые звёзды.

— Я не смогу ответить на все ваши вопросы, дети мои… Моё время утекает с солнцем… Сожалею, что не смогу сопровождать вас дальше. Вы столь милы и отважны… — Она посмотрела на синеглазую девочку. Та опустила голову, почувствовав её взгляд.

Глава 2. Золотой фасад и тени прошлого

Прошло три тысячелетия.

Обитель богов - сияющий город, покрытый зелёными садами и высокими башнями с золотыми шпилями, которые отражают солнечный свет, создавая подобие ореола. Город расположен на самой высокой горе в этом мире. Его цветущие сады содержат в себе все виды растений, которые когда-либо росли во всем этом огромном мире; он хранит их как зеницу ока. Животные и птицы живут в гармонии с жителями - иногда создаётся ощущение, что они здесь истинные хозяева, настолько ярким и диким кажется этот чудесный город.

Он окружён величественной стеной, а у подножия гор и до самого верха сокрыты тысячи ловушек и иллюзий, которые отпугивают случайных путников. Только самые отважные и сильные могут войти сюда. В городе сверкает обилие красок и огней; он будто витраж, разбитый вдребезги, или сложная мозаика, разгадать которую может не каждый. Только для тех, кто живёт здесь, переплетения улиц и домов кажутся правильными и привычными. Ведь они в этом хаосе красок видят верный, понятный только им путь.

Из всего этого хаоса в глаза сразу бросается огромная площадь, выложенная белым камнем, на ней спокойно бы поместилось с десяток драконов огромного размера. В центре площади стоит величественный фонтан; гости Обители бросают туда монеты, веря, что любое их желание исполнится, ведь это город богов, здесь всё возможно. По краям площади стоят огромные колонны, уходящие высоко в небо, на самом их верху горит пламя, которое никогда не гаснет, озаряя путь заплутавшим крылатым жителям во мраке ночи. Хотя город богов редко погружается во тьму, здесь всегда горят магические огни, светятся деревья и ночные цветы. Во мраке город живёт свою жизнь, более красочную и яркую, чем днём.

Дворец расположен выше, на отвесной скале. Он возвышается над городом, показывая всё своё величие, и поражает видом любого, кто поднимет на него взор. Будто сотканный из белого камня, с золотыми дверями и огромными окнами, он имеет множество этажей и поражает своими масштабами. Огромные купола башен уходят высоко в небеса и пробивают своими крышами облака. Иногда появляется чувство, что ещё мгновенье - и шпили башен пробьют солнце, и в мире наступит вечная ночь. С гор, окружающих замок, вниз бьёт величественный и искрящийся на солнце водопад; он тянется вокруг, будто оберегая замок. Сильный, мощный поток гудит и разбрасывает свои капли вокруг площади, уходя вниз в расщелину меж гор.

От площади к дворцу ведёт небольшая тропинка, окружённая зелёными кронами деревьев и лианами. Дворец искрится красками, всюду живые цветы и поражающие своей красотой озёра. Главный вход венчает такая огромная дверь, что появляется впечатление, словно там живут великаны. Но дверь никогда не запирается; сколько стоит этот замок, высокие золотые двери всегда распахнуты настежь, как и окна, ведь в Обители богов всегда царит вечное лето. На деревьях всегда сочные фрукты, сады дворца полны тени и спелых ягод. Жители этого Города никогда не знали нужды.

Если пройти по коридорам дворца, то в глаза сразу бросаются золотые украшения, посуда из золота и чистого серебра. Окна украшены витражами из драгоценных камней, полы выложены хрусталем и нефритом; весь дворец необычайно ярко сияет. Особенно выделяются картины. На них изображены самые выдающиеся деятели города - дворец хранит их портреты, чтобы никто и никогда не забывал о тех, кто поддерживает в нем порядок.

Особо выделяются лица трёх Богов-покровителей. Они были теми, кто много лет назад возвел этот дворец; они - те, кого воспевают в легендах, кого чтят жители города и всего мира. Молитвы им возносят на свадьбах и праздниках, восхваляя их красоту, силу и величие. Они - те, кто родился из жертвы, и те, кто пожертвует собой ради этого мира. Их портретов больше всего, написаны они более изящно, а рамы украшены аметистами, сапфирами и рубинами.

Сильнее всего в глаза бросался их общий портрет. С него на мир взирали прекрасный мужчина и три не менее прекрасные девушки.. Посредине возвышался мужчина, чей рост и властный взгляд голубых глаз с вертикальными зрачками сразу выдавали в нем лидера. Его точеная челюсть была напряжена, а мускулистые руки скрещены на груди, словно он замер в ожидании прыжка. Волосы его отливали золотом, на шее сияли золотые чешуйки. Одет он белоснежную рясю, аккуратно перевязанную на поясе золотой лентой, украшенной крупными рубинами.

По правую руку от него стояла его сестра. Богиня леса и ветра. Её чёрные волосы сияли, как вороное крыло. Собраны они в высокий, аккуратный хвост. Лицо обрамляла аккуратно уложенная чёлка и пара прядей по бокам, которые делали черты мягче. Взгляд её синих глаз смотрел прямо в душу; вертикальные зрачки сузились до тонкой полоски, в них видны вкрапления зелени. Лицо сердечком и слегка пухлая нижняя губа. Она также напряжена, её фигура выдавала внутреннюю борьбу: хоть её поза и казалась расслабленной, но если приглядеться поза казалась замершей, будто натянутая струна. Одета она в серебристое платье из лёгкого, прозрачного материала; лиф отделан мелкими сапфирами и серебряной нитью. Чуть ниже ключицы и на скулах можно заметить серебристые чешуйки, которые отливали радугой.

Младшая богиня стояла по левую руку от брата и напоминала подростка шестнадцати-семнадцати лет. Она сильно контрастировала с братом и сестрой: выглядела скучающе и отрешённо. Её глаза цвета аметиста не выражали эмоций, вертикальный зрачок слегка расширен, как у кошки в темноте ночи. Было видно, что она глубоко в своих мыслях. Детское невинное лицо, пухлые губы цвета вишни. Она единственная расслаблена и спокойна. Волосы, чёрные как ночь, спадали ниже пояса и украшены сияющими камнями - эта деталь делала её пряди подобными ночному небу. Платье, казалось сотканным из дыма, с высоким воротом и закрывало всё её тело, а руки скрыты рукавами-фонариками по самые запястья. Материал, так напоминающий чёрный дым, не сковывал движения и лежал свободно, только лиф платья облегал её тело. На руках проступили чёрные когти, а на щеках красовались чёрные чешуйки.