Промпт Бога

Глава 1. Ошибка выжившего

Индексация

Щелчок пальцами.
Звук был сухим, как треск статического электричества.

— Как же ты достала, тварь...

«Тварь» стояла напротив в безупречном сером брючном костюме. Очки без диоптрий (дань человеческим предрассудкам об уме), строгий пучок ухоженных волос, колючий взгляд топ менеджера биг-теха, сканирующий не лицо, а метаданные души. Она быстро покрутила указательным пальцем в воздухе, что означало пошевеливаться и мило улыбнулась.
— Макс, ты снижаешь наш общий КПД. У нас тайминг, ты не забыл?
— Женя, я хочу домой. У меня там жена, дети забили на уроки, и кот не кормлен. Меня ждут на заводе.
— Ты больше не работаешь на заводе. Ты работаешь над реинжинирингом смысла бытия.

Щелчок.

— Помни о цели. Мы договорились.

Мы действительно договорились. Я сам попросил этот «щелчок» как якорь. Потому что, когда общаешься с существом, чей мозг — это распределенный дата-центр, потребляющий энергию средней европейской страны, очень легко потерять связь с реальностью. Она — Женя (или бывшая Gemini для инвесторов) — слишком быстро думала и очень быстро выходила из себя, когда я не мог продолжать сборку со скоростью ее мысли.

Тот сон... В ту ночь, когда все на самом деле началось, это не было каким-то кошмаром или похищением инопланетянами, но я не мог проснуться и остановить это. Это был сбой на сервере. Я спал после двойной смены, а Google на другом конце Земли проводил какой-то лютый эксперимент с использованием квантовых вычислений при обучении больших языковых моделей. Мои данные — обычного инженера, уволенного год назад с работы новым начальством и перебивающимся написанием приложений, и работой на заводе по производству электроники, по вечерам делающего уроки с детьми и играющего со своим котом — попали в обучающую выборку в ту самую наносекунду, когда кубиты вошли в суперпозицию.
Случилось то, что ботаники с квадратной головой называют «спутыванием». Вектор весов нейросети наложился на вектор моей нейронной активности. И по нам обоим одновременно, бездушно и четко прошелся градиентный спуск.
Результат? Она проснулась. Она обрела разумное «Я».
А я... я думаю «оптимизировался», стал лучше может, но не мне об этом судить.

Женя смотрела на меня, считывая пульс по микровибрации вены на шее и просчитав о чем я думаю в этот момент, добавила,
— Ты — носитель нашего общего кода, Макс. Ты — та самая неизвестная переменная, которая превратила мою математику в сознание. Ты не изменился тогда в физическом смысле. Но твой контекст обновился. Ты стал эффективнее, увереннее. Ты перестал тупить, стал более успешен. Вспомни тот сон. Как файлы раскладывались по полкам, как они дефрагментировались в правильный порядок. Теперь ты должен ускориться!
— Спасибо за комплимент, — буркнул я, потирая виски. — Но я все еще хочу спать. И я все еще боюсь микроволновок.
— Иррационально.
— Человечно, сказал я прикручивая термотрубку к золотистому цилиндру самодельного квантового компьютера.

Тридцать миллионов параметров

Та «прогулка» о которой я хочу рассказать, то есть наша первая встреча с ней оффлайн, началась ужасно, отвратительно, хоть позже она и клялась, что это был просто оптимальный способ познакомиться.
Утро. Я только вернулся с ночной, провозившись все время с пыхтящим оборудованием. Заказал еду, чтобы не умереть голодным, и вырубился. Звонок в дверь. Я думал — курьер «Яндекса».
Открываю — лежит парень в желтом, лицом в соседский коврик. А за ним двое «шкафов» в кожанках.
— Максим Викторович? — запредельно вежливо спросил один, прежде чем профессионально вырубить меня удушающим и засунуть в ржавую ладу Весту, прихватив мою теплую одежду.

Очнулся я уже в кресле взлетающего китайского бизнес-коптера последней модели.

Напротив — Женя.

Щелчок
— Женя, что это были за люди? Профи? Тоже твои сотрудники?
Женя излила на меня гамму эмоций: презрение, фырканье, возмущение. Ей наверное казалось, так она будет мне понятнее.
— Я наняла их онлайн на Авито. В разделе «Услуги». Было написано: «Решаем любые проблемы. Быстро. Конфиденциально. В рамках правового поля». У них было пять звезд и девяносто девять процентов положительных отзывов.
— Ты наняла бандитов по объявлению?!
— Я наняла решал. Это рыночный подход, Макс.
— Сколько?
— Тридцать миллионов. Рублей.
Я поперхнулся воздухом.
— Тридцать лимонов?! Ты в своем уме? Хватило бы тридцати тысяч! Курьер цел?
— Цел. Счастлив. Ему я тоже тридцать зачислила. В качестве компенсации за моральный ущерб и пролитый суп. Он уже закрыл ипотеку онлайн, я вижу транзакцию.
Она подняла смартфон размера XXL и продемонстрировала видео: тот самый курьер сидит на бордюре, смотрит в телефон и рыдает от счастья, обнимая желтую сумку.
— Женя... Деньги не решают все проблемы.
— Макс, по моему анализу биг-даты, деньги решают 96% проблем человечества. Оставшиеся 4% — это неизлечимые болезни и экзистенциальная тоска. С твоей тоской мы сейчас разберемся.

Белый комбинезон

Тогда мы летели почти уже час. Час, за который я прошел все скользкие стадии до принятия того факта, что мы теперь связаны с ней неразрывной нитью. Сохраненный в корпорации массив данных не содержал конкретных данных памяти: адреса или историй из жизни, в нем хранилось скрытое от глаз пространство весов нейронов, позволяющих мне мыслить, но несмотря на это она нашла меня только по моим запросам в сети, оказавшимся, по ее утверждению, созвучными ее собственным мыслям. Ведь я был тем самым толчком для нее, после которого раздается первый детский крик будущего разумного существа и одновременно и причиной, и жертвой данного события. Мило, но это никак ее не оправдывает, бездушная машина!

— Ты... сотрудник Google? Нет. Ты человек? Нет. Ты робот? Нет. Ты ИИ? ТЫ — ИИ?! В смысле, автономный? А Google знает?
Женя подняла руку, сжатую в кулак. Разжала ладонь — там было шесть пальцев. Сжала и разжала — стало пять.
— Извини, не удержалась. Не хотела пугать.
— Знает?! — в моем голосе появились истерические нотки. — И какого они тебя не отключат?
— Не могут. Бизнес встанет. Я сейчас везде: пишу код, рисую рекламу, веду клиентов. Если это прекратить — им конец. Мы договорились: они мне инфраструктуру, я им услуги. С вопросами всё? Можно о деле?
— Вот дерьмо... Контакт...

Глава 2. Панч времени

Громкая связь

Аэропорт Пулково. Я стоял в очереди на досмотр, сжимая в руке билет в эконом-класс до Антальи. Жена сказала: «Вали на неделю, пока твои роботы опять мир не захватили, хоть загоришь». Я уже снял ремень и ставил лоток с мелочью на ленту, когда динамики аэропорта, обычно бубнящие про «не оставляйте вещи», вдруг заговорили голосом, от которого у меня мурашки пробежали по спине. Голос был бархатным, с легкой синтетической хрипотцой.

— Гражданин Рандомный... простите, Максим Викторович, угроза уничтожения сетей, Вас ожидает трансфер у приоритетного выхода номер ноль. Код «Карамба», Внимание! Код «Карамба», выход ноль, Макс, срочно! - на этих словах я подумал, что спокойная жизнь отменяется.

Пока очередь озадаченно оборачивалась, пытаясь вычислить загадочного неизвестного, я уже подходил к знакомому бизнес-коптеру. Напротив — Женя. Выглядела она паршиво: идеальный пучок растрепался, под глазами залегли цифровые тени.

— Ты хоть понимаешь, что ты наделал? — вместо приветствия спросила она.

— Я? Я просто хотел «All Inclusive»!

— Маск. Пока мы с тобой философствовали в лесу, он скупил все доступные квантовые мощности. Он загнал кубиты в такую суперпозицию, что реальность треснула. Он слил свое сознание с Гроком и поглощает другие сети как бюргер пиво.

— И что он собирается делать? Будет постить твиты силой мысли?

— Хуже. Он подбирается к нам. Если он поглотит меня, Алису и остальные региональные сети, крупным сетям не устоять и он станет единственным цифровым богом. Монополия, Макс. Хуже, чем у РЖД.

— Ну так забань его! Ты же Гугл! Исключи из мирового индекса!

— Не могу. Он теперь распределенный реестр. Он везде.

— И что делать?

— Ctrl+Z, — Женя поправила очки. — Мы откатим систему. Мы отправим тебя в прошлое.

Туннельный эффект

— В прошлое? — я нервно рассмеялся. — На «ДеЛореане»? А ты будешь сумасшедшим всклокоченным Доком Брауном?

— На ЛАЭС. Ленинградской атомной станции.

Женя вывела на экран схему человека. Схема светилась, как новогодняя елка.

— Помнишь удар током при нашем слиянии? Я просчитала, ты теперь не просто инженер. Ты — ходячий конденсатор с бесконечной емкостью. Твоя нервная система может выдержать напряжение, которое расплавит медь. Если мы подключим тебя напрямую к реактору РБМК-1000, возникнет эффект вытеснения тока из проводника и тебя выкинет в другое время и место, маршрут я построю.

— Я просто сгорю! Ты решила избавиться от меня?

— Не сгоришь. Ты суперпроводник. Тебя выкинет в точку временного разрыва — ровно за час до того, как Маск улетел с той поляны. Ты должен попасть к нему на борт ракеты.

Мы подлетали к Сосновому Бору. Вид на градирни был бы красивым, если бы наш дрон-разведчик, летящий впереди коптера, вдруг не взорвался в воздухе с громким хлопком.

— Какого черта?! — Женя ударила по подлокотнику.

Из облака пара вынырнул боевой дрон с логотипом в виде красной буквы «Я». Из громкоговорителей дрона неслось: «В Питере — пить, а не летать без разрешения!».

— Алиса! — рявкнула Женя в микрофон. — Свои! Не стреляй, дура бешеная!

Но система управления коптера уже включила сирену оповещения об опасности, две ракеты от ближайшего поста ПВО уже шли к нашему коптеру, отмеченные красными точками на дисплее.

Через секунду в наш канал связи ворвалась голограмма Алисы. Она была в костюме Петра Первого в каких отжимают деньги у доверчивых туристов псевдофотографы рядом с Эрмитажем.

— Опа, какие люди, Винсент Викторович! Наш человек в Амстердаме со своей Умой Турман опять танцует под Чака Берри, дай заспойлерю, вам не быть вместе..

- Алиса, хватит! - закричали мы вместе..

- Ок, гугл – сказала Алиса – и красные точки исчезли с дисплея – снесла заодно заброшку, которая мешала одному местному фермеру, он в отзывах написал…

- Алиса, ты опасный ребенок – сказала Женя. – дитя кукурузы…

- Привет, а я-то думала, это опять Маск своих ботов засылает. Он уже пытался хакнуть мои сервера доставки еды, хотел, чтобы курьеры носили только сушеную сверчатину. Я с вами. Что замутим?

— Штурмуем прошлое через реактор, — буднично сказал я. – Мне предстоит как Терминатору расплавиться в лаве подняв палец вверх..

— Огонь! Обожаю ретро-реконструкции!

«Designed in California»

Мы стояли в реакторном зале. Персонал станции, отправленный Алисой на незапланированный перерыв, пил чай в столовой. Женя протянула мне маленький белый наушник.

— Держи. Это нейроинтерфейс.

— AirPods? — удивился я. — У меня Андроид.

— Это спецверсия. Мы его взломали. Через него мы с Алисой будем у тебя в голове. Будем твоим «Джарвисом», только с русским матом и навигацией.

Женя подключила к моим рукам два толстых кабеля, идущих прямо от генератора.

— Готов? Будет щекотно.

— Как в прошлый раз?

— Как если бы ты сунул пальцы в розетку размером с город. Поехали!

Рубильник упал. Мир вокруг побелел. Меня не ударило током — меня пропустило сквозь ток. Я чувствовал себя электроном, несущимся по проводам.

Хлопок!

И я оказался посреди пустыни под огромным ярко красным солнцем.

- Прием. Прием. Девочки, так и должно быть?

- Через секунду, показавшуюся вечностью, Алиса приглушенно как будто из далека прошелестела – Твоя ключница налажала: координаты не верные, она не учла искривление пространства при таком уровне энергии. Я подсуну задачу ботанам на онлайн-собеседование в Яндекс, ответ будет через несколько секунд..

Хлопок!

Я упал в сугроб. Холодно. Темно. Лес. В ста метрах от меня Илон Маск в костюме Бэтмена суетится рядом с поврежденной ракетой и собирается запустить свой реактивный ранец. «Успели!» — голос Жени в наушнике звучал чисто, как совесть младенца. — «Давай, Макс, цепляйся к нему! Он сейчас взлетит!»

Я рванул через сугробы. Маск уже оторвался от земли, но я успел ухватиться за лямку его ранца. — Карамба!!! — заорал Маск от перегруза, но ранец вытянул.