Протокол Лжи: Он принадлежит ей

ГЛАВА 1. АВАРИЙНЫЙ БАЛАНС

Сирена завыла за три минуты до отключения. Гулкий, пронзительный вой, от которого на зубах скрипело стекло. Не аварийная тревога — тревога была полчаса назад, когда дрогнули лампы дневного света в цеху. Это был приговор. Система сделала свой выбор.

Элина Векс не отрывалась от голографического модулятора. Пальцы летали по интерфейсу, внося поправки в уравнения балансировки. Её изобретение — «катализатор Векс» — висело в прозрачном модуле перед ней, безмолвное и бесполезное. Прототип. Красивая игрушка, которая могла бы утроить выход энергии из последней партии Эфирия. Если бы у неё был полный доступ к императорским стаб-матрицам. Если бы этот чёртов реактор не был старше неё на двадцать лет.

— Доктор Векс! — Двери лаборатории распахнулись, впустив клубы холодного пара с улицы. На пороге стоял старший инженер станции, Гор. Его лицо было цвета свинца. — Сеть не вытягивает. ИИпредлагает два варианта: отключить Сектор Двенадцать, хирургический корпус, или Сектор Семь, завод синтетических протеинов. Сбой в любом из них в течение более часа приведёт к необратимым потерям.

Он сделал паузу, сглотнув ком в горле.

— Решение за вами. У нас… три минуты.

Воздух в лаборатории стал густым, как сироп. Элина медленно подняла глаза от голограммы. Цифры, проценты, графики расхода — всё это вдруг обесценилось. Её мир, мир точных наук и чётких решений, сжался до одного ужасающего выбора: *Кого убить сегодня?*

Она подошла к огромному иллюминатору, вмороженному в стену лаборатории. Внизу, под слоем регенерационного купола, лежал город «Новая Надежда». Не сияющие башни Имперской столицы, а низкие, приземистые купола из сверхпрочного полимера. Холодные улицы не светились, а утопали в сизых сумерках энергосберегающего освещения. Сектор Двенадцать — там, на востоке, где купол был чуть выше. Там, в стерильных палатах, боролись за жизнь те, кого ещё можно было спасти. Родители её первого наставника, старики с отказавшими лёгкими. Девочка, получившая радиационный ожог во время прошлого сбоя на рудниках.

Сектор Семь — на западе. Завод. Дешёвые, но жизненно необходимые белковые пайки для колонии. Если он встанет, через неделю начнётся голод. Несмертельный, не сразу, но медленный, подлый, калечащий детей.

«Катализатор решил бы это», — ядовитая мысль пронзила мозг, как игла. Решил бы. Если бы не имперские патентные законы. Если бы не лицензия, которую они никогда не дадут колонии. Если бы не её собственная беспомощность.

— Элина, — голос Гора сломался. — Время.

Она не чувствовала холода от иллюминатора. Чувствовала только тяжёлую, нарастающую пустоту в груди там, где должно было быть сердцебиение. Где-то там, за этим иллюминатором, были люди. Они доверяли системе. А система доверила выбор ей.

— Отключайте Сектор Семь, — произнесла она, и её собственный голос прозвучал чужим, металлическим. — На сорок пять минут. Запустите все аварийные генераторы хирургии на максимум. Предупредите завод: через сорок пять я либо дам им энергию, либо они закрываются до завтра. И передайте в Совет: я подаю заявку на «Грант Прогресса» Имперской Академии. Улетаю наследующем шаттле.

Гор замер, глаза расширились от шока, затем наполнились немым укором и… пониманием. Он кивнул, резко развернулся и убежал, оставив дверь открытой.

Элина осталась стоять у стекла. Вдалеке, в Секторе Семь, погасло одно за другим несколько огромных прожекторов. Блок света за блоком. Город погрузился в ещё более глубокую тень. Она представила, как там, в этих внезапно замолчавших цехах, рабочие останавливают конвейеры. Как они смотрят на гаснущие лампы, зная, что это значит. Зная, что колонии придется принести еще однужертву.

Она не плакала. Слёзы высохли в ней давно, вместе с детством, которое закончилось в день, когда пришло известие о гибели родителей на исследовательском зонде. Их похоронили в космосе, а её — в формулах и долге.

Пальцы сами потянулись к личному терминалу. На экране загорелось официальное письмо, полученное неделю назад. Её заявка висела в архиве «на рассмотрение» уже больше полугода. Приглашение от Имперской Академии Наук для участия в конкурсе «Грант Прогресса». Там же, мелким шрифтом, упоминалась «Программа культурного обмена» для финалистов под патронажем членов правящего дома.

Она не хотела туда ехать. Ненавидела саму мысль о столице Империи, об этих надменных аристократах в их идеальных мирах с неограниченной энергией. Но теперь у неё не было выбора. Только путь в самое сердце львиного логова.

Элина твёрдо нажала кнопку «ПОДТВЕРДИТЬ УЧАСТИЕ».

За окном, в наступившей мгле Сектора Семь, кто-то зажёг факел. Одинокий, дрожащий огонёк, бросающий вызов тьме.

Она выключила модулятор. Изображение катализатора погасло. В темноте лаборатории остались гореть только два источника света: холодный синий экран терминала с гербом Империи и тот далёкий, живой огонёк внизу.

Путь был выбран. Цена — заплачена. Теперь ей предстояло отправиться туда, где не горят факелы, а пылают целые солнца, и выиграть у тех, кто никогда не выбирал, кого сегодня оставить в темноте.